Третье сомнение

Глава 1

В помещении, стены которого были вне моего зрения, а светпроникал неиз определенного источника — он струился ото всюду, являясь неотъемлемой частью, я сидела напротив существа, незнакомого мне, но не пугающего,и наполняющегоменя необъяснимым покоем. Оно заговорило. Я не сразу стала слушать, точнее у меня не получалось. Словно я разучилась и слышать, и говорить, но постепенно звуки стали доходить до меня:

«Мне трудно подбирать слова, чтобы точнее донести и не запутать ещёбольше. Часть тебя, твоего сознания было отделено от основы, эта часть покинула ваш мир и блуждала в поисках того, что помогло бы ей вернуться. Случайно она набрела на почти безжизненный кусок высохшей плоти. Заблудилась в нём. Это был я. Мне потребовались ресурсы на освоение вашего восприятия и мышления. Все твои знания и догадки намекали мне на неслучайность этой встречи. Чтобы тебе было легче меня идентифицировать, я даже выбрал себе имя. Для тебя я Темп-Поль.

Не буду вдаваться в подробности описания нашей планеты «до», сейчас — это искусственно осушенная земля. Организмы, населявшие её прежде, были лишены возможности оставлять потомство, посему не осталось никого кроме «людей». До критического момента нашей цивилизации думающие виды моего мира не сильно отличались от тех же видов твоего. Разве, что кожа наша была почти прозрачной и очень хрупкой — видимо это особенности атмосферы позволили ей максимально истончиться. Но мы особо об этом не задумывались.

По мере развития мы отказались от факторов, разрушающих необходимые принципы человечности. Или нам так только казалось. У нас были свои аналоги вашей нищеты, необразованности, фанатичности и прочего. Но заметили мы, что целую вечность топчемся на месте, слишком поздно. То, что не давало продвинуться вперед, крепко въелосьнам под кожу и, чтобы избавиться от этого нам пришлось прибегнуть к тотальному уничтожению.

Этот паразит является губительным для большинства цивилизаций, и он же отрезает их от тех, кто смог избавиться от него. Он питается. Питается нами, опустошает. Чем именно ты описала в своём «ЭОСе». Есть данность, есть небрежение и почти не слова о «вне». Ты умолчала, потому что, боялась больше навредить, чем помочь.

Так, что же так губительно для нас? Спешка, рамки в которые загоняет паразит. Младенцы производят младенцев, чтобы те в свою очередь прошли тот же круг. Но не шагу вперед. Веками, тысячелетиями он не дает вырваться. Нам не дал и пришлось истребить всё живое, чтобы вытравить эту заразу.

Но можно было пойти другим путём, если бы он был известен заранее. Он известен тебе уже несколько лет, и за эти годы столько дождя выпало на тебя, сколько не было за всю предыдущую жизнь. Это изменило тебя на генетическом уровне, но до сути не добралось. Твое невозмутимое уродство волнует паразита,заставляет метаться и искать окольные пути. Уже не к сути, и ты считаешь дни, но невозмутимо.

Итак «вне». Всё ради него. Отдельные случаи избавления от паразита не редкость, но они остаются незамеченными исцелившимися и не исключают повторного заражения. Люди интуитивно чувствуют свою подневольность и всегда чувствовали. И поэтому пытаются через искусство — литературу, живопись и подобное противостоять, выразить протест. И те, кто с ними на «одной волне» случается, что «считывают» в фоне искомое. Но для этого надо отказаться от всего, что «не чуждо» тем, кто уже и «носом не ведет» в сторону инакомыслия в силу возраста и остепенённости. Впрочем это всё не в счёт, потому что без глобальной «перезагрузки» вам с ним не справиться.

Минутка философии. Наши тела лишь придаток к тому организму, что ты именуешь «светом». Через тела свет проецирует свои чувства во внешний мир и обратно. Буддизм предлагает отказаться от желаний и необоснованных потребностей, дабы достичь абсолютной гармонии. Но вопрос звучит не так — не «как достичь?», а «кому выгодны наши желания и мечты?». Что в них такого особенного? Почему мир такой яркий, красочный и манящий, побуждающий одних на завоевания, других на сочинение поэм? Данность желает всего и сразу. Небрежение мечтает о несбыточном. Это действительно так. Зараженные миры подчинены «системе данности». Данность выкачивает свет из небрежения по велению «фермера-паразита». Встраиваясь в систему, подгоняя себя под неё, данность становится незаменимым элементом, желания которого становятся законом в рамках оной системы.

Мечты небрежения — в основном детей и подростков — редко осуществляются. В «системе» всё налажено для их «прогорания». Ведь тогда вся огромная масса «света», задействованная в процессе мечтания отходит паразиту. Если сравнивать в объёмах, то именно небрежение в свойкороткий срок отдаёт максимальное, «колоссальное» количество света, всё остальное не в счёт. Поэтому век человека так недолог — система не заинтересована в тех, кто ей практически бесполезен.

Но этого быть не должно. В свободном мире организмы не пожирают друг друга, не «рвут на части» своих детей, чтобы «выслужиться». Как этого достичь, как «затушить пожар» в котором мы все погибаем? Достаточно (а может и не достаточно) перекрыть доступ паразита к основной добыче. Ты помнишь как это случилось с тобой — жар, который окружал тебя, пока ты грезила о чём-либо, пропал, да и сами мечты стали не интересны, хотя до этого они были твоими лучшими друзьями. Это нельзя списать на взросление. Поэтому об этом и не сказано в «ЭОСе». Ты не хотела лишать людей мечты. В этом и заключается парадокс «несерьёзной недосказанности». Недосказанность была, она ощущалась, но значительность её нельзя определить — выльется ли она в «серьёзную досказанность» или окажется лишь мыльным пузырём невозможно предугадать. И ступая на этот путь, закрывая створку, ты даёшь надежду или отнимаешь? Что лучше?

А ведь люди пусты, в стадии небрежения они истощают себя, сводят к нулю запасы света, и потом дабы заполнить пустоту хотя бы чем-то, ищут увлечения среди людей, животных, занятий. Но всё тщетно — створка не закрыта, а за пребывание в системе надо платить.

Особо догадливые уже поняли, что ответ прозвучал. Развёрнуто, а иначе нельзя. Или можно — понимание, что мечты небрежения в системе данности заведомо неосуществимы и ложны закрывает к ним доступ одновременно и небрежению и паразиту. От этого вы не становитесь менее чувствительны, нет, вы становитесь целее (а еще бодрее и веселее — звучит, как реклама массажера). Во что выльется этот эксперимент и состоится ли он, пока неизвестно, но заранее обозначу, что автор движем лишь одной целью — дать ответ тем, кто его ищет.