Строго 18+

Дорогие девушки, добро пожаловать в мой новогодний подарок Вам) Мне будет очень приятно увидеть ваш лайк и комментарий, т.к. работаю я совершенно бесплатно и топливо - ваша активность. Люблю!)

Также настоятельно прошу обратить внимание на то, что вы читаете ЧЕРНОВИК, который писаться в процессе написания. Могут встречаться ошибки, описки и тд. Сейчас я над этим активно работаю. Если вам неприятно читать не чистый текст, просьба подождать перезаливки книги. Спасибо за понимание!)

***

Я не знала, что делаю здесь и зачем. Послушная пай девочка; гордость строгих педантичных родителей; золотая медалистка… Сидит в ВИП-комнате на личном привате, а перед ней крутиться голый мужик на шесте! Точнее, почти голый.

Нет-нет-нет… Это не правда. Не со мной. Приснилось. Причудилось.

— Че-е-ерт… — я не любила ругаться, но сейчас было в тему. Голова шла кругом, быстро развивалось сумасшествие. В растерянности, я начала говорить сама с собой: — Какого дьявола! Он… Он же не станет еще что-то снимать? О, мой бог!

Стоит признать, мужчина был чертовски грациозным и сексуальным. Полностью в моем вкусе! Да кого я обманываю? Такие, как он, во вкусе любой девушки, женщины и даже бабушки. Высокие, широкоплечие и в меру мускулистые, но не перекачанные. От них прямо веет настоящим мужчиной, надежным тылом и крепким плечом. Комки чистого тестостерона!

— Нет… — взмолилась я, крепко на крепко жмурясь. Надеясь, что когда распахну глаза, ведение исчезнет. Но стриптиз продолжался. В комнате был только он, я и нависшее между нами напряжение… — Гребенная Лиза! Все из-за тебя. Точнее, ради тебя…

На самом деле, Лизу я любила безумно, но… Между нами была финансовая пропасть в виде гигантского состояния ее семьи. Это не помешало нам стать лучшими подругами уже на первом курсе. Креативная рыжеволосая красавица, с горящим взглядом и заразительной улыбкой.

Когда она сказала, что приготовила мне сюрприз на восемнадцатилетние – я обрадовалась. Мы заранее оговорили с ней, что ничего дорогого я попросту не приму. Поэтому я ждала скромного подарка. Например, коллаж и совместных фото или миленький бенто-торт с забавной надписью.

Мне же завязали глаза, отвезли в неизвестном направлении и затолкали в какую-то комнату. Когда замок щелкнул, я судорожно стянула повязку.

— Малыш, — жалобно пропела мне она, — знаю, ты сейчас меня убить готова... Ты лучшая, я люблю тебя безумно и все такое, но…

— Но! — поторопила ее я, с ужасом осматриваясь вокруг: черный диван, больше напоминающий кровать; шест на круглом постаменте; скромная, но пестрая сцена.

— Ты странно ведешь себя с парнями... Я, как твоя лучшая подруга, привела тебя сюда из самых лучших побуждений. — она говорила быстро, путанно и растерянно, будто боялась не успеть мне все рассказать. Видимо, ждала истерику или взбучку. — Близкий контакт с мужчиной поможет тебе перестать вести себя с ними, как цепная собака. Приблизься, потрогай, понюхай и пойми, что они не кусаются и тебе ничем не угрожают. Это просто, родная. Мужчины не кусаются. Ну, в большинстве своем.

Я встряхнула голову, сжала виски и закричала во весь голос:

— Ты вообще слышишь бред, который несешь? А ну-ка быстро открывай двери! — я наивно ждала, что ключ снова провернется в скважине. Этого не произошло. Подруга лишь издала странный звук. Словно закашлялась или подавилась. Тогда я снова оценила обстановку вокруг и по мне пробежали мурашки, а голос задрожал от проникшего под кожу ужаса: — Черт, Лиза… Меня тут, что, изнасилуют? Это по-твоему ПОДАРОК на день рождение?!

— Что?? Нет! — подруга от возмущения потеряла дар речи на целую минуту. — Как ты могла такое обо мне подумать? Просто приватный танец, Ева. Вот и все. Мужской стриптиз.

Я представила перекачанного смазливого парня, мерзко вертящегося на шесте. С пустым бездумным взглядом, аля: «Я слишком туп даже для бурсы!» В одном ухе, обязательно, круглая серьга. Идиотские выцветшие тюремные тату по всему телу с иероглифами… Тонкие красные стринги, глубоко впившиеся между намазанных маслом булочек. А сам он столько раз был «облюблен» голодными одинокими дамами, что похож на многократно использованный презерватив.

Тошнота тут же подкралась к горлу. Зажав рот одной рукой, другой я истошно забила по двери:

— Открой немедленно! Слышишь? Я не останусь тут и на минуту! Тут даже воняет мерзко: потными мужиками и какими-то сладенькими духами. Фу!

— Ничем там не воняет, это – элитный клуб… Вот, о чем я говорила! Ты – странная, Ева. Я дарю тебе на праздник мужской танец, а у тебя уже припадок. Ты не думала, что когда встретишь того самого и единственного, то не сможешь ему даже «привет» сказать? Впадешь в ступор! — с каждым словом Лиза кричала на меня все громче и громче. Это действовало на меня, как на быка красная тряпка. — Не знаю, что это: робость или тупость? Но надо избавляться, милая. Вырывать с корнем, так сказать. Тридцатиминутный танец еще никого не убил. Сядь, расслабься и скажи подруге: «Спасибо за прекрасный подарок!»

Взгляд переводился с дивана на шест. Туда и обратно. Снова, снова и снова. Меня накрывали волнами панические атаки и страх. Дикий и неподвластный. А еще ярость и обида на лучшую подругу. Ведь от нее такой подставы я не ожидала! Стало больно и горько.

Именно тогда, захлестнувшись эмоциями, я ехидно выпалила:

— Ой, а кто это тут меня поучает, а? Та, кого отец подкладывает под обеспеченных дедов? Знаешь, если мне будет нужен навык, как шире раздвинуть ноги или глубже заглотить чей-то старый сморщенный член – я обращусь. Но я не такая, не к чему делать из меня подобную себе…

В этот момент я очнулась. Меня снова хлестнула невидимая пощечина. Последнее слово произнести не смогла.

«Это не ты! – кричал внутренний голос. – Что за последняя сука сейчас наговорила Лизе гадостей? Ты ведь знаешь, что ее отец последний урод… Знаешь, что она ни с кем никогда не спала…»

— …Подобную себе шлюху? — вместо меня договорила Лиза продрогшим от слез голосом. — Теперь я знаю, какого ты обо мне мнения. Спасибо, что раскрыла глаза.

— Черт… Нет… Прости… — скривившись, я ощутила боль девушки за дверью больше, чем свою собственную. — Я не то имела ввиду… Весь этот подарок для меня слишком… Боже!

Шмыгнув носом, Лиза торопливо пробормотала:

— Знаешь, я просто увидела, как ты поглядываешь на Митю Ложкина с четвертого курса. Он нравится тебе, но ты боишься ему даже улыбнуться... О знакомстве я вообще молчу. Я думала, сейчас ты посмотришь этот приват, а потом мы вместе будет пить коктейли и смеясь обсуждать новый опыт общения с мужским полом, но… — она не с первого раза вставила ключ в скважину, руки тряслись. Затем провернула его. А я замерла в ужасе, совершенно не представляя, как вымолить прощение Лизы за свой длинный язык. — Забудь. Глупо получилось. Прости меня. Просто иди, куда хочешь. А я домой. С меня хватит. Праздник выдался на славу!

Она убежала так быстро, что я не успела ее догнать. Села в свой маленький автомобиль, припаркованный для удобства прямо под зданием и уехала прочь. А я стала там растерянная и заплаканная.

— Тебе стоило рассказать ей все давно… — корила я себя снова и снова. — Она должна была знать, почему ты так боишься мужчин. Она бы поняла… Но сейчас уже поздно…

Я хотела было тоже уйти домой, но решила, что это будет очередным плевком в душу лучшей подруги. Ради прощения Лизы я была готова высидеть чертово клоунское представление! Поэтому вернулась в чертову комнату и села на ужасный черный диван. В ожидании меня мутило и трясло. По телу волнами скользили мурашка, с глаз срывались слезы.

— Не думай о прошлом… — шептала я себе под нос, но это не помогало. — Оно позади. Лиза права. Надо справится со своими страхами. Ты не можешь всю жизнь бояться парней, как психичка.

Когда дверь со стороны шеста отварилась и в комнату вошел мужчина в черном литом костюме, внутри меня словно что-то взорвалось. Я готовилась к появлению гостя, но все равно оказалась морально не готова.

Платину прорвало.

— Так-так, вы в ожидании привата, верно? Мне очень жаль сообщать это вам, но… — начал был он, но не успел закончить. Застопорился.

Я продержалась только три секунды и разрыдалась, как последняя истеричка. Глотала слезы в захлеб, пыталась успокоится, но не могла. Мою душу выворачивало наизнанку, внутренности сворачивались в тугие узы.

Я чувствовала себя полной идиоткой, но ничего не могла поделать. Замкнутое пространство душило так же сильно, как и гадкие воспоминания.

— Простите-простите… — незнакомец таращился на меня удивленным взглядом, а я пыталась оправдаться. На его лице буквально читалось: «Что случилось? И, главное, что мне делать с этой ненормальной?» Я решила пойти в А-банк. Произнеся коварную фразу: — У меня просто сегодня день рождение.

Обычно это всегда работает. В праздники тебе все прощают. Моего троюродного брата, например, полиция не оформила в участке за кражу велосипеда и отпустила «на первый раз»… А мама после празднования юбилея отмазалась от ГАИшников, которые поймали ее пьяную за рулем. Она всего лишь спала на месте водителя, а троюродный брат сам принес велосипед в участок, но все же…

— Оу, — брови мужчины задумчиво взметнулись ко лбу, — теперь мне все ясно…

И все равно он смотрел на меня, как на больную шизофренией. Явно ведь, на привате девушке усидеть на месте не могут от восторга, а не рыдают навзрыд. Поэтому я увеличила ставки:

— Восемнадцать лет. Не могу поверить, что уже совершеннолетняя. Эмоции накрыли с головой. Кто бы мог подумать, что время летит так быстро…

— Ничего себе. — его взгляд скользнул по моему черному приталенному платью на тонких бретелях, праздничных туфлях на тонких шпильках и задержался на вечернем макияже с черными стрелками и слегка алыми губами. Благо, косметика у меня была водостойкая. Правда, я использовала ее защищаясь от обильно выпавшего снега, а не слез… — Важный день. Ты его на всю жизнь запомнишь.

Я все еще плакала, пытаясь отогнать призраки прошлых лет. Это почти получилось, ведь совершенно незнакомый мне стриптизер каким-то неведомым образом действовал на меня как-то по-особенному. Его спокойный уверенный тембр голоса с бархатными нотками и легкой улыбкой успокаивал и расслаблял, словно крепкий алкоголь.

— Моя подруга подарила мне этот подарок. — я неопределенно обвела комнату рукой, стараясь не заострять внимание на деталях. — Но мы поругались, и я осталась одна в свой праздник. Так что…

— Тебя кто-то ждет дома? — зачем-то уточнил мужчина. — Родители? Парень?

Я нервно хихикнула, пожимая плечами:

— Я предупредила родителей, что проведу праздник с лучшей подругой. Они, чтобы не скучать, оправились на несколько дней к родственникам в область. А парень… Он меня не ждет, потому что его не существует.

— Значит, подруга где-то неподалеку? Мы выделим вам ВИП-кабинку за счет заведения.

— Нет, мы СИЛЬНО поругались. Точнее, я повела себя, как последняя сука и заставила Лизу уехать в слезах, но сути дела эта не меняет. Она не вернется, увы.

Я не знала, зачем рассказываю все это, но ведь открывать сердце незнакомцу всегда проще, чем изливать чувства перед близкими людьми.

Мужчина в деловом костюме тяжело вздохнул и недоумение в его глазах сменилось на сочувствие. Стало неловко, захотелось отвернутся и спрятаться под одеялом, как в детстве. Но на диване даже подушек не было! В подобном месте, возможно, это и к лучшему.

— В таком случае, — заговорил незнакомец первый, — забудьте, что я вам говорил ранее. Давайте начнем по новой. Могу я тебя угостить?

Неловко поежившись, я не без стеснения ответила:

— В моем кошельке всего тысяча. Я студентка-первокурсница, которая все еще берет деньги на карманные расходы у родителей, и вряд ли может себе у вас что-то позволить. Мне жаль, чаевых тоже не ждите.

Я словно сказала ему нечто безумно забавное… Мужчина рассмеялся, запрокинув голову назад. Этот звук проник вибрацией мне под кожу, вызывая странное томление в груди. Слезы тут же высохли, а между ног все стянуло в тугой жгут. Запрокинув ногу на ногу, я сжала бедра и тяжело ускоренно задышала.

— Этого и не нужно. — заверил меня тот, когда перестал смущать меня хохотом. — Танец оплачен, а угощенье подарок от заведения в честь дня рождения. У нас так заведено.

— Но… — попыталась возразить я, но было уже некому.

Развернувшись, он просто вышел из помещения через рабочие двери. Этот стриптизёр был странный, уж очень авторитарный, не терпящий возражений.

Оставшись наедине, я неуютно сжалась и опустила взгляд, стараясь не думать о комнате вокруг и не возвращать обратно паническую атаку. Так же убеждала себя, что поступила правильно – оставшись. Воспользовавшись подарком подруги, мне будет проще убедить ее простить меня потом. Завтра, когда я приду к ней и вымолю пощаду.

Когда незнакомец вернулся, ноги и руки свело спазмом от напряжения. Я нервничала так сильно, что пот выступил на теле, заставляя платье стать второй кожей. Легкие жгло от недостатка кислорода, виски больно пульсировали.

— Я забыл уточнить твое имя. — закатывая в комнату целую тележку, произнес тот. — Ты можешь обращаться ко мне Стас.

Все изменилось по щелчку пальцев. Страх, тревоги и паника вдруг испарились в воздухе при одном появлении Стаса. Его голос и энергетика действовали на меня странно. Словно таблетка успокоительного.

Я подняла удивленный взгляд на мужчину. Подобного у меня никогда не было.

— Разве вы не обязаны обращаться ко мне исключительно на «вы»? — зачем-то спросила я. Видимо, хотела выстроить между нами некую баррикаду. Слишком уж фривольно и расслаблено вел себя обычный стриптизер. Но пугало меня не это. А то, как мое нутро отзывалось на его движения, тембр голоса и даже мимику…

Стас резко посмотрел на меня цепким взглядом. Благо, тележка уже была доставлена к дивану.

— Ты маленькая еще. Обращение на «вы» надо заслужить. — хмыкнул он, что звучало совсем не профессионально. Меня пронзило иглой в желудок от того, как нежно и мягко Стас произнёс «маленькая». Было в этом нечто теплое и уютное, будто кто-то укутал теплым пледом и обнял. Не успела я справится с эмоциями, как тот пожал плечами. — В принципе, могу и на «вы».

«Он собирается снимать перед тобой трусы! Умерь пыл!» - напомнила я себе и тут же бросило в жар.

Я слишком активно замотала головой:

— Нет-нет. Можете на «ты». К чему весь этот пафос. Мы ведь не на паре.

— Тогда и ты не «выкай». Чувствую себя стариком. — хмыкнув, мужчина поиграл для меня бровями и весело подмигнул. Затем снял белую накидку с тележки и у меня перехватило дыхание. На ней было все: от редких фруктов до дорогих сыров с колбасами. Но больше всего поразила рыбная тарелка: устрицы, огромные креветки и крабовые палочки. Не те, что продаются замороженными в пакете. Настоящие, мать его, клешни краба! Пока я изучала все новые и новые деликатесы, Стас легким движением руки открыл шампанское, разливая его по двум бокалам. — Так как тебя зовут, говоришь?

— Я не говорила. — мужчина всучил бокал мне прямо в руки. На краткую секунду наши пальцы соприкоснулись. Быстро и едва ощутимо. Но ток, который прошел между нами, заставил едва не вывалить бокал на пол.

Мужчина поднял бокал и слегка отхлебнув, поморщился. Наверняка, для такого здоровяка, как Стас, нужно что-то покрепче сладкого пойла. И все это он отсалютовал мне шипучкой:

— За прекрасную робкую девушку, которая боится называть мне свое имя. С восемнадцатилетним!

— Ничего я не боюсь! Я… — глядя на то, как Стас пьет алкоголь и цепко внимательно меня оглядывает, я думала лишь об одном: «Разве стриптизерам можно пить?» Поэтому, исключительно в целях безопасности, солгала. Выпалила первое попавшее имя. — Стелла.

— Как пиво. Фамилия случайно не Артуа? — с хитрой насмешкой подметил мужчина. — А твои родители креативные люди...

«Мда… Ну и имечко ты себе выбрала. Почему сразу не Матильда? Или Джульетта?» - ругал внутренний хейтер. Отмахнувшись от лишних мыслей, я отпила добрую часть бокала и бросила взгляд на тележку:

— Это выглядит дорого. Чертовски дорого. Признайтесь, Лиза оплатила банкет?

— Я ведь сказал, — Стас не свозил с меня требовательного взгляда, — это подарок от заведения.

— Ну тогда… Покормите своих сотрудников. Я не заслужила такого роскошного праздника. — стало неловко. Я ощутила себя той самой ушлой женщиной, что пытается во всем выгадать пользу.

Мужчина как-то странно повел бровью, будто что-то для себя обо мне понял. Затем поставил бокал обратно на тележку. Я было решила, что он уже уйдет танцевать, но вместо этого он присел рядом со мной. Чертовски близко. Я сжала ножку бокала так, что она едва не треснула.

— Что же, ты раскрыла нас… Да, все действительно так. Твоя подруга все платила. Включая праздничный стол. Какая умница она у тебя! — тяжело вздохнув, мужчина закинул руку на спинку дивана. Я ощутила на себе странный взгляд, пронизывающий до костей. Сканирующий, пытающийся заглянуть прямо в суть. Криво усмехнувшись, Стас бархатно прошипел:

— Мы поговорим о том, почему твои ноги вот уже битый час отбивают чечётку на полу? Или это такая же тайна, как и твое имя?

С вызовом посмотрев на Стаса, я словно пыталась донести взглядом: «Да что с тобой не так? Я ведь пришла на гребанный стриптиз, а не на сеанс психолога!»

И все же мой взгляд сам по себе, неосознанно упал на шест. Страх, который тут же пронзил до костей, невозможно было скрыть. Я встрепенулась, подавились воздухом и опустила взгляд.

— Значит, — парировав мужчина. Я ощутила, как его палец наматывает одну из прядей моих волос, словно нет в этом ничего странного и не правильного. И, что удивительно, меня это совершенно не оттолкнуло. Более того, я с ужасом поняла, что хочу потрогать его кожу и ощутить, мягкая она или жесткая? — будем играть в молчанку?

— По-моему, вы нарушаете все личные границы клиента! — слишком импульсивно пробормотала я. Самостоятельно налив себе полный бокал шампанского, опустошила его залпом. — Вам стоит приступить к выполнению своей работы. Как говорится, чем раньше начнем, тем раньше закончим.

Сглотнув ком, я откинулась на диван и напряглась. «Это нужно сделать быстро. Как пластырь срывают: раз и все!» - настраивала себя я, стараясь не погрязнуть в пучине пугающих мыслей.

— Что, прости? — Стас закашлялся. Отставив бокал с шампанским в сторону, он выровнялся по струнке и заглянул мне в глаза с неподдельным интересом. — Что ты только что сказала? Попросила "приступить к работе"? — я кивнула и тогда мужчина еще раз уточнил. — То есть, станцевать стриптиз?

Закатив глаза, я горько вздохнула:

— Черт, давайте без прелюдий и пошлых разговоров. Типа «уговори меня станцевать стриптиз» и все такое… План следующий: вы танцуете, а потом я сваливаю.

— Но, — мужчина залпом выпил новый бокал шампанского, словно только лишь горло смочил, — зачем тебе смотреть то, что не нравится?

Я развела руками, будто это очевидно:

— Ради Лизы.

Глаза Стаса расширялись все шире, но вот дикий, безудержный интерес из них никуда не девался:

— Ты готова терпеть мужской стриптиз ради подруги. Это что-то новенькое. — помолчав немного, мужчина со странным сожалением в голове выпалил. — Понял. Ты лесбиянка и не хочешь расстраиваться подругу. Бывает.

— О, Боже! Нет! — от шока из моих рук выпал бокал. Благо, не на пол, а прямиком на диван. Мой новый любопытный знакомый подхватил его прямо в воздухе и вложил мне прямо в руки. Его мягкая, горячая кожа коснулась моей и сознание помутилось. В горле застрял ком, а виски запульсировали. Я ощутила странное, непонятное томление внизу живота. Словно кто-то положил на него грелку, а затем пустил в нее разряд электричество. Стас убрал руку почти сразу, мне пришлось продолжить говорить. Только на возмущение уже не осталось сил и энергии. — Я обычной ориентации. Если хочешь знать, мне НРАВЯТСЯ мужчины. Просто стриптиз – это пошло, грязно и нелепо.

Кивая на каждое мое слово, мужчина смотрел на меня пристально и цепко. Будто сканировал на сквозь и подмечал некие новые факты в свою внутреннюю картотеку.

— Глупости, — наконец произнес он буднично. Не глядя, Стас поддел со стола креветку. Держа ее за хвостик, он выдернул зубами мясо и проживал буквально за секунду. Было в этом что-то звериное, дикое, естественно-сексуальное. — Хоть раз в жизни любой человек должен посетить стриптиз. Это сложный танец, некое таинство. Знала бы ты, какие скромные зажатые педантичные училки к нам приходят. Заканчивается все танцами на стойке со стриптизёрами. А ты… Ты не похожа на них всех. Так в чем же твоя проблема, Стелла Артуа?

Я не ответила, лишь многозначительно импульсивно отвернулась и грубо отрезала:

— Не твое дело!

Тогда мужчина резко встал, отряхнулся и с облегченным вздохом произнес:

— Что же, как скажешь. Тогда я иду выполнять свою работу. — почему-то в нотках его голоса я разглядела сарказм.

И тут меня пронзил дикий испуг. Я знала, что мне придется столкнуться со своими страхами, но… Не сейчас! Возможно, минут через пять, когда бутылка шампанского опустеет? Может даже повезет и я засну в процессе стриптиза. «Я была на привате!» - честно произнесу Лизе в процессе извинений, даже лгать не придется.

— Нет, стой! — не осознавая своих действий, я схватил Стаса за руку и потянула обратно на диван. Он был выше и больше меня во много раз, поэтому моя сила против него казалась бессмысленной. И все же он поддался, на лице мужчины отражалась тревога. — Я расскажу все. Прошу, никогда больше не упоминай об этом. Никому не рассказывай.

Со слезами на глазах, задыхаясь от волнения и страха, я поведала Стасу краткую, но болезненную для меня историю. Впервые говорила кому-то об этом. Впервые произносила вслух своих чувства. Каждое слово отдавало болью и печалью, и все равно с каждой секундой камень на плечах становится все меньше.

— Мне было лет пять, может даже меньше, когда мама с папой привели меня в торговый центр перед Новым Годом. Там Дед Мороз бесплатно принимал детей в маленьком красном домике. Я помню, как вошла туда и увидела нечто непонятное. На руках у Деда Мороза сидела Снегурочка, они безудержно целовались. На девушке почти не было одежды, у деда оказались приспущены штаны.

Мягко рука Стаса накрыла мою, я резко вернулась из прошлого в реальность и встретилась с глазами мужчины:

— Понимаю, это сильная детская травма. Наш детский ум не способен…

Горько взмахнувшись, я покачала головой:

— Это еще не все. — закрыв глаза, я набрала полные легкие кислорода. Следовало перейти к самой жуткой части истории. Той, что снилась мне долгие годы в кошмарах. Буквы с трудом складывались в слова. Каждая клеточка моего нутра сопротивлялась тому, чтобы кто-то узнал это грязную историю. — Снегурочка увидела меня и закричала: «Ты идиотка? Там на двери вывеска: «Закрыты на обед!»» Дед Мороз закрыл ей рот рукой и посмотрел на меня как-то странно. С кривой ухмылкой, коварным сальным взглядом. Он быстрее задышал, на лице выступил пот... Меня же приковало к месту, как вкопанную. Похлопав по своей коленке, он хрипло зашептал: «Иди ко мне, малышка, посидишь на коленке и загадаешь желание!»

— И, — в нотках голоса Стаса я услышала безумное рычание, он был более чем в ярости, но пытался сдерживаться, чтобы не спугнуть меня, — что было дальше?

— Ничего, — я пожала плечами. — Я выбежала к родителям. Сказала, что загадала велосипед и мы ушли. Больше я в этом торговом центре никогда не была. Никто никогда не знал, что произошло в кабинке. Нельзя это никому рассказывать.

— Напомни-ка, — Стас без прелюдий взял бутылку с тележки и пил теперь с горла, — в каком торговом центре это происходило.

— «Галактика», а что? — недоуменно сведя брови на переносице, я наблюдала за тем, как мужчина хлещет спиртное. — Какая разница? Это было давно. И я пойму если ты скажешь, что я идиотка и высосала проблему из пальца.

— Что ты только что сказала? — Стас замер недонеся в очередной раз бутылку до губ. — Повтори-ка?

— Вся эта жуткая история, — спрятав лицо за ладонями, я уже жалела, что излила душу незнакомцу. Стыд заслонил собой все другие чувства. — Она делает меня грязной, использованной, глупой идиоткой.

Поднявшись с дивана, Стас вдруг опустился передо мной на колени. Это стало настолько неожиданно, что я опешила. Сжав мои ладони, он убрал их от лица и заглянул прямиком в глаза с решимостью и пониманием:

— Глупенькая, эта история не делает тебя плохой, пойми. Ты стала жертвой морального урода, который просто обязан остаться без члена в ближайшем будущем. — мужчина говорил так безумно, словно лично планировал заняться этим делом. Но я прекрасно понимала, что это лишь эмоции и никто никогда не найдет этого Деда Мороза.

— Они ведь меня даже пальцем не тронули. — напомнила я. — Возможно, мне вообще все показалось. Я ведь даже родителям не сказала…

— Это все шок, малышка… — мягкая улыбка заиграла на губах грозного бугая, и я нашла это очень милым и забавным. Его ладонь нежно коснулась моей щеки и аккуратно погладила. Я закрыла глаза и тяжело задышала, погружаясь в свою собственную медитацию. Как вдруг Стас решительно отчеканил: — Ты безумно красивая девушка, знаешь? И я помогу тебе избавиться от страха мужчин.

Распахнув глаза, я утонула в его бездонных глубинах. Рот вязнул от окутывающей расслабленности, когда я с трудом выдавила из себя:

— Как же? Пойдем бить морды Дедам Морозам по торговым центрам? Не знаю, как ты, но мне бы не хотелось получить в подарок на совершеннолетие уголовную отвественность...

— Лучше, — решительно поднявшись на ноги, мужчина, к сожалению, перестал трогать мое лицо. Криво усмехнувшись, он вдруг подмигнул: — Я станцую. Лично.

— Что, прости? — я опешила. Ведь на несколько минут рядом со Стасом забыла, что вообще делаю в приватной комнате и зачем тут шест.

— Да, — мужчина еще раз решительно кивнул, словно только сейчас решил танцевать перед женщинами в одних трусах, а не это его постоянная профессия. — Я станцую только для тебя. И ты забудешь обо всем. На всегда.

Мне хотелось растаять, как первый снег. Резко и безвозвратно. Растворится в воздухе и улететь теплым ветром куда-то далеко-далеко… Где нет проблем, забот и психологических травм. Но, увы, чудес не бывает. Принцев, принцесс и единорогов не существует. Единственное, что ждало меня в мой день рождения – это судорожно прижиматься к мягкому дивану и с волнением ожидать, когда начнет раздеваться Стас.

— Какую музыку слушаешь? — уверенной поступью мужчина направилась к небольшому плееру, встроенному прямо в стену у шеста. — Я включу ее во время танца. Это поможет тебе расслабиться.

Не желая, чтобы мою музыку опошлили, я моментально солгала:

— Что-то из шансона... Может, Круг? Шуфутинский? Бутырка?

Стас медленно обернулся, оценивая меня ошарашенным взглядом. Не знаю, как именно он это делал, но мужчине уже который раз удавалось распознавать ложь лишь при одном взгляде на мое лицо. Косо усмехнувшись, он хмыкнул:

— Раз так, включу стандартную подборку.

Сглотнув ком, снова и снова образовывающийся в горле, я снова наполнила свой бокал. Опустошив его залпом, особо не чувствуя вкус, тут же наполнила новый и проделала тот же фокус. На этом бутылка опустошалась.

— Могу я заказать еще шампанского? Думаю, на это у меня денег хватит. — с нервной улыбкой помахав Стасу бутылкой, я надеялась сразу угнаться за двумя зайцами. Во-первых, это оттянуло бы неизбежное. Во-вторых, напившись в хлам, я бы совершенно не осознавала, что вообще передо мной происходит. Стриптиз или в очередной раз на паре историк гневно указкой размахивает…

По комнате разлилась новая, совершенная иная песня. Хоть она и была из общей подборки, для все, но ее выбирал Стас. Она отражала его полностью: резкая, сексуальная, томительная и страстная… Она мне понравилась.

— Технически – да. — быстро подойдя ко мне, Стас выдернул из моих рук бутылку и спрятал ее вниз тележки. — Практически – нет

— Это еще почему? — моя нога вновь нервно застучала по полу, я совершенно не могла это контролировать.

Медленно, но верно Стас нагнулся. Уже второй раз за час он стоял передо мной на коленях. Было нечто странное в этом, интимное. Даже в таком положении он словно возвышался надо мной, был негласно главным, владельцем положения. Неожиданно для себя, я задрожала еще сильнее. На этот раз не ужас окутал мое тело, а внезапное и совершенно незнакомое томление между ног.

— Потому что я тебе не разрешаю напиваться. — его бархатный шёпот проник в глубь моего сердце, заставляя то биться быстрее, словно куда-то опаздывая. Я задыхалась, легкие сковало, тело лихорадило… А все потому, что его рука так внезапно упала на мое колено и придавило к полу, не давая ему трястись. Темный взгляд впился в мое лицо, обещая что-то горячее: — Ты должна быть в себе, когда будешь смотреть.

— Смотреть?.. — слова сорвались с моих губ непрошено, едва уловимым хрипом.

Находясь близко от губ мужчины, я вдруг поймала себя на мысли, что не хочу смотреть, а хочу трогать… Хочу провести пятерней по его густой шевелюре, опуститься к легкий щетине и провести коготками по мягким пухлым губам. Хочу опробовать плотность мышц и крепость стана. Хочу до изнеможения.

«Да что с тобой происходит?! Чем это Стас такой особенный?» - вопил внутренний голос.

— Да, — указательный палец Стаса упал на мой подбородок, заставляя повернуться, но я не сделала это. Боялась себя и того, что могу натворить. Тогда его губы сделали худшее, что могли. Наклонились вплотную к уху, опаляя его горячим мятным дыханием. Я тут же покрылась мурашками, стоило ему зашептать: — Ты будешь смотреть. Тебе понравится.

— Понравится?.. — зажмурившись, я пыталась отогнать внезапно накрывшее возбуждение. Оно было неуместным, неожиданным, мешающим думать головой... Но таким сладко-пьянящим! Тело словно само тянулось навстречу Стасу, хотело оказаться в его крепких медвежьих объятиях. Хотело, чтобы его сочные губы таки коснулись моей шеи… Желало всем сердцем! Увы, мужчина всегда оставался на грани, словно играя со мной в «кошки-мышки». Ему явно нравилось, как трепещет жилка на моей шее, как инстинктивно прогибается дугой спина, как учащается дыхание…

— Очень понравится. — загадочно пообещал тот, а после накрыл мой сжатый кулак своей ладонью. Мягко, но настойчиво разжав его, он положил мою руку на свою безумно горячую грудью. — И если ты захочешь, сможешь даже потрогать чтобы…

— У меня нет налички. — тут же одернув руку, я отсела в сторону. Не давая себе расслабиться, я принялась активно поедать со стола деликатесы, особо не разбирая вкуса еды. — Нечего совать в трусы.

Краем глаза я видела, как Стас таращится на меня, но эмоции так и не удалось распознать. Затем он встал, отряхнулся и смеясь, направится к выходу из комнаты.

— «Наличку в трусы»… — хохотал тот. Но, дойдя до двери, обернулся и послал мне многозначительный, многообещающий и хитрый взгляд. Из моих дорожающих рук выпала креветка. — Пойду-ка я подготовлюсь к танцу. А тебе прикажу принести еще бокал вина. Только один, учти.

Дверь захлопнулась и только тогда я смогла дышать, тело наполнилось жизнью, а голова трезвыми мыслями. Тогда появился резонный вопрос, ответить на который было некому:

— С какой это стати стриптизер кому-то что-то приказывает?

Дверь распахнулась через считанные секунды. Я поймала себя на мысли, что жду его… Именно Его. Но когда в проходе появилась физиономия совершенно незнакомого официанта, внутри все упало. Разочарование появилось сразу после отторжения и легкой паники.

— Простите, — видимо увидев, как я сжалась, парень замер и помахал перед моим носом двумя бокалами, — Стас Константинович просил принести вам в восьмую «ВИП-комнату» бокал вина и бокал шампанского. Или я что-то перепутал?

— Нет-нет, все верно. — собрав мысли в кучу, я заставила себя улыбнуться официанту, который понятия не имел о моих заскоках. Вслушавшись в его слова еще раз, я расхохоталась. — «Стас Константинович»? Как официально!

Парень посмотрел на меня напряженно, сжавшись. Явно Стас вызывал у него опасения и шутить на эту тему незнакомец намерен не был. Так что прочистив горло, он поставил бокалы, выровнялся по струнке и быстро пошел к выходу:

— У нас серьезная организация, все официально. А Стас Константинович важный человек.

— Но ведь… — «… он обычный стриптизер!» - хотела сказать я, но официанта уже и след простыл. Посидев в одиночестве, поразмыслив я пришла к выводу, что все стриптизеры данного заведения являются важными людьми. Ведь именно к ним приходят девушки: влюбившись в смазливую мордашку, сексуальное тело, пластику... Стриптизер может запросто обидится на плохое отношение и уйти, а вместе с ним и платежеспособные клиентки. Закрыв глаза, я мечтательно улыбнулась: — Стас точно стоит того, чтобы называть его по имени отчеству… Потерять его – потерять заведение в целом.

Я вдруг представила, как он танцует перед толпой голодных женщин и внутри меня появилось новое, гадкое чувство. Жжение в груди и желудке, легкий рвотный спазм. А еще злость, которая разливалась по венам со скоростью света. Жутко захотелось свернуть шеи всем, кто видел моего Стаса голым…

Резко распахнув глаза, я слишком резко отряхнулась:

— Очнись, идиотка! Ты превращаешся в ту самую одинокую даму, которая влюбляется в обложку журнала. Этот мужчина любит девушек за деньги. Вот и все.

Я говорила это, но почему-то не верила самой себе. Стас не выглядел затасканным или любителем повышенного женского внимания. Нет… Он был другий. В нем чувствовалась сила, власть, любовь к контролю.

— Заскучала? — я услышала знакомый голос и мое сердце забилось быстрее. Энергетика Стаса моментально разлетелась по комнате, заставляя мои легкие сжаться в предвкушении. — Включаем музыку и поехали.

Я подняла ленивый, расслабленный взгляд… Именно такой делал меня Стас – податливой и готовой ко всему. Как мне сперва казалось. Но стоило увидеть мужчину, как что-то во мне переменилось, надломилось, лопнуло.

На нем был все тот же костюм, но теперь не было галстука и верхние три пуговки оказались расстёгнуты. Волосы взъерошены, на губах косая ухмылка, а зрачки многообещающе потемнели.

— Не захотел надевать не пойми что, — словно оправдываясь, мужчина пожал плечами. — Буду в своем, так даже лучше.

Я кивнула на автомате и, не отрывая взгляд от мужчины, взяла со стола первый попавший бокал. Хотела заглушить ту жажду, что вспыхнула по щелчку пальцев. Ничего не вышло… Вроде как вошел в комнату все тот же Стас, но нет. Это был другой мужчина. Чувствовался его боевой настрой и титаническая решимость – свести меня с ума.

Когда он включил музыку, я уже залпом опустошила бокал вина и схватила шампанское. В ушах битами отдавал пульс, музыку и слова саун трека разобрать не удалось.

Стас стоял около шеста. Медленно качая головой, он словно окунался мыслями в мелодию и растворялся в ней каждой клеткой тела. Виляя бедрами из стороны в сторону, мужчина расстегивал запонки. Выглядели они дорого, но Стас смело отшвырнул их ко на диван. Когда он подошел к кнопке выключателя, часть света погасла, теперь озарялась только сцена красно-синими неонами. Воспользовавшись ситуацией, я села поближе к запонкам и незаметно сжала их и кулак.

Это была глупость, самообман… Но, клянусь! В тот момент я ощутила, как пальцы мужчины сжимают мою кисть. Словно он снова касается меня… И между ног все стянуло в тугой спазм.

— Детка, — мужчина не смотрел на меня, когда его бархатный рык разлетался по комнате мягким эхом, — расскажи мне немного о себе.

Сглотнув ком, я задрожала и сжала ноги потеснее, притупляя пульсацию клитора:

— Что, например?

Стас усмехнулся, совершенно не добро. Словно только и ждал от меня чего-то подобного. Когда его глаза встретились с моими, он начал медленно и неторопливо стягивать пиджак:

— Например… Ты ведь мастурбируешь, верно?

Я покрылась густым румянцем с головы до пят. Благо, в лицо прилетел пиджак и прикрыл все лишнее. Резко вобрав кислорода, желая восстановить нормальное дыхание, я вовсе запыхалась. Пиджак Стаса пах, как самый лучший наркотик, способный свети с ума. Чем-то мятным, терпким, немного пряным, но в тоже самое время резко мужским. Я не могла надышаться, хотелось еще и еще!

«Ты выглядишь, как психопатка!» - напомнила я себе, затем тут же одернула пиджак и с гневным видом отшвырнула его на соседнее место. Туда же полетели и запонки.

— Поокуратнее! — предупредила я Стаса, недовольно качая головой.

Он лишь оскалился, словно читал мысли и знал истину. В смущении, я замешкалась. Стас принялся медленно расстегивать пуговки его рубашки, все больше и больше оголяя грудь. Когда он дошел до последней, то вдруг направился ко мне и протянул руку. Я вжалась в диван, пребывая в ужасе. Мужчина мягко шепнул:

— Помоги расстегнуть рукава?

«В этом нет ничего такого!» - напомнила я себе и кивнула.

Внутри меня насмерть боролись дикий страх мужчин и необузданное желание одного очень конкретного стриптизера. Это была драка насмерть, сводящая с ума. Расстегивая пуговки, я испытывала животный экстаз и человеческое опасение.

— Все, — бодро улыбнулась я, хлопнув в ладони, — можешь приступать к работе!

Не сводя с меня прищуренных глаз, Стас стянул рубашку полностью. В бликах тени я жадно разглядывала его мощное тело. Ничего, из того, что я ждала, не было. Никакого тебе смазливого паренька, масла и даже перекаченного и пересушенного тела. Стас явно проводил много времени в спортзале: мощные руки, четкие линии пресса, спортивная грудь… Но при всем при этом он выглядел настоящим мощным мужчиной. Идеальным для моих внутренних бесов.

— Повторю первый вопрос. Ты ведь мастурбируешь? Не ври, что нет. Вижу это в твоих глазах. Этот порочный блеск пробивается через напускную невинность… Его невозможно скрыть. Внутри ты не девственница, сладкая. Внутри ты очень развратная персиковая шипучка. И я чертовски хочу ее раскусить. — он говорил шёпотом, чеканя слова медленно и четко. Словно вбивая их в мой мозг. Я не ответила, просто обняла себя руками, хотела держать внутренние позывы внутри. Руки сами тянулись к груди... Так сильно, что я с трудом удерживала их на месте. И пусть с языка не сорвалось и слова, Стас сделал выводы сам и пьяняще тихо продолжил: — Ответ ясен. Вопрос второй: каких мужчин предпочитаешь? Скромных и робких ботаников или крепких, целеустремленных начальников?

«Это просто сон, — закрыв глаза, запричитала я, словно мантру, — Это мне просто снится!»

Вдруг за шею мне что-то упало, потянув на себя с легким нажимом. Распахнув глаза, я видела, как Стас тянет меня свой рубашкой. Только когда ткань прилипла, я поняла, насколько взмокла.

Нагнувшись к моему лицу, мужчина замурлыкал, словно довольный своими выводами тигр:

— Я понял, можешь не отвечать.

Затем он оставил на мне свою рубашку и направился к шесту. Самодовольства не было придела: Стас буквально пританцовывал на пути, давая мне рассмотреть его аппетитные упругие ягодицы.

— И, — с сарказмом прокричала я сквозь музыку, — что ты там для себя такое важное понял?

Лишь коснувшись шеста, сжав его обоими руками, он хитро ответил:

— Я тебе нравлюсь. Даже больше: ты хочешь меня. Но и боишься, что есть плохо... — напрягая мышцы, заставляя выступить синим венам, Стас поднялся воздух по шесту, держась одними только руками. При всем при этом его голос оставался совершенно ровным: — Знаешь, что будешь дальше? Мы избавится от плохих чувств и возведем в абсолют все хорошее.

— Знаешь, а я ведь даже не голосовала… — сорвалось с моих губ резко и недовольно, хотя на плечах до сих пор лежала Его рубашка, напитывая мое тело запахом секса.

Качнув головой, мужчина кратко закрыл мне рот грозным тоном:

— Разговор окончен.

И он был прав, черт его дери! Потому что в последующем мой язык провалился в желудок или иссох. Слова больше не могли срываться с губ, легкие – дышать, тело – двигаться. Все, что я могла – это смотреть, смотреть, и еще раз смотреть.

Стас был великолепен…

«Неужели все танцоры этого клуба такие, как он?» - задалась вопросом я в моменте.

Потому что его стриптиз не был верхом пошлости или слащавости. Мужчина, словно опытный спортсмен, грациозно крутился на шесте. Уверенный, решительный, статный хищным с телом Ченнинга Татума и лицом Генри Кевила.

— Мамочки… — я сделала маленький глоток алкоголя, но во рту быстро пересохло вновь.

Я словно стала невольным свидетелем олимпиады, где финалист Стас показывал сложные увертюры. Вот он крутится верх ногами, держась лишь за кончики пальцев ног, а вот уже падает в свободном падении вниз… Мое дыхание перехватило, но не успела я в полной мере испугаться, как мужчина ловко перехватился запястьем и завис в невесомости. Все оказалось частью представления.

— Такой стриптиз мне нравится… — выдохнула я с облегчением, немного расслабляясь. — И совсем не страшно…

Стас словно поймал взглядом мою легкую улыбку и решил для себя: «Она готова к большему!» Только тогда я поняла, что мужчина просто ступал вперед шаг за шагом, а не вывалил на меня все впечатления разом. Не напирал, давал привыкнуть к обстановке.

Музыка сменилась на более дерзкую и развязную. Мужчина спрыгнул на ноги и, расстегнув ширинку, ловко и умело сорвал с себя штаны. Все произошло резко и внезапно. На нем были лишь обычные черные плавки, а я уже забыла, как дышать…

— Че-е-ерт… Какого дьявола! Он ведь не станет еще что-то с себя снимать? — шептала я себе в порыве паники. Бокал в руках позорно дрожал, капли шампанского оросили платье.

На Стасе остались одни трусы. Больше ничего. Расставив ноги в стороны, он чертовски обольстительно выкручивал бедрами восьмерику, при этом играя пальцами с резинкой плавок. Сжимая тонкую ткань, он проникал большим пальцем под толстую резинку.

Паника во мне сражалась с любопытством. Сгорая от стыда, я поймала себя на мысли, что взгляд прикован к тому самому месту, где мужчина явно отличался от девушки. Его внушительный половой орган выпирал и очерчивался даже поверх черного белья.

— О, черт! Нет! — завизжала я, закрывая глаза и отворачиваясь. — Только не это!

Мое сердце снова пустилось в привычно ускоренный ритм, руки вспотели и едва не выпустили из рук бокал. Раздвинув пальцы, я краем глаза оценила обстановку. Стас замер, внимательно глядя на меня. Музыка снова сменилась, стала более интимной и проникновенной.

— Я не кусаюсь, — его бархатный голос проник мне под кожу словно наркотик или мощная доза успокоительного. Бархатный, слегка хрипловатый голос играл в голове снова и снова заезженной пластинкой. — И он… Тоже не кусается.

По моей спине прошли мурашки. Внезапно не осталось страха и ужаса, а лишь… Предвкушения!

Ошарашенная от собственных ощущений, я замерла. «Что со мной происходит?» - вопрос буквально взрывал мозг. Погрузившись в собственные чувства, упустила момент, когда Стас в ритмичном танце подошел вплотную к дивану.

— Я не буду… — не в силах оторвать взгляд, я глупо и совершенно неприлично таращилась на его вставший колом в штанах член. — Я не буду его трогать руками, так и знай!

Он усмехнулся, хитро и многозначительно. Словно знает больше меня. Словно всегда и безусловно умнее других. Я утонула в этой улыбке, захлебнулась! Мурашки заплясали в желудке, а адреналин ударил в голову мощной стрелой, способной скосить наповал.

— Ты… — зачем-то, словно глубоко пьяная, прошептала я, едва раскрывая рот. — Ты хорошо выглядишь, Стас. Молодец, так держать. Но на этом все. Тайм аут.

— Тебе и не нужно трогать его руками, если не хочешь. — его мягкий голос меня успокоил. Крепкая надежная мужская рука уверенно, но нежно сжала подбородок. Я не могла оторваться от глубоких, потемневших мужских глаз. И пусть Стас молчал, они говорили со мной. Я видела страсть, желание, томление и нечто такое, что тронуло меня особенно. Стас обращался со мной, как с хрупкой фарфоровой куколкой, бережно и осторожно… Я настолько погрузилась в этот немой диалог, что вздрогнула от неожиданности, когда горячая рука мужчины сжала щиколотку. Медленно, словно давая мне спасовать, мужчина поднимал ее все выше и выше. Я не пасовала, совершенно не понимая – почему. В конечном счете нога моя оказалась задрана вверх. Сжимая бедра, чтобы не оголить то, что между ноги, я утонула в диване. Сглотнув ком в горле, Стас задумчиво снял туфельки на шпильках, откидывая те на пол. Моя нога оказалась почти что голой, в одних только черных капроновых колготках. Стас провел ладонью по стопе, а после крепко сжал ее и уверенно поднес прямо к… Мое сердце едва не стало! Потому что я ощутила его каменный, приветливо вздрогнувший член. — Но ногами ты просто обязана.

Это было странное чувство. Не похожее ни на одно, что я испытывала ранее. Я не успела подумать, не успела осмыслить происходящее… Мир сузился, все вокруг потемнело и поменяло краски на черно-белые. Перед широко распахнутыми глазами была только моя собственная ступня, мягко поглаживающая член Стаса.

Это была неправда! Не со мной! Не здесь! Не так!

— Признайся, — вкрадчивый, словно мурчащий голос мужчины словно пытался ввести меня в некую сладкую кому, — тебе нравится…

— Я… — рот вяз, мысли разбегались. Пальцы судорожно сжали обивку дивана. Чертовски сильно! Чудом я не оставила на нем отметины. — Я..

Стас, словно опытный кукловод, руководил процессом. Полностью управлял моей ступней, будто это компьютерный джойстик. Сперва мои пальцы нежно очертили эрегированный ствол, затем пятка погладила головку, а после свод коснулся почему-то вдруг ставших каменными яичек.

— Ты чувствуешь? — мягкий пьянящий бас отдавал битами в ушах, заставлял кровь закипать в жилах. — Чувствуешь? Скажи мне.

Я не могла дышать, словно и вовсе забыла, как это делается. Затем вспомнила, глотала кислот жадно и задыхаясь. Моя стопа никогда ранее не была настолько чувствительна, настолько уязвима. От напряжения кожа покалывала, мышцы сводило судорогой.

— Что именно надо чувствовать? — делая после каждого слова томительные вынужденные паузы, я заново вспоминала родной русский алфавит.

— То, — Стас жадно облизал губы, а после еще теснее прижал мою ногу к члену. Дернул меня за конечность, заставляя буквально лечь на чужом диване, — как сильно я хочу тебя.

«Он хочет не тебя, Ева, — пыталась достучаться я до собственного здравого смысла. — Это всего лишь шоу. Танец. Он хочет денег и чаевых!»

Разозлившись на свои же мысли, я гневно выпалила:

— Нет, ничего я не чувствую.

Стас вздернул брови от удивления, на секунду замер. А после в глубинах его пронзительных глаз заплясали темные порочные мысли. Мне не нужно было становится экстрасенсом, чтобы знать – думает он не о погоде. А о чем-то явно животном и развратном…

Внезапно он бросил мою ногу на пол. Внутри вспыхнуло разочарование вперемешку с облегчением. Но не успела я сойти с ума от собственного смятения, как Стас поднял меня на ноги и прижал спиной к его мощной горячей груди.

— А так? — его руки уверенно поползли по моей талии вниз, пока вдруг не остановились на колене. Нога с той стороны была боса, приходилось стоять на носочке. Стас поставил ее на диван. — Так чувствуешь?

Сжав мои бедра, мужчина мягко и нежно вжимал дрожащий член в мои взмокшие ягодицы. Я поймала себя на мысли, что кусаю губы до крови и… Поддаюсь! Поддаюсь, черт его дери! Двигаюсь с ним в такт, четко под музыку. Позволяю Стасу управлять мой. Злюсь, когда он ослабляет хватку.

— Нет. — фыркнула я. Искренне надеясь, что на этом моя сладкая пытка будет окончена.

— Нет?! — мужчина то ли злился, то ли заводился сильнее. Но от его взмокшего тела буквально искрило! — Нет…

Я опомнится не успела, как оказалась стоящей на коленях на пресловутом диване. Ладони упирались в мягкую спинку, голова ударилась в стену.

— Маленькая обманщица! — с громким шлепком на мою пятую точку упал мощный шлепок. Я взвизгнула и прогнула спину. Увы, не от боли. Ее почему-то не было. Лишь судорожное томление между ног. Желание медленно порабощало мозг, подобно раку пожирало здравые мысли. Когда Стас снова шлепнул меня, я уже не смогла сдержать стона. Жадного, громкого, рваного и хриплого. — Не стыдно?

Резко, вдавливая меня в диван, он впился своим каменным членом мне в пятую точку. Елозя вверх-низ, мужчина делал сладкий мягким массаж под легкую джазовую музыку. Я таяла, растворялась от его прикосновений… Представляла, что это всего лишь массажер и не все так страшно.

— Стыдно… — закрыв глаза и запрокинув голову назад, я ловила каждое мимолетное движением мужчины. Вот его руки гладят мои плечи, спускаются на талию, а вот уже на само краю платье. Дикое, животное дыхание было где-то совсем рядом… Почти возле уха. Распаляло сильнее, добавляло масло в огонь. — Очень стыдно, Стас.

Я не сразу поняла, что мое платье медленно, но верно ползет вверх. Все казалось таким правильным и нормальным, словно я каждый день занимаюсь чем-то подобным с мужчинами. Я слегка вернулась в реальность лишь когда ощутила разгоряченный поршень на внутренней части бедра.

«Он снял трусы?» - вдруг осознала я. «Пора валить!»

Но не могла, не решалась. Руки онемели, ноги прилипли к месту. Я находила сотни доводов задержаться на месте еще секунду. Так сладко, хорошо и спокойно было рядом со Стасом. А член подымался все выше и выше, оставляя за собой рой мурашек. Пока мое платье вдруг не оказалось на талии, а член не замер на трусиках.

— Ты такая влажная… — большой палец провел дорожку по моим плавкам, я зашипела от сладкой боли и мучительного томления. Мне срочно была нужна разрядка, как глоток воды в пустыне. Вопрос жизни и смерти! Я знала, что погибну, если Стас вдруг решит остановится. Не переживу. Не сейчас. Не так. — Такая податливая… И вся моя!

Я позволила его пальцу скользить вверх-низ по трусикам. Снова, снова и снова... Это был особый танец, сводящий в ума. Зарывшись лицом в диван, я ждала оргазма. Но он все не наступал. Было мало просто касаться через ткань.

— Пошло все к черту! — вырвалось из губ Стаса суетливо и одичало, а потом он крепко сжал края моих колготок и разорвал их на две части с громким треском. Они разъехались на две части…

— Так нельзя… — слабо запротестовала я, не в силах даже шевельнутся. Он словно приковал меня к месту какой-то неведомой миру магией!

— Я куплю тебе новые колготки. Да хоть целый завод колгот! — воскликнул мужчина, дорывая их окончательно. Лоскутки ткани остались на коленях гольфами. Я не успела в полной мере осознать происходящее, когда мои трусики оказались отодвинуты в сторону. Сердце перестало биться, стоило Стасу без промедлений и раздумий раздвинул мои влажные складки и накрыл своей ладонью ждущий внимания клитор. Я отозвалась тут же, неосознанно… Стас был первый мужчина, которому я позволила так много. Нет, не так: первый, кому я вообще хоть что-то позволила. И теперь его рука нежно, сладко, мягко и неторопливо ласкала меня между ног. И я поддавалась, двигалась ему на встречу и тихо стонала… Мне было хорошо, даже слишком. Впервые, совершенно не понимая – как так вышло, я вознеслась на небо и забыла обо всем на свете. Был только Стас, его рука и мой подкрадывающийся оргазм. Наконец его губы сомкнулись на мочке моего уха, жадно рыча: — Ты так возбуждающе стонешь, с ума сойти…

Это стало спусковым крючком, меня накрыло мгновенно. Содрогаясь в припадках эпилепсии, я снова и снова кричала имя того, кто подарил мне это внеземное удовольствие. Стас… Стас. Стас!

— Это было… Это было просто… — пыталась выдавить из себя я.

Я не поняла, как это случилось. Просто раз и все. Пути назад просто не было. Сжав мои бедра, Стас вошел в на полную длинную раз и на всегда лишив меня девственности.

В моем окружении не было девушек, предпочитающих во всех подробностях делится тонкостями личной жизни. А лучшая подруга, которая могла бы поведать пару секретиков, все еще оставалась девственницей. Но все же я знала, что во время первого раза больно, плохо, мутит, колит, тянет... А еще кровь. Море крови, если взять во внимание форумы!

Я замерла с широко распахнутыми глазами. Перестала дышать. Прислушавшись к себе, не заметила ни одного из перечисленных симптомов. Был легкий дискомфорт внизу живота, но он и рядом не стоял с теми ужасами, которые пророчили.

— Черт!.. — застонала я в слух от осознания, что только что произошло. Мое тело вновь затрясло, но на этот раз от адреналина. Шок покрывал собой все остальные эмоции.

— Че-е-ерт… — глухой хрип Стаса был полон предвкушения и восторга. Войдя в меня на полную длину, мужчина замер. Пальцы его судорожно сжимали мои бедра, а член внутри подрагивал. Сбивчивое рычание из его губ заставило меня замереть: — Ты такая узкая… И влажная… Боюсь тут же кончить.

«Вот, — поняла я, — почему он медлит!»

— Может?.. — тихо, едва слышно протянула я, но тут же человеческая речь сменилась на протяжный вздох. Он сделал первый толчок, мягкий и неторопливый. Словно пробный. И вот тогда я ощутила неприятные болезненные колики, заставившие прогнуть спину и зарычать.

Стас, наверняка, воспринял это иначе. Словно я на пике восторга.

— Ты сводишь меня с ума… — его губы мягко коснулись моего уха, опаляя жаром. Сомкнув зубы на мочке, Стас жадно измученно зарычал. Было видно, с каким трудом он сдерживает животные порывы.

Мое тело все еще ныло от возбуждения. То, как Стас жадно и ласково гладил мое тело, не могло не нравится. Любая девушка сошла бы с ума от его харизмы, пьянящего аромата кожи, приятного уверенного тембра голоса и, наконец, умения профессионально распалять пламя…

И все же где-то внутри безжалостно грыз жирный наглый червяк. Он без конца повторял: «Ты скатилась на самое дно, Ева!»

— Стас, я… — разрываюсь между головой и здравым смыслом, я почти выбрала последнее. Сжалась, скривилась и решила все же оборвать все здесь и сейчас.

— Постой. — окликнул он меня вдруг, оторвав руки от бедер, он нежно погладил мое лицо, словно делая некий расслабляющий массаж. Его сильные мощные руки гладили тонкую раскрасневшуюся кожу размеренно и слаженно, вгоняя меня в нирвану. — Пока мы не продолжили. Я знаю, что сейчас не подходящее время и место, но все же скажу. У меня тоже достаточно давно не было секса. И я не сплю со всеми подряд. Ты – одно из самый прекрасных событий, что случились со мой за последнее время.

«Как мягко стелет, подлец! — фыркнула здравая часть меня. — Почти как Валера Фомин с пятого курса. Он всем девушка пел о вечной любви, браке и совместных детях. Таким образом затянул в постель около ста «жертв»!»

«Я особенная для него! — мечтательно вздыхала та самая часть меня, что тайно зачитывалась любовными романами о вечной любви с первого взгляда. — А вдруг его тянет ко мне так же, как меня к нему?»

Собрав мысли в кучу, я отряхнулась, не без труда, приняла важное решение… Обратного пути больше не было. Я больше не девственница. Это поезд в один конец. И я сама допустила Стаса так далеко, позволила ему делать со мной все, что ему хочется. И теперь я могла либо сбежать прямо сейчас либо позволить окончить начатое и получить свой первый в жизни опыт.

— Я тоже чувствую что-то… — пространно ответила я мужчине. И в этом было больше правды, чем хотелось бы. Потому как Стас был первым мужчиной, которого я смогла допустить в свой мир.

Зажмурившись, набрав полные легкие кислорода, я прикусила губу и принялась ждать продолжения. Но Стас вдруг качнул бедрами назад, вышел из меня и отстранился.

«Это конец? Что такого я ему сказала?» - вспыхнул внутри вопрос. Но ответить на его я не успела. Стас сел на диван, мягко приподнимая меня за бедра и усаживая к себе на колени.

— Я хочу видеть твое лицо. — пояснил он, приподнимая меня и насаживая на свой член.

Боль разлилась по телу волнами. Я словно царапнула рану. Зашипев, прикрыв глаза, решила ничего не говорить Стасу. Мы виделись с ним в последний раз. Ему не следовало знать, что он только что лишил меня девственности.

— Ты безумно красивая. Знаешь? — я распахнула глаза, все лишние мысли отпали сами по себе. Два горящих адским пламенем глаза скользили по моему телу жадно и ненасытно. Сжав края платья, болтающиеся на талии, он мягко спросил: — Можно?

Не в силах произнести и слова, я кратко кивнула. Не прошло и секунды, как кусок ткани оказался валяющимся рядом с трусами Стаса. Мужчина профессионально расстегнул лиф одно рукой, даже не глядя на спину. Это лишь подтверждало мои мысли о его обмане. Больно резануло по сердцу.

«Сколько таких «особенных» он отымел на этом диване?» - я скривилась. Стало больно и мерзко. Настолько, что я почти вскочила с места. Но, видимо, было не суждено.

Мужчина воспринял мой всплеск эмоций за желание скорее перейти к делу. Его губы с утробным рыком накрыли вершинки груди. Пока язык сводил с ума умелой игрой, ладони опустились на ягодицы и начали задавать темп.

Боль, жжение… Все отступило на задний план. Были только его руки, губы, прикосновения… Томление между ног стало приятным. Слишком, совершенно невыносимо приятным…

— Твой запах… Это какие-то духи? — шептал он рван, пока нос скользил между ложбинок груди.

— Сегодня у меня их нет. — запрокинув голову назад, я позволила себе застонать. Откинув все проблемы. И то, что позже буду жалеть о том, что не ушла. Плевать. Сейчас, в моменте, мне было хорошо. Достаточно, чтобы забыть обо всем в этом мире!

Член плавно входил в меня. Музыку разделяли лишь чвакающие звуки входящего и выходящего из моего влажного лоно мужского достоинства, его сводящие с ума рыки и мои неуверенные стоны. Стас играл с моей грудью так голдно, словно видел женское тело впервые. Засасывал вершинки, покусывал, сжимал… Я таяла в его руках, расслаблялась.

Толчок… Еще толчок… Снова… Снова… И снова…

Все смешалось, шар терпения внутри напрягся до предела и взорвался на миллионы мелких осколков. Я задрожала на члене Стаса, кончая в свое восемнадцатилетние впервые в жизни.

— Гхрм… — невнятные звуки вырвались из губ мужчины. Он вдруг поднял меня за бедра, снял со своего члена и посадил рядом на колени. Его взгляд впился в лицо требовально и внимательно. — Прикоснись к нему, прошу…

Стоило пальцам робко тронуть горячий каменный ствол, как Стас задохнулся и задрожал. Как будто это именно то, чего ему больше всего сейчас хотелось. Откинув голову назад, он свел брови на переносице и распахнул губы, лениво и вязко приказав:

— Проведи ладонью вверх-низ… Прошу…

Сглотнув ком, я сжала ствол и сделала, как он просит. Член Стаса казался мне большим, подходящим к его громоздкой комплекции. Красивым, ровным. С мягкой красной головкой и прожилками, раскинувшимися по всей длине. Я изучала новый объект, который видела впервые, как вдруг мужчина резко сжался. В живот мне выстрелила горячая белая сперма.

На губах мужчины появилась ленивая сонная улыбка, а глаза так и оставались закрытыми:

— Это было просто великолепно.

Вид белой липкой субстанции на моем животе вдруг привел в чувство. Я вдруг осознала, что сижу на коленях у мужчины, которого знаю максимум пару часов. Именно он стал моим первым. Тем самым, которого я буду помнить всю оставшуюся жизнь. Тем самым, что украл мою невинность.

Он не был моим мужем, женихом или даже любовью всей жизни. Минутная слабость, сильное притяжение – вот все. И как бы сильно мне все не понравилось, я чуть не разрыдалась от мысли: «Как же низко я пала!»

Ком застрял в горле, когда расслабленный Стас вдруг распахнул глаза и оценил свою «работу» довольным звериным взглядом:

— Сейчас сбегаю за влажными салфетками.

Поднявшись со мной на руках, он подобрал свой пиджак, постелил мне под ягодицы и только потом усадил на диван. Затем на скоро оделся и выбежал прочь. Лишь когда дверь захлопнулась, я очнулась:

— Пора сваливать!

В панике я судорожно собирала свои вещи по полу, руки дрожали, движения казались хаотичными. Мной овладело дикое желание скрыться. Сбежать! Растворится в воздухе! Исчезнуть из жизни Стаса, как и не было.

Как в друг взгляд застопорился на стеклянной декоративной панели. Я увидела себя со стороны: растрёпанная, в помятом платье, со скатившимися до колен порванными колготами… Макияж не свежий, размазанный…

— Какой ужас! — замутило от самой себе, подкрались слезы. Но, взяв себя в руки, я скинула на пол порванные колготы, прихватила сумку и стремглав кинулась к выходу.

Стоило только слегка распахнуть дверь, как позади послышался стальной холодный бас:

— Уже уходишь?

Я замерла, оцепенела. По спине волной прокатились мурашки. Мужчина словно поймал меня на воровстве – от стыда загорелись уши.

— Прости, Стас. — набрав побольше кислорода, я нехотя напряженно повернулась к мужчине лицом. — Мне пора.

Стас смотрел на меня иначе, без нежности и пьянящей радости. Холодно, раздраженно. Сжав в руке бумажную упаковку с салфетками, он буквально ее раздавил в труху.

— А попрощаться? — выгнув бровь, он сжал губы в тонкую линию. — Ты считаешь, что поступаешь правильно?

В голове все смешалось. Я растерянно бегала взглядом по ВИП-кабинке, пытаясь придумать адекватную отмазку. «Дома трубу прорвало?» Звучит, как призыв о помощи… «Подругу парень бросил?» Так мы с Лизой поругались… «Родители срочно просят приехать!» Стас уже знает, что те далеко от столицы.

Наконец, я сдалась и захныкала, зарывалась лицом в ладони: — Я не умею вот это вот все!.. Что вообще говорят в таких ситуациях? Как поступают? Боги! Кто вообще занимается сексом с незнакомцем на приватеном стриптизе?! Для меня это ужасно. Не понимаю, как могла так поступить. Это не я. Будто мозг напрочь отключится! Как же стыдно… Ты словно напрочь мне мозг отключил.

Мягкие руки обвили мои плечи, притягивая к себе. Теплые губы уткнулись в лоб, а хриплый и спокойный мужской голос зашептал: — Так и надо было изначально сказать, дурочка. А не сбегать.

— А что бы это изменило? — подняв голову, я осторожно посмотрела на Стаса. На его губах зияла облегченная улыбка. Злость исчезла напрочь. А вот властный, хозяйский взгляд никуда никогда не девался.

Шлепнув меня по носу большим пальцем, он покачал головой. Мол, неужели это не очевидно?

— Все. — когда мужчина отстранился, по телу прокатился ледяной озноб. Но не успела я осмыслить это чувство, как, обойдя меня, мужчина не глядя переплел наши руки и потащил вниз по лестнице. — Идем.

— Куда? — от растерянности я едва переставляла ногами, боясь свернуть ногу на тонких высоких каблуках. Из-за разницы в росте один быстрый шаг Стаса ровнялся моим трем.

— Как «куда»? Тебе ведь пару минут назад срочно нужно было домой. — замерев на месте, мужчина заставив врезаться лицом в его каменную спину. Повернувшись, он послал мне многозначительную улыбку. — Или уже не нужно?

Что-то странное было в глазах Стаса… От этого свело низ живота. То ли сумасшедшая энергетика, то ли невероятная харизма заставили думать, что речь идет про интим. Между ног все порядком саднило, ныло. В ужасе попятившись назад, с широко распахнутыми глазами, я нервно покачала головой:

— Нет, нет! Конечно же нужно домой. Поздно уже. Да и вообще…

Когда мы вышли на улицу, я задумчиво оглянулась по сторонам. В ночной полутьме охваченной зимней пургой мне следовало сообразить: с какой стороны остановка. В голове я прекрасно представляла, как мужчина посадит меня на нужный автобус, я зайду внутрь, помашу ему ладонью через заледеневшее окно и навсегда распрощаюсь с моим первым мужчиной. Тут же становилось горько, до слез. Словно кто-то живьем вырывал сердце из груди!

— Идем скорее, чего топчешься? Ноги же голые совсем. Еще заболеешь. — отряхнул задумчивую и погрустневшую меня Стас. Махнув рукой, он вдруг остановился сам, подхватил меня на руки и понес по гололеду куда-то в сторону около клубной парковки. — Так надёжнее будет. Впредь, пожалуйста, надевай колготки потолще зимой, идет?

Вопрос мимо ушей я успешно пропустила, внимательно вглядываясь в мужчину, стоящего перед глазами около шикарного черного автомобиля. Он, закутавшись в черный плащ, открывал для нас салон.

— Не понимаю… — я растерялась, недоуменно сведя брови на переносице. — Ты заказал какое-то крутое такси?

Мужчина посмотрел на меня странно, с прищуром и интересом:

— А что?

— Стас, — перейдя на шепот, я не на шутку занервничала, — у меня всего одна тысяча рублей в кармане! Не долларов. Рублей!

Мужчина гортанно расхохотался, запрокинув голову назад. И лишь когда успокоился, поймал мой испуганный взгляд и мягко заверил:

— Могу я девушку угостить поездкой домой?

Я вновь покраснела, но не от холода. Заботливый взгляд Стаса, с нежностью меня разглядывающий, безумно смущал:

— Но, Стас…

— Что за стандарты пошли? Девушки смущаются из-за ерунды... А что если бы я на ужин в хороший ресторан пригласил? Обморок? — обращался мужчина не ко мне, а к человек, заботливо держащему заднюю дверь автомобиля открытой. Только усадив меня, Стас разместился сам.

— Такие мужчины пошли, Стас Константинович. — сев на водительское сидение, старик повернулся к нам и вежливо протянул мне руку. — Здравствуйте, красавица. Куда изволите везти?

В замешательстве я уставилась на Стаса. Он тоже внимательно ждал от меня точного адреса. Я вдруг замешкалась, и растерялась. Ведь дома пусто, никто встретить не может. Сесть в машину к незнакомому мужчине было заранее опрометчивое решение. В панике, с безумно бьющимся сердцем, я назвала адрес загородного дома, где жила моя подруга Лиза.

— Это хороший район, — пространно подметил Стас по пути. — Твои родители, видимо, обеспеченные люди?

«Очень! Папа седьмой год в одной и той же дубленке ходит, а мама – моет и собирает полиэтиленовые пакеты. О! А еще мы всей семье один чайный пакетик неделю завариваем…» - прыснула я со смеху внутри, нервно и нетерпимо.

Чем ближе авто оказывалось к дому Лизы, тем больше я убеждалась в том, что сорвать про адрес была глупая и поспешная идея. Поздно было менять «показания» на половине пути. Сжавшись на сидении, я испуганно смотрела в окно. Стас не раз пытался переплести наши руки, но я намеренно их спрятала. Не хотела, чтобы он почувствовал дрожь, но от мужчины было ничего не укрыть.

— Костя, — громко окликнул Стас водителя, испепеляя меня внимательным цепким взглядом, — включи печку посильнее. Одна пассажирка тут вся дрожит.

— Как прикажите! — старик выкрутил веритель на максимум, а я остаток пути парилась в духоте. Лучше пусть Стас решит, что я мерзлячка, чем идиотка, которая выбрала неправильное направление из страха за свою жизнь.

Я замерла, стоило увидеть на въезде в частный поселок огромный высокий забор и серьезный пропускной пункт. План был прост: выйти прямо перед охраной и сказать Стасу, что дальше я уж самостоятельно. Но не тут-то было. Водитель Костя покинул салон без единой колебании, подошел к пункту пропуска и показал сперва свой паспорт, а после синюю карточку. Шлагбаум приветливо распахнулся.

— Это как так? — опешила я, но Стас отвечать не спешил. — У водителей такси какой-то универсальный пропуск что ли?

— Такое вполне может быть, — неуверенно пожав плечами, Стас говорил как-то странно, словно не желая вдаваться в подробности.

Дальше следовало действовать быстро. Пальцы с трудом попадали по экрану, когда я торопливо печатала Лизе сообщение: «Мне нужна твоя помощь. Прошу, выйди и встреть меня возле своего дома. Потом все объясню!»

Лиза вполне могла находится сейчас в городской квартире и не в силах прийти на помощь. Более того, подруга обижена и вполне имеет право проигнорировать мои просьбы. Я просто не заслужила ее хорошего отношения и понимания... И все же, с трудом сдерживая истерику, напечатала ей последнее сообщение: «Умоляю! Ты мне очень нужна!»

— Это здесь? — Стас указал пальцем на высокий светлый дом, находящийся буквально в паре сантиметров от автомобиля. Перед глазами стояла черная пелена, но я все же кратко инстинктивно кивнула. — Идем, провожу тебя.

Мужчина вышел из авто первый, распахнул для меня дверь и протянул руку. Когда мы вышли, метель затихла и вокруг все казалось идеально белым, не тронутым человеком. Снег приветливо хрустел и проминался под ногами Стаса. Меня же он без спроса поднял на руки, не давая ступить земли. Аргументировав это кратко и просто: — Ноги голые. Заболеешь.

У ворот дома Лизы расположился небольшой выступ под козырьком, куда снег не попал. Стас поставил меня туда и многозначительно кивнул на звонок: — Не упустишь погреться?

Сердце испуганно выпрыгивало из груди от волнения, страха, переживаний. Поэтому, руководствуясь паникой, я не подумав выпалила: — Дома никого нет.

Мужчина замер, лицо его вытянулось в недоумении брови поползли на лоб.

— В смысле, — нервно рассмеявшись, я махнула ладонью, — у меня, естественно, ключи с собой.

— Понял, — мужчина поджал губу, — спрятав руки за спиной, — ты не хочешь оставаться со мной наедине… Но тебе не кажется это глупым после того, что случилось между нами в клубе?

«Не кажется!» - тут же отреагировала я про себя. Сделав глубокий вдох и пространный выдох, я приготовилась навсегда попрощаться с мужчиной. Мы оба понимали, что минутная страсть прошла и пора было возвращаться к обычной жизни.

— Стас, я бы хотела…

— А я бы хотел, — моментально перебил меня мужчина. Сделав шаг вперед, он сократил расстояние между нашими телами. Моя грудь упиралась в его каменный пресс. Сжав пальцами подбородок, Стас буквально заставил меня встретиться с ним взглядом, — узнать тебя получше. Начнем, пожалуй, с настоящего имени.

Я тонула в его бездонных умных глазах, захлебывалась в нежности диком желании. Мои губы тянулись к его губам сами, словно их место было рядом с мужчиной. Место, где его пальцы касались моей кожи, саднило и покалывало… Легкие сжались, тело лениво обмякло, голова превратилась в розовую вату… Я почувствовала, как снова погружаюсь в знакомый транс, где мозгам нет места. И резко одернулась, сделав шаг в сторону и отвернувшись.

— Ты ведь не думала, — в голосе мужчины послышались стальные повелительные нотки, — что так все кончится?

— Нет, — солгала я, — но…

— Я прекрасно вижу, что ты совершенно не умеешь общаться с противоположным полом. И это прекрасно. Такая естественная в своей непосредственности! Ты – не огранённый алмаз, который сводит меня с ума. — мужчина прожигал меня горящими адским пламенем глазами. Тогда я увидела в них то, чего не видела ранее: бойкую натуру. Стас был не из тех, кто бросался словами. Решительный, уверенный, упорный мужчина. Готовый идти по головам ради достижения цели. Калитка рядом с забором вдруг распахнулась в тот момент, когда губы Стаса коснулись моей руки. На улицу выбежала моя встревоженная, запыхавшаяся подруга с воинственным видом. Но моего провожатого это совершенно не смутило. Коварно улыбаясь, он громко и отчетливо произнес: — И я намерен оставить его себе.

— Что, простите? — совсем не дружелюбно спросила у него Лиза. Сжав мои плечи, он мягко, но настойчиво оттянула меня в сторону от незнакомца.

— Я найду тебя, — обратился ко мне на прямую Стас, посылая чертовски мужественный воздушный поцелуй.

Мы оба зачарованно наблюдали, как Стас садится в авто, и водитель увозит его прочь. Как вдруг Лиза очнулась первой и встревоженно спросила:

— Он у тебя что-то украл?? — девушка опустила взгляд на мои колготы и прикрыла лицо ладонями. — И где, прости господи, твои колготы?!

*** Кратко постучавшись, я робко заглянула в кабинет. Там, во главе стола, восседал седовласый крупный старик, возглавляющий математическую кафедру в филологическом университете.

— Федор Петрович? Можно? — окликнула я его. Тот выглянул из-за газеты, обрадовался и поманил меня пальцем. Мол, заходи. — Староста сказала, вы меня искали. Только вот я ума не приложу, зачем именно…

Как и ожидалось, кафедра была совершенно пуста. Все четыре преподавателя успешно разбрелись по своим группам.

— Искал, Евочка, искал… — тяжело вздохнув, мужчина снял очки и, положив сложенную газету на стол, бросил на меня странный взгляд. Я бы сказала – коварный. Сжавшись на стуле для гостей, я с безумно колотящимся сердце ждала выговора. — Ты ведь помнишь, что я у вас математический анализ веду?

Это был вопрос с подвохом. Естественно, я помнила! Ни одной пары не пропустила! Кто же виноват, что мой гуманитарный мозг совершенно не понимает эту чертову математику? Просто дуб дубом… А Федор Петрович славился своей дотошностью и оценки всем ставил заслуженные.

— Конечно, — улыбнувшись, совершенно спокойно кивнула я. Хотя в душе давно умерла. Запахло жареным.

— Это хорошо, хорошо… — тяжело вздохнув, Федор Петрович многозначительно выгнул бровь. — А помнишь ли, что мой предмет влияет на допуск к сессии?

Я обомлела, земля под ногами растаяла. Сглотнув ком, мертво прошептала: — Д-да…

— А помнишь ли, — не сбавлял накала старик, — что без хорошей отметки по моему предметы ты не получишь стипендию?

— Еще бы… — я нервно хихикнула. Смахнув пот со лба, я вдруг сложила дебет с кредитом и испуганно воскликнула: — Вы хотите сказать, что я не получу зачет?!

— Нет-нет, на зачет вы выходидите… — махнув рукой, тот меня успокоил. Правда, на доли секунды. Не успело по душе растечься приятное томление, как преподаватель невзначай добавил. — Ты хорошо трудилась в этом году. Я бы даже сказала, на износ. Твердая тройка!

— То есть как, — сглотнув ком, я даже вскочила на ноги на нервной почве, — тройка? Я же не получу стипендию…

— Именно, Евочка. Именно! Как мы прекрасно друг друга понимаем! — вскочив следом за мной, Федор Петрович подошел к графину и налил мне полный стакан воды. Его я выпила залпом не глядя. — Я посмотрел ваши остальные оценки – одни пятерки. Мне бы тоже не хотелось, чтобы мой предмет, не особо относящийся к вашей будущей профессии, портил вам жизнь. Не справедливо, правда? Досадно даже.

И тут в голове появилось понимание ситуации. Спокойно присев обратно на стул, успокоив сердцебиение, я приготовилась ждать: что же попросит преподаватель? Краску для актового зала? Новую доску в аудиторию? Портсигар? Модную лазерную указку?

— Готова на многое ради успеваемости. — четко и кратко обозначила я свои намеренья старику.

Тот довольно кивнул и елейно заговорил, издалека:

— Пока я узнавал вашу успеваемость, один преподаватель вас особенно хвалила. По красноречию, если быть точнее. Говорит, нет у нее ученика лучше, чем вы. Прекрасно говорите, можете любого убедить в чем угодно. Талант! Мои овации!

Дедушка вскочил и захлопал. Впервые я видела его таким эмоциональным. Вытаращив глаза, я с настороженностью наблюдала за шоу. Уже стало ясно: мне нужно кого-то в чем-то убедить.

— Слушаю вас внимательно. — кивнув, я дала Федору Петровичу добро. Мол, говорите дальше. Старик облегченно вдохнул. Кажется, чего-то подобного даже ждать от меня боялся.

— А дело вот в чем, — оглянувшись по сторонам, словно разыскивая шпионов, он нагнулся прямо к уху и заговорил шепотом, — завтра к нам в вуз приезжает очень хороший мужчина. Главное, что обеспеченный. Очень, девочка моя, обеспеченный. Надо во всех красках описать и показать ему наш с вами дом науки. На хорошем заострить внимание, про плохое умолчать…

— А почему ректор, декан или вы не можете этого сделать? — искренне не поняла я, прекрасно понимая, в какую степь ведут эти разговоры.

— Потому что этот самый молодой человек по фамилии Багров не любит вышестоящих. Говорит, продажные мы все, ушлые, только о деньгах и выгоде думаем. — преподаватель обиженно поморщился, словно это не правда. — Хочет, чтобы экскурсию ему провел студент. Как говорится, сердце ресторана – кухня. А сердце любого университета – его ученики.

Сравнение показалось мне, мягко говоря, странным, но я промолчала. Перед глазами уже маячила четвёрка за зачет, стипендия и светлое будущее. Тем более, говорить красиво и вправду умела. Провести экскурсию какому-то хлыщу? Раз плюнуть.

— Я с огромным удовольствием докажу господину Багрову, что нет места для более надежных инвестиций, чем наш прекрасный университет. — с широкой улыбкой радостно проговорила я. Преподаватель заулыбался в ответ. — Уверенна, после моей экскурсии, он сумму вклада удвоит!

— А если так, Евочка, — старик радостно потер ладони, предвкушая куш, — то получите не четыре, а пять. И не только в этом семестре, а еще три подряд.

Вышла с кафедры я мотивированная на успех. Сутки готовила речь, подбирала правильный наряд, репетировала мимику перед зеркалом. И вот, наконец, настал тот самый час, когда спонсор должен был прийти. Я ждала его у центральных ворот. Время было выбрано правильно: у студентов как раз самый разгар пары и никто не ломится в двери. Должен был войти только он.

Сердце болезненно сжималось, пропускало удары. Сжимая в руках папку, я почему-то сильно нервничала. То ли дело в стипендии, то ли в предчувствии чего-то не ладного. Но в душе творился мрак, хаос, неразбериха.

Наконец, дверь распахнулась… Я выдохнула и собралась. Нога спонсора ступила внутрь вуза… Затем я увидела его темно-черный костюм, статную фигуру и обомлела. В конце показалось лицо.

— Стас… — тихим не уловимым шепотом сорвалось с дрожащих губ, пока я внутри вопила во всю: «Что он, мать его, здесь делать? И как меня нашел??!»

Мы не виделись полторы недели. Полторы! Я только начала приходить в себя, забывая постыдное происшествие в стриптиз клубе. Ужаса ситуации добавила Лиза, ошарашив неожиданным заявлением.

— А ведь как удачно ситуация сложилась, правда? — сказала она мне как-то. — Стриптиз не состоялся. Все, как ты хотела. Словно высшие силы услышали!

Подавившись чаем, я закашлялась. Но тут же взяла себя в руки и невзначай спросила: — Как ты узнала, что его не было?

— Так мне это… Из клуба позвонили тогда. — девушка задумчиво почесала затылок. — У них там какое-то ЧП произошло. Подробностей не помню, но выступать перед тобой было некому. Вот все и сорвалось.

— Деньги… — сжав горло рукой, я пыталась глотнуть кислороду, но почему-то не выходило. — Деньги вернули?

— Конечно-конечно! — заверила меня Лиза. — Это – очень приличное место, чтобы ты там не думала. Вернули с небольшим комплиментом. Да еще и подарили бесплатный фуршет при посещении их клуба.

— Как прекрасно… — на автомате выпалила я, зарываясь носом в чашку. Услышанное буквально взрывало мой мозг! Что значит «стриптиз отменили»?! А кто тогда Стас?? Предмет моего воображения?

— «Прекрасно»… Правда? — воодушевившись, девушка вдруг радостно затараторила: — Слушай, раз мой подарок на день рождения накрылся медным тазом, давай потратим эти деньги в клубе, а? Как раз фуршет…

— Нет! — слишком уж яростно завопила я, Лиза вытаращилась на меня испуганно и ошарашенно. Пытаясь сгладить ситуацию, я натянула вымученную улыбку и подсунула под нос подруги конспекты. — Давай лучше педагогику учить, а? Семь страниц целых осталось!

Разговор тогда был замят, но в душе моей творился сущий кошмар. Все дни я старательно пыталась забыть о существовании Стаса. Только, вот не задача, от этого лишь больше о нем думала. Кто он? Откуда взялся? Зачем танцевал для меня? И с кем, черт подери, я потеряла невинность?!

Во сне вопросов не было. Лишь воспоминания… Его бархатный громогласный голос, обольстительный танец, мягкие прикосновения, сладкие поцелуи и мой первый, невероятно нежный и чувственный секс. Сложно было представить, что какой-то парень сможет когда-то переплюнуть это горячее воспоминание.

И сейчас он стоял передо мной. Живой. Осязаемый. Я, отличница по ораторскому мастерству, потеряла дар речи. Словно любимый книжный персонаж вырвался со страниц романа!

— Вот я и нашел тебя… — коварная хищная улыбка застыла на губах Стаса. — Как и обещал…

Вдох-выход… Дыхание то учащалось, то вовсе пропадало. Я не могла собраться. Просто не могла! Красивые черные глаза скользили по моему телу, словно скучали. Цепко, жадно, по-свойски.

— Ба-агров? — прижимая к груди папку, я впилась в нее не только пальцами, но и коготками. — Ты – тот самый олигарх Багров, потенциальный спонсор моего вуза?

На душе стало гадко, грязно. Я поморщилась. Стас распахнул губы, чтобы ответить. Но тут же передумал, оценив мою реакцию, растерянно переспросив:

— А что?

— А то!.. — кратко обернувшись по сторонам, я на всякий случай убедилась, что мы одни. Лишь скучающий охранник в другом конце зала с аппетитом поедал сочную самсу в огромных старых наушниках, увлеченно изучая футбол на экране смартфона. Тогда взволнованный голос против воли сорвался на шепчущий крик: — Я была полной идиоткой, не поняла этого сразу. Глупая, забитая, неуверенная в себе, с кучей комплексом и прямым билетом к психиатру… Но ты... Как ты мог, будучи владельцем клуба, воспользоваться ситуацией и похитить мою невинность! Как многих клиенток ты брал на этом диване, а? Угощение, алкоголь и представление, наверняка, все решают.

— Невинность? — глаза мужчины округлились. При этом между бровей залегла глубокая морщина. — Ты была девственницей?

— Абсолютной! — я недовольно топнула ногой и запрокинула голову к потолку, когда ощутила, как слезы непрошено хлынули по щекам. — Не знаю, почему ты этого не почувствовал… Не в этом суть! Просто скажи, зачем приехал сюда? Решил поиздеваться? Или хочешь повторить? Только увы, вынуждена тебя разочаровать: я не безотказная, какой могла показаться.

Душа ныла, сердце болело. Каким-то неведомым образом Стас привязал меня к себе за один только вечер. Вывалив свои чувства на него, я словно корила себя саму. А еще негласно просила мужчину: «Убеди меня в том, что я ошибаюсь! Убеди меня, что я – особенная для тебя!»

Только он не делал этого. Просто смотрел. Куда-то в самую глубь меня, пронзая насквозь. И думал. Долго, кропотливо, до взрыва мозга.

— Ты не сможешь купить меня. — тихо, совершенно спокойно прошептала я ему на вздохе. — Пойми…

— Я и не смогу. Потому что я не Багров. — ровный голос мужчины застал меня врасплох дважды за пять минут. Я опешила, успокоилась и уставилась на него в непонимании. Обернувшись назад, он указал пальцем на высокого широкоплечего гиганта с каменным и бесчувственным выражением лица. — Вот он – олигарх Багров. А я – просто его охранник.

Олигарх Багров оказался человеком не многословным. За всю трехчасовую экскурсию произнес лишь два слова: да и нет. И то, потому что я задавала вопросы в лоб, буквально навязываясь. Ходил с важным видом и наушником в ухе. Все время осматривался вокруг. Мне даже показалось, что у него под пиджаком кобура с пистолетом!

А вот Стас был другим… Веселым, легким на подъем, заинтересованным, все время задавал уточняющие вопросы. Я расценила это, как подкат. Под конец, когда мы ужинали в столовой, Стас странно посмотрел на своего начальника и тот нас покинул, отправившись зачем-то в буфет. Ведь я ему и так притащила все, что только было в ассортименте!

— Все плохо… — обреченно выдохнула я. Спрятав лицо за ладонями, упала с тяжелым вздохом на стол. — Багров не станет спонсором, а меня выгонят с вуза поганой метлой. Буду беляши на вокзале продавать… И то, если возьмут.

Брови Стаса взметнулись колбу. Давя улыбку, он почему-то смотрел на меня, как на что-то чертовски умилительное:

— Во-первых, с чего ты все это взяла? Во-вторых, как все это связано?

С горя, на эмоциях, я рассказала Стасу абсолютно все… Теперь он знал о договоре с преподавателем и моей коварной выгоде. Но вместо осуждения, я получила лишь понимающий кивок.

— На что-то подобное я и рассчитывал… Какой ректор бы пустил в сопровождающие идиотку? Обычно выбирают из лучших. — пожал плечами тот. Вдруг его теплая рука опустилась мне на голову и нежно погладила. По телу волнами разлились мурашки, перерастающие в бабочки в животе. Те, в свою очередь, опускались все ниже и ниже, предательски припоминая мне о роковой ночи. Пока я тонула в собственных чувствах, мужчина предположил. — Знаешь, мне кажется Багрову твой вуз понравился. И, настолько я понял, он хочет вложить в него горазда больше денег, чем планировал изначально.

— Правда? — широко улыбаясь, я ожила. Но не успела толком обрадоваться, как вспомнила каменное лицо спонсора. — Ты как это понял? Он же… Ну… Не прошибаемый.

Стас хитро подмигнул: — Годы жизни бок о бок, и вот я знаю Багрова лучше всех.

— Если так, то хорошо. — против воли мой взгляд опустился на губы Стаса. Не верилось, что когда-то они так нежно целовали мои губы…

— И все благодаря тебе. Прекрасная экскурсия. — не глядя мужчина ударил рукой по подставке. Из нее вылетела зубочистка. Через считанные секунды она оказалась во рту у Стаса. Никогда бы не подумала, что обычный кусочек дерева сможет сделать образ мужчины еще более обольстительным. Буквально каждая мимо проходящая студентка строила ему глазки. Но Стас смотрел лишь на меня, словно мира вокруг не существовало. Перегнувшись через стол, он накрыл мою руку своей и тихо хрипло отчеканил: — Я шепну за тебя словечко, если потребуется. Но взамен требую маленькую услугу.

— Какую? — сглотнув ком в горле, я ощутила, как мои щеки залились румянцем. Стас был слишком близко… Я буквально каждой фиброй души ощущала его пряный аромат, сводящий меня с ума. Хотелось сжать лацканы его пиджака, притянуть к себе и зарыться носом в ложбинку на шее.

— Ужин. Сегодня в семь. — на крохотное многие мягкие подушечки губ мужчины коснулись мочки ушей и я задрожала, из губ вырвался импульсивный рваный вздох. Стало нечем дышать, до невозможности душно. Одежда облепила тело, как вторая кожа. — Какую кухню предпочитаешь?

— Самую обычную. Макароны сойдут. — усмехнулась я, пожимая плечами. Боги, я готова была идти за ним в преисподнюю, лишь бы Стас и дальше смотрел на меня так… Словно я единственное, что нужно ему на всем белом свете!

— Значит, — костяшки пальцев Стаса скользнули по моей щеке. Я зажмурилась, растворяясь в моменте, — будет итальянский ресторан.

— Стас, — я резко распахнула глаза, посмотрев на мужчину с недоумением и легкой подозрительностью, — ты ведь просто охранник. Зачем тратить столько денег?

Сжав губы, Стас переменился в лице. Я будто сказала нечто такое, что не на шутку задело его гордость. Выгнув бровь, он не без труда произнес фразу спокойно, только слишком уж яростно чеканил слоги: — По твоему, охранник – не работа? Они не зарабатывают, а на вокзале просят копейки на опохмел?

Я тут же почувствовала себя глупо и негативно замотала головой: — Конечно, нет, но…

— Вот и все. Значит идем есть макароны. — мужчина вдруг ударил ладонью по столу. Четко давая понять – диалог окончен. Он все решил за двоих. Затем вдруг поднялся на ноги и кивнул Багрову на выход. Мужчина сразу же отправился туда, даже не удостаивая меня чести попрощаться. А вот Стас спешить не стал. Нежно и долго его губы целовали мне руку, пока мужчина с недовольным видом не взглянул на часы. — Очень спешу, не могу дольше тут оставаться… В восемь заеду за той. Забирать где обычно?

Я засмотрелась в его темные распахнутые глаза… Утонула в них и тут же воскресла… Любовалась густыми идеальными бровями… Густой шевелюрой… Милыми, едва заметными морщинами на щеках от улыбки… Влюбилась, как идиотка!

— Да-да, конечно… — выпалила я на автомате.

Не сразу промотав вопрос Стаса в голове и мой ответ, я поняла, что натворила. Телефона мужчины у меня не было, отменять встречу и игнорировать его я больше не хотела. Так что… Пришлось в срочном порядке ехать к подруге Лизе загород.

*** Дорогие читатели! Кажется, я еще ни разу в этой книге вас об этом не просила. Если вам нравится книга и вы ждете новых глав, то буду очень рада узнать об этом посредством вашего лайка! Спасибо заранее))

*** — Ева… Это, конечно, не мое дело, но… — подруга скептически выгнула бровь. — Тебе не кажется все это неправильным?

Я не успела бы заскочить домой и прихватить с собой платье, подходящее для ресторана. Пришлось одалживать у Лизы. Гардероб девушки напоминал дорогой, забитый доверху элитный бутик. Мы вместе подобрали нежно-мятный наряд. Скромный, но в тоже самое время праздничный. Я была уверенна, что Стас не останется равнодушным, но странный взгляд девушки заставил занервничать: — Ты о чем? Криво сидит, да? Слишком короткое? О, или нет… Слишком длинное!

— Дело не в платье, пойми… — тяжело вздохнув, девушка поставила чашку с чаем обратно на журнальный столик. Встав с дивана, она подошла ко мне вплотную и повернула обратно к зеркалу. — Что ты там видишь, дорогая?

— Платье. — пожав плечами, я тяжело вздохнула. — Чертовски дорогое платье. Обещаю, оно останется в идеальном состоянии! Иначе мне не расплатиться…

— Вот именно, подруга. Ты не туда смотришь! И если этот мутный тип Стас будет смотреть туда же, у вас с ним нет будущего. — вспыхнула она. Вдруг ее мягкие ладони сжали и пощипали щеки, придавая лицу естественный румянец. — Ты должна нравится ему. Ты, Ева. Без платья, понимаешь? — я резко покраснела, как помидор и опустила взгляд. Подруга прыснула со смеху. — Ой! Ну, ты поняла о чем я, да? Будь собой, милая.

— Легко так говорить, когда у тебя целая комната шмоток, — решив сгладить ситуацию, я пошутила. По-видимому, не удачно. Потому что бросив усталый взгляд на гардероб, девушка надрывно прошептала:

— Как-то слишком тяжело он мне достается…

По спине прошел холодный пот, стало не по себе. Забыв о свиданиях, испугалась до колик в желудке: — Только не говори, что отец в очередной раз пытался подсунуть тебя под старого деда!

— Хуже… — Лиза пыталась выглядеть сильной у уверенной, но нахлынувшие слезы выдавали ее истинные чувства с потрохами. — Просыпаюсь сегодня ночью, а надо мной стоит какой-то мужик. Незнакомый, прикинь. Говорит: «Не переживай, твой папочка не против».

— Какой ужас! — стоило только представить эту картину, как мое сердце больно закололо. — И что ты сделала?

— Ничего особенного. — тяжело вздохнув, девушка пожала плечами. — Поборола панику, а потом огрела его утюжком для волос. Выгнала, подперла дверь стулом и легла дальше спать. А утром выслушивала часовую лекцию от родителей, какая я неблагодарная овца. Мол, они мне такого жениха нашли, а я строю из себя недотрогу. — Лиза указала мне пальцем на маленький черный чемоданчик. В масштабах огромной спальни он умело затерялся. Одинокий и невзрачный. В него явно не могли поместиться все богатства этой семьи. Только самое необходимое. — Думаю, сегодня я последний раз остаюсь в этом доме. Ты вот сейчас на свидание поедешь, а я - в общагу. Мне, если честно, там гораздо больше нравится.

Лиза получила комнату в общежитии еще с первого дня учебы, но все равно половину недели проводила загородом. Я уже распахнула рот чтобы задать логичный вопрос: «Почему тогда не съехала туда полностью сразу?» И тут же сама ответила на свой вопрос… Какими бы ублюдками не были родители Лизы, она до последнего надеялась стать для них любимой дочерью. До последнего пыталась заслужить их признание и уважение.

— Ты можешь жить с нами! — не сдержавшись, я бросилась к подруге с объятиями. — Мама с папой очень обрадуются гостям. Ты им нравится! А у меня в комнате диван раскладывается в кровать. Конечно, матрац не ортопедический, но вполне себе…

— Ева, — тактично перебила меня та, — не стоит. Хочу побыть одной в кое-то веке. Найду себе. Если повезет, на работу устроюсь.

— А как же парни? — недоверчиво оценила я девушку с нескрываемым скептицизмом. Лиза была безумно красивой рыжулей с пронзительными умными глазами и магической, очаровательной улыбкой. Все девушки нашего курса завидовали ее грации, а парни влюблялись без оглядки. Но она всегда оставалась в стороне. Деспотичный отец напрочь отбил желание искать спутника жизни!

Изобразив рвотный позыв, Лиза сжала горло: — У меня на них аллергия! — и пока я смеялась, она вдруг серьезно заявила. — Если ты нашла того, кто симпатичен тебе, то убедись в том, что он тоже к тебе неравнодушен.

— Обещаю. — искренне заверила я ее.

— И, детка. — убедившись, что я окончательно собралась, девушка принялась застегивать чемодан, положив туда оставшиеся учебники. — Не стоит начинать отношения с вранья. Они сразу обречены на провал. Если этот Стас действительно хороший, признайся ему во всем. Нет смысла изображать.

Лиза настояла на том, что хочет добраться до общежития самостоятельно, хотя я была уверенна, что Стас не откажется подвезти подругу. Стоя у ворот дома, я куталась в пуховик и размышляла над тем, как правильнее поступить, как вдруг тихо и бесшумно «подкралась» черная иномарка. Я вздрогнула, когда водительское стекло опустилось и раздался громкий клаксон.

— Я ведь просил, — грозно прохрипел Стас, покачав головой, — надевать колготы потеплее в мороз?

*** — Стас Константинович, — мужчина на входе в кафе приветливо улыбнулся и открыл нам двери, — добро пожаловать!

— Спасибо, Сема. — усмехнулся мой кавалер, теснее прижимая меня к себе. — Познакомься с моей девушкой. Часто теперь видится будете.

Щеки тут же залились густым румянцем, а голос задрожал: — Ева!

Обменявшись дежурными приветствиями, мы вошли внутрь. Я сразу поняла по убранству помещения, что мужчина привел меня в какой-то безумно дорогой элитный ресторан. Когда гардеробщица развешивала нашу верхнюю одежду, я не сдержалась и спросила у Стаса: — Почему тебя тут все знают?

— Часто бываю. — пожал плечами тот, словно не было в этом ничего странного. Немного подумал, он вполне искреннее добавил: — По работе. А что такое?

— Ничего, просто странно… — я задумалась, насколько прилично задавать подобные вопросы. Но все же решила, что ничего обидного в этом нет и прошептала: — Но почему ты обращаешься ко всем просто по имени, а они к тебе – по имени отчеству?

В тот момент, в глазах мужчины я увидела нечто странное. Какое-то непонятное мне озорство, лукавство. Он повел бровью и хитро прорычал на ухо: — Не знаю… Может, я просто старый?

Его горячая массивная рука медленно, но уверенно поползла по моей спине в низ, пока не остановилась на верхней части ягодицы. Дышать стало тяжело, мысли отступили на задний план. В особенности, когда губы мужчины уперлись в ухо, опаляя горячим дыханием:

— Где хочешь сидеть: в приватной комнате или в зале?

Я прекрасно знала, чем закончится еще одно уединение в приватной комнате… В последний раз, когда мы оставались со Стасом наедине, я лишилась девственности. Потому поспешно выдохнула: — В зале. — но тут же растерялась. — Стой. Ты ведь столик бронировал? Они вряд ли смогут поменять бронь. Тут полная посадка!

Стас самодовольно хмыкнул: — Разберусь.

Он не на долго подошел к официантке, почему-то оставив меня в стороне. Я могла лишь наблюдать за тем, как глаза девушки расширяются при виде Стаса, лицо медленно белеет, а спина выравнивается по струнке. Складывалось полное ощущение, словно Стас тут всех строил.

— Да-да, Стас Константинович… — тихо уловила я обрывок фразы. — Конечно, без проблем!

Когда мужчина повернулся ко мне, на его лице не было облегчения. Он и так знал, что все сделают по его. Это наводило на странные догадки…

— Идем? — подставив мне локоть, мужчина галантно предложил мне зацепится и сопроводил в зал. Он представлял собой огромное круглое помещение, со множеством столиков. По краям – квадратные, в центре – круглый. С краю сцены, у барной стойки, расположилась небольшая сцена. Три музыканта – клавишник, гитарист и саксофонист – как раз раскладывали инструменты. Мы лавировали по залу, ловя на себе внимательные заинтересованные взгляды. Мужчина же вел себя так, словно ничего этого не замечает. И даже уточнил: — Как тебе?

— Очень… — я пробежалась взглядом по дорогому дизайнерскому интерьеру и кивнула. — Очень красиво и уютно!

Стас заулыбался. Судя по всему, это место он очень любил. Наш столик был круглым, небольшим. Стас по-джентельменски отодвинул мягкое кресло, помогая мне присесть и только потом примостился сам.

Не отводя от меня пронзительного взгляда, он щелкнул пальцами в воздухе и тут же подбежала официантка:

— Бокал просекко, виски и сырную тарелку. Остальное сейчас выберем.

Меню представляло из себя огромный заламинированный лист, включающий в себя обилие итальянских пицц, паст, сырных салатов, запеканок и прочих аппетитных деликатесов. Мой «бедный» взгляд тут же упал на цены, и я обомлела. В голове студента просто не сходилось, как «Карбонара» может стоить полторы тысячи рублей.

Захотелось уточнить у Стаса, действительно ли он готов тратить деньги в таком месте? Но зарубила идею на корню. Судя по первому разу, финансовый вопрос его бесил. Так что натянуто улыбнувшись, я почти честно выдохнула: — Знаешь, что-то аппетита нет. Давай ограничимся сырной тарелкой?

Лицо мужчины вытянулось. Радости, как не бывало. Напряженно сведя брови на переносице, он хмуро вздохнул:

— Настолько все плохо?

Я растерялась, совершенно не понимая, о чем он говорит: — Меню прекрасное, правда, но…

— Что, «но»? — перебил меня мужчина, с прищуром вглядываясь в лицо. Пытаясь прочитать, просканировать. — Ты очень тактичная, но не жалей меня. Можешь говорить прямо. Думаешь, этот ресторан – слишком просто для нашего первого свидания? Слишком буднично?

Я опешила, рот распахнулся от удивления. Не сразу взяв себя в руки, я прошептала: — Эмм… Что?

— Брось, — Стас закатил глаза, пока его пальцы нервно теребили зубочистки на столе, — Думаешь я не знаю, кто твой отец. Прекрасно понимаю, в какие места вы ходите. Просто, знаешь… Я не хотел напирать на тебя. Боялся спугнуть, приведя в помпезное место.

«Что за черт?!» - взрывалась я изнутри от недопонимания. И тут меня озарило ужасной догадкой. Она шандарахнула по голове, как бита. Заставила слезы пеленой встать перед глазами: «Он перепутал тебя с Лизой. Думает, что ты дочка миллионера!»

Мне стоило признаться прямо сейчас, потому что ложь зашла слишком далеко. Но я боялась испортить ужин. Испортить и без того испорченное настроение Стаса… И вообще, казалось, словно это сейчас не столь важно. Потому вместо объяснений и правды, мужчина услышал от меня нечто совсем иное: — Стас, боже! Я не об этом. Тут все шикарное, клянусь. От меню слюнки бегут! Но, черт его дери, слишком дорого. Не хочу пировать за чужой счет.

Он ошарашенно замер. Казалось, будто мои слова выбили почву из-под его ног. Он нервно моргнул, а потом сглотнул ком в горле. Задумчиво опустил взгляд на меню и снова позвал официантку. Ничего у меня не спрашивая, Стас заказал половину меню.

— Ничего и слышать не хочу. — кратко заткнул он меня, когда я предприняла новую попытку возмутиться ценам.

После первого глотка шампанского, мне стало легче дышать. Перестала ощущать на себе странные взгляды любопытных посетителей ресторана... Ощущать себя белой вороной в месте для обеспеченных людей… Мы просто говорили со Стасом… Говорили обо всем и одновременно не о чем. О любимых фильмах, сериалах, книгах. Обсуждали новости и даже геометрию. Я жаловалась ему на преподавателей и старосту, а он мне – на кривые дорогие и курс фондовой биржи.

— Ваши блюда готовы. Поможете мне разобраться, кому какую тарелку ставить? — голос официантки резко вывел меня из состояния полной нирваны.

Пока Стас давал распоряжения, я пыталась восстановить дыхание. Адреналин в крови зашкалил от мысли, что ни с кем и никогда я не была так откровенна, как со Стасом. Ни с кем и никогда не ощущала себя настолько на одной волне.

Между нами была связь. Невидимая, но плотная. Меня тянуло к мужчине безумно, до ужаса сильно.

— Тебе стоит начать пробовать с этого, —он подцепил вилкой равиоли в шпинатно-сливочном соусе и поднес к моим губам. — Думаю, тебе понравится.

Я ошарашенно таращилась в глаза Стаса, как умалишённая. Мое сердце бешено вырывалось из груди, а конечности покалывали от восторга. Когда бабочки заплясали в животе, я была вынуждена, наконец, признать: «Ты влюбилась в него, Ева! Влюбилась, как полная идитка!» Шпинат был последней каплей. Только Стас мог догадаться, как сильно я его обожаю…

— Что? — мужчина с интересом вздернул бровь.

— Ничего, — солгала я. — Очень вкусно.

— Но, — мужчина тактично указал подбородком на вилку, которую продолжал держать на вытянутой руке, — ты еще даже не попробовала.

И я попробовала, едва не умерев от обилия моих любимых вкусов. С губ сорвался несдержанный стон. С закрытыми глазами я долго и дотошно терзала на языке новое блюдо, пытаясь оставить его на всего в своем сердце и памяти.

Когда я вернулась мыслями в бренный мир, Стас уже выглядел странно. Его глаза потемнели, в них появилось нечто порочное.

— Ты так аппетитно ешь, — он судорожно оттянул в сторону галстук, расставив под столом по шире ноги, — что мне самому захотелось попробовать.

Это казалось странным, потому как тарелка стояла ближе к Стасу, чем ко мне:

— Так съешь же.

— Нет… — его голос хрипел, словно во рту полностью пересохло. Отхлебнув алкоголя, он сжал зубы: — Хочу попробовать совсем другое.

Его взгляд был направлен на мои губы… Дикий, голодный, безумный взгляд… И я не знала, готова ли спросить: «А чего именно ты хочешь?»

Как вдруг мимо проходящий мужчина замер у нашего столика, вклиниваясь в разговор: — Стас?! Вот это встреча! Рад, очень рад. Редко встретишь тебя тут. Все в делах и заботах.

Проморгавшись, я с приветливой улыбкой оценила крепкого мужчину лет пятидесяти. Он выглядел доброжелательно, только слишком уж тщательно осматривал меня. Как будто я какой-то товар на прилавке.

— Добрый вечер, Станислав. — Стас же сильно довольным встрече не оказался. Бросив на меня тревожный взгляд, он встал на ноги и пожал руку знакомому. — Как ужин? Все устраивает?

— Более чем. Все, как всегда, великолепно. Девочки тут – волшебницы. — Станислав метался взглядом между мной, нашем набитым столом и Стасом. — Но я бы хотел обсудить наш договор, раз случайно свиделись… Кое-что не терпит времени… Если позволите, пять минут займу. Не больше. Дама заскучать не успеет.

Станислав уже принялся садится за столик, когда Стас вдруг выдал: — Давай отойдем в сторону. Не будем докучать Еве.

Немного озадаченный Станислав пожал плечами и пошел вслед за Стасом в другой конец зала. Они замерли за барной стойкой и принялись что-то активно обговаривать. Это казалось странным. Потому что говорить там о чем бы то ни было казалось дико неудобно. С одной стороны выступали музыканты, с другой – шумели бармены взбивая лед.

«Он что-то от тебя скрывает? — задумалась я, неуютно поежившись на стуле. Стол казался слишком большим в одиночестве. — Или считает идиоткой, которая выставит его в плохом свете перед важным знакомым?»

— Простите, — мягко одернула я официантку, — где тут уборная?

Девушка мило указала мне на другой конец зала. Противоположный тому, где Стас общался со Станиславом. И я правду хотела припудрить носик, пока появилась возможность… Но любопытство взяло вверх. Медленной походкой я отправилась в сторону барной стойки, зачем-то пытаясь подслушать разговор мужчин.

И кое-что до моих ушей таки долетело...

— Девочка нафаршированная. Лицо только какое-то слишком идеальное. Боюсь представить, сколько ее хирург стоит. — произнес этот Станислав с явной завистью. — Ой, Стасик… Ты бы кошелек свой поберег. Молодой еще, дурной… Она ведь явно охотница за деньгами. Я таких нюхом чую!

— Оно-то и заметно. Пятый развод отгремел за три года. — хмыкнул Стас, — Все, тему личного закрыли. Я не спрашивал. Вернемся к делу…

— Девушка, — ладонь официантки упала на мне спину, я вздрогнула и обернулась, — вы не в ту сторону пошли. Дамская комната слева, а не справа.

— Спасибо большое. — засмущавшись, я больше не стала испытывать судьбу и действительно сходила по нужде. А когда вышла, Стас уже сидел за нашим столиком и спокойно кушал.

Не став ходить до около, я прямо констатировала Стасу: — У вас с ним общие дела. Что-то важное?

— Ага. — Стас недовольно поджал губы и разозлился. Этот Станислав ему явно не нравился, но приходилось терпеть. — Мужик он дико неприятный. Прямо выносит мозг за десять минут в хлам. Стараюсь обращаться с ним только через помощ… То есть, через знакомых, чтобы реже видится. А общаться приходится. Есть у меня одна бизнес идейка и для ее реализации нужен Станислав.

— Что за идея? — прямо спросила я, приступая к еде, запивая все это вкусным шампанским.

— Пока секрет. Как получится, тебе первой покажу. — игриво подмигнул мне мужчина.

На какое-то время за столиком была тишина, но не тяжелая. Мы просто наслаждались вкусной едой и красивой медленной музыкой. Наевшись досыта, я развалилась на кресле, тяжело дыша. Тогда мужчина встал и протянул меня ладонь: — Потанцуем, милая леди?

Я непроизвольно расплылась в улыбке. Последний раз меня приглашали на танец на выпускном. И то, это был школьный вальс, где участие было определенно заранее. И парень тот мне был противен. Прикосновения к нему приносили лютый дискомфорт.

К Стасу же я хотела прижаться целый вечер. Сдерживало лишь расстояние, правила приличия, и наличие толпы людей вокруг.

Я только распахнула губы, чтобы ответить несомненное «Да!», как позади Стаса послышался женский голос:

— А я думала, ты не танцуешь.

Стаса скривило, повело. Счастливым он быть перестал по мановению ока.

За свою жизнь я видела не мало красивых девушек… Подруга Лиза, к примеру. От нее глаз сложно отвести! Моя мама была покорительницей мужских сердец в молодости, папа ей под стать. Большинство девочек с курса имели свои неповторимые очаровательные изюминки… Но незнакомка была другая.

Я смотрела на нее распахнув рот. Находилась в полном изумлении! Потому что девушка была идеальной. Невозможной. Как будто нарисованная. Мягкий сладкий голосок, грация… Тонкая талия, в меру широкие бедра, упругая грудь… Лицо по всем канонам. Ни единой морщины. Длинные белые волосы лежали идеальным прядями на плечах. Легкий макияж подчеркивал естественную красоту. И, главное, никаких изъянов кожи.

— Даша? — мужчина медленно повернулся, внимательно оценив блондинку. — Неожиданно.

— Почему же неожиданно, Стасик? — та расплылась в широкой улыбке, обнажая идеально ровные белые зубы. — Я что, пиццы не могу поесть?

«С такой-то талией? — хмыкнула я с удивлением. — Вряд ли она даже рядом с ней когда-то стояла…»

— Раньше ты только сыроедением занималась. Что-то изменилось? — Стас усмехнулся, разворачиваясь ко мне спиной, а к Даше лицом.

Я и так уже ощущала себя не в своей тарелке. Будто лишняя.

Голубые глаза Даши посмотрели на Стаса так пронзительно и чувственно, что все стало очевидно тут же – они были любовниками.

— Многое изменилось, дорогой. — девушка сексуально повела бровью, якобы случайно подперев талию ладонью, от чего ее грудь едва не выпала из узкого черного платья. — Включая меня.

«Что я здесь вообще делаю? — в панике подумала я, начиная задыхаться от волнения. — Эта Даша – сексуальная фантазия любого мужчины. Кто в здравом уме скажет ей «нет»?»

— Раз встретились, — ожил Стас, делая шаг назад и внезапно сравнявшись со мной. Его ладонь упала на талию, крепко прижимая к себе, — Позволь представить тебе мою девушку Еву.

Даша лишь слегка мазнула по мне взглядом. Всячески делая вид, что я недостойна ее внимания. Есть только она и Стас.

— Знаешь, а тут ведь в двух шагах отель «Семь алмазов». Ну, ты помнишь… Что, если я тебе скажу, что случайно сняла в нем тот самый "наш" номер? Ключи от него лежат в моей сумочке прямо сейчас... Я могу случайно ее уронить, а ты занесешь ее по знакомому адресу. Скажем, сегодня в одиннадцать я буду на месте. — выпалила Даша, давя смущенную улыбку. А после и вовсе покрутила в руках черный клатч.

Я от шока потеряла дар речи. Большей бестактности было встретить сложно.

— Кхем… Что? — Стас вдруг закашлялся, прикрыв сдавленный смех кулаком. — Ты предлагаешь мне секс в каком-то отеле? Серьезно? Настолько все плохо?

— Я просто хотела напомнить… — вдруг растерялась она такому наплыву, ее глаза нервно забегали. — То есть, если ты вдруг решишь…

— Ты вообще думаешь головой, когда такое говоришь? Что Ева может обо мне подумать?! — вспылил он. Повернувшись лицом, Стас сжал мои щеки и нежно заглянул в лицо. — Мне очень стыдно, зайка. Поверь, я никогда не пользовался услугами эскортниц.

Стас говорил искренне, заставляя мое сердце нервно застучать. И все же в глубинах его глаз я увидела искорку веселья. Мужчина явно хотел проучить Дашу, подпортить ее завышенную самооценку, научив такту в общении. Учитывая то, что она буквально предложила себя моему мужчине, я эту идею негласно поддержала.

— Что ты обо мне сказал?! — воскликнула та оскорбленно. — Тебе прекрасно известно, что я не имею никакого отношения к этой гадкой профессии!

— Но, — скривившись, ужаснулась я, — тогда получается еще хуже. Мой любимый встречался с абсолютно безотказной девушкой. Которая бегает за ним и вешается на шею, предлагая себя. О, ужас! Как не стыдно, дорогой?

— Мне очень жаль, — поддержал мой блеф мужчина. — Сейчас же попрошу охрану заведения обезопасить нас от сексуальных домогательств. Неизвестно, на кого еще она накинется в этом зале.

— Кто знает, с кем еще она здесь когда-то встречалась… — пожала плечами я, оглядывая помещение. — А ведь тут дети ужинают!

Стас поднял руку, подзывая к себе официантку. Но та не успела даже двинутся с места, как перекошенная от злости Даша сжав зубы, выплюнула: — Ну ты и придурок, Стасик. Потом не звони мне и не предлагай потрахаться, когда эта малолетка в стременном платье Гуччи из прошлогодней коллекции разочарует тебя в постели.

Развернувшись, девушка быстро ретировалась в сторону дамской комнаты, а мужчина повернулся ко мне с широкой улыбкой. Нежно поцеловав руку, он отвесит мне реверанс: — Дама, да вы были просто великолепны!

Я промолчала, лишь пожав плечами. Встреча с бывшей Стаса оставила на душе гадкий отпечаток. Вся такая идеальная и неподражаемая, она запала мне в душу и заставляя чувствовать себя неуверенно. Пока самый великолепный на свете мужчина кружил меня в танце, я думала о том, достаточно ли хороша для Стаса. Смогу ли полностью удовлетворить его потребности? И дело далеко не в сексе.

Пребывая в расстроенных чувствах, я плелась с мужчиной до столика. Совершенно не смотрела по сторонам. Как вдруг на меня налетела официантка с бокалом белого вина.

— О, черт! Простите! — в дикой панике, с глазами на выкат, залепетала она. Из глаз девушки буквально лились слезы, а руки дрожали. — Мне очень-очень жаль…

Я посмотрела на Стаса. От его злобных глаз мне стало не по себе. Они могли довести до ужаса кого угодно! Решив не раздувать конфликт, я поспешно заверила: — Все нормально. Сейчас я быстро замою его и все будет отлично.

— Она сама это сделает. — приказным тоном отчеканил Стас, не двойственно уставившись на бедную запуганную официантку.

— Конечно-конечно! Без проблем! — затараторила она.

— Справлюсь уж… — махнув рукой, я улыбнулась, пытаясь сгладить обстановку. Но мужчина рядом все еще был напряжен. Руководствуясь инстинктами, я нагнулась в его щеке и оставила на ей след губной помады. Морщинка между бровей Стаса расправилась на глазах. — Оставь ее в покое. Никто не умер. Я сама разберусь с платьем. Вернись за стол и подожди меня, ладно?

— Уверенна? — он лукаво улыбнулся. — Давай хотя бы я тебе помогу.

— Ну, уж нет… — выставив руки между нашими телами, я отпрыгнула в сторону от горячего многозначительного взгляда. — Мы оба прекрасно знаем, чем все это кончится.

Буквально сбежав в уборную, я оставила Стаса одного по среди зала. Я уже прекрасно знала, где находится дамская комната и нашла ее без проблем. При входе располагался общий предбанник с рукомойниками и зеркалами, за ними шли бесчисленные дамские кабинки.

Остановившись у первой раковины, я нагнулась пониже, чтобы промыть платье под водой. Все шло хорошо, я почти закончила, когда одна из кабинок сзади распахнулась. Я не предала этому особого значения. Каблуки, судя по звукам, застучали в сторону выхода.

И тут произошло это. Рука вцепилась мне в волосы и сильным давлением окунула под кран. Вода из него хлестала на полную. Намокло все: волосы, лицо, платье. С меня буквально стекала вода, как будто я провалилась в сугроб. Но самое ужасное, от неожиданности я начала задыхаться.

Резко хватка ослабла, вода затихла. Пока я откашливалась водой, позади послышался женский голос:

— Это тебе за «эскортницу», ясно?

Больше Даша не казалась мне томной и елейной. Это была злобная сучка, готовая вгрызться в горло при надобности.

— Хочешь себе сладкую жизнь? Так выбери кого-то попроще. Это – не твой уровень, малолетка. Уяснила? — мне все еще было тяжело дышать. Едкий брасматик пропал в глаза, ресницы слиплись. Обхватив руками раковину, я пыталась привести себя в норму. Даша же зарылась в клатче, после чего насмешливо хмыкнула. — Это только аванс, девочка. Будешь рыпаться – попрошу своих друзей объяснить понятнее.

— Мне лучше позвать Стаса. — с трудом выдавила из себя. Выровнявшись по струнке, я сделала шаг в сторону выхода.

С помощью зеркала мне предстала удивительная картина. Хрупкая на вид девушка сжала края моего платья и разорвала по шву. Затем дернула ногой, выбивая мой каблук. Я удержалась на своих двоих, но платье с обувью были полностью испорчены.

— Прощай, Ева. — довольная собой блондинка торопливо направилась к выходу. — Надеюсь, последний раз увиделись.

Это был страшный сон. Из разряда жутких кошмаров. Тех, после которых ты вскакиваешь с постели в поту и боишься закрыть глаза, чтобы ненароком не вернуться обратно…

Мокрая. В порванном платье. С потекшим макияжем. Спутанные волосы. Поломанный каблук. В общественном туалете. Это было полное фиаско! Растерянная, нервная, я бегала взглядом из стороны в сторону, пытаясь придумать простой план спасения. Но его не было… Сумочка осталась за столом, где сейчас спокойно ужинал Стас. Платье не сходилось, делая меня практически голой. До ближайшей стойки с официантами мне нужно было идти через стеклянный проход, открывающий вид на оживленную улицу.

Тяжело дыша, прижавшись спиной к стене, я пыталась успокоиться. И это практически вышло. Как в друг в коридоре, ведущей к дамской комнате, послышались быстрые шаги.

Мое тело свело судорогой в предвкушении. Стало страшно, стыдно, неловко. Словно маленький ребенок, я прикрыла лицо ладонями и прикусила губу до крови, чтобы не расплакаться.

— Ева?!.. — мягкий голос Стаса вывел меня из оцепенения. Не веря собственным ушам, я убрала ладони и увидела обеспокоенного мужчину прямо перед глазами. Осмотрев меня с ног до головы, он вздохнул: — Че-е-ерт!.. Ты в порядке?

Я не сдержалась и разрыдалась, бросившись ему в объятия, словно это мой спасительный круг в море дерьма.

— Я нихрена не в порядке… — тихо призналась я, заливая слезами его идеально чистую рубашку. — Все просто отвратительно!

Мне стало жарко от ладоней, нежно монотонно скользящих по спине. От губ, нашептывающих на ухо нечто без смыленное, но нежное. Тело Стаса грело меня, словно печка. Протапливало до костей. На считанные секунды я даже забыла, в какую ужасную ситуацию попала.

Но Стас мне напомнил:

— Как хорошо, что Даша оказалась рядом.

Я замерла, ощетинилась. Разорвала объятия, которые еще секунду назад казались мне родными. И взглянула ему прямо в душу: — Что ты только что сказал?

— Ну, — мужчина неопределенно пожал плечами, — она ведь видела, как ты упала. Прибежала ко мне в слезах. Сказала, что ты ее помощь не принимаешь. Просила меня к тебе…

— СТОП! — воскликнула я раздраженно, вставив перед собой ладони. — Стас, все не так. Я замывала чертово вино, а Даша просто напала на меня. Никакого случайного падения не было.

В тот момент Стас посмотрел на меня как-то странно. Придирчиво. Словно мои слова не прозвучали убедительно.

— Ты хочешь сказать, — он подпер подбородок кулаком, тяжело вздыхая, — что хрупкая Даша все это сделала?

— Она разорвала мне платье. Руками, Стас. Голыми. Мать твою. Руками! — от отчаянья голос задрожал, перешел на нервный крик.

— Голыми руками? Серьезно? Девочка, которая весит сорок килограмм? — бровь вздернулась ко лбу, на губах промелькнула едва заметная улыбка.

— Я не хочу знать, откуда ты знаешь ее вес. — я поморщилась и отряхнулась. На какой-то момент мозг решил сыграть со мной злую шутку показал воображаемый образ горе любовников в постели. От такого видения сложно было избавиться. — Но я хочу знать, чем заслужила твое недоверие!

Прикрыв лицо рукой, Стас пытался подобрать правильные слова. А затем заговорил странные вещи, путанно и растеряно: — Ты должна понимать, что мои отношения с Дашей давным-давно закончились. Назад пути нет. Все мосты сожжены. Тебе не о чем переживать. — он посмотрел на в упор, чего-то ожидая. Но я промолчала, все еще прибывая в неведении. Тогда он взял меня за руку и нежно поцеловал ладонь. — Когда Даша побежала ко мне в слезах, я увидел свежую гематому у нее на щеке. Ссадину на руке, колене… Я пытался узнать, что произошло, но Даша просто разрыдалась и убежала. Не знаю, что у вас тут произошло, но мне это катастрофически не нравится!

От шока услышанного мой подбородок едва об пол не ударился. Подобные козни, ухищрения, наглые обманы впервые встретились на моем жизненном пути. Таких, как Даша, я читала на страницах книг, но уж точно в живую не встречала.

— Ты хочешь сказать, — недоверчиво прошептала я, — что мы подрались за тебя, Стас?

Он молчал и смотрел на меня. Я поняла сразу – ответ положительный. Это ранило в самое сердце. Захлебнувшись горечью, я не ушла. Хотела разузнать все до конца, прежде чем делать выводы.

— Думаешь, я инициатор? — он снова промолчал, отвел взгляд. Сердце больно сжалось. — По-твоему, я способна на что-то подобное?

— Все мы способны на что-то подобное, когда ревность заглушает здравый смысл. — мягко шепнул Стас. Сделав шаг вперед, он предпринял попытку притянуть меня в свои объятия и поцеловать. Я отмахнулась.

— Не я! — зарычала раздраженно. — Не я, Стас! Я на такое не способна. А если ты видишь меня такой… Очень жаль. Не думаю, что мы тогда можем продолжать…

Слова оборвались. Разлетелись эхом по комнате недосказанной фразой. Он впечатал меня в стену поцелуем. Голодным и жадным. Сводящим с ума. Лишающим воли и здравого рассудка! И я растаяла… Магически забывая, почему вовсе злилась. Стас казался таким родным и знакомым. Правильным. Моим.

Я позволяла ему гладить себя, целовать, вжимать в свое тело…

— Прости. Я встречусь с ней и еще раз обсужу ситуацию. — тихо шепнул он мне. — Если все так, как ты говоришь, это нельзя бросать на произвол судьбы.

— Нет. Не надо с ней видится. Она только этого и добивалась! — импульсивно воскликнула я.

Стас снова посмотрел на меня как-то странно. Будто мое поведение только подтверждает его дурную теорию про женскую драку. Махнув рукой, я обошла мужчину и направилась к выходу. В голове я пыталась составить план, как доберусь до гардероба полуголой и как стану вызывать такси до дома.

— Вот, — мужчина резко накинул мне на плечи плащ, который сравнялся с длинной моего платья. Застегнув тот на пуговицу, он потянул меня к двери самостоятельно. — Пойдем отсюда. Свидание окончательно провалилось. Отвезу тебя в другое место. Туда, куда изначально стоило бы.

В авто стояла тишина, каждый из нас думал о своем. Я первой решила нарушить молчание, тихо шепнув:

— Как долго вы были вместе?

— Пять лет. — после недолгой колебании таки ответил Стас.

— Как давно расстались? — не в силах остановится, я продолжила расспрос.

— Два года назад. — без всякого энтузиазма, обреченно выдохнул мужчина.

— И, — замерев на мгновение, я дала себе время одуматься. Понять, готова ли знать ответ? Но потом решила, что без этого предложить общение в привычном ключе уже не выйдет. — Кто стал инициатором разрыва?

— Я… — сказал мужчина, но тут же поправил: — Ну, или она. Тут сложно понять

Сведя брови на переносице, я посмотрела на мужчину с недоумение: — Расскажи.

Я не собиралась обсуждать тему бывших постоянно. Более того, планировала обговорить все раз и забыть навсегда. Но пазл в моей голове просто обязан был сложится!

— Как ты поняла, встречались мы довольно долго. — смахнув пот со лба, Стас говорил нехотя, торопливо, словно пытался скорее закрыть неприятную ему тему. — Она жила у меня на полном обеспечении, не работала. Вся ее жизнь – это уход за собой. Косметологи, хирурги, фитнес, всякие новомодные аппараты… В общем, я все чаще замечал, что внешний вид для нее важнее всего на свете. Меня в том числе. И в один прекрасный день сделал ей приложение руки и сердца.

Удивительно… Замуж он звал другу, а сердце замерло именно у меня. Казалось, легкие забыли, как дышать. В желудке свернулся самый вкусный на свете ужин. Запнувшись воздухом, несдержанно шепнула:

— Оу…

— Ты не так поняла. — поспешно оправдался он. — Предложение было сделано от отчаянья. Мне требовался новый этап. Я хотел ее внимания. И детей. И в брачном контракте вписал кучу подобных эгоистичных штук. Например, что она родит мне ребенка. И будет уделять меньше времени уходу за собой, потому что это в какую-то болезнь все превратилось… И, конечно, начнет есть что-то помимо сырых овощей.

— Она сказала «нет». — тут же догадалась я.

— Умница! Она сказала «нет», собрала вещи и ушла. — Стас хмыкнул, — Но сделала все так, чтобы найти ее труда не составила. Думала, что я стану за ней бегать и уговаривать вернуться. Я тоже так думал. Но когда она ушла, моя жизнь стала ярче, веселее и радостнее. Я понял, что никогда ее не любил и вообще, видеть ее больше не хочу.

Авто было припарковано на стоянке неизвестного мне парка. Стас, даже не удостоверяясь в правильности дороге, уверенно вел меня через темную тропу к отдаленному зданию. Оно напоминало мне купол планетария.

— Жёстко ты как-то говоришь. — свои чувства по отношению к услышанному я обдумывала долго, но потом все же призналась. — Как будто, ты не надёжный и в любой момент можешь заявить своей девушке, что она тебе не нужна.

Стас хмыкнул и переплел наши пальцы. Прижав мою руку к свои губам, он после погладил обратной стороной ладони щеку: — Все не так. Был молодой и глупый. Увидел красивую картинку. Перепутал возбуждение с любовью. Сейчас я знаю, чего хочу от человека, которых будет рядом со мной.

Мы замерли у двери, на которой черным по белому красовалась табличка «ЗАКРЫТО!» Я уже было сделала шаг назад, готовая просто погулять по парку вернуться домой. Но Стас полез в карман, покопался и достал ключ. Весело подмигнув, он открыл замок и, не глядя, нащупал включатель света: — Приглашаю в мое пристанище, Ева. Признаться, я никого и никогда сюда не приводил. Такой бред, но… Знаешь, это будто что-то мое личное. Интимное. Хочу быть тут один.

На языке крутился логичный вопрос: «Откуда ключи?», но мысли сбились от слов Стаса. Я вдруг ощутила, как на губах расплылась счастливая улыбка. Отряхнувшись от наваждения, я притворно равнодушно спросила:

— Почему тогда я здесь?

Пройдя в конец коридора, Стас открыл еще одну дверь магнитным ключом. Мы зашли в крупногабаритную комнату, где во тьме и без единого окна была словно хоть что-то разглядеть. Поставив мне плечо, мужчина помог мне разместиться на одном из удобных кресел. Сам же присел рядом. Я толком не понимала, что вообще происходит, когда он вдруг нажал очередную кнопку на связке ключей и потолок начал разъезжаться. Пространство озарилось звездным небом. То, что я приняла за планетарий, оказалось обсерваторией.

— С первой встречи я ощущаю странное притяжение к тебе… Притяжение, с которым не могу и не хочу бороться. — с широко распахнутым от удивления ртом я таращилась на звезды. И вдруг поняла, что делаю это впервые. Странно жить в мире, где некогда поднять голову. Рука Стаса нашла мою и мягко переплела наши пальцы. Я ощутила его губы на своей щеке, мягко скользящие по коже, размазывающие слезы восхищения. — Я знаю Дашу много лет. У меня нет поводов не доверять ей. Тебя я знаю всего, грубо говоря, два дня. И, знаешь… Мое внутреннее чутье говорит, что тебе можно верить. И все же я хочу, чтобы ты понимала, почему я сомневаюсь. По этой причине позволь мне узнать тебя лучше. Потому что я безумно этого хочу.

— Стас, — я перевела удивленный взгляд на мужчину, — кажется, я тебя понимаю…

— И, — он вытянул палец вверх, давая мне понять, что не до конца высказался, — если кто-то когда-то тебя обидит, этому человеку не поздоровится. Плевать, будешь ты со мной или нет. Я помогут тебе в любом случае. Буду заботится, оберегать. Идет?

Я видела по строгому выражению лица, Стас ждет краткого и четкого ответа. Он был человек слова с глубоким чувством ответственности. Сглотнув ком, я уверенно закивала: — Спасибо. И я тоже хочу узнать тебя лучше. — во тьме мне казалось, что между нами нет секретом. Словно мы – единое целое. Так близки, как никогда ранее. Лишь луна освещала красивое лицо мужчины, когда я позволила себе нежно коснуться ладонью его щеки. — Ты первый мужчина, прикосновения которого мне не омерзительны.

Он хохотнул, пытаясь подавить улыбку:

— Вау! Спасибо, детка.

Чувствуя, как мои щеки горят адским пламенем, я решила идти до конца:

— Более того. Они чертовски приятны. Никогда не испытывала ничего подобного. Чертова магия!

Мои слова возможно стали спусковым крючком... Сжав зубы, он резко вдохнул побольше кислорода. Глаза заволокла беспроглядная темная дымка, через которую явно прослеживалось нечто пьяняще-порочное. Сжав зубы, мужчина прикрыл глаза и тяжело задышал. Между бровей залегла глубокая морщина, а на лбу выделились две пульсирующих венки.

— Что? — мягко спросила его я, очертив кончиком пальца вздувшуюся на шее жилку. — Ну же, говори.

Стас поймал мою руку, словно прикосновения были для него невыносимы. Резко распахнув глаза, он посмотрел на меня как-то странно. Мое тело пробрало до дрожи.

— Если скажу, то испорчу свидание окончательно. — вдруг произнес он сдавленно. Я расхохоталась, обведя рукой комнату. Как бы говоря: «Тут просто великолепно! Ничего испортить невозможно!» Вздернув бровь, уставилась на Стаса выжидающе. Он с минуту поиграл со мной в гляделки, а потом сдался. Напряженно скривился и осторожно шепнул: — Черт… Ты сильно расстроишься если узнаешь, что я чертовски сильно себя хочу?

— Стас… — я зарылась лицом в ладони.

— Знаю-знаю, — подняв руки над головой, он принялся стыдливо оправдываться. — Нам нельзя. Правило семи свиданий, как минимум. Но ты, черт побери, такая красивая, что я с ума схожу.

— Послушай… — попыталась вставить свои пять копеек я.

— Твой голос и так вводит меня в нирвану, а теперь ты еще говоришь, что я первый мужчина, с которым ты хотела переспать. И переспала! — он импульсивно перебил меня, нервно проведя ладонью по волосам. — Как после этого должно был отреагировать мое либидо?

— Ста-а-ас! — попыталась окликнуть его я, но мужчины был на своей волне.

— А еще я всю дорогу думаю о том, что твое платье разорванно в клочья. Знаешь, это чертовски сексуально? — вдруг он ударил себя же по щеке и, откинувшись на сидении, уставился на звезды. — Все, я пришел в себя. Как ты понимаешь, я не собираются на тебя давить или приставать. Сейчас мы посмотрим чертовы звезды, подискутируем, а потом я отвезу тебя домой чтобы… — он вдруг посмотрел на меня и тяжело вздохнул. — О, черт! Ты плачешь… Прости!

Повернув лицо к Стасу, я брала руки от лица:

— Я смеюсь. До слез? О, даа-а-а!

— И, — он комично подпер бровь пальцем. Совсем, как карикатурный преподаватель из юмористического ситкома, — чего это вдруг, детка?

— Потому что, — я сжала губы в трубочку, пытаясь сбавить истерику, — половозрелый мужчина, с которым у нас уже был секс и который, к слову, лишил меня невинности, вдруг решил оправдывать за желание секса? Милый, ты не опоздал с извинениями?

Подавив улыбку, он намеренно сделал серьезный вид, глубокомысленно выдохнув: — Лучше поздно, чем никогда.

И мы оба расхохотались. Все казалось таким странным и неправильным. Не как у всех. Первое свидание гораздо позже первого раза… Странная неловкость, которая должна была быть тогда, в клубе… Но никак не здесь! После, мать его, стриптиза!

— А что если, — мой тихий голос заставил Стаса замолчать, посерьезнеть, — я сама хочу?

По щелчку пальцем атмосфера вокруг накалилась. Все веселье пропало напрочь, испаряясь в горячем воздухе. Я вдруг поняла, глядя на мужчину, что как бы сильно он не хотел переспать со мной, после информации про девственность, он не станет таким же настойчивым. То ли корил себя за прошлое… То ли хотел произвести правильное впечатление… То ли внутренний джентльмен не позволял перейти грань на официальном свидании... Но в глазах Стаса я четко видела одно: терпения в нем хватит, чтобы сдержаться.

И это заводило не на шутку!

— Мы не должны чему-то соответствовать. И подходить под чьи-то рамки приличия. — встав в места, я скинула на пол верхнюю одежду. Перекинув ногу через Стаса, присела оседлала его сверху, упираясь руками в грудь. И пусть внутри я умирала от страха и волнения, но внешне выглядела на удивление уверенной. — Меня тянет к тебе. И, как ты уже сказал, хоть мы и знакомы всего «два» дня, зачем чего-то ждать? Жизнь слишком коротка. Кто знает, когда упадет кирпич на голову и все померкнет…

— А, знаешь, ты абсолютно права. — глаза его озарились догадкой, заметались из стороны в сторону. — Я больше не хочу ничего ждать. Все ведь и так ясно.

— Надеюсь, — я напряженно замерла, — мы об одном и том же?

Стас кивнул, хоть мне и показалось, что мысли его были где-то в другом месте. А потом он резко улыбнулся и жадно притянул меня к себе, впиваясь в губы горячим поцелуем.

Я бы никогда не поверила, что в трезвом уме и здравой памяти буду заниматься сексом с мужчиной почти что на открытой местности! Я, та что шарахалась парней. Сейчас же, оценивая ситуацию в целом, стало совершенно ясно: дело не в правилах и условностях, а лишь в человеке, которого ты выбрала.

Связь между нами казалась сильнее человеческого понимания. Что-то на уровне химии, не поддающейся контролю. Любое касание Стаса вводило меня в нирвану, заставляло откидывать прочь здравый смысл и стремится лишь к одному… Чтобы прикосновения никогда не заканчивались!

— Ева, — голос Стаса был наполнен пьянящим возбуждением, окутывающим меня трепетным волнением, — ты сводишь меня с ума…

Мои бедра медленно раскачивались на его мужском достоинстве. Так медленно, что это казалось невыносимым. Но позволяло прочувствовать каждый толчок, каждое скольжение, мимолетное прикосновение… Наслаждение, на грани безумия!

— А ты меня… — губы лениво шевелились, не желая размыкаться. Уткнувшись носом в щеку Стаса, я позволяла себе издавать тихие стоны, тонущие в масштабах большой комнаты. — Нас ведь никто не видит, правда?

— Думаешь, — хохотнул он, мягко проведя шершавыми ладонями по моим бедрам. То ли раскачивая, по ли поглаживая кожу. От этого простого движения член внутри меня дернулся, стал тяжелее и горячее, — я бы позволил этому случится? Ни за что. Никому не позволю увидеть тебя голым.

Не в силах даже рассмеяться, я ощутила, как вибрирует грудь. Кожа давно была покрыта мурашками возбуждения, низ живота изнывал от желания. Место, где наши с мужчиной тела соприкасались, являлось сосредоточением эрогенной зоны.

— Очень самоуверенно, Стас Константинович, — хмыкнула я. Не осознавая того, я впилась пальцами в предплечья мужчины, едва ли не протыкая ногтями рубашку. — Я вам ничего не обещала.

— Да, ничего. — немного отодвинувшись назад, он заставил нашим взглядам вновь встретиться. Его зрачки были расширены, а на губах сохранялась улыбка. Более крепко сжав мои бедра, он взял ритм в свои руки. Переводя его из мягкого и спокойного, в быстрый и дерзкий. — Пока ничего, Ева.

У меня не было ни сил, ни желания обдумывать его слова. Череда резких толчков напрочь лишила разума. Хлопки эхом разлетелись по комнате вместе с моими стонами и мужскими хрипами. Было плевать, услышит ли нас кто-то… Оргазм подкрадывался юркой змеей, ужалившая в самое уязвимое место.

Сотрясаясь от ударов, я согнулась по полам в судорогах. Не прошло и минуты, как Стас последовал за мной.

— Черт, — запыхавшись застонала я, ударив ладонь об лоб, — я ведь не планировала заводить детей вне брака.

Стас рассмеялся. Так нежно и трепетно, что мое сердце дрогнуло. Мокрые волосы прилипли к лицу, мужчина нежно заправил их за уши. После чего нежно чмокнул к лоб и пообещал: — Не будет.

Я успокоилась. Решив, что в ближайшие сутки он обеспечит меня необходимой таблеткой.

Мы сидели целую вечность обнявшись. Тесно, не желая разъединятся. Стас бережно обнимал меня. Гладил так жадно, словно я являлась его любимой фарфоровой статуэткой: хрупкой и эксклюзивной.

— Посмотрим за звезды? — предложил он вдруг. — Или сразу домой?

Я представила, что придётся расстаться с мужчиной и скривилось. Было странно, что всего какое-то время мы вовсе не знали друг друга, потому что сейчас я просто не представляла своей жизнь без этого мужчины.

— Посмотрим. — тут же воскликнула я.

Стас помог мне закутаться обратно в одежду, после поцеловал и усадил к себе на колени. Мы разглядывали звезды, а мой личный гид мягким хриплым басом проводил заманчивую экскурсию по просторам нашей Вселенной.

— Вижу, что ты уже засыпаешь… — как бы не старалась держаться, глаза начинали закрываться. С тяжелым вздохом, Стас поднялся на ноги и, не ожидая от меня никакого ответа, направился к выходу из обсерватории. — Поехали домой, соня. На сегодня хватит впечатлений. Оставим что-то на остальные дни.

Мне нравилось свернуться калачиком у него на руках, моментами проваливаясь в сон. Я так и не поняла, как он выключил свет и закрыл помещение. Очнулась уже в машине. Причем, когда она припарковалась около незнакомого мне дома. Причем первые два этажа были обшиты белым мрамором и украшены колоннами. Такие элитные новостройки располагались только в центре города. И я испугалась, зачем мужчина привез меня сюда?

«Решил, что раз папа богатенький, то тут у него тоже есть недвижимость?! — ужаснулась я про себя, сон почти напрочь отшибло. — Дура ты, Ева… Надо было ему раньше рассказать, что никакая ты не мажорка. Вот высадит тебя сейчас посреди ночи тут и что дальше? Метро уже не работает, до дома автобусы не идут, пешком идти поздно. На лавочке только ночевать…»

— Мне нужно тебе кое-что сказать, Стас… — в панике повернувшись к мужчине, я уставилась в его счастливые беззаботные глаза. — Это правда важно.

— Уже все понял, не парься. — загадочно подмигнул он. Затем вышел, открыл мне дверь и помог выйти. — У тебя нет одежды, чтобы поехать сразу от меня на учебу, верно? Я уже позаботился об этом и заказал тебе комплект. На свой вкус, строго не суди. Но, надеюсь, понравится.

Рот распахнулся в удивлении. От шока я замерла. Это продлилось какое-то время, пока мои глаза вдруг не намокли.

— Прости, — запрокинув голову назад, я принялась обмахиваться ладонями, — оно как-то само.

— Черт… Ты не хочешь ночевать у меня да? Я тебя расстроил. — неправильно понял все Стас, шепнув понурым голосом. — Знаешь, я могу прямо сейчас отвезти тебя…

— Нет-нет! — тут же оборвала его я. Сделав резкий шаг вперед, обняв его до одури крепко, я зарылась носом в его безумно вкусно пахнущую шею. — Просто обо мне никто никогда так не заботился. Это очень трогательно.

Признаться было нужно, да. Но не тогда, когда все казалось настолько идеальным. Я не хотела портить момент, оставив его в своей памяти кристально чистым.

Дом, в котором, как оказалось, жил Стас, был очень пафосный и дорогой на вид. Я поднималась в квартиру с опаской. Но она, на удивление, оказалась простой и уютной. Все стильно, чисто, но без декора. Спрашивать: «Где ты взял деньги на имущество в центре столицы?» не стала. Ибо это снова могло задеть мужскую гордость. Да и какое мне дело вообще? Есть и есть.

Мы говорило до утра. Обо всем. В захлеб. Не вымучивая диалог, он лился сам. Затем заснули на диване в обнимку. Я заставила себя встать и отправится на кухню. Без сил, уставшая, но счастливая, я таки приготовила ему завтрак из того, что нашла под рукой: фирменная творожная запеканка; блинчики и тосты с яйцом.

Когда вернулась в к дивану, Стас так сладко спал, что я не решилась его будит. Присела рядом, любуясь и торжественно себе пообещала: — Сейчас отдохну так пять минут и…

И заснула.

***

Нежные теплые руки скользили по лицу, заботливо расправляя спутанные волосы. Горячее дыхание мягко обдувало кожу лица. Так близко, что когда я распахнула глаза, то буквально столкнулась лоб в лоб со Стасом.

— Проснулась? Жаль… — с улыбкой прошептал он, пока одухотворенный взгляд мечтательно метался по-моему сонную, дезориентированному лицу. — Ты так красиво спишь, что совсем не хотелось будить.

Зевнув в кулак, я потянулась на широкой мягкой постели. Только потом поняла, что засыпала в другой комнате и другом положении. «Почему шторы плотно закрыты?» - тут же задалась вопросом. Пазлы медленно начинали складываться в единую картинку, пока вдруг не дошла очевидная истина:

— Стас… А который сейчас час?

— Недостаточный, чтобы налюбоваться тобой, но достаточный, чтобы я уже давным-давно везде опоздал. — вдруг поэтично прошептал он, накрывая мои губы своими. Нежно, осторожно, невесомо. Стоило нашим телам соприкоснуться, как по моему телу прошел самый настоящий электрический импульс. Дышать стало невозможно, практически больно! Закрыв глаза, позабыв обо всем на свете, я позволила себе насладиться моментом. — Знаешь, как бы мне хотелось присоединится к тебе в этой постели, все-таки придется выйти из дома по делам. Но я буду рад, если ты останешься у меня. И вечером, когда я приду, встретимся на этом же месте.

— А что если, — мечтательно прошептала я ему прямо в губы, — обнесу твою квартиру и пропаду?

— А что если, — в тон мне ответил мужчина, пока его пальцы нежно изучали контуры моего лица, — я маньяк и заманил тебя в свое убежище?

Мы одновременно хмыкнули. Дескать: резонно. А затем так же резонно рассмеялись. Тихо, лениво. Словно каждый боялся разрушить хрупкую магию утра. Этого странного, не поддающегося логике притяжения.

— Знаешь, а может наплевать на обязательства и… — Пристав на локти, я позволила одеялу спасть с плеч. На мне была лишь старая мужская футболка. Голодный взгляд Стас скользнул по просвечивающимся контурам тела. Воздух стал тяжелым, тягучим, полным иск желания.

Я знала, что стоит ему коснуться меня вновь, и больше не смогу сказать ему «нет». Не тогда, когда между ног становилось влажно лишь от одного его ускорившегося дыхания. Не тогда, когда лишь тембр его голоса становился ниже, пронзительней глубже. Буквально утробным басом! Не тогда, когда его грудь так безумно врывается из тесных оков черной рубашки, а ширинка знакомо разрывает брюки.

Поэтому стоило срочно что-то решать.

— Стас, — жалобно застонала я, прикрывая вставшие колом соски через облепившую футболку, — Мне сегодня позарез нужно в универ. Там важный зачет.

— Какая пара по счету? — зачем-то поинтересовался он с серьезным видом.

— Третья, — призналась я без колебаний. — Но, если бы не забыл, у меня нет ни одежды ни учебников.

— Контрено, — настаивал на своем мужчина, — во сколько пара начинается?

— В одиннадцать двадцать. А что?.. — тут взгляд упал на приборную панель духовки, расположенную прямо напротив спальни. Часы уверенно убеждали меня, что уже десять. С широко распахнутыми от ужаса глазами, я посмотрела на мужчину. — Стас… Скажи мне, что они лгут!

— Не лгут, родная. Я же не знал, что все серьезно. Наделся, что проваляешься у меня целый день. Ты вон, умница моя, всю ночь не спала. Готовила вкусняшки… Эй-эй! — нежно сжав мои щеки, Стас заставил смотреть только ему в глаза. Напрочь блокируя приступ паники. Говоря уверенным размеренным тоном, он чудом успокаивал зарождающуюся внутри паническую истерику: — Я купил тебе одежду. Она лежит на диване. Джинсы, блузка и всякие женские штучку. Ты у меня крохотная принцесса. Размер должен подойти. Этот вопрос закрыт, верно?

— Д-да… — активно закивала я, не веря своим же ушам. Он купил мне одежду! Что это, если не забота? — Но учебники, зачетка… Стас… Стасик! Там грымза такая – жесть. Она меня ненавидит. Все время ищет способ поставить неуд. А я учила. Сильно учила!

Мужчина задумчиво отвел взгляд, между бровей залегла глубокая морщина. Затем деловито произнес, как опытный начальник:

— Сейчас ты собираешься за пять минут. Я отвезу тебя домой, там ты соберешь все необходимое. Затем подвезу на зачет.

— А если не успею? — всхлипнула я. — Не хочу на каникулах пересдавать. Она всех тех, кого завалила, потом топит по полной. Вплоть до отчисления. А у меня стипендия, показатели.

— Какая ты у меня умница, — нежный поцелуй в кончик носа, и я растаяла. Стас смотрел на меня с таким умилением, что становилось неловко, захотелось отвести взгляд и спрятаться. — На зачет ты успеешь, Ева. Более того, гарантирую – сдашь.

Почему-то я ему верила. Хотя, если принять во внимания все условия, ситуация получилась шаткая. Столица, пробки, большое расстояние… Но Стас слово свое сдержал. Гнал на всех парах, умело лавируя между машинами. Я чувствовала себя в спорткаре, когда в десять сорок мы были уже около моего дома.

Задыхаясь от волнения, я судорожно бегала по квартире и собирала учебную сумку. «Мама, папа, ночевала у Лизы. Люблю вас!» - написала я на стикере и прикрепила на входную дверь. Родители мне доверяли. Перестали лезть в личную жизнь еще с одиннадцатого класса. Только спрашивали: все ли хорошо? Но я все равно считала должным успокоить их интерес. Хоть и не чистой правдой.

— Все, готова? — Я нервно кивнула, прижимая к груди сумку. Стас перегнулся через меня, плотнее затягивая ремни безопасности. — Сейчас придется ускорится.

Но мы опоздали. Не по вине Стаса, естественно. Просто «любимая» столица подкинула сюрприз в виде групповой аварии. Люди, к счастью, остались живы, а вот учеба висела на волосе из-за перекрытой улицы. Объехать ее, увы, было нельзя.

— Ненавижу этот город, — в сердцах выпалила я. С тоской и болью мой взгляд падал на часы, показывающие уже половину двенадцатого.

Стас вдруг развернулся ко мне всем корпусом с расширенным глазами. Это выглядело странно.

— Правда? Неужели не хочешь жить в столице? Тут же… Ну, возможности. Все сюда бегут сломя голову. — пространно затараторил он, пока пальцы нервно отбивали битами по рулю.

— Мегаполис – это очень утомительно. — прикрыв лицо рукой, чтобы не видеть ужас вокруг, я откинулась на спинку кресла и поджала по себя голые ноги. — Хочу жить в своем доме в маленьком, но технологичном городке. Собаку сторожевую, двух-трех милых деток, и совместный с мужем бизнес. А не вечные пробки, метро и беготня не пойми за чем.

— Согласен. — отозвался Стас удивленно. — Не поверишь, с каждым словом согласен.

— Тут, — я неопределенно махнула рукой вокруг, — я чувствую себя маленьким муравьем в банке. Не чувствую планомерного течения времени. А хочется больше наслаждаться жизнь, а не думать о том, как тебе четыре часа пилять в другой конец города на очередную пересдачу к преподу на дом.

— И, — Стас заговорил нервно, путанно. Я открыла глаза, чтобы понять, в чем причина. Но он смотрел перед собой в окно и старательно делал вид, что ничего не происходит. Но это была ложь. Мужчина суетился. — ты бы смогла бросить все ради своей мечты? Друзей, учебу, семью. Еще ведь существует языковой барьер.

— Если все будет, как в мечте? Конечно, да. — пожала плечами я. — Если друзья настоящие, то никакое расстояние вас не разлучит. Учебных заведений в мире много. Семья… У нас с родителями идиллия, но я уверенна, они буду безумно рады, если сбагрят в другую квартиру. Папе с мамой не хватает романтики в жизни, второго медового месяца. Может, сестру мне сделают? — подперев лицо кулаком, я пространно уставилась в окно. — А языки? На то они и языки, чтобы их учить.

Машины вокруг планомерно рассасывались, но авто Стаса почему-то не двигалось с места. Я повернулась к мужчине, но ничего не смогла сказать. Слова застряли в горле. Он смотрел не меня внимательно и вдохновлённо, с непонятным мне восхищением, горящими глазами и ослепительной улыбкой.

— Что? — я растерялась. — Стас… Нам надо спешить.

— Ничего, Ева. Просто ты невероятная. — отстегнув ремень, он жарко поцеловал меня в губы. Так развязно, что я было решила, что сейчас мы займемся любовь по среди восьми полосной дороги. Но мужчина резко одернулся обратно, пристегнулся обратно, поправил ширинку и бросил взгляд на запыхавшуюся меня. — Я сказал, что ты успеешь, значит ты успеешь!

До конца пары оставалось всего пять минут, когда я добежала до аудитории. Постучала, вошла, а там никого. Только преподавательница философии сидит и заполняет бумажки.

— О, Ева? — ехидно поинтересовалась она, приспуская очки. Порой мне казалось, что она питается энергией учеников. — А ты чего так рано? Я вон всех твоих уже разогнала. Большую часть на пересдачу. Но твоя подруга Лиза сдала. Вот бери пример с нее. НА ПЕРЕСДАЧЕ!

Сделав шаг назад, я захлопнула дверь и ударилась лбом о косяк. Только собиралась разрыдаться, как позади послышался голос Стаса:

— Малыш, отойди. Дай взрослые поговорят.

— Стас… — я стыдливо поморщилась. Что может быть хуже, чем когда кто-то идет и просить принять зачет, унижается?

— Ева… — он буравил меня требовательным взглядом.

В конце концов сам меня в сторону оставил, прошел в кабинет плотно запер за собой дверь. Вышел через минуту, поцеловал и шепнул на ухо:

— Иди сдавай. А я тебя тут подожду.

Неуверенно постучав, я вошла внутрь. Там меня ждала неожиданная картина…

— Евочка, солнышко! Ты проходи, садись. Чего не сказала, что готовилась? А я-то думала… Запыхалась вся, расплакалась… Водички дать? — Светлана Дмитриевна буквально с места подскочила, широко улыбаясь. Стульчик мне подставила, стакан с водой протянула. — Записи какие-то есть? Даже если нет, в следующей четверти принесешь покажешь.

— Нет, у меня все есть. — оклемавшись от шока, я быстро зарылась в сумке и достала женщине заполненную тетрадку на девяносто шесть листов. — И готова на все вопросы отвечать.

Как оказалось, главный шок оказался впереди. Женщина не издевалась, как прежде. Записи особо не смотрела. К своим же формулировкам не придиралась. Опрос был скудный, без злорадства и желания повысить эго за счет студентов. Опросила, поставила высший балл и отпустила.

Я совершенно точно не знала, что такое случилось с Светланой Дмитриевной, но зачетку сразу подсунула и на всякий случай уточнила:

— Вы поставьте сразу в журнал, ладно? Чтобы потом не забыли.

— Конечно-конечно. Евочка! Иди с богом. — она махала мне вслед пока я уходила.

К Стасу я вышла в полном шоке, без сил два слова связать.

— Что, не поставила? — настроение мужчины тут же переменилась. Вырвав у меня из рук зачетку, он тут же оценил последнюю запись. — Вот, отлично! Философия – пять! А ты боялась.

Уж не знаю, что такого сказал преподавательнице Стас, но в тот момент внутри меня начали зарождаться первые вопросы и сомнения.

***

— Пойду педагогику пойду сдавать последней. — горестно вздохнула Лиза. Уткнувшись носом в учебник, она так быстро бегала глазами по строкам, словно сканирующий робот. Старательно пыталась охватить необъятное. — Соседи в общежитии по вечерам тусовки устраивать стали. Ничего в таком гомоне запомнить не могу. Скоро с ума сойду.

— Ничего, прорвемся! Я тоже не все билеты выучила… — накрыв ладонь подруги своей, я сжата ее в знак поддержки.

— Все мы знаем, что совершенно по другой причине. — закатила глаза девушка, многозначительно подмигивая. Я шуточно ударила ее книгой. Лиза состроила жалобную гримасу, играя роль раненной. Но потом вдруг выровнялась по струнке и скептически приподняла бровь: — Хоть познакомь нас уже. А то неделю с койки не вылезаете. Он там еще живой?

Вздохнув, я прикрыла глаза и вспомнила о Стасе:

— Живее всех живых…

Стыдно было признаться подруге, но порой мужчина меня поражал. Мы могла заниматься сексом всю ночь, а утром он спокойно вставал в семь утра и шел на работу бодрый и веселый. Как робот. И выглядел собрано, свежо. А я вечно, как не с той ноги встала... Полусонна, соображающая на половину. С трудом получалось сдавать экзамены на отлично. Впервые так сильно напрягалась.

— Сегодня после пар ничего не планируй. — оживилась девушка после того, как Стас написал мне СМС и я уткнулась носом в экран. Боялась, что мужчина снова захватит мое внимание целиком. — Пойдем отмечать окончание сессии в кафешку. Говорят, там дешево и сердито. Мечтаю о ледяном молочном коктейле и хот-доге, где вместо сосиски тушеная говядина! Ммм…

Девушка знала, что я давно не ела, специально вызывала аппетит. Это сработала, рот заполнился слюнями. Я уже предвкушала вкусный ужин, когда Лизе пришло сообщение.

— Папа? Хм… Что ему нужно, интересно? — девушка замерла, не решаясь нажать кнопку «открыть». Потом махнула рукой и прочитала: — «Доченька, солнышко. Прости, мы были очень грубы. Мы с мамой соскучились. Приезжай к нам сегодня после учебы? Поговорим по душам.»

Мы с Лизой переглянулись. Подруга была очень умной, сообразительной реалисткой, но все же внутри ее жил наивный ребенок. Как бы не убеждала она себя, что отец снова что-то задумал, все равно мечтала, чтобы он вправду по ней скучал и ждал встречи.

В такие моменты я видела в глазах Лизу ту самую погасшую искру… Полную огромной боли и пустоты в душе. Недолблёный ребенок при живых родителях – это разбивало мое сердце. Мы обе понимали, что ничем хорошим это не закончится, но не убедиться на практике просто не могли.

— Надо поехать. — лукаво, чуть стыдливо, прошептала та себе под нос. Опустив голову, зарывшись лицом в ладони, она с надеждой шепнула: — А вдруг и вправду озарение пришло?.. Говорят, к старости такое случается…

Пождав губу, я мягко накрыла ладонь девушки своей. Разум кричал предупредить ее, что вернется из дома Лиза в слезах, обиженная на родных. А вот сердце диктовало совсем другое. Она, как дочь и хороший человек, должна давать семье шанс исправиться. Столько раз, сколько этого требует ее душа.

— Надо… — выдавила из себя, тяжело вдыхая. — Вдруг…

Я знала, что однажды моя подруга встретит самого того человека, что закрое собой зыбучую пустоту в ее безграничной душе. Но пока мне приходилось наблюдать, как она безмолвно пялится перед собой, погруженная с головой в собственные темные дебри разума.

— Идем, — резко подорвавшись с места, я потянула подругу в нужный кабинет. — Пора!

Лиза сдала экзамен раньше меня на высший балл и отправилась загород на встречу с родителями. Уже покинув кампус с выстраданной четверкой, я прочитала от нее сообщение: «Скорее всего, все закончится быстро. Так что возможно я даже успею на победный ужин. Приглашай Стаса. Познакомишь нас наконец!»

— Отлично! — выйдя на улицу, я принялась набирать Стаса. Но он оказался не в зоне действия сети. Тогда пришлось набрать сообщение: «Жду тебя через час в кафе «Май» около вуза. Приезжай, как сможешь».

Заказав себе порцию картошки и чай, я просидела в гордом одиночестве около сорока минут. Нервно поглядывая на входную дверь, ждала прихода Стаса. И когда внутри почти укоренилась мысль, что придется идти домой в одиночестве, на дверях зазвенел колокольчик.

Только вот вместо широкоплечей мужской фигуры появилась тонкая женская.

— Черт… — тяжело вздохнув, я опустила взгляд к телефону. — Даша! Какого черта она забыла в этой забегаловке? Не поверю, что за фастфудом.

Уставшая и расслабленная, я меньше всего на свете хотела снова столкнуться с этой неадекватной девушкой. Но та, внимательно осмотрев помещение с явным призрением, нашла взглядом меня и устремилась к цели. Более того, села за столик без приглашения, словно только ее тут и ждали.

— Ну, привет, котенок. — она широко улыбнулась, нагло вырвав из моих рук чай. Отхлебнула и отбросила в сторону. Явно хотела, чтобы кружка на меня «случайно» перевернулась. Но получилось, что на пол. Немного расстроенно поведя бровью, она не успокоилась. — Я ведь просила тебя не лезть к моему мужчине? Помнишь? Неужели ты такая глупая и даже такие простые вещи нужно на пальцах показывать.

Напряженно сведя бровь на переносице, я с интересном выдохнула:

— С чего ты взяла, что я здесь?

— Все просто… — мечтательно улыбнувшись, она отвела взгляд к потолку и обняла себя руками, словно вспоминая о чем-то теплом. — Лежим мы, значит, со Стасиком в постели. Его голова, как раз, была у меня между ног. О, обожаю, когда его язык делает ту штуку… Ну, ты знаешь! В общем, рядом со мной зазвенел телефон. Малыш говорит: «Посмотри, что там?» — она резко перевела на меня черный взгляд, полный ярости. — А там малолетняя шлюха строчит: «Жду тебя через час в кафе «Май» около вуза. Приезжай, как сможешь».

Внутри меня что-то ойкнуло, надломилось. Я дернулась, но не повела и бровью. Часть меня кричала, что девушка нагло лжет, а вот вторая половина гадала: «Откуда тогда Даша узнала про сообщение и его точный текст?»

— Стас просил передать, что не придет. — чеканя каждое слово, она с трудом сдерживала ярость. — И никогда больше не придет.

— Ты ему не интересна, вот и злишься. — мягко заверила ее я, собирая сумку, чтобы по скорее покинуть помещение. — Не понимаю, в чем проблема. Найдешь другого. Мужчин в мире полно.

— Ты тупая? — резко вскочив на ноги, она перегородила мне путь. — Все время, что он был с тобой, мы яростно трахались при любом удобном случае. Не знаю, зачем ему такая простушка, как ты… На экзотику что ли протянуло? Но чувствами там не пахнет.

— Даша, — закатив глаза, я устало вздохнула, — перестань все это… Тебе не стыдно?

— Мы смеялись над тобой. — продолжала она. — Например, когда ты во время оргазма встала на мостик и издала такой хрюкающий звук, что у моего малыша чуть смех не вырвался. Или когда ты делала ему миньет и случайно укусила за уздечку. О, а еще!..

Я резко толкнула Дашу и направилась прочь из кафе. Напрочь забыв оплатит счет. А все потому, что девушка говорила то, что действительно было. Правда Стас в лицо говорил, что считал это милым и забавным. А за спиной, получается, насмехался?

Роняя слезы, я летела вперед к остановке, не разбирая дороги. Мое сердце было разбито в дребезги, расколото на мелкие острые части, больно спивающиеся в кожу!

Оставалось всего пару шагов до автобуса, когда крепкий мужчина подхватил меня на руки и затолкал в переулок. Я не сразу поняла, что зажата между четырьмя амбалами в черных худи. Один крепко сжимал мои губы, другой – удерживал на месте по швам.

— Отлично, ребятки. Успели. Вот это она газанула! — услышала я мягкий, но запыхавшийся голосок Даши за спиной. — Ну, дальше вы знаете. Физиономию испортить так, чтобы мама родная не узнала, и чтобы не один мужик больше не посмотрел. По животу нормально настучите, чтобы детей теперь только по телевизору видела. Но, главное, не до смерти. Это ясно?

Получив утвердительный ответ, девушка облегченно вздохнула и, напевая песню под нос, удалилась к парковке.

«Все, — с горькой досадой подумала я, морщась и напрягаясь всем телом, — Это конец!»

Кто бы мог подумать, но именно благодаря Даше я пойму, насколько мне дорога жизнь; как сильно я люблю родителей; и как бесконечно влюблена в Стаса. А еще благодарна ему за то, что помог мне избавить от страха мужчин. Так просто и легко сделал то, что не получалось разным психологам, к которым я тайно ходила на накопленные деньги.

И тогда я решила бороться. Понятное дело, что победить здоровых спортивных мужчин у меня бы не вышло, но я могла вырываться со всей доступной силой, как уж на сковородке! Так отчаянно, что буквально сразу освободила рот и закричала. А когда мне снова пропылись его закрыть, укусила. Впилась зубами в кожу через перчатки.

— Ай! — завизжал тот, что отвечал за мой закрытый рот. — Да она на всю голову больная! Может вырубить ее? А то люди сбегутся.

— Ты прав... Наверное, стоит. — холодно произнес тот, что пытался удержать меня по швам, но снова и снова выпускал. — Не хочу проблем.

Я прекрасно видела, как один из парней согласно кивает и разминает кулак. Затем поднимает его и замахивается. «Как вырубить? Нельзя вырубить!» - молила я, вереща во весь голос.

Но тут произошло что-то странное, совершенно неожиданное. Кое-кого реально вырубили, только вот не меня. Пятеро широкоплечих солидных мужчин с наушниками налетели на банду головорезов и буквально за минуту всех растолкали. Я осталась одна, вжимаясь в стену дома и с ужасом оглядываясь.

— Мамочки… — вырвалось с дрожащих губ. — Куда я попала?!

— Ева, — мужские руки сжали меня за плечи, внимательно заглядывая в глаза. — С вами все в порядке?

— А похоже, что все в порядке? — я нервно захихикала, но тут же затихла. Передо мной стоял тот самый Багров, что как-то приходил вместе со Стасом в мой вуз. — Багров? А вы что тут делаете? Мимо проезжали по своим делам и меня из окна машины заметили, да?

Смерив меня странным взглядом, мужчина повернулся к своем ребятам и с тяжелым вздохом выпалил:

— Звоните не только ментам, но еще и скорой. Похоже ее по голове знатно приложили. И, это, Стасу Константиновичу активнее дозванивайтесь. А то нам за такой беспредел тоже прилетит.

— Ничего не понимаю. — сжав виски, я затряслась в ознобе толи от холода, толи от непонимания происходящего. Какой-то боевик! — Что здесь вообще происходит?

— Ты не переживай, девочка. Нас парень твой, Багров, приставил за тобой следить. Ну, на всякий пожарный. Хорошо, что успели. — пояснил тот, кого я секунду назад считала Багровым.

Мой мозг взорвался. С выпученными глазами, я переспросила:

— Мой парень – Багров?

Охранники активно закивали. По их сочувственному виду было понятно – они считают, что я присмерти.

— Стас Константинович Багров? — снова переспросила я.

— Да, девочка. — не-Багров погладил меня по головке, как дочку свою и шепнул. — Не переживай. У меня в сотрясение и не такое случалось. Имя свое забывал. Так ты спрашивай, если что надо.

Ну, я решила побольше узнать, раз пошло такое дело.

— Получается, Стас никакой не охранник?

— Охранник? — рассмеялся один из ребят. — Он владелец крупной сети элитных стриптиз клубов для женщин «Строго 18+». Дело пошло. Сейчас сеть ресторанов. Еще, кажется, собирается сеть круглосуточных магазинов открывать. Вспоминай, Ева, вспоминай…

В моей голове ничего не сходилось. Не могла я представить молодого и красивого парня умелым бизнесменом. Может, я сплю? Или те головорезы просто меня вырубили и сейчас я в коме, в больничке валяюсь?

— Не может быть. — хмыкнула я, закатывая глаза. — В таком возрасте невозможно столько всего иметь. Было бы ему лет пятьдесят.

— Хорошо был ей все вспомнить до того, как Стас Константинович трубку возьмет. А-то нам точно кранты. — произнес тот, что активно кому-то звонил.

— Слушай, — не-Багров повернул меня к себе лицом и медленно заговорил, как с больной или умственно отсталой, — Я буду рассказывать, а ты пытайся припомнить. Стас твой в восемнадцать лет потерял родителей в авиакатастрофе. Его отец был очень влиятельным бизнесменом. Боссу нашему пришлось как-то крутиться-ютиться, чтобы бабки не растерять и с долгами отца рассчитываться. Первое время даже сам в клубе танцевал, официантом работал, администратором… Потом пошло-поехало. — пощелкав пальцами у меня перед замершим лицом, он уточнил: — Есть контакт?

Я даже не знала, что ответить. Потому что мужчина, о котором они так много рассказывали, был мне совершенно незнаком. Я даже решила, что охранники перепутали девушку, за которой должны были следить. Бывает же такое чудесное совпадение?

Но тут тот мужчина, что активно дозванивался начальнику, наконец достиг цели. Даже без громкой связи я услышала раздраженный рык Стаса:

— Какого черта вы мне звоните? Я же просил не беспокоить!

— Да, но…

— Я со своей девушкой в отеле. Занят до утра! — продолжил Стас. Я обомлела. Охранники вокруг меня тоже. Между нами возникла неловкость. Мужчины стали старательно прятать глаза, стыдиться. Я же едва не разрыдалась. То есть, пока я едва тут не погибла, Стас с кем-то в отеле? Может даже с Дашей.

— Как скажите, — после небольшой паузы ответил охранник, но тут же робко добавил: — А что тогда с Евой делать? На нее тут в переулке головорезы напали. Их подослала ваша бывшая пассия – Даша. Вот, ждем полицию и скорую. Вас, как я понимаю, не ждать.

По ту сторону звенела тишина.

— Это какая-то шутка? — грозно отчеканил каждое слово Стас. Мужчины вокруг напряглись. — Как это, на Еву напали в переулке? А кто тогда у меня в номере сидит?!

— Кто в номере сидит? — переспросил мужчина, напряженно и со страхом.

— Ева, мать твою! — после тяжелого вздоха, Стас с трудом произнес. — Она может говорить? Дайте ей трубку.

С явной радостью охранник избавился от телефона и протянул его мне.

— Ну, привет, Багров. Приятно вновь познакомится. — хмуро произнесла я. Прикрыв глаза, ударилась головой о кирпичную стену. Сердце по-прежнему безумно стучало, вырываясь из груди, но голос удавалось сохранить ровным, только печальным. — Мне вот интересно, кто тебя там в номере отеля ждет?

— Ты, Ева. — произнес он, почему-то удивленно. — Не поверишь, но ты.

И тут мне рассказали удивительную историю. Хотя я была искренне уверена, что после нападения в переулке меня ничего не удивит…

Стас, который все же оказался Багровым, решил свататься к моим родителям. Отправился загород в дом Лизы. Пришел, пока дома были только мама и папа. Заявил, что хочет женится на их дочке Еве. Те чуть от счастья не умерли. Сразу выдвинули жениху требования денежного характера. Мой мужчина на все согласился. Ну, тогда «отец» сказал ему: «Жди невесту в отеле». Назначил время, место, сказал мне не названивать. Мол, сюрприз! И Стас помчался на всех порах с букетом и колечком.

— Боже, — закрывшись лицом в ладони, простонала я. — Там тебя ждет Лиза! Эти ублюдки снова подвели ее доверие. Небось притащили насильно в гребанный отель. Уж не знаю, на что рассчитывали… Что ты разницы не заметишь? Ну-ну!

— Ева, — сдался мужчина. — Я совершенно ничего не понимаю. Давай по порядку. Ладно, детка?

— Давай ты сперва мою подругу освободишь? Вы вместе приедете сюда, и я все тебе расскажу. — пообещала я и сбросила.

Ожидание оказалось тяжелым. Я готовила речь и нервничала.

Но, кто бы мог подумать, уже через час мы спокойно сидели за столиком в уютной кафе, попивая теплый чай.

— Родители никуда меня не тащили, — развеяла мои страхи подруга. Лиза с трудом улыбалась, но было очевидно – ситуация в очередной раз ее подкосила. — Папа позвонил и сказал, что их вылет из Стамбула задержали… Чтобы ехала не за город, а в гостиницу... Мол, по прилету они сразу туда... Кино посмотрим, в бассейн сходим… Ну, я на ресепшене ключи взяла и спокойно себе отдыхала. А потом туда ворвался Стас.

Переведя напряженный взгляд на Стаса, я с упреком выгнула бровь:

— Зачем ты сказал, что охранник? Почему сразу не признался, что Багров это ты?

— Я собирался. Только вот ты, Ева, когда увидела меня в ВУЗе сразу стала кричать, что я охреневший богач, который спит со всеми клиентками стриптиз клуба! — вспыхнул он. — А это нихрена не так. Ты была исключением. Особенным исключением. Только как я должен был тебе это доказать, если ты даже слушать не хотела?!

— Стоп. Ты переспала с ним вовремя привата?! При первой же встрече? — севшим от шока голосом воскликнула Лиза. Затем поперхнулась воздухом, смерила нас с мужчиной странным взглядом и вскочила с места. — Не мое это дело. Пойду-ка я, ребятки, ручки пока помою. Только… — напоследок, перегнувшись через стол, она коварно шепнула на ухо, — Давайте только без пошлостей, в кафе дети!

Закатив глаза, я отвесила подруге подзатыльник и ускорила ее путешествие в уборную. Та, хохоча, все же удалилась и тогда я снова вернула свое внимание Багрову.

— Я же тебя не знала… — выдохнула честно.

— Так ты бы и не узнала, не соври я. — пожал Стас плечами, а потом вдруг словно кое-что вспомнил. — Да и вообще, кто бы говорил! Зачем ты притворялась своей подругой? Неужели действительно решила, будто меня как-то по особенному привлекают обеспеченные девушки?!

Стас смотрел на меня с досадой и недоумением, я буквально таяла от стыда. Щеки краснели на глазах, а мужчина все ждал ответа. Дрожащей рукой схватив чашку, я спряталась за горячим напитком:

— Родители ухали, а меня собирался подвезти домой почти что незнакомый мужчина! Вдруг бы ты оказался маньяком? А Лиза была дома и стала некой подстраховкой…

— Ну, — Стас выжидающе сложил руки на груди, — допустим. А потом?

— А потом не смогла найти нужного времени признаться. — тяжело вздохнув, поджав губу, я виновато скривилась. — Ложь затянулась, обросла деталями, и я не успела ничего с этим сделать. Прости.

Отвернувшись к окну, Стас шепнул в пустоту:

— «Прости»…

— Да, — я нежно накрыла его ладонь своей, — прости.

— Прости? — Багров посмотрел на меня в недоумении. Но вместо злости, которую ожидала, я увидела его искрящиеся смехом глаза. — Боги, Ева! Я, как придурок, верил тебе во всем на слово и даже не подумал перепроверить. Завалился к чужой семье… Буквально уговорил их выдать за меня чужую дочь! Они еще так просто согласились. Странные люди! Я ведь называл твое имя: Ева, а не Лиза. Они меня не поправили. Цирк!

— Да… — бросив сочувственный взгляд на закрытую кабинку туалета, я не завидовала Лизе. — Ее родители странные люди. — припомнив кое-что, я снова перевела задумчивый взгляд на Стаса. — Ты ведь был у меня дома однажды. Странно, что сам все не понял.

— Ева, многие студенты снимают жилье или арендуют место в общежитии. Я сам так делал. — пожав плечами, он снова чему-то усмехнулся. — Родители Лизы так и сказали: дочь живет отдельно. В моей голове все сошлось!

— Великолепно. — не сдержавшись, я тоже рассмеялась. — Может тогда женишься все же на Лизе, а? Или тебе темненькие нравится? Так не проблема! Я ей краску подарю.

— Нет, уж… — его теплые, родные мне руки нежно погладили щеки, заставляя меня мечтательно прикрыть глаза и раствориться в блаженстве. — Я тебя люблю и мне никто другой не нужен.

Тело повело, содрогнулось в резком спазме. Я испуганно распахнула глаза, окутанная страхом. Ни один мужчина на свете не говорил мне, что любит. А услышать нечто подобное из уст Стаса… Меня буквально парализовало! Расщепило на атомы и снова собрало воедино!

— Знаю, мы мало вместе. Возможно ты даже посчитаешь меня полным болваном, но… — его грудь бешено вздымалась, а глаза напоминали два огромных блюдца. Сотрясаясь от дозы адреналина, он торопливо шептал. — Пусть! Увидев тебя, я сразу почувствовал что-то такое… Не знаю, как описать. Наверное, это поэтически называется «моя женщина». Та, которую ждешь всю жизнь. Каждая наша встреча только укрепляла мои чувства. Я хотел сделать все красиво, но сюрприза уже не получится… Понимаю, если ты скажешь мне «нет», но не могу не попытаться.

— Стас… — голос дрожал, почва пропадала под ногами. Я планомерно и верно проваливалась куда-то в сидение. — Ты делаешь мне предложение?

Встав на ноги, он отряхнул костюм и, отодвинув в сторону стул, встал на одно колено. Положа дрожащую руку на сердце, я ощутила, как мое сердце начинает бешено вырываться из груди, а непрошенные слезы вырываться наружу.

— Именно, — зарывшись в кармане, он вытянул оттуда красную бархатную коробочку. Обычную, причем не примечательна. Но когда она распахнулась, меня ослепил блеск огромного камня. Даже я, не специалист в украшениях, прекрасно понимала, это бриллиант. — Однажды одна прекрасная девушка сказала, что готова рискнуть и бросить все ради своей мечты. Так уж вышло, что наши мечты сходятся… Я долго шел к этому и наконец решился. Исключительно благодаря тебе! — сведя брови на переносице, Стас замолчал. Видно на секунду пришел в себя и подумал: «Что я несу? Она пошлет меня к черту!» Но потом отряхнулся и решительно продолжил. — Давай бросим все, поженимся и переедем в шикарную деревушку во Франции?

Я смотрела на него в упор и не верила собственным ушам. Все казалось какой-то нереальной, волшебной сказкой на подобии «Золушки». Прекрасный принц находит тебя, предлагая руку, сердце и исполнение заветных мечт. «Так не бывает!» - кричал голос разума.

— Мы даже месяц не встречаемся… — облизав пересохшие губы, до побеления костяшек впилась пальцами в обивку стула.

— Плевать, — отмахнулся он смело и без капли сомнений. — Я нашел в тебе человека, которого не хочу отпускать. И, уж тем более, откладывать жизнь на завтра. Жизнь, которой может и не быть.

— А как же Даша? — путанно выдохнула я.

— А что Даша? — Стас раздражённо сжал губы в тонкую полоску. — Я ведь обещал, что не позвоню никому тебе навредить. Ей придется предстать перед законом… Совершенно не понимаю, зачем она это сделала? Я бы никогда и не за что не выбрал ее, потому что мое сердце принадлежит другой.

Давя улыбку, я не могла не спросить?

— Моя учеба?

— В мире не один вуз, детка. — лукаво повел плечом тот. — Выберешь тот, какой только захочешь.

— Твоя работа? — с каждой секундой пульс все громче отдавал битами в ушах.

— Часть бизнеса на продажу, а частью я могу руководить дистанционно. — в глубинах глаза мужчина зажглась искорка интереса. — Не терпеться изучить Французский рынок.

— Но, как же языковой барьер? — люди вокруг нас начинали собираться, снимать на камеру.

— Мой мама была француженкой. Я знаю язык на профессиональном уровне. А тебя обучу. — он робко улыбнулся, а затем и вовсе подмигнул в один из объективов камер. — Все не так сложно, как ты думаешь?

Замолчал на минуту, я опустила взгляд… Сделав глубокий вдох, тяжело выдохнула… Конечности предательски покалывали, заставляя сжимать и разжимать ладони.

— Проблема вот в чем, Стас… — мой голос заставил мужчину слегка вздрогнуть. Подняв на него робкий взгляд, я торопливо и сбивчиво прошептала: — Мне как раз не кажется это странным. И это пугает. Я правда люблю тебя. И чертовски сильно хочу сказать «да». Разве это может быть так быстро? Мы не будем теми, кто разведется в первый месяц брака?

Облегченно вдохнув, Стас ослепил меня широкой улыбкой:

— Я уверен, что для меня это серьезно. Но за тебя ручаться не могу. — он пожал плечами, натянуто улыбаясь. — Но, не попробуешь, не узнаешь, верно? Я постараюсь сделать все, чтобы ты не пожалела о своем решении.

Я смотрела прямо на кольцо… Оно магнетизировало меня, привлекало, притягивало… Кусая губы, я боролась с брюзгливой старухой внутри, шепчущей: «Ничего не получится!»

— А, знаешь, — встав на ноги, я решительно достала кольцо и надела на палец. — Была не была! Я люблю тебя до ужаса и мне плевать, как скоро между нами все случилось! Мы должны быть вместе. Просто обязаны воплотить мечты в реальность!

— Слава богу! — облегченный вздох Стаса оглушил огромный затаившийся зал, а после его стальные руки сгребли меня в охапку. Я и понять не успела, когда наши губы встретились. Это казалось чем-то настолько естественным, как рассвет или дождь.

«Он – мой человек! — была убеждена я до колик в желудке. — Мой. Мой и только мой!»

Люди вокруг аплодировали, дети радостно скандировали: «Жених и невеста!», а Стас целовал меня. Жадно, словно не видел целую вечность. Я ощущала себя маленьким беззащитным котёнком в руках сильного льва, способным оградить от всех бед и забот.

— Осталась самая малость, — не особо оптимистично выдохнул мужчина мне в ухо, крепко прижимая к себе. — Второе, мать его, знакомство с родителями за неделю.

— Ничего такого… — я успокаивающе погладила Стаса по спине. — Они простые и понимающие люди. Тебе понравятся.

— Я не сомневаюсь, но… — подцепив мой подбородок, он лукаво заглянул в глаза. — Я должен объяснить им, как окрутил их дочь на брак и переезд меньше, чем за месяц. Знаешь, это ведь типичные экстремальные обстоятельства!

Я старалась сдержаться, усиленно сжимала губы, но все равно расхохоталась.

— Простите, — обратилась к нам милая официантка, — Вам два кусочка Чизкейка в честь помолвки! Наше заведение вас искренне поздравляет! Вы очень милая пара.

— Кхем… — заставшая за спиной Лиза потеряла дар речи, поперхнувшись воздухом. — Вот это я удачно в дамской комнате уединилась…

*** — То есть, — неуверенно уточнила мама слегка дрожащим голосом. Бросив взгляд на отца, требующий поддержки, она крепко сжала его за руку, — вы говорите, что встречаетесь уже год и планируете поженится?

Мы со Стасом переглянулись и одновременно уверенно кивнули. Это я уговорила мужчину предоставить родителям легенду о долгих «подпольных» отношениях. Иначе они просто могут не понять нас. И никакие подарочки, купленные моим женихом по пути к новым родственникам, не помогут.

— Не просто поженится, — перенял инициативу отец, разглядывая Стаса с прищуром. Словно пытаясь прочитать все его секреты дистанционно. — а переехать в другую страну, бросить университет, и бог весть чем там заниматься…

Пока меня трясло, словно осиновый лист, Стас спокойно улыбался и выглядел на редкость уверенно. Улыбнувшись, он серьезно заверил:

— Я сам получил два высших образования. Правда, дистанционно… Но говорю это к тому, что поддерживаю желание Евы получить диплом. Никто не планирует бросать учебу. Более того, Ева горит желанием развивать в новых направлениях. Ей интересно все: бизнес, творчество, маркетинг… И я готов помочь моей любимой жене найти себя. Поставить плечо и стать надежной опорой.

Мечтательно залюбовавшись на Стаса, я пропустила момент, когда моя мама поплыла. С широкой улыбкой, подперев подбородок кулаком, она кивала на каждое слово Стаса, как завороженная. «Одна есть!» - обрадовалась я.

А вот отец мой продолжал сохранять настороженность:

— Допустим. А зачем делать это во Франции? Тем более, в какой-то там деревне…

— Деревня – выражение образное. Она не такая, как принято считать у нас: обветшалая и заброшенная. Наоборот: новая, стильная, современная, со всеми благами и огромными шикарными домами. — несмотря на террор отца, Стас оставался уверен и непоколебим. Это даже поражало. Я боялась представить, какие ужасы он пережил на работе, что сейчас остался настолько хладнокровным. — А по поводу Франции… Почему нет? Это наша маленькая мечта. Правда, детка?

Тело пронзило дрожью, а щеки покрылись румянцем. Бросив смущенный взгляд на родителей, я пыталась понять: осуждают они нас или нет.

— Не понимаю, — вступилась мамочка, — Мы живем в столице. Все возможности здесь. А ты, доченька, хочешь сбежать куда подальше…

— Но я о другом мечтала. — собрав волю в кулак, беря пример со Стаса, я старалась быть смелой и говорить все семье открыто. — И наши мечты со Стасом сходятся. Думаю, поэтому мы друг друга так быстро и полюбили.

— «Так быстро»? Это за год-то?! — мама расхохоталась, положа руку на сердце. — Мы вот с твоим отцом друг друга с первого взгляда полюбили. Через неделю уже в ЗАГСе свадебку сыграли. Все говорили: разведутся, разведутся… И, что? Вот уже двадцать пять лет душа в душу!

Отец пнул мать локтем. Мол, помолчи. А я на ус услышанное уже намотала… Потому как слышала совершенно иную историю знакомства. Как оказалось, «правильную» легенду. По ней папа ухаживал за мамой год. Оказалось, все иначе. И пугающе похоже на нашу со Стасом историю…

— Давай-ка нюни раньше времени разводить не будем, мать. — встав на ноги, отец направился в сторону коридору. — Идем, зятек, покажу тебе свою коллекцию охотничьего оружия. За одно побольше о себе расскажешь… А еще какие именно планы имеешь на нашу «детку».

«Не иди!» - испуганно молила я Стаса, вцепившись руками в лацкан пиджака. Никого не смущаясь, Стас нежно чмокнул меня в лоб и тихо шепнул на ухо:

— Все будет замечательно. Батя у тебя мировой мужик. Через полчаса будет меня обожать, гарантирую.

И мужчины удалились, плотно прикрыв за собой сразу две двери: в гостиную и в кухню.

— Мамочка, — зарывшись лицом в ладони, испуганно застонала я, — мне страшно!

— Не бойся, Ева. Стас Димке сразу понравился: серьезный такой, статный… Он это скрывает, потому что разница в возрасте большевата… Но и не критичная, правда? Выглядит он молодо, сообразительный, работящий… На тебя смотрит с такой любовью, что без улыбки не взглянешь. А что еще надо? — хмыкнув, женщина встала и пошла разливать только что закипевшую воду по чашкам. — Вы, конечно, учудили… Год скрывались, а потом прорвало? Приходим с отцом домой, ничего не подозреваем, а тут сюрприз. Даже угостить вас не чем!

Все и правда вышло не запланировано. Сразу после кафе, где Стас сделал мне предложение, мы поехали к моим. Только зашли в квартиру и… Родители пришли. Замерли на месте, смотря на нас настороженно. Я, правда, являлась лучше на курсе по ораторскому мастерству, но от стресса особо двух слов связать не могла. Благо, Стас умел вести переговоры.

— Дочь, ты мне вот только одно скажи, — загремев посудой, мама подсунула мне чашку ароматного «Молочного улуна». — Любишь его?

— Ага. — не стала лгать я, пока сердце в груди вырывалось наружу.

— Точно знаешь, что делаешь? — мама отхлебнула глоток с кружки, закусила конфеткой с ликером и посмотрела на меня с интересом. — Не пожалеешь потом?

— Кто его знает, что потом будет? Сейчас я очень счастлива. — робко потупив взгляд, я схватила парочку таких алкогольных конфет и быстро запихнула в рот. Надеялась, что небольшой градус лишит неуверенности.

Женщина напряженно замерла. Я видела, что она хочет еще что-то спросить, но словно не может найти правильные слова. Наконец, та сдалась спустя пятнадцать минут:

— Ты же не беременна?

Я поперхнулась чаем:

— Нет, мам!

— Тогда хорошо. — та облегченно вдохнула и заулыбалась. — Детей надо в браке делать. А так… Молодцы. Красивая пара. Мое благословление вы уже получили. Женитесь.

После этого неловкость между мной и мамой пропала. Мы начали оживленно обсуждать планы на будущее, настроение мое поднялось до небес.

— Как думаешь, — с тревогой поглядывая на дверь, я нервно кусала ногти. — Скоро они там?

Закатив глаза, мама устала вздохнула:

— Небось батя твой достал из нычки домашний коньяк… О котором я, естественно, не знаю! Пока Стас его не распробует, не выйдут.

Телефон в сумке зазвонил, и я вздрогнула. В этот момент наши мужчины, наконец-то, вышли и направились к нам. Уже было хотела сбросить вызов, но на экране засветилось имя, которое я бы никогда не стала игнорировать – Лиза.

— Да, милая? Все хорошо? — Стас вошел в комнату первый, за ним отец. Я лишь помахали им рукой, многозначительно указывая пальцем на экран. Мол, разговариваю. Стас сделал тоже. У него на другом конце провода тоже кто-то был. И явно новости ему не понравились. Заставили бросить все и бежать к нам.

— Не очень… — Лиза буквально стонала, с трудом говорила. На заднем плане отчетливо слышался вой серены. — Меня по скорой забирают. Просят указать личный контакт. Могу твой номер дать?

— Боже, — резко вскочив на ноги, я ощутила, как умираю внутри от окутывающего страха, — что произошло?

— Вы ведь уехали, а «Чизкейки» остались. Ну, я с кофейком пару ложечек и навернула. А потом эти странные рези в животе и темного перед глазами. Очнулась уже, когда меня погружают на койку. — натянуто улыбнувшись, девушка отчаянно храбрилась. — Не переживай. Видно, не свежие были. Сейчас просто…

— Ничего не хочу слышать. Диктуй адрес, мы приедем! — перебив девушку, я схватила мамину тетрадку с рецептами и достала ручку из сумки. Путанно записала адрес и протянула его Стасу.

Мама с папой решили, что тоже дома сидеть не станут. Лизу они любили, как родную. Пока отец отправился прогревать машину, мама пошла собирать сумку: одежду, теплые вещи, перекус.

— Поедем на моей! — крикнул отец. — Стасу нельзя. Он пил.

— А папа не пил? — я с удивлением посмотрела на жениха. Тот негативно замотал головой. — То есть, ты пил, а папа нет?!

— Папа твой меня настоятельно угощал настойками… А ему сказал нельзя. Гастрит. — пожав плечами, мужчина вежливо крикнул отцу. — Не переживайте, можем поехать с водителем.

— Не понял, — отец выглянул из-за угла в недоумении, в шаге от обиды, — у нас машина что ли какая-то не такая?

— Такая, папочка. — мило прошептала я, Стас кивнул. — На твоей поедем.

Я ощутила, как Стасу было сложно с этим согласится. Не привык он кататься на Ланосе, с пеленок видел иную жизнь. Но проглотив чувства, он и слова не сказал.

— Ева, есть проблема, — отведя меня в угол, путанно заговорил Стас. — Дашу нашли только сейчас… Она вещи в аэропорт собирала. Говорит, что девочка, которая нам «Чизкейки» принесла, там вообще не работает. Это ее подруга. И в «Чизкейках» этих какая-то дрянь. Так что Лизе лучше сразу промывание сделать.

Испуганно закивав, я тут же набрала номер подруги и передала информацию врачу. Как только связь пропала, я вспомнила еще кое-что важное. Казалось, если я не узнаю это сейчас, то никогда не найду подходящего времени.

— Даша мне всяких гадостей наговорила. — я неуверенно опустила взгляд. — И многих из них подозрительно точно описывали наши с тобой жизненные ситуации.

Сперва Стас явно находился в недоумении. Потом пораскинул мозгами и гневно зарычал:

— Да что за черт!

Дальше я услышала, казалось бы, типичную историю. О том, как Даша утром завалилась к Стасу в офис и буквально молила его вернуться к ней. Но Стас ее слушать не стал. Тогда она разрыдалась у всех сотрудников на вижу, упала ему на руки и билась в конвульсиях. Устроила настоящее шоу.

— После этого мой сотовый пропал. Я, как это заметил, сразу его заблокировал и отменил доступ. Уже хожу с новым. Но, видимо, Даша забрала разблокированный телефон и прочитала все наши с тобой сообщения, какие только успела. — крепко сжав мою руку, он нежно поцеловал запястье, потерявшись шершавой щекой о ладонь. — Ты ведь понимаешь, что я ни за что не поступил бы с тобой плохо?

— Понимаю. — без капли колебаний кивнула я, и тут же усмехнулась. На что только рассчитывала Даша? Что никто не узнает про ее кражу? Что я поверю ее словам и проигнорирую доводы того, кого люблю? Это казалось глупым и несуразным.

— Идемте, дети. — окликнула нас мама. — Пойдем Лизоньку спасать.

Глаза были плотно завязаны платком, приходилось буквально идти в слепую по людной улице. Накрыло жуткое дежавю! Только в этот раз именно Стас крепко держал меня за талию, помогая не оступиться. С его помощью мы без происшествий дошли до помещения и даже поднялись по лестнице.

— Немого осталось, умница моя. — хрипло шепнул он на ухо, оставляя жаркий поцелуй. Войдя в какую-то комнату, Стас усадил меня на диван и только после этого, судя по характерному звуку, запер нас изнутри на замок. — Почти все. Жди. И не снимай повязку до сигнала. Идет?

Я кивнула, нервно кусая губы.

Наше венчание прошло тихо, без пышного праздника, как я просила Стаса. Только его друзья, мои родители и Лиза. К огромной радости, подруга к моменту торжества уже пришла в себя и отделалась после отравления легким испугом. За отсутствие язвы ей следовало благодарить свое сильное не желание поправиться: перед приемом вредных для фигуры сладостей она не пожалела «Полисорба», бахнув того, как в последний раз. Именно это и помогло медикам спасти ее желудок от тяжелых последствий. Только вот Даше это избежать ответственности не помогло. Ей все равно придется отбывать наказание за попытку убийства и попытку отравления.

Мы сидели в кафе, когда Стас тихо отозвал меня в сторону и шепнул на ухо:

— Давай сбежим?

Я посмотрела на него в растерянности, но с азартом:

— Серьезно? Как-то не красиво…

— Не красиво спать на потолке, а не оставлять их с безлимитным столиком в моем ресторане. — прыснул мой муж, коварно играя бровями. — А у меня для тебя сюрприз. Приватный. Не для чужих глаз.

Сбежав через задние двери заведения, я удивилась автомобилю Стаса уже с водителем. Он, как будто, точно знал, что я не откажу и договорился обо всем заранее.

— Ты просто у меня очень любопытная… — расхохотался он, усаживая к себе на колени. — Я знаю, чем тебя заинтересовать.

Большую часть пути мы страстно целовалось, отгородившись от водителя специальной задвижкой. И когда мужчина оторвался, то сразу повязал платок на глаза. И вот теперь приходилось сидеть в гробовой тишине, ожидая чуда.

— Ста-а-ас, — нервно пошутила я, — если ты планировал продать мои органы после свадьбы, то не выйдет. Отец тебя запомнил лучше, чем каждую царапинку своего любимого охотничьего ружья. Из-под земли достанет.

— Ха! Это я уже понял… — расхохотался муж где-то подозрительно далеко. — А сейчас приготовься, родная…

Команды освобождаться от платка не было, поэтому я покорно сидела смирно, тщательно вслушиваясь в каждый шорох. Стас шуршал одеждой… Кажется, настраивал стереосистему… Затем раздался странный металлический скрежет и, наконец, прозвучало заветное:

— Можно, детка.

Резко и нетерпеливо я сорвала платок и обомлела. Вокруг, словно во сне, снова раскинулась знакомая ВИП-комната. Будто по мановению волшебной палочки медленная интимная мелодия заполнила собой каждый уголок замкнутого пространства. Но все это было не чем, в сравнении со Стасом… В неоновых красно-синих бликах на стене стоял Он. Мой мужчина. Мой муж.

На нем не было больше строго темно-синего костюма с белой рубашкой. Он переоделся. Сейчас на Стасе красовалась лишь черная рубашка, с закатанными до локтя рукавами. Расстегнутая до середины, она через чур сексуально подчеркивала его идеальную подкачанную грудь. Черные джинсы были спущены ниже бедер, выделяя идущие от пресса дорожки прямо к паху. На мощных бедрах хлопковая ткань едва ли не рвалась по шву, но больше всего виделось именно то, что было спрятано между ног. Босые ноги уверенно стояли на стеклянном постаменте, негласно говоря: «Я по праву на своем месте!»

Все это не шутку заводило. Я тут же покрылась липким потом, а голос осел:

— Стас… Что ты задумал?

— Я продаю сеть клубов. Не семейная это история. Знаешь ли, не стоит нашим будущим детям знать, что отец когда-то танцевал у шеста. — его взгляд исподлобья резал меня без ножа, пронзал насквозь. Обняв себя руками, я больно впилась ноготками в кожу до побеления костяшек. Дыхание ускорилось, а легкие словно сжались. — Знаешь ли, не стоит нашим будущим детям знать, что отец когда-то танцевал у шеста.

Облизав пересохшие губы, с трудом выдавила из себя:

— И?..

— И, — его бровь чертовски обольстительно вздернулась ко лбу. С моих губ сорвался незваный стон, — Я хочу подарить тебе свой последний танец. В нашем месте.

«Боже! — мозг подавал экстренные сигналы «СОС» телу, заставляя то мгновенно покрыться мурашками. — Он вправду намерен раздеваться!»

Я видела Стаса голым уже множество раз. Мне нравилось, как напрягалось его мужественное, скульптурное тело, когда мы занимались любовью. Я ощущала себя маленьким котенком, на которого напал огромный серый медведь. И тая, растворялась, испепелялась внутри от нахлынувших чувств!

Но стриптиз был чем-то иного рода… Именно он скрепил нас. Именно он познакомил, как бы странно это звучало. Тогда, когда Стас танцевал для меня, я познала его впервые. Первая встреча отдавала особенным вайбом, создавая настроение ностальгии на душе.

Именно поэтому я завелась с пол оборота, когда Стас сделал лишь движение бедрами. Влево… Вправо… И мое сердце рассыпалось в труху. Мужественно, грациозно, он залез по шесту на самый верх и, удерживая себя одной рукой, крутился вокруг совей оси, демонстрируя мышцы всего тела. Он был Аполлоном! Моим Аполлоном… Любимым и желанным.

— Черт… — голос дрожал, сорвался нервный смешок. — Это будет намного сложнее, чем я могла представить. Снова!

Он уже был моим мужем, но между ног все равно стало влажно, когда его джинсы оказались варварски сорваны и отброшены в сторону. Как мусор. Черные боксеры совершенно не скрывали то, что затаилось под ними. Пока Стас медленно расстегивал рубашку, пуговка за пуговкой, я не могла оторвать взгляд от каменного члена, явно прорисовавшегося через натянутую ткань.

Он танцевал так неторопливо и в тоже самое время агрессивно. Демонстрируя фигуру, пластику, мужество… Я наблюдала за этим жадно, не в силах оторвать взгляд. В те редкие моменты, когда Стас смотрел мне в глаза, я забывала, как дышать. Закашливалась. Задыхалась.

— Тебе нравится? — хриплый низкий бас разверз грозное звучание броской музыки. Я нервно кивнула, не в силах выдавить и слова. Тогда Стас усмехнулся, дерзко и голодно. — Сейчас я покажу тебе, чему научился в цирковом…

Стас рассказывал, что до смерти отца интересовался гимнастикой, ездил на соревнование и даже отучился год в училище по любимому направлению. Но после все кардинально поменялась. Пришлось окунуться в реальную жизнь с заочкой и работой, без сна и отсутствия времени на питание.

Так же Стас поведал, что несмотря на то, что в начале своего пути танцевал на сцене клуба, никогда не соглашался на приваты. На вопрос: «Почему тогда на мой согласился?», ответ оказался удивительным: «Кто-то забронировал ВИП-комнату для привата… Один танцор заболел, второй – застрял в пробке, третьего жена заставила с ребенком седеть... Администратор в запаре, пришлось подключаться к делу! Я зашел в комнату, чтобы сказать клиенту об отмене записи и предложить хорошую компенсацию ущерба, а потом увидел тебя и что-то внутри меня поменялось.» «Что же?!» - настаивала я, прижимаясь ближе к его плечу. Стас лишь усмехался: «Увидел свою будущую жену и не смог отказать!» «Ну, Ста-а-ас!» - не оставляла его в покое я, требуя больше подробностей. Тяжело вздыхая, мужчина не уступал привычной загадочности: «Что-то в тебе возродило во мне любовь к соблазнению, детка!» «Эй! – я с напускной обидой шуточно пнула его в бок локтем. — Кого ты там еще собрался соблазнять?» Взгляд полый любви решил все, тихий шепот навсегда проник в сердце: «Только тебя. Теперь всегда.»

И вот теперь он вновь танцевал. Только для меня. В последний раз, судя по его словам. Я смотрела и пыталась запомнить каждую деталь комнаты, каждую мелочь… Она веяла ностальгией. Мне хотелось, чтобы мужчина на сцене никогда не переставал двигаться.

— Надоело? — Стас с прищуром оценил мой опьяневший взгляд с поволокой. — Все-все, заканчиваю.

— Нет! — ахнула я в изумлении. — Все просто прекрасно… Так прекрасно, что даже жалко расставаться с этой комнатой.

Медленно вышагивая ко мне, мужчина оглянулся по сторонам и пожал плечами:

— Лучшее, что видели эти стены – это тебя. На этом с них хватит.

— Расстаешься без сожаления? — изумилась я, а муж уже навис сверху.

— Совершенно. — его теплые губы нашли мои. Так привычно… Так сладко… Словно только там их законное место. — Хочу заниматься чем-то с тобой, Ева.

— Чем же? — кокетливо уточнила я, закидывая руки на его мощные плечи.

— Вообще-то, я имел ввиду семейный бизнес, маленькая проказница. — резко его властные руки скользнули по бедрам и крепко сжали ягодицы. Я оказалась подняла Стасом на руки, жадно сжимающая его талию ногами. Тихий, многообещающий шепот прямо в ухо заставил закрыть глаза и задохнуться: — Но сейчас единственное, о чем я могу думать, это о первой брачной ночи с женой.

Мое платье было коротким, мягко подчеркивающим фигуру шелковыми складками. Оно скатилось на талию, обнажая белое свадебное белье. Я купила его специально, в честь праздника. Обычно нечто настолько «голое» и откровенное никогда не носила. Стриги сзади и полоска прозрачного шифона впереди.

— Что это? — Стас нежно провел рукой по выпуклой розочке и витиеватому листику.

— Мой свадебный подарок. Нравится? — смущенно краснея, я ждала его реакции, но мужчина лишь смотрел и нежно гладил. — Если нет, то просто сними. Ой, то есть!..

— Тсс! — его властный шепот заставил меня снова забыть о дыхании. — Я обязательно сниму все с тебя, но сейчас хочу посмотреть.

Его колено уткнулось между моих ног в стену и служило неким подобием стула, который я успешно оседлала. Освободив руки, Стас медленно стянул с меня платье через голову и остервенело откинул в сторону.

— Нравится? — как можно спокойнее выдохнула я, хотя внутри умирала от волнения.

Пальцы Стаса нежно сжали полушария грудей через тонкий шифон. Мое тело превратилось в оголенный нерв, отзывалось на каждое прикосновение, когда мужчина нежно и осторожно потянул за маленький розы, закрывающие вставшие колом соски. Облизав пересохшие губы, сглотнув ком, он хрипло прорычал:

— Чувство, будто распаковываю подарок, который ждал всю жизнь...

Удивленно распахнув глаза, я встретилась с одичалым взглядом мужа. Он был зачарован, загипнотизирован… Скользил, гладил и изучал, словно впервые. Когда он наигрался, я уже дрожала от возбуждения. Аккуратно и чертовски медленно и стянул лямки лифа, позволяя тем упасть с плеч. Подцепив пальцем перемычку между чашек, Стас стянул его вниз, оставляя болтаться на талии бесполезным грузом.

— Я хочу тебя. — тихо шепнул он. Голос показался мне каким-то магическим, пронзающим до нутра.

Я расхохоталась, не двойственно указывая подбородком на член, вырывающийся из боксеров:

— Я заметила. И я тебя.

— Нет, я не об этом. Точнее, не только об этом… — сведя брови на переносице, Стас путанно отмахнулся. Затем суетливо приспустил штаны, торопливо отодвинул мои бикини в сторону и вошел. Комнату оглушили сдавленные хрипы и пронзительные стоны. Его рука переместилась на мою шею, слегка сжимая. Вставшие колом соски со сладкой болью терлись о мощную грудь Стаса. Он говорил мне прямо в губы, щекоча редкими прикосновениями: — Я хочу тебя всю. Без остатка. С потрохами. Хочу заботиться о тебе, оберегать… Залезть в твою голову и исцелить от всех травм. Хочу решить все твои проблемы. Хочу не отпускать тебя не на минуту… Хочу всегда быть рядом, как чертов сталкер. Меня пугает, как сильно я люблю тебя, Ева. Это чувство… Оно больно обжигает грудь, выедает меня изнутри. Это вообще нормально?

Резкие грубые толчки вколачивали меня в стену. Мощный каменный член задевал внутри все эрогенные зоны. От полноты ощущений спина прогнулась дугой, глаза закатились, а когти впились в спину мужчину.

— Нормально… — мой тихий стон растворился в смазанном из-за толчков поцелуе. — Потому что я сама могу думать лишь о тебе, родной. Люблю… До боли.

Он заставлял меня забывать собственное имя. Кричать громче и громче… Стонать, вырваться… Его мужское достоинство двигалось внутри со сверхзвуковой скоростью. Казалось, пронзало насквозь. Разрывало на части. Клитор пульсировал, изредка касался мощного торса Стаса. Это было достаточно, чтобы вскоре меня разорвало на мелкие части, поняло куда-то в космос и вернуло обратно лишь спустя целую вечность.

Как может незнакомец стать настолько родным за столь короткий срок? Я не понимала. Не могла это осознать. Просто отныне день без моего мужчины не имел смысла. Я хотела засыпать на его теплом плече, прижимаясь к любимому телу. Хотела просыпаться раньше, любоваться на его умиротворенную сонную физиономию и готовить любимый завтрак. Отныне каждый день стал сладким сном. И я, черт его дери, не хотела просыпаться!

Больше вопрос «как?» я не задавала. Лишь «за что?» Ведь такие сильные чувства могут достаться либо в наказание, либо в поощрение.

*** Новый Год

— Ста-а-ас… — снова с завязанными глазами, я перебирала ногами по сколькому снегу. Зима во Франции оказалась на редкость снежная. Словно и не уезжали с дома. Все те же сугробы, те же пуховики. — Долго еще?

— Нет, — кратко отмахнулся он. — Терпи.

— Хоть намекни. — застонала я, сгорающая от любопытства.

— Хм… — немного подумав, он произнес лишь одно слово: — Журнал.

Я осталась в неведении. Путанно пытаясь додуматься до правильного ответа, я вдруг ахнула от осознания. И тут же опустила себя же: «Нет, Ева! Нет! Забудь! Этого не может быть!»

Муж предложил оправиться во Францию в Новый Год, чтобы присмотреть жилье для переезда. Все, что предлагали риелторы, оказалось прекрасными домами, но… Не нашими. Мы, словно сговорившись, отвергали все варианты. В конечном счете одно из агентств подсунуло нам каталог домов на продажу. Я листала его без задней мысли, когда вдруг увидела ЕГО. Тот самый. Наш. В стиле шале. Огромный, с уютными деревянными рейками и каменной кладкой. С огромным участком, засеянным мягкой травой. Я тут же представила, как наши дети бегают и резвятся у детской площадки, а мы с мужем спокойно качаемся на гамаках у прудика с бокалами вина.

После я спросила у риелтора цену и сразу же откинула этот вариант. Недвижимость сильно превышала бюджет. Оказалось, что дом расположен с шикарном охраняемом районе. Да и продавался с мебелью от известного дизайнера.

— Та-дам! — резко сдернув повязку, Стас заставил меня протяжно вдохнуть. Это был тот самый дом.

— Дорогой, — с безумно колотящимся сердцем я посмотрела на мужа в панике, — скажи, что мы пришли просто на просмотр…

— Ну, — почесав затылок, он пожал плечами, улыбаясь по-мальчишечьи. Словно вытворил что-то чудное. — Тебе придется его посмотреть. Потому что по документам он уже наш.

— Но, это очень дорого! — руки затряслись. Слова, сказанные Стасом, никак не доходили до мозга. Я просто смотрела перед собой и не могла поверить в свое счастье: «Это все наше! Только наше?!»

— Мне кажется, что переплата того стоила. — теплы руки обвили мою талию, а губы нежно чмокнули в холодную щеку. — Мы ведь должны думать, что будем передать детям по наследству, верно?

Слезы выступили на глазах откуда не звали, смахнув их, я тихо шепнула:

— Верно…

— Кстати говоря, — ладони поползли по моей талии вниз, проникая за заклепки пуховика и касаясь живота. — тут десять спален, детка. Представляешь? Мы можем организовать свой детский сад.

Сглотнув ком, я нервно обернулась на мужа. Эту новость я хотела преподнести иначе, торжественно. Узнала только утром, времени обдумать план действий просто не хватило. «Более красивого момента, чем сейчас, больше никогда не будет!» - поняла я, протараторив сбивающимся низким тоном:

— Не знаю, как десять, но одному спальню нужно определять уже сейчас.

Я думала, что видела все грани счастья собственного мужа. Но именно тогда он просиял особенно ярко, озаряя собой пасмурный день.

*** Дорогие девушки! Спасибо всем, кто был с героями все время) Сейчас книга уходит на редактирование! Она официально завершена! У меня есть идея небольшого бонуса. О том, как Лиза с Юрой приехали в гости к нашей Еве со Стасом. Хотели бы почитать?

Конец