TUY.

Последняя ведьма голубой лагуны.

Яркое солнце припекало макушки людей, целая толпа собралась вокруг, на главной площади перед огромным собором, где была сцена. Стоящий на ней священник преклонного возраста в белых одеяниях и с крестом наперевес приподнял руку к небу.

— ВНИМАЙТЕ, ДЕТИ БОЖЬИ! Сейчас в присутствии короля Густофа II будет сожжена на священном огне последняя ведьма из Голубой лагуны! МЫ ОЧИСТИЛИ НАШЕ КОРОЛЕВСТВО ОТ ГРЕШНОГО ИХ СУЩЕСТВОВАНИЯ! — торжественно объявив, тот поднял вторую руку, и толпа людей заликовала.

— Ведите ведьму!

Под крики толпы, из которых были нередко слышны «Сжечь ведьму», «Смерть ей», на сцену стали выходить двое рыцарей в полированных доспехах с худенькой молодой девушкой с черными волосами чуть ниже плеч, тёмно-зелёными глазами и веснушками на лице, одетой в пыльную робу и с цепями на руках и ногах.

Её вели к столбу, где уже готовили сено, придавливая его древесиной. Последние штрихи, и девушка была прикована к столбу, пока священник устремил на неё злой взгляд, подняв и направив на неё руку, пока в ней стала появляться белоснежная руна света.

— Твои последние слова во имя Господа, ведьма?

— Не знаю, что вы там напридумали с Господом, но мой сейчас заперт, — приподняв немного голову и с милой улыбкой проговорила та, смотря словно в душу.

— Стрела из огня, — хмуро проговорил священник, и руна стала огненной стрелой, влетев в стог сена, начав быстро возгораться.

«Страх — это иллюзия, только в смертельной опасности, без страха в глазах ты сможешь открыть путь ко второй руне, а там и откроются все остальные».

Пламя всё подбиралось ближе, я чувствовала это собственным телом, но не напрягаясь ничуть, словно готова была принять свою судьбу, открыв широко глаза и подняв лицо к нему, вдохнув остатки кислорода, громко прокричала:

— СТРАЖ ВРАТ! — из последних сил вскрикнула.

Пока дым уже полностью скрывал меня от глаз людских, над костром в небе стала вырисовываться руна «Небытие» и «Огонь».

— Что... Что это за руна? Разве?.. — проговорил рыцарь, стоящий недалеко от священника.

Народ был в смятении, не знали, что делать, впервые они видели комбинацию из двух рун и уж тем более первую увидели впервые.

— Проклятая руна! ИСЧАДИЕ ДЬЯВОЛА! — вскрикнул священник и поднял руки вверх, образовывая руну света, но в большем масштабе.

Руны в небе стали объединяться, образуя одно, сливаясь и открывая портал, небо покраснело, из портала хлынул адский огонь, и стал слышен звериный рык, первая голова псины, вторая и третья высунулись из портала, открыв свои пасти, адское пламя из них накрыло всё вокруг, так что не было ничего и никого видно.

Но главное, что адское пламя тушило священное, и призванное Цербером пламя не несло мне вреда, можно было вдохнуть и несколько минут, чтоб освободиться, чтоб среди криков о помощи и истерики быстро убегать, ноги не были в обуви, и бегать было тяжело, стёкла, камни врезались в ступни, но останавливаться не было времени, руна уже стала иссекать свою магию, и портал с головами псов исчезал.

Спустя несколько минут я уже находилась на холме и, завалившись на траву, наблюдала, как часть столицы полыхала огнём, сейчас церкви было совершенно не до меня, а ноги истекали кровью и сильно болели.

— Вы слишком добры были к этим людям, господин... И поплатились, имея такую силу, тратили её... тс...

В голове стало всё плыть, так близко оставаться рядом с городом нельзя, необходимо найти укрытие, с трудом поднимаясь на ноги, я пошагала в глубь леса, чтобы найти небольшую пещеру и спрятаться там за валунами, прилечь ненадолго.

Не уверена, сколько прошло времени, но выйдя из пещеры, была глубокая ночь, а листва скрывала звёзды, и лишь свет яркой луны с трудом освещал всё снизу.

Приподняв руку, в которой образовалась руна огня, в руке стало гореть пламя, и я, медленно хромая, пошла вперёд.

— Ах, если помню правильно, руна глаз поможет мне найти книгу, но возвращаться туда так опасно, ближайшая деревушка, — задумчиво и тихо проговорив, я развернулась в другую сторону.

Уже через какое-то время, к рассвету, я набрела на деревню, рядом с которой протекала бурная река.

Аккуратно промыв ноги, направилась к деревне, ловя разные взгляды на себе прохожих, и, подойдя к прилавку с одеждой, стала осматриваться.

— Доброго утра, молодая леди! Вижу, вы в плохом расположении, я не уверен, что сможете оплатить, — проговорил торговец.

Но слушать его я не хотела, приложив руки к шее, я сняла фамильный амулет из золота, положив его на прилавок.

— Чистое золото с изумрудом, хочу ту чёрную мантию, кожаную броню на мой размер подберите и сумку с поясом.

Только и слышала «ах» торговца, что сразу схватил амулет и побежал всё подбирать.

— Разумеется, разумеется, юная леди, всё, что пожелаете! С этого стоило начинать!

Уже через минут пятнадцать я получила нормальную одежду и наконец-то обувь, да так-то лучше! Отходя в менее людное и видное место, открыла руну глаз и добавила звук.

— Покажи, где моя книга.

Руна стала расплываться, становясь зеркалом, в котором стал виднеться священник, что... читал её? Вот тварь! Как он выжил?!

— Она сбежала, не сгорев, какое разочарование, но книга эта... — проговорил священник.

Из тени вышел ещё один мужчина, молодой, спортивный, в капюшоне, так что лица не было видно, было скрыто тьмой.

— Она его последняя ученица, Отец Фридерик, вы правда хотите её смерти?

— Это было лишь представление для короля, но если она не сгорела, то так даже лучше, здесь не все записи, — закрыв книгу, тот поднял взгляд прямком, словно смотрел мне в душу, и руна растворилась.

По телу прошлась дрожь, и, осмотревшись, я быстро стала отходить от всех теней.

— Чего же ты, Милана, не стоит убегать от родного дядюшки... — раздался голос за спиной.

Обернувшись, выставив руку, образовав руну огня, там никого не было, а голос лишь рассмеялся со всех сторон.

— ТЫ МНЕ НЕ ДЯДЯ! ТЫ МНЕ НИКТО! — вскрикнула в ярости я и на панике крутилась, постоянно оборачиваясь.

— Ах... Ну если родная кровь тебя не убеждает, на тебе его руна души, либо ты пойдёшь со мной, и тебе аккуратно её вырежут... Или я вырву её вместе с твоим сердцем! — резкий удар в спину тенями, но после него, не думая ни о чём, образовала вокруг себя кольцо огня.

— Вы называете его дьяволом! Но сами используете его руны и умения! Лицемерные твари вы все!

— Ох... Наивная девочка, он задурманил тебе разум, отдай мне его руну души, это поможет людям...

Образовавшись передо мной, мужчина снял капюшон, противно знакомое лицо, короткая борода, скулы и хитрый взгляд.

— Это поможет лишь вам манипулировать всеми вокруг... Никому более, ты... убил моего отца и мать... И после этого ещё смеешь называть меня...?! — но не успев договорить и получив удар по ногам, пламя исчезло, и я упала на землю.

— Они заключили с ним сделку, они предали церковь, не было иного выбора, малышка... — с этими словами тот медленно стал подходить ко мне.

— ОНИ СДЕЛАЛИ ЭТО, ЧТОБ ЗАЩИТИТЬ МЕНЯ!

Ещё руна огня, что была направлена на дядю, и, вскочив, быстро стала убегать, уже не помню, сколько мне пришлось бежать, везде казался его смех и голос, словно это никогда не закончится, словно не сбегу из его лап.

Не помню, сколько я уже бежала, но ноги уже не держали меня, словно я уже почти добежала до следующей деревни и города, но я не помнила, куда я бежала, и, присев у ближайшего дерева, обняв свои колени, уткнувшись в них лицом, стала так сидеть, пытаясь отдохнуть.

Теперь я совершенно одна, забрали всё, что было мне дорого, разве смогу я теперь без книги превзойти священника и освободить господина?.. Я не смогла даже вызволить Цербера, мне не хватило сил, просто не хватило.

Я уже чувствовала, как горячие слёзы текли по моим щекам, что не было сил уже остановить. Сознание постепенно затуманивалось.

— Милана, Милана, проснись... Вот сонное создание... — знакомый мужской голос разносился эхом в голове, тяжело приоткрыв глаза, лицезрела пред собой под два метра, с чёрной кожей, длинными чёрными рогами и ярко-жёлтыми глазами.

— Господин... Что случилось?.. — сонно проговорила, поднимаясь с кровати, усеянной игрушками.

— Мои ученицы с Голубой лагуны прекратили выходить на связь, ближайших ещё нету... И я хотел бы, чтобы ты посмотрела, что у них происходит, и забрала книгу с рунами.

Открыв глаза шире и переведя уже ошарашенный взгляд на господина, невольно расплылась в улыбке.

— Отправиться в мир живых?! Туда, где мои родители?! Люди, как я?! УРАА! — от счастья закричав, начала прыгать вокруг господина, схватив его за руки.

Ему явно такое обстоятельство не понравилось, и, схватив меня за бока, поднял над собой, в два раза выше меня всё-таки.

— Ты идёшь не на экскурсию! А на первое задание! Таких, как вы, в мире людей зовут «ведьмы» и убивают, ты должна быть очень осторожной и при малейшей опасности отправиться обратно, — сказав это, меня поставили обратно на пол.

Немного поубавив пыл, быстро покивала, счастья не было предела.

Господин же тяжело вздохнул и пошёл к стене, чтобы, приложив к ней руку, открыть портал в мир живых.

— ВАУ! Я туда пойду?! — не сдерживая восторга, вновь переспросила.

— Я же уже сказал, не отвлекайся, Милана, я серьёзно, я буду на связи, если что, используй руны небытие и огонь, чтобы открыть портал, думай в этот момент о том, куда ты хочешь отправиться, и портал откроется, если всё плохо, забери мою книгу.

— Я поняла, поняла! Всё сделаю! — счастливая прыгнула в портал, помахав напоследок рукой.

Голова ужасно болела, приоткрыв глаза, лежала всё у того же дерева, всё так же одна, и сон о прошлом совсем не помог, лишь сильнее разбил уже покалеченную душу.

Поднимаясь на ноги и осматриваясь, приложила руку к подбородку, нужно придумать, как вернуть книгу, сейчас я не могу даже дядю победить. Комбинации рун дают разные эффекты, некоторые руны при соединении с другими могут ничего не давать, если маны недостаточно, она у меня ограничена, большие комбинации требуют много маны, а я с трудом сделала только из двух.

— Ладно... Но оно было сложным и из двух, странно, ладно... Ладно...

Подняв руки перед собой, начали появляться руны небытие, огонь, тьма, душа, слово. На последней руне проговорила:

— Царство тьмы, замок дьявола.

Руны, как и в прошлый раз, стали пытаться объединиться, но, покрывшись трещинами, распались.

— Запечатали господина... Но попасть не могу... или... запечатали всё царство тьмы?.. — просто мысли вслух.

Подняв вновь руки, глаз, слово.

— Прошлое, отец Фридерик, священник имени слова Господа Бога, ведьмы Голубой лагуны.

Вновь став объединяться, расплываясь в изображения, а вот и он стоит перед связанными цепями ведьмами, что молча смотрят на него, он явно что-то кричит, выглядит злым, но ничего не слышно, звука нет.

— Надо было руну звука добавить... Чёрт... — стало так тяжело, опустив руки, свалилась на колени, уже не хватает маны даже на такое.

Вздох и, поднявшись на ноги спустя минут двадцать, пошла к ближайшей деревне, по пути собирая травы, лесное зелье можно хорошо продать, а кушать хотелось, можно было бы найти ещё помощника, обучить рунам.

Уже через какое-то время пришла к деревне и, осмотрев травы, что насобирала, приподняла руку, образовывая руны слово, вода, огонь.

— Котёл.

С этими словами из рун стал образовываться котёл, благо я была на окраине и на меня не так много смотрело ошарашенных людей, как я варила зелье лечения и через какое-то время с помощью рун насоздавав колб, перелила всё туда, отправилась в местную церковь, где «лечили» больных.

Приняли меня на удивление тепло, особенно когда узнали, что я пришла лечить больных, уже через минуту, зайдя в зал с пострадавшими, я была в шоке, лежало человек пятьдесят точно, в тяжёлом состоянии.

— Что произошло?.. Что это за болезнь?.. — уже не очень уверенно проговорила.

— Мы поймём, если вы откажетесь... Или не сможете их вылечить, это нефрит в горах, что мы добываем, и чем свалилась наша деревушка, им больны, на нас наслала проклятье злая ведьма, прислужница дьявола, и наше богатство стало проклятьем, все жители, что идут его добывать, заболевают, и никто не может им помочь... — проговорила кротко девушка, сложив руки пред собой и опустив взгляд.

— Понятненько...

Одним зельем лечения тут не обойтись, но почему такая же, как и я, наслала на них заклятие? Чем эти люди провинились?

Подойдя ближе и применив руну душа, стала наблюдать, как над телом человека появилось спектральное отражение души и правда было усеяно чем-то похожим на нефрит, словно пронзал душу насквозь.

— Я не смогу помочь зельем с такой проблемой... Но постараюсь иным способом.

Отойдя на пару шагов назад, отменив руну душа, приподняла обе руки, лишь бы получилось. На потолке стали образовываться руны звезда, свет, вода, слово.

— Созвездие Водолея.

Всё тело поразило ужасной болью, стало тяжело стоять, пока солнце стало закрывать луной, солнечное затмение, тяжело такое делать днём, дышала я уже с трудом, пока перед глазами стали появляться яркие светлячки, образовывая тусклый силуэт мужчины с кувшином, что стал подходить к больным и выливать на них содержимое, оно не было физическим, действовало прямиком на душу и снимало проклятье, людям явно становилось легче.

Улыбнувшись, я хотела посмотреть на монахиню, радуясь, что людям становится лучше, но обомлела, видя, как она замахнулась на меня кинжалом, мне конец.

Но резко между нами появились руны, они не мои, облако, слово и незнакомый голос девушки.

— Поток ветра!

И после нас откинуло по разным углам, потеряв сосредоточение, руны исчезли, и всё в мире приходило в норму, созвездие растворилось в воздухе.

Ощутив, как меня схватили за шиворот, я приподняла голову и увидела девушку в платье, имеющем чёрные, белые и красные цвета, с серебряными украшениями, аккуратные черты лица, длинные рыжие волнистые волосы, что к корням затемнялись, имеющие на конце резинку, небесно-голубые глаза и бледную кожу.

— Нефритовая ведьма! Она живая! Инквизиторы! Боже, Боже правый! Спасите! — закричала монахиня, вскакивая на ноги и быстро убегая из церкви.

Значит, она и есть та, кто проклял их?.. Словив её злой взгляд, я сглотнула слюну и, потянув на себя, та быстро побежала к выходу, потащив меня за собой.

Пришлось быстро скооперироваться и вскакивать на ноги, чтобы поспевать за ней. Выбежав на улицу, там уже стояло пятеро рыцарей инквизиции, как быстро они прибыли или уже были тут?..

Рука девушки крепко сжимала мою, я даже могла почувствовать её напряжение, видимо, рыцари были сильными, раз она так боится, резко она выставила руку вперёд. Руна слово.

— Пыль.

Резким рывком та отправила руку в землю, отчего поднялся столб пыли, дышать стало тяжело, и видимость сильно ухудшилась, а я почувствовала, словно поднимаюсь в небо.

Открыв глаза, так и было! Меня держали за руку, переплетённую руной вера, а у ведьмы за спиной сияла во весь её рост руна облако. Я впервые видела, как кто-то так орудовал рунами, это удивительно!

— Мой дом!

Пока я восхищалась ей, перед нами уже образовались руны слово, глаз, вера и те стали соединяться нитями энергии, слившись и открыв словно зеркало, в котором виднелась избушка, в которую та быстро устремилась.

Уже через секунду мы были среди леса рядом с этим строением, хотела уже поблагодарить её, как заметила этот злой взгляд, что на меня смотрел.

— Ты вообще думала головой такое вытворять?! Идёт охота на нас, а ты... Я даже не уверена, то, что ты делала, подвластно ли людям?! — громким тоном начала отчитывать меня нефритовая ведьма.

Я стояла как вкопанная, не зная, что и сказать, смотря на неё и, немного подумав, протянула ей руку с милой улыбкой.

— Меня Милана зовут, Гендерберг, а тебя как?

Она с минуту смотрела на меня непонимающим взглядом, словно была в шоке от услышанного, ну да, не многие на крик знакомятся.

— Фамилия королевской семьи?.. Серьёзно?.. — скептически та проговорила. Развернувшись, пошла к дому.

Улыбка спала с моего лица, и я неуверенно пошагала за ней.

— Флэрианна Хеллорд, меня зовут так, — ответила та.

Счастья, что я почувствовала, услышав её имя, не было предела, наконец-то я познакомилась с ведьмой, как я, может, мы сможем даже ковен устроить.

— Как круто! А можно я буду звать тебя по-дружески сокращённо «Флэр»?!

— Нет, нельзя, лучше скажи мне, как ты вообще могла додуматься сделать ту хрень? И снимать моё проклятье? — хмуро проговорила ведьма, открывая дверь дома и заходя внутрь.

Внутри сразу был ощутимый аромат различных душистых трав, что были подвешены на потолке возле окон, минималистическая атмосфера находилась в доме, но выглядело всё очень аккуратно и на своём месте.

— Я хотела помочь людям, мне непонятно, зачем ты их прокляла? Чего плохого они тебе сделали? — зайдя за порог, дверь сама медленно за мной закрылась.

— Они занимались работорговлей, продавали детей в основном и лекарей, таких, как ты, к примеру, ты бы на рынке с такой силой была в спросе... Благодаря этой болезни их торговля упала до минимума, а ты вылечила их, молодец, — проходя дальше по коридору, та завернула на кухню и стала готовить чайник, заваривать воду.

— Я не знала... Прости... — с чувством вины проговорила я, сильно оплошала, но так же медленно прошла за ней, стоя на пороге уже кухни.

— Ты словно не с этого мира, правил не знаешь, могла бы открыть глаз, меня найти, спросить, я бы тебе всё рассказала, и не стой ты там так, ты гостья, проходи, — более спокойно говорила Флэрианна.

Смотря за ней, я не спеша прошла на кухню и присела на стул, сложив руки на коленях.

— Господин послал меня из Тёмного царства к ведьмам Голубой лагуны, они не выходили на связь, а там были записи...

— Я знаю, книга рун, благодаря которой и появились в нашем мире руны... Значит, ты и есть та самая ведьма из Голубой лагуны? — Флэрианна стала наливать в кружки травяной чай.

— Если так можно назвать, то да... мне нужно вернуть книгу... Но я не могу связаться с господином и отправиться обратно.

— Конечно не можешь... Книга сейчас у Отца Фридерика, главного священника, что заправляет, можно сказать, всем в королевстве. А раз он получил книгу, так это давно, вроде, известно, он запечатал, хотя странно, что не убил... — с задумчивым видом проговорила ведьма и присела за стол, приложив руку к щеке, внимательно смотря на меня.

Краем глаза я заметила маленького мальчика, лет так десяти, с золотистыми волосами и карими глазами, что из-за угла смотрел на нас, а на лице появилась милая улыбка.

— Какой милый мальчик, как его зовут?

— У него нет имени, и он немой, должен был быть продан этими... «святыми», я смогла его спасти ценой своей конспирации, пыталась его научить рунам, но без старейших ведьм Голубой лагуны... бессмысленно.

Мальчик же вышел из-за угла и направился быстро к шкафчикам, схватив оттуда один пирожок, быстро стал убегать прочь, очень стеснителен, видимо.

— Вот как... Он знает хотя бы одну руну? Ну или вроде того?

— Облако, но без слова не может с него ничего сделать, маны для него надо совсем немного, но и толку маловато с этого... Я могу его научить почти всем рунам, но без основы не смогу.

— Разве руна слова основа? По-моему, лишь вспомогательная, чтобы тратить меньше маны, я могу без неё использовать комбинации рун.

С этих слов Флэр посмотрела на меня как на сумасшедшую, явно не веря в такое чудо, что я ей говорю, и, отпив немного чая, поднялась со стула.

— Хорошо, допустим, ты можешь, но вопрос в том: как? Надо иметь волю, силу, я пробовала и слышала о том, что демоны способны без слова использовать комбинации, ты точно не демон? Всё-таки носитель царской фамилии...

— Эта фамилия уже ничего не значит... Моего отца и мать убили, обвинив в сделке с дьяволом, но они лишь пытались спасти меня, следующий на трон взойдёт дядя... Я считаюсь мёртвым ребёнком, и ведьме не поверят... — с грустью говорила, проводя пальцем по краям кружки, смотря на своё отражение в чае.

На что Нефритовая ведьма обернулась к окну и, быстро подбежав к нему, внимательно смотрела в гущу леса, я подняла на неё взгляд, не понимая, что она делает.

— Они нашли нас... ЧЁРТ!

Последние слова, что я слышала, как взгляд ослепило что-то яркое, а уши заложило громким нечеловеческим пением.

***

Проснувшись, я не знала, где нахожусь, не понимала, что произошло, поднявшись и осмотревшись, не было и следа от домика, в котором я была, лишь незнакомые мне равнины. Почувствовав лёгкое прикосновение к своей руке, я резко дрогнула, обернувшись, и, видимо, испугала мальчика, что был рядом со мной, того самого, кого я видела у Флэрианны, но её я совершенно не видела рядом с нами, с трудом вспоминая то, что произошло, я стала подниматься на ноги. Странное существо, что сияло светом, с четырьмя парами крыльев и множеством глаз на теле, не имеющее никакого сходства с людьми, от него исходило то пение. Меня подёргали за руку, и я обратила вновь внимание на мальчика, что грустными глазами смотрел прямо на меня.

— Вот чёрт... Флэр, я не помню, что с ней случилось и как я сюда попала, но нам надо её найти, так ведь?.. Та-а-ак... Есть идеи? — сказала я, словно ожидала услышать ответ от мальчика.

Но тот лишь оглянулся и пошёл в неизвестном мне направлении, держа за руку, как странно, мне на мгновение стало казаться, словно он исчезает с каждым шагом, а впереди я заметила поляну, словно за катастрофу, спустя несколько минут пути, полностью усеянную странными огромными и разноцветными кристаллами. Только сейчас я вопросительно взглянула на мальчика, уже полностью убедившись, он не реален. Точнее, это была лишь его душа, полностью прозрачный ребёнок стоял передо мной и смотрел грустными глазами, словно сожалея о всём, что произошло.

— Ох... Малыш, мне так жаль... Ты... — мне было невыносимо тоскливо понимать то, что сейчас, где мы находимся, место, где был их дом, а мальчик стал лишь душой, погибнув и не упокоившись, находится меж миром тьмы и света.

Он смотрел на меня так ещё минуту, после, осмотревшись и взяв ближайшую длинную палку, стал писать на земле.

«Они сказали, что вернут меня маме и папе, если я доложу, где нефритовая ведьма, я два года пытался получить с ними связь, она сильные руны поставила, чтобы её не нашли, у меня получилось, когда пришла в дом ты, но руна сама активировалась, я не хотел, Флэрианна была ко мне очень добра, мне жаль, я не хотел».

Смотря на это, я и не могла понять, о чём думать, эмоции перемешались в кучу, не ожидая такой подставы от маленького немого мальчика, хотя он и не хотел и делал, чтобы вернуться к родителям.

Пока я размышляла, тот подошёл ко мне и взял за руку и посмотрел в центр, где было больше всего кристаллов, сильнее сжав мою руку.

— Она там, да?.. Я освобожу её... Не переживай... — с болью в голосе проговорила я.

Когда мальчик отпустил мою руку, я пошла ближе к кристаллам, странно, но от нахождения рядом с ними становилось очень тяжело, ноги словно не хотели сами идти туда, а за спиной раздался голос.

— Прислужница дьявола, вот ты и попалась...

Обернувшись, я увидела высокого мужчину, черты лица были так схожи с мальчиком, кудрявые золотистые волосы и щетина на подбородке.

— Вы... понимаете, что он умер?.. — с дрожью в голосе проговорила я, не знаю, зачем я это сказала, пока на глазах навернулись слёзы.

Я всё ещё видела мальчика за его спиной, что смотрел прямо в затылок взрослому мужчине с невероятной грустью и детской любовью, я всё прекрасно понимала, и от этого становилось больнее.

— Я понимаю только то, что сейчас умрёшь ты, — с этими словами тот достал меч и нанёс на него несколько рун: вера, свет, душа.

Внутри съедала тоска, понимая, что он даже не знал, что натворил, выдавив из себя улыбку, я приподняла руки вверх, пока на одной появилась руна света, а на другой тьмы.

Я видела, как его это напрягло, видела его ужас в глазах, когда он увидел две эти руны, одновременно их использовать не мог никто, почти никто.

— Ты демон... Настоящий демон... — испуганным голосом проговорил мужчина. На что я ответила с милой улыбкой.

— Нет, что ты... Меня зовут Милана, рада познакомиться, колодец душ.

Передо мной появились руны слова и небытия, и, сделав хлопок, плющив всех их, тем самым объединив, крик банши оглушил всё на ближайшие километры, ему стало тяжело стоять, руки из воздуха прозрачные стали появляться отовсюду, хватать его, проходя насквозь и задевая его душу, насильно доставая из тела, рвали его внутренности, терзали всё внутри, был слышен с криком банши и крик его боли, из ушей шла кровь, глаза вываливались из глазниц, ещё три минуты, и всё прекратилось, безжизненное тело лежало в нескольких метрах от меня, пока губа периодически сама вольно дёргалась.

Мальчика рядом не было, как и души его отца, я не видела, лишь рядом с телом его отца было написано «спасибо».

Развернувшись, я пошла вновь к кристаллам, чтобы уже облокотиться и присесть рядом с ними, улыбки уже не было, а слёзы сами текли ручьём, я стукнула кулаком по кристаллу с последних сил, что были у меня, и вскрикнула.

— ФЛЭР, ТЫ ТАМ?! — с каждой минутой, не слыша ответа, моя надежда угасала, я не уверена, как близко она к стенам, может, её замуровали в кристалл, и разбить их, всегда есть шанс того, что она умрёт.

— ЕЩЁ РАЗ МЕНЯ ТАК НАЗОВЁШЬ, Я УБЬЮ ТЕБЯ! — услышала я ответ спустя три минуты, отчего на душе стало сразу же легче, и уткнулась лбом в кристалл.

— Я уж думала, тебя убили... Что ты видишь? Как мне тебя освободить? Я могу совершить взрыв, но боюсь, что тебя заденет...

— Я сама устрою взрыв, тебе минута, чтоб отойти подальше. Время пошло.

Я не стала долго тупить и из последних сил стала отходить от кристаллов, когда становилось легче от расстояния, могла уже и бежать, чтобы быть где-то в тридцати метрах от них.

Завалившись на землю, я услышала взрыв, и из поднятого дыма стала вылазить Флэрианна, на ней были царапины, но не смертельные, и ковыляла она так себе.

Недолго думая, я вскочила, побежав к ней, чтобы помочь отойти подальше от кристаллов и присесть рядом с ней.

— Тс... Тупорылый рыцарь, я не представляю, как он нас нашёл, так... А где мальчик?.. — озадаченно та спросила.

— Его нет больше в живых... мне жаль.

Она смотрела на меня с минуту потерянными глазами, словно не желая верить словам, что я ей сказала, но, отведя взгляд, завалилась на землю, став валяться на спине и смотря на небо.

— Понятно... Ладно, то, что было, не изменить...

Я не могла понять, что она чувствует, в её голосе не было ни капли эмоций, хотя глаза были наполнены печалью, наверное, мне нужно было её утешить, но я не знала как. Сидела рядом и смотрела на неё, пока сама Флэр смотрела на траву.

— Прости, моё появление всё испортило... — тихо проговорила я.

— Да замолчи ты, не при чём ты вообще тут, с чего ты взяла, что при чём? Ты вытащила меня... Всё, замяли тему, куда ты пойдёшь дальше? — недовольно проговорив, Флэрианна протёрла руками лицо, словно стараясь отойти полностью от шока.

— Мне необходимо всё ещё вернуть книгу... Но сначала нужно решить вопрос с работорговлей в той деревне, — серьёзно сказала я, вставая на ноги.

Флэрианна смотрела на меня удивлёнными глазами снизу вверх и, приоткрыв рот, словно хотела что-то сказать, но я была первой.

— Что? Ты сократила их возможную работорговлю, а я всё испортила, нужно вернуть всё как было, а ещё лучше... убрать подчистую, — улыбнувшись, я протянула ей руку, чтоб помочь подняться.

Она с минуту смотрела на меня удивлёнными глазами, и я видела, как взгляд её становился серьёзнее, и, взяв мою руку, та поднялась и кивнула мне в знак соглашения.

И после мы отправились уже пешком в путь, Флэр решила на всякий случай не использовать комбинацию портала, думая, что нас так опять засекут, мы шли в тишине несколько минут, после чего она начала разговор.

— Слушай, Милана, ты использовала руну звёзд, я только слышала о ней, но не видела в действии, расскажешь?

— А, ну... Это моя любимая руна, очень красивая, но днём её использовать невозможно, точнее, очень тяжело из-за того, что звёзд попросту нету, в основном она призывает астралов созвездий, каждое созвездие имеет свои уникальные возможности, ночью она очень сильная, но а днём... Ну, понимаешь, — постаралась кратко ответить, приподняв взгляд вверх, где небо скрывала густота листвы.

— Флэр, а почему ты решила стать ведьмой? — спросила я.

— Я отдала всё, что у меня было, ради этого и ни о чём не жалею, — ухмыльнувшись, ответила она.

Это не совсем ответ на мой вопрос, и, немного смутившись такому, всё равно не стала настаивать на ответе, может быть, она не хочет рассказывать. Но через минуту та продолжила.

— Та деревня, куда мы идём, моя родная, родители, когда мне было десять, продали меня в рабство знатному чину в поместье недалеко отсюда, я была там около пяти лет, издевательства, побои, насилие, я случайно наткнулась на гримуар, в котором описывались три руны, огонь, слово, облако... И тогда я думала лишь об адском пламени, я через неделю научилась использовать эту руну и сожгла его и всё поместье, тогда и явился один бес из чертог этого пламени, тогда пламя имело тёмно-багровый оттенок, я продала свою душу ему, даже не думая, я не жалею о том, что имею такую силу, — она говорила без сожаления, даже дрожи в голосе не было.

— Мне так жаль... — с трудом выдавила из себя я.

— О чём? Я стала такой, какой хотела, я отпустила своё прошлое и иду вперёд, расскажи, почему ты носишь королевскую фамилию, лучше.

Мне стало немного не по себе, не знала, как лучше ей объяснить всё, что было со мной.

— Я... не ношу её просто так, она мне досталась по наследству...

Флэрианна остановилась и с хмурым видом смотрела на меня, словно не веря моим словам, а я стояла и с сожалением в глазах смотрела на неё.

— То есть ты говоришь мне, что ты наследница престола, что объявили давно уже умершей? Подожди, подожди, как тебя зовут ещё раз?

— Милана...

Она молчала минуту с хмурым видом, смотря на меня, а после продолжила.

— Значит, твои дяди заняли трон... Пока ты жива, и ты можешь сейчас идти и отобрать его? Ты сможешь всё остановить! — та резко сократила расстояние между нами и схватила меня за плечи. На её лице уже сияла счастливая улыбка.

— Я не могу... Не могу, Флэр, это всё не так просто! — пыталась вырваться из её хватки, уже начиная паниковать.

— ПОЧЕМУ?! ТЫ ЖЕ НАСЛЕДНИЦА ТРОНА, ТЫ МОЖЕШЬ ЖЕ, МОЖЕШЬ!

Оттолкнув её, с трудом я завалилась на землю, пока на глазах выступили слёзы.

— ОНИ СИЛЬНЕЕ МЕНЯ! Понимаешь?! Они оба владеют рунами лучше, я не смогла полностью даже высвободить в мир Цербера...

Флэрианна стояла и смотрела на меня, уже, видимо, успокоилась, смотря на мой жалкий вид.

— Не смогла?.. Милана... Открыть врата в Тёмное царство может только Дьявол, а ты... полностью не смогла?.. Ты частично его оттуда вытащила, чёрт тебя дери! — злобно прокричала та.

— Не надо, чтоб меня черти драли!

Флэр тяжело вздохнула, приложив руку к лицу.

— Я не это имею в виду, а то, что твой запас маны в три, а то и более раз больше, чем у простого человека, если подумать, возможно, из-за того, что ты в Тёмном царстве была?..

Поднявшись с земли, я отряхнулась, и мы уже спокойнее двинулись дальше в путь.

— Сейчас и церковь правит на троне, Флэр... А я ведьма, всё-таки меня уже не примут и не признают.

— И то верно... Ладно, забыли, потом это решим, и прекрати моё имя сокращать, тс...

После этого разговора мы шли уже в тишине несколько часов до деревни, уже начинало вечереть, как мы стали видеть зажигающиеся огни в домах.

— А каков план действий, Флэээ...?

— Даже не смей... Ладно, в любом случае тогда убьём старосту деревни и разрушим эту церковь, попробуем так.

— Это жестоко, у него же тоже есть семья и дети, ты же сказала, что отпустила прошлое?..

— У меня тоже была семья, — злобно буркнув, Флэрианна пошла ближе к домам, на главную площадь, где стоял большой дом старосты. Было тихо, даже слишком, я медленно шла за ней, осматриваясь, а в груди сердце бешено билось, было неспокойно.

— Флэрианна, мне кажется... — но я не успела договорить, она меня остановила.

— Да, я тоже это чувствую... Всё слишком странно...

Громкие медленные хлопки заставили нас вздрогнуть и обернуться к источнику шума, из переулков, из самой тьмы выходил мужчина с седыми волосами, красными белками и голубыми радужками, будучи одет в красную, словно кровавую, броню, а за спиной его красовались два тёмных перьевых крыла.

— Потрясающе! А я и не верил, что меня отправили сюда по серьёзному делу, вы все должны быть уже мертвы... Ну ничего! Убив вас, я вознесусь на небо, так возрадуйтесь своей смерти, прислужники Дьявола! — громогласно проговорил тот, пока свет в домах поочерёдно стал выключаться, а Флэр схватила и сжала мою руку.

— Нам конец... Это Зонжифель, Кровавый Ангел, Ангел крови... Он пал с небес за свою жестокость и в этот же день устроил кровавую бойню на земле, он пошёл во служение церкви и карает всех, кто ему покажется грешным, на его счету тысячи людей и не меньше детей! Он безжалостен! — её голос дрожал, она боялась.

Я оттолкнула от себя Флэрианну и обернулась на неё.

— Спаси людей! Всех! Неважно каких! Если то, что ты сказала, правда, то следующая цель — они! Я задержу его! Беги! — я не дала и возможности ей ответить и подняла руку к небу, солнце уже скрылось за горизонтом, а в небе вырисовывались руны.

— СОЗВЕЗДИЕ СТРЕЛЬЦА, СКОРПИОНА, ДЕВЫ!

С неба стали падать звёзды, женский силуэт созвездия Девы одарил меня большей ловкостью, выносливостью, и я чувствовала, как количество маны увеличилось, звёзды Стрельца окутали моё тело, и в руках образовался лук из звёзд, а за спиной колчан с звёздными стрелами, а рядом настоящая лошадь, Скорпион наделил стрелы Стрельца ядом, что будут медленно убивать того, в кого попадут, ослабляя.

— Да как ты посмела... Прикасаться к невинному небу, грешная тварь... — проговорил мужчина, пока его лицо показывало лишь кровожадную улыбку. Он поднял руку к небу, не сводя с меня глаз.

— А-а-ах~ Козерог, спустись с небес ко мне, Рак, Лев и вы тоже.

Прямо у меня на глазах он, не используя руны, опустил звёзды с небес, глазам своим не верю, Козерог одарил его мечом, Рак поверх его — звёздной броней, и Лев усилил его физическую мощь.

— Я не позволю... тебе делить со мной небо... — с отвращением проговорил ангел.

Он совершил быстрый рывок ко мне, замахнувшись мечом, надеясь сократить расстояние для удара, но сейчас я была быстрее, он не может призвать сейчас созвездие Девы, ведь её призвала я, но вблизи он сильнее меня, и броня Рака не позволит ранить хоть немного его стрелами, а одно попадание этим мечом просто убьёт меня, ведь сила удара колоссальная, я не проиграю, но и не выиграю.

Флэрианна в это время вытаскивала насильно людей из домов, чтобы те убегали, желания слушать ведьму ни у кого не было.

— Да с чего это мы тебя слушать должны?! Ты ведьма, может, нас в лес и на органы для своих ритуалов?! — съязвил старик, что костылём стал на неё махать.

Флэр уже хотела ему ответить, как позади неё случился взрыв и поднялся столб пламени, все жители перепугались.

— ЧТО СТОИТЕ?! СПАСАЙТЕСЬ БЫСТРЕЕ! — прокричала Флэрианна, руками махнув им прочь, люди стали разбегаться, а сама она побежала к полю боя.

Там же от яркого пламени потухли звёзды у обоих, и дары их иссякли.

— Хватит с меня этого... — проговорил Ангел, замахиваясь на Милану, что с тяжёлой одышкой стояла на коленях.

— Из чертог подземного царства... Я взываю к тебе... Трёхглавая гидра... — из последних сил та прохрипела, а под ней образовались руны: Слово, небытие, тьма.

И за мгновение до удара землю поразил разлом, деля на две части, откуда пошло облако ядовитых газов, и из разлома стали вылазить огромные головы гидры. Ангел стал отскакивать в стороны, пока в него плевались кислотой, единственное, что он мог и сделал — отступил.

Я не помнила уже, что было дальше, лишь, кажется, на фоне слышала своё имя, пока в ушах был звон.

Проснулась я, к удивлению, в комнате, чего не ожидала, и ко мне зашла милая пожилая женщина с подносом каши и тёплого сока из вишни.

— Ах, как хорошо, что вы проснулись... Сейчас всем расскажу! Вы пришли в себя! — неожиданные слова от бабушки, но она оставила поднос и ушла раньше, чем я могла что-то спросить.

Голова сильно болела, я приподнялась, чтобы посмотреть на кашу, и, уже взяв тарелку, стала есть, но, посмотрев в окно, изумилась, там лежала и смотрела на меня одна из голов гидры, неужели не вернулась в Царство тьмы?..

Но не успела я обработать эту информацию, как ко мне влетела Флэрианна, удивления за удивлением, та рванула ко мне и крепко обняла, я чуть ли не уронила тарелку.

— Ф-Флэр, да что происходит?! Что со всеми-то не так?! — с шоком говорила та, откладывая чашку кое-как на поднос.

— Ты не помнишь?.. — как-то по-доброму сказала та, отпуская меня и смотря с улыбкой, видя моё удивление, продолжила.

— Ты заставила ангела отступить, призвала гидру из Тёмного царства, а потом непонятной мне магией не только восстановила дома, но и рассеяла руны, что были на людях... Что заставляли их заниматься этим беспределом... И я рассказала им, что ты наследница престола, а не простая ведьма, — Флэр стала отпускать меня из своей хватки и присела рядом на кровать.

— Я помню только, как призвала гидру... Дальше ничего уже не было, но, наверное, хорошо, что всё обошлось малой кровью?..

— Хорошо?! Милана! Ты сможешь свергнуть церковь, своего дядю с трона! Ты вернёшь нашему королевству былое величие! — радостно говорила Флэрианна, пока я чувствовала лишь смятение.

***

— Мой господин... Гидра покинула ваше царство... — прозвучал грубый голос во тьме, что с трудом освещалась голубыми огнями, парящими в воздухе.

— Это... чудеснейшая новость, значит, руны уже разрушаются, а место освобождения гидры станет разломом к свободе...

— Хм?.. Повелитель, вы же не собираетесь отправляться в мир смертных? Это рискованное занятие, Архангелы могут спуститься с небес.

— Да хоть сами Серафимы и Херувимы, мне всё равно, пусть вторая война с Раем будет, если это их воля, это их последователи убивают моих учениц, — Дьявол приподнял руку, что была украшена золотыми украшениями и приятным чёрным маникюром, и, вцепившись пальцами в пространство, стал сдвигать мглу в сторону, разрывая.

— Господин... что вы собираетесь делать? Что прикажете делать мне? — Рядом из тьмы вышел мужчина с красными, длинными, заплетёнными в хвост волосами, зелёными глазами и эльфийскими ушами.

— Готовь армию, Рай... сам начал эту войну, а я её вновь закончу. — После этих слов стали проявляться множество рун, что образовывали между собой линии, вырисовывая узор печати, а тело Дьявола стало растворяться в воздухе, и частицы всасывались в открытый разлом, что уже медленно восстанавливался.

Демон, что наблюдал за этим и ожидая полного восстановления пространства, приложил руку к щеке и приподнял взгляд вверх.

— Дьявол... покинул свою клетку... — сказал он, словно к кому-то обращаясь, пока сверху что-то мелькнуло, тусклый свет.

В небольшой деревушке на окраине людского королевства произошёл траур несколько дней назад, молодой мальчуган лет пятнадцати скончался по неизвестным причинам, вся деревня собралась на похороны, и даже приехал священнослужитель прямиком из столицы.

— Спасибо вам большое... за то, что приехали к нам, мой мальчик... он... — начала женщина в полностью чёрном одеянии лет сорока и с заплаканными глазами, мать мальчика, что овдовела ещё при рождении ребёнка.

— Да, да... я сожалею, вам, дамочка, но дорога, в такую даль, и мои услуги, они... немалого стоят, — сделал небольшой намёк священнослужитель, снимая с плеча сумку и доставая оттуда всё необходимое: свечи, кресты, благовония.

— Да, да... я... всё, что у меня есть, вот, возьмите, пожалуйста... упокойте... моего мальчика... тут немного... но я надеюсь... хватит? — с надеждой говорила женщина, пока почти от каждого слова по её глазам невольно прокатывались слёзы, и сама та протянула ему мешочек с золотом.

Мужчина грубо выхватил его и, открыв, сразу нахмурился, надеявшись на большую сумму, тот поднял на неё озлобленный взгляд.

— И ради этого я тащился в эту глушь?! Тут минимум должно было быть десять ТЫСЯЧ золотых, а не две тысячи! — на повышенных тонах начал он.

Люди, что ждали церемонии, немного напряглись от такого заявления и агрессии священнослужителя, а женщина вообще отошла на один шаг назад, дрогнув.

— Простите... но это... всё, что у меня есть, мне ещё и помогали собирать всей деревней, мне нужно и им долги вернуть... тысячу золотых... — обеспокоенно говорила женщина, её голос дрожал. Тучи сгущались.

— Меня это не волнует, это только мне на дорогу обратно, я не буду проводить ритуал, за такое неуважение к церкви место вашему сыну в пучине ада! Он в любом случае был связан с сатаной, раз вы решили отмаливать его грязную душонку! А этого много стоит.

Женщина совсем вжалась в себя, она не знала, что делать в этой ситуации, пока не начался сильный ветер, тогда уже она и все присутствующие обратили внимание на скверную погоду, что минуту назад не предвещало и маленькой тучки.

— О, творцы... Смотрите! — послышался голос из толпы людей.

Рядом с гробом почва стала покрываться трещинами, из которых стал сочиться тёмно-красный смог, что стал обволакивать мёртвое тело мальчика, а крест на его шее истлел, расплавляясь и въедаясь в кожу.

Уже через несколько мгновений неживой мальчик стал подниматься из гроба, вводя в ужас всех окружающих, некоторые люди даже стали забегать за спину святого отца.

Лишь мать умершего сына смотрела с тоской на это и, пав на колени, приложила голову к земле.

— Тс! Я так и знал! Чёртова ведьма! — возмутился священник, указав пальцем на женщину.

— Грех — тщеславие, — заговорил ребёнок и открыл налитые кровью глаза.

Уже через секунду рука мужчины стала выкручиваться наизнанку, и раздались его и ближайших людей крики, что стали убегать, спасая свои жизни, а священнику уже ничто не могло помочь, его стало выкручивать наизнанку, пока все органы не повываливались наружу.

Лишь мать осталась, не сдвинувшись с места, и, подняв голову, лицезрела перед собой одержимого сына, что стоял перед ней.

— Ведьма древних лесов, отступница от моих учений, я и подумать не мог, что нить судьбы нас так пересечёт, — тот протянул руку и провёл по её волосам.

— Простите меня, мой господин... — без доли страха ответила та.

— Ты получила уже своё наказание, хотя мной оно не задумывалось, но твой умерший ребёнок всё равно не смог бы попасть на небеса, но его душу никто не тронет, за верную былую службу мне я дарую тебе покой, — убрав руку, тот развернулся и направился вперёд через деревню к лесам.

А некогда живая женщина стояла окаменевшей статуей с застывшими у глаз слезами, словно кристаллами.

Проходя мимо домов и осматриваясь, тот видел испуганные лица людей, что смотрели из-за штор, природный страх перед тем, чего они понять не могут, и тем, кто сильнее их самих.

— Грех — похоть, — проговорил тихо Дьявол.

И из ближайших домов раздался крик и хлопки от взрыва, несколько девушек и мужчин выбежали из домов, но сразу же прижались к стенам, уставившись на мальчишку.

Тот перевёл взгляд на открытую дверь дома и медленно зашёл туда, осмотреться.

На полу валялся мужчина лет тридцати, на месте полового органа была сквозная дыра, смерть произошла от шока.

Пройдя немного дальше, под кухонным столом сидела маленькая девочка, что изливалась слезами.

— Ты боишься? — спросил мальчик и присел на одно колено перед ней.

— Да... папа, он...

— Больше тебя не тронет, — протянув руку, Дьявол улыбнулся.

— Никто тебя больше не тронет, ты сможешь защитить себя и своих близких людей, если примешь мой дар, — над ладонью появилась небольшая светящаяся руна, изображающая в себе бабочку.

— Ведьма путеводного мотылька.

Девочка замялась, её привлекала яркая и красивая бабочка, что сияла перед ней.

— Но папа говорил, ведьмы злые и страшные...

— Это зависит от тебя самой, никто не заставит тебя делать зло, если ты сама этого не пожелаешь.

— Я буду самой доброй ведьмой в мире тогда! — воодушевлённо проговорила малышка и, протянув руку к мотыльку, энергия впиталась, образовав на руке узоры, что через пару секунд стали блёклыми, слившись с цветом кожи.

— Будь счастлива, — после мальчик поднялся на ноги и пошагал к выходу.

— Подожди! А как тебя зовут? — окликнула его девочка.

— Люцифер, — коротко ответил тот и вышел из дома.

Теперь его путь лежит в лес, подальше от цивилизации, слухи разносятся очень быстро, и об одержимом мёртвом ребёнке узнает в скором времени все церкви и монастыри, когда начнётся охота — лишь вопрос времени.

Идя по дороге меж ветвистых деревьев и кустов, Дьявол чертил перед собой печать алого цвета.

Закончив её, тот приложил её к своему горлу и начал говорить, что услышать его могли все ведьмы.

— Мои дорогие ученицы, настали тяжёлые времена, и я сожалею, что так долго не мог связаться с вами и вам могло показаться, что я вас бросил, но внемлите мне, ведьмы... Кристальной пустоши, дремучих лесов, путеводного мотылька, вековых льдов, мёртвой топи, мой гримуар, что хранили ведьмы Голубой лагуны, похитили, его необходимо вернуть, и мне тяжело это просить, но Милана — последняя ведьма Голубой лагуны, больше их не будет, защитите её, ОНА ПОСЛЕДНЯЯ этой касты ведьм и имеет путь в наше Царство тьмы, будьте осторожны, мои дорогие ученицы...

В это время...

Я смотрела на Флэрианну, она выглядела странно, не сказала бы, что до этого с ней всё было нормально, но сейчас в особенности стоит и смотрит в одну точку, а я как дура смотрю на неё и так уже пять минут, мы стоим друг друга, но резкий её голос заставил меня дрогнуть.

— Мы не можем... ой, кхм, нельзя идти в столицу, это ловушка! — заявила она.

Я аж почувствовала возмущение, что нарастало внутри меня, положив руки в боки и злобно окинула её взглядом.

— С чего бы это? Я должна вернуть книгу господина, обязана.

— Нет, просто... я слышала его голос, за столь долгое время, ты не можешь туда идти, это опасно.

— То есть он связался с тобой, но не со мной?

Я хотела уже продолжить конфликт, начать сильно возмущаться, спорить, но Флэр продолжила свою мысль раньше меня.

— Я понимаю, сейчас твои эмоции спутанны, возможно, ты зла на меня, но ты последняя ведьма Голубой лагуны, таких, как ты, больше не будет, мы теряем связь...

— С Царством тьмы...

Вся злость как рукой сняло, хотя и не хотелось признавать, но она права, я последняя, и, возможно, таких, как я, более не будет в мире.

Присев на кровать и сложив руки на коленях, я стала смотреть в пол, раздумывая обо всём произошедшем и как стоило бы мне поступить, хотя то, что господин не связался со мной, так странно.

— Подожди... — меня словно осенило.

— Значит, он в мире смертных! Он связался с тобой, но не со мной, я не способна общаться с ним в мире живых, но в обители тьмы была способна! Он смог выбраться из заточения!

Я как больная вскочила с кровати и, схватив Флэрианну за руки, стала прыгать вокруг неё и смотреть, как она смотрит на меня, словно я умалишённая, а может, и правда.

Остановившись, я продолжила:

— Но это значит, что скоро начнётся охота.

— Охота?.. — немного удивлённо проговорила та.

— Да, неважно, каким способом он пришёл к нам, это потребует много магии, и небеса это заметят и отправят к нему ангелов извергнуть обратно, мы должны найти господина.

— Мне эта идея не нравится...

— А мне нравится, или ты со мной, или без.

Схватив сумку, я положила туда ближайшую буханку хлеба и несколько монет и, отправившись к выходу из хижины, где меня уже ждала уменьшенная версия гидры, она была на голову выше меня.

Оглянувшись, я увидела, как Флэр вышла за мной, выглядела она явно недовольной, и то ясно, я могу уступить что угодно, но господина — никогда.

— Ты же понимаешь, что мы даже примерно не знаем, где его искать, Милана?

— Да, но я уверена, что скоро расползутся слухи о любой вспышке магии, и мы отправимся туда.

— Идея отстой.

— Хорошо, тогда мы отправимся за книгой.

— Ещё хуже, а ещё варианты есть?

— Мы не можем просиживать тут свои задницы, мы обязаны действовать ради нашего Господина.

Я пошла вперёд по деревне, и за мной последовали гидра и Флэрианна, надо быть очень внимательной, слухи должны были появиться, странствующие торговцы должны были их разнести, сколько должно уйти на это времени с учётом всего королевства, день? Два?

— Милана... — Флэр отдёрнула меня рукой и показала на двух девушек, что перешёптывались между собой, да, это может быть оно.

— Звук, глаз, — я вытянула руку перед собой, и перед нами из эфемерных рун стали вычерчиваться слова.

— «Слышала? В той деревушке на западе отсюда мальчишка одержимый» —

— «Ой, да ну? А что там было?» —

— «Хоронила его мать, ойх, ну и репутация плохая была, решила сына отмолить, да не успели, видимо, бес вселился, полдеревни перерезал».

Я посмотрела на Флэр, она хмурилась, смотря на эти слова, я развеяла руны и развернулась к западу.

— Ты правда хочешь идти?

— В этом нет сомнений, это единственное, в чём я никогда не сомневаюсь.

Она кивнула, как хорошо, что она просто смирилась с этим, не придётся её уговаривать.

Мы отправились в долгий путь, хотя на все сто процентов я не была уверена, что мы идём правильно, учитывая, что мы шли уже два часа подряд.

— У меня но-о-ожки устали... — жалобно проговорила я.

— Сядь тогда на свою гидру.

— Правда можно?! — я радостно обернулась на гидру, она недовольно фыркнула мне в лицо, я могла ожидать такой ответ.

Ещё пару шагов и просто завалилась рядом с деревом.

— Я уста-а-ала!

— Не надо было тогда идти, как ты жила-то до этого, я не пойму.

— Долго и счастливо я жила, — недовольно ответила я.

Выдохнув и достав буханку, отломила кусок, протянув Флэрианне.

Она села рядом со мной и приняла угощение, став его есть, гидра же прилегла недалеко от нас, сложив головы.

— Знаешь, если мы найдём господина...

— Главное тут слово «если», не забывай, он мог давно уйти, если знал, что за ним начнётся охота.

— Я понимаю, но не могу понять только, почему он считает, что я последняя ведьма Голубой лагуны, почему нельзя?..

— Потому что нет больше тех, кто способен растопить его сердце.

— Что? Это в каком смысле?

— Это легенда, я слышала её от других ведьм, что ваш шабаш Голубой лагуны — не только хранители его гримуара, но и возлюбленные, любовь чью не знаете вы сами, безответная любовь, так сказать.

— Как странно...

— Когда погибнет последняя ведьма Голубой лагуны, падёт хозяин в вечную пустоту и лишится всех присущих эмоций, и настанет ад на земле, и пойдут порождения тьмы со всех щелей, и начнётся вечный мрак.

Она молчала ещё минуту, смотря на кусочек хлеба.

— Черпает эмоции от вас, сильнейшая связь, что разрушает лишь смерть, и ведьмы Голубой лагуны не отправятся ни в рай, ни в ад, и ждёт их полное забвение.

— Какая-то у тебя легенда странная и ничем не подкреплённая...

— Может, и так, но ваш шабаш не пополнялся на протяжении сотен лет, и если других ведьм было в избытке, вас всегда было чертовски мало.

— А сейчас нас всех так мало, это так грустно...

— Ты можешь грустить сколько угодно, делу это не поможет, идём дальше, — прифыркнула та, закинув последний кусок хлеба себе в рот и поднявшись на ноги.

Я призрительно подняла на неё взгляд, совсем не отдохнула, а она уже гонит меня, даже гидра вставать не желала.

— Да пощади, блин! Быстро ты переняла инициативу... — недовольно цыкнула я.

Она осмотрелась, взгляд у неё был, словно она подозревала всё вокруг в предательстве.

— Не хочу тут задерживаться, место мне кажется... странным, словно кто-то следит за нами.

— А, я поняла, ты просто от усталости крышей поехала, хорошо, отлично, давай устроим привал.

— Я серьёзно говорю, Милана! — возмутилась та.

— Да брось ты, это легко сейчас проверить, сейчас, подожди.

Подняв руку, с наивной улыбкой я прикрыла один глаз.

— Глаз, слово, всевидящее око.

С лица сразу же сошла улыбка, осознавая увиденное, всё вокруг покрыто было непроходимым туманом, иллюзией.

— Мы в западне...

Гидра сразу же подняла головы и зарычала, смотря в одну точку, и туда же я направила руну, завидев два силуэта, сразу отступила.

— Флэр, это ангелы!

— Дуреха, я же говорила! — возмутилась она и, схватив меня за шкирку и совершив комбинацию рун, подлетела в воздух.

Место, где были силуэты, стало искажаться, сначала завидели макушки светло-золотые волосы, голубые глаза и сами мужчины, что были как две капли похожи друг на друга, лишь эмоции отличали их, один сиял счастьем, другому было словно всё безразлично. И у каждого было по одному крылу с противоположной ему стороны.

— Я надеялся, мы просто убьём их... — сказал один.

— Это портит всё веселье, хотя я и правда думал, что они догадаются быстрее! — ответил второй, хлопнув в ладоши, иллюзия стала рассеиваться.

— Ангелы-близнецы, мы сильно влипли... — Флэр была сильно обеспокоена, я чувствовала это, когда она пальцами въедалась мне в кожу, крепко держа.

— Они не высшие ангелы, справимся как-нибудь...

— Если ты не поняла, падший ангел им в подмётки не годится!

Пока мы переговаривались между собой, я уже видела, что в нас полетел огромный сгусток золотистой магии.

Флэрианна маневрировала и полетела вниз, и этот шар последовал за ней, через мгновение в воздухе появился такой же, что последовал за нами.

***

— Я удивлена, что вы так долго жили, а ты...

Голос девушки раздался эхом в моей голове, я не помню, что было дальше, мы пытались спастись от сфер света, а после — пустота, ничего не помню.

Я ощутила лёгкое прикосновение нежных рук к моим щекам, ничего не видно.

— Кто здесь?.. — тихо спросила я.

Сразу же почувствовала, что с моих глаз стали снимать повязку, и яркий солнечный свет ненадолго ослепил меня.

Привыкнув, я взглянула на девушку, что стояла передо мною, молодая, красивая, с волнистыми чёрными волосами, красными глазами — сразу вспоминалась одна особа.

— Лилит...

— Верно, заставила же ты поволноваться всех вокруг. — Она улыбалась, казалось, что это милая и добрая улыбка, но нет, за ней скрывалась настоящая змея.

Она была в белоснежной мантии с золотыми узорами, вокруг всё было исписано религиозной живописью, и по запаху благовоний и свечей было понятно, что это церковь.

— Ты предательница...

— Ну что ты, я святая дева, Бог смилостивился надо мной за этот героический поступок.

Та погладила меня по волосам.

— Ну да ладно, скоро придёт отец Фридерик, у него к тебе есть важный разговор.

— Где Флэрианна?

— Не переживай ты так о ней, тебе стоило бы волноваться за себя, даже не интересно, почему тебя не решили сразу же сжечь?

— Я приманка.

— Почти угадала, молодец, половина слов Гримуара не видны для нас и...

— Зря решили тратить время, я ничего вам не прочитаю оттуда.

Незамедлительно я получила пощёчину, лицо Лилит не изменяло в приятной улыбке, а от её ногтей на щеке выступило несколько капель крови.

— Не волнуйся, жизнь в аду научила меня, как правильно добиваться правды. И эти путы не так просты, в этот раз ты не сможешь колдовать.

Меня это лишь улыбнуло, и я подняла на неё довольный взгляд.

— Что улыбаешься?.. — проговорила та в смятении.

— Твоя уверенность просто забавная.

Я перевела взгляд на окно за её спиной, где была морда гидры, что уже увеличилась в размерах и, открыв пасть, одним укусом смела эту часть стены. Лилит немедля развернулась и стала спиной отбегать.

— Гидра! Как ты её притащила в мир живых, когда действует печать?!

Улыбка невольно расползлась по моему лицу, и подумать не могла, что мне так понравится страх Лилит, той, что предала Господа и Дьявола, но стала святой девой на земле. Как же она боится эту милую гидру, она ведь совсем не кусается, а жрёт целиком.

Уже через мгновение я увидела, как с улицы стали сыпать стрелы, что отлетали от плотной чешуи гидры, а Лилит, схватив меня, стала закрываться мною.

— Ты же понимаешь, что тебя это не спасёт? — спросила я.

— Заткнись! Заткнись! Если не спасёт, я перережу тебе горло!

И та приложила кинжал к моей шее, ситуация стала набирать обороты, и я нахмурилась.

— Отзови гидру, немедленно! Немедленно!

В её голосе я ощущала этот животный страх, за собственную жизнь она казалась мне такой противной, даже дядя мне не так отвратен, как она.

— Да ну? А потом будешь оправдываться перед священником, почему ты меня убила.

Её напор спал, и она медленно убрала нож с моего горла, трясущимися руками успела нанести несколько маленьких царапин, но ничего страшного в них не было.

— Но и уйти я тебе не позволю!

После её слов я сразу пригнулась и не зря, комбинация рун пролетела надо мной, впечатываясь в стену.

Сделав несколько быстрых рывков в сторону, я сократила расстояние между нами и смогла лицезреть Лилит во всей красе.

Её кожа почернела, став словно уголь, выросли рога, лицо исчезло, вместо него была пустота с сияющими красными глазами, большие демонические крылья и хвост-хлыст, её рычащий голос разнёсся эхом по церкви.

— Дрянная девчонка! Ты не можешь мне всё испортить!

Тягаться с демоном — это как с ангелом, только я в неловком полусвязанном положении, но это всё мелочи, она уже сделала выпад в мою сторону, замахнувшись когтистой рукой, а я, подстраиваясь под темп, стала уворачиваться, стараясь разорвать дистанцию вновь, но получалось уже с трудом.

Ещё один её выпад, и я чуть не лишилась руки, глубокая рана на предплечье и сильная боль заставили меня упасть на спину, пока эта предательница истерически засмеялась.

Гидра не могла уменьшиться в размерах и помочь мне, пока её атаковали, я не могла использовать руны в таком положении, всё было хуже некуда.

— Довольно. — старческий голос разнёсся эхом по всему монастырю.

— Отец Фридерик... — проговорила Лилит, пока её форма возвращалась в человеческую, даль в этой форме не учли одежду, она исчезла при перевоплощении в демона и не вернулась в обратную сторону.

— Приведи себя в порядок и не перевоплощайся больше, ещё не хватало, чтобы простой люд тебя увидел такой, — строго проговорил старик, смотря на меня и после переводя взгляд на Гидру.

— Ты сильнее, чем я думал, маленькая ведьма.

Лилит кивнула и в спешке ушла к потайному выходу, оставив меня наедине с ним.

Пришлось наблюдать картину, как Гидру невольно стало сжимать, вокруг появлялись различные комбинации рун, что кружились вокруг неё, в центре сияла руна света, словно устроив весь этот хоровод вокруг порождения тьмы, и уже через несколько секунд от гидры ничего не осталось.

— Так-то лучше, много же она шуму устроила.

Я молчала, переводя взгляд на него, а он продолжил:

— Не нужно смотреть на меня так, словно я преступник, я лишь выполняю волю нашего Творца.

Он прошёлся немного вперёд и, отряхнув своё одеяние, присел на ближайшую ко мне скамью.

— Пф, как много пыли, кхм, так о чём это мы? Ах да...

Рукой залезая под мантию, священник достал оттуда гримуар и, положив себе на колени, рукой провёл по обложке.

— Она вам не принадлежит, — сразу же сказала я.

— И то верно, она принадлежит людям, послушай меня внимательно, Милана, эта книга может решить много человеческих проблем.

— И так же их создать в руках неугодных, таких, как вы.

Священник улыбнулся и даже хмыкнул на мои слова.

— Нет, ответ не совсем верный, неугодные лишь... — я не дала ему закончить предложение.

— Демоны, но это вы так считаете.

— И не зря считаем, эта книга священна и была похищена ещё давно из Дейодорского монастыря.

— Не надо пытаться меня обманывать, вы можете обмануть кого угодно, любого человека, но я не верю ни единому вашему слову.

В помещение вновь вошла Лилит, в полностью белом одеянии и с натянутой на уши добренькой улыбкой.

— Отец, может, разговоры ни к чему? Она явно не хочет сотрудничать.

— Подожди, Лилит, лучше выйди к людям, успокой их, они явно ошарашены произошедшим вокруг, наставь их нежным образом.

— Как скажете, святой отец, — она отмахнулась рукой и, развернувшись, пошла к главному входу в монастырь, где с характерным грохотом и скрипом распахнулись двери перед девушкой.

Эхом её голос отдалённо стал разноситься по пустому монастырю.

— Дорогие мои дети, на наше время снизошло множество испытаний, страданий, эта ноша может казаться тяжёлой, непосильной, но боги никогда...

Но стоило дверям закрыться, её речь осталась за толстым слоем стен.

— Послушай, Милана, ты уже взрослая девушка и всё должна сама понимать.

Я не хотела ему отвечать, лишь злобно смотрела ему в глаза, надеялась увидеть хоть каплю милосердия, но глядела я словно в бездонную пропасть. Минута тишины царила между нами, и священник, нехотя, открыл первые страницы книги.

Его взгляд стал злее, голос грубее.

— Что ты видишь, Милана? Ответь мне, я требую ответа.

Что я видела? То, что ему взглядом было не уловить, содержание книги было не только в её страницах, что можно было прочесть, но и в энергии рун, что сочилась вокруг листков и медленно разносясь, постепенно растворяясь в воздухе.

Я невольно улыбнулась, наблюдая за этим, как неосязаемая энергия пропитывала пространство вокруг, а запретные слова мелькали перед глазами.

Моё довольное выражение лица было не по нраву моему собеседнику, его злой, высокомерный взгляд словно сверлил меня насквозь, его распирала злоба, которую он не мог выпустить.

— Тебе кажется это забавным? Столько жизней на кону, а ты, грешное отродье, смеешь сидеть тут и радоваться?!

— Разве грешно испытывать эмоции счастья? Я думала, уныние — один из грехов.

Руки у меня были за спиной, я сложила пальцы между собой, что отдалённо напоминали руну звезды, в надежде получить энергию для её активации из воздуха.

— Но не в этой ситуации, милочка.

— Сколько сейчас времени, можно ли тогда узнать?

— Время? Близится к закату. — И он сразу же захлопнул книгу.

Моя улыбка сразу же пропала с лица, и я расслабила руки.

— Вот оно что, может, я и стар, но точно не глуп, я успел вычитать про эту необычную руну звезды, ночью она довольно сильная, но днём потребление маны колоссальное, может даже привести к смерти владельца.

Тот провёл рукой по обложке и поднялся на ноги, уже собираясь уходить.

— Времени у нас с тобой будет ещё очень много, моя маленькая девочка.

Тот ещё с минуту смотрел на меня своим пустым, неживым взглядом, пока, не наклонив голову немного вбок, стал медленно подходить ко мне, явно смотря мне за спину.

— А это откуда взялось?

Сама я немного удивилась, даже подумала о том, что Флэр что-то запланировала, и, обернувшись, не вставая с пола, мой взгляд упал на чёрную свечу, что была изрисована различными символами, они слабо походили на уже знакомые мне руны, но имели словно более древнее, могущественное начало. В голове разнеслось эхом незнакомого голоса: «Начнём с начала».

— Огонь, — проговорила сразу же я, и на свечке вспыхнуло пламя, это были не мои руны, не моя энергия, но словом силы я могла использовать их с самого начала, в том порядке, что были они начертаны.

Священник словно оцепенел, смотря на свечу, но это лишь так казалось, и он сразу же потянул ко мне руки в надежде заткнуть.

— Звук.

Тишина накрыла всё вокруг, словно уши заложило, и лишь тихий писк разносился со всех углов, а Фридерик закрыл мне рот руками, но это уже ему не поможет, следующее слово:

— Душа, — мои губы двигались, но слов не было, но эффект я ощущала на себе, всё внутри закололо, сердце было готово вырваться наружу, мышцы стали сильно болеть, а я только сейчас заметила, что каждое произнесённое мной слово растворялось, исчезая со свечи частичками энергии.

— Раздор.

Боль исчезла, а вместе с ней и ощущение собственного тела, оно словно онемело. Мой рот отпустили, я приглушённым эхом стала слышать неразборчивые слова, молитвы, и, неосознанно повернув голову, стала смотреть, как Верховный священник упивался собственными слезами, спотыкаясь и пятясь назад, крестился.

Моя рука сама поднялась перед глазами, и я не могла её узнать вовсе, тёмно-синяя с выступами красных вен.

— Не стоило это делать, — это был не мой голос, мужской, так был похож на господина, но откуда исходил он.

Время на размышления терялось так же быстро, как я осознавала несколько вещей: я не дочитала древние руны, было ещё две, и то, что своим телом я более не управляю.

— Изыди! Изыди из святого места! Изыди! — кричал святой отец, в ход пошли самые разные руны: страж, свет, огонь, листок, вода, но всё просто не долетало, исчезало перед носом, пока моё собственное тело стало не моей волей вставать на ноги, и путы, что сковывали меня до этого, словно исчезли вовсе.

— Да, конечно, бегу и спотыкаюсь, скажи мне лучше, святой ли ты человек, покаешься в своих грехах, — спокойным тоном говорил мой владыка, подходя всё ближе к нему.

Чем больше сокращалось расстояние, тем сильнее он сходил с ума от собственного страха перед столь могущественным существом.

Мой взгляд устремился к осколкам стекла, что валялись неподалёку.

— Пока не догорит свеча, Милана, ты просто жди.

Лица просто не было или было, похоже на маску и одновременно нет, чёрная с разными узорами и торчащими из головы рогами, в глазницах не было ничего, лишь пустота.

Взгляд тела медленно вернулся к священнику.

— С какого греха начнём?

Священник упал на пол и просто стал отползать, все молитвы превратились в мольбы о пощаде, и как быстро он превратился в такое ничтожество.

— Тогда — Похоть.

Из его рта сразу же заструилась кровь, начался сдавленный кашель, и, сжав горло рукой, он словно пытался себя придушить.

— Я ещё не закончил.

Моя рука поднялась над ним, и образовались вновь символы, но значение этих я не понимала, лишь по эффекту того, что Святой отец не умирал, понимала значение «Жизнь».

Дальше господин прошёлся по всем смертным грехам, каждый из которых приводил к разным последствиям в зависимости от тяжести греха, лень: выкручивание позвоночника, гнев: кожа сгорела, уныние: из глаз полезли насекомые, обжорство: желудок разорвался на части, жадность — он не выдержал, тело на глазах расплавилось и впиталось прямиком в пол, даже руна господина не смогла на этом сохранить ему жизнь.

— Какая жалость, — проговорил он.

Переведя взгляд на свечу, я увидела, что она почти истлела, даже тех слов, что я не договорила, не было уже видно, и смысла в них не было.

Тело медленно стало идти к гримуару, чтобы присесть рядом с ним.

— Милана, послушай меня внимательно. Я хочу, чтобы ты уехала из этого королевства как можно дальше, на другой материк, даже обитель тьмы не сможет больше принести безопасность, грядут перемены, и я не знаю, смогу ли найти тебя сейчас, даже этот маленький трюк привлекает слишком много внимания, сохрани эту книгу от грешных рук, ты должна исполнить свой долг ведьмы Голубой лагуны.

С каждым разом мне казалось, что его голос всё тише, а разум всё мутнее.

Я резко открыла глаза, вскакивая на ноги с тяжёлой одышкой, словно не дышала всё время, всё тот же монастырь, свеча, это не было сном, но сколько я здесь лежала?

Переводя взгляд на книгу, я сразу же обеими руками схватилась за неё, прижав к себе, и быстрым шагом пошла к чёрному выходу.

Неясно, когда Лилит вернётся в монастырь, когда прибудут те ангелы или жрецы, что будет дальше, какое меня ждёт будущее, смогу ли я найти Флэрианну и как жить дальше.

Но именно сейчас я должна спасти книгу от всех тех, кто готов использовать её силу во зло.

Подойдя к двери и медленно её приоткрыв, я вышла на улицу, уже была глубокая ночь, и я с облегчением выдохнула, ночных проповедей не бывает, и ночью можно спокойнее всего покинуть город, если не учитывать стражу, что патрулирует его.

Но мне всё равно на душе сейчас было намного легче, и среди тьмы, что освещалась тусклыми факелами, я медленно пробиралась по закоулкам улицы мимо стражников, что в основном спали.

— Куда вы идёте в столь поздний час, юная леди? — раздался голос за моей спиной.

Изначально я подумала, что это стражник, и уже придумала странную отговорку на этот счёт.

Но, обернувшись, мне стало совсем не до отговорок.

Белоснежный наряд с выкройками герба Дейодорского монастыря синего цвета, на лице белая маска с одним проёмом для глаза, а за спиной красовалось шесть золотистых крыльев, что были скованы цепями. Тот протянул ко мне руку, выставляя ладонь вверх.

— Не надо убегать, не надо бояться, лучше пройти со мной и не пытаться сопротивляться.

В области губ маска надтреснула несколько раз, создавая иллюзию кривой, немного пугающей улыбки.

Возрождённая госпожа семи катастроф света.

Солнце медленно поднималось из-за горизонта, его теплые лучи падали на землю, согревая её своим теплом и озаряя тьму.

Я стояла на краю обрыва в латной, украшенной магическими сапфирами броне; её блеск затмевала лишь кровь, что стекала по ней. Острие меча медленно пронзало мою грудную клетку с искусной точностью, но боли не было, нет. Я уже ничего не чувствовала, а моё лицо озаряла улыбка, пока пальцы медленно отпустили меч в моей руке, а рядом валялся такой же испачканный кровью щит с прекрасной резьбой, что когда-то создал для меня милый кузнец, наверное, это было лет десять назад, тогда мне было всего пятнадцать, ах, и если бы я только знала, что всё так обернётся.

— Рассвет, он прекрасен... — Прошептала я, пока из рта медленно теплой струёй потекла уже чёрная кровь, словно давно сгнившая в моём осквернённом теле, я обернулась на него. Мои золотистые пряди на ветру развивались, лишь слегка затмевая мне обзор, его, моего возлюбленного сына графа, героя людей, победившего властителя тьмы.

Некогда глаза, что были наполнены любовью и трепетом, смотрели на меня лишь с отвращением и холодом, словно все его слова, клятвы были лишь пустым звуком для него.

— Эрион... — Еле слышно прошептала я, тело так быстро немело, силы так быстро покидали меня. Я и не успела понять, как перед моими глазами небо стало стремительно отдаляться, и я стала падать в бездну обрыва, последнее, что я могла услышать за звоном в ушах, его слова:

— Прощай, Элейн.

***

— Это подарок, возьми его. — Передо мной громоздкий мужчина подставил щит, что прямо на глазах сложился и стал меньшего размера.

Я широко открыла глаза, смотря на это воспоминание прошлого, а после, посмотрев на свои руки и вовсе ущипнув себя и почувствовав сильную боль в этой области, поняла лишь одну вещь — либо это было видение будущего, либо я вернулась во времени, но это не отменяло того, что я умерла от рук-

— Элейн! Ну чего ты там встала! Пошли быстрее! — Раздался знакомый до боли голос, я слегка дрогнула, взяв в руки щит, что сейчас был мне по размеру, и широко улыбнувшись, посмотрела на дядю-кузнеца.

— Спасибо большое! — Я поклонилась в знак уважения и после уже побежала в сторону остальных ребят.

Наш небольшой класс S-уровня, что наравне с другими готовили к битве, чтобы убить властелина тьмы, только наш класс справится с этим, с большими потерями, но мы сможем увидеть рассвет за вечной тьмой, точнее, только Эрион.

— Чего ты так долго? Знала же, ругать будут, и что это такое? Не украла ли? — Хмуро говорил он, а после и указал пальцем на мой меч. — Пальцы отрубят, если украла.

— Н-нет! Не украла! Мне подарил дядя-кузнец! — Сразу оправдалась я, помахав свободной рукой, а он в своей привычной манере прищурился, фыркнув, но, кажется, приняв мои слова, просто продолжил идти прямо, ну как приняв, его пассивная способность его рода видеть ложь в словах, ему невозможно соврать ни о чём и никогда, полезно на политической арене, но вот в бою полностью бесполезная пассивка, его не задирают просто потому, что он сын графа, единственный наследник в семье, говорят, что скоро его семья будет повышена в должности, если он преуспеет в обучении и владыка тьмы будет повержен, они станут самой приближённой семьёй к правителю, их власть будет простираться по всей империи...

Я смотрела на него внимательно, долго, прямиком в затылок, желая просверлить его насквозь, вспоминая тот момент, когда он пронзил моё тело мечом. Так бы и врезала ему сейчас, бесит он меня. За что вообще?! Что я сделала не так?! Нас и так двое осталось, я думала, ну у нас будет всё как в романтических книгах, долго и счастливо! А не вот такой финал! Пф, ладно, надо успокоиться и сделать глубокий вдох и выдох. Сосредоточиться на воспоминаниях, они... довольно мутные сейчас. Момент перед смертью я хорошо запомнила, все остальные словно в тумане, я точно не помню, что происходило, может, память со временем восстановится или полностью исчезнет, наверняка знать я не могу.

— Дети, а это кристаллиум — Учитель остановилась и после указала нам на стенд, где было множество блестящих драгоценных камней. — Каждый из них под свой цвет имеет благословение чуда света, конечно, не многие способны их использовать, но владельцы многократно усиливают свои показатели и магию, и сейчас мы проверим вашу предрасположенность к ним.

Я смотрела на сапфировые кристаллы, помню, что в будущем использовала точно их, но не помню, какую силу они мне даровали и как вообще сражалась, а он?.. не имел к ним расположенности, точно не имел.

— Эрион, подойди сюда, ты первый. — Дружелюбно сказала учитель, протянув ему руку, на ладони которой красовалась печать, изображённая в виде кристалла.

— Да, учитель. — Он кивнул и направился к ней, она навела ладонью над его головой, пока он сосредоточенно наблюдал за кристаллом в центре, что медленно переливался всеми цветами радуги, словно гипнотизируя, можно и догадаться, что он мечтает именно о нём, полном сборнике сил, быть особенным, лучшим во всём.

— Ладно, следующий. — Она убрала ладонь, он приоткрыл глаза шире, подняв на неё взгляд.

— Я... прошёл?.. — С какой-то надеждой сказал.

— О, нет, у тебя нет никаких предрасположенностей к кристаллиуму. — А она всё так же улыбалась, словно для неё это было обыденное, разочаровывать детей, и более поникший мальчишка направился обратно к всем остальным ребятам, что даже особенно и не смотрели в его сторону, помню... что тогда утешила его, что мы говорили об этом, что на его глазах тогда я впервые увидела слёзы и как он мне рассказывал, что не хочет подвести отца, но отчего-то сейчас я ничего не чувствую к нему, тогда мной двигала лишь жалость к нему, а сейчас лишь пустота, он скрылся среди остальных, и после учитель назвала моё имя, и я направилась к ней, как я и ожидала, она скажет, что мне благоволит сапфир — силы защиты. Помнить бы ещё, какие именно силы у меня были, но уже и так понятно, я была с мечом и щитом, на передовой оберегала всех и видимо очень плохо, раз не дожил никто. Я грустно вздохнула, и ко мне подошёл один из ребят — Тод.

— Эй, да чего ты грустишь-то? — Он улыбнулся во все зубы. — Радоваться же надо!

Он был передо мной и получил рубин — атакующий, хотя и не помню даже, каким он был и как выглядел тогда, да и чем сражался.

— Да так, просто о своём думаю. — Отмахнулась я.

— Из-за нашего графа, что ли? — Он мотнул головой в его сторону. — Да не парься, даже если чё-то не так будет, он же сын статного рода да и единственный, с ним ничего не будет, это мы-то все обычные простолюдины.

Я криво улыбнулась, да и правда, если так подумать, он единственный из знатного рода, а все остальные лишь дети фермеров, поваров да кузнецов, простые граждане, а некоторые и вовсе сироты, что имели хоть маленький дар и удачу попасть сюда. Интересно, почему его сюда отправили, неужели граф решил рисковать своим единственным сыном, я прищурилась, продолжая обрабатывать информацию, пока меня резко не осенило, если только у него уже нет другого ребёнка, но если это так, то он получается внебрачный? Или же сам Эрион внебрачный сын, что граф решил объявить?.. нет, быть не может, за это строго карают, но факт остаётся фактом, значит, у графа есть уже другой ребёнок, и нынешний не столь талантливый сын ему попросту не нужен. Конечно, звучит всё логично, но если ребёнок и правда внебрачный, проблем не оберёшься, если только нынешний случайно не умрёт на битве с владыкой, тогда новый наследник будет к месту, даже если и не законный, и наказание граф тогда вовсе не понесёт, от чего-то на моём лице от этого образовалась лёгкая улыбка, хотя я и всё ещё не испытывала к этой ситуации абсолютно ничего. Словно во мне что-то сломалось, но я не могла до конца понять, что именно.

В это время уже абсолютно всех детей проверили, немногим досталась возможность управлять кристаллами, но выдавать нам их всё равно пока что не будут ради нашей же безопасности, а сейчас учитель повела нас обратно в общее общежитие, что было разделено: там, где спали девочки, и там, где мальчики, и нам было запрещено заходить на противоположную сторону, и за этим всем порядком следили злые три ведьмы и три ведьмака, буквально это был их класс. Ядовитыми зельями кидаются и матерятся, как минимум наши бабки, точно, если мы не слушаемся и в комендантский час выходим из комнат. Старые, злые и неуравновешенные бабульки.

Я зашла в свою комнату, моей соседки по комнате пока не было, она направилась в баню, что-то надоедливо говоря про грязь, но я не слушала её в тот момент, вся голова была забита обрывками воспоминаний, какие-то были более чёткими, какие-то расплывчатыми, остальные словно бездонная пропасть, в которую я падала, умирая.

Я легла на кровать, смотря в столь пустой белый потолок, пока за окном была тьма ночи, и лишь свет магических факелов освещал всё вокруг, но с каждой минутой они горели всё слабее, обозначая приход сумерек, да, так мы и жили всё своё время с момента прихода владыки тьмы, в вечной ночи, что он создал, погрузив весь континент в вечную ночь, и уже более трёх веков люди даже не помнили, что такое яркие лучи солнца, рассветы и закаты, лишь искусственное пламя, что освещало города, а за стенами густые тёмные леса, где обитали твари ночи, готовые разорвать любого, кто случайно забрёл туда, и как он выглядит, этот владыка тьмы, я так же не помню, но точно помню, что сражались мы на изнеможение три цикла ночи, не спав, пока луна не сделала полный оборот вокруг неба, только тогда мы смогли убить его, и небо начало светлеть. Над разрушенными остатками его тёмного замка.

— Элейн. — Внезапный грубый мужской голос раздался у меня в голове, открыв глаза шире, я подскочила, все мысли быстро исчезли, и я в ужасе стала осматриваться, но... никого, совершенно никого рядом нет, сердце само быстрее начало биться, а я улыбнулась.

— Это шутка какая-то? — Сказала я сама себе, а после повернула взгляд к окну. Клянусь всем святым, я поседела прямо на месте, прямо на подоконнике сидел мускулистый мужчина, на нём были цепи, что свободно болтались, словно он только что сбежал откуда-то, глаза кроваво-красные, как драгоценные рубины, что переливались, словно сияли сами собой, тёмно-красные волосы, что были небрежно растрепаны, он был в одних рваных штанах! И совсем босиком! А тело его усыпано было множественными шрамами, словно от вековых битв. Он пролез в мою комнату, а я, вскочив с кровати, рванула к двери.

— Господи, боги, господи, боги, господи, боги! — Честное слово, я не верующая, но сейчас, боже, если ты есть, помоги!

— Я могу выломать эту дверь если она тебе мешает. — Он навис надо мной облакотившись рубой об дверь.

Что то во мне щелкнуло и я развернувшись к нему стала нервно махать руками в знак протеста.

— Н-не не смей! Мне так от тех бабок достанеться ты совесм дурной что ли! Да они меня с тобой насмерть зелья закидают! — Поверить не могу, я боюсь каких то маразматичек больше чем огромного мускулистого мудика с мечем.

— Тогда чего ты хояешь, моя госпожа?

— Г-госпожа?! Чего?! Дядь ты что конченный что ли! Мне пятнадцать! Ты что педофил?! — Ну телом то я точно сейчас молода, несмотря на то что разумом я та еще взлослая денщина, но это нечего не меняет!

— Нет, — Хмыкнул он выпрямившись дав мне немного отвлечься от его голого торса. — Я Война.

Тут то я и застыла как вкопанная смотря на него не понимающим взглядом, как он себя сейчас нащвал? Войной? Я помню что нам расскащывали о семи чудах света и семи катастрофах порождения богов и демонов что неумолимо стараются перетянуть чашу равновесия на свою сторону. Если первые вместе с богами давно покинули мир оставившь лишь мелкие крупицы своих сил, то вторые... отправились во служнию владыке тьмы слоило ему появиттся на земле и если сейчас передо мной реальная катастрофа.

— Чем докажешь?..

— Могу сломать эту дверь ради тебя.

— Да отстань ты от этой двери! Что она тебе сделала вообще?! — От возмущения я стала махать руками не имея другой возможности хоть как то выразить свое возмущение в нынешней ситуации.

А он, все так же стоял и моляа смотрел на меня словно чего то ожидая или ищучая, да блин если он правда катастрофа сама война что он щабыл тут? Почему он нащывает меня госпожой?!

— Ты не помнишь? — Сказал он мне.

— Ты ещк и мысли читаешь?! — Уже визжала я.

— Нет, просто я нахожусь у тебя в голове. — Он прошел к стене и просто прошел сквощь неё и оьратно словно лишенной любой оболочки — Я внутри тебя.

— Это звучит... ладно я не буду думать как это звучит, это не обьясняет мне нечего.

— Что тут не ясного? Ты отдала свою эмпатию к живым ради моей силы и ради меня, разве ты не заметила как проигнорировала того мальчика? Что не испытала к нему ни какого сострадания, хотя... мне ли судить, слишком просто, если умрет твоя мать ты нечего не почувствуешь, если твой отец будет умирать в агонии ты молча будешь наблюдать, может быть даже получишь удовольтвие от этогт. — Говорил он так словно это что то обыденное, но от сего и становилось больше не по себе.

— Ты чекнутый, я поняла... — Я оьошла его стороной не смотря на все его убеждения и села на кроватт смотря в его сторону, точнее стараясь смотреть сквозь него.

Дверь открылась в комнату зашла моя соседка - Белла, завернутой в полотенце и с мокрой головой бахнувшись на кровать.

— А-а-ах что может быть лучше горячего душа! — Томно вздохнула она.

Наверное не видеть полу голово мужика что называет себя катастрофой света,отличная альтернатива, он выгнул бровь от моих мыслей а после посмотрел на девушку что была позади него.

— И чего ты кислая такая все время, Элейн? — Та улыбнулась развернувшись ко мне. — Тыж одна из юных талантов, показываешь лучшие результаты в классе почти нечего не делая.

Не делая? Серьезно? Единственная кто тут ленивая жопа это ты, продолжала думать я смотря на неё даже слово и не сказав ей, а то если начну на неё реагировать она точно не щаткнеться и будет еще дольше меня донимать чего бы я сейчас не хотела.

— Капец ты скучная, вот бы мне другую соседку, блииин! — Она перевернулась на спину и расплосталась на кровати как морская звезда.

Мда, с этим я была бы согласна лучше бы не ты, а еще лучше если бы я вообще в комеате одна осталась я помню как много проблем ты мне доставила в прошлом, столько гадостей я от тебя получила и все из за тогт что граф выбрал меня, а не тебя.

Хотя сейчас я не видела что ты бежала его усплкаивать когда ему так нужна была поддержка, хотя в прошлом мне весь мозг вынесла о том что если бы не я, то сама бы его утешила и вообще я была лишняя возле него.

— Я могу её убить если хочешь. — Сказал мужчина развернувшись в мою сторону. — Только скажи.

Ага, сейчас бегу и падаю тебе что то говорить и ты меня вообще тоже бесишь, терпеть тебя уже не могу тут и для двоих девочек места мало, а еще здоровенного конченного извращенца не хватало, свали с глаз моих.

— Как пожелаешь. — сказал он пожав плечами и, правда исчез с глаз, а после я услышала голос в своей голове.

«Но помни, мы всегда здесь, ближе чем ты могла бы себе представить, все мы, просто кто то проснёться раньше, кто-то позже.»

— В каком смысле мы?... — Магинально сказала я вслух.

И к моей беде это очень сильно вощбудило Беллу что она аж подскояила с кровати с восторденым выражением лица.

— Ого! Да ты разговариваешь, это потрясающе! Я думала ты себе голосовые связки вырвала уже давно! — И за этими словами последовал звонкий противный смех.

И кто меня вообще за язык тянул, я легла на кровать и накрывшись с головой понадеялась что если я сделаю вид что легла спать она отстанет от меня, но это было катигорически не верное утвержление.

— Эй! Ну и куда?! Давай, вставай будем сплетничать! — она начала толкать меня в бок и стаскивать с меня одеяло.

— Мне не о чем с тобой говорить, отстань пожалуйста... — Пробухтела я держась за одеяло как за последний оплот надежды и спасения.

— Это еще почему?! Ты что зазналась раз получила кристальную силу?! Пф! — Она одним резким двидением сдернула с меня все одеяло а потом швырнула обратно в меня. — Да я так и знала! Зазналась сразу! Вот упадешь в гиязь лицом и не помогу тебе!

Да ты и никогда не зотела мне помогать, а наоборот вредить, хотя в прошьом я и пыталась вести с тобой хоть какой то диалог и хоть мы хорошо общались в комнате, за её стенами ты превращалась в бестию что старалась мне навредить, унизить, а после извиняться словно ни хотела, а я тебя как последняя дура прощала каждый раз.

Я накрылась вновь одеялкой которую так не брежно брлсили в меня и закрыла глаща в надежде и правда уснуть лишь бы не разговаривать и не видеть её. Пусть и для моего разума это будет лишь мгновенние, но оно будет самым лучшим за все эти годы.

Утро было до боли обычным, мы поднялись под злое крехтение ведьм что ходили по комнатам и будили нас на завтрак что я никогда не любила, меня попросту тошнит от него, а ечли не сьедаешь свою порцию получаешь ядобитым зельем по голове, такое ощущение словно нас убить пытаються больше чем обучить.

На завтрак были яблочные оладьи с крепким чаем и через желание выаернутся наизнанку под четким надзором бабулек мне пришлось все это сьесть и выпить.

Дальше нас повели на свежий воздух на следующие общуение где нас уже ждала учитель магии.

Среди прекрасного сада стояли стулья с партами для нас всех, еще вчера такого здесь не было и они до тошно поставили их под тояное наще колияество.

Когда мы расселись учитель стал вырисовавть на доске тему нашего урока и рассказывать о ней, и чем дольше она говорила тем больше мне всплывало воспоминаний об этом дне и меньше я была заинтересована в обувении.

Всё это, все что она говорит я уже знаю, а желание вздремнуть было намного сильнее чем слушать все это заново словно я осталась на второй год в этом блядушнике.

Я позволила себе прикрыть глаза скрестив руки на груди и склонив голову погрузиться в мир грёз, не полностью конечно же, отчасти я слышала о чем они говорят и что происходит, но перед глазами уже проносились сладкие сны.

— Учитель! — Раздался противный голос Беллы и я приоткрыла глаза. — А Элейн, вас не слушает совсем!

Вот змея подколодная, я конечно могла это ожидать, но все еще надеялась на её благорозумие, я открыла глаза подняв голову, все осудительро смотрели в мою сторону, особеннл учитель, она отложила мел на подставку вощле доски что парила на магии левитации рядом и змуро обратилась ко мне:

— Элейн! А ну встань и расскажи о чем я тут говорила. — Приказным тоном сказала она.

Я могла лишь подчиниться, проблемы мне ее были нужны ни тогда ни сейчас и я поднялась с уже нагретого места стула.

— Вы говорили про уровневую систему что нам доступна с рождения и кажлый человек или другое существо при рождении имеет уровень ноль, а при росте его уровень повышается и вместе с ним характеристики в определеном случае уровень перестает повышаться и зарактеристики остаются на прежнем уровне и наклыдвается дебафф «старость» что режет все характеристики на половину и блокирует многие много уровневые способности еще нам всем доступна наша панель и что бы её вызвать нам достаточно прикрыть левый глащ и сосредоточившись она появится у нас перед глащами, а ещё..— Но договорить мне не дали, учитель подняла руку обозначая что уже достаточно.

Её взгляд был уже намного мягче и на лице была доволтная улыбка.

— Молодец Элейн, но вот про панель я не рассказывала, вижу ты проводила обучение вне уроков это похвально. Можешь садиться на мечто

— Да, спасибо, учитель. — Можно сказать и так, ято я проводила вне уроков, просто решила пойти по второму кругу лишь с частью своих воспоминаний я села оьратно на стул что к сожалению успел уже остыть и стал холодным.

Уяительница переведа взгляд на Беллу её взгляд стал строгим, злым, недовольным.

— Белла! Еще раз будешь наговаривать на своих соратников будешь отстранена от уроков и вернешься в то захолустья от куда тебя достали. — С этих слов девочка дрогнула, а на моем лице вновь против моей воли обращовалась убыка и я краем глаза посмотрела на неё. Это был как мёд для моих ушей а её испуганное лицо только сильнее радовало меня, она заметила жто, мою радость её взгляд так и говорил уже о том что она прибьет меня ну это мы еще посмотрим моя дорогая дурочка Белла.

Я перевела взгляд на парту пока учительница продолжила вести свой урок что мне так де был не интересен и врятли теперь мне кто то можут что либо предьявить раз я так хорошо ответила, мои восспоминания медленно восстанавливаются если я начинаю испытыаать дежавю это намного лучше чем вовсе нечего не знать.

Ну и раз я вспомнила про эту панель стоило было посмотреть что в ней находиться.

Я прикрыла левый глаз и сосредоточилась.

Имя: Элейн

Уровень: 15

Класс: Сапфировый паладин

Баффы: Нету.

Дебаффы: Сонливость.

Пассивное умение: Врожденная регенерация.

Фамильяры: Война, Безумие, Апокалипсис, Голод, Гибель, Чума, Страх.

Тут у меня чуть ли глаза на лоб не полезли, это с какого то хера у меня в фамильярах зачесались все семь катастроф света?!

Я что владыка тьмы?!

Нет, этого быть не может что бы я тогда была тут, имела восспоминания обучение не могли же мен направить сражаться против меня же?.. или могли? Или что вообще это такое?! Этого же быть не может, е де простой человек и просто так служить мне они не могут.

«Верно»

Услышала голос того мужчина я вновь у себя в голове, столь надменный и явно довольный моей панике.

Я подняла взгляд и он стоял прямиком рядом с учителем что что то обьясняла, но от чпго я видела как она шевелит губами, но её голоса попросу не было, я не слышала её.

— Правда, не привычно тебя такой видеть, но что теперь поделать? Мы заключили контракт до твоей окончательной смерти.

Я смотрела на него словно на призрака каким он сейчас и является для всех остальных, я медленно повернула голову осмотрев все вокрух, они все мои одноклассники просто слушали учителя даже не представляя и не видя что находиться рядом с ней.

— И даже нечего не спросишь? — Он наклонил голову в бок не сводя с меня взгляд.

Честно я бы хотела, вопросов у меня очень много, но страх переж ответами был такой же сильный как и жеоание узнать что произошло и как так получилось что мне теперь служать все катастрофы света если учитывать тот факт что даже владыке тьмы они не до конца были покорны и часто шли в самоволку.

Он назвал себя войной, если я хоть немного что то да и помню, то он мирные народы вынуждал на кровопролитные битвы в которых и сам учавствовал ни оставляя ни кого в живых, его власть над разумами что порождало желание простых существ сражаться друг с другом без жалости, сострадания.

Сейчас же он, так близко просто стоит и нечего не делает, словно и правда ожидает от меня каких то приказов.

— Элейн, хочешь я убью их тут всех для тебя? — По его лицу растеклась широкая клыкастая улыбка. Мои зрачки не вольно сузились когдв на его теле оьращовалось множество клыкастых пастей из которых торчали клинки. — Они все умрут для тебя.