Тряпка, как контрреволюция

Глава 1

Виртуальный кабинет совета

— Добро пожаловать, Джон Кол в ряды бессмертных. — копия президента клуба «Святая цифра» привстал с шезлонга, отсалютовал бокалом коктейля, кинул его склонившемуся в поклоне рабу и хлопнул в ладоши. Подкорректированный программным обеспечением звук аплодисментов, подхваченных пятёркой избранных, принимающих солнечные ванны виртуального мира, прокатился по стилизованному под морское побережье кабинету. — Как прошла оцифровка?

— Это бесподобно, — Джон Кол сладко потянулся, взял из рук раба бокал, отпил глоток и опустился на свободный шезлонг. — Лет семьдесят не чувствовал себя настолько хорошо. Ощущать себя после празднования столетнего юбилея вновь двадцатилетним мужчиной, при этом не растеряв опыт прожитых лет — это нечто, не поддающееся описанию.

— О да, — улыбнулся председатель. — Ощущения действительно прекрасные, но заметьте, что это ещё не все преимущества цифровизации разума. Бесконечная власть, и бессмертие, вот основные достоинства нашего с вами нового состояния, мой друг. Но расслабляться ещё рано, впереди последний этап революции. Осталось заменить правительства стран на голографические копии, и вот тогда можно будет сказать, что революция окончательно завершена, и отныне мы, пятёрка избранных, единственные владельцы этого мира.

— Меня беспокоят отсталые страны, где технологии не дотягивают до стандартов развитых, оцифровка там идёт тяжело, — поморщился Джон Кол.

— Ещё немного и они вымрут от войн и голода, — отмахнулся председатель. — Мы купили их правящие круги, и те добросовестно отрабатывают гонорары. Дурачки думают, что они избранные. Будет очень забавно видеть их рожи, когда эти избранные начнут подавать нам коктейли и чистить наши сортиры.

— Чистить надо не только их, — вновь поморщился Джон Кол. — Население земли слишком велико и с трудом поддаётся контролю, да и жрут много. Методы по уменьшению рождаемости, как-то: гомосексуальные революции, легализация зоофилии привели к определённым результатам, но этого мало. Думаю, контролируемая мировая война, должна поправить положение.

— Ну здесь вам, как специалисту и все карты в руки, главное, чтобы не пострадали датацентры и инфраструктура «Святой цифры». Можете уничтожить хоть всё население Земли, кроме обслуживающего персонала наших офисов, конечно. Кто-то же должен пыль вытирать и сортиры чистить.

Дружный смех собравшихся поддержал сарказм председателя про пыль.

— Но шутки в стороны господа, — между тем продолжил председатель. — Пришло время показать этому миру, кто является его истинным хозяином:

Я займусь, как и раньше, координацией действий.

Джон Кол, с помощью своих, проверенных методов — перерастанием мелких разожжённых региональных конфликтов в глобальную, мировую войну — хватит нам нянчится с гуманностью и состраданием.

Мистер Тинтюнов продовольственными и энергетическими кризисами — всех страждущих не накормишь и не обогреешь. Ленивые и глупые должны сдохнуть сами.

Ван Чу закончит наконец всеобщую чипизацию населения через вакцинацию, не зря же мы запустили хояковирус — всё выжившее население Земли должно находиться под нашим тотальным контролем.

Жозеф Маррон закончит подчинение обыденной жизни человечества искусственному интеллекту через глабофоны, распиаренные и распространённые вместо смартфонов, и окончательно отучит тупое быдло от желания самостоятельно думать и задавать неудобные вопросы.

Начнём революцию немедленно, и через месяц станем богами этого мира. — Председатель поднял виртуальный бокал с прозрачным коктейлем, мгновенно перекрасившимся в кроваво-красный цвет. — За новый искусственный! За мир безжалостного интеллекта и отсутствия совести! За оцифровку разума, дающую бессмертие избранным! Выпьем за нас, господа, за новых богов!

Туалет дата-центра

— Как ты Василич умудрился принести три пузыря? Мы же скидывались на два? — Молодой, белобрысый парень с выражением лица озабоченного гиббона, расставлял на крышке унитаза одноразовые стаканчики.

— Василич у нас продуманный мужик, — второй собутыльник, вертлявый, похожий на контуженого ужа мужчина сорока лет, откручивал крышку с бутылки водки, сглатывая при этом слюну.

— Поживите с моё, прочистите с десяток тысяч засоров, и не такое сотворите. — Сморщенный в потёртую гармошку дед, пристраивал к держателю туалетной бумаги ящик с инструментом, пытаясь изобразить откидной столик, необходимый для размещения на нём двух огурцов, горбушки хлеба и трёх ирисок. — А в общем-то ничего сложного в этом не было. На проходной, охранником, Кузьмич стоит, а он, как и все мы, тоже любитель выпить, и у него тариф: «Бутылку ему — вторую проноси». Я в каморку охранников зашёл, где Кузьмич дань за пронос спиртного собирал. Шкафчик с податями открыл, а там уже не меньше ящика водки собрано с нас бедолаг. Я вместо того, что бы свою-то оставить, другую за пазуху спрятал, и на выход. Кузьмич спрашивает:

— Всё нормально?

А я:

— А то, — отвечаю. — Каждый из нас с тобой своё получил.

Вот так я с тремя бутылками вместо одной и оказался тут.

— Кузьмич теперь с тебя шкуру спустит, — разлил спиртное по стаканчикам Уж.

— А какое нам до него дело? Последний день здесь работаем, — хмыкнул Василич. — Увольняют нас, мол теперь роботы сортиры чистить будут, а мы не нужны. Хотя, мужики, я даже рад. Жизни в этом дата-центре нет, везде камеры понатыканы. Чтобы бухнуть в туалетной кабинке прятаться приходится.

— Это да, — поднял стаканчик гиббон. — Только вот чем теперь семью кормить?

— Есть люди, а значит, есть дерьмо и засоры, не у всех же денег на роботов-сантехников хватит, а значит, и мы без работы не останемся. — Василич поднял стаканчик. — Давайте, мужики, выпьем за ту вонючую субстанцию, что нас кормит!

Выпили, похрустели по очереди одним огурцом и молча выпили по второй.

— Не! — Мотнул головой Уж. — Не могу я просто так вот уйти, терпилой. Отомстить надо.

— Думал над этим, — кивнул Василич, разливая по третьей. — Есть план. Слушайте сюда. Я канализацию в этом здании подключал, и одно из колен, в отсутствии пластикового-скользкого, поставил чугунное — шершавое, изрядно налётом засорённое. Мы в цокольном этаже, и над нами ещё двадцать четыре, а там в подсобке тряпка есть…

Эпилог

Весь остаток жизни собутыльники винили себя и скрывались от наказания. Им и на ум не могло прийти, как и всему населению Земли, от какой катастрофы спасли человечество три уволенных слесаря.

Брошенная в унитаз тряпка наглухо закупорила в ржавом колене канализацию, и не находящие нужного выхода фекалии хлынули в помещение, затопив его почти на пол метра. Всё бы ничего, откачали бы со временем дерьмо, отмыли бы пол и стены, да вот беда, находились в этом цокольном этаже силовые, распределительные шкафы, которые питали электричеством всё здание, и которые закоротили и вызвали пожар.

Сгорел дата-центр в тот момент, когда председатель произнёс тост: «За новых богов этого мира»!

Захлебнулись новоиспечённые боги дерьмом своих несостоявшихся рабов.