Случайная встреча

Глава 1

Случайная встреча

Всем известно – случайные встречи не случайны. Нам часто попадаются люди или ситуации, а через некоторое время мы понимаем, что все это произошло вовсе не случайно. Каждый раз человек открывает для себя что-то новое, чего раньше не знал или догадывался, но имел уверенности. К чему же затянулись эти три предложения? Сейчас расскажу.

В ночь перед Вербным воскресеньем меня будто колотило. Я часто думаю о серьезных вещах и думаю много. Дело было в религии и только в ней. Что же меня беспокоило? Религия – это нечто необычное, вера в сверхъестественное, то, что заставляет людей побеждать свои страхи, уверяться во многом с помощью религиозных убеждений. Религия – есть духовная польза для людей. Не всегда, вовсе не всегда мы можем доверять людям и ждать от них поддержки. Многие не имеют родственников, а кто-то и вовсе страдает от одиночества. И лишь религия, любая религия спасает тебя. Она забирает тебя в мир убеждений, верований и помогает обрести полный душевный покой. Но проблема то вовсе не в этом.

Начался новый 21 век. С каждым годом городская церковь наполняется все меньше. Службы проходят реже, а кто-то вообще рисует бранные надписи на стенах церквей. Дело в том, что религия существует для людей. Для всех людей. И будет жить она до скончания веков. Но жить ей без надобности, если между людьми возникают споры и осуждения. Так вот о чем мы и поговорим.

Сегодня утром, проснувшись рано, я увидела, что бабушка собирается в церковь и что-то бормочет про себя. Я знала, что она достаточно ворчлива, но на этот раз, она что-то болтала о молитвах. И я даже знаю что. Дорогие читатели, я с уверенностью готова сказать, что восемьдесят процентов из вас, из тех, кто интересуется данным рассказом, не посещают церковь чаще, чем два раза в год. Я согласна, люди бывают разными, семьи бывают разными, но все же. А дело в чем? В том, что религия дана человеку, чтобы приносить пользу, помогать жить и успокаивать в трудную минуту. Она дана не для споров и осуждений. Вовсе нет.

- Ты часто здесь бываешь, милая? – послышалось позади меня.

Служба уже прошла, я вышла на улицу, чтобы не мешать бабушке. Она покупала кучу свечей, чтобы ставить их дома. Я присела на скамейку, как вдруг услышала чей-то немного хриплый, но достаточно звонкий голос. Какая-то пожилая, неизвестная мне женщина в красочном платке и корзиной в руках уселась рядом и заглянула мне в глаза.

- Очень-очень редкою – ответила я. – Неужто, ругать меня будете?

- Нет! Господи прости, нет, конечно. Сама здесь вовсе не часто появляюсь.

И тут я поняла, что навстречу мои ночным мыслям пришла незнакомка, готовая ответить на все мои вопросы, заданные пустоте ночных кошмаров. Смысл заключался вовсе не в ругани и споре, нет. Вера не для того дана, чтобы о ней как на базаре спор бесполезный вести.

-Ты меня, дорогая ради Бога прости. Христа ради, прости меня. Напугала я тебя своим вопросом. Все же ты меня не знаешь.

- Это место настолько тесное, что мы все здесь живет как одна семья, а Всевышний наш – Бог, чья душа бывает в этом храме.

- Да. Ты права. Ты совершенно права. Я вот чего уселась то здесь. Ты еще совсем маленькая здесь сидишь, и, конечно, твои родители рассказывали тебе о вере, Боге и всем, что есть вокруг нас. Так вот я дам тебе совет. Ты, наверное, когда-нибудь, ну хоть когда-то думала о Боге.

- О нем невозможно не думать.

- Конечно, конечно. Все это так понятно и просто. И я тебе, моя дорогая, хочу сказать, что Вера – это высшее, что может быть у человечества. Она объединяет и лечит раны. Она спасет и никогда не угасает, а люди во что ее превратили то. Поделились, как расы, да и ходят корят друг друга.

- Какие такие расы, бабушка?

- Такие, что ни на есть настоящие. Вот тебе дядька Петька, у которого и хозяйство, и детки бегают по двору, жена умница-рукодельница, сам на деле то не пустое место, а в храм… Бывает заглянет раз в месяц, да потом ходит, да ворчит о том, что грешник самый натуральный. А на что ему ворчать, детонька? Разговоры заводит, всему дому помогает всеми силами, детей то как любит – страх! А животных, так вообще молчу. Ни один праздник без него не обойдется. А в храм, говорят, не ходит – значит, мол, черствый мужик. А чего ему? Чего ему ходить, ответь? Разве вера для того дана, чтобы света белого не видеть, да стоять и стоять у крыльца церкви. Он верит, верит в самое невероятное, во Всевышнего Бога, а ты мне скажи, разве это мало?

- Такие мысли и приходят ко мне по ночам, бабушка.

- Как же это так. Не ходишь в церковь – сжечь готовы, а сами каковы, а? Только бы на другого пальцем показать. Мы верим, для того, чтобы жить, а Боженька смотрит на нас и согревает душу тем, что он есть для нас. Так и Аллах, и в царстве Йемен, дорогая. А что ж теперь не жить нам? Приноси ты радость Боженьке, учи молитвы, да и рассказывай, когда обстоятельства позволяют, а как-то ляг пораньше, да посети с утречка храм, святой водицы напейся, а Боженьке как приятно будет! А то все осуждают они.

- А как же вторая раса. Вы ведь только об одной рассказали.

- О, да. Конечно же, я ничего не забыла. Да есть вот у нас одна такая. Нинкой зовут. Редкое имя в наше время, не правда ли? Чего она из себя представляет, вспоминать страшно. С раннего утра до самого вечера не увидишь ее нигде – сидит в квартире своей, бормочем что-то из молитвенника, а толку! Хвалить ее есть за что. Не каждому под силу выучить столько молитв и держать в себе терпение. Да только, сколько раз убеждалась, что вера только помогает нашему духовному миру, а не строит его. Сидит, все сидит, а потом как выйдет во двор и понесется из ее уст море бранных слов, особенно на Петькиных детей. Чем не угодили? Все ругается, сплетничает с бабками, а те, только и рады ее слушать. Детей у самих нет, учатся в Новосибирске, мужа и вовсе заколола ворчаньем, что он как мышь не пошевелится. Как слово ей сказать, а она тебе двадцать в ответ. Вот, в чем вся и суть моего рассказа. Ведь главное в этой жизни то - человеком быть, а потом уже и Вера с тобой дружить захочет и Боженька на. Ой, не понимают люди. А все ей слово скажешь, обвинишь ее, укажешь на все ошибки жизненные , а она словами в пляс : «Ты, простушка, ко мне не лезь, в храме когда была в последний раз?». Вот так храмом несчастным всех и попрекает. Зачем такое говорить. Торгуется все заповедями, которые только в храмах принято говорить, а на деле – кусок хлеба не отрежет. Вот такие вот они, две эти расы.

- Это плохо.

- Конечно же, плохо, дочка. А кто ж покой обретает, кто Боженькой направо и налево раскидывается, да защищается. Сделай доброе дело – а он тебе и помощь даст. А так просто языком молоть – каждый в силах. Поэтому запомни, никогда не будь такой. Будь человеком, а с Верой дружи. На плохой путь не попадай.

- Не буду.

- Иду я однажды в храм, ну уж года два назад было это. Вижу, что-то не так. Церковь какая-то новая в каком-то месте. Не пойму, может быть, старая стала. Вижу – ребетня стоит, все балуется. Смех раздается, да брань какая-то. Подошла поближе и право! Боже мой - церковь то извратили совсем. Ребятня уж совсем с ума сошла.

- Что случилось?

- Что случилось? Атеисты, вот что. Стоят четыре парня. Щипленькие такие, веселые, наряженные. Краску достали какую-то, что уж у вас у молодежи там , не знаю. И рисовать на стенах. У меня аж давление подскочило. Я знала, что молодое поколение сей час, вовсе не уважает никого и ничто, но такого даже у меня в мыслях не было. Я у них тогда спросила, каким делом они занимаются, на что я только и услышала непонятные слова, основанные на сленге и не одного помилования в сторону Божью.

- А что они ответили то?

- Я была так удивлена происходящим, что даже не услышала, что они сказали. Они почти сразу покинули место, так сказать, проишествия. Но из этого свой вывод тоже есть. Некая третья раса после тех двух. Раса атеистов. Страна у нас абсолютно свободная, тут и ислам живет, и буддизм, да и атеистов целая куча. Знаешь, каждый человек в праве сам решать, куда ему податься. К Богу или другой теории развития человечества. Что бы он ни выбрал, его всегда поддержат близкие. Если ты не веришь – не верь, а мешает кто? Выбирай, Христа ради, что хочешь.

- Вы правы.

- Конечно, права. Но во всем этом и своя особая суть есть. Ты, милая пойми, если человек атеист, то его души не должна касаться ни одна из религий, а уж если во что-то верить начинает, так скатертью дорога осветиться. А они же чего делают, чего творят? Если уж ты к религии ни ногой, ни рукой, то уж не трогай ее. Храм – это отдельный дом Боженьки. Не просто же так все это, а? Приходит он к нам, чтобы посмотреть, увидеть , какие мы, помочь, забрать души оттуда, где ставят свечи за упокой. Да повидаться с Марией, Троицой Великой, да с Владимиром Святым. А эти чего понаделали? Разрисовали всю стену, да хоть бы пожалели. Что же это делается то? От таких людей подальше держаться надо.

Я согласилась с ней и осмотрелась вокруг, нет ли бабушки. Мы так разговорились, что она могла и без меня уйти.

- Вербочку осветили?

- Да, конечно, бабушка, как же без этого. Теперь по преданиям будем действия выполнять.

- Что же вы удумали?

- Да вот, как принято, будем вербочкой освещенной друг друга легонько хлыстать. Авось и беды уйдут, да Боженька снова порадуется, что верим мы ему, подчиняемся.

- Это прекрасно. Что же ты мне расскажешь. Должна же быть какая-нибудь история о Вере, которую ты мне расскажешь. Нам нужно беседу закончить.

- Дайте-ка подумаю. Есть такие у меня. Мало времени у нас, но, так и быть, расскажу вам. Сегодня я узнала от вас столько интересного. Бабушка занята все время, с ней много и не поговоришь, а ведь я всю ночь думала обо всем этом.

- О чем же?

- Я думала, о тех, кто атеист, а оскверняется Веру. А как много думала о том, что из-за кипения во всю мощь жизни вокруг и вовсе не могу выучить целые тома молитвенников и ходить в храм каждый день. А вот оно что теперь! Расы. С помощью ваших убеждений, основанных на Боженьке, я могу спокойной все по полочкам разложить.

- Будь ты человеком. Как тебя зовут?

- Маша.

- О, Мария. Тебе очень повезло с именем. Святая Мария бережет тебя и будет беречь, ты главное верь им. Будь человеком, а Боженька тебе всегда поможет, дорогая. Ну что там с твоим рассказом?

- Ах да. Вы знаете, не так давно я была в храме, в Санкт –Петербурге. Это было первое путешествие нашего класса, когда мы все вместе попали в прекрасную церковь, а нам еще и самостоятельность выпала. Сами, не имея опыта, а ведь тогда многие не знала даже, что такое свечи, мы ставили свечи за своих родных, как живых, так и тех, кого на свете белом нет уже. Представьте, когда вы видите человека каждый день, вы знаете все его повадки, знаете то, что он скажет далее. А многие из нас сейчас не придают серьезности ни Вере, ни учебе, ни поведению. Был у меня дружок, с которым довольно таки крепкая дружба у нас завелась. Да только характер у него не во все степи. Вспыльчивый, да баловаться любил. Эх, и намучались с ним учителя давно еще. Да и смотришь на него – ни капли серьезности. Все хиханьки, да хаханьки. Весь Санкт-Петербург на уши поднял, а все весело ему, да смешно. Такой вот он у нас был. Да и никто даже не задумывался о том, каково будет его поведение в храме. Подсознательно учителя, да и ребята знали, что и в церкви он чего-нибудь учинит

- А он чего?

- А он, знаете, ничего. Ни капли смеха, ни капли баловства, но дело то вовсе не в этом! Войдя в храм, выражение лица его стало другим, из чертенка он перерос в ангела. Ноги поднесли его к стойке со свечами. Я думала, он скупит все свечи, что там были. А иконки стоят, все смотрят на него, благодеянного, да думают. А я рядышком подскочила, сама тогда первый опыт имела, да взяла с него пример. Купила свечек, да за ним юркнула. Следила все за ним, следила. В одну секунду, после рассказов проводников и бабушек, что молились перед иконами, я поняла, что на самом деле Вера делает с человеком и сколько она значит для него. Все будто в одно мгновенье стали тихими мышками и не произносили ни слова. А Димка то тот вообще язык проглотил. Что ему не скажу, он все шикает на меня, да рот затыкает. Все говорил, что в святом месте находимся и лучше нам вообще не разговаривать. За делом ведь пришли. Так и встали мы вместе с ним у свечей за упокоенных, да стали свечки ставить. Каждый раз в один ритм поклонялись иконкам, Марии поклонились, да ребеночку ее, которому благодаря живем на белом свете. Так грустно стало. Вместе всех своих вспомнили. Как его бабушка недавно померла, да как смерть моих родных погубила. И поняла я тогда, что будь ты просто душой красив, человеком будь, а снаружи им тебя Господь сделает. Все твое вернет, поймет насколько он тебе важен, и вернет.

- А что же дальше то было, не том, дорогая.

- А дальше вышли мы и разревелись хорошенечко, да ,как грусть велит, разревелись. Все тогда поняли. Сидели у церкви, смотрели на только что купленные иконки со Святой Марией, да все вспоминали. О религии говорили, да так, что серьезно. Важно это все для людей. Ой, спасибо тебе Господи, что ты есть на свете! А он смотрел на нас, да радовался, я знаю.

- Ну и молодцы! От друга я твоего этого всего этого мало ожидала. Эх, в слезах потом, наверное, ходили?

- Да зачем, бабушка? Чего в слезах ходить, когда Всевышний рядом?

Через пару минут я услышала бабушкины оклики. Она уже купила свечек, да иконок и готова была идти домой. Я встала со скамейки и, мне нужно было уходить.

- Это твоя бабушка?

-Да. Она меня ждет. Нужно скорее вербочки в вазу поставить. Мне нужно уходить.

- Ох, ну хорошо. Да благодарит тебя Боженька за такую душевную беседу. Все раны ты мне излечила. Еще ни с кем так не говорила. Ну, до свидания! Всего доброго.

Добежав до забора, я вспомнила, что даже не спросила, как ее зовут. Я развернулась и поймала ее в дверях.

- Как же ваше имя, невежественная я?

- Да Нинкой меня звать. Та, что на Петьку кричала, да сплетни таскала и мужу житья не давала.

- Но как же? Это вы?

- Да. Это я. Где ты живешь, малютка?

- Подгорная, 16 - мой дом.

- Очень приятно. Подгорная 18 – мой. Чай приходи пить, да пряники неси с собой. До встречи.

Вот таким путем и устаканиваются все бесполезные думанья, да ночные беспокойства и кошмары. Одна встреча, да перевернет все мировоззрение. Одна случайна встреча – две неслучайные души.