Своя дорога

Глава 1

1. Блики на воде

Мир людей всегда казался мне огромной, непонятной головоломкой. Они постоянно куда-то бегут, суетятся, враждуют, мирятся. Происходит то, что они зовут жизнью. Так муравьи, занятые своими делами, не замечают огромной Вселенной вокруг. А ведь она так прекрасна и полна необыкновенных тайн! Давно, в совсем еще юном возрасте я считал будто способен прикоснуться к ним. Только сделай шаг, протяни руку — и Великая Сокровищница распахнет перед тобой двери.

Предчувствие необыкновенного погасила предательски подкравшаяся взрослая жизнь. Постепенно, неспешно быт растворил надежды и фантазии, превратил их в бледные призраки не сбывшегося будущего. Открытый взгляд на мир заменила нескончаемая круговерть из обрывков мыслей, страхов и мелочных склок. Мечты от редкого использования покрылись пылью, стали выглядеть глупо и неуместно.

И вот ты уже бежишь неведомо куда в потоке таких же ошарашенных душ, не особенно понимая для чего тебе все это надо. Толпа несет потоком по надежно проторенному руслу, не давая прийти в себя. В толпе не принято смотреть на звезды, это почти неприлично. Звезды и сами пугаются многолюдья. К ним нужно приходить в одиночку или с парой близких друзей, ведь в такой компании не место хитрости, неверию и безразличию. Самое сокровенное и важное любит покой. Оно познается в одиночестве или тесном кругу тех, кто связан с тобой незримыми нитями единомыслия.

Так хочется оказаться в нашем старом доме на Зеленом переулке! За окном солнце играет в зарослях малины, легкий ветерок слабо раскачивает ветви тутовника, и только шмель гудит в океане летней тишины. Мама (самая красивая женщина на свете) сидит на диване с любимой книгой в руках и, наверное, думает что я сплю. Разве можно спать в такое время? Я рассматриваю солнечных зайчиков и тени от ветвей деревьев на стене, угадываю на что похожи плывущие в небе облака.

Отец обычно в это время на работе, но я знаю: вечером он откроет дверь и все в доме завертится по-другому. Начнутся интересные разговоры за чаем после ужина, и в каждом взгляде будет ощущаться то спокойствие, которое бывает когда собираются вместе близкие люди. Кажется, этот особенный мирок вечен. С ним никогда ничего не случится, ему не страшны никакие бури. Хорошо и уютно было в том доме. Доме под названием «детство».

Теперь я старик. Моя судьба оставила позади большую часть пути, сбила ноги до кровавых мозолей. Она уже почти там, где сможет предаться долгожданному отдыху. Или забвению? Все, что мне осталось, - воспоминания. Они словно блики на воде: можно сколько угодно рассматривать их, но удержать не получится, как ни старайся.

Не могу сказать, что провел отпущенный срок совсем уж плохо. Пожалуй, как все. В одно время не выносил одиночества, в другое ценил его. Совершал мудрые поступки и глупости, добрые дела и те, за которые до самого конца не оставят муки совести. Теперь все это не имеет значения, только яркие пятна колышутся на поверхности памяти.

Сколько еще мне осталось - дни, недели - не все ли равно? Я всего лишь бабочка, медленно выползающая из своего кокона чтобы расправить помятые ото сна крылья. Еще немного - и вперед! К вечному свету, летнему теплу, к радуге в сочно-голубом небе.

Лети, бабочка...

2. Покидая берег

Все утро шел дождь. Капли равнодушно барабанили по карнизам и крышам автомобилей, напитывали землю осенней сыростью.

Не было никакой церемонии прощания, соседи даже не заметили, как гроб с телом вывезли со двора. Спустя полчаса работники ритуальной службы торопливо опускали его в свежевырытую яму. Кому охота возиться с одиноким, никому не нужным стариком, да еще в такую промозглую погоду? Рабочие наспех зарыли могилу и, собрав нехитрый инструмент, растворились в пелене холодного дождя.

Странное это ощущение – видеть собственные похороны со стороны. Он еще долго стоял над своим последним пристанищем: одинокий призрак, потерянная душа. Небольшой холмик земли, деревянная тумба, номер на жестяном прямоугольнике — вот и все нехитрое имущество, доставшееся его телу напоследок. Его некому было навестить в последний раз, никто не пришел попрощаться. Семьей он так и не обзавелся, настоящих друзей не нажил. Поглощенный мрачными мыслями, старик побрел прочь - наугад, не выбирая дороги.

Скоро дождь превратился во влажное полотно тумана. Мгла все больше густела, становясь непроницаемой. Старик уже не различал ничего дальше вытянутой руки, и устало присел на торчавшую из земли корягу. В конце концов, если не видно пути, то нет разницы — идти или стоять на месте. Туман скрывал малейшие звуки. Сидя в тишине, старик мыслями возвращался к тем моментам своей жизни, когда он так же блуждал во мгле отчаяния и безнадежности. Сейчас те переживания выглядели надуманными, порою и вовсе нелепыми. Какие из них были действительно важны?

Карьера оставила после себя лишь привкус разочарования. Неудачи и достижения размывались повседневной рутиной, а бывшие коллеги о нем даже не вспоминали. Он и сам был занят новыми делами, другими людьми. Это напоминает аттракцион в парке развлечений: мимо пролетают прохожие, столбы, здания, деревья. В стремительном круговороте меняются лица и пейзаж, вот только карусель по-прежнему стоит на месте, а ты раз за разом возвращаешься к тому, с чего начал. Заработанные деньги бесследно утекли, все регалии время превратило в труху. Множество людей начинает и заканчивает карьеру одинаково - никем. Редких везунчиков в конце искренне ценят и помнят, а чаще просто терпят из вежливости.

Было много встреч, влюбленностей, обид, ожиданий. Счастливые моменты случались, но по-настоящему родственных душ ему то ли не удалось найти, то ли он попросту не сумел их узнать. В итоге не осталось ничего, кроме пустых воспоминаний об ушедшем.

Сколько времени и сил можно было потратить на куда более ценные вещи! Бежать навстречу луговому ветру, пьянеть от ароматов весны, дышать прозрачной свежестью октября и слушать странные песни вьюг по вечерам у заледенелого окна.

Особенно ему не хватало ощущения свободы. Ее не купишь ни за какие деньги, не заработаешь и не получишь в подарок - она бесплатна. Просто позволь себе ее взять, и она будет стоить целой жизни. Ведь лишь свободный человек может выбирать себе путь по сердцу, на котором обязательно встретятся настоящие дела, дружба, любовь и уважение.

Погруженный в раздумья, старик не сразу заметил как у его ног вертится собачонка неясной породы. Забавная лохматая псина внимательно рассматривала его, будто ожидая когда на нее, наконец, обратят внимание. Старик машинально протянул руку, чтобы погладить пса по голове, но тот отскочил в сторону, и весело гавкнул, виляя хвостом. Старик шагнул к собаке. Пес снова отскочил, показывая всем своим видом - «иди за мной!» - а затем спокойно затрусил по тропинке. Старик пошел следом.

Туман слегка поредел, серые кладбищенские плиты сменились местностью с голыми деревьями посреди выцветшей травы. Неожиданно из-за пригорка вынырнул маленький шалаш. У входа стояли два плетеных кресла, на одном из которых восседал добродушного вида толстяк.

- Приветствую тебя, путник, - сказал он.

- Здравствуйте, - ответил старик – это ваша собака?

Толстяк вдруг раскатисто захохотал.

- Меня зовут… - смущенно начал старик, когда его собеседник немного успокоился.

- Тебя зовут Путник! – перебил толстяк – просто Путник и больше никак.

И снова залился смехом.

- Разве я сказал что-нибудь смешное? – рассердился старик.

- Ха-ха, нет, ха-ха-ха, просто ты сегодня двадцать первый, кто задает этот вопрос, ха-ха, сговорились вы что ли?

Вскоре толстяк окончательно успокоился и продолжил.

- Этот пес – твой проводник. Присаживайся, в ногах правды нет – указал он на пустующее кресло.

Старик сел, некоторое время оба молчали, всматриваясь в клубящееся нутро тумана.

- Скажи, Путник, - начал толстяк – многое ли ты помнишь из своей жизни?

- Многое. Думаю, что все. У меня было полным-полно одиноких ночей, чтобы предаваться воспоминаниям.

- Можешь ли ты вспомнить самый радостный и счастливый момент?

Старик пытался припомнить, но на ум ему пришло совсем не то, что обычно люди считают самыми радостными моментами. Не первая любовь, не новая машина, и не поездки по красивейшим курортам.

Вспомнился случай из детства. Как-то он подхватил жесточайшую простуду, и уже вторую неделю почти не вставал с постели. Родители были не на шутку перепуганы. Кто знает, чем бы это все кончилось, но однажды мама вернулась домой с покупками, и, не заходя в комнату, позвала его из прихожей. Он кое-как выбрался из кровати, поплелся в коридор.

- Помоги мне расстегнуть куртку – сказала мама – руки заняты. Он потянул застежку молнии, и вдруг оттуда появилась забавная щенячья мордочка.

- Собака!!! – восторгу не было предела, ведь он об этом так мечтал!

В тот же вечер его состояние заметно улучшилось, а через два дня болезнь отступила окончательно.

Толстяк внимательно слушал и больше не смеялся, только румянец на щеках и озорной взгляд выдавали в нем весельчака.

- Ну что ж, Путник, было приятно с тобой побеседовать, однако тебе пора. Посмотри, туман совсем рассеялся.

Действительно, вместо плотной белой пелены вокруг возник лес. Солнце робко выглядывало из-за туч, а шалаш и кресла оказались на краю небольшой поляны.

Толстяк встал со своего кресла, подошел к шалашу, и жестом пригласил Путника внутрь. Входной полог опустился за спиной старика, вокруг царила кромешная темнота. Через секунду он ощутил падение, с бешеной скоростью его несло куда-то вниз, в неизвестность.

3. По иглам совести

Удар был ошеломляющим. Всплеск. Холодная, заполняющая все вокруг вода. Нельзя было разобрать где верх и низ, в мире не существовало ничего, кроме вязкой оглушающей тишины. Путник парил в ней, словно в космическом пространстве – бесконечно холодном и безжизненном. Вдруг что-то мягко толкнуло его в ноги, и через несколько мгновений он оказался на поверхности. Над водой дул пронизывающий ветер, от холода и страха перехватывало дыхание. Над головой возник светящийся шар и Путник увидел, что держится за край лодки, в которой стоял человек с зажженным фонарем в руке. У человека было худощавое тело и длинное суровое лицо. Он молча взглянул на Путника, а потом грубо отпихнул его ногой от борта. От неожиданности старик захлебнулся водой, попавшей в нос и горло.

- Я… не умею… плавать – с трудом выдавил он из себя.

Поверхность воды то опускалась, то подпрыгивала выше головы, заставляя Путника смотреть на блеклое пятно фонаря через мутную толщу. Человек в лодке молча наблюдал за происходящим.

- Помогите…

- Я помогу тебе – наконец подал голос человек.

Он поднял со дна лодки весло и протянул его старику, но как только тот попытался ухватиться, сразу отдернул его.

- Я помогу, но сначала ты должен назвать мне три самых страшных своих греха – и снова занес весло над головой Путника.

Старик барахтался в воде из последних сил, тщетно надеясь на жалость.

- Учти, мне совершенно безразлично, сколько ты будешь тут болтаться, хоть вечность – проговорил лодочник.

Судорожно хватая воздух Путник изо всех сил пытался вспомнить свои прегрешения, однако в сознании пульсировала только одна мысль – «выбраться из воды».

- Я… ненавидел… многих людей… - захлебываясь выкрикнул старик.

- Еще.

- Помогите, пожалуйста!!!

- Еще! – лодочник был неумолим.

- Я… предал… друга…

- Еще. Еще, ну же! И ты спасен!

- …..

Он совсем выбился из сил. Несколько мгновений - и тело перестанет его слушаться. Наконец, он нашел последний ответ, хотя уже не мог его произнести. Вода заливала уши и нос, легкие разрывались от недостатка воздуха, страх затягивал в темную бездну.

- Я… потерял… себя… - попытался сказать старик, но вода превратила его голос в неясный булькающий хрип. Затем воцарилась ледяная тьма.

«…я же умер. Как я мог утонуть? У меня ведь нет легких!...»

Одинокий голос во мраке вел диалог с самим собой. Холод и страх остались далеко позади, словно улетучивающийся дурной сон.

Путник ощутил, что лежит на чем-то твердом, и его мягко покачивает на волнах. Он открыл глаза. Жестокий лодочник стоял на корме с невозмутимым видом и греб вперед, мерно погружая весло в воду. Ничего не хотелось говорить. Время спустя лодка ударилась о нечто твердое и остановилась.

- Выходи – безразлично произнес лодочник.

Старик увидел, что они пристали к берегу. Точнее, к большой дыре в стене отвесной скалы, образующей вход в пещеру. Путник поднялся на неуверенных ногах и ступил на сушу.

- Надеюсь, ты хорошо запомнил то, что сказал мне там? – строго спросил человек в лодке.

- Куда уж лучше – проворчал себе под нос Путник.

Лодочник, не проронив больше ни слова, оттолкнулся веслом от каменистого берега и поплыл прочь.

4. Феникс

Единственная дорога вела вглубь пещеры, поэтому размышлять над выбором направления особенно не пришлось. Передохнув у воды, Путник двинулся вперед. Только сейчас он заметил, что тьма вокруг не была полной.Хотя лодка с фонарем уже давно скрылась из вида, света было достаточно, чтобы не спотыкаться о камни. Свечение исходило из глубины пещеры, и, по мере продвижения внутрь скалы, становилось ярче. Стало тепло, а потом даже жарко, и Путник больше не дрожал от холода. Зато многое бы отдал, за глоток простой воды, хотя совсем недавно содрогался от одной мысли о ней.

Туннель резко свернул в сторону и Путник, наконец, увидел источник того самого света и тепла: вперед насколько хватало глаз раскинулось пламя.Оно вырывалось прямо из стен и потолка, трепетало на полу пещеры, а в сотне шагов дальше взлетало стеной ревущих вихрей. Тупик. Пойдешь вперед – сгоришь, назад – можно только утопиться. Решив, что терять уже нечего, Путник зашагал навстречу пылающему урагану. Он остановился перед самой огненной стеной, когда жар стал почти невыносим. Несколько языков пламени метнулись к нему. Отпрянув от неожиданности, Путник все же устоял на месте – будь что будет. Потоки огня с шипением вились вокруг него. Когда они полностью окружили его плотным коконом, в недрах огня возникло лицо.

- Ты осмелился прийти в мои владения, значит у тебя нет обратной дороги – пророкотало оно.

- Действительно, нет – согласился Путник.

- Тогда ты должен доказать, что достоин пройти через мое царство, иначе тебе здесь не место. Вспомни свой самый смелый поступок и я решу – пропустить тебя или спалить дотла.

Путник стоял в растерянности, не зная что ответить. Он никогда не совершал ничего героического, жизнь его текла мирно и буднично. Он не спасал утопающих, не сражался с врагами, не дразнил чувства экстремальными развлечениями.

- Мне нечего тебе ответить, Огонь – промолвил Путник – я мирный человек и не делал в своей жизни ничего, что прославило бы меня храбрецом. Моей смелости хватало только чтобы продолжать жить, не смотря на трудности. Я не был особенно везуч или талантлив, и далеко не всегда принимал верные решения. Однако в моменты, когда стоял выбор — идти дальше или прекратить все прямо сейчас — продолжал путь.

Огонь молчал, было непонятно о чем он сейчас думает. Черты «лица» медленно расплылись и пропали, гул заполнил собой все вокруг, сотрясая стены пещеры. Похоже, Путник не угодил своим ответом и настала пора расплаты. Пламенная буря бушевала все сильнее, хлеща Путника по лицу. Что же, пропадать – так с честью: улыбнувшись, он шагнул вперед, в ревущие струи огня.

5. Обнимая небо

Он все ждал испепеляющей кары, мгновения тянулись вечность. Целая череда вечностей. Рождение, расцвет и медленное угасание мириад Вселенных, кружащих в потоке бесконечного Времени. А потом пламя стало холодным, даже пронизывающе ледяным. Он медленно открыл глаза.

Путник стоял у выхода из пещеры на каменном карнизе, а далеко внизу раскинулась необъятная долина. Неистовый ветер бился о скалы, свистел в расщелинах. Путник подошел к самому краю, полной грудью вдыхая кристально-морозный воздух. В свежем дыхании ветра ему слышались ласковые голоса. Они шептали, пели, убаюкивали. Мощный поток сорвал его со скалы как пушинку и понес над долиной. Озорные ветры кружили его насвоих крыльях, смеялись, весело перешучиваясь. Смесь из чувства неожиданности, тревоги и азарта заполнила легкие. У Путника перехватило дыхание, и он только молча хватал руками воздух.

- Не бойся! Будь свободным! Ты был когда-нибудь по-настоящему свободным? – кричали одни ветры.

- Кричи и смейся, расправь крылья, лети навстречу небу! – вторили им другие.

Путник ощущал себя кленовым семечком, поток нес его над простором долины, не давая упасть или опомниться от пьянящего кружения. Может быть, только это маленькое семечко и знает, что такое свобода – легко парить над миром, не думая о том, куда занесут его ветры судьбы. Однако любому полету суждено закончиться, так уж устроен мир. И лишь вспышками во тьме памяти останется невесомая синева неба.

Смутные очертания горного пика впереди постепенно обрели облик башни. Путника несло прямо на стены колоссального каменного конуса. Грозя размозжить свою игрушку о стены, уже вблизи от башни братья-ветры мягко подбросили Путника вверх, и он благополучно приземлился на широкую площадку у самой вершины башни. Там почти не было движения воздуха, будто это место отделяла от внешнего мира невидимая оболочка, не пуская внутрь птиц и порывы ветра.

Путник не сразу заметил большой валун у дальней стены. На камне сидел человек с длинной флейтой в руках; он приложил ее к губам и воздух наполнился чарующими звуками. Путник стоял как завороженный: ему не хотелось двигаться, чтобы не спугнуть это пение волшебной птицы и то умиротворение, что окутывало его с ног до головы. Звуки флейты стихли также плавно, как и возникли. Человек на валуне казался Путнику одним из древних мифических богов - само совершенство. Несмотря на молодость, его лицо излучало мудрость и спокойствие, а в глазах отражалось сияние тысяч звезд.

- Подойди ближе, Путник – произнес он.

Человек внимательно смотрел на Путника, словно хотел увидеть что-то в самой глубине его души. Затем он указал рукой на пять дверей в стене скалы. Каждую из них украшала изящная надпись.

- Ты должен выбрать свою дальнейшую дорогу – проговорил Человек.

Путник стоял в нерешительности, а затем медленно подошел к двери с надписью «Богатство».

- Она заперта… - растерянно произнес он, потянув за ручку двери.

- Значит тебе туда не нужно – ответил Человек – много ли богатства ты забрал сюда с собой?

- Ничего. Абсолютно ничего, кроме своих воспоминаний…

Путник прошел дальше, остановившись возле двери с названием «Счастье» и вопросительно поглядывая на своего собеседника.

- Свою судьбу знаешь только ты сам – ответил тот, будто прочитав его мысли.

- Тоже закрыто. А так хотелось побыть счастливым…

- Разве тебе известно, что такое настоящее счастье? Не расстраивайся, туда попадают немногие. Те, кто понял, кто готов к нему. Значит ты еще не готов.

Путник долго размышлял перед тем, как подойти к следующей двери. Он думал, вспоминал, внутренне переживал былое и снова думал. Человек не торопил его: у них было много времени, бесконечно много. Наконец, в глазах Путника мелькнула искра. Улыбаясь так, будто увидел решение давно мучившей его задачи, он подошел к очередной двери, оставив позади «Власть» и «Талант». Не спеша провел рукой по ее поверхности. Надпись на двери гласила «Служение».

Старик потянул за ручку, дверь легко отошла от стены.

- Ты нашел свою дорогу, Путник. Почему ты выбрал именно эту дверь?

- Я долго размышлял, быть может, всю свою жизнь, и никак не мог понять - чего же мне не хватает. Чего не хватает всем нам? Почему в мире происходят ужасные вещи, ведь никто не желает страдать? Люди часто вырывают из рук друг у друга желанный кусок, думая, что приобретают нечто ценное. Думая что теперь они счастливы, но это иллюзия. Краткий миг обладания неизбежно сменится горечью утраты. Наши руки слишком слабы, чтобы что-то в них удержать. Мы невыносимые скряги. Боимся тратить что имеем, даже такие «бесплатные» и доступные каждому чувства как любовь и благодарность, считая, что нам самим в итоге ничего не останется. Но ведь человеку свойственно терять, это единственное, что с ним гарантированно произойдет. С каждым человеком в свое время. Гораздо лучше не потерять, а подарить! Подарить себя – миру, людям. Не скупясь, не ища выгоды. Только тогда, в мире, где люди дарят друг другу себя, никто не будет страдать от потерь и несправедливости. Вот что я понял.

Человек на валуне не пошевелился, звездные искры в его глазах также испускали свое вековечное сияние. Только губы его тронула легкая улыбка – прекрасная как бабочка в летнем саду.

- Счастливой дороги тебе, Путник! – произнес он.

Старик повернулся к раскрытой двери. Далеко в глубине темного коридора брезжил яркий белый свет. Темнота не была пугающей, скорее уютной. В последний раз оглянувшись на своего собеседника, Путник шагнул в дверной проем.

6. На круги своя

Его то тянуло вперед, то отталкивало назад, но далекое пятно света становилось все ближе. Ему совсем не хотелось покидать уютный темный коридор. После всех мытарств желание покоя перевешивало все остальные. Наконец, свет замелькал совсем близко, и Путник ворвался в целое море новых впечатлений. Он ощутил себя ослепленным и оглушенным. Кто-то очень большой схватил его, потащил вперед. Рука великана перевернула его вниз головой и ощутимо шлепнула пониже поясницы. Возмущенный собственным бессилием и таким обращением, Путник закричал во весь голос.

Скоро великану надоела эта игра. Он перестал вертеть Путника словно куклу, а затем осторожно опустил его на что-то теплое и мягкое. Измученный странствиями, Путник почти сразу крепко уснул. Во cне он даже не заметил как мама тихонько разговаривает с ним и ласково гладит по голове.