Цепи Моей Души

Глава 1

— Ну брось это! — Произнесло что-то невидимое.

Длинным вечером по улице прогуливается парень. Он часто озирается и пугается, чуть услышав шорох. Парень идет по неосвещенной дороге, где все фонари прогорели давным-давно. Из черных джинсовых шорт с дырками, оставленными ничуть не ради моды, он судорожно достает пачку сигарет и закуривает ту, что еще не промокла под недавним холодным дождем. Он единственный источник света на этой пустой улице.

— Что бросать то? Я наконец-то устраняю проблему всей моей жизни. — Пробормотал про себя парень, затянувшись при этом.

— Эй! Да ты бы в детстве ноги целовал за такой подарок! — Возмущается Невидимый.

— Вот так ты себя называешь? Подарком? — Удивляется парень.

— Дарованный самим Господом!

— Ха-ха, ты типа вознаграждение мне за все хорошее? — Докурив сигарету, ответил парень.

— Конечно!

— Ну, скорее за грехи. — Он достает еще одну сигарету, — на этот раз мокрую, — и пытается ее закурить, не замечая проблем. — Фу! Она промокла!

— Конечно промокла, болван! Дождь же был!

— Ты сам подкидываешь мне причин тебя устранить.

Он скомкивает пачку сигарет и метко бросает прямо в урну, стоящую вдали.

— Так давай уже сдружимся.

— Я с тобой? Не смеши.

Наконец, он выходит под единственную светящую лампу, что сияет и ослепляет не хуже солнца ярким днем, словно работает сразу за все фонари одновременно. Парень останавливается и, подняв голову, закрывает глаза. Отдается свету настолько яркому, что даже веки не спасают.

— Ослепнешь ведь. — Побеспокоился Невидимый.

— Отстань. — С удовольствием ответил парень.

Улыбка сама появляется на лице, но она жуткая, как будто он не любоваться светом пришел, а украсть его захотел. Края улыбки подняты слишком высоко схоже параболе, название которой идеально подходит такому выражению лица.

— Я будто переродился. — И правда, именно так он себя и чувствует.

— В роддоме такому как ты бы не обрадовались.

— Да всего раз такое было.

— А у кого-то бывает несколько раз?

— У тебя вообще ни разу. — Утверждает парень.

— Хе-хе.

Свет ярко освещает его серую толстовку с потерянной веревочкой для затягивания. В ней умело прорезана дырка изнутри, создающая карман-кенгуру из двух отдельных. Из этого кармана так что-то и выпадет с минуты на минуту, там навалено много барахла, непомещающегося в карманы шорт. Уже торчит просроченный штраф за квартиру, всякие упаковки от чипсов, шоколадок и одна жвачка-подушечка непонятно какого вкуса. Он без разбора взял ее и закинул в рот, но вкуса почему-то не почувствовал. На толстовке видны пятна от всяких специй, добавляемых в лапшу быстрого приготовления, да от самого бульона. Не стирает он ее от слова совсем. Толстовка куплена уже давно, будучи подростком, но он так к ней привязался, что не может ее выкинуть. Потому из-под толстовки торчит черная футболка, намного длиннее верха.

Жуткая на его лице не только улыбка, но и глаза, он ими не просто смотрит, а таращит, постоянно не опуская век. Зрачки необычайно малы, словно просто нарисованные маркером неровные точки, до которых так и пытаются добраться эти красные сосуды, ниспадающие ни на день.

Он постоянно дергается, хоть летом, хоть зимой, что часто пугает проходящих мимо людей. В общем, кофе этому парню пить запрещено, хотя он этого и не пытается делать, оправдывая так свою любовь только к одной дряни — сигаретам. Он расправляет руки подобно крыльям и кружится на месте, «утепляясь» светом. И тут пуф, света больше нет, лампочка перегорела из-за такого высокого напряжения.

— Ты выглядел как идиот.

— Только идиоты в этом мире счастливы. — Сказал парень и крепко обнял себя.

— Ты сейчас меня или себя обнял? — Не понял Невидимый.

— Ты не живешь в моем теле.

— Живу.

— Ты паразит, пожирающий меня изнутри.

— Не припомню, чтобы что-то крал.

— Ты украл у меня столько шансов...

— Ты сам их у себя украл.

— Да-да, а еще они выскользнули из моих рук подобно... — Очень крепко себя сжимает, продавливая руки вглубь своего тела, втыкая ногти со всей силы.

— Молчи!

— Это... Я украл? Я украл!? Отвечай!

Невидимый и признака присутствия не подает. Парень бесится и бьется головой об фонарь, пока кровь по лбу не потекла.

— Надеюсь, ты пропал навсегда.

— Я все еще здесь. — Тихонько проговорил Невидимый, еле сдерживая очевидные слезы.

— Раздраженно. — Хорошо, значит идем, куда шли!

— Нет, ты не можешь!

— «Цепи твоей души», — помнишь? То, что сказал тот старик.

— Он просто тебя надул.

— Может быть, но если есть шанс от тебя избавиться... хо-хо, я воспользуюсь этим!

— Но...

— И слушать тебя не хочу. — Сказал парень. — Сейчас я заставлю тебя молчать.

— Боже...

Парень достает синюю кепку из кармана шорт и покрывает ей свои мрачные черные волосы, поглощающие все цвета в себя. Из кармана-кенгуру он достает вязанную бандану и надевает ее. Остается надеть капюшон и его не узнать.

Все, прикрыв лицо чем можно и засунув руки в карманы, чтобы не увидели заметный шрам на всю ладонь, оставленный бушующим оранжево-красным пламенем, он надвигается в ближайший продуктовый магазин. Он встает прямо перед дверью, но сначала осматривает, есть ли кто внутри кроме кассира. Никого не замечает и со спокойным вздохом заходит внутрь хорошо освещенного магазина.

Он стремительно направился в сторону стоек с алкоголем, грубо проигнорировав милое приветствие кассира-толстяка, точно не уходящего со своего стула еще с самого открытия. Пройдя множество стоек с всякими снеками да почти полностью скупленной газировкой, он доходит до стоек с алкоголем.

— Берите газировку, пока не раскупили! — Крикнул простодушный продавец.

— Нет, спасибо. — Ответил парень.

— Лучше уж газировки попейте, чем алкоголя! Меньше вреда!

Парень берет две большие бутылки рома, живо доходит до продавца, боясь задержаться слишком сильно.

— Это не ваше дело. — Очень тихо пробормотал парень продавцу.

— Что прости? — Не понял кассир.

— Я сказал, — стал сильно повышать голос, но быстро успокаивается, — это не ваше дело.

— А! Да нет, я же просто так... совет. — Пробивает две бутылки, но немного сбавляет темп. — Покажи лицо, пожалуйста.

— Опа, попался. — Сказал Невидимый.

— Зачем?

— Ну ты по голосу взрослый, я тебе верю, естественно, но для безопасности прошу тебя показать.

— Это из-за алкоголя? — Спрашивает парень.

— А ты еще что-то взять хотел? У нас тут есть... — Начал рыться в коробках возле себя.

— Нет-нет! — Перебивает его парень. — Только ром.

— Хорошо, лицо только покажи.

— А без этого никак?

— Никак, друг.

— Тогда не над...

Сзади его случайно толкает явно пьяная девушка, не рассчитавшая простого расстояния. По лицу видно, что она сожалеет, хотя сейчас ее больше заботит приступ рвоты.

Из кармана-кенгуру все-таки что-то выпадает — немаленький револьвер с барабаном на шесть пуль, хотя именно в этом барабане всего три пули. Парень от ужаса встал в ступор, он не движется почти целую минуту, а рот он открыл так широко, что сама бандана спала вниз. Продавец и девушка также полностью испуганы. Парень хохочет, опускается за пистолетом и говорит:

— Хе-хе, это ваше? — Он смотрит на ее лицо и понимает, что такое не получится провернуть. — А ну быстро опустились на пол!

Девушка и кассир послушно сделали это и стали покорно ждать дальнейших приказов. Девушка начала рыдать и задыхаться от испуга, на что парень отреагировал сочувствием.

— Постой, я тебя знаю. Парень, ты же... — Не успевает договорить кассир.

— Молчать!

Он стреляет в одну бутылку рома, разнеся все в дребезги. Несколько осколков попало ему в лицо, но он этого даже не почувствовал. Повсюду запахло ромом, что сильно заворожило парня. Ром стекает вниз прямо со стойки, он проводит пальцем, собрав немного жидкости и пробует. На вкус приятно, но выпить целую бутылку такого — не лучшее решение. Хотя, что остается, он и так по уши в дерьме, нужно быстро уходить. Он берет бутылку и вспоминает про сигареты, их он тоже захватывает.

— Сколько с меня? — Спрашивает парень и уже роется в карманах в поисках денег.

— Нисколько, просто не убивай! — Ответил продавец.

— Я не грабитель! Просто вы все не так поняли... Вот.... возьмите.

Он хватает в охапку все купюры, что у него есть, но из-за неуклюжести роняет пистолет и тот выстреливает прямо возле его уха. Девушка начала кричать и привлекать к магазину много внимания. Парень бросает купюры на стол, забирает пистолет и еще немножко стоит.

— Да убегай уже! — Кричит Невидимый.

— Подожди.... Здесь так светло. — Парень, заметив это, будто уходит в иную реальность и наслаждается нежным светом.

— Беги! Беги! Мог бы взять контроль — сам бы убежал!

— Сиди и помалкивай. Ты просто голос, а не какой-то призрак.

Заложников начал напрягать этот разговор с самим собой. Он стал выглядеть страшнее, показавшись психом.

— Хорошо, я голос, а теперь беги! — Нагоняет Невидимый.

— Вам тоже не нравится, когда вами командуют? — Обращается парень к своим заложникам, но потом вспоминает свою ситуацию. — Ну да... конечно не нравится.

Наконец-то он выбегает из магазина, оставив заложников в живых, а деньги лежать в кассе, даже заплатил перед уходом. Продавец упал на стул и стал держаться за свое бедное сердце, пытается восстановить свое дыхание. Девушка встает, вытерла слезы и как ни в чем не бывало спрашивает у кассира:

— Мне вон те таблетки, пожалуйста. — Попросила она так, будто ничего и не происходило.

— Вы серьезно?

Она проводит рукой сверху вниз, ловко меняя эмоции на лице.

— Актриса, хах, всегда хотела стать.

— У вас-ох-хорошо получается. — Говорит кассир без сарказма.

— Спасибо.

А парень все бежит и бежит куда-то далеко, в сторону мрака, где его не найти. Он перелезает через забор и падает вниз, прямо в большой мусорный ящик.

— Ну что, все плохо прошло или я молодец? — Подшучивает парень.

— Не пей это, на вкус отвратительно.

— Да? Отлично. — Зубами открывает бутылку и заливает в себя пол-литра рома.

— Ты просто ребенок. — Обижается Невидимый.

— В точку. — Заливает остальные пол-литра.

— Просто... скажи мне, когда все наладиться, хорошо? — С надеждой произнес Невидимый, ожидая милосердия.

— Пока ты здесь — ничего не наладиться.

— Я больше так не могу...

— Заткнись. Не жалуйся, а жди эффекта от рома.

— Меня не было в ту ночь.

— А!? Как!? — Он махает руками в надежде поймать хоть что-то и схватить очень крепко.

В глазах все помутнело, начало двоиться и голос Невидимого пропадает, может навсегда, может он вернется, даже парень этого не знает, но сейчас он сильно хочет вернуть этот голос. Он еле выбирается из мусорного ящика и падает на пол, чуть не расшибив себе голову.

— Да врет он-ик-все.

Смотрит внутрь бутылки и ничего не видит. Пожав плечами, он бросает бутылку назад, прямо в мусорный ящик, но та бьется об стенку и разбивается. Достает сигарету и закуривает. Долго сидит, думая о тех словах.

— Не было в ту ночь, хах, как глупо.

Бросает сигарету куда-то в сторону. Замечает странное ощущение при моргании, будто кожу режут, а он этого не видит. Трогает лицо и колется об осколки стекла, воткнувшиеся в лицо.

— Если не он, то кто?

Вытаскивает осколок за осколком, проливая кровь на пол и на ноги, чтобы немного отвлечь себя от неприятный мыслей. Но они продолжают переть и переть подобно неуправляемому поезду.

— Меня не интересуют деньги...

Попался очень глубокий осколок, который просто так не вытащить, он обхватывает его обеими руками и пытается вытащить, но руки перестали слушаться. Он начинает рыдать, и слезы стекают на кровоточащую рану.

— «На твоей душе наложены цепи, ты должен сходить в то самое место и разорвать их, только там они слабее всего», — Вспоминает парень. Я должен разорвать их... эти чертовы цепи.

Тут перед ним включается яркий свет. Свет исходит сразу из двух фонариков двух проходящих дежурных, которые пришли на шум. Они видят перед собой молодого безумца, странно улыбающегося им в ответ. Он закрыл глаза и наслаждается светом, проводит руками туда-сюда, но очень красиво и бережно, словно его руки выступают в роли добрых волн, ведущих корабль в далекий путь.

— Что с ним? — Спрашивает дежурный другого.

— Еще один нарик к нам забрался, выводи на этот раз ты. — Ответил другой дежурный.

— Конечно, как договаривались.

Они выключают фонарики, и парень приходит в себя. Он трясет своей головой и видит надпись: «Фармацевтика». Встает, отряхивает себя, провонявшего от всего этого старого мусора, и сам взбирается обратно по забору. Осталось прийти в последнее место его вечера — кладбище.

Долго продвигаясь к нужному месту, он все же доходит, путь был нелегким: То на ногах устоять не мог и падал на ровном месте, то приходилось «опустошать» свой желудок в ближайшую урну. Где-то вдалеке, в стороне города, мигают сирены, ищут странного грабителя магазина, который просто решил купить алкоголь и сигареты другим путем. Но это все неважно, как минимум для парня, что ищет одну определенную могилу.

Найти нужную было нетрудно, он и без головы найдет эту могилу, что так сильно дорога ему. Это большой монолит обсидианового цвета с определенными светлыми «альтернативами», что проходят в некоторых местах. На монолите изображена молодая девушка с широкой улыбкой, на ней можно увидеть все ее белоснежные зубы, прямые от рождения. Смотря на нее, он и сам не знает, какие чувства ему испытывать, но вину он чувствует постоянно. Парень садится возле и облокачивается на нее.

— Я больше не пьян. — Сказал парень.

— Больше нет. — Ответил Невидимый.

— Смотри, смотри! Скоро рассвет.

Он показывает монолиту свои дешевенькие часы для фитнес-тренинга, вытащенные из кармана, в который даже попал чужой мусор. Он убирает часы обратно, продавливая этот мусор глубже.

— Она не любила рассвет. — Монотонно прозвучал голос Невидимого.

— Сестренка все любила. — Нежно произнес парень.

— Не ври.

— Не вру. — Говорит он быстро.

— Она не любила овощи.

— Она любила их не любить. — Отмазывается парень в попытках сохранить те слова точными.

— Перестань, она не святая.

— Заткнись. — Он и слушать такого не хочет.

— Она была простым человеком.

— И что?

— Все умирают. Т... Мы убили ее.

— Не все так просто!

— А что ты собираешься говорить? Монетка тебя оправдывает? — Продолжает — Может то, что это было случайно? — И еще — Может, пора решить, что является цепями?

— Что же?

— Решишь, кто это сделал — разорвешь цепи.

— Это был ты. — Смотрит по сторонам, а потом трогает себя. — Что-то не чувствую изменений.

— Вы сидели с ней на крыше, разглядывали звезды, а потом решили начать те глупые пляски у края.

— А потом появился ты. — Сказал он со всей ненавистью.

— Вот! Вот именно! Меня там не было! — Уверяет Невидимый.

— Я увидел монетку и услышал твердый сухой голос, говорящий мне что делать. Он сказал поднять монетку, ну вот я и...

— А потом вытолкнул ее с крыши.

— Ха-ха... ну почему жизнь бывает такой глупой!

— Вы были на большой высоте, ты так сильно испугался, что чуть не бросился за ней.

— И стоило. Я подал ей руку, но она выскользнула из нее...

— Помнишь, что потом?

— Я сел.

— Она падала, ее окутывал мрак, а ты просто сел и закурил.

— Я даже ее лица не смог разглядеть без света...

— Моя судьба — твоя ментальная защита, если раньше я разрешал скидывать вину на себя, то сейчас пора раскрыть правду.

— Я неделями пьянствовал и бросил все, чем занимался... а потом ты решил сказать: «Привет».

— Услышав меня, ты рассмеялся. — Мягко произнес Невидимый.

— Конечно, ха-ха, я же стал каким-то безумным... Первый смех за столько дней.

— Ну что, ты веришь мне?

— Ну... а зачем мне так сильно нужна была та монетка? — Не понимает парень.

— Забыл? Сигареты кончились, а денег не было.

— Да? Хе-хе... черт.

Наконец, солнце начало подниматься, радуя своими лучами парня. Он скомкивает сигареты, бросает в далекую урну и успешно попадает, от чего сильно радуется. Солнце поднялось выше, парень, покрытый теплым светом, закрывает глаза. Сирены полицейских машин начали приближаться. Руки сами достали из кармана пистолет.

— Так что? — Спрашивает Невидимый.

— Тсс... не порть момент. — Ответил парень и начинает медленные пляски руками.