Тело напрокат

Глава 1

Двери клиники «Святой Мэри» распахнулись, и на каталке ввезли Ника Вармельгтона. Отработанная за многие годы экстренная ситуация уже не будоражила нервы, руки врачей действовали словно механические автоматы. Через два часа Ник пришёл в себя, над ним возвышалась незнакомая фигура в белом халате, слегка отличающимся от принятой униформы клиники «Мэри».

- Мистер Вармельгтон, позвольте представиться, - начала фигура. - Меня зовут Деймос Дрейн, я представляю независимую врачебную ассоциацию, которая бы хотела предложить вам свои услуги... - Дрейн замолчал и посмотрел в окно, видимо предстоящий разговор был для него несколько деликатным. - Дело в том, что для вас не секрет – вы больны, и как долго протянете, никто не знает, вы ведь не первый раз попадаете сюда. Мы хотели бы предложить вам участвовать в эксперименте, который возможно даст вам вторую жизнь. Взамен мы практически ничего не просим, разве что вам придётся продать ваш дом. Поймите нас правильно, мы не бедны, но подобные исследования требуют больших затрат.... - Дрейн снова сделал паузу. - Если эксперимент пройдёт удачно, то уже завтра у вас будет новое тело, быстрое, молодое и подвижное, не то, что вы имеете сейчас.

- Но как это возможно?

- Личность - не что иное, как набор образов памяти, реакций - на этом базируется наша теория. Мы перенесём все эти образы в свободное тело.

- И кто же согласится предоставить свое тело?

- Никто. Какой смысл спрашивать? В мире полно людей, у которых начисто отсутствует личность, я имею виду шизофреников.

- Вы хотите сделать из меня шизофреника? – недоумевая, проговорил Ник.

- Вовсе нет, при переносе личности также восстановится связь нейронов. Мы уже опробовали данную методику. Сейчас нас интересует успешная трансформация сознания.

- Я не знаю... Мне надо подумать...

- Я прекрасно понимаю вас, мистер Вармельгтон, у вас 72 часа. Если вы откажетесь, то мы будем искать новую кандидатуру. Я остановил свой выбор на вас как на наиболее интересном социальном элементе, мы бы не хотели, чтобы транспортируемым сознанием оказался мозг какого-нибудь маргинала, вы же прекрасный представитель развитого среднего класса, семейный психотерапевт. В силу своего образования вы как нельзя лучше подходите для путешествия, которое позволит сделать столь необходимые нам выводы о том, как пройдёт адаптация нормального человека... Сейчас позвольте же мне удалиться, я вам ещё позвоню.

Оставшись один, Ник погрузился в размышления. "Интересно, насколько верна теория Деймоса о том, что наиболее пригодным является именно психотерапевт. Ведь он ничего обо мне не знает, а может быть, наоборот, знает слишком много? Это не исключено, наверняка они собирали обо мне статистику".

Вмешательство в личную жизнь нисколько не пугало Ника, будучи психотерапевтом, он привык, что больные пытаются залезть к нему в душу, без этого невозможно установление тесного контакта.

С тем же профессиональным подходом он отнёсся к личности, которая должна была предоставить тело. Ведь какой ценностью обладает шизофреник? Он обуза, обуза для общества, обуза для близких людей.

Взяв телефон, Ник набрал номер своей бывшей жены. Последнее время они не ладили, но никого другого, с кем можно было поговорить о жизни и смерти, у него просто не оставалось. "Очередной парадокс, семейный психотерапевт и в разводе", - покачал головой Ник.

Впрочем, была ещё двадцатилетняя подружка, но её мозги воспринимали только всё яркое и привлекательное, и даже неизвестно, что её заинтересовало в Нике. Правда, этот вопрос можно было просто решить, если честно себе признать, что он был лишь средством для удовлетворения её желаний. Вполне успешный мужчина, имеющий престижную работу, способный обеспечить выполнение её капризов, разве когда-то было иначе? "Только в кино", – подумал Ник, отвечая на свой же вопрос.

- Алло, «ИзиБанк», Маргарет слушает. Извини, Ник, когда я на работе я не всегда могу сразу переключиться с профессионального тона, так что даже тебя воспринимаю как потенциального клиента.

Маргарет Вармельгтон было около тридцати пяти, но её никогда не волновал возраст, жизнь Маргарет давно наполнял «ИзиБанк», вернее она наполняла его, превратившись в часть сердечной мышцы, переправляющей финансовые потоки. Подобно крови они неслись в этом организме с безумной скоростью. Принять вклад, взять кредит, обогатить его процентами, подобно кислороду, и разносить по клеткам-вкладчикам.

Ник часто думал, что это и послужило причиной развода, представьте, если бы вы были женаты на банкомате. Впрочем, он и сам приложил к нему не меньше усилий, чем Маргарет. Его увлечения сменялись одно другим, а он всё не мог успокоиться. Ему казалось, что он стоит не у того берега, и он отправлялся в плаванье одно дальше другого. В конце концов, Ник так редко стал бывать дома, что даже Маргарет заподозрила что-то неладное. Рабочий дроид уступил в ней место женщине, и разговор с мужем вышел на редкость коротким. Теперь она жила одна, проводя вечера в обнимку с кипой бумаг, казалось, что никогда она не перестаёт работать.

- Привет, Маргарет, - сказал Ник. - Я хотел бы поговорить с тобой, мой вопрос покажется тебе странным, но что было бы, если бы тебе предложили начать жизнь с начала?

- Извини, Ник, но не вижу смысла размышлять над этим, жизнь нельзя переиграть, сделанного не воротишь, с точки зрения биологии таково устройство нашего мозга, после какого-то момента он просто перестаёт развиваться... Ну а с точки зрения Бога, если бы ему было угодно, то так бы оно и было. Я знаю, что тебе тяжело, Ник, но тебе никогда не казалось, что стоит, если не смириться, то постараться взглянуть на всё по-другому, такой уж порядок вещей, тут ничего не попишешь.

- Если бы все держались твоей божественной теории, то мы бы до сих пор были в каменном веке, а то, что никто ещё не пробовал, не говорит о том, что будет так, как считают теоретики.

- В любом случае это фантастика, постарайся успокоиться, тебе нельзя волноваться.

- Обещай мне одно, если к тебе придёт человек и скажет, что он это я, ты поможешь ему.

- Хорошо, если это так важно.

- Спасибо, Маргарет, - сказал Ник и повесил трубку.

Для себя он давно всё решил, ещё в ту минуту, когда Деймос Дрейн озвучил своё предложение, и разговор с Маргарет не мог ничего поменять. Следующие три дня он провёл, ожидая звонка и пребывая в ощущении приближающегося путешествия, величайшего путешествия в его жизни. Путь, про который говорят oneway, неумолимо приближался.

Свежий зимний воздух заполнял комнату, Ник стоял у окна и курил очередную сигарету. В этот момент раздался звонок.

- Мистер Вармельгтон, - осведомился мужской голос, - вы рассмотрели наше предложение?

- Да, я готов.

- В таком случае приезжайте сегодня к нам в офис на Лайн Стрит, и мы перейдём прямо к делу.

***

Медицинская контора «Геббельс Лимитед», - прочёл Вармельгтон на дверях офиса, расположенного на Лайн Стрит. "Вечно эти немцы что-то выдумывают", – подумал он. Впрочем, название компании казалось подозрительно знакомым, но он никак не мог вспомнить, где же он его слышал. Да и если бы знал, чем прославилась в своё время эта компания, вряд ли бы отказался от своей цели. Слишком уж давило на него чувство самосохранения, чтобы он мог рассуждать о здравом смысле.

В просторном холле здания его встретила молодая секретарша. Похоже, она только что вышла из колледжа, её лицо так и горело энергией, так что Ник невольно поморщился, вспоминая свои дряхлые внутренности.

- Мистер Вармельгтон, пройдёмте за мной.

"Даже секретарша меня знает", - подумал Ник. “Видимо, пациенты здесь не часты”.

- Я совсем недавно заполняла вашу анкету, - будто читая его мысли, ответила она, - на той фотографии вы выглядели несколько моложе.

В кабинете его встречал Деймос Дрейн, он был в том же белом халате, что и в клинике «Святой Мэри». Нику начинало казаться, что он никогда с ним не расстаётся. Удел всех врачей, за исключением семейных психотерапевтов, к которым принадлежал Ник.

На коляске лежал мужчина, казалось, что он спит, но, если приглядеться, было видно, что он просто не в состоянии пошевелиться. Рядом стоял здоровенный санитар.

- Здравствуйте, мистер Вармельгтон, познакомьтесь с мистером Шилденом, Шилден шизофреник, сейчас мы дали ему успокоительное, так что вам нечего опасаться.

Впервые Вармельгтона обуяло сомнение, Шилден казался совершенно беспомощным, эдакой рыбой, попавшей в сеть, которая всё ещё бьётся в последней надежде вырваться, не имея на это никаких шансов. Будучи семейным психотерапевтом он видел многое, но психиатрии старался всегда избегать, не стоит себя обманывать, есть люди, которым невозможно помочь, считал он. Кроме того, шизофреникам редко приходило в голову наведаться к семейному психотерапевту, многие из них, как помнил из учебников Ник, и вовсе избегали каких бы то ни было отношений и социальных обязанностей.

- Вы уверены, что бедняге Шилдену будет лучше, если мы... - неуверенно начал он.

- Без сомнений, - ответил Деймос, - в конце концов, если так будет продолжаться, то лекарства всё равно превратят его в овощ. Вы ведь прекрасно знаете, шансов излечиться от шизофрении практически нет.

Неожиданно Ник ощутил, что ему на голову опустилось что-то тяжёлое, в глазах помутнело, а голос где-то вдалеке произнес:

- Вечно они сомневаются в самый последний момент, что за люди эта интеллигенция…

Тут слова оборвались, он очутился в густом тумане.

***

Мягкие стены, белый потолок - такова была обстановка, в которой очнулся Вармельгтон.

Он посмотрел на свои руки и не узнал их. От шока Ник потерял сознание, так что, придя второй раз в себя, зажмурил глаза, прочитав успокаивающую мантру, сердце стучало как перепуганное.

В комнату вошёл санитар, тот самый, которого он видел в кабинете клиники, расположенной на Лайн Стрит.

- Мистер Шилден, вас ждёт доктор Дрейн, пройдёмте со мной, и не вздумайте опять что-нибудь выкинуть, мне ничего не останется, как поставить вам успокоительное и одеть рубашку.

Ник, а вернее теперь Шилден, слега удивившись, повиновался. Похоже, пока проходила процедура, он наделал каких-то глупостей.

Доктор Дрейн восседал в мягком кресле уютного кабинета, окна которого выходили на цветущий сад. Увидев Шилдена, он сказал:

- Ааа, здравствуйте, здравствуйте, как вы себя сегодня чувствуете?

- Не могу придти в себя после операции, это тело, оно не моё, я к нему ещё не привык.

- Операции..хмм.. - хмыкнул доктор Дрейн, - ну и кто же вы теперь?

- Разве вы не помните, я Ник Вармельгтон, психотерапевт.

Помычав, будто что-то обдумывая, доктор Дрейн произнёс:

- Это можно считать прогрессом, по крайней мере, вы больше не считаете себя пышногрудой блондинкой, последние две недели нам приходилось держать вас всё время на успокоительном. Вы постоянно кричали про какой-то заговор и про то, что так не должно было быть.

- Блондинкой?

- Ах, да, вы опять ничего не помните. Ваша болезнь загадка даже для нас. На первый взгляд вы вполне здоровы, по крайней мере, периодами пытаетесь таким казаться, но никто не знает, что будет с вами через день, или через неделю. Когда-то вас звали Мистер Шилден, но в один прекрасный день вам наскучило быть самим собой и вы превратились в Наполеона. Банальнейший случай, по крайней мере, нам так казалось, но каково же было наше удивление, когда через несколько недель вы заявили, что вы министр пропаганды, рейхсляйтер Геббельс, а последний раз стали считать себя пышногрудой блондинкой.

Надо сказать, что даже для блондинки у вас был слишком истеричный характер. И вот сегодня вы мой коллега, доктор Вармельгтон, - Деймос слегка хихикнул.

Не помня себя, Ник, что было сил, рванул к Деймосу, стараясь схватить его за грудки, однако бдительный санитар пресёк эту попытку.

- Вы всё врёте, - кричал Ник, - вы сговорились, вы все заодно. Мы не договаривались о том, что я проведу остаток своих дней в психушке. Я не какой-нибудь сумасшедший, со мной нельзя так обращаться. Меня будут искать, у меня влиятельные друзья.

Дрейн нажал кнопку и в комнате появилась сестра с успокоительным.

Спустя несколько минут Ник обмяк, руки стали как у резиновой куклы.

С ироничной улыбкой доктор Дрейн продолжал:

- Постарайтесь смириться с вашим состоянием, мистер Шилден. Завтра вас ожидает очередной сеанс групповой терапии. Вы безнадёжны, но мы ещё не использовали все имеющиеся у нас в арсенале средства. В ближайшее время вам предстоит путешествие. Так что не теряйте надежды.

Не то, чтобы Шилдену-Вармельгтону полегчало после укола, однако сил для сопротивлений и даже для самогрызений в нём уже не было. Он лишь тупо смотрел на потолок белоснежной комнаты, и в его голове проносились выдержки из учебников по психиатрии.

Что он знал до этого о шизофрении? Как практически любое серьёзное заболевание, шизофрения принимала различные формы. Строили разные теории относительно природы заболевания, кто-то считал её нарушением химических процессов, кто-то последствием травмы, в результате которой больной хотел замкнуться, но это было сейчас не важно, куда больше его интересовало, к какому типу следует себя отнести.

- Я параноидальный шизофреник, - произнёс Вармельгтон, - и вся моя личность - одна сплошная галлюцинация.

Но поверить в это он не мог.

Придя в себя, его мозг начал вырабатывать алгоритм действий. Ник упорно старался взвесить все возможные варианты развития ситуации.

Верить доктору Дрейну было нельзя, единственным выходом виделось бегство, но для начала он позвонит Маргарет. Даже сумасшедший имеет право на телефонный звонок. Вот только дадут ли они ему его сделать? Его обуяла паранойя.

- Разве можно тут выздороветь? - подумал он. - Даже у здорового человека реакцией на эту комнату без раздражителей будут галлюцинации. Что это за терапия, когда никто тебе не верит, никто не пытается проникнуть в твою суть, а ограничиваются только дозой нейролептика.

Впрочем, возможно он и вправду болен, и тогда они ведут себя вполне корректно, ведь они уже пытались поговорить с ним не раз, только он это начисто не помнил. В любом случае стоит позвонить жене, а потом уже строить дальнейший план действий.

Появившаяся в дверях медсестра в сопровождении санитара прервала ход его размышлений.

- Настало время для групповой терапии, - сообщила она традиционно дружелюбным тоном.

***

В небольшом зале сидело, образуя круг, пять человек. В углу у окна стоял доктор Дрейн и изучал собравшихся взглядом.

Если и вправду поверить, что он доктор, то наверняка не дурён, хотя я никогда не пойму, на кой чёрт люди идут в психиатрию, это же практически диагноз, - заключил Шилден.

Собравшиеся в комнате напоминали больше картины, нежели живых людей. Каждый из них предавался какой-то своей эмоции. Смуглый мужчина впал в транс, закрытые глаза его бесконечно бурили внутреннюю вселенную, лысый азиат беспокойно оглядывался из стороны в сторону, хрупкая маленькая девушка смотрела в пол, а единственный казавшийся на первый взгляд здоровым старичок то начинал, то прекращал шептаться с наполняющими комнату духами.

В общем, пациенты выглядели вполне настоящими, а если нет - они заслуживали Оскара за свою роль.

- Итак, - начал Деймос, - с кого мы начнём? Мисс Сюзи? - он посмотрел на хрупкую маленькую девушку, которая смотрела в пол. Её лицо выражало тревогу. Она попыталась поднять глаза, затем снова их опустила.

- Меня зовут Сюзи Лейстрай, - промолвила девушка, - мне сложно сказать, когда это началось, но с каждым днём я всё чаще испытывала страх, пока, наконец, не бросила пробивать продукты и не сбежала с рабочего места, тогда-то я и оказалась здесь, - она смолкла.

- Мои близкие были хорошими людьми, меня никто не обижал, но с каждым днём я видела, как мир расходует себя, сжимается, его остаётся всё меньше и меньше. Я никуда не ходила, не знаю почему, мне этого не хотелось, мне вообще ничего не хотелось, - продолжала она после паузы, - а затем появился страх, сначала его крошечные отголоски, ощущение того, что что-то вот-вот случится. Придёт беда, а я буду не готова. И она уничтожит этот оставшийся мне крохотный мир...

- Давайте обратимся за советом к нашему новоиспечённому психотерапевту, доктору Вармельгтону, как теперь себя называет мистер Шилден, - вошёл в разговор Деймос.

Вармельгтон машинально дёрнул голову, когда его назвали.

- Что ж, я бы посоветовал мисс Сюзи взять отпуск, а так же назначил бы ей транквилизаторы анксиолитического действия. В сочетании с селективными ингибиторами захвата серотонина и когнитивной терапией это позволит добиться желаемого эффекта, - с гордостью завершил Ник.

- Браво, мистер Шилден, вы процитировали меня, именно такое лечение я назначил пациентке неделю назад. Кстати, вы присутствовали на этом групповом сеансе, - ликовал Деймос. Растерянный Ник поглядел на Дрейна, а что если он прав? Отчаянье вновь завладело им. - Но любой врач поставил бы такой диагноз, из этого нельзя сделать вывод, что я просто скопировал ваши слова, услышанные неделю назад. - Верно, - ответил Дрейн, - поэтому я дам вам ещё один способ убедиться в вашей ненормальности. Как вы думаете, где мы находимся? - Последнее, что я помню, так это то, что я свернул в офис на Лайн Стрит. - Лайн Стрит, это где-то на востоке? - Да, в крупнейшем городе восточного побережья, Нью-Йорке. - Это очень славно, потому что мы в Сан-Франциско. Более того, эти люди видят вас уже не в первый раз. Или вы думаете, что мы их тоже купили? Ник был совершенно раздавлен. Звонить жене не было никакого смысла, если это действительно заговор, то не для того они перевозили его за сотни километров на западное побережье, чтобы соединить с Маргарет и дать ей ответить на его вопросы. - Что же ждёт меня дальше? - обречённо спросил он. - Длительная терапия, пока вы не почувствуете себя мистером Шилденом, но возможно я найду способ и получше. И не пытайтесь нас обмануть, несколько недель назад вы уже пытались это сделать. Для начала вам предстоит вспомнить ваше имя. - Скажите, у меня есть родственники? Чем я занимаюсь? Как врач вы должны понимать, что знание этих фактов позволит мне быстрее вспомнить всё остальное. - Мы поговорим об этом завтра, мистер Шилден, а сейчас идите, вам стоит поспать.

*** На другое утро Ника привели в комнату, окна которой заслоняли решётки. Здесь не было практически ничего, кроме пары стульев, а также приготовленного набора для инъекции. Доктор Дрейн радостно сообщил ему, что лечение и так затянулось, поэтому сегодня они используют новый, радикальный метод, который способен дать результат. Дело в том, - говорил доктор Дрейн, - что ЛСД-25 оказывает чрезвычайно интересное воздействие на психику человека. Возможно, оно позволит вам понять, насколько иллюзорной бывает реальность. А быть может, активизирует те центры сознания, которые заблокированы вашей временной личностью. В этот раз Ник даже не пытался сопротивляться, вчерашний день, казалось, полностью изломал его. Препарат подействовал практически мгновенно, комната начала удаляться, решётка с окна уползла на небо. В небе светило солнце, отчего падающая от решётки тень раскрашивала землю в шахматную клетку. Помимо Ника на доске находилась ещё одна фигура. Он никак не мог разглядеть её лица. - Кто ты? - прошептал он. - Я - твоя сомневающаяся половина, - ответила фигура. - Что тебе нужно? - Ты забыл, что реально, а что нет, я лишь хочу тебе напомнить, кто ты. Год назад ты называл себя Гансом Шилденом и работал страховым агентом, страхуя людей от несчастных случаев. Твоя жизнь была совершенно безмятежна, пока ты не связался с Маргарет Милз. Тут-то и началось такое, что тебе бы самому не помешала страховка... Внезапно голос оборвался, Вармельгтон видел лишь, как фигура рассыпается на части. Затем он стал падать. Лёжа на шахматной доске, он щурился под палящим солнцем, по нему ползли ящерицы, а он не мог даже пошевелиться. Постепенно ему стало всё равно, кто он. Не обязательно знать кто ты, чтобы радоваться жизни. Ведь жизнь продолжалась несмотря ни на что, даже не смотря на то, что он был связан по рукам и ногам своей галлюцинацией и обретал новый тайный смысл бесконечной пустыни, среди которой ты блуждаешь всю жизнь, боясь к старости, что окончательно заблудился и уже не выбраться назад. Однако эта пустыня была здесь всегда и всегда будет. Придя в себя, Ник обнаружил, что над ним стоит человек в чёрном костюме, напоминающий правительственного агента из американского кинофильма. - Мистер Вармельгтон? - Я жив? Значит, это был всего лишь сон? - Вовсе нет, у вас всё ещё чужое тело, но сейчас не об этом. Как вы себя чувствуете? - Нормально, знаете, у меня было видение… - Это не видение, это доктор Дрейн пытался вам внушить новую личность под действием галлюциногена. Наши агенты не смогли задержать его живым, и нам пришлось убрать его во время сеанса. Вам ещё повезло, мы следили за этой бандой три года, одна из наших сотрудниц, работающая под прикрытием, исчезла два месяца назад, поэтому мы решили, что больше нельзя тянуть. Мисс Сюзи Лонкс, вы её знаете? - Кажется, да. - Ну, так вот. Дрейн состоит в организации, которая собиралась заменить с помощью своего хитроумного устройства важных людей. Сейчас, когда эксперимент над вами переходил в решающую стадию, их отделяли от этого считанные дни. И, да, о грустном, тело придётся вернуть. - Какое тело? - Тело мистера Шилдена. Вы ведь получили его нелегально. Вы с самого начала знали об этой авантюре, и всё равно в неё ввязались. - А как же я? - Не знаю, Шилдена ещё не нашли. Мы бы и рады вас отпустить, но поймите нас правильно по документам вы конченный псих псих. И в нашей стране нет формальных процедур обеспечивающих передачу тела. Но ... вы не волнуйтесь, мы что-нибудь придумаем.

— Минуты сменяли дни, за ними шли белоснежные года, доброжелательные медсестры областного ПНД готовились к празднованию нового года. В компании Майкла Джексона, Ричарда Никсона и Яна Кертиса сидел Ник. Он уже привык к окружающим себя чудакам, да и к нему привыкли. Лишь изредко его навещали полицейские в попытках реанимировать развалившееся дело. Ведь пострадавших не было. Шизофреник в больнице, а теологическими спорами, что первично материя или дух, государство не занимается.