Телега со скрипом покатилась дальше

Глава 1

Где-то на севере нашлось золото, и мимо небольшого постоялого двора Храка потекли старатели, зеваки, государственные деятели и бесконечные обозы с товарами и продуктами для всей этой братии.

Если раньше в хороший день на ночлег в Барабане останавливалась пара-тройка уставших путников, то ныне пришлось поднять цены и нанять девок порасторопнее — пиво разносить да нехитрый ужин — гостей стало хоть отбавляй. А других постоялых дворов на этом тракте отродясь не водилось — кому взбредет в голову такое убыточное дело, кроме Храка?

Поэтому Храк выписал из деревни мужичков и быстро сколотил барак — для непритязательных путешественников, да стойла побольше. Храк считал, что человек перебьется, а вот лошадь нужно уважить — накормить, почистить, подковы проверить. Надо ли говорить, лошадки из собственного стада у Храка были загляденье. Приезжие только завистливо цокали и цену спрашивали.

На следующее лето неподалеку выросли еще два постоялых двора, и стало полегче. Храк в те дни, когда у него все было занято, посылал мальчишек к соседям — вызнать, у кого свободно, чтобы не гонять путников лишний раз с поклажей.

А на третий год весь тракт покрылся, как грибами после дождя, призывными яркими вывесками, обещавшими и стол, и дом. Особо отчаянные дельцы продавали всё имущество и строили захудалые лачуги в надежде на легкие деньги. Взлетели и цены. Жена тоже уговаривала Храка: давай поднимем еще, вон как все загибают. Храк был непреклонен — не стоит оно столько.

Кто-то выкопал табличку, которую Храк много лет назад поставил за несколько верст до своего Барабана, и воткнул свою, зазывавшую в Желтую утку и обещавшую бесплатное пиво каждому постояльцу. Когда Храк прознал об этом и приехал к хозяину Желтой Утки — спросить за бесчинство, тот лишь щербато улыбнулся и развел руками: маркетинг, братишка, ничего личного. Хехаркетинг — рявкнул Храк и полез в драку, но двое молодцев лихо выставили его за ограду — мол, иди отсюда, старый, пока ребра целые. Тогда Храк под покровом ночи в щепы разнес кочергой злополучную табличку. Хотел просто отодрать, но вспомнил самодовольную физиономию хозяина Утки и рассвирепел.

На четвертый год золотая руда на приисках, несмотря на все чаяния, так и не нашлась. Энтузиастов на тракте поубавилось. С соседями отношения тоже испортились — никто уже не ждал у себя запыхавшегося мальчишку с вопросом: дядь, двоих поселите? Каждый во что горазд придумывал, чем бы заманить гостей. Одни обещали бесплатный овес, другие — три койко-места в бараке по цене двух. Жена иногда робко спрашивала Храка: может, и нам подсуетиться — вон, столы пустуют. Храк только рычал в ответ: добрая похлебка, чистая кровать — что еще нужно? Пусть эти хапуги выплясывают!

У Храка все равно гостей было больше, чем у многих — он любил лошадей, ухаживал за своим стадом, и гостевых лошадей всегда привечал. У него и кузнец был отменный — его даже переманить пытались, а когда отказал — кузницу сожгли. Храк все убытки покрыл — благо, было из чего. И новую кузню построили уже за своим забором — под прикрытием высоких стен да зубастых собак. А когда прознал, что сманить кузнеца хотели в Желтую Утку, заорал: «Я их сам всех пожгу!», и ринулся к двери. Еле угомонили.

На пятый год пришла новость — россыпи иссякли. А еще кто-то умный из столицы, оказывается, приезжал на прииски, ходил-смотрел и вынес вердикт — никаких жил здесь быть не может. Почему так — Храк и не интересовался, других дел по горло было. Бурная река путников превратилась в ручей, и весь тракт теперь пестрил табличками «Продается» — земля уходила за бесценок, а вчерашние владельцы дворов уезжали кто куда в поисках лучшей доли. Увидав покосившуюся и выцветшую после тяжелой зимы злополучную вывеску Желтой Утки, Храк, ухмыляясь в усы, самолично выкрасил свою собственную в яркие цвета. Соседи, настроившие хором, теперь заколачивали досками комнаты и целые этажи. И никто уже не предлагал бесплатное пиво, да и проворных девок в трактирах сильно поубавилось — чем им платить-то?

Храк со своими мужичками переоборудовали барак под хозяйственную часть, когда рядом остановилась проезжавшая по тракту груженая доверху телега.

— Ты, что ли? — окрикнул Храка возница. Храк узнал в нем хозяина Желтой Утки.

— Ну что, помог вам ваш маркетинг? — крикнул он помятому конкуренту.

— Как ты выжил, мужик? Мы в долгах как в шелках!

— А мне было чем заняться, пока вы таблички мои воровали. Я лошадей теперь в столицу поставляю. И травы целебные с болот, — усмехнулся Храк. — Давай, удачи тебе.

Телега со скрипом покатилась дальше.