Сновидения

Глава 1

В 1956 году учёный по имени Александр Трофимов создал комнату снов — или, как её через много лет прозвали в народе, комнату сновидений.

Он создал её прямо в своём кабинете: поставил больничную кушетку, уйму аппаратов и бесчисленное количество кондиционеров. Главным прибором — так сказать, вишенкой на торте — стала специальная шапочка с присосками, соединявшимися с приборами и игравшая, по словам учёного, неотъемлемую роль в работе творения, озарившего мир.

Учёный рассказывал, что работал над машиной, будучи ещё юнцом. Никто не верил, что у юного Саши есть хоть шанс изобрести что‑то подобное. Но, как оказалось, они, как говорил учёный, проиграли всухую.

Первое живое существо, на котором было проведено испытание данной комнаты, — обычная дворняжка. Собака не прожила и минуты после начала испытаний. Шапочка с присосками одарила её электрическим разрядом, который, казалось, и погубил все мечты и надежды.

Но, проведя ряд изменений и доработок, машина заработала лучше. Однако введённая в сон обезьяна так и не проснулась после недели лежания на холодной кушетке.

Так машина — точнее, комната — усовершенствовалась вплоть до 1990 года. И тогда испытуемым стал сам создатель: он пролежал на кушетке рекордные в то время десять лет.

Первым, о чём он подумал после пробуждения, было то, что из сна человека должен выводить человек, а не машина. Причиной для этой идеи стало то, что следующую неделю после долгого сна Александр мучился ужасной ломкой в суставах и головной болью.

После проведённого над собой опыта Александр понял, что тело во сне не подвергается старению. А это означало, что машина переносила человека во времени (правда, в одну сторону). Соответственно, это делало машину лучшей и более нужной.

Александр приложил все усилия, дабы не дать правительству разузнать о его чудо‑машине, но его кончина в 2010 году пустила все его старания в бездонную яму.

Узнав о комнате, правительство не поспешило рассказывать об этом людям и провело ряд своих испытаний. Они пришли к тем же умозаключениям, что и Александр, и спустя несколько десятилетий (в 2028 году) построили первый сонный блок, в котором находилось около сотни комнат сновидений.

За небольшую плату люди могли проспать тяжёлый период, депрессию или даже войну.

В 2052 году такие комнаты встали на пик своей популярности. Когда диапазон лет у комнаты вырос на 70 лет, люди ложились спать и просыпались чуть ли не через сто лет.

Единственным недоработанным моментом долгие годы оставался шанс лечь и проснуться в полностью парализованном теле.

Первый такой случай произошёл в 2057 году. Молодой парень по имени Алексей Васильев уснул на двадцать лет (с 2037 по 2057). Проснулся он в полностью обездвиженном теле. Поскольку для научного мира этот случай стал первым, бедного парня привезли в секционный зал и там провели вскрытие, после которого и стало ясно, что Алексей был вскрыт — в прямом смысле — заживо.

После долгих лет изучения этого эффекта стало ясно не больше, чем до этого, пока случай не повторился в 2070 году. Тогда у учёных был лишь один верный выход — ждать.

Спустя неделю пальцы парализованного начали двигаться, а дыхание становилось громким и частым. Ещё через неделю руки и ноги больного начинали неестественно выгибаться, а тело сворачиваться в клубок. В итоге данного процесса парализованный погибал мучительной смертью.

Спустя годы врачи так и не нашли лекарства, спасающего человека от отвратительного по своей природе эффекта. Врачи начали делать лишь одно в таких случаях: они усыпляли человека, лишая его мучительной смерти, с помощью резиновой трубки и маски, прикладывая её к носу и рту.

Этот случай назвали в честь секционного зала, в котором вскрыли юного Алексея. И теперь при таком инциденте говорят: «Случай номер 4».

*****

Олег прошёл по чистому, почти сверкающему коридору к большому, ровно такому же белому залу. Там его встретил молодой парень в зелёном халате с добрым и одновременно печальным лицом.

— Здравствуйте, — тихим, даже отчасти печальным голосом сказал мужчина.

— Здравствуйте! — тихим, но звучным басом ответил Олег.

Мужчина, поманив его жестом, прошествовал по залу к большой (как на машинной мойке) двери. Мужчина нажал на какую‑то кнопку в стене, и дверь медленно, словно в замедленной съёмке, открылась.

Они зашли в ужасно холодную комнату, уложенную белой плиткой. По центру комнаты стояла белая больничная кушетка, с правой стороны которой стоял столб из всяческих металлических коробок с кнопками, лампочками и всевозможными экранчиками.

— Раздевайтесь, — равнодушным тоном сказал мужчина и проследовал в другой конец комнаты к каким‑то кнопкам и датчикам.

Стягивая с себя штаны, Олег думал: «Вся моя гнусная жизнь сейчас зависит от рук этого парня. Один неверно настроенный датчик может стоить мне жизни».

Раздевшись по приказу доктора, Олег улёгся на кушетку и упёрся взглядом во флуоресцентные лампы.

Вскоре на голове Олега оказалась шапочка с множеством разноцветных присосок. Свет был погашен, а в комнате стало холодно, как в холодильнике. Казалось, что стены вот‑вот покроет тонкий слой льда.

Вскоре все мысли и чувства пропали, и на смену им пришёл тридцатилетний сон.

Олег очнулся. Он попытался встать, но даже мизинец на правой руке у него не дёрнулся. Олег почувствовал, как его рта касается мягкая резиновая маска.