Туристы особого назначения

Глава 1

Сцена: вагон трамвая №3, следующий в сторону центра.

Время: не час пик.

Народ: безмолвствует, задумчив и угрюм.

Внезапно...

Из динамиков прозвучало: «Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка – «Площадь... бурум-шурум... арская!». И вот, словно по сигналу, в вагоне появляются они.

Трое. Обязательно трое.

Двое парней в практичных ветровках, нарочито спортивного вида, и между ними – девушка. Девушка с косичками и таким сияющим взглядом, будто она только что лично позавтракала с императором Циньшихуанем.

Начинается всегда одинаково.

Один из парней, тот, что повыше, снимает наушник (беспроводной, разумеется) и громко, на весь вагон, обращается к девушке:

– Ну что, Кать, таки не верится, что мы уже дома! Пекин – это же просто что-то нереальное!

Катя (заводно, отработанным жестом разбрасывая в воздухе невидимые конфетти из восторга):

– Ой, Саш, даже не начинай! А ночной Шанхай с его неоновыми драконами? Я до сих пор глаза закрываю – и вижу эти огни!

Второй парень, помолчавший для солидности, вставляет с умным видом:

– Самое главное – полная свобода передвижения. Захотел – и ты уже у Великой стены. Ни тебе виз, ни очередей, ни вопросов. Просто взял и поехал. Хоть поездом, хоть автостопом. Цивилизация!

Народ в вагоне сначала пытается делать вид, что не слышит. Потом несколько пар глаз начинают непроизвольно выражать интерес. Срабатывает классическое: «А у соседа трава зеленее, а у нас теперь с Китаем безвиз».

И вот он, ловец человеческих душ, дед Михайла, пенсионер и в прошлом инженер-геодезист, не выдерживает. Его жизненный опыт кричит о том, что что-то здесь нечисто. Он подвигается поближе к слаженному трио.

– Простите, молодые люди, – начинает он вежливо. – Вы говорите, просто поехали? А на границе-то что? Паспорт сунул – и всё? Никаких справок, приглашений? У меня вот внучка собралась...

Трио замирает. Их диалог, как швейцарские часы на стене конюшни, дает сбой. В их скрипте не было ветки «любопытный дед». Потому и ездят они в трамваях, а не в электричках.

Высокий Саша моргает:

– Ну... да. Всё просто.

Дед Михайла, чувствуя подвох, наступает:

– А таможня? Спрашивают что-нибудь? Деньги, например, декларировать надо? А с мобильной связью там как? Роуминг дикий, я слышал...

Катя смотрит в окно, делая вид, что заворожена мельканием русского барокко и бетонного авангарда. Второй парень, «умный», пытается:

– Всё решаемо. Приложения есть.

– Какие приложения? – не отступает дед. – А если человек не шаренный в этих ваших телефонах? Как ему на поезде куда-нидь доехать? Какие документы там на вокзале требуют?

Между «туристами» пробегает искра паники. Их программа не предусматривает ответов на конкретные технические вопросы.

Их задача – создавать общее настроение беззаботного счастья, фоном к которому звучит магическое слово «безвиз».

Высокий Саша нервно поправляет ветровку. Его взгляд становится стеклянным. Он смотрит на деда Михайлу не как на человека, а как на помеху, сбой в системе. Раздавил бы этот баг, как жука. Секундная пауза, и срыв…

– Да отстань ты, дед, надоел! – вдруг вырывается у него, и в его голосе нет ни капли прежней курортной легкости, только раздражение уставшего клерка. – Мы на работе!

Повисает мертвая тишина. Слова, сорвавшиеся с языка, висят в воздухе вагона густым, невыносимым конфузом. Катя резко краснеет, «умный» парень делает вид, что у него зазвонил телефон.

Трамвай подъезжает к остановке. Двери с шипением открываются.

– Выходим! Быстро! – шипит «умный» товарищ, и вся бригада, не глядя по сторонам, вываливается на тротуар, растворяясь в толпе.

Двери закрываются. Трамвай с рычанием трогается. Дед Михайла медленно обводит взглядом ошеломленных пассажиров.

– Вот так-то, – философски заключает он. – Помнится, десять лет назад к племянникам в Незалёжанную ездил, тогда ещё пускали. Как сейчас, третьим трамваем, по-тамошнему «третьей маркой» от Зирки до Помидорчика добирались. Так тоже «туристы» про Европу всё рассказывали, недавно ж визы им отменили. Видимо, наши стажировку у них прошли, научились. Молодцы, растут кадры!

В вагоне кто-то сдержанно хихикает. Пропагандистский конвейер дал очередной сбой, столкнувшись с простым человеческим любопытством.

Но не беда.

На следующей остановке в троллейбус №5 (нет, троллейбусы «маркой» обычно не называют, это слово древнее, трамвайное) сядет другая бригада. С обязательной улыбчивой девушкой в комплекте. И всё начнется сначала.