Сулейман

Глава 1

«Прости меня и даруй мне такую власть, которую после меня никто не достигнет»

Сулейман (Сура 38:35)

Чуть приоткрыв глаза, Далиль Ан-Наджам пытался попасть пальцем по кнопке выключения будильника, горевшей на треснутом экране смартфона. После нескольких попыток назойливое дребезжание рингтона наконец прекратилось. За окном ещё висела мерцающая шаль арабской ночи, но протяжный, уходящий в нос, голос муэдзина уже возвещал приход нового дня, дарованного Аллахом. За стенкой слышалось, как отец достаёт молитвенный коврик и уходит в другую комнату для совершения фаджра.

Далиль несколько раз повторил про себя «Аллаху Акбар», но встать для намаза поленился. Перевернувшись набок, юноша открыл Фейсбук и начал листать набежавшие в ленту новости. С обильных фотографий пятничных и субботних вечеринок смотрели улыбчивые смуглые лица вперемешку с фарами подержанных машин, пышными столами, позолотой бижутерии и дымом кальянов. Оставив несколько весёлых реакций и вздохнув над скоротечностью выходных, Далиль начал свой день.

Мать сегодня не молилась (наверное, из-за хайда), поэтому успела развернуть на кухне целое пиршество. Рядом с привычными пресными лепёшками, сыром, йогуртом и горсткой кислых оливок на столе красовалась пирамидка свежепожаренных кеббе и миска салата. Если что-то и могло скрасить воскресное рабочее утро, то только Мамина стряпня. Налив себе кофе и всыпав пять ложек сахара, Далиль сел дожидаться отца.

«Сынок, отец сегодня едет к врачу, так что магазин весь день на тебе», – сказала мать, продолжая суетиться вокруг стола. Отличные новости. Значит, никто не помешает посмотреть тот фильм, который ребята скинули вчера на вечеринке через Шэрит. Жалко, что не гангстерский или супергеройский, но Анвар говорил, что на Западе он сейчас один из самых обсуждаемых, а Анвар всё-таки в университет ходит. День становился всё лучше и лучше.

Когда Далиль вышел из дома, солнце уже окрасило горизонт в розовый цвет и осветило ступенчатый улей домов на горном склоне, где жило семейство Наджам. Закурив длинную сигарету из мятой бумажной пачки, юноша выкатил на узкую извилистую улочку скутер и отправился на работу.

***

Основной доход книжный магазин «Звезда Востока», принадлежавший отцу Далиля, получал с продажи учебников. На втором месте была религиозная литература, а уже дальше шли развлекательные и детские книги. Образование Далиля ограничилось школой, да и там он учился не слишком усердно, в отличие от своего отца, интеллигента и большого знатока хадисов. Поэтому всё свободное от обслуживания посетителей и ухода за магазином время Далиля заставляли посвящать чтению. Отец, прочитывающий минимум по книге в неделю, всегда бдительно следил за непутёвым сыном. Стоит ли и говорить, что такой подход распалял в юноше чувство протеста: Далиль не упускал возможности улизнуть, чтобы поболтать с друзьями, а в книгах предпочитал прятать телефон, в котором смотрел видео или копался в соцсетях.

Припарковав скутер, Далиль отомкнул решётки на дверях и витринах магазина, достал смартфон и включил музыку на полную громкость. Небольшое помещение сотрясли ритмы барабанов и тамбуринов, бренчание ситаров и резкие посвисты мизмаров. Покрикивая в такт песне, юноша зажёг освещение, проверил кассу и перевернул дверную табличку надписью «Открыто» наружу. После извлёк из рюкзака купленную по пути газировку и новую пачку сигарет, развалился в кресле за стойкой и закурил. Вспомнив, что отец может заехать проверить магазин по пути ко врачу, Далиль развернул на видном месте книгу «Анатомический атлас человека», которую «читал» уже вторую неделю. Утро воскресенья обычно не богато на посетителей, поэтому можно было без зазрения совести написать в чат друзьям, чтобы заходили на огонёк, а затем приступить к просмотру нового фильма.

«It’s not a ghost. It’s gravity» – заявлял герой с экрана. Далиль не успел посмотреть перевод в субтитрах, так как дверь магазина открылась, а на порог вошёл старик. Он был необычно одет: чёрная рубашка в серебристый горошек, штаны европейского кроя, тоже чёрные и в серебристую полоску. На голове был повязан чёрный шемаг, а на руке сверкал серебряный перстень с чёрным камнем в форме звезды. Борода гостя была аккуратно подстрижена, морщинистое сухопарое лицо смотрело с хитрым прищуром из-под кустистых седых бровей.

«Добро пожаловать, муаллем», – сказал юноша, погасив телефон.

«Ас-саляму алейкум, хабиби», – ответил старик.

«Что я могу вам предложить?»

«О, хабиби, я прибыл сюда не ради книг. Вообще-то мне нужен именно ты, Далиль», – улыбнулся старик, указав на собеседника узловатым пальцем с перстнем.

«Откуда вы знаете моё имя? Вы знакомы с моим отцом?»

«Можно сказать и так, мальчик. Запри-ка дверь, нам предстоит долгий разговор. Поверь, посетителей сегодня больше не будет».

Далиль с сомнением выбрался из-за стойки. Старик протянул ему руку, которую он неуверенно пожал. Закрыв дверь, юноша предложил гостю присесть, но тот вежливо отказался.

«Меня зовут Абу Фатах. Можно сказать, что я твой родственник. Мальчик мой, нам с тобой предстоит путешествие к таким горизонтам, которые ты не мог и представить».

Далиль посмотрел на старика с ещё большим удивлением.

«Позволь мне для начала кое-что показать тебе, а после уже поговорим». С этими словами старик сделал шаг в сторону, и почти половина его тела пропала. Далиль вскрикнул от изумления. Корпус ухмыляющегося старика оканчивался идеально ровным срезом, но кровь не спешила литься на каменные полы. Напротив, можно было наблюдать исправную работу всех органов: ткани сокращались, жидкости двигались по усечённым сосудам и трубопроводу кишок, лёгкие надувались, не выходя при этом за невидимый барьер.

Некоторое время Далиль с ужасом изучал вопиющую картину, пока не сделал очередное открытие: «разрез», проходящий от ключицы до стопы через всю правую часть тела старика, должен был вскрыть печень, однако она отсутствовала! Более того, сердце незнакомца было сильно смещено в правую сторону. Складывалось ощущение, что неизвестный представлял собой зеркальную копию обычного человека.

Абу Фатах совершил полуоборот и вернул себе целостность. «Присядем, дорогой, и я поведаю тебе твою судьбу», – мягко сказал он. Мужчины сели за стойкой друг напротив друга. Трясущимися пальцами Далиль зажёг сигарету. «Мальчик мой, то, что ты сейчас видел, вовсе не магия, но знание. Ты уже обладаешь им, просто не помнишь. Я помогу тебе вернуться на путь, который рассеет мрак невежества, но для начала скажи, что ты знаешь о джиннах?»

«Джинны – это духи чистого пламени… Мы не можем их воспринимать, но они живут параллельно с нами и тоже подчинены воле Аллаха…» – ответил юноша.

«Параллельно!» – старик поднял к небу указательный палец и блеснул перстнем, – «А что есть параллельность, как ты считаешь?»

«Ну, параллельные прямые никогда не пересекаются…»

Абу Фатах рассмеялся: «О, дорогой мой, тут ты сильно заблуждаешься. Параллельные прямые не пересекаются только на одной плоскости. Мы представляем мир как своего рода куб, имеющий длину, ширину и высоту. Великий Пророк знал, что человеческому разуму Аллах даровал лишь такое восприятие, более того, оно ему необходимо, чтобы не заплутать в лабиринте звёзд. Поэтому он и воздвиг его посреди Заповедной Мечети, как маяк для метущегося людского сознания. Как ребёнку объясняют счёт на пальцах, хотя чисел в мире неизмеримо больше, чем конечностей, так и Аллах объясняет человеку мир через куб. В пределах куба параллельные прямые и действительно никогда не пересекутся, но где же тогда обитают джинны?»

Далиль задумался и спустя время выдал осторожную догадку: «На других плоскостях?»

Старик с улыбкой хлопнул в ладоши.

«Верно, мой мальчик. И сейчас ты шагнёшь на эту плоскость» – с этими словами он протянул руку и коснулся кольцом лба юноши. Далиль провалился во тьму.

***

Мы никогда воочию не видели истинной тьмы. В нашем мире свет проникает практически всюду, мы настолько привыкли к нему, что, даже спустившись в погреб и закрыв глаза, увидим разноцветные всполохи. Даже наш мрак имеет оттенки, может быть иссиня-чёрным, может быть красноватым. Далиль же очутился в настоящей беспросветной тьме. Он не чувствовал земли под ногами, не ощущал высоты и пространства. Ему казалось, что он ослеп, потому что только движения век давали понять, закрыты ли его глаза или открыты. В таком состоянии даже время будто исчезло, поэтому юноша никогда не дал бы ответа, как долго пробыл во мраке: день или лишь один миг.

Наконец Далиль ощутил, как рядом с ним ширятся три точки света, не имеющие источника. Постепенно разрастаясь, они приняли форму красноватых лучистых шаров, пока не достигли размеров футбольных мячей. Затем в голове юноши стали нарастать необычные звуки. Поначалу Далиль принял их за звон в ушах, но постепенно их громкость достигла отчётливой тональности. Пытаясь подобрать сравнение, юноша сказал бы, что это отдалённо похоже на первые слоги зова трёх муэдзинов, затянувших «Алллаааа…» на рассвете.

«Где я?» – прошептал Далиль.

Звуки в голове приняли изменчивый тембр, казалось, что один из них несёт в себе смысл «Ты в измерении джиннов». Юноша ухватился за это осознание и старался не сопротивляться струе понимания, которая словно вливала суть напрямую в его разум, не задействуя органы чувств. «Наверное, так происходит божественное откровение», – подумал он. Сферы перед глазами при этом оставались в покое и продолжали сиять без движения и мерцания.

«Что я здесь делаю?» – сказал Далиль вслух уже громче.

«Ты должен нам помочь…» – прояснился звук в голове.

«Продолжай слушать и не перебивай, сейчас с тобой будет говорить раис», – другой тон мелодии пустил по каналу порцию смысла, после этого оба первых тона ушли в фон, а третий начал набирать силу.

«Далиль, мы ифриты, те из джиннов, кто свободен и не страшится бесед с людьми. Тебя учили, что ифриты – это коварные демоны, стремящиеся захватить твою душу, но на самом деле ифриты единственные из джиннов, кого люди могут осознать, ибо наша сущность находит в вашем разуме схожее явление, это образ огня. Другие джинны недоступны вашему пониманию, потому что вы не можете себе их представить, поэтому при контактах с ними вы придаёте им облики людей и зверей. Но это только иллюзии. Лишь образ огня достаточно близок к реальности нашего вида, чтобы мы могли взаимодействовать напрямую».

Далиля бросило в холод. Согласно всему, что он знал о джиннах, ифриты считались одними из самых опасных демонов ада. Ему говорили, что проклятые Аллахом служители Иблиса они населяют загробный мир и то ли питаются душами умерших, то ли сами ими являются, будучи отвергнутыми у ворот Рая и павшими во Тьму. «Неужели это значит, что я сам умер и попал в Ад?» – подумал Далиль и ужаснулся. Ифрит, тем временем, продолжал свой рассказ.

«Тебя учили, что, первая часть Вселенной, сотворённой Аллахом, была свет. Потом Всевышний создал из света своих первых детей, ангелов. Затем Он сотворил Землю и населил её джиннами, созданными из пламени. Но они погрязли во вражде и распутстве, и тогда Всевышний послал ангелов, чтобы остановить бесчинства. Джинны не справились с даром существования на Земле. Тогда Аллах создал из самой земли человека, Адама, и его детям завещал наследовать сущее. Но как ты думаешь, что именно помешало джиннам жить на Земле?»

Далиль поразмыслил, но иного вывода, как «Их пороки» найти не смог. Однако что-то подсказывало ему, что ифрит ждёт более сложного ответа.

«Если ты думаешь, что всё дело только в порочности, то ты глубоко заблуждаешься. Секрет именно в сложности самого существа. Ангелы наиболее уподоблены Аллаху, но абсолютно лишены воли. Они могут напрямую осознавать приказы Всевышнего, но это лишь слепые исполнители, функции. Джинны были первыми, кто обрёл самостоятельность и мог жить сам по себе.

Но наша структура всё ещё слишком сложна, мы есть пламя: уже не свет, но и не что-то вполне физическое. Земля, где ты родился и живёшь, достаточно простое пространство по сравнению с небесами. Придя на Землю извне, обжиться на ней непросто. Поэтому для её населения и потребовались люди, созданные из самой земли. Вы дети Земли, мы же на ней пришельцы. Но это не значит, что мы можем жить только порознь. И для обретения власти над миром для нас обоих есть только один путь – путь наверх. Скажи, о чём ты рассуждал перед тем, как очутиться здесь?»

Далиль старался не верить ифриту на слово, памятуя всё, что знал о джиннах, но ситуация была слишком невероятной, чтобы избегать возможности узнать больше. Он вспомнил слова Абу Фатаха и ответил: «О кубе и плоскостях».

«На самом деле ты вовсе никогда не покидал своего книжного магазина. В вашей реальности ты продолжаешь сидеть на стуле у стойки. Но твоё сознание сейчас воспринимает происходящее в другом измерении. Если привычный человеческий мир – это куб с тремя пространственными измерениями и одним измерением времени, то сейчас ты наблюдаешь четвёртое пространство, плоскость джиннов. На самом деле их гораздо больше, но пока нам с тобой доступны только эти.

Плоскость джиннов проходит через всё земное пространство, но люди лишены возможности её видеть. Так если повернуть какой-либо объект внутри нашего пространства, то в вашем кубическом будет казаться, что он бесследно исчез, потому что его площадь будет занимать больше нашего пространства и меньше вашего. Сравни это с тем, как ты видишь лишь часть корабля, уплывающего за горизонт».

Далиль вспомнил фокус старика с исчезновением половины тела. На мгновение ему показалось, что он вновь видит перед собой стены и очертания магазина, но одновременно с тремя ифритами в нём.

«Но ограничения наших тел – это не повод останавливаться на пути знания. Если вы не можете видеть джиннов, это не значит, что нас нет. К сожалению, мало кто из людей достаточно упорен в своём любопытстве, чтобы заглянуть за пределы вашей кубической пещеры и увидеть истину. Первым из смельчаков был тот, кого называют Сулейманом. Ты второй».

В голове Далиля стало крутиться всё, что он знал о пророке Сулеймане или, как его называли на Западе, Царе Соломоне. Поговаривали, что он был великим и мудрым правителем и обладал мистической властью над всеми мирами, включая мир джиннов.

«Сулейман пришёл в наше измерение в ходе своих исследований. Мы точно не знаем как, однако он был первым и на тысячи лет единственным, кому это удалось. Мы много общались с ним и высоко почитали, только через него мы могли взаимодействовать с людьми напрямую. Но Сулейману этого было недостаточно. Дело в том, что и люди, и джинны могут двигаться в любом направлении всех измерений, кроме одного, измерения времени. С приближением старости Сулейман всё больше становился одержим идеей покорить время, подобно тому, как он покорил пространство. Он считал, что разгадка кроется в том, чтобы пробраться выше, на уровни ангелов. Ведь над ангелами, в отличие от нас, время не властно.

Мы искренне поддерживали нашего доброго друга, но глубоко сомневались, что одному человеку под силу преодолеть так много горизонтов. Но вот однажды Сулейман сообщил нам, что отыскал путь наверх и предложил отправить туда экспедицию. Для джиннов это было грандиознейшим событием со времён Сотворения мира. Мудрейшие из наших учёных и сильнейшие из наших смельчаков отправились вслед за пророком, но экспедиция бесследно исчезла вместе с самим Сулейманом. С тех пор уже тысячи лет мы не можем разгадать эту тайну, и не было ни одного человека, способного связаться с нами, ибо Сулейман ни с кем не делился секретами. Но теперь появился ты, а вместе с тобой и надежда.

От загадки пророка остался единственный ключ, это его кольцо. Оно хранилось в нашем мире и ждало следующего человека, достойного самого Сулеймана, который сможет повторить его путь и шагнуть дальше туда, где находится пророк. Мы верим, что в кольце ты найдёшь ответ, поэтому и даровали его тебе».

Далиль взглянул на свою руку и изумился. На указательном пальце был надет тот самый перстень, который он заметил у Абу Фатаха. Серебряная печатка увенчивалась чёрным камнем в форме шестиконечной звезды. Юноша стянул кольцо и заглянул внутрь. Там была выгравирована подстёршаяся надпись на иврите. Подняв голову к своим собеседникам, Далиль хотел уже было задать все скопившиеся вопросы, которые сдерживал, боясь перебить раиса ифритов. Как у него оказалось кольцо, и каким образом он попал в измерение джиннов? Кто такой Абу Фатах, и разве не он был первым человеком, увидевшим джиннов после Сулеймана? Почему именно ему, Далилю, предстоит продолжать дело пророка?

Но юноша не успел произнести ни слова. Он смотрел на пустой стул, стоящий напротив него в магазине «Звезда Востока». В воздухе струился дым от упавшей на пол недокуренной сигареты. В помещении, кроме Далиля, не было ни души.

***

Сначала Далиль подумал, что всё произошедшее было всего лишь сном. Но кольцо Сулеймана продолжало оттягивать указательный палец. Юноша повертел его в руках. Жидкий синюшный свет электрических ламп переливался на серебряных гранях перстня и тонул в чёрной каменной звезде. «Как же это я разгадаю тайну кольца, я ничего не смыслю ни в алхимии, ни в физике», – рассуждал Далиль. – «Может быть, ответ написан на самом кольце, а джинны просто не владеют человеческой грамотой?»

Изучив перстень внимательнее, юноша не обнаружил ничего, кроме внутренней надписи на иврите. Взяв со стола смартфон и открыв приложение переводчика, он направил на неё камеру. Телефон распознал текст и вывел на экран надпись: «ВСЁ ПРОЙДЁТ».

«Что бы это значило? В каком смысле пройдёт, уйдёт вслед за временем или имеется в виду какое-то физическое движение?» – ломал голову Далиль. – «Возможно, это не вся информация, и что-то ещё таится на уровне, недоступном невооружённому глазу?» Юноша решил, что для начала неплохо было бы показать кольцо эксперту. В соседнем с магазином доме работал знакомый ювелир по имени Хатим. Далиль уточнил время на смартфоне, с момента открытия «Звезды Востока» прошло не больше пары часов. «Вряд ли стоит пока рассказывать кому-либо о произошедшем, а то подумают, что с ума сошёл. Посмотрю, что Хатим скажет, а там будет видно», – с этими мыслями Далиль выскочил из магазина, не забыв запереть дверь, и побежал через дорогу.

Окно узенькой ювелирной лавки, прижавшееся к массивной железной двери с поржавевшей решеткой, завлекало покупателей пыльной витриной с рыжим базарным золотом. Далиль постучал, и дверь открыл заспанный толстяк средних лет в застиранной красной камисе до пола и с трехдневной щетиной на лице. Узнав юношу, он улыбнулся: «Как дела, дорогой мой? Что тебе нужно в такой час, когда я даже кофе не пил?»

«Ас-саляму алейкум, муаллем Хатим. Как ваши дела? Извините, что потревожил. Мне давеча подарили одно кольцо, вроде бы серебряное. Очень уж хочется узнать, настоящее ли это серебро и что за камень на нём. Вот решил зайти к вам сейчас, чтобы не отвлекать, когда клиенты пойдут», – протараторил Далиль.

«Ну что ж, проходи, дорогой, для тебя ничего не жалко. Как отец?» – Хатим запустил гостя и грузно побрёл за стойку.

«Всё хорошо, слава Аллаху. Немного жалуется на сердце, сегодня поедет проверять», – ответил Далиль, стягивая перстень с пальца. Только сейчас он обратил внимание, что кольцо удивительным образом сидело идеально по размеру фаланги.

«Надеюсь, ничего серьёзного, иншаАллах, – резюмировал Хатим. – Ну, давай сюда своё кольцо».

Далиль передал перстень ювелиру, тот включил настольную лампу и принялся разглядывать его через лупу. «Интересное дело…» – пробубнил Хатим. – «Очень старый металл, пробы нет, но похож на серебро. Камень очень похож на метеоритный, такой же зернистый, не как горные породы…» У Далиля похолодела спина.

«Слушай, где ты его взял? Да ещё и с надписью на иврите?» – толстяк поднял голову и прищурил свободный глаз.

«Подарил знакомый палестинец», – соврал юноша.

«Хочешь, куплю его у тебя? Дам триста долларов», – предложил Хатим.

«Ого, раз столько предлагает, значит вещь не меньше тысячи стоит, – подумал Далиль и ответил: – Да нет, спасибо, подарок всё-таки».

«Не совестно будет еврейскую звезду-то носить, что твой отец скажет?» – настаивал толстяк.

«Это трофей», – отрезал юноша.

«Ну, как хочешь, дорогой мой», – расслабился Хатим, хоть и с ноткой разочарования.

«Муаллем, а что на нём написано? Может, там какие-нибудь скрытые надписи есть, кроме гравировки?»

«Что значит текст, ты лучше у отца спроси, я-то в языках не силён, дорогой. А по поводу скрытых надписей, то ничего нет, даже пробы. Хотя в те времена, когда это кольцо сделали, проб-то и не ставили. Единственное, интересна сама техника исполнения. Без лупы не увидишь, но перстень не отливали, а выковали из множества тонких-тонких серебряных струн. Искусная работа, мастер, должно быть, немало времени потратил».

Далиль поблагодарил ювелира за помощь и, отказавшись от ещё нескольких настойчивых предложений выкупить кольцо, поспешил к себе.

***

Если бы в «Звезду Востока» в тот день зашёл ещё хоть один посетитель, навряд ли Далиль обратил на него даже малейшее внимание. Взъерошив волосы левой рукой, да так и забыв её в волосах, правой он усиленно пролистывал колонки мелкого текста, скользящие по экрану смартфона. В голове пучился хаотичный ворох информации, в кучу смешались и статьи по физике теории относительности, и выдержки из геометрии Калуцы – Клейна, и отчёты о последних экспериментах в области пространственных измерений, и даже конспирологические заметки о космических кораблях древних цивилизаций. Далиль практически ничего не понимал в прочитанном, а просто следовал за бесконечным потоком ссылок, начавшимся с поискового запроса «Как перейти в другое измерение?» и уносившим его в глубины путаной Интернет-науки.

Юноша пришёл в себя только тогда, когда, потянувшись за очередной сигаретой, обнаружил лишь пустую пачку. Обведя вокруг покрасневшими глазами, Далиль откинулся на спинку стула и решил подытожить свои поиски. Оказывается, даже учёные прошлого века предполагали, что наше пространство вовсе не кубическое, как нам кажется, а более многомерное. Об этом свидетельствуют какие-то несостыковки в физике энергетических полей. Теодор Калуца говорил о дополнительной плоскости, которая проходит через наш мир (то же самое, что утверждали джинны), а Оскар Клейн пришёл к выводу, что эта плоскость микроскопическая и свёрнута в кольцо. Каждая точка нашего пространства соединена с таким кольцом. В представлении этих учёных наш мир как праздничный женский платок, поверх которого сплошь нашиты свисающие кольца, и каждое из них – это дополнительное измерение.

Представив в голове подобную картину, юноша вскрикнул от нового понимания. Что сделал Абу Фатах перед тем, как отправить Далиля в измерение джиннов? Коснулся кольцом его лба! Соединил его с дополнительной плоскостью! Значит, чтобы вернуться обратно к джиннам и задать им все нужные вопросы, необходимо повторить этот трюк! Видимо, хитрые ифриты так проверяли Далиля: если он не справится даже с таким простым делом, как переход в их пространство, то Сулеймана он точно не найдёт.

Далиль поглядел в гипнотическую черноту звезды, венчавшей Сулейманово кольцо, закрыл на всякий случай глаза, и направил её к своей голове, пока не почувствовал лбом холод камня.

***

Далиль ощущал, как теряет контроль над своим телом и падает куда-то сквозь пустоту. Мимо него пролетали образы, словно кадры в кино. В них юноша узнавал себя. Он видел молодого мужчину с ровной чёрной бородкой, одетого в безупречный чёрный костюм в серебристую полоску, получающего диплом о высшем образовании из рук главы кафедры астрофизики. Видел себя уже зрелым, с долей седины в волосах и в белоснежном скафандре, стоящим на стартовой площадке космодрома. Видел из кабины пилота, как его корабль с надписью «SOLOMON» на стальной обшивке борта несётся прямиком в чёрную дыру, и чувствовал страх неизвестности. Вновь видел ифритов и вёл с ними разговоры, вновь получал от них кольцо, но возвращался уже не в каморку магазина «Звезда Востока», а в обширную международную лабораторию, где делился с коллегами своими невероятными открытиями. Видел себя морщинистым, но проворным стариком с кустистыми бровями, который разгадал последнюю подсказку Сулеймана, оставленную пророком в кольце. Она заключалась в том, что теория Калуцы – Клейна ошибочна, и новые измерения находятся вовсе не в кольцах, а в струнах, из хаотичных переплетений которых состоит вся реальность на микроуровне, подобно Сулейманову перстню. Наконец, Далиль видел, как старик получает заключение врачей о неизлечимой болезни и понимает, что его жизни не хватит, чтобы добраться до Сулеймана; видел, как тот проводит бессонные ночи в исследованиях и наконец постигает, как перемещаться через дополнительные измерения не только в пространстве, но и во времени. Видел, как старик открывает дверь магазина «Звезда Востока» и смотрит на сидящего в телефоне юношу.

***

«By the light of our new sun. In our new home», – продребезжал динамик смартфона. По чёрному экрану пошли титры. Далиль поднял заспанную голову с рук, скрещённых на магазинной стойке. Он сразу бросился оглядывать свою ладонь, но никакого кольца на пальцах не обнаружил. Взяв телефон, юноша нашёл в нём номер Анвара.

«Алло? Привет, брат! Как дела? Слушай, а у вас в университете есть кафедра астрофизики?»

Апрель 2023 г.