Способы исследования космического пространства

Глава 1

… Игорь работает в маленькой библиотеке на окраине города, которая усиленно пытается скукожиться обратно в деревенское состояние. Здесь еще живы двухэтажные дореволюционные постройки, на уютных узких улицах черная жирная паутина проводов – скука и обаяние провинции, так и не ставшей центром.

Игорю спокойно, даже слишком. Дела идут, книги читаются, шуршат газетными подборками пенсионеры, скрипят в гулком зале старые тяжелые стулья.

Из дальнего угла зала доносится легкий шорох музыки – что-то красивое, современное, переделанное по-модному под классику. Там сидит девушка, листает журнал «UFO» - какое странное чтение для барышни, которая ничем не отличается от других. Хотя нет, отличается – что-то неземное, ангельски красивое есть в ней сразу во всем, и даже светлые волосы как будто отражают сияние нимба.

Она качает головой и легонько постукивает тяжелым ботинком в такт музыке, которую Игорь все равно слышит в почтительной тишине зала. Так. Тишина должна быть в библиотеке…

- Девушка… Девушка… Здесь нельзя…

Она поднимает взгляд, и перед Игорем вспыхивают миллиарды звезд в ее глазах.

- Нельзя музыку, - твердо и ласково повторяет Игорь, - вы мешаете остальным. Выключите, пожалуйста, плеер.

Девушка кивает, нащупывает что-то в кармане своей куртки. Игорь уходит, успев поймать благодарные взгляды от завсегдатаев. Эту девушку он видит здесь в первый раз. Она не своя. Чужая.

День тянется медленно, уютно проваливаясь в пасмурную мглу. Начался дождь, и город раньше времени уходит во тьму. Посетители торопливо сбегают, пока дождь не превратился в ливень. Музыка тихо, но вполне явственно мурлыкает в зале.

- Девушка! – раздраженно воскликнул Игорь и осекся, поняв, что они остались совершенно одни в читальном зале. – Я же сказал, что нельзя слушать музыку… - добавил он тише, смущаясь от своей ненужной строгости.

Нарушительница отложила журнал и посмотрела в окно – там уже вовсю бесновалась гроза, дождь лил сплошной стеной, лужи кипели и пузырились адскими котлами. Игорь не успел предложить ей «дежурный» зонт или хотя бы остаться, чтобы переждать потоп. Она бесстрашно выскочила за дверь, напоследок бросив на Игоря взгляд, полный любопытства.

Никакого плеера у нее не было. Ее зовут Юна. Она смешлива и подвижна, как шарик ртути: учится на переводчика, увлекается уфологией и вечно мерзнет, даже в лютую жару. Чтобы Игорь удостоверился, она смело прижимает свои ладони к его щекам, и он блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь ее прикосновением.

- Ты и правда изучаешь все это? – спрашивал он, когда разглядывал аккуратные стопки иностранных журналов и корешки книг в ее маленькой квартирке. Ему было неловко – она первая пригласила его к себе, но отказать не смог – уж больно было любопытно, чем живет его мерзнущий ангел. Впрочем, никаких карт, плакатов и схем из красных стрелок, направленных куда-нибудь на Бермудский треугольник или вершины Памира, он не увидел.

- Скорее, изучаю тех, кто изучает, - откликнулась Юна. – Ты не задавал себе вопрос, зачем вообще человечество ищет доказательства присутствия внеземного разума?

Игорь пожал плечами.

- Наверно, от одиночества. Мы много что умеем и можем еще научиться, а обсудить успехи не с кем. Поделиться. Поболтать о жизни, узнать новости. Так мало на свете тех, с кем можно просто поговорить…

Юна посмотрела на него, словно он открыл ей великую тайну вселенной, и неожиданно заключила его в объятия.

- Ты. Прав. Ты совершенно прав!

Юна вечно была в движении. Игорь, плотно застрявший в библиотеке, восхищался ею. Она не сидела на месте, успевая отбыть пары в университете, сдавать какие-то зачеты заблаговременно, чтобы освободившееся время посвятить своему увлечению. Она смело отправлялась в чужие города, следуя по упоминаниям в изданиях разной степени серьезности, возвращалась буквально через пару дней, пропахшая пылью и дымом, а потом приходила к Игорю в библиотеку или тащила его в парк, «на свежий воздух», и рассказывала о том что видела и пережила – потрясающе интересно и тепло. С ней никогда не случалось ничего неприятного в этих вылазках, только красивейшая архитектура, добрейшие люди и интересные истории, рассказанные очевидцами.

Однажды Игорь не утерпел.

- Возьми меня с собой, - попросил он. – Правда, я во все это не верю, но… я тоже хочу, как ты – побывать в новых местах, познакомиться с разными людьми. Можно?

Они поймали один из последних, наверно, теплых осенних дней, чтобы посидеть под солнцем. Юна замерла, уставившись в одну точку, не моргая, словно просьба Игоря повергла ее в ступор. Игорь молча разглядывал ее, впитывая момент восхищения, которое всегда охватывало его при виде Юны. В приступе благоговения, которого он никогда раньше не испытывал, Игорь поцеловал ее. Губы со вкусом персиковой помады были нежными, мягкими и холодными.

- Ты все время слушаешь музыку, - прошептал он. – Мне кажется, что я ее слышу даже тогда, когда тебя нет рядом.

Юна встрепенулась и взглянула на Игоря очень серьезно.

- Пойдешь со мной? – спросила она вроде бы тихо, но ее голос грянул иерихонской трубой и разнесся, перекрывая для Игоря все остальные звуки. – Куда угодно?

Так наверно, чувствовал себя Адам, принимая из рук Евы запретный плод, думал Игорь, кивая. Куда угодно. Хоть в другую галактику. Лишь бы видеть, что видит она, дышать одним воздухом, восхищаться вместе с ней.

Юна приникла к Игорю. Он прижал ее к себе, и вдруг почувствовал, как она окаменело ее тело от напряжения.

- Что? Что такое? – Игорь проследил за испуганные взглядом Юны. – Кто там? Тебя кто-то напугал?

Там, куда Юна вперила настороженный взгляд, не было ничего необычного. Прохожие спешили по своим делам. На перекрестке, готовясь перейти его на зеленый свет, стоял мужчина в старомодном сером плаще. Он смотрел на Юну в упор и улыбался как-то радостно и злорадно, как охотник улыбается загнанному зверю, досылая патрон перед выстрелом.

Испуг Юны был настолько ощутимым, что Игорь моментально и изо всех сил возненавидел эту серую фигуру.

- Сиди здесь, - приказал он, чувствуя, что его облачает рыцарская броня, - я разберусь.

Ему иногда снились странные сны, в которых он уверенно и хладнокровного направлял на кого-то пистолет и интересовался: «Жалобы? Предложения? Просьбы?» Сейчас он будто снова окунулся в похожий сон, и даже голыми руками был готов наказать разрушителя его идиллии. Кто он, этот серый незнакомец? Плохой отец, от которого Юна скрывалась, пряча свою боль и обиду в странном увлечении? Или того хуже, призрак ошибок юности, тот, кто должен был защитить, но предал и растлил невинность, убил доверие к миру?

К тому моменту, когда Серый перешел дорогу, Игорь как раз пересек газоны парка и выскочил прямо перед его носом.

- Не лезь к ней, - угрожающе просипел он, боясь в волнении дать петуха. Так открыто лезть на рожон ему еще никогда не приходилось.

Серый плащ остановился, немало удивленный неожиданным препятствием в лице Игоря.

- Я в два раза тебя старше и тяжелее, - сообщил незнакомец, смерив Игоря взглядом. – Уйди, парень. Она того не стоит. Здорово она тебе мозги запудрила…

Эти туманные речи подтвердили предположения Игоря. Гнев вскипел в нем черной пеной и полез изо рта вместе со словами, которые прежний Игорь, еще не получивший приглашение покорять мир с любимой девушкой, не знал.

Выплюнув последнее ругательство, он ощерился, тяжело дыша, ожидая ответный ход противника. Скулы заранее заболели в предвидении драки, в которой победителем он себя не видел.

- Что ж она с тобой сделала, - с искренним сожалением протянул Серый плащ.

- Не ваше… дело, - Игорь проглотил резкость, надеясь, что в словесной битве у него больше шансов. – Что бы там между вами ни было… Теперь она со мной. Уходите. Не доводите до…греха.

- Ты даже не представляешь, как ты сейчас неправ, - Серый вздохнул, но сталкивать Игоря со своего пути почему-то не решился. Может, он на самом деле выглядел грозно, страшнее хомяка, защищающего свою крохотную шкурку. – Знал бы ты, за кого выступаешь… Впрочем, узнаешь еще, - тут он снова улыбнулся волчьей безрадостной улыбкой и вдруг легонько, и от того неожиданно и обидно, ткнул Игоря кончиками пальцев в лоб, а потом, не дав даже набрать воздух для возмущенного протеста, кивком указал Игорю куда-то за его спину. – Глянь-ка.

«Глянь-ка» было таким ехидным, что Игорь против воли развернулся, в один момент пережив смертельный ужас и ревность. Место, облюбованное им с Юной, пустовало, ее самой нигде не было. Взгляд Игоря заметался, ища знакомую белокурую головку и яркую рубашку, и новая волна страха окатила его от мысли, что пока Серый отвлекал его разговорами, Юну насильно забрали и увели из парка. Кто? Куда?!

Игорь развернулся, чтобы потребовать ответ у серого незнакомца и с твердым намерением врезать ему, но тот бесследно исчез по завету классика, оставив после себя лишь густой одеколонный дух пополам с табачным дымом.

И тут же ярость сошла, как мыльная пена под душем. Игоря зашатало от странной слабости, ум трезвел, удивляясь недавнему приступу гнева. Что он нес? Почему был готов убить незнакомого ему человека? Где Юна? И почему музыка, которую он слышал с первой встречи с ней, вдруг смолкла, будто кто-то придавил крышкой фортепиано пальцы неведомому таперу?

Как в тяжелом похмелье, что тоже было новым ощущением, Игорь поплелся из парка, рассудив, что Юна, скорее всего, убежала домой. Он не винил ее за это, но ситуация требовала объяснения. В конце концов, он не чужой ей человек, правда? Не может же быть чужим тот, кто целует тебя в губы, греет ледяные пальцы за своим воротом и хочет идти неведом куда и зачем, лишь бы вместе, рядом?

Адрес Юны он помнил только зрительной памятью, но, желая зачем-то себя наказать за нелепую стычку с чужаком в парке, пошел туда пешком. Перед самым подъездом выругал себя за беспечность – за ним могли следить, чтобы найти Юну. Прежняя нежная музыка никак не могла преодолеть барьер из спутанных мыслей, спотыкалась на втором такте и начиналась сначала, заикаясь, как заевшая пластинка.

Игорь зло выдохнул и провел ладонями по лицу. Что за бред? Что за шпионские страсти?

Он взбежал по лестнице на третий этаж и занес кулак, чтобы постучать, чтобы потребовать, чтобы его впустили в эту квартиру, в эту жизнь с какой-то неведомой страшной тайной. Но коснуться мягкой дверной обивки не успел – дверь открылась, выпуская квартирное тепло и запах духов. Юна высунулась в узкую щель от приоткрытой двери, и по ее лицу Игорь понял, что она ему совсем не рада.

- Уходи, - тем же тоном, с которым недавно с Игорем разговаривал Серый, - нам больше не надо встречаться.

- Юна, - Игорь почувствовал, что у него сейчас есть шанс доказать, что он достоин ее. – Я понимаю, что тебе тяжело и страшно. И ты не хочешь меня в это впутывать. И еще куча всего, что «не». Но я тебя люблю. Я за тебя порву любого. Только скажи.

- Я уезжаю, - тоскливо сообщила Юна. – Мне надо собираться.

- Из-за этого?

Юна покачала головой. Звезды в ее глазах погасли.

- Я не могу тебе сказать, - вымолвила она через силу и захлопнула дверь.

Что чувствует пугало, которое содрали с его палки? Хотя, что может чувствовать пугало, вы что, с ума сошли, - так рассуждал Игорь сам с собой, брод по городу неизвестно который уже час. Он успел вымокнуть под очередным дождем, и без удивления отметил, что наступил поздний вечер.

Музыка… Музыка Юны вдруг возникла из ниоткуда и отовсюду одновременно, прокатилась громовыми аккордами, отдаваясь эхом от стен домов, мокрого асфальта, стряхнула дождевую воду с листвы. Она звала Игоря. «Ты пойдешь со мной? Куда угодно?»

- Куда угодно!

Над головой в пасмурном, уже ночном небе что-то утробно завыло, надавило на уши звуковой волной, не воспринимаемой человеческим ухом, и пошло куда-то вперед. В воздух ввинтилась крупная дрожь, тошнотно вздернула внутренности. Игорь поднял глаза и захлебнулся слюной на вдохе от неожиданности. Над ним парило гигантское круглое темное пятно, чернее, чем ночное небо, а на этой абсолютной тьме перемигивались звезды, ставшие вдруг в миллионы раз ближе.

Неслышный гул стал невыносимым, боль в ушах затмила собой последнее разумное соображение. Игорь взвизгнул и повалился на землю, бесполезно зажимая их. «Вот бы Юна оказалась здесь, - почему-то подумалось ему. – Она бы оценила.»

И Юна появилась. Возникла из воздуха, в столбе мутного белого света под круглым куском космоса, отрезанным с другого края вселенной и приложенного заплатой на потрепанное и выцветшее земное небо. Юна взглянула наверх, приложив ладонь к глазам козырьком, помахала рукой в приветствии. Свет над ней уплотнился, моргнул и погас.

Игорь удивился лишь немного, чувствуя облегчение от того, что гул, терзавший все его тело, наконец-то утих. В голове сновали разрозненные мысли, которые должны были стать одной логической цепочкой, но их никак не удавалось ухватить и остановить мельтешение, от чего снова начиналась тошнота.

- Оставь парня в покое, - сказал Серый незнакомец, выходя из-за угла. Он запыхался, словно бежал в надежде кого-то догнать, но потом понял тщетность попытки и дальше шел шагом, успокаивая дыхание.

- Он захотел идти со мной, - звонко и без интонаций ответила Юна. Ее лицо застыло в одном выражении, как красивая, но неживая маска.

— Это не он захотел, а ты ему внушила, - Серый с жалостью взглянул на Игоря, силящегося подняться, но помогать не стал. Юна тоже безучастно смотрела на его попытки. Ее больше занимал этот Серый.

- Короче…, - Серый вдохнул, собираясь с мыслями, - тебе здесь нечего делать. Уходи..те. Пока мы не приняли меры. Это никому не понравится, и потом проблем будет больше, чем до, но мы готовы заплатить и такую цену, лишь бы вы нам глаза не мозолили.

Он говорил, но Юна слушала что-то еще, угадывала какой-то подтекст в этих туманных угрозах.

- Ты же знаешь… - начала было она нежным голосом. Услышав его, Игорь всхлипнул от накатившей радости – он готов был слушать что угодно, хоть телефонный справочник, лишь бы это было озвучено этой хрустальной ангельской трубой.

- Не дави, - поморщился Серый, - я не тот, с кем стоит вести переговоры. У меня все просто. Это мой дом. Моя Земля. А вы чужие. Я не люблю, когда чужие ходят по моему дому без моего разрешения. Так что вон.

Юна вздохнула.

- Мы не с того начали.

- Возможно, - Серый покосился на небо. – Поэтому незачет.

Юна стояла минуту, не моргая и даже не дыша, как будто ее поставили на паузу. Серый краем глаза присматривал за Игорем, пускавшем слюни от наведенного приступа счастья. Сам Серый только что не покряхтывал, стараясь удержаться от того же – «подмога», маячившая над Юной, гнала вовсю невидимое воздействие, приказывая всем здравствовать и радоваться.

- Мы еще вернемся, - отмерла Юна, как внезапно запустившаяся «умная колонка». – Надеемся, в следующий раз все будет по-другому.

- Не надейтесь, - буркнул Серый.

Он присел на корточки рядом с Игорем, достал маленькую фляжку, одним движением свинтил крышку и предложил ему, коротко объявив: «это вода». Игорь хлебнул жадно и закашлялся, выдыхая спиртовые пары – Серый его обманул.

- Когда человечество вздумало изучать космическое пространство, - тоном преподавателя на лекции сказал он шумно дышащему Игорю, - то разумно и логично стало отправлять на исследуемые объекты специальные машины – планетоходы. Марсоход, луноход – понимаешь? Бездушные машины с набором полезных инструментов и функций… Эти, - он неопределенно махнул в сторону Юны, - тоже решили нас поизучать. И спустили на Землю автомат, замаскировав под местное население для наилучшего, так сказать, выполнения миссии. Так что, Игорек, перед тобой просто продвинутый луноход. Любить ее все равно что любить стиральную машину или микроволновку.

- Юна! – выкрикнул Игорь. – Мне все равно, слышишь? Я тебя люблю! Я пойду с тобой, если ты меня позовешь!

Анатолий вздохнул.

- Я не смогу тебя взять с собой, - сказала Юна, и на ее лице наконец проступила эмоция – сожаление. - Внутри корабля нет ничего для жизнеобеспечения. Я робот. Я не сплю, не ем, не дышу. Когда я поднимусь на борт, меня разберут на части манипуляторы и встроят в него для удобства снятия информации и транспортировки. Я часть корабля, и мертва так же, как он.

- Зачем же… Зачем ты согласилась тогда? – Игорь понял, что верит каждому ее слову так же, как верил до этого другим ее словам. – Зачем позвала?

- Я проверяла уровень готовности взаимодействовать, - отчиталась Юна. – И он был… удовлетворительный.

Блюдце наверху недовольно загудело. Его прожекторы, направленные строго на Юну и Анатолия, пустили выжигающе-яркий, как будто кто-то выкрутил ручки на полную, белый свет. Анатолий выругался, прикрывая глаза рукой, но все тут же прекратилось.

— Вот тварь! – с чувством выдал Игорь, - ненавижу! Всех их ненавижу!

— Это правильно, -отозвался Анатолий, промаргиваясь. Картинка в глазах проявлялась, как полароидное фото, и была совершенно нормальной – ночь, улица, фонарь и никаких летающих тарелок и ангельски красивых инопланетных роботов.

Игорь наконец поднялся, сделал пару шагов к Анатолию и протянул ему опустошенную фляжку.

- Спасибо. Кто бы вы ни были.

Анатолий посмотрел на фляжку, забрал ее, а потом протянул Игорю руку:

-Анатолий. Экстрасенс.

- Кашпировский, что ли? -удивился Игорь, пожимая руки.

- Как вы все достали… - вздохнул тот, но видно было, что не рассердился нелепому и заезженному приколу. – Нет, не Кашпировский. Ты, наверно, хочешь получить какие-то объяснения?

- Да все и так уже понятно, - Игорю тоскливо оглянулся. Алкоголь разошелся по крови, достиг истерзанного последними событиями мозга и подначивал на что-то крутое и безрассудное. – Кроме одного – причем тут экстрасенсы?

- У этих, - Анатолий отмахнул головой вверх, в чистое небо с бледными мелкими звездами, – буквально все не как у людей. В том числе и способы общаться. Такие, как я, с ними, что называется, на одной волне. Другие их или совсем не воспринимают, или вот как ты – моментально влюбляются.

- И давно ты с ними «на одной волне»?

- С тех пор, когда у нас наверху поняли, что эти ребята проблема, а возможно, и угроза.

- Угроза, - убежденно отозвался Игорь. – Определенно угроза.

Анатолий с интересом посмотрел на него, что-то прикидывая в уме.

- Слушай, а хочешь со мной поработать? – предложил он.

- Поработать? – с подозрением переспросил Игорь. – Я так-то библиотекарь. Какой из меня Фокс Малдер?

- Ты выжил, и даже умом не тронулся, - сказал Анатолий. – А это у нас самое главное.

- У кого это «у вас»? – заинтересованно уточнил Игорь. – Какая-нибудь сверхсекретная контора с цифрами вместо названия? А пистолет дадут?

- Ты слишком много книг читал, библиотекарь, - снисходительно ответил Анатолий. – Пистолет то тебе зачем?

- Да так, - Игорь задрал голову и жадно вдохнул ночной воздух. Голова его была счастливо пуста и легка, как после долгого приступа мигрени. – Чтобы отвечали, когда буду спрашивать: «Жалобы? Предложения? Просьбы?»