Сокровище принца

Глава 1

Почти сто лет прошло после Большой катастрофы, перевернувшей мир с ног на голову. Все что было ценным тогда, теперь стало бесполезным мусором, дешевой ненужной безделушкой, и наоборот, уже потерявшие свою важность вещи и понятия снова вознесли на пьедестал и стали им поклоняться.

С такими невесёлыми мыслями Алёна летела на аукцион на другом конце страны. Её авион был тщательно замаскирован под дорогую брендовую модель, красивое платье было взято на блошином рынке вместе с парой туфель, которые, наверно, еще саму Катастрофу застали в секонд-хэнде. Впрочем, в том месте, куда направлялась Алёна, это как раз было модным. В сумочке лежало поддельное удостоверение, которое могло пройти нестрогую проверку – дальше подпольщик, взявший с Алёны крупную сумму, едва ли не последние сбережения, ничего гарантировать не мог.

Но ей было нужно совсем немного. Ради этого она потратила все свои деньги, уволилась с работы и готовилась в случае провала сесть в тюрьму.

Аукцион для коллекционеров предметов старины, которые находили после Большой Катастрофы, разбирая завалы на зараженных территориях, собрал странную даже для нового времени публику. Это был словно большой костюмированный бал – молодые мужчины в черных фраках, белоснежных жилетах, с ярко-алыми розами и гвоздиками в петлицах, кое-кто с муаровыми лентами через плечо, по-разному, потому что никто так и не разобрался, как их правильно носить. Женщины с причудливо завитыми или приглаженными к черепу волосами, так, словно они нарисованы, в диадемах с плюмажами из белых страусиных перьев, в платьях обязательно черных или белых, длинных, с волочащимися по полу шлейфами, с графичным, почти черно-белым гримом на лице, прогуливались под руку с мужчинами, негромко говорили что-то на чудовищной смеси трех языков старого мира, едва ли понимая половину сказанного. В главном аукционном зале стояли невысокие тумбы, на которых сверкали гранями стеклянные желтоватые кубы, заключавшие в себе бумажные книги, картины, вазы, детские ободранные и обожженные игрушки, утюги, сотовые телефоны. И на каждом кубе ярлык «обеззаражено». Это значит – уже не фонит. Единственное излучение от них – одиночество и безысходность негодных в новом мире вещей.

В новом мире снова мода на аристократию. Плевать, что от королевств уже ничего не осталось, зато на всю эту толпу есть один принц, потомок пяти королевских семей разной степени родства. Все остальные – знать помельче, самозваные графы и герцоги, с перевранными фамилиями, которые не найдешь уже ни в одном геральдическом справочнике.

Но у них теперь есть деньги, которые можно легко тратить на всякую глупость вроде бриллиантов, выкопанных из руин ювелирных магазинов. Они живут в своем мирке, больше похожим на фантазию, сказку. Остальные уже давно привыкли жить по-другому. Нет, они не стали отребьем, прозябающем в пыли, как в старых антиутопиях. Но все равно мир, с которого заживо содрали шкуру, а потом подожгли, не мог уже стать прежним. Он стал другим – в холодном неоновом свете, строгий, минималистичный и бесконечно далекий от показного бриллиантового шика нуворишей.

Алёна взглянула на часы – ее маскировка продлится еще три часа. Этого должно было хватить, чтобы сделать дело и уйти в гостиницу на окраине города, чтобы пересидеть переполох.

Авион прибыл на место. Алёна как можно изящнее вышла и едва успела вытянуть край платья из салона до того, как его успела прижать опускающаяся дверь. Алёна кашлянула, делая вид, что так и задумано.

Охранников у входа не было – их роль давно уже выполняли рамки контроля, которые сканировали каждого вошедшего и сверяли данные с теми, которые были записаны в удостоверениях, которые не было нужды даже доставать. Если бы подпольщик налажал, при первом шаге Алёны за порог сработала бы сигнализация. Но ничего не случилось.

- Вы на аукцион? – спросил ее кто-то, и крепкая мужская ладонь уверенно сжала ее локоть. – Позвольте проводить, до начала осталось совсем мало времени.

- Скажите, а на аукционе будет принц? – спросила Алёна.

- Конечно, он не пропускает подобные собрания, - заверил ее сопровождающий. – Я его помощник, Иван Кочетов. Здесь нет никого ниже барона, так что можете смело обращаться ко мне «ваша светлость». А вы… Леди…?

- Я не леди, - развязно, как ей показалось, ответила Алёна.

Они уже дошли до аукционного зала. В этом благородном собрании было не принято выкрикивать ставки. Гости бродили от лота к лоту, кучковались, переговариваясь вполголоса, потом сообщали свое решение распорядителю, который записывал все в маленький блокнот. Через некоторое время распорядитель просто подходил к победителю с бумажкой, на которой была написана выигравшая ставка.

- Ну и где здесь принц?

- Вон он, окруженный наибольшим количеством красивых женщин, - небрежно ответил его помощник.

- Симпатичный, - задумчиво сказала она, - сразу чувствуется порода.

- Принц без королевства, наследник фамилий, которые даже он сам выговорить не может. Живой памятник самому себе, - отозвался Кочетов. – О, меня заметили.

Он отпустил Алёну и быстро подошел к принцу, которого она продолжала жадно рассматривать. Молодой человек во фраке с голубой лентой через левое плечо на самом деле был хорош собой. Он оживленно беседовал, раздавая улыбки направо и налево. Алёна решительно направилась к нему, схватив по пути бокал шампанского и на ходу опустошив его залпом под удивленный взгляд принца.

- Вас можно поздравить с приобретением? – спросила она.

- Поздравьте, - милостиво разрешил принц, - Иван, представь мне эту очаровательную леди.

- Она не…

- Я не леди, - громко закончила за помощника Алёна. – У меня нет титула. Я пришла сюда только ради вас.

Принц снова улыбнулся, на этот раз немного растерянно.

- Я люблю смелых женщин.

Алёна забрала из его руки полупустой бокал шампанского и выпила остатки.

«План такой: я опою принца, заберу у него капсулу с биометрией и вскрою хранилище. На все про все всего час. Когда он проснется, я буду уже далеко» - это Алёна написала в своем дневнике и обвела несколько раз каждую букву, чтобы план покрепче впечатался в память. И поначалу все шло, как намечено. Поболтав с принцем под недоуменные и настороженные взгляды его помощника, Алёна уговорила его высочество продолжить беседу наедине. Авион-такси увез их в довольно роскошную гостиницу. Принц оказался обходительным и очень активным – едва щелкнул автоматический замок двери номера, она набросился на Алёну с поцелуями, однако особый порошок в бокале с алкоголем быстро утихомирил его. Содрав с его шеи цепочку с биометрической капсулой, Алёна выскочила из гостиницы, проворковав на бегу, что ее друг очень устал и попросил его до утра не будить.

Хранилище было в особняке. Конечно, резиденция принца существенно отличалась от роскошных вилл королей старого времени. Меньше, проще, зато оборудовано все было по последнему слову техники. Никакой прислуги, только роботы, вместо охраны – отключенная по безалаберности (ой ли?) сигнализация. А вот хранилище стало серьезным препятствием. Капсула с биометрией не помогла. Ни электронный слепок сетчатки, ни отпечатки пальцев, ни днк-проба не открыли замок. А время действия её фальшивого удостоверения подходило к концу. Плюнув, разозленная и расстроенная Алёна выскочила из особняка, преследуемая визгом сработавшей наконец сигнализацией, которая среагировала на незарегистрированного гостя.

Все её ухищрения оказались напрасны. До своей гостиницы она шла пешком, тихонько подвывая и смахивая с щек едкие соленые слезы. Мимо нее пролетали полицейские экипажи, но никому не было дела до одиноко бредущей фигурки на обочине авиа-трассы.

В номер она поднялась, уже еле держась на ногах. Когда она включила свет в комнате, то едва на запрыгнула на стену от испуга – посреди комнаты стоял Иван Кочетов.

- Твою мать! – выкрикнула Алёна и поспешила скомкать трясущиеся губы, чтобы не разреветься.

- Где он? – мрачно спросил Кочетов.

- Принц? В гостинице. Я не причинила ему вреда. Отделается головной болью, - отчиталась Алёна равнодушно и пошла мимо Кочетова к кровати.

- Что ты хотела взять из хранилища? – брезгливо спросил тот, не оборачиваясь: за его спиной Алёна яростно сдирала с себя платье, превратившееся в тусклую тряпку. – Ты же знаешь, что все описано, чипировано и застраховано. Ты не смогла бы ни унести ничего в одиночку, ни продать. Ты на самом деле настолько глупа, что решилась идти на дело одна?!

Алена рухнула на кровать и блаженно застонала.

- Не твое дело, - отозвалась она, уткнувшись лицом в подушку. – Я смертельно устала. Если хочешь, вызывай полицию, мне всё равно. А твой принц…

- Он не принц, - прервал ее Кочетов. – Это подсадной. Нанятый актёр, которому поручено изображать принца на таких сборищах вроде аукционов и встреч с сомнительными девицами.

Алёна издала смешок.

- Посадить тебя я ещё успею, - буднично сказал помощник принца. – Мне всё же интересно, что ты хотела взять. Пойдём со мной.

Он схватил Алёну за лодыжку и тихонько потащил на себя. Она страдальчески застонала, но сопротивляться не стала.

До особняка они добрались за несколько минут. Полиция уже успела опутать фасад заградительной лентой, как паутиной. Иван содрал липкий черно-желтый комок с двери и по-хозяйски зашел, волоча еле шевелившую ногами Алёну за собой.

Дверь в хранилище открылась, повинуясь вставленной в специальное гнездо биометрической капсуле с шеи Ивана. Плохо соображая от усталости и нервов, Алена вошла в хранилище вслед за ним и остановилась, пораженная.

Это был не кусок музея с полками и витринами, в которых громоздились бы выставочные образцы. Каждая вещь, купленная на аукционах, заняла свое место в интерьере дома, обставленного как во времена до Большой Катастрофы. В оконных проемах мелькали движущиеся картинки проигрываемых на огромных видеопанелях фрагментов старых видеозаписей. Полы застелены разными коврами и дорожками, возле столов стояли разномастные стулья со следами ремонта.

Алёна подошла к книжной полке, провела пальцами по корешкам – толстым и тонким, и выхватила одну тоненькую яркую книжку, похожую на журнал.

- Пару лет назад в мировое книгохранилище попал каталог изданий, находящихся в этом сейфе, - тихо заговорила Алёна, осторожно открывая первую страницу с изображенным на ней ярким мохнатым зайчиком в красном жилете. Так и было написано: «книга сказок для детей дошкольного возраста. Состояние удовлетворительное. Найдена на месте поселения в районе…» - тут ее голос прервался. Она перелистнула сразу на последнюю страницу, не глядя провела пальцем по криво нарисованному красным карандашом цветку на длинной тонкой ножке, - «на последней странице посторонняя запись в виде рисунка. Отсутствует четвертая страница».

Алёна положила книгу на журнальный столик, раскрыв на развороте, где сказка на третьей странице внезапно обрывалась, а на пятой уже был другой рисунок. Сунула руку в карман и достала свернутый в несколько раз, закатанный в тонкую защитную пленку листок. Она медленно и бережно развернула его, разгладила и вложила, чтобы утраченная страница заняла свое место.

- Это книжка моей бабушки. Мне мама про эту книжку рассказывала, - шептала Алёна, разглаживая упрямые складки на листке. – И про зайца этого, и про библиотечную печать, и про цветок, который нарисовала она, когда была совсем несмышленой. Она вырвала из книжки свою любимую картинку – с лисой в ледяной избушке – все, что осталось от прежнего мира.

Алёна подняла глаза на Ивана:

- Я пришла, чтобы вернуть, а не забрать.

Иван плюхнулся на диван рядом с ней и стал также любовно разглаживать страницу.

- А почему ты открыл хранилище? – поинтересовалась вдруг Алёна и отодвинулась от Ивана на всякий случай, но рук от книжки не убрала.

- Ну…, - замялся тот. – Потому что настоящий принц – это я. Я на самом деле родственник всем этим… Экспертизу специально проводили. Но я правда путаю все свои регалии и фамилии.

- А зачем тогда тебе подсадной?

- Пока он там с дамами любезничает, я могу побыть здесь, - Иван обвел рукой хранилище. Может, ты захочешь ко мне присоединиться?