Сортировка бисера

Глава 1

Сегодня прилетит новый транспорт. Прошлый прилетал полгода назад, а мусор мы рассортировали за месяц. Пять месяцев без работы. Мин сидела на верхней площадке вышки связи. Вышка уже давно работает вполсилы; Старик иногда находит подходящие детали, но всё равно вышка слишком старая. Даже мусор, который нам свозят, новее этого дерьма.

Мин смотрела на север. Или северо-запад, она точно не знала. Куда-то в сторону Китая. Отсюда не было видно мегаструктур, небоскрёбов, даже космического лифта не видно. Гигантский углеродный кабель, тянущийся на сотни километров в космос, и даже его не видно из этой дыры. Мин никогда не видела их вживую, только в вирте и на картинках. Даже странно, что бумажные книги всё ещё существуют; иногда им привозят бумажный мусор, но редко. Даже реже, чем детали для вышки. Но даже так они впечатляли. Наверное, если весь твой мир — загаженный остров посреди океана и гигантский мусорный завод, даже картинки чего-то нового заставляют тебя радоваться. Она правда хочет вырваться отсюда, уплыть, улететь, может пробраться на транспортник и свалить. Но другие уже пытались; их трупы либо прибивало обратно к берегу волнами, либо приходило сообщение, что с нашего острова на транспорт попало органическое заражение, его устранили, но нам стоит быть внимательнее. «Органическое заражение — вот кто я такая», — думала Мин. Они не дадут нам покинуть остров, разве что в вирте через узкий гигабитный канал спутниковой связи, но только чуть-чуть, полдня, может день.

На горизонте появилась большая птица. На самом горизонте, в десятках километрах от вышки. Значит, это транспортник, полностью автоматический транспорт модели CVX-11b: на крыльях с размахом по 100 метров, а ещё на хвосте — гироскопические плазменные двигатели вертикального взлёта. Эта хрень может вылететь даже в космос; будь там хоть один живой человек, он бы умер без системы снабжения, но вся продукция CVX автоматическая. Разве что дроны снуют внутри, чтобы чинить мелкие поломки. Через пару часов он начнёт снижаться, повернёт двигатели для торможения, пройдёт часть пути за счёт экранного эффекта в метре над водой и приземлится у самого острова. Мусор сгрузят у самого берега специальные дроны-амфибии, а дальше мы сами. Наверное, здесь слишком грязно даже для роботов, боятся подхватить ещё какое-нибудь «органическое заражение».

Всё так и происходит, как и каждый раз. Говорят, что раньше такие транспортники прибывали каждую неделю, завалы мусора не успевали рассортировать, и часть даже падала в воду. Теперь так не происходит; каждый грамм мусора слишком ценен. В этот раз прибыли какие-то микросхемы без плат и сами платы, детали мониторов, клавиатур, компьютерные и органические порты, что ставятся прямо в мозг, жёсткие диски и те новые, работающие уже без магнитов. Много чего, наверное, хватит ещё на месяц. Но никто не спешит приступать: сначала подготовка. Грузы развозят в подходящие цеха, выдают разнарядки, как сортировать, что делать с каждым видом мусора. Может быть, часть они заберут обратно на материк. Мин ещё не видела детали, но была уверена: они слишком новые, и Старик не сможет усилить пропускную способность вышки. Опять.

*****

Через три дня подготовка завершена. Мин и другим девушкам из её цеха досталась работа с какими-то шариками на платах. Она ещё не видела таких. Платы были не очень большие, размером с ладонь; шарики совсем крохотные, даже между пальцами они не чувствовались. Поэтому взяли увеличительные очки и перчатки-пинцеты, нагревательные моноплитки, чтобы удобнее отделять элементы с плат, и кучу ящиков. Пока весь цех ждёт дозу специального концентрата — для концентрации, а не в смысле концентрированного продукта — Мин читает разнарядку.

Шариков несколько видов: красные, зелёные, синие, фиолетовые и белые. Целые нужно положить в коробки по цветам. Если повреждены ножки крепления, но шарик цел — другая коробка, тоже по цветам. Если повреждён шарик — в мусорную коробку. Целые платы — ещё коробка, повреждённые — ещё коробка. Мин рассмотрела информацию о плате: производитель — CVX; есть дата — 10 лет назад, но вместо серийного номера чёрный прямоугольник. Чёрт, они совсем новые.

Ещё через час начали работу. Монотонный, бездумный труд. Первые часы, конечно, приходится думать. Всматриваться, бояться ошибиться, но потом втягиваешься. Время для каждой платы всё меньше и меньше. 30 минут, 25 минут; через неделю Мин поставила личный рекорд — 14 минут 39 секунд на целую плату. И всего 1 ошибка на 10 000 деталей. Но это только вначале, потом совсем без ошибок. Нужно работать быстро, ведь деталей ограниченное количество, и платят за каждый грамм сортированного продукта. При этом шарики такие мелкие, что нужно не меньше сотни, чтобы набрать целый грамм. Целые платы считаются поштучно, но там такие гроши, что и говорить неприятно.

Мин копит деньги, хотя сама не понимает, на что именно. Доставка товаров на остров строго ограничена; зачем-то есть досмотр всего, что приходит, и всего, что уходит с острова. Так что лодку не собрать, вменяемую деку или целый компьютер тоже. Есть байка, что один из островитян как-то строил мех под заводом, но когда об этом прознали, все подвалы и тоннели залили бетоном вместе с парнем и его кустарным мехом. Мин не знала, правда это или нет, но подвалы завода действительно залиты бетоном.

— Эй, ты в порядке? — подошла бригадирша.

— Да, а что? — Мин вздрогнула, мысли бились о черепную коробку. Что она сделала не так? Нельзя потерять работу!

— Ты не работаешь уже 30 секунд. Если нужно в туалет, лучше сходи на улицу, нечего в цехе вонь разводить.

— Нет, всё в порядке. Я просто... задумалась, наверное.

Бригадирша как-то изменилась в лице. Раздражение? Сочувствие?

— На, выпей ещё концентрата, наверное, толерантность развилась. Поищу для тебя состав посильнее.

— Спасибо.

Мин выпила ещё дозу концентрата и вернулась к работе. И вдруг поняла, что её затормозило. Один из шариков мигал. Вроде как все: крошечный, красный, сам целый, ножки тоже в порядке. Плата в одном месте опалена будто лазером, но ничего важного не задели. Таких повреждённых плат было много. Но этот шарик, среди десятков таких же на плате, он один мигал. Мин подняла очки на лоб, подняла плату с моноплиты. Нет, перестал, больше не мигает. Может быть, галлюцинации от концентрата, такое бывает, но дозы нужны действительно большие. «Нужно пить больше воды», — подумала про себя Мин и вернула всё на место. Нацелила пинцет и... шарик снова мигает. Может, дело в моноплите. Да, так и есть: на ней шарик мигает, снять — гаснет.

Мин будто бы уже проходила это. Она снова зависла, но пришла в себя. Нельзя вновь привлекать внимание бригадирши. К чёрту всё! Мин положила всю плату в карман комбеза. Нужно вытащить её и посмотреть дома.

*****

Не зная, что делать, Мин уставилась на плату. Сколько уже? Час или два она просто пялится на неё. Дома тоже есть моноплита, и всё повторилось. Кажется, оно мигает не просто так. Миг, миг, миг, потом долго с перерывами, мииииг, мииииг, мииииг, снова миг, миг, миг. Затухла. Опять миг, миг...

Теперь девушка присматривалась к плате. Она неотличима от других таких же, но что-то не так. Некоторые детали выглядят как на других, однако выполняют другие задачи. Кажется, эта плата переделана на скорую руку, но достаточно профессионально. Так могут только дроны, причём очень маленькие дроны. Детали ей не знакомы, но это похоже на аккумулятор с беспроводной зарядкой. Может, поэтому он включается на моноплите, каким-то образом работает от тепла.

Ладно, это всё хорошо, но дальше ей самой не разобраться.

*****

Лицо старика, как всегда, оставалось каменным. Ни рассказ Мины, ни осмотр платы его не впечатлили. Пару раз он хмыкнул, цокнул языком, задумчиво пукнул. Мина сидела в хибаре под вышкой связи, осматривая завешанные компьютерным мусором стены. Если порядком устать, в этих узорах электронных плат и деталей можно начать видеть... что-то. Мина заметила лица, а вон тот узор похож на корову. Нет, корову она не видела вживую, как и города Китая. Но в вирте один парень включил скин коровы, чтобы подкатить к ней. Она тотчас вышла, это было реально странно.

Старик аккуратно положил плату на кофейный столик, рядом с её ногами. Он рассказывал тихо, поэтому Мине пришлось даже наклониться к нему, пытаясь разобрать, что этот беззубый пытается до неё донести. Плата и правда оказалась модифицирована, причём серьёзно. Все шарики переделаны, хотя и выглядели нормально. Внутри разместили микропроцессоры и память, под другие детали замаскировали тепловой аккумулятор и беспроводную зарядку. Проверив детали, он понял, что все военного образца, чертовски ёмкие и для обычной техники не подходят. Что-то про архитектуру начал говорить, но Мин не поняла. Главное, что плату полностью переделали, сделав самостоятельное устройство для хранения... чего-то. Старик не рискнул подключать эту штуковину к своей деке и посоветовал её просто сломать.

Но Мина думала иначе.

*****

У неё не было своего компьютера, своей деки, вообще ничего своего, кроме затхлой комнаты в общежитии. Да и та скорее принадлежала заводу, чем ей. Даже деньги тут мало что значили. Выйти в сеть она сможет только по расписанию, когда придёт её очередь сесть в кресло в подвале под вышкой связи. И она решила ждать.

Цех, концентрат, платы, шарики, дом. Цех, концентрат, платы, шарики, дом. Цех... день, второй, пятый. Потом безделье. Груза хватило на месяц, как Мин и предполагала. Остров погрузился в спячку. Некоторые бродили по этой свалке, копаясь палкой в ржавых остовах. Кто-то даже пытался убраться, ну или просто ловил крыс. Хоть какое-то разнообразие, не безвкусная каша. И вот наступил её день.

Мина заранее набрала каких-то проводов и переходников. Она не помнила, какие разъёмы у кресла. Да и порт к плате она приделала кое-как. Видела, как работает с паяльником Старик. Не факт, что это сработает, но попробовать стоило. Вдруг там военные секреты, какая-нибудь информация, которую можно продать за освобождение с острова. Да даже если там фотки с корпоратива корпоратов, всё лучше, чем сидеть без дела или ловить крыс.

Время ещё не наступило. Пять минут до её очереди, а она уже стоит у двери в подвал. Нервы на пределе, она не может удержать ноги и бродит перед дверью. Срок подошёл, но дверь всё ещё не открылась. Она собирается взяться за ручку и крикнуть, чтобы пошевеливались, но не пришлось. Дверь открылась. Какой-то мужчина выходит наружу. Тощий и грязный. Он не ел и не спал последние сутки, это уж точно; впитывал в себя всё, что можно найти в сети. Она будет такой же, когда выйдет оттуда через день.

У кресла десятки разъёмов. Первый час Мина просто пытается подключить плату, тычет провода в отверстия. Некоторые подходят, но закрыты для доступа. Пробует другие, копается в настройках. Почему это так сложно? Получается добиться перезагрузки с системным доступом. Это нехорошо, Старик заметит, но она что-нибудь соврёт. Главное — открыть хранилище платы как можно скорее. Она вставляет провод в порт.

*****

— Десятки тысяч смертей. Никакущие системы защиты, устаревшие ПО и железо. Вот что значит доверять CVX. Искусственный интеллект военного образца врывается в сеть и сжигает мозги десяткам тысяч людей. Ещё сотни тысяч оказываются овощами, миллионы теряют воспоминания, теряют чувствительность из-за выжженных нейронов. И это только человеческие жертвы. Настоящая трагедия — сервера, базы данных, гидроэлектростанция! Знаю, я повторяюсь, но хочу, чтобы вы это запомнили: избежать полного коллапса Китая удалось только из-за нас. Xian Ten спасла Китай. Меня пригласили в эту студию не просто так, компания Xian Ten — ведущий специалист в области ИИ, безопасности информации, а также у нас есть подразделение частной охраны Xian Ten Titan. Хватит платить тем, кто ставит мир на грань катастрофы! Если вам нужны реальные решения, а не вышедший из-под контроля ИИ-убийца, обращайтесь в Xian Ten.