Тьфу ты!Ведьма!

Глава 1

Был у нас во дворе один весьма забавный случай. Точно, конечно, сказать нельзя, но в нём — то есть в нашем дворе, завелась ведьма. Нет, вы не подумайте, здесь нет ничего смешного! Самая взаправдашняя ведьма! Отличительной чертой оной, был тонкий голубо-белесый хвост, усища в пол ведьмовской морды, надкушенное ухо и ослепший глаз. И ещё — эта самая ведьма, в час когда пора бы уже кукарекать петухам, громко и весьма истошно вопила:

— МЯУ!

Судьба данной ведьмы интересовала всех, а в частности, как избавится от "радостного" вопля по утрам, не с одной стороны это хорошо, хоть какое-то разнообразие вместо перекличек петухов, но всё же — поспать то охота. Да и пернатые были как-то привычнее. Чем мы только эту ведьму не изводили... и мышей отравленных запускали; и хлоркой травили; пытались даже изловить! Но дьявол, оказалось слишком шустрой! Когда взрослые при длительной осаде подвала, где обитало по их рассказам немыслимое чудовище — в ход пошли дети. Ну, вы же понимаете, стоит сказать ребенку, что в подвале что-то обитает, как оно тут же полезет в этот самый пресловутый подвал, и не обнаружив там ничего такого немыслимого, вылезет с весьма недовольно-кислой миной и вам придется искать оправдание своему вранью. Так было и в этот раз. Только взрослые заикнулись про подвал, я тут выпалила:

— Ух ты! Круто! Я тоже хочу! — Хочешь чего? — в недоумении спросила мама, часто хлопая ресницами. — Как чего? С вами в подвал! Ведьму ловить! — радовалась я. — Даже не вздумай! — сказала мама, всё так же продолжая учащенно хлопать ресницами.

Она была сущим аллергиком. реагировала на всё, что могло цвести, пахнуть, быть мягким как облачко, гавкать, мяукать, квакать и так далее — но больше всего, у неё была аллергия на мужчин. Так она говорила, когда выпивала немного "волшебного напитка" перед подругами. Да, так и говорила: " — Ой, знаешь, Ленка... У меня такая аллергия на этих мужиков! Аж зубы чешутся от этой самой аллергии!". Правда, я искренне не понимала как может быть аллергия на мужчин... Вон Вадик из седьмой парадной! Очень симпатичный мальчик, правда на днях получил фингал под глазом — но за благое дело! Он Сеньку из четвертой от задиры спас. Вот какой он у нас! И как на него может быть аллергия?...

Ой, что-то я от нашей ведьмы отвлеклась. Выслушав мамина нравоучения после очередной порции "волшебного напитка", я радушно кивнула головой, в знак того, что ни за что на свете не полезу ни в один подвал, коих за мою веселую жизнь уже было перелазанно более пятнадцати, но об этом ей знать не обязательно, весело выскочила из дома и помчала на центральную ракету. Там по своему обычаю уже во всю кипела космическая жизнь! Строилась база, возводился настоящий космический корабль, запасались провизией, и как всегда — девчонок в это дело не посвящали. Девчонка на судне — значит беда, и мало кого волновало, что судно что ходит по воде и парит в космосе — это две разные субстанции. Заметив Сеньку, я залезла на центральную ракету.

— Привет! Опять центральную рубку чинишь? — спросила приветливо я. — Полундра! Посторонние на корабле! — завопил истошно Сенька. — Да что ты так орешь! Все уши заложило! — ощетинилась я. — Кто кричал, что посторонний на корабле? — в круговом отверстии центральной ракеты появилась кучерявая голова Леньки. — Привет Лёнь! — ответила я. — А, это ты. Сень, ну какой же это посторонний — это наш заядлый капитан. Столько морей прошли — тебе и не снилось. Пускай её на борт, скоро взлетаем. — весело ответил Лёнька. — В смысле капитан? В смысле много морей прошли? Она же девочка — а по закону Пиратского кодекса, женщин скидывали за борт акулам! — не унимался Сенька. — Я тебя щас скину акулам! Ишь ты чего удумал! А ну, давай двигай. Моё место занял. — взвинтилась я. — Лёнь! Выбирай! Либо я, либо она. — насупился Сенька. — Сень. Ты Еврей, ты должен быть таки мудрее. — передразнил его в своей манере Лёнька. — Значит так. Ну и играйте сами в свои космические одиссеи! Я с вами больше не летаю! — сказав это, Сенька спрыгнул с ракеты и прихватил с собой огромное бархатное покрывало с тигром. мы были на ладони.

На нас уставился, как мне казалось, целый двор, из каждой парадной на нас смотрели сотни глаз, они то удивленно моргали, то не довольно смотрели, то и вовсе возмущались увиденным. Но, лишь одни глаза привлекли моё внимание — глаза ведьмы. они смотрели на меня из того самого подвала. Пристально смотрели, не моргали, ведьма деловито облизнула усы и юркнула обратно в подвал. Я загорелась аппетитом охоты.

— Ребята! Бросайте ваши недострои! Есть тема интересней! — скомандовала я и спрыгнула с ракеты.

Пять пар глаз уставились на меня с явным непониманием ситуации. Зная меня, да и сама я себя знала очень даже хорошо, никогда не променяла бы центральную ракету и Star Wars на какие-то скучные поимки и кого... обычного дворового кота. Они бы еще поняли охота за водно-огненными драконами, за ядовитыми углями, так мы называли гадюк, что водились возле футбольного стадиона, в конце концов ловля старой тартильи на берегу смертоносного пруда, но ни как кота. Но делать было нечего. Основного купола уже не было, а это значит, что ракета не взлетит, а это требовало найти себе занятие по душе, но в другой части собственного двора.

Наш двор по форме напоминал не правильный многогранник, со всех сторон окруженный домами и строительной помойкой. Местная кормилица всех дворовых детей. Там можно было найти все что угодно. И за частую, проходя мимо детских построек то и дело слышится: "О! Это мое! Мы вчера выкинули!" или "И это сперли... Как будто они здесь одни." или "Это мое! Отдай!" иногда слышался откровенный мат детей значительно старше нас, но это были не наши и мы их прогоняли — конечно, не обходилось без синяков после таких ледовых побоищ, но оно того стоило! В этот раз, кто-то на эту строительную мусорку выкинул кошачий домик, и из него что-то противно пищало. Достав содержимое из монтажной пены, мы заглянули внутрь домика и увидели два пушистых чуда, что смотрели на нас своими огромными глазами.

— Это и есть твои ведьмы? Они же еще котята! - выпалил Женька, самый младший из нас, а значит самый глупый. — Нет дурак! Сама вижу, что они маленькие, моя ведьма уже большая, я её из окна видела. — огрызнулась я. — Лень она еще и обзывается! — пожаловался старшему Женька. — Еще и ябеда. — фыркнула я. — Л-ё-ё-ё-нь. — противно протянул Женька, в надежде, что тот сможет за него заступиться, но Лёнька не стал.

Тут что-то быстро мелькнуло мимо нас, а следом раздавшийся голос объяснил кто это был — ведьма. Быстро оглянувшись в сторону голосов, мы увидели мужчин в белых халатах, масках на глазах и рте, желтых резиновых перчатках и массивных ботинках берцах, а страшное слово на точно такой же отвратно-белой машине заставило нас побледнеть. "Отлов" — это слово заставило в детских умах передумать массу всего, от мыла до вещей похуже. Не долго думая, мы рванули за ведьмой. Мы видели как она залетела в подвал, не долго думая, мы прыгнули следом. шерстяные комочки в домике пищали, и это не давало сосредоточится в полутьме подвала, пока где-то рядом не чиркнул огонек. Именно чиркнул, а не загорелся. Обернувшись на чирк, я радостно закричала:

— Вовка! Вовка, миленький, родненький! Помоги! Ты не видел ведьму? — Кого? — устало спросил Вовка. — Ну ведьму! Она только что мелькнула в подвал. — объяснялась с парнем я. — Эль, ведьм не бывает. — еще более устало произнес Вовка. — Да нет же, дурак! Ведьма это кошка! Её так наши бабки прозвали. — сдалась я. — Видел, но зачем тебе моя кошка? — спросил парень. — Затем, что за ней гонятся страшные дядки с надписью "Отлов". — не сдавалась я.

Тут Вовка выдает финт от которого у нас еще долго время были открыты рты. Он подзывает к себе кошку, сажает на плечо и выходит из подвала прямо на этих самых дядек, мы волочемся за ним следом, выползая все чумазые, в пыли, копоти и паутине, и напоследок обернувшись Вовка сказал:

— и в обще-то Эль, это не ведьма, а Ведьмак, это мальчик.