Тихий Отче Наш.

Глава 1

Он был верен.

Новый день принёс с собой долгожданное тепло. Стоило Герасиму выйти в майский сад, как его ослепило яркое весеннее солнце. Он зажмурился, с благоговением посмотрел на ясное небо и тихо прошептал: «Спасибо, Господи, что я смог проснуться в родном доме».

Весь день он провёл в саду, увлечённый мирными хлопотами.

Ближе к вечеру, когда инструмент уже был убран, благодатную тишину разрезал истошный крик. К нему бежала бледная, заплаканная Алла. Мужчина напрягся — интуиция подсказывала, что случилось что-то страшное. Запыхавшаяся соседка буквально рухнула перед ним, выдавив сквозь рыдания: «Нашу деревню захватили!» Герасим мгновенно подобрался, хватая её за плечи «Да кто захватил, Алла?! Говори!» Но ответом ему была лишь немая паника в её глазах. Так, посреди тёплой весенней тишины, началась эта мрачная история…

Слова Аллы эхом отзывались в голове Герасима. Ночь тянулась мучительно долго: он никак не мог уснуть, ворочался с боку на бок, теряясь в пугающих мыслях.

Ночные раздумья оборвал сильный стук в дверь .Сердце бешено заколотилось. Герасим поднялся с кровати и, подойдя к порогу, тревожно спросил: «Кто там?» Ответом ему была лишь тишина. Мужчина открыл дверь. На крыльце стояли двое. Их лица были наглухо замотаны черной тканью, из одежды мрачное тёмное полотно, а в руках пистолеты. Один из незнакомцев грубо толкнул Герасима в грудь, нагло вваливаясь в коридор: «Собирай вещи. Нет здесь больше твоего дома».

Шокированный Герасим, не стал даже ничего спрашивать, молча собрал все необходимое: одежду, телефон, и старый серебряный крестик.Грубыми пинками конвоиры выгнали его на крыльцо. Герасим шел по разбитой деревенской дороге, едва соображая, что происходит. Он смотрел по сторонам и видел, как под дулами пистолетов сгоняют всю деревню — измученных стариков, плачущих соседок и маленьких детей, которые тихо всхлипывали от ужаса.

Когда их пригнали на центральную площадь, конвоиры грубо приказали всем выстроиться в ровную шеренгу. Но кто то Герасима кликал шепотом. Он обернулся и увидел соседку Аллу. В этот момент пазл в его голове наконец сложился: он до конца осознал, почему она прибегала к нему днём, охваченная паникой. Вооружённые люди на площади что-то громко объявляли, но Герасим почти не слышал их слов,он молил Бога о спасении для каждого из захваченных.

Спустя 30 минут всех загнали в какое то здание в деревне, до этого Герасим его не видел.

Там к нему сразу же бросилась заплаканная Алла.

— Что же с нами сделают?.. — шёпотом, со слезами. спросила она.

Герасим приобнял её и тихо произнес:

— Алла, тише, не паникуй. Не думаю, что всё зайдет слишком далеко. Помощь придёт, нас обязательно спасут. Главное помни: Бог с нами.

Вера в Бога, у Герасима была сильнее любого камня.

Спустя несколько часов измученные люди, уснули. Утро началось со шмона. Конвоиры с шумом вломились в барак, требуя вывернуть карманы и показать содержимое сумок.Когда очередь дошла до Герасима, один из надзирателей грубо вытряхнул его сумку. Заметив старый нательный крест, он брезгливо ухмыльнулся, перехватил цепочку и с силой рванул её. Герасим подняв глаза, был шокирован снова..Шок мгновенно перерос в яростный протест, и он закричал прямо в скрытое маской лицо: «Что ты творишь, урод?! Бог тебя покарает за это! Накажет!»

Захватчик даже не вздрогнул. Наоборот, его рука в черной перчатке с размаху ударила Герасиму в челюсть. Мужчина пошатнулся.

— Твой Бог здесь больше не властен. Теперь у тебя другая религия, — сказал конвоир, гневно улыбаясь. К нему в слезах попыталась рвануться Алла, но перед её грудью мгновенно взмыл автоматный ствол: «Стоять! Шаг сделаешь — расстреляю на месте!»

Люди были в полном шоке. Обыск закончился. Всем раздали куски чёрной ткани, а девушкам — тёмные платки. В руки каждому сунули маленькую книжку.

— Теперь у вас один бог. Его зовут Суяру, — громко сказал конвоир.Герасим смотрел в книгу, но не понимал ни слова из этих молитв. Внутри него зрела злость. Он точно знал: свою веру он никогда не предаст. Наступил вечер. Людей вывели на улицу и раздали тарелки. На них лежало полусырое мясо и кусок чёрного хлеба.

У Герасима поплыло в глазах. Он уже плохо соображал, кто он и что происходит. Но всё равно мысленно звал своего Бога. Перед едой конвоиры заставили всех читать чужую молитву Суяру. Но Герасим и Алла едва шевелили губами, тихо нашептывая: «Отче наш…»

Они начали есть. Алла откусила мясо, и её тут же ужасно стошнило. Герасим не мог на это смотреть. Он быстро забрал у неё тарелку и отдал ей свой хлеб: «На, ешь это».

После ужина всех заперли в доме. Люди легли спать.Герасим долго лежал в темноте с открытыми глазами. Он гнал от себя панику и отчаянно надеялся, что спасение придёт уже очень скоро.

Утро. Четыре часа ночи. В барак снова ввалились конвоиры. Они начали будить людей, грубо постукивая по ним деревянными палками. Всех выгнали на улицу . Опять началась чужая утренняя молитва. И снова Герасим едва слышно шептал про себя: «Отче наш…» Это превратилось в бесконечный кошмар.

Так прошло три года. Каждый день был копией предыдущего.

Наступил вечер. В бараке было тихо. Алла сидела на кровати, тесно прижавшись к Герасиму.

Вдруг тишину взорвали резкие выстрелы.

— Что это такое?! — со слезами на глазах спросила Алла.

— Может, опять собак отстреливают, — тихо сказал Герасим и крепко обнял её.

Стрельба и грохот за стенами продолжались долгих шесть часов. Наступило утро. Ни Алла, ни Герасим так и не смогли сомкнуть глаз.

— Странно, они к нам до сих пор не заходили, — прошептала Алла.

Вдруг, дверь отлетела в сторону. В помещение заскочили вооружённые люди. Но на них была совсем другая военная форма. Алла закричала от страха. Герасим начал молиться и схватился за разболевшееся сердце. И тут один из солдат крикнул:

— Свои, ребята! Собирайтесь и выходите, живее!

В лагере поднялся шум. Пленники в ступоре собирали сумки, ничего не понимая. На улице их встретил командир отряда:

— Всё позади. Вы спасены.

Люди стояли и молча смотрели на него. За годы плена они разучились доверять людям, в голове был только шок. Но когда во двор въехали колонны полиции и скорых, пришло осознание. Началась эвакуация. Герасим не отпускал Аллу ни на секунду, крепко сжимая её ладонь. Они прошли этот ад вместе.

— Мы спасены, Алла! Бог услышал нас! — прошептал Герасим.

Их увезли подальше от этого проклятого места, но три года ада нельзя было просто стереть из памяти. Даже сидя в тёплом автобусе полиции, Герасим и Алла продолжали испуганно вздрагивать от каждого резкого звука. Доверие к миру было полностью разрушено.

Алла крепко сжимала руку Герасима, её пальцы дрожали. Мужчина обнял её за плечи и тихонько прижал к себе. На них смотрели врачи, им предлагали еду и воду, но они пока не могли поверить, что всё это правда. Герасим посмотрел на свои израненные ладони, а затем перевёл взгляд на Аллу. Они выжили. Их вера оказалась сильнее автоматов и чужих молитв. Они справились, и теперь, цепляясь друг за друга, они будут учиться жить заново.