Соцработники

Глава 1

Работник социальной службы Олег Петрович поежился. Самая неприятная часть его дня. Еще и район именно такой, как он не любил – куча давящих многоэтажек, уходящих в низкие давящие облака; и погода под стать. Все сложилось. Ладно, через пару часов дело будет сделано, лягушка съедена, и можно будет уезжать на кофе-брейк.

Хмурый серый лифт вывез его в хмурый серый коридор с рядом однообразных серых дверей.

Возле пыльного окна стояло жалкое растение – искусственное, конечно. Настоящее бы тут не выжило. Но и искусственное выглядело так, словно просило его прикончить.

Олег Петрович вздохнул и нажал на кнопку звонка. Звонок раздался птичьей трелью – еще один штрих, который каждый раз заставлял вздрогнуть. Очень уж неуютно было слышать этот звук откуда-то из прошлой жизни, из совсем уж далекого детства – такие звонки были в доме его бабушки – здесь, в этом месте. Слишком неуместно.

Дверь открылась. Олег Петрович натянул привычную улыбку.

Как обычно, встретился взглядом с льдисто-голубыми глазами андроида-сиделки. Тот, как всегда, был гладко причесан, гладко выглажен, и движения были, как всегда, тоже гладкими и плавными.

- Здравствуйте, - кивнул Олег Петрович.

Андроид кивнул и протянул руку в сторону комнаты.

Олегу Петровичу всегда казалось невероятным, как в этих апартаментах сохраняется характерный затхлый запах безнадежности, уныния и еще чего-то кислого. Даже при почти полном отсутствии ковров и уж точно при полном отсутствии пыли.

- Лидия Викторовна, добрый день, - натянутая улыбка Олега Петровича стала уж совсем каменной.

Небольшая фигурка, сидящая за столом, подняла на него стрекозиные очки и что-то прокряхтела в ответ.

- Ну, как у вас дела? Вы к нам обращались? Что вас не устраивает?

- Он меня не устраивает, - ткнула пальцем старушка в сторону андроида.

Тебя все не устраивает, устало подумал Олег Петрович. Тебе внуки платят за содержание, наняли тебе андроида последней модели, чтобы подтирал тебе задницу, а тебя все равно все не устраивает, лишь бы драму устроить.

Как и у многих стариков.

Сам Олег Петрович совершенно не выносил капризов - ни старческих, ни детских. Он и на социальной службе-то задержался только потому, что работа его была связана с оформлением административных бумаг и налаживанием оборудования. Но иногда приходилось обрабатывать жалобы...

- А что с ним не так, Лидия Викторовна? Программа сбилась? Плохо обслуживают? – вслух продолжил он. Совершенно бесполезно было надеяться на разумный ответ в таком-то возрасте, но предписания есть предписания, а все разговоры записываются.

- Мне не нравится его голос, - сказала Лидия Викторовна. – Очень противный голос.

Андроид тем временем принес на подносике фарфоровый чайник с двумя чашечками и услужливо предложил их как хозяйке, так и гостю. Там же оказался баночка с медом, маленький сливочник, миниатюрная сахарница и блюдце с лимонными дольками.

- Ну-у, Лидия Викторовна, - поддельно беззаботным тоном отозвался Олег Петрович. - Голос модели Ан-12 был смодулирован по данным долгих исследований. Он успокаивает и благоприятно влияет на 86% респондентов.

- Мне не нравится, - отрезала старуха.

Олег Петрович покосился на андроида.

- Вам печенья принести, Лидия Викторовна? - невозмутимо спросил тот.

Ну а чего ты ждал, подумал Олег Петрович. Раздражения? Возмущения? От социального андроида? Второй год работаешь, а все привыкнуть не можешь, ждешь какого-то подвоха.

- Не надо мне от тебя никакого печенья, - фыркнула старушка. И тут же без всякого перехода добавила: - курабье на верхней полке лежит. Принеси.

- Можешь, какие-то еще жалобы есть? Может, Ан-12 действия какие-то не выполняет? – спросил Олег, пока робот послушно потянулся к нужной полке.

- Мне не нравится, как он ходит! И разговаривает. Пусть разговаривает нормально!

- Сожалею, Лидия Викторовна, - вежливо отозвался Ан.

Олег Петрович вздохнул.

- Лидия Викторовна, все параметры модели Ан-12 направлены на улучшение вашего качества жизни и самочувствия.

И только у него хватит на тебя терпения, добавил он мысленно.

- У него даже чувства юмора нет, - брюзжала она. – У меня нет зубов, а от его шуток зубы сводит. Мне с ним скучно невыносимо! Почему нельзя кого-нибудь нормального прислать, сколько я еще должна мучиться?

- Спасибо за ваше мнение, Лидия Викторовна, я обязательно передам в отдел разработки. Посмотрим, что можно сделать. Но все согласно инструкции, неисправностей, как я вижу, нет. А раз никаких других жалоб по качеству работы нет, то я пойду, Лидия Викторовна, у вас все исправно, не злоупотребляйте обращениями!

- Как это нет жалоб! Да вы мне его специально подсунули! Назло! Я на вас управу еще найду!

… На прощание Олег Петрович улыбнулся, кивнул андроиду, закрывающему дверь. Подумал, не надо ли сказать чего-то одобрительного, но так и не нашелся, что.

***

Олег Петрович выкурил сигарету, бросил окурок мимо урны в мокрый грязный снег, поморщился. Допил мерзкий кофе из пластикового стаканчика – он остыл и теперь был, наверное, как этот самый грязный снег на вкус, поморщился еще раз. Вздохнул. Больше оттягивать визит было нельзя. Надо было идти к старухе.

Десять лет прошло с Тихой Революции и с принятия закона об оскорблении андроидов. Поколение Олега Петровича выросло на шутках о восстании машин, а когда оно действительно настало, никто толком и не заметил. Возможно, потому что человечество к тому моменту слишком привыкло бояться машин. И поэтому относились к машинам уважительно – на опережение.

Машины не восставали и не поднимали революций. Машины вошли в жизнь человека незаметно и удобно. Они просто взяли на себя самые опасные и неприятные работы. И ни разу не жаловались. Машины не выгорали профессионально. У машин не было горюющих семей, оставшихся после взрывах в шахтах. Машинам хватало терпения работать с лежачими больными.

Может, это было экономически выгодно. А может, политики просто тоже встречались глазами с льдисто-стеклянным вежливым взглядом каких-нибудь своих сиделок – Олег Петрович не знал. До признания прав личности, конечно, не дошло. Пока. Но оскорблять или унижать электронных слуг стало административным наказанием, вандализмом и, разумеется, порчей имущества.

Однако попробуй донеси эту прогрессивность старикам вроде Лидии Викторовны…

Лидия Викторовна была горда и непоколебима всю жизнь и явно не собиралась сдавать позиции и сейчас.

Она была как средневековый готический собор среди современных построек. Эти все ваши новые ноу-хау, конечно, хорошо, как бы заявляла она, - но мне подайте, пожалуйста, контрфорсы, горгулий, звонаря погорбатее… И сканворд.

Переубеждать ее было все равно что пытаться переубедить горную цепь. Ты к ней со своим прогрессом, новыми методами, оптимизаций – а ей что толку, какое ей дело до этой возни, она видела движение литосферных плит и извержение вулканов, которые уже успели потухнуть.

- Я не понимаю, сколько еще можно жаловаться, - бубнила Лидия Викторовна. – Почему нельзя ничего сделать.

- Лидия Викторовна, что конкретно вас не устраивает?

Старуха уже не могла вставать и лежала в кровати, опутанная сетью трубок. Техники в ней уже сейчас тоже было больше, чем жизни. Но некоторые вещи остаются неизменными.

Олег Петрович видел, как она постепенно угасает: то приходил домой, то застигал их на прогулке: серые дома, уходящие в бесконечность, бабушка в шляпке в кресле-каталке на сером асфальте и рядом опрятно одетый робот-помощник с самыми приятными экспериментально подобранными человечными чертами.

- Он отвратительно читает. Вот сколько раз просила – читай нормально. Вот приходил же этот, темненький, Володя, вот он хорошо читал. А этот все время лезет, с вопросами пристает, одеяло поправляет. А читать не умеет. Кто так читает. Читать их теперь, что ли, не учат. Дайте мне кого-нибудь человеческого!

- Лидия Викторовна! – привычно монотонно затянул Олег Петрович заученные слова. – Ан-12 ничуть не хуже человека. Его программа поведения была специально разработана для вашего максимального комфорта. И вы не можете его обижать. Он очень старается. Как вам не стыдно!

Последние слова он добавил от себя, в порыве вдохновения. Но, разумеется, никакие упреки и уж тем более никакие исследования и никакие расчеты не могли удовлетворить Лидию Викторовну. Лидия Викторовна была проклятой погрешностью.

А что за загадочный Володя, который, вероятно, обслуживал Лидию Викторовну в предыдущем сервисе – не помнил и не знал уже никто. Олег Петрович подозревал, что Володя, как это часто случалось со стариками, был давно умершим родственником или вовсе кем-то выдуманным.

- Стыдно?.. Не хуже человека?.. – Лидия Викторовна посмотрела на него ничего не понимающими глазами. Она, вероятнее всего, забыла, что ее помощник вообще машина.

- А утку он почему не может выносить нормально? – старуха вернулась к знакомой области, то есть к жалобам.

Олег Петрович не хотел знать подробностей, но его никто не спрашивал.

- Я больной человек, справляю нужду в утку, вы себе представляете, как это унизительно? А он слова никогда лишнего не скажет, не поморщится даже. Улыбается он. Тут плакать надо, а он лыбится на меня! Не могу я с ним!..

...Перед уходом Олег Петрович снова вежливо кивнул Ану-12.

- Вы уж не обижайтесь на нее, - неловко пробормотал Олег Петрович. – Она не понимает… Люди не все такие.

- Все в порядке, - мягко отозвался андроид. – Это же моя работа.

Выходя на крыльцо и затягиваясь сигаретой, Олег Петрович поежился. Ох уж этот их стеклянный взгляд. Хорошо, что он, Олег Петрович, не андроидофоб. Хорошо, что он хотя бы обозначил свою позицию по отношению к андроидам.

***

В сером мире с серого неба падал серый мокрый снег. Социальный работник Олег Петрович, хлюпая простуженным носом, одновременно и проклинал этот день, и радовался. Повод для выхода из дома был мерзкий – хоронили Лидию Викторовну – но зато старушка наконец-то отмучилась, и это будет их последняя, так сказать, встреча.

Умри она в более погожий день, Олег Петрович бы даже думал, что ему будет не хватать старушки и ее характера. Но Лидия Викторовна и здесь, конечно, была в своем репертуаре.

Надо было по договоренности с наследниками заехать на кладбище, чтобы поставить подпись на паре документов, а потом можно было заезжать в квартиру, делать опись и вернуть освободившегося андроида на техобслуживание в соцслужбу.

Церемония на кладбище была довольно скромной, да и то почти прошла – Олег Петрович поблагодарил бога, потому что он терпеть не мог всех этих унылых религиозных церемоний. Несколько человек стояли вокруг могилы, один из них мог оказаться даже Володей.

Ах как лицемерненько, подумал Олег против воли. Свалили родного человека на машину, а теперь делают вид, что тоскуют.

Он уже было решился отвлечь кого-то из них и всучить бумажки (какой век на дворе, а все еще надо ставить подпись на промокающих под снегом бумажках, да сколько ж можно!), как вдруг взгляд зацепился за еще одну фигуру, в отдалении от остальных.

А вот это было необычно. Обычно андроиды спокойно дожидались сотрудников в квартирах. А не посещали похороны подопечных. Выглядело это жутковато. К тому же, водоотталкивающее покрытие водоотталкивающим покрытием, но андроид мог в такую-то погоду и попортиться.

- Здравствуйте, - обратился Олег Петрович к Ану-12. – А вы тут какими судьбами?

- Зашел попрощаться с Лидией Викторовной, - корректно прошелестел андроид.

- Понимаю, - соврал Олег Петрович. – Это очень деликатно с вашей стороны.

Помолчали. Олегу Петровичу становилось неловко.

- Может, со следующим подопечным повезет, - сказал он. – Сочувствую, сколько вам пришлось с ней натерпеться. Сами понимаете, старые люди – они не всегда принимают андроидов…

- О нет, - возразил Ан, вежливо и внимательно смотря на собеседника. Олег Петрович поежился. – Мне с ней было совсем нетрудно. Мне будет ее не хватать.

- Да, конечно, - закивал Олег Петрович. – У вас такая программа.

- Дело не в этом, - вежливо отозвался андроид. – Вы очень добры ко мне.

- Ну что вы, каждый современный человек... - смутился Олег Петрович.

- ...Потому что я андроид. - неожиданно резко прервал его Ан-12. - Она же ненавидела меня просто так. Полноценно.

Олег Петрович непонимающе замолчал.

- Она ненавидела меня как личность.

Олег Петрович не нашелся что сказать.

- Ну что, - сказал андроид привычным приятным отобранным в результате экспериментов голосом. – Пройдемте к техобслуживанию?