Сверхновые записки главного инженера Вселенной

День 1.333.07

Эпиграф. «Большой взрыв — это когда ты пытаешься перезагрузить Windows, а он спрашивает: "Вы уверены?"».

05:00 (по солнечному времени, которое всегда «рассвет») Будильник заиграл кавер на «Here Comes the Sun» в исполнении хора черных дыр Кливленда. На панели управления — тревога: «Солнце капризничает. Отказывается взрываться. Требует отпуск».

Михаил влетел в ядро, зацепив крылом за плазменный торнадо: — Шеф, термоядерные реакции бастуют! Говорят, переработали за последние 5 млрд лет. — Где Дэйв? — спросил я, выковыривая из нимба застрявший фотон. — Устроил «адскую вечеринку» в поясе астероидов. Продаёт билеты на «последний танец перед сингулярностью».

08:30 Совещание в корональной дыре. — Сверхновая должна вспыхнуть через 7 дней, обратный отсчёт я запустил! — я ткнул средним пальцем в голограмму, которая тут же испарилась от стыда. — А это солнце ноет, что «слишком старое для таких трюков».

Локи, в скафандре с надписью «Самый горячий финский парень в Галактике», закинул ноги на реактор: — Да взорви его вручную! Я принёс спички из темной материи.

Серафима, обернутая в термостойкую фольгу, как курица в духовке, зашипела: — Мы не успеем эвакуировать ангелов-стажёров! Они ещё тестируют новую вселенную «Вконтакте 2.0». — Всё равно её снесут, — буркнул Аллах, раздавая брошюры «Халяльный апокалипсис: как встретить конец света по правилам».

10:00 Солнце выпустило протуберанец с надписью «Sun life matter». — Вот же чёрная дыра к негра в... сумке, а не светило! — завопил Михаил. — Теперь ещё потребует компенсацию фотосфере!

Лакшми запустила стрим «Солнечный OnlyFans»: — Подпишитесь, и увидите, как я плавлю ядро в прямом эфире! Топ-донатёры получат кусочек священного вымени на заставку!

13:00 План «Перезагрузка». — Дэйв, — я указал на магнитную бурю. — Тебе — выжечь пятна. Локи — успокой геомагнитные бури шведским рок-н-роллом. Аллах… — Уже читаю молитву для повышения давления в ядре! — он разложил коврик для намаза на ближайшей поверхности.

Серафима тем временем пыталась успокоить стажёров: — Не плачьте! После взрыва будете работать в черной дыре. Там… э-э-э… темно и уютно, как у негра в... Михаил, где ты взялся со своими метафорами!

18:00 Солнце согласилось взорваться при условии, что его имя будет в названии новой вселенной. — Ладно, — я подписал контракт плазмой. — «Вселенная Солнце-Молния 3.0». Доволен? Или довольно? Солнце хлопнуло хромосферной вспышкой, поджарив Дэйву хвост.

23:51 — Ну что, Боня? — Дэйв вытащил из корональной дыры бутылку «Solar Tequila» с зайчиками. — Завтра начнём сжимать ядро? — Нет, на солнышко лучше не давить, — я потушил очередную вспышку, как сигарету. — Солнце, не вспыхивай, сейчас ночь!

Сплю. Нет. Смотрю, как Лакшми продаёт NFT «Последний закат Земли». Всё уже купили котики. Опять повела бедром по касательной... Брысь!

День 1.333.06

Эпиграф. «Сингулярность — это когда все проблемы умещаются в точку, но ты всё равно промахиваешься мимо». (Найдено на обгоревшей инструкции к «Тёмной материи для чайников».)

05:00 (по солнечному времени, которое теперь «предсмертные судороги») Будильник сыграл ремикс на «I Don’t Want to Miss a Thing» с помехами от солнечных ветров. На мониторе — ядро Солнца демонстративно замедлило термоядерные реакции, выведя сообщение: «Устало, ухожу, потеряло смысл жизни. Верните после взрыва».

Михаил влетел, зацепив крылом за петлю времени: — Шеф, тёмная материя снова слилась в Telegram! Говорит, её «затроллили чёрные дыры-тролли». — Где Дэйв? — автоматически спросил я, пытаясь починить гравитационный стабилизатор божественной силой, равной произведению божественной массы на божественное ускорение от божественого пенделя. — Устроил подпольный майнинг на нейтрино. Чеканит «Солнечный биткойн» и продаёт инопланетянам как «акции на пепел фотонов».

08:30 Совещание в зоне конвекции. — Осталось 6 дней, а плотность ядра всё ещё на уровне йогурта! — я швырнул в голограмму Солнца термоядерную свёртку. — Локи, где твой рок-н-ролл? — Под капельницей! — Локи выдохнул плазму из гитары. — Солнце требует классику. Пришлось играть Вивальди на струнах из магнитных полей. Теперь все плачут: синьоры, их жены и служанки, собаки на лежанках и дети на руках. И стало вдруг... — Никитины, молчите ради бога!

Серафима, в ОЗК с прорезью для крыльев, добавила: — Ангелы-стажёры объявили забастовку. Хотят премию — по одной чёрной дырке от бублика в конвертируемой плазме.

Аллах, раздавая брошюры «Как встретить конец света без нарушения рамадана», предложил: — Давайте устроим халяльный термояд. Без свинины, без алкоголя, без… э-э-э… нестабильных изотопов. И Изя-топов.

10:00 Тёмная материя, обидевшись на троллей, сбежала в параллельную вселенную. Солнце тут же потускнело, объявив себя «аутистом-атеистом», и потребовало солнечные очки.

Лакшми запустила краудфандинг «Спаси Солнце — купи кусочек фотосферы!». — Уже собрала 10⁶ лайков! — доложила она, приклеивая к солнечной короне наклейку «Я ❤️ Апокалипсис».

13:00 План «Б» — Дэйв, — я указал на схему коллапса. — Тебе — поджечь водородные запасы. Локи — сыграть марш для сингулярности. Аллах… — Уже читаю суру «Пылающие небеса»! — он развернул коврик в сторону квазара, случайно вызвав межгалактический намаз.

Михаил тем временем уговаривал ангелов: — После взрыва будете работать в мультивселенной! Там… э-э-э… можно одновременно грешить и каяться!

18:00 Солнце согласилось коллапсировать, если его включат в список «30 самых горячих звёзд Галактики-2025». — Ладно, — я подписал договор солнечным ветром. — Но без упоминания про вспышки-истерики.

Локи репетирует хеви-метал балладу «Прощай, фотосфера».

23:56 — Ну что, Боня? — Дэйв вытащил из чёрной дыры бутылку «Dark Matter Whiskey». — Завтра начнём сжимать пространство? — Завтра...— я потушил корональный выброс, как окурок. — … будем чинить причинно-следственные связи. Опять. — Опять? — Ломаются каждый раз, когда Локи говорит «чё».

Котики из прошлой вселенной уже резервируют места на краю новой сингулярности. Говорят, там лучше ловить виртуальных мышей.

Сплю. Нет. Нет. Сплю. Не сплю. Смотрю, как Лакшми продаёт очки «Последний рассвет Земли». Всё уже купили пессимисты.

День 1.333.05

Эпиграф. «Космос ближе, чем кажется. Особенно если ты призрак коммунизма». (Обнаружено на обгоревшем спускаемом аппарате «Союз-ТМ», переделанном казахами в гриль для шашлыка.)

05:00

Будильник заиграл «Трава у дома» в версии «Чайф», но вскоре, как старый магнитофон, зажевал плёнку.

В ядро, как космическая музыка, вплыли три фигуры: два полупрозрачных космонавта и одна непрозрачная женщина в скафандре с вологодской вышивкой «Валя + Звёзды».

— Товарищ Бог! — Гагарин снял шлем, из которого выпали конфета «Белочка» и «Мишка на севере» — Мы от ЦК КПСС… то есть, от Комитета по Спасению Спящих Галактик. Уговорить хотим! Леонов достал из невесомости акварель: — Посмотрите, какой я нарисовал плакат: «Солнце — наше! Не взрывать!». Худсовет одобрил.

Терешкова поправила причёску, игнорируя Шиву, который уже обвил её талию двумя руками, третьей держал букет из солнечных вспышек, а четвёртой… не будем об этом, но честная женщина не смирилась.

— Хватит ползать, осьминожка! — Гагарин швырнул в него ботинком, пролетевшим сквозь плазму. — Мы тут за делом!

08:30

Совещание в зоне конвекции. — Солнце — стратегический объект! — Терешкова тыкала в голограмму указкой. — Передать его на поруки советским космонавтам в рамках нацпроекта «Наша Вселенная™».

— А что дадите взамен? — спросил я, поправляя термоядерный галстук. — Мир, дружбу, жвачку! — Леонов высыпал на стол квадратики и пластинки с нарисованными апельсинками и надписями «СССР» и «Гагарин». — И путёвку на Байконур-2 (он же Рай-3)!

Дэйв, влезший в скафандр Терешковой, который был ему безумно маловат, прохрипел: — Я за! Особенно если в путёвку входит встреча с призраком Королёва…

10:00

Церемония награждения. — Юрий Алексеевич! — я повесил медаль Гагарина, но с буквами СССР на серебряном шлеме, на невесомый комбинезон. — За героизм и первый шаг в никуда.

Гагарин прослезился (слёзы тут же испарились): — Эх, Богдан... Боже… если б вы были у нас в 61-м, я «Поехали!» кричал бы громче!

Леонов удостоился такой же медали. Терешковой на пышную грудь легла медаль Терешковой.

— А мне? — расстроился Алексей Архипович. — Где медаль Леонова? Я же в открытый космос тоже первым... а фломастеры в невесомости не рисуют! Попробуйте рисовать в космосе акварелью, гляну я на вас!

Терешкова, тем временем, дала Шиве такой подзатыльник, что он полетел вслед за солнечным ветром: — У нас, товарищ Леонов, Гагарин один на всех, а женских медалей не вручают мужчинам!

13:00

Космонавты забыли, зачем прилетели. Да, моя работа. Ну и радость от внимания, конечно.

— Давайте споём «Катюшу»! — Гагарин затянул, разбив звучным голосом все термометры в радиусе 0.3 астрономических единицы.

Леонов рисовал автопортрет на короне солнца: — Видите? Это я, Чёрная дыра (негр с "Аполлона" и матрёшка! А песня по Катюшу не начинается с "Поехали!", Юра.

Терешкова раздавала автографы ангелам: «Валя Т. — первая женщина в вашей чёрной дыре!».

18:00

— Шеф, Господи, — Михаил указал на таймер. - До взрыва — всего ничего. Они же всё испортят! — Нет, — я вздохнул, глядя, как Дэйв продаёт Гагарину одеколон «Тень Лунохода-1». — Они просто люди. Ну, почти. Немножко небожители.

Гагарин и Леонов улетели, пообещав прислать капсулы «письмо из прошлого». Насчёт Леонова не уверен... Терешкова осталась — проверять, не спрятали ли мы водку в солнечном ядре. А Солнце… Оно хочет взорваться. Но теперь — исключительно с красным флагом на полюсе и лозунгом: «Пролетарии всех галактик, соединяйтесь!».

23:55

— Ну что, Боня? — Дэйв вытащил из солнечного пятна бутылку «Звёздной». — Завтра продолжим?

— Давайте продолжим сегодня — откуда-то появился Леонов, пытающийся фломастерами переделать медаль Гагарина в медаль Леонова. — Нет, — я пнул протуберанец, создав северное сияние над Новой Москвой. — Спать хочу! Космос штука утомительная, а космонавты ещё утомительнее.

Сплю. Нет. Верю, друзья, в карманы ракет... Смотрю, как Леонов учит Шиву всеми руками рисовать портрет Терешковой… в стиле «супрематизм космонавта после мягкой посадки под Целиноградом». Получается сразу шесть Терешковых в обнимку... Лучше спать.

День 1.333.04

Эпиграф.

«Сверхновая — это когда ты собираешься уйти на пенсию, но вселенная кричит: "Сначала допиши документацию!"»

(Найдено на обгоревшем сервере ПФ с пометкой «Архив. Уничтожить перед взрывом».)

05:00 (по солнечному времени, которое теперь «предрассветная истерика»)

Будильник заиграл кавер на «Звезда по имени Солнце» в исполнении хора расплавленных силовых линий.

На мониторе — Земля, Марс и Венера, связанные в орбитальный «тройной узел», орали:

— Мы тоже хотим медали! И пенсию в виде астероидного пояса!

Михаил влетел, зацепив крылом за автомобиль спутник Илона Маска:

— Шеф, планеты объявили забастовку! Требуют компенсацию за «эмоциональный ущерб от предстоящего взрыва».

— Где Дэйв? — спросил я, выковыривая из термоядерного реактора пробку с надписью «Не открывать до Судного дня».

— Устроил подпольный аукцион «Кто последний взорвётся — тот и Плутон!». Уже продал Уран… дважды.

08:30

Совещание в зоне радиационного шторма.

— Взрыв через 4 дня! — я стукнул кулаком по голограмме, разбив её на пиксели. — А эти орбитальные идиоты…

Локи, в костюме «злого гения» (чёрный плащ, краденый нимб и брелок «Я ❤️ Рагнарёк»), заржал:

— Да взорви их заодно! Представляешь, как круто: сверхновая с прицепом гирлянды из бунтующих планет!

Аллах, раскладывая коврик для намаза на солнечном пятне, вздохнул:

— Они просто боятся. Может, предложить им халяльный апокалипсис с гарантией возврата в рай и планетарной девственности без людей? Назовем планеты Гуриями и пронумеруем.

Лакшми, не отрываясь от стрима, бросила:

— Я уже продаю «Последний крик Марса». Купили за 10 минут. Теперь Нептун ревнует в очереди.

10:00

Сатурн потребовал «отделения колец» Урана, как суверенный актив.

— Это моя интеллектуальная собственность! — бушевал он, швыряя льдинки в Юпитер.

Старина Джуп поглощал.

Дэйв подделал документы, объявив Меркурий «независимой карликовой криптодержавой». Теперь тот требует признания и биткоины тачками.

13:00

План «Как нам успокоить, а потом упокоить галактику».

— Локи, — я указал на орбитальный хаос. — Тебе — устроить рок-концерт для планет. Пусть выпустят пар.

— Без проблем! — он вытащил гитару из солнечного ветра. — Будет хеви-метеорит с вокалом голосящих квазаров!

Серафима, обернувшаяся в огнестойкий свиток, пыталась вести переговоры:

— Марс, мы дадим тебе скидку на перерождение! 50% на вулканы, 30% на пылевые бури.

Шива, манипулируя всеми руками, как дирижёр, синхронизировал магнитные поля:

— Если все станцуют в ритм, может, перестанут ныть…

18:00

Итоги дня.

Юпитер согласился не глотать астероиды до взрыва за бонусные спутники.

Венера потребовала «розовый дым во время конца света». Дэйв уже красит корону Солнца.

Земля устроила флешмоб «Последнее селфи с фильтром „Сверхновая“».

23:48

— Ну что, Боня? — Дэйв вытащил из солнечного ядра бутылку «Плазменный абсент». — Завтра начнём уже сжимать ядро?

— Мы проведём всегалактический референдум. — я потушил вспышку металлического водорода, как сигарету. — Пусть решат, как им удобнее взорваться.

— А если проголосуют против?

— Назовём это «альтернативной демократией». Взорвём молча, будто все согласились, а потом и проверять будет некому.

Сплю. Смотрю, Лакшми продаёт Венере курс «Как сохранить атмосферу после смерти». Хит продаж! У девочек, похоже, последняя любовь созрела. Посмотрю её во сне. Лишь бы, лишь бы не подрались...

День 1.333.03

Эпиграф.

«Бесы — это как баги в коде мироздания. Иногда они глючат так, что хочется перезагрузить всё, но потом понимаешь — без них скучно».

(Найдено на обратной стороне микроволновки с гравировкой «Анчутка был тут».)

05:00 (по солнечному времени, которое теперь «предвзрывная икота»)

Будильник заиграл кавер на «Танец маленьких бесенят» в исполнении адского хора черных херувимов с хером сбоку. Хер это буква, пошляки

Солнце икало, выплёвывая протуберанцы в ритме рок-н-ролла.

Михаил влетел, зацепив крылом за антенну спутника Starlink, вереница спутников потянулась в теплые края, перестроившись клином.

— Господи, к нам прорвались! Мелкие бесы в красных шапочках из межгалактического Dark Web!

— Где Дэйв? — по привычке спросил я, вытаскивая из реактора застрявшую ракушку-телефон с надписью «Звони, и твоя микроволновка оживёт!».

— Торгует с ними душами тушканчиков. Говорит, это «хайповая предсмертная распродажа». Не берут. Шеф, куда нам девать две тонны хвостов с кисточками?

08:30

Совещание в тени солнечных пятен.

Анчутка Бес-Пятый, усевшись на микроволновку (притащил свою), тыкал копытцем в голограмму Солнечной системы:

— Взрывай уже эту скучную вселенную! Мы тут… э-э-э… заскучали! А давай мы сами ее разнесем? Ты и не заметишь, а ребятам что мячики погонять, что звездную пыль. А вот прятать пульты от пульсаров перед дискотекой — не дело!

За ним на экране деревянного телевизора «Горизонт за горизонт» маячила бесовская родня.

Дядя Фукуро-сан (Япония) кланялся, цепляя рожками спутники Yamal: «О боже-сама, ваш Меркурий теперь в параллельном измерении. Очень жаль!».

Тётя Мэри Поппинс (Британия) заморозила чайник Аллаха: «Сахар разрушает апокалипсис, дорогой. Только мёд из ульев Иблиса!».

Кузен Паоло (Италия) взрывал сырные астероиды: «Mamma mia! Взрыв сверхновой должен пахнуть пармезаном, как портянки Макарончика Фрикаделькина!».

Сестра Зизи (Бразилия), танцуя самбу на короне Солнца, кричала:

— Ай-яй-яй! Кто украл мой маракас из чёрной дыры? Нет, не из той, там ещё ни одного маракаса-шмаракаса не было! Вот из этой, зелёненькой черной дырочки.

10:00

Анчутка «случайно» перепрограммировал гравитацию.

— Теперь Юпитер вращается вокруг микроволновки! — орал Михаил, отрастивший больше рук, чем у Шивы, цепляясь за все спутники Юпитера.

— Это арт-инсталляция! — парировал Анчутка, смахивая хвостом звёздную пыль на своих сапогах. Мягкое кресло и клетчатый плед ждали своей участи.

Дядя Фукуро-сан потерял кору Урана.

— Где моя поверхность?! — ревел Уран на всю галактику, плавая в орбитальном мусоре.

— Она в стиральной машине мультивселенной! — кланялся Фукуро. — Глубоко извиняюсь! Поставить вам 235 или 238 оборотов?

13:00

План «Спасти адский кавардак».

— Локи, — я указал северянину на знойную белокурую Зизи, устроившую карнавал с блёстками и треском счётчиков Гейгера в радиационном поясе. — Твоя очередь. Устрой им рок-н-ролльный апокалипсис!

— Трудновато таких перепеть! — Локи вытащил гитару из солнечного ветра. — Будет хит «Бесы в раю, но рай уже не рай». Красотка, подтяни стринги, щас спою! Да нет режь ты себя ими пополам.

Дэйв тем временем продавал Анчутке «криптовалюту ХаосCoin»:

— Курс растёт! После взрыва станете миллионером в пепле!

Анчутка взвешивал и протирал каждую криптокопейку, отчего они становились явно легче. Пыль богатства оседала куда надо.

Аллах, раздавая «халяльные защитные амулеты от сверхновой», вздыхал:

— Даже конец света должен быть этичным, без шайтанов, дон...

18:00

Анчутка Бес-Пятый подменил термоядерное топливо вулканической пиццей Паоло. Солнце теперь пахнет пепперони и пукает моцареллой.

Анчутка продаёт NFT «Последний чих сверхновой».

Локи репетирует финальный аккорд.

Зизи уговорила Марс станцевать самбу. Теперь у него красная песчаная буря, Фобос и Деймос разлетелись и обрели самостоятельность.

Тётя Мэри Поппинс заморозила Дэйву хвост:

— Чтобы не болтался, дорогой!

— Это не хвост... — сказал Дэйв, покраснев как Марс и слегка позванивая бубенчиками.

— Слышен звон бубенцов издалёка... — подхватили анчутки и ангелы-стажеры хором.

— Дисканты, тише! — попыталась вмешаться Серафима.

23:56

— Ну что, Боня? — Дэйв вытащил из ядра бутылку «Плазменный абсент с привкусом хаоса». — Завтра начнём сжимать ядро?

— Да потерпи ты с этим ядром, пусть все выскажутся. — я потушил вспышку, как сигарету. — Устроим «Фестиваль бесовского абсурда». Пусть решат, взрывать ли нам всё это.

— А если проголосуют за взрыв?

— Назовём это «демократическим коллапсом». Взрываемся под аплодисменты.

Разве с ними уснёшь? Смотрю, как Анчутка стримит из микроволновки. Спасите мою душу! Мою, в бога, душу!

Спать, рогатые!

День 1.333.02

Эпиграф.

«Демократия — это когда все кричат "Взрывай!", а потом прячутся под стол, услышав "Бум!"» (Обнаружено на оборотной стороне бюллетеня с надписью «Я ♥ Хаос».)

05:00 (по солнечному времени, которое теперь «предфинальная истерика»)

Будильник заиграл гимн «Мы — мир, мы — взрыв!» в аранжировке для квантовых скрипок. На мониторе — галактика, обмотанная бюллетенями вместо силовых линий.

Михаил влетел, зацепив крылом за спутник: — Референдум начался! Марс требует отдельные урны для красного и белого песка, Венера — розовые конверты, а бесы… — Где Дэйв, бес его побери? — перебил я, выковыривая что-то из чего-то кое-где у нас порой. — Продаёт «гарантированные результаты» всем желающим. Говорит, это дешёвле, чем репост в TikTok!

08:30

Пункт голосования №666 (бар «У Чёрной дырки»). Анчутка Бес-Пятыйзалез в микроволновку-урну и орал: — Голосуй за хаос! Или голосуй против! Или не голосуй! Не важно — главное, засунь сюда утюг! Мне надо гладить шнурки адского коммутатора.

Локи, переодетый в комиссара еврокомиссии, в еврогалифе и еврогимнастёрку, тыкал в планеты «карандашом судьбы»: — Ты, Юпитер, слишком толстый — голосуешь последним! А ты, Земля, уже испортила бюллетень слезами!

Аллах раздавал зелёные «халяльные бюллетени» с инструкцией: — Обводите кружочком «Да» или «Нет», но помните — всё предопределено и нет бога, кроме меня, любимого, а Боня мне лучший кунак. Просто веселитесь, правоверные и левоверные!

Лакшми продавала свой новый клип «Мой голос» и пела: — Ты погладь меня тихо по вымени...

10:00

Шива попытался проголосовать всеми восемью руками. — Это моё право! — он совал бюллетени в урны, они сыпались на дно по гауссиане. — Одна личность — один ад! — огрызнулся Дэйв, забирая «лишние» голоса себе.

Гагарин и Терешкова запустили спутник-урну на орбиту. — Чтобы каждый космонавт мог проголосовать! — кричал Гагарин, пока спутник глотал астероиды и делал из них красные звёзды.

Зизи из Бразилии устроила карнавал вокруг урны. — Ай-яй-яй! Голосование должно быть в ритме самбы! — она била в маракасы, сбивая с толку Анчуток и с орбиты Меркурий.

13:00

Экзитпулы и экзитпульки. Сатурн: — Мои кольца — это 10 тысяч голосов! Анчутка: — Моя микроволновка — это 100 тысяч микроутюгов, готовых сжечь ваши бюллетени!

Мэри Поппинс заморозила спор, вставив в него этическую дилемму: — Выбор должен быть сладким, как мёд! Но без сахара, ибо сахар — зло.

18:00

Подведение итогов. Михаил принёс ящик с протоколами, который шипел, как гадюка в кислотном дожде, светился, как нимб на дискотеке и взрывался конфетти каждые пять минут.

— Результаты готовы, — сказал я, глядя, как из щелей ящика лезут мелкие бесы с криками «Это подстава!». — Но я из никому не скажу, пока не обдумаю. Да, я мракобес авторитарный. И шо вы мне сделаете?

23:52

Я сидел на краю сверхновой, сжимая в руке толстый с надписью «Результаты. Вскрыть при всех».

Дэйв подкрался с бутылкой зелёного вихревого пойла под названием «Предвзрывный абсент»: — Ну что, Боня? Ставлю на «Взрыв»… — Не сегодня. — я отодвинул бутылку. — Сегодня… я просто сижу.

Он исчез, пробормотав: «Чёрт, даже чёрт не вечен».

А я смотрел на звёзды, которые вдруг стали похожи на галочки в бюллетенях. Может, «Да»? Может, «Нет»? Или просто «Посмотрим»…

Завтра всё решится. Или нет. Не спится.

День 1.333.01

Эпиграф.

«Тишина перед взрывом — это когда вселенная задерживает дыхание, а боги проверяют, не отвалилось ли у них ухо». (Обнаружено на циферблате солнечных часов, где вместо цифр — следы лавы.)

05:00 (по застывшему времени)

Будильник не зазвонил. Он умер, подавившись тишиной. На мониторе — галактика замерла в позе йогической асаны «Мёртвая петля времени», то есть завязалась в мертвый узел.

Михаил влетел, замедленно, как пчела в сиропе: — Шеф... господи... Богдан Зиновьевич... вы… сократили… день… — его голос растянулся, словно жвачка на раскалённой плите. — Где Дэйв? — спросил я, но эхо вернулось лишь через час, шепча: «Спит... Или притворяется, что спит...».

-08:30 (по новому времени — «скорострельная вечность»)

Совещание отменилось как бы само собой. Локи застрял в петле обратного отсчёта, повторяя: «Вз-ры-вай… вз-ры-вай…». Аллах замер на коврике для намаза в позе змеи факира «Вопросительный знак восклицания». Лакшми пыталась продать записи «Тишина в формате WAV», но файлы рассыпались в прах, а тишина слегка звякнула и заткнулась. Анчутка сидел в своей микроволновке, грызя провод от утюга. Даже родственные бесы молчали.

10:00 (или 12:00? время схлопнулось, как пакет из-под чипсов)

Солнце попыталось чихнуть, но я обнулил его ресницы в носу. И нос. И не было у него носа, одни протуберанцы.

Земля написала в чат: «Всё ещё здесь?», но сообщение утонуло в чёрной дыре буфера обмена.

Михаил, двигаясь кадр за кадром, как старый диафильм, принёс кофе. Он остыл задолго до прикосновения к губам.

13:00 (или 5 минут спустя? спросите у стрелки, которая теперь спираль)

Дэйв возник в дверном проёме, растянутый в пространстве, как жертва плохого фотошопа: — Боня… э-э-э… ты чего? — его голос звучал, будто из ведра с галактической пеной. — Молчание — золото, а время сжимаемо и упруго,— ответил я, но золото тут же проржавело.

Он исчез, оставив после себя шлейф недоумения и запах горелого абсента на сахаре.

18:00 (или точка в вакууме)

Я вышел на «балкон» — край корональной дыры. Галактика замерла, как муха в янтаре. Планеты застыли на полуслове. Звёзды мигали азбукой Морзе со скоростью новичка из ралиоклуба: «ЧТО ДАЛЬШЕ?». Анчутка высунул из микроволновки язык и жёлтый глаз, которым нахально подмигнул.

Сократив день, я украл 8 часов у вечности. Теперь они лежали у меня в кармане, свернувшись калачиком, как испуганные личинки калифорнийского червя. А то всё бы свихнулись от тишины. Результаты готовы. Я их не вижу. Но решение принято.

23:59 (или 00:00? Или никогда?)

Я достал свёрток с результатами референдума. На конверте замигала надпись: — Вскрой меня… — Нет, — я положил его обратно в карман времени. — Завтра. Да и нафиг ты мне нужен?

Сплю. Не сплю второй день. А думаете, я время двигал не ради себя? Зря думаете. Смотрю, как тишина грызёт край вселенной, оставляя следы зубов на горизонте событий.

До Большого взрыва осталось 0 дней. Но взрыв — это не «бах!». Это тихий щелчок выключателя. Или вздох. Или…

День 1.333.00 - 13 апреля 2025

Я не буду делать Большой взрыв.

Рады?

Живите.

Живите весело.

Иногда слушайте Анчутку Бес-Пятого, хотя он и врёт всем, что сочинял за меня эти записки.

Посмеялись?

Ну и слава Мне!

Анчутки учатся летать...