Сквозь время

Глава 1

ДЕНЬ 1

Что если бы мы никогда не встречались? Сложилось бы всё иначе или судьба всё равно бы выбрала для тебя такой исход?

Я вышла из машины и помогла родителям отнести сумки в наш совсем старенький домик. Годы дают о себе знать. Тонкие квадратные стёкла стучали об деревянную оправу окна, пол мелодично скрипел от каждого шага, а где-то даже просидал; большая входная дверь уже не казалось такой надёжной - глядя на неё думалось, что достаточно как следует ударить, как она слетит с петель. Лестница, ведущая на второй этаж была такой же многообещающей, толстые перила, выполненные из тёмного дерева - наверное единственное, что заставляло меня подниматься выше и в итоге войти в свою комнату. За пять лет она как будто уменьшилась, ведь когда я обклеивали нежно-розовые обои и потолок звёздами, ленточками, самолётиками и всякими безделушками, комната казалась целым замком, в котором я была королевой. Но сейчас это непримечательное маленькое помещение, с облезлыми выцветшими обоями, свисающими нитками с потолка, всяким мусором на полу и тонной пыли на всей поверхности.

Положив рюкзак с сумкой на небольшой стол, я подошла к кровати, и стянула с неё простынь. Сев на скрипучий матрас, я будто разблокировала воспоминания, как в свои одиннадцать лет я прыгала на кровати, представляя будто скачу на коне или пытаюсь дотянуться до потолка, как до неба и самых ярких звёзд.

Подойдя к большому окну, я покрутила ржавую ручку и впустила свежий воздух в пыльное помещение, а увидев толстый крюк со внешней стороны, прямо под подоконником, вспомнила, как в детстве привязывала к нему толстую верёвку и карабкалась по ней в свою комнату. В те моменты я представляла себя каким-нибудь супер агентом или ниндзя, а когда-то скалолазом, что пытается добраться до вершины Эвереста. От этих воспоминаний проступила улыбка, но на душе стало тяжко. Это уже никогда не вернуть. Всё что остаётся - светлые и приятно тёплые воспоминания, что хранятся глубоко в сердце. А ещё в окружающих предметах, особенных местах, в которых ты когда-то проводил много времени, в еде, которую тебе готовила бабушка; в душистой зелёной траве на лугу, где пасутся коровы и овцы, в густых лесах и грибах, что так увлекательно собирать. И конечно же в людях. Во всём, абсолютно во всём. Даже в моём исчезнувшем друге детства.

— Сохи́, помоги разобраться на кухне, - крикнула мама с первого этажа.

— Сейчас! - стянув ветровку, я кинула её на кровать и ещё раз оглядев комнату, спустилась вниз, только на этот раз не прыгая через ступени, шлёпая босыми ногами...

***

— Сохи, давай быстрей, нам уезжать уже нужно! - кричали мама с папой с улицы, пока я запускала последний самолётик в окно.

— Пчёлка моя, осторожно, так и упасть можно, - переживала бабушка, видя как я сильно высовываюсь из окна.

Оторвавшись от подоконника, я схватила летающего змея и выбежала к лестнице, представив, что некоторые ступени сломаны и если наступлю на них, то буду обречена на вечный мрак, потому как провалюсь в узкое и невероятно глубокое ущелье, где не за что уцепиться. Засунув змея под мышку, я взялась обеими руками за блестящую ручку двери и натужившись, отварила её.

— Ну, наконец-то! - раздражённо отозвался отец.

— Сохи, давай прощаться и мы поедем, - добавила мама, протянув ко мне руку. Я уткнулась лицом в её бок, а пока она потирала моё плечо, сама разматывала нитку от летающего змея.

Папа так же меня приобнял и отпуская, потрепал мои короткие чёрные волосы, я же наконец побежала к калитке, что вела к саду и огороду за домом. Пробегая по тонкой каменной дорожке, я приподняла змея и стала издавать звуки, будто он рычит и выпускает красное пламя из своей устрашающей пасти. В то же время я воссторила вокруг семя самые настоящие непроходимые джунгли, со свисающими лианами и экзотическими змеями, с водопадами, поражающими своими размерами, сильным течением рек и количеством красивых рыб; я представила себя вождём племени. Племени, что не догадывается о существовании холодильников и телевизоров, у них есть копья и свой язык, непонятный чужакам. Мы могли лазать по деревьям будто обезьяны и бегать как пантеры, мы были ловкими и резкими, как укус змеи, мы были непобедимы.

— Сохи! - крикнул кто-то с другого конца поля, остановив на некоторое время мою игру. Это был мальчик с волосами цвета соломы, полосатой футболке и шортах. Он бежал с сачком и небольшим мешочком, в котором я уже точно знала что лежит.

Помахав ему в ответ, я пролезла между двумя горизонтальными деревяшками забора, что ограждали поляну и не давал овцам с коровами уйти в лес. Почувствовав поток ветра я пустила змея и он унёсся далеко в небо, к мягким, как вата, облакам. Он извивался и рычал, выбрасывая клочки пламени, гнался за птицами и просто наслаждался жизнью над землёй.

— Минхо́, смотри-смотри! Он так высоко летит, почти до звёзд достаёт!

— Вау! - восхитился мальчик, почти на год младше меня. Пытаясь отдышаться, он утерал светлый лоб и смотрел на змея в небе, так же завороженно улыбаясь и жмурясь от ярких лучей солнца. Его веснушки игриво запрыгали на щеках и носу, а голубые глаза, такие же чистые как река в лесу, сверкали, будто искры костра. — А можно попробовать?

— Конечно, - я протянула ему, палочку с привязанной верёвочкой, что удерживала могущественного змея. — Только осторожно.

— Ага, - радостно улыбнувшись, он показал один недостающий зуб сбоку и взял управление на себя. Я же забрала у него мешочек с сачком и сев на мягкую траву, стала доставать коллекцию динозавров.

— Вот и пополнение для джунглей! - разложив игрушки на траве, я посмотрела на Минхо. — Хочешь быть моей правой рукой? Будем вместе руководить своим племенем, охотится и спасаться от змей, пауков и динозавров! - приподняв руки я зарычала, а мальчик залился звонким смехом.

— Давай, сейчас только дракона усмирю, - он попытался притянуть его к себе, но задул сильный ветер и лишь отдалился, из-за чего Минхо пришлось шагнуть вперёд. — Ой, не поддаётся!

— Нужно быть решительнее, - я поднялась и встала рядом с другом, что почти на голову был ниже. — Держи крепче и...

Верёвка оборвалась. Змей полетел выше, продолжая рычать и выпускать пламя. Он скрылся за облаками, дабы изучить звёзды, а то и всю вселенную. А у меня накатили слёзы и у Минхо тоже.

— Сохи, прости, я не специально, - плакал он, потрепав меня за рукав. — Хочешь вместо него я тебе птеродактиля подарю? Такого же красного. Представим что он и пламя может пускать.

Я стала тереть глаза кулаками, пока дракон приземлился на первую планету и мысленно передавал мне от туда привет.

— Сохи, ну, прости! Ты только не уходи и не обижайся, - вытерев слёзки со своих покрасневших щёк, Минхо подошёл к своей коллекции динозавров и покопавшись в ней, вернулся. — Вот, держи, - он взял мою руку и вложил в ладонь красного птеродактиля. — Можешь забрать его.

Обида и злость окутали меня как и всегда, потому и бросила так яростно его игрушку на столько далеко, на сколько позволили силы, а потом убежала, бросив Минхо с деревяшкой и верёвкой привязанной к ней.

***

Я чувствую застой, как лужа воды, медленно высыхающая и ничего не оставляющая позади. Я готов чувствовать тепло, солнце, ветер, воду, запах океана, я жажду жизни, но мне интересно, готов ли я жить этим?

Кухня была всё такой же большой и уютной, наверное в ней остался дух бабушки Мэй, что так любила готовить на ней. Жаль только об этом думала одна я, ведь со дня, как мы похоронили бабулю, о ней никто не вспоминал и не говорил, будто её вовсе и ни было в этой жизни. Будто каких-то три года назад она не стояла здесь и не пекла пряности, не запекала курицу, не ухаживала за своим садом, полным цветами, деревьями и кустами малины. Мне так грустно, что никто не хочет говорить о ней и так обидно, что сама не могу это сделать. "Пчёлка" - никто больше так меня не называл, а если бы и обратился так когда-нибудь, то я бы тут же убежала в слезах. Я всегда убегаю, когда плачу, так легче избежать неприятных разговоров.

— Вот, протри здесь всё, а после подмети. Веник в кладовке, а тряпку для пола возьми у Мэй в шкафу.

"Мэй"? Почему не бабушка?

— Разве у неё там лежат тряпки? - я обернулась взглянув, на свою худощавую маму, что с трудом собрала короткие тёмные волосы в хвостик на затылке.

— Я имею в виду: использовать какую-нибудь её футболку или что-то в этом роде. Всё равно всё выбрасывать нужно, - подобрав сумки, она ушла в одну из комнат.

"Выбрасывать"? Бабулины вещи? Она же так бережно с ними относилась. Они же всё ещё пахнут ей.

— Сохи, у тебя в комнате есть какой-нибудь мусор? - спросил папа, держа в руке большой чёрный пакет.

— Я сама там всё разберу, - намочив недавно купленную в магазине тряпку, я заботливо и тщательно протёрла все столы и шкафчики, газовую плиту, люстру, вымыла стаканы и тарелки, ножи лопатки и кастрюли со сковородками. Бабушка была первой и последней кто прикасался к ним, а из-за того, что мне пришлось стереть отпечатки её нежных пальцев, теперь её и правда будто никогда не было на этой кухне. Её прикосновения смылись вместе с водой в водосточную трубу, затем в канализацию и какое-нибудь болото или пруд. Надеюсь там хоть мило и красиво, как пять лет назад на заднем дворе.

«Я имею в виду: использовать какую-нибудь её футболку или что-то в этом роде.»

Я стояла напротив её комнаты, дверь была открыта, но моя нога не могла переступить порог, видя, что на кровати никто не лежит и не подзывает меня к себе, чтобы лечь рядышком. Вот бы закрыть глаза и снова увидеть её. Живую.

— Чего стоишь? У нас дел на сегодня вагон, - мама обошла меня и с необычайной лёгкостью вошла в комнату бабушки, после чего открыла шкаф и бесцеремонно стала рыться в нём, скорее всего наведя в нём такой же беспорядок, как в моей груди в тот момент.

Разве так можно делать? Разве это не обидит её?

— Вот, - она бросила мне платье бабушки и закрыла дверцу, - Давай только быстрей, хочется успеть до заката, - она взглянула на часы и ушла.

Я смотрела на голубое платье в цветочек, в котором бабуля когда-то ходила по этому дому, в котором она поливала цветы и в котором называла меня "пчёлкой".

Разве я могу его испачкать? Разве это тряпка?

Я прислонила её платье к своему лицу и глубоко вдохнула его запах. Запах её духов, смеха и улыбки, её заботы, пирожков, рулетиков, листвы, объятий, волнения, прикосновений, взглядов, полных любовью и...

Как это сокровище можно назвать "тряпкой", мусором, который нужно "выбросить"? Ведь это частичка её души.

Сложив платье, я вернулась в свою комнату и положив его на кровать, открыла сумку, после чего вытащила свою футболку и зайдя в кладовую, подобрала ведро со шваброй.

***

— Пчёлка, милая! Что случилось? Почему ты плачешь, - взволнованно спросила бабушка, подбежав ко мне.

— Мой змей... Мой змей улетел! Он бросил меня. Один полетел к небесам и звёздам, - плакала я, уткнувшись в её теплый мягкий живот.

— Дорогая, он не бросил тебе, - она мягко обняла меня.

— Бросил, ещё как бросил!

— Послушай, Сохи, - она взяла меня за лицо и вытерев слёзы, с лёгкой улыбкой, заглянул в глаза. — Я уверена, что у него на то были причины. Наверняка у него есть семья, такая же как и у тебя, но очень-очень далеко.

— На небе?

— На звёздах. Он ведь не простой дракон, а сказочный. Так ведь?

— Да, волшебный! Такого больше нигде нет.

Бабушка погладила меня по голове, что было схоже с тем, как кошка трётся об твою ногу, обхватывая в конце её хвостом.

— Думаю, он никогда не забудет тебя.

— Правда?

— Конечно, - уверенно подтвердила она, кивнув при этом. — Он будет рассказывать о тебе своим родителям, а потом детям, а те дети, своим и так далее. Ты останешься в памяти у многих поколений.

— Тогда, я прощаю его, - потерев глаз, я отпустила бабушку, а она выпрямившись, посмотрела в сторону кухни.

— Раз уж и это лето ты проведёшь со мной, значит как полагается по традиции, нам нужно испечь малиновый пирог. Что думаешь?

— Да! Давай! - я запрыгала от радости, а во рту брызнула слюна. — Люблю твои пироги, они самые лучшие!

— Как я рада это слышать, - бабушка засмеялась, показав свою мягкую улыбку. — Пойдём тогда скорей тесто месить, - она протянула мне ладонь и я сразу же схватила её, вприпрыжку поскакав на кухню.

***

Я никогда не чувствовала ничего сильнее своего одиночества. Я сижу на краю причала и смотрю, как тёмная вода рецидивирует и рецидивирует против дерева, и понимаю, что некоторые вещи всегда возвращаются, потому что они никогда полностью не сгорают. И я сижу со своими страданиями. Это похоже на религию, если я правильно её закатываю и тону в святости этих рук, которые борются против меня. Призраки в моём сердце поднимаются, пытаясь вырваться на свободу. Но даже эфирные существа не могут проскользнуть через эти стены. Они кричат на меня, говорят мне упасть. Так что я выслушаю звонок Икара, чтобы узнать, каково на вкус солнце, и позволю своим рёбрам раскрыться до крыльев, чтобы полететь в место, достаточно высокое, чтобы приземлиться рядом с тобой. Когда весна превращается в лето.

К восьми вечера мы успели разобрать весь первый этаж и мою комнату на втором. Заварив лапшу и разложив её по тарелкам мы сели за стол, принявшись ужинать при свете тусклой люстры и полной тишины. Ещё никогда я не чувствовала в этом доме такую неприятную атмосферу. Неужто она перетекла из моего дома в бабушкин?

— Сохи, как там твоя комната? Наверное кажется такой крохотной, - поинтересовался папа, слегка улыбнувшись.

— Да, раньше она была больше, - ответила я, продолжая ковырять лапшу.

— А с окнами что? Нигде не побиты, а то сквозняк будет?

— Да тут по всюду сквозняк с момента как бабушка... Забудь, - я с осторожностью взглянула на отца, чья улыбка исказилась, а глаза опустились в тарелку с цветочной каёмкой. Ему тоже грустно от мыслей о бабушке? Ну, конечно, это ведь его мама. — Прости.

— Ничего, - он сжал палочками лапшу и поднёс её ко рту.

А я бы так же грустила, если бы умерла моя мама?

Взглянув на женщину, с короткими чёрными волосами, что немного вспотели на затылки от долгой усердной уборки, я заглянула в её тёмные, как ночь, глаза, худые руки, тонкую шею и узкое овальное лицо, сходство с которым у меня к счастью нет. Наверное единственное что я от неё взяла это форма глаз и носа. А может ещё молчаливость, хотя в детстве я была ещё той болтушкой. Может, тогда кисти с пальцами я точно от неё переняла? Они ведь такие же худые и длинные.

— Завтра нужно будет в город съездить, продуктов купить и мешков для мусора, а то у нас ещё целый второй этаж, чердак и задний двор. Дел точно на неделю, - мама выключила телефон и положив его на стол, так же принялась за поздний ужин. — Ты, Сохи... Наверное здесь первый раз после пропажи твоего...

— Ага, - быстро промычала я, не дав ей договорить.

— Соскучилась наверное по местам?

— Не знаю, может быть, - пожав плечами, я сжала палочки сильнее.

— Может, тебе завтра пойти прогуляться, пока мы с отцом будем ходить по магазинам?

— Хорошая идея, - подтвердил папа. — Здесь настоящая природа, чистый воздух, никаких выхлопных газов и всего прочего что есть в нашем городе. Полезно для здоровья. К тому же всё равно дома делать нечего, интернет мы пока не оплатили.

— Да какой интернет? Даже если бы он был, всё равно пусть идёт на улицу. Всё время сидит в своём телефоне, на улицу выходит только чтобы в школу сходить, да в магазин за продуктами, - возразила мать.

А сама ведь еле отлипает от трубки и телика.

— Тоже верно, - согласился папа.

Может, в интернете мне безопаснее сидеть, от куда вам знать? Там хотя бы выслушивают и считаются с моим мнением.

— Сохи, мы понимаем, что тебе может это даться с трудом, - начал папа, от чего у меня поджались губы, — Ведь все эти места, в которых ты проводила всё лето в течение практически всей своей жизни, оставили много воспоминаний, пусть и не все самые приятные, но... Нужно уже привыкнуть к ним. Как-нибудь, не знаю... Ужиться что-ли? - он слегка усмехнулся, но быстро откашлился. — Нельзя из-за одного негативного прошлого губить всю свою молодость, она ведь так быстро проходит.

А у кого-то она вообще не наступила.

— Отец прав, Сохи. Никто не виноват что так всё вышло. И ты тоже не виновата.

— Да, ты была маленькой, ты ведь не знала, что такое может случится. Никто не знал. После ваших раздоров он ведь всегда возвращался до...

Со стуком, я положила палочки на стол, так и не вложив ими еду себе в рот.

...Домой?

Поднявшись изо стола, я вышла из кухни и направилась к скрипучей лестнице.

«Я всегда убегаю, когда плачу, так легче избежать неприятных разговоров»

— Сохи, ты ведь ничего не поела! - крикнул отец. — Съешь хоть половину.

Преодолев все холодные ступени, я вошла в свою комнату, тихо закрыла дверь и взяв со стола телефон с наушниками, заткнула уши. Даже спустя пять лет, звёзды на моём потолке и стенах продолжали светить, а самолётики на ниточках летать.

Интересно, рассказал ли тот дракон про меня своим детям? А те своим? А светила ли так же ярко луна с ночного неба моему старому другу, когда он бродил по холодным воображаемым джунглям? Были ли ночные звери так же добры к нему, как он ко всему миру?

«Я не знаю, может быть»

Глава 2

***

— Сохи, тут за тобой Минхо зашёл, спустишся? - сообщила бабушка с первого этажа, пока я обклеивала стены рисунками и разноцветными флажками от одного угла комнаты до другого.

— Сейчас! - я прислонилась к стенке и пульнула сложенный из цветной бумаги самолётик в другой конец комнаты, но он покружившись задел флажки с бабочками и другими безделушками, свисающими с потолка. Подобрав самолёт, я снова запустила его, но на этот раз он врезался в медленно открывающуюся дверь.

Показалась светлая голова и взволнованное лицо, с поджатыми губами. Он неловко встал в середине комнаты и вытянув кулачок, что до этого прятал за спиной, раскрыл ладонь.

— Он захотел, чтобы ты была его хозяйкой, - промямлил Минхо.

Я подошла ближе и увидела красного птеродактиля, что вчера бросила где-то на лугу.

— Ты прости за змея, мне правда жаль, - он опустил голову ниже.

— Минхо, не нужно извиняться, ты не виноват. И птеродактиля мне своего не отдавай, ты ведь так долго собирал эту коллекцию, - я обратно согнула его пальцы. — И вообще, это мне нужен извиниться, за то что снова убежала бросив тебя, ещё и выкинув игрушку... Давай, забудем, что это случилось? - я протянула ему мизинец и он улыбнувшись, сжал его своим.

— Ну, вот и хорошо, что помирились, - отозвалась бабушка, выглянув изо двери. — Может кто клубники с сахаром хочет, я тут целую корзину собрала.

— Конечно, ещё как хотим! - согласилась я, сжав ладонь друга. — Пойдём, Минхо, у меня ещё мороженое осталось.

— А какое? Фруктовое? - заулыбался тот.

— Ага, какое же ещё? - я потянула его за собой и мы на перегонки стали спускаться с лестницы, пока бабушка распереживавшись, пыталась нас уговорить остановиться.

Когда мы сели за стол, то сразу же выдумали легенду про змея, что вчера улетел в другую галактику, что ему не нужен скафандр и никакие двигатели для передвижения в космосе, что где-то очень далеко есть планета с такими же существами как он и что наверняка там найдётся таких же два друга, как мы, что они прямо сейчас, в эту же минуту и секунду, сочиняют похожую историю, только с нашими главными ролями.

— Вам хоть книги писать с таким воображение, - усмехнулась бабушка, поставив тарелки с клубникой и сев напротив, дабы продолжить слушать наши выдуманные истории.

— Клубникиум! Планета сделанная полностью из клубники! - воскликнула я, наколол ягоду на вилку и подняв руку вместе с ней.

— Существа живущие на ней, тоже из клубники, там продаются джемы, соки и мороженное из клубники. Всё из клубники! - продолжил Минхо, так же вскинув к небу вилку с ягодой.

— Но как же без монстров?

— Червей?

— Именно!

— Проклятые черви! Их нужно потравить! - Минхо засунул ягоду в рот и стал интенсивно жевать.

— Но кто же это сделает? Может какой-нибудь отряд?

— Отряд по спасению мира!

— Отряд по спасению планеты Клубникиум!

— И кто же эти герои? - поинтересовалась бабушка, положив голову на ладонь и улыбнувшись, вздохнув.

Мы с Минхо переглянулись и одновременно захлопали ладонями по своим грудям, тем самым говоря о себе.

— Мы конечно, кто же ещё?

— Только мы сможем предотвратить катастрофу, - подтвердил Минхо.

— Ну, раз так, то быстрей доедайте и в путь. Приключения вас ждут!

Минхо и я засмеялись, после чего продолжили есть жителей планеты Клубникиум. А по их кончине, достали лоток с мороженым, пару ложек и выбежали на цветущий задний двор, где находилась малая часть нашей Амазонки. Небольшой декоративный прудик, от которого шёл тонкий ручеёк, служил рекой с невероятно сильным течением, уличный кот, властно расхаживающий по двору, был самой настоящей пантерой, а пчёлы, кружащие над цветами бабушки, превратились в убийц, чьё жало может погубить тебя в ту же секунду!

— Минхо, прячься! - я выхватила из его рук мороженое с ложкой, и положив всё на маленький круглый стол, схватила за локоть. — Там летит огромная бабочка! Один взмах её крыльев может откинуть тебя на десятки километров, - я потащила друга в кусты, а он подыгрывая стал поглядывать по сторонам.

— О нет, Сохи! Здесь муравьи кожаеды, они съедят тебя и косточек не оставят, - он указал на почву под нашими ногами, где ползали красные букашки.

— Вот чёрт! Бежим, - со всех ног мы рванули по каменной дорожке, что разрисовали разноцветными мелками, а подбежав к калитке, вышли на дорогу ведущую к лесу, а точнее основной части наших волшебных джунглей.

— Быстрее, они догоняют! - кричал мне Минхо, хоть и был позади.

— Эй, Минхо, смотри, там земляника! - я указала в сторону поляны, где росло несколько кустов диких ягод.

— Может, это жители планеты Клубникиум, которых отвергли и выбросили? - спросил Минхо, присев на корточки и тыкнув в них пальцем.

— Наверное с ними это сделали, потому что они не похожи на всех остальных, - я так же опустилась.

— Значит никто и не слушал их. Они их не понимали.

— Не хотели понимать, - добавила я, посмотрев на дом бабушки, в котором меня оставляют уже шестое лето. Родители говорят, что им некогда заниматься мной и что здесь мне будет лучше.

— Это точно, - согласился Минхо, — Мои родители тоже не хотят понимать меня. Им не нравится что я увлекаюсь динозаврами и что собираю их. Они хотят чтобы я был как они, но мне это не интересно... Это скучно. Они сидят дома и постоянно заняты. Им никогда не бывает до меня дела, - мальчик взял маленькую палочку и стал ковырять ей землю, надув губы.

— Мои родители такие же. Они тоже не хотят меня слушать и заставляют делать всё так, как они сказали. Иногда даже кажется, что они совсем меня не знают...

Наверное бабушка мне даже роднее чем сами родители. Она по крайне мере и правда слышит и слушает меня.

— Значит, мы тоже эти землянички? - он кивнул в сторону кустов. — Странные, потому и отвергнутые всеми?

— Они не странные, - я сорвала землянику и потерев её, очистила от лёгкой пыли, — Просто не такие, как все. В этом нет ничего плохого, - я протянула ягоду Минхо. — Есть те, кто не замечает их, а есть те, кто всем сердцем восхищается их внутренним миром.

Совсем как моя бабушка. Она всегда говорит мне, что я ценна.

Минхо улыбнулся, когда стал жевать красную ягоду.

— Сладкая. И даже сахар никакой не нужен.

— Ещё бы, - я сорвала ещё две ягоды и одну из них, протянула другу. — Бывает так, что некоторым ягодам не нужны никакие заправки, ведь они и без того чудесны.

Земляника и правда оказалась очень вкусной. Значит ли это, что мы с Минхо не такие уж и плохие, как говорят родители?

— А что если люди и правда чувствуют себя как фрукты иногда? - я посмотрела на Минхо, что продолжал есть землянику.

— Как это?

— Представь что ты черника на подносе, кто-то взял и покрутил тебя, сказав:"Не годится." И положил обратно, - я сорвала гнилую землянику и показала Минхо. — Иногда мне кажется, что люди относятся к другим как к фруктам и говорят:"он не годится". Но они не хотят знать почему так, потому что вдруг вся та остальная клубника, помимо той которую ты взял, была самым лучшим кустом когда-либо и из него бы можно было произвести клубнику высшего качества, - я показала на тот же куст, где весели все спелые землянички. — Вот взять нас двоих, как лучших друзей. Представь, что однажды ты сделаешь что-то плохое. И люди скажут:"Мм, они не очень". Только из-за тебя. Мы двое как друзья классные, веселые, прикольные. Но они будут судить о нас плохо, как о друзьях, только из-за тебя. Из-за одного не значительного момента? Как бы ты себя чувствовал, если бы был той самой клубникой на кусте?

***

ДЕНЬ 2

Не помню, говорила ли я тебе, но я очень люблю море. Для меня оно необъятно. Я не смотрю на карты, не воспроизвожу в голове эти линии и границы, которые отведены каждому морю в мире. Я становлюсь на берегу и смотрю на горизонт, вижу, что там, вдали, море сливается с небом, что у него нет конца, и мечтаю, чтобы его не было и у людей. Мы отпечатываемся в памяти других поступками, словами, теплом, которое дарим, эмоциями, которые вызываем, это все то, что делает нас живыми в чужих воспоминаниях. Даже когда наше тело будет предано земле, Мы будем продолжать жить в чьей-то памяти.

Из-за того что вчера пришлось выбросить сгнившие занавески, солнцу к утру ничего не мешало проникнуть в мою комнатушку и наполнить её приятным светом. Вставать не хотелось, даже когда услышала бродящих родителей на первом этаже и даже когда мама сказала, что они с отцом уезжают в город, и даже когда живот скрутило от голода. Я всё ждала и надеялась, что услышу тихое постукивание по двери своей комнаты, увижу седые волосы, а затем хриплый, но такой родной голос бабушки над своим ухом. Ощущение пустоты не уходило, так же как и пение птиц под окном. Они трещали и галдели без умолку, то ли показывая все свои умения самкам, то ли действую мне на нервы.

Поднялась я с кровати наверное спустя час, как родители уехали. Ходить по дому, в котором не было никого, а точнее бабушки, было очень странно и непривычно одиноко. Из радио в зале не играла её любимая группа The Beatles, на кухне не свистел чайник и не жарились самые вкусные на свете вафли с джемом и мёдом. В доме, как и в моей груди, было пусто. И никакие предметы или подарки не могли заполнить эту тьму.

Умывшись и переодевшись, я всё же вышла на улицу. Первое место, в котором я хотела оказаться это былые джунгли. Я хотела посмотреть на реку Амазонки и на огромные деревья с лианами, на пантеру, огромных бабочек и пчёл убийц, чьё жало поражало наповал.

С уходом бабушки и её духа, ушли и джунгли, река высохла, бабочки улетели, как и пчёлы, поняв, что больше не смогут собирать пыльцу с её чудесных цветов. Всё засохло и сгнило, как и мои внутренние органы при виде всего этого. Дорожка тоже пострадала: мелки с рисунками стёрлись, вместо них появилась грязь и гадкие сорняки, камни совсем потрескались и расползлись с течением нескольких лет.

И как только родители могли всё так запустить? Почему они раньше сюда не приезжали? Они разве не понимали, что может произойти с домом бабушки? Им настолько всё равно на неё?

Я зашла в крохотный сарай, отыскала перчатки, большое ведро и все необходимые принадлежности по уходу за садом, если таковым его ещё можно назвать. Работы, как и сказала мама, "вагон", но это не останавливало. Лучше уж чем-то себя занять, чем просто лежать на кровати и корчится от боли в теле.

И как оказалось, уменьшилась ни только моя комната, но и задний двор. Удивительно всё же каким большим кажется мир в детстве, с возрастом он в разы сужается. Такие простые вещи, как зелёный двор или пускание самолётиков, совсем не вдохновляют и не удивляют, как раньше. Всё становиться чем-то обыкновенным и не примечательным, в то время, как для кого-то это идея для будущих историй и игр.

Возьми я сейчас мелок, стала бы с таким же энтузиазмом рисовать солнышко или классики, или домик с трубой и дымом, или всякие рожицы? Было бы мне так же весело прятаться от пчёл убийц и пантер, а стала бы я так же смеясь убегать от муравьёв кожаедов?

К возвращению родителей я покончила со всем мусором на заднем дворе: все деревья и кусты были лишены сухих веток, под ними не лежала куча листвы, земля, где росли цветы и листья салата со всякими остальными овощами, так же очищена, дорожки отмыты от налипшей грязи, а в сарае наведён порядок, какой был при бабушки.

— Сохи, ты что же это одна всё сделала? - удивился папа, встав рядом со мной, когда я стягивала с себя перчатки.

— Нет.

— А с кем ещё? Кто-то приходил? - он посмотрел на меня, поправив оправу очков.

Я кивнула в сторону деревянного забора, по которому не спеша ходил седой чёрный кот.

— В детстве я убегала от него, а теперь что-то желания нет, - я свернула в комок перчатки. — Оказалось, что он совсем не хочет нападать и кусаться, - положив перчатки на стол, я вернулась в дом.

Может, это от старости? Или он никогда и не был той устрашающей пантерой?

На кухне мама разбирала пакеты с покупками, по её лицу было видно, что она чем-то не довольна, видимо мне нужно было убраться на крыльце или начать разбирать второй этаж, а не задний двор. Но если бы она ценила его так же как я и бабушка, то не стала бы с таким разочарованным видом смотреть на меня.

Не дожидаясь её просьбы поучаствовать в разборе сумок, я молча подобрала с пола один из пакетов и поставив его на столешницу, вытащила несколько бутылок воды.

— Ты не завтракала? В холодильнике остался твой йогурт, - поинтересовалась она.

— Не было аппетита.

— А чего гулять не сходила, дождалась бы нас и вместе разобрали двор.

Хорошо что она стояла ко мне спиной и не увидела удивление на моём лице.

— Не знаю. Не подумала об этом, - я протянула ей молоко и она уже почти его взяла, как увидела на моём запястье царапину, которую я получила ободравшись об забор.

— Это что ещё? - она поставила молоко на стол и взяла мою руку. — Где это ты так?

— Да это просто царапина, заживёт, - я потянула руку, но она сжала её сильнее, посмотрев мне в глаза при этом нахмурив брови.

Это она сейчас так сердится или всё же волнуется?

— Что у вас там? - поинтересовался отец, вернувшись с улицы.

— У нас здесь есть аптечка, ты не видел?

"У нас"? Это только бабушкин дом. Вы здесь никогда не жили.

— Была вроде где-то, пойдём, - папа повёл меня в ванную и по-открывав несколько ящиков и шкафчиков, показал кучу таблеток, что принимала бабушка. Наверное ей было очень плохо, а я этого даже не знала. Жаль что она не делилась своей тягостью со мной, я бы её жалела, совсем как она меня, когда я потеряла змея. — Давай руку, - папа намочил вату каким-то спиртом и приложив её к моей ране, стал дуть, будто это могло улучшить моё положение. — Больно?

— Нет, - соврала от части я. Больно и правда было, но не в руке. — Давно она стала принимать эти таблетки?

Папа посмотрел на полку с препаратами, а после молча прикрыл дверцу.

— Это уже не важно.

Мне важно. Мне всё ещё хочется говорить о бабушке и знать, как она поживала во времена, когда вы забрали меня от неё раньше положенного.

— Ладно, - прошептала я, опустив глаза на кафель, что протёрся под раковиной. Он сохранил следы её ног, это уже не стереть какой-то там мочалкой или тряпкой. Её ступни впечатались навсегда в этот холодный пол.

"Пчёлка, что случилось? Почему ты плачешь?"

Когда папа закончил обматывать мою руку, я вышла из ванной и пройдя через кухню, в которой по прежнему стояла мама, подобрала тонкий свитер и забрала свисток с комода в прихожей, а после вышла на улицу. Кажется родители что-то сказали мне в след, но к тому моменту я уже ничего не слышала кроме писка в ушах.

Обогнув дом, я зашагал по дороге между хвойным лесом и зелёным лугом, на котором даже спустя пять лет всё ещё пасутся коровы и овцы. Хоть что-то здесь неизменно. Я пинала мелкие камни под ногами и кусала губы пытаясь успокоиться, но окружающая природа всё только усугубила. Разве может быть спокойно там, где ты всё потерял? Эти края сохранили на себе много тёплых воспоминаний, что уже никогда не вернуть. Это и делает больно. Ведь всё не верится, что это когда-то с тобой было и что то время закончилось. И хоть в этом отрезке времени физически я здесь, разумом я застряла в детстве. В том моменте, когда мой друг не потерялся, а бабушка была жива.

Я замерла напротив пары кустов с земляникой, что ещё не успела созреть, но всё равно захотелось съесть хотя бы одну.

Безвкусная. Я теперь такая же? Пустышка?

Сжав сильнее свистульку, что когда-то очень давно мне подарил друг, я пошла дальше, продолжив пинать камни и кусать губы.

«Папа ездил на рынок и купил таких свистков целую кучу. Весь дом ими заставлен!»

Щека загорела, как от пощёчины, а в ушах появился противный писк, от чего я даже зажмурилась остановившись. Краем глаза я взглянула на выглядывающую изо деревьев на другом конце луга крышу дома, в котором когда-то жил мой друг. На ней уже не лежали мячики, тарелки и всякие безделушки, которые мы случайно забрасывали в процессе игры. Свет наверняка так же давно не горит, потому что даже такие родители, как его, не выдержали бы жить в месте, где пропал их единственный сын.

Я подошла к деревянному забору, что теперь был мне по пояс, а не по плечо, и забравшись, села на горизонтальную закруглённую дощечку. Сейчас было так легко забраться, а ведь в детстве могла это сделать только с помощью взрослых.

«Так ты умеешь на таких играть? А меня научишь?»

Заправив за ухо отросшие до пояса чёрные волосы, я приложила свистульку к губам и набрав воздух в лёгкие, исполнила мелодию, что постоянно наигрывала для своего пропавшего друга.

«Ого! А дай мне попробовать! Как ты там делала? Вот так пальцы держать?»

Интересно, это я так долго убиралась или просто долго не вставала с кровати, что время так быстро пролетело и солнце уже начинает прятаться за деревьями?

«Ну, вот! Сохи, у меня ничего не получается. Родители правду говорят что я безнадёжный»

Нет, ты не безнадёжный. Не говори так.

И хоть на мне и были джинсы с лёгким свитером, всё равно с каждым новым потоком ветра, по моему телу пробегали мурашки. Быть может это идёт от леса? Там всегда так холодно, даже жарким летним вечером.

«Покажи ещё раз... У тебя так круто получается, а у меня ерунда какая-то»

Быть может, мне и правда нужно было быть взрослее, как и говорили родители? Тогда бы он не потерялся в том лесу, что был для нас как джунгли Амазонки. Мы бы не искали его, потому что он был бы дома и не рвали на себе волосы, молясь, что он ещё жив.

«Кажется, вот так нужно. У меня получается? Я правильно делаю?»

Быть может я и правда была глупой девочкой, раз уж не сберегла его. Может, если бы я была хоть чуть умнее, то он бы сейчас не бродил в том лесу, в поисках дома, а жил дальше в этой небольшой деревушке, продолжал бы собирать своих динозавров и позже рассказывать про них мне.

«Сохи! Сохи, ты слышала? У меня получилось!»

Быть может его здесь ждали великие свершения, но из-за того, что я указала на неверную дорогу, он затерялся и не только в своей жизни, но и в джунглях, среди огромных змей, убийц пчёл, муравьёв кожаедов и земляники, что была выслана с планеты Клубникиум.

«А ты ещё знаешь как-нибудь мелодии? Я хочу их все выучить и сыграть родителям, чтобы они похвалили меня!»

Прости, я больше ничего не умею.

«У меня в сарае лежит маленькая гитара, хочешь завтра прийти ко мне и поиграть на ней?»

Я слишком глупа для этого.

«Когда ты играла на свистульке, у тебя так сверкали глаза, будто звёзды на небе!»

Прости, что не сберегла тебя.

Я остановилась, когда почувствовала слёзы на своих щеках. Грудь со спиной запрыгали, а нос стал шмыгать, пока мои ресницы намокали всё сильнее, а крыша его дома размывалась из-за солёной воды в глазах.

«Ты прости за змея, мне правда жаль»

Я коснулась груди, а почувствовав подвеску в форме звёзды, вытащила её из под свитера.

«Теперь у тебя тоже есть частичка меня»

Сжав звёздочку из белого камня в ладони, я поднесла руку к лицу и приглушённо вздохнула, так же тихо, как когда пытаюсь скрыть плач поздним вечером в своей комнате от родителей. Жаль только нигде рядом не лежала подушка или одеяло и мне не чем было заткнуть свой рот. Оставалось лишь стиснуть зубы вместе с губами.

Не извиняйся, ты ни в чём не виноват.

Услышав хруст ветки за своей спиной и подумав, что это какой-то зверь, чьё появление было бы не самым желанным, я обернулась. За ближайшими деревьями никого не оказалось, как и за дальними. Возможно это ёжик, а возможно ужик, проползающий мимо.

Вторым неожиданным звуком стал рингтон телефона в заднем кармане. Вытащив смартфон, я посмотрела на экран и увидела имя "Ёнми". Это была мама, на чей звонок я была обязана ответить при любых обстоятельствах.

Утерев нос с глазами, я ответила:

— Да?

— Ты где? Почему убежала?

— Пройтись захотелось, - я слезла с забора и продолжив тереть глаз рукавом свитера, вышла к дороге, где продолжила пинать камни, только на этот раз в сторону дома.

— Иди домой, мы есть готовим.

— Я не голодна.

— Сохи, ты не ела со вчерашнего вечера, кому ты врёшь?

Я часто им вру, но на этот раз это была правда. Ведь как можно есть, когда всё тело сводит от чувства вины и обиды?

— Скоро приду, - сбросив звонок, я убрала телефон обратно в карман и стянув резинку с руки, завязала хвост, как вдруг снова услышала хруст, но на этот раз не стала реагировать, понимая, что это наверняка тот же ёж или уж.

«Мои родители тоже не хотят понимать меня»

Глава 3

ДЕНЬ 3

Сегодняшний вечер тихий, нежный и мягко смытый вредными привычками и кровавыми ссадинами на пальцах. Воздух тяжелел от волнения надвигающейся бури. Я оставлю окно открытым. Я оставлю свою грудную клетку открытой для дождя, чтобы наполнить себя чем-то более живым, чем-то более прекрасным. Моя голова тяжела от дождя и сама по себе. Но гром никогда не трещит, а давление только нарастает. Я надеюсь, что умру сегодня вечером, чтобы завтра вдохнуть новую жизнь.

Потолок. Потолок. Потолок. Половину дня я смотрела на него, а другую часть либо спала, либо ковыряла и так облезлые обои. Потолок. В нём столько дыр и трещин, как крыша ещё не обвалилась на меня? Потолок. Если бы сейчас пошёл дождь, он бы затопил мою комнату? Обои такие страшные. Жаль что нельзя повернуть время вспять и вернуть их первоначальный вид. Всё тело гудит от вчерашней уборки на заднем дворе. Мышцы так и кричат о перегрузке и том, что им нужно как-то восстановиться. Потолок. Интересно, доски когда-нибудь обваляться на меня? Наверное мне стоит всё таки чего-нибудь поесть, но вставать совершенно не хотелось, даже когда родители поднялись на второй этаж и стали шуметь, будто специально не давая мне уснуть на долго. Обои так неприятно крошаться на мою пастель. Наверняка где-то здесь есть всякие жучки и паучки, но из-за моего присутствия им теперь приходится прятаться. Интересно, на сколько хватит сил родителям? Они так же как и я без остановок разберут весь этаж или всё же отложат половину на завтра? Насекомым не нужно меня боятся, я их не трону. Мне слишком лень, а ещё временами это забавно наблюдать за их передвижением, они такие хаотичные и будто не имеющие никакого смысла, но всё же он есть. Потолок. Наверное ещё парочка лет и он всё таки треснет пополам, только меня здесь уже не будет. Я буду лежать так же на кровати и смотреть на потолок, но в другом месте. Интересно, на что смотрела бабушка, когда умирала? Или у неё были закрыты глаза? Или она спала? Мне об этом никто ничего не сказал. Я даже не знаю от чего она всё же умерла. Потолок. Потолок. Окна так стучат друг об друга, видимо ветер сегодня сильнее чем вчера. Мне даже не дали посмотреть и попрощаться с ней как следует на похоронах, меня просто не пустили в комнату, где священник читал для неё молитвы. Все были внутри и плакали все вместе, а я стояла снаружи и тоже плакала, но одна. Обои. Сорвать бы эти обои и сжечь к чертям. Всё равно уже не нужный "мусор". А вообще, лучше сжечь весь дом, чтобы он позже разлетелся пеплом по всей долине. Чтобы застелил деревья воображаемой Амазонки и его реки, а ещё кривые дороги вдоль луга, где мы с Минхо играли в догонялки и ловили стрекоз. Хочу чтобы дом бабушки был повсюду, куда бы я не пошла, хочу чтобы её дух дошёл и до моего города, и до моего дома, квартиры, комнаты и наконец кровати. Хочу лежать в той холодной кровати и чувствовать себя в её доме, а не в доме родителей.

— Сохи, - на удивление в мою дверь постучали, чего раньше никогда не было. Быть может это призрак бабушки? Тогда почему она не назвала меня "пчёлкой"? — Пойдём пообедаем. Папа там столько всего вкусного приготовил.

Потолок. Потолок. Потолок. В моей комнате белый потолок, на нём нет звёзд и всяких самолётиков с флажками. Он пустой и несуразный, такой же как и я сейчас.

Я отвернулась от мамы и стала вглядываться в пожелтевший кусок обоев.

— Ну, чего? Не идёт? - кажется папа пришёл. Жаль что его очки не могут видеть сквозь стены, тогда бы он наконец заметил, что я всегда лежу в кровати, если не нужно идти в школу.

Обои. Они пахнут как старые книги в библиотеке, а ещё от них немного отдаёт гнилью. Это нормально. Только наверное не очень хорошо, что я дышу этим. А когда я была маленькой, как они пахли? Бабушкой? Или может её готовкой? Скорее всего именно этим. Потому что всегда когда она готовила, аромат пряностей или чего-то запечённого, просачивался сквозь каждую дощечку и щель. Он проникал и впитывался абсолютно во всё, но видимо не навсегда. Как жаль.

— Хей, Сохи, мы вчера купили твоё любимое фруктовое мороженое. Пойдём, - папа стоял совсем рядом, пока я ковыряла стенку.

Минхо тоже любил это мороженое. Наверное даже больше чем я, потому что всегда так быстро съедал свою половину и с такой жадностью поглядывал на мою. Наверное мне следовало чаще делиться с ним, чтобы у него было больше хороших воспоминаний перед тем как потеряться в Амазонке.

— Сохи, а ну прекращай это, - мама сжала моё плечо и резко развернула, от чего кусок обоев, что я сжала между пальцев, оторвался. — Ты уже на скелет похожа.

Ты тоже. Это потому что ты ешь таблетки по сбросу веса? Или из-за выматывающей работы?

— Правда, Сохи, пойдём. Тебе нужно поесть хоть немного, - подключился папа, поправив очки, как если бы они вот-вот свалились на скрипучий пол.

Пастель со вчерашнего вечера и до этих пор не согрелась и даже свитер меня не спасал. А может это от голода? Или всё же где-то есть трещина в окне и теперь по комнате гуляет сквозняк? Я не знаю, может быть.

Мама стянула с меня одеяло и стало ещё холоднее, будто у меня забрали что-то ценное и незаменимое, как бабушку и Минхо. Подняв меня с кровати, они вдвоём взяли меня под руку и увели к лестнице.

Она выдержит нас троих? Не треснет? Не провалится? Мы не умрём?

Они посадили меня за стол и поставили напротив тарелку рамена, с дольками варёного яйца, нарезанным зелёным луком, ломтиками мяса и парочкой длинных белых грибов. Кажется в их глазах я превратилась в калеку, иначе бы не стали так укладывать палочки и ложку в мои ладони.

Вы же всегда говорили, что вам некогда заниматься мной, что нет времени и сил. Тогда почему сейчас сидите напротив меня и молча смотрите, а не копаетесь в своих гаджетах?

— Знаешь, Сохи, - начал папа, пока мне в лицо бил приятный пар от супа, — На самом деле мы сюда приехали не чтобы убраться. Хотя нет, это тоже, но...

Стол. Когда стол успел стать таким маленьким? Он же всегда был таким большим. И почему он не такой толстый и надёжный? Почему так шатается?

— Отец хочет сказать, что это для твоего же блага. Мы ходили к разным врачам и они говорят, что бывает полезно столкнуться лицом к лицу со своими...

И стул. Стул не кажется таким высоким. Почему всё так изменилось? Разве это справедливо? Разве это честно разрушать мои воспоминания об этом месте? Я ведь точно помню размер этих предметов, мы с Минхо замеряли их, когда играли в строителей.

— ...и поэтому, тебе нужно собраться, чтобы преодолеть это и идти дальше.

— Сохи, ты слышишь?

«Значит никто и не слушал их. Они их не понимали»

«Не хотели понимать»

Интересно, бабушка когда-нибудь ела их еду? Она им нравилась? Даже если нет, скорее всего она об этом не говорила, совсем как я. Я тоже ничего не говорю им. Всё равно они не слушают меня.

— Сохи, - шептнул кто-то, накрыв своей ладонью мою. Это помогло привлечь моё внимание. — Мы с отцом сожалеем, что тогда увезли тебя и не позволили найти твоего друга. Мы думали, что так будет лучше, мы хотели огородить тебя от худшего исхода... Ты ведь наверняка сейчас и сама понимаешь, что у него шансов не было. Тогда была сильная засуха, даже в тени показывало около сорока градусов... Даже если на его пути не встретились хищники, то скорее всего он просто схватил солнечный удар и в итоге...

Вырвав руку, я заткнула уши, а увидев, что она продолжает говорить, поднялась изо стола и ушла в свою комнату, совсем как вчера.

Кровать. Она такая холодная.

Потолок. Такой устрашающий.

Обои. Такие вонючие.

Пол. Такой скрипучий.

Крыша. Такая дырявая.

Я. Такая глупая.

Бездушная?

«Безвкусная»

***

Мы играли в моей комнате. Теперь мы были вождями племени индейцев. Мы танцевали и говорили на непонятном языке даже для друг друга, из-за чего моментами приходилось приостанавливать игру и всё объяснять. Мы разрисовали свои лица красками, засунули перья кур и всяких разных птиц в свои волосы, наши босые ноги топали по твёрдому деревянному полу, пока самолётики над нашими головами кружились, флажки тряслись, звёзды сверкали, а гирлянда, в собранной из подушек и одеял палатке, мерцала разноцветными огоньками.

— Наше племя самое старое, мы разговариваем с духами и животными!

— Нам понятен даже язык рыб! - подтвердил Минхо, продолжая бить в маленький барабан, пока в дверь не постучали.

— Кто-то хочет проникнуть в наше логово!

— Они хотят нас убить! Нужно прятаться! - крикнул Минхо, шмыгнув в палатку, а я за ним, закрыв дверь сделанную из наволочки.

— Ты это слышишь? Шаги, они всё ближе.

— Да, нужно затаить дыхание, что бы нас не нашли, - мальчик сделал глубокий вдох, а затем заткнул нос, то же сделала и я.

— Эй, ребятишки, - послышался хриплый голос, а когда мы увидели, как начинает отваряться дверь, вжались в друг друга.

— О нет, это не сработало, - громко зашептал Минхо.

— Тише! У нас ещё есть шанс, - шикнула я ему.

— Минхо, родной мой, тебе домой наверное уже пора. На улице стемнело, - сообщила бабушка, на что мы с облегчением вздохнули, но быстро опомнились и посмотрев друг на друга, встали на колени.

— Бабуль, пожалуйста, пусть он останется. Всего на одну ночь, - умоляла я, потерев ладоши.

— Это уже третий раз на этой неделе, - возразила та.

— Ну, пожалуйста, бабушка Мэй. Мы не будем так сильно шуметь, - подключился Минхо, надув нижнюю губу, от чего он стал похож на ангелочка, что всегда умиляло бабушку.

— Да какие игры? Вам уже спать пора ложиться.

— Пожалуйста, - протянула я, так же надув губу.

Бабушка ещё какое-то время молча смотрела на нос, но вскоре тяжело вздохнула улыбнувшись и покачав головой.

— Хорошо, быстрей доигрывайте, а я пока пойду чайник поставлю и твоим родителям позвоню, Минхо.

— Спасибо! - обрадовался тот, от чего даже запрыгал.

— Всё, давайте, - она закрыла нашу дверь из простыни и мы возобновили ход игры.

— У нашего племени есть правила, - шептнула я.

— Правда? Какие?

— Всегда всех слушать и слышать, - я согнула один палец, — Не требовать великих поступков, никогда не молчать и последнее - всегда быть рядом.

— Отличные правила, - согласился Минхо, улыбнувшись, - Вот бы у меня дома они тоже были.

— И у меня.

Вздохнув, мы легли на мягкое одеяло и пару подушек с кучей игрушек, что я разложила на полу.

— Вот бы такие правила были в каждом доме, - добавил Минхо, вытащив из своих волос перо и выставив его перед собой, при этом покручивая.

— Вот бы все их соблюдали, - вздохнула я.

— А давай поклянёмся что и сами будем из соблюдать, - мальчик перевёл на меня свои небесно яркие глаза и улыбнувшись, показал игривость веснушек, — Положим начало нашей идеи, - он приподнял руку, что была ближе ко мне, и выставив мизинец, улыбнулся чуть шире, сощурив глаза.

— Клянусь, - так же улыбнувшись, я сжала его палец и пожав, опустила руку. — Я никогда не забуду об этих правилах. Но если всё же это произойдёт, ты должен будешь прийти и напомнить мне о них. Хорошо?

— Конечно, - он уверенно кивнул, — А ты напомнишь мне.

— Договорились, - отвернувшись, я посмотрела на золотую гирлянду над нашими головами, а прикрыв веки, представила, что это настоящее ночное небо со всякими созвездиями и млечными путями. — Минхо, ты когда-нибудь видел падающую звезду?

— Нет, а ты?

— Тоже... А если бы случилось так, что ты застал падение, что бы загадал?

Мальчик какое-то время молчал, из-за чего мне пришлось открыть глаза и посмотреть на него. Его тоскливый взгляд был направлен на золотую гирлянду. Интересно, о чём он подумал? О родителях? Скорее всего да.

— Я бы загадала чаще приезжать сюда, чтобы видеться с тобой и бабушкой. Мне не хватает одного лета. Хочу быть здесь и на выходных, и на коротких каникулах, потому что это место на много лучше того, где я живу... Меня там никто не слушает и как будто не видят. А здесь ты и бабушка, с вами здорово.

Минхо одарил меня милейшей улыбкой, а после ответил:

— Я бы загадал: что бы наши родители изменились. Стали такими, какими мы бы хотели их видеть... И чтобы ты не забывала про нас, приезжала по возможности и выходила гулять.

— Хорошее желание, - тихо вздохнув, я отвернулась, так же посмотрев на гирлянду. — Надеюсь мы очень скоро увидим падающие звёзды.

— Да, было бы здорово.

***

Запоздала я с этим, да? Ты и тонул, и падал, и летел вниз. Меня не было рядом, я себя жалела. А потом била по щекам за каждую мысль о тебе. Ходила четыре с лишним года с красным лицом. Все говорили: «какой милый румянец», а я кисло улыбалась. Таким мучеником себя считала, ты бы знал. Стыдно перед тобой, Минхо. За всё-всё.

Открыла глаза я среди ночи от тошноты, видимо живот уже не выдерживает продолжительное голодание и таким образом решил привести в чувства, напомнив о жизненно необходимых ресурсах для организма, на которые я благополучно не обращаю внимание. Хотя с чего бы? Это никакая не забастовка или что-то в этом роде, тогда почему не могу заставить себя поесть? Организм хочет, а разум отказывается. Может нужно запихнуть в себя еду, как это раньше делали родители? Всегда когда дети отказываются есть, их уговаривают, отвлекают и в итоге суют ложку в рот, дабы ребёночек был сыт и здоров. Мне следует так поступить с собой? Это сработает?

Я поднялась с кровати и отойдя от несколько секундного головокружения, направилась к лестнице, а затем кухне.

Интересно, родители спят? Они слышали как я встала и спустилась? Папа с мамой придут ко мне, если я начну шуметь как они утром? Или предпочтут проигнорировать? У них это отлично получается.

Как оказалась родители тоже не спали. Кажется что с момента как я ушла в свою комнату, они не сдвинулись с места, потому как застала их на прежнем месте, только с каким-то измученным и поникшим видом. На столе всё так же стоял ни кем не тронутый суп, рядом с которым лежали палочки и ничего больше.

Они всё это время о чём-то говорили или сами недавно встали?

Подойдя к холодильнику, я достала бутылку воды и открывая её, выглянула в окно. Светало. Природа всё так же прекрасна, что и пять лет назад - это радует. Хотя бы так могу переместиться в прошлое.

— Не спится? - поинтересовалась я, немного отпив, но так и не повернувшись лицом к родителям.

— А сама чего встала? - задала ответный вопрос мать.

— Пить захотела, - убрав бутылку, я перевязала хвост и уже собралась уходить.

— Может, поговорим? - отозвался отец.

— Вы же всегда заняты, - с какой-то усмешкой сказала я.

Почему так много родителей вспоминают о важности общения настолько поздно? Они думают, что если не будут общаться с ребёнком в детстве, то это никак не отразится в будущем?

— Почему тебе так сложно пойти с нами на контакт?

— А почему вам было сложно поговорить со мной, когда я нуждалась в этом?

Родители в слабом недоумении посмотрели друг на друга, будто совершенно не понимая о чём я говорю. Вот это актёры.

— Потому что ты постоянно убегала от нас, - ответил отец. — Ты жила в своём собственном мирке и не хотела принимать туда никого из нас... Разве ты не помнишь как с головой уходила в игры и не замечала ничего и никого вокруг?

Это не оправдание. Вы просто скинули вину на меня.

— Разве что Минхо. Он был наверное единственным, кого ты приняла, - продолжила мама. — До сих пор помню, как ты выпрашивала у нас телефон, чтобы ему позвонить. И как на целый день пропадала с ним, когда мы с отцом приезжали в деревню на выходных.

«У нашего племени есть правила»

— Ты просто не давала нам шансов.

«Всегда всех слушать и слышать...»

— Ты разве не помнишь сколько раз отказывалась с нами ездить куда-либо? Мы ведь чуть ли не каждые выходные пытались вывести тебя куда-нибудь.

«Не требовать великих поступков...»

— Но проблема в том, что где бы ты не была, ты снова и снова уходила в свой выдуманный мир.

«Никогда не молчать...»

— И даже для Минхо ты выдумала волшебный мир, в котором он до сих пор блуждает. Неужто ты всё ещё в это веришь?

«И последнее - всегда быть рядом.»

— Верю, - я развернулась и как сказали ранее родители, убежала от них в свой выдуманный мирок, где всё подчинялось лишь моим правилам. А ещё правилам Минхо.

***

В глубокую картонную коробку, что я обклеила разными наклейками и бумажками, я положила связанного бабушкой зелёного динозавра, ещё золотую корону со стразами, ведь сегодня это его день и с ним должны обходиться как с королём. Закрыв всё крышкой и повязав лентой, я выскочила из свой комнаты на первый этаж и уже хотела выйти на улицу, но меня остановила бабушка.

— Постой, передай это его родителям вместе с моими поздравлениями, - бабушку протянула крафтовый пакет, в котором судя по запаху лежало печенье.

— А ещё осталось?

— Конечно, целая гора! - заверила бабуля, улыбнувшись, от чего на её лице стало ещё больше морщинок. — Как нагуляетесь - обязательно приходите. Сегодня утром ещё соседка приходила с молоком, так что допоздна не задерживайтесь.

— Хорошо! - так же улыбнувшись, я поцеловала бабушку в щёку и взяв коробку с пакетом поудобнее, направилась к двери, но и в этот раз меня остановили.

Домашний телефон, стоящий на комоде у входной двери, трещал, оповещая жителей о чьём-то желании поговорить с ними.

— Пчёлка, ответишь? - спросила бабушка, включив воду на кухне.

— Ладно, - вздохнув, ответила я и поставив подарок вместе с пакетом на комод, подняла трубку. — Алло?

— Мам, если Сохи дома, позови её к трубке, - говорил низкий мужской голос.

Отодвинув трубку, я слегка откашлилась и согнувшись, попыталась изобразить голос бабули.

— Она только что ушла. Не скоро вернётся.

— Серьёзно? - папа протяжённо вздохнул, а я улыбнулась, готовясь завершить звонок и побежать к Минхо, чтобы поздравить с днём рождения и продолжить выдумывать с ним мир про драконов и динозавров, только на этот раз там будут ещё замки с придворными, рыцарями и королём. — Может тогда нам всё же нет смысла приезжать? Наверняка будет как и в прошлые разы: убежит и даже не поздоровается...

— Скорее всего так и будет, - ответила я, посмотрев на настенные часы.

На какое-то время между нами повисла тишина и я подумала что связь прервалась, но папа вдруг сказал:

— А мы с мамой столько всего ей собирались привезти: игрушек всяких, конфет там...

— Понятно, - я тыкнула в пакет, от чего тот чуть не упал.

— Сохи, ты что совсем по нам не скучаешь?

— Это не Сохи. Это бабушка, - услышав, как выключилась вода на кухне, я захотела ещё сильнее побыстрей закончить разговор, чтобы не слушать уговоры бабушки поговорить с родителями.

— Сохи, я же знаю что это ты, почему ты...

— Ой, что-то тебя... совсем не слышно. Наверное... со связью... что-то не... - я сбросила вызов и взяв подарок с пакетом, вышла на улицу, где положив всё в корзину своего велосипеда, направилась прямиком домой к Минхо.

Их дверь была такой же большой, но белой и новой. У них всё здесь было новым, потому что когда Минхо исполнилось три, они переехали сюда из "пыльного" города. Но хоть всё и выглядело надёжнее и новее, тепла и уюта дом не держал внутри себя. Он был пустым, имея внутри себя дорогую мебель и ледяным, при наличии батарей, печки и бани на заднем дворе, вместо цветущего сада.

Спрятав подарок, но оставив пакет, я постучала в дверь, надеясь увидеть сразу Минхо, но пришлось поднять голову и посмотреть на его худощавого отца с очками, как у моего папы.

Неужели у всех пап одинаковые очки?

— Здравствуйте, это вам от бабушки, - я вытянула руку с пакетом печенья. — А ещё она передаёт поздравления.

Мужчина вздохнув, забрал у меня пакет и не раскрывая его, положил на небольшой столик, на котором обычно лежали их ключи и всякая мелочь.

— Спасибо. Это всё? - он взялся за ручку, готовясь закрыть передо мной дверь, что не с проста, ведь им не нравилось, что их сын водился со мной. Якобы я плохо влияю на него. Но разве плохо, что он стал больше улыбаться и смеяться? Это называется плохое влияние?

— Нет, я за Минхо зашла. Можете его позвать?

— У него много дел на сегодня.

— Но у него ведь день рождения, что он может делать? Он на оборот должен...

— Сохи, это наша семья и нам решать, что ему делать, а что нет.

— Может мне тогда ему помочь? Так он быстрее справится.

— Просто иди домой, - папа Минхо закрыл дверь. Наверное ему было приятно это сделать, а мне видеть это нет.

Спустившись с крыльца, я достала из корзины подарок для Минхо и обойдя дом, встала на большой камень, что притащила к их забору ещё в начале прошлого лета. На заднем дворе Минхо не оказалось, а значит он скорее всего в своей комнате, раз уж он не вышел, когда я говорила с его отцом.

Положив подарок на землю, я набрала горсть маленьких камней и стала кидать в окно на втором этаже. Вскоре оно открылось и показалась светлая голова с голубыми глазами. Увидев меня, он расплылся в счастливой улыбке и стал мне интенсивно махать. Я ответила тем же, а позже подняла коробку с земли и показала ему.

— Спустишься?

— Конечно! - радостно ответил Минхо, после чего скрылся на некоторое время чтобы достать толстую верёвку, которую он привязывал к похожему крюку под своим окном.

Пока Минхо спускался, я поглядывала по сторонам и страховала его, в случае, если он вдруг сорвётся. Вскоре друг стоял напротив меня и в нетерпении смотрел на коробку в моих руках, а я, взяв его за руку, потянула за собой в чащу леса.

— Куда мы идём? - в недоумении поинтересовался он, оглядываясь по сторонам.

— Хочу тебе кое-что показать. Обещаю, тебе точно понравится!

Дом Минхо совсем пропал из виду, а когда нас полностью захватил зелёный лес и со всех сторон было слышно лишь пение птиц, да шелест листьев, мы преодолели небольшой холм, за которым располагался толстый дуб.

— Пока ты был на домашнем оресте, я приходила сюда и строила наш замок. Он невидим для чужаков и не расположен на картах, о нём лишь слагаются легенды, в то время как мы владеем им! Мы должны любой ценой защищать наш волшебный город и народ от врагов, что смеют напасть и уничтожить его! - отпустив руку друга, я протянула ему подарок. — А теперь открой.

Минхо с трудом оторвавшись от замка на дереве, взял коробочку и открыв её, заглянул внутрь, от чего его глаза засияли ещё ярче. Достав золотую корону, я под игру оркестра, возгрузила её на его и так золотую голову.

— Ты - король города Фарлайн и все, включая меня, будут служить тебе верой и правдой. А ты же в свою очередь должен оберегать нас. Готов ли ты пойти на это?

Минхо воодушевлённо расправил плечи и подняв выше голову, ответил:

— Да, я готов защищать свой народ. Но я не справлюсь один. Мне нужен верный друг, что всегда подскажет и поможет, - он засунул руку в карман синих джинсовых шорт и достал от туда серебряную подвеску с небольшой звёздочкой, выполненной из белого камня. — Станешь моим тем самым другой? Будешь помогать и всегда быть рядом?

Расплывшись в улыбке, я кивнула, а Минхо встав за спиной, нацепил на мою шеи подвеску обещания.

— Что ж, мой король, пойдёмте поприветствуем народ. Уверена они все заждались вас!

Минхо смущённо опустил глаза, а я потянула его к лестнице, что прибила к стволу дерева, тянущегося до самого неба и облакам, где наверняка иногда пролетает наш змей. Весь город уже скопился у окон замка, в ожидании выхода их молодого, но могущественного короля. Драконы так же покорно дожидались их хозяева, сидя на крыше замка или рядом с балконом, на котором вот-вот он покажется.

— Народ города Фарлайн, поприветствуйте вашего короля! - воскликнула я, после чего улица заполнилась овациями и криками.

Минхо шагнул на балкон и помахав своему народу, расплылся в очаровательной улыбке, от чего его веснушки снова запрыгали. Он перевёл на меня счастливый взгляд и сказал:

— Спасибо, это самый лучший подарок в моей жизни.

Пришлось не на долго остановить игру, чтобы обняться.

— Родители подарили мне скучную книгу про всяких учёных и исследователей, а ещё коробку пазлов из 2500 тысяч кусочков. Думаю, что я ближе к старости прочту её, а пазлы быстрее растеряю, чем соберу, - Минхо усмехнулся, отпустив меня. — А вот твой подарок я буду хранить всю жизнь. Не допущу чтобы игрушка порвалась или потерялась, а с короны буду смахивать пыль, каждый раз как посмотрю на неё. Ещё буду приходить сюда, чтобы наведать свой народ и вспомнить тебя, когда ты уедешь... - его улыбка медленно сползла, а глаза опустились от понимания, что лето подходит к концу и совсем скоро мне придётся уехать. — Жаль что ты не можешь навсегда здесь остаться. Без тебя мне скучно. Родители совсем перестали со мной играть, а ещё говорят, что пора повзрослеть, а мне только одиннадцать исполнилось, - он тяжело вздохнул, а я погладив его по плечу, вспомнила как сильно не нравлюсь его папе и маме.

— Да, было бы здорово, если бы мне можно было остаться, но боюсь твои родители точно бы сошли с ума.

— Почему? - Минхо удивлённо посмотрел на меня.

— Потому что мы тогда бы точно не расставались и всё время проводили вместе, что им и не нравится.

— Точно, - Минхо слабо улыбнулся, но позже снова опустил глаза с грустинкой. — Не понимаю, почему ты им не нравишься. Ты хороший друг, с тобой здорово.

— Может быть именно поэтому я им и не нравлюсь? Может им не нравится, что ты так много играешь и веселишься, а не занимаешься скучной работай, как они? Наверное поэтому они и подарили такие неинтересные подарки.

Минхо, вздохнув, пожал плечами, после чего сел на пол, свесив ноги к земле и сняв картонную корону с головы.

— Вот бы мне других родителей. Например таких же, как твои.

— А чем они отличаются? Они тоже занимаются скучной работой и заставляют меня читать неинтересные книжки, - я села рядом с другом.

— Зато они делают тебе подарки за просто так и всегда, когда приезжают, покупают столько всего... А ещё они так по доброму со мной и тобой общаются, совсем не строгие и очень щедрые. Приятно получать от них гостинцы и слушать всякие истории за столом.

— Ты как будто не про моих родителей говоришь, - усмехнулась я. — Они ведь не всегда такие: бывает и ругают меня и на улицу не пускают.

— Но это ведь потому что ты их не слушаешь, - Минхо посмотрел на меня. — Хотя обещала что будешь... Уже забыла?

Я неловко почесала шею, опустив глаза на землю под нашими ногами, где совсем недавно стояла толпа людей

— Нет, не забыла, - солгала я.

— Вот и не забывай никогда... У тебя правда хорошие родители, Сохи. Не всем так везёт.

— Хорошо, - вздохнула я, взглянув на его поникшее лицо.

Глава 4

ДЕНЬ 4

Хотела умереть, ни о чем не думая.

Как эгоистка.

Как трус.

Как любитель чувствовать себя жертвой.

Как бегун на большие дистанции, такие, где врата космоса - финишная прямая.

Совсем не подумала о том, что это значит «умереть».

— распасться на атомы,

— потерять тело,

— лишиться чувств и эмоций,

— вернуться домой.

Всё это второстепенно.

Умереть - значит оставить тебя. Здесь. Одного. Вот и всё, что нужно знать о смерти. А мне больше никогда нельзя оставлять тебя. Никогда.

За окном ярко горело солнце, а в доме стояла тишина, видимо родители наконец-то легли спать. Я крутила подвеску между пальцев и смотрела на ясное небо, хотя внутри было пасмурно. Но всё же собравшись с силами, я вышла из комнаты и зашла на кухню, чтобы чем-нибудь перекусить. Как оказалось, родители закупались точно не на одну неделю, хотя когда я вечером спускалась за водой, не обратила внимания на это огромное количество продуктов.

«У тебя правда хорошие родители, Сохи»

Отыскав йогурт и поставив чайник, я заглянула в хлебницу и нашла там пару пачек конфет, печенья и булок. На столе, где когда-то стоял суп, было пусто, наверное мама всё убрала, после того как я убежала.

Интересно, о чём они потом говорили? Я их обидела?

Не знаю, может быть.

Заварив чай и съев йогурт, я вышла с булкой на крыльцо, где села на еле живое потрескавшееся кресло. Вид от сюда выходил на просторную поляну, окружённую густым лесом, в котором бродят дикие звери, но даже это не мешало жителям деревни ходить туда за грибами. Неужто им какие-то грибы важнее жизни? Или им просто не страшно, потому что держаться вместе?

«Ого, смотри как быстро плывёт!»

Прикусив нижнюю губу, я нахмурилась.

Как же всё таки бывают хаотичны мысли. Иногда думаешь об одном, но неожиданно выплывает неприятное или совсем не значительное прошлое, но всё же способное заставить тебя сменить ход мыслей в совершенно другое русло. А самое сложное, - потом остановить этот поток, потому как он будто водопад. И никакая платина его не может хоть как-то предотвратить.

Я посмотрела на чистое небо, где пролетала стая ласточек и вспомнила как мы с Минхо представляли что это вражеские истребители. Наверное, выше нашей дружбы только и были эти ласточки-истребители. Они будут убиты заболеваниями, но даже для них какое-то время существовала любовь.

Вернувшись в свою комнату, я взяла сменную одежду, приняла душ и вышла на улицу. За это время родители так и не открыли дверь и не вышли ко мне. Может я и правда их обидела?

Сейчас шла первая половина лета, но всё ещё приходилось одеваться в джинсы и толстовки, хотя некоторую молодёжь этот факт вовсе не огорчал. Ведь достаточно и того, что сейчас каникулы, светит солнце, а не идёт дождь и можно гулять допоздна благодаря длинным дням.

Когда я вышла к дороге, то снова стала пинать камни. Оказывается это очень увлекательно, можно вообразить что ты футболист какой-нибудь или великан, который с невероятной лёгкостью откидывает булыжники. Наверное я бы так и пинала всю дорогу эти глупые камни, если бы вдруг с поляны не выскочил рыжий котёнок и не стал с ними играться, как с какой-то игрушкой.

— Привет, - поздоровалась я, присев на корточки и протянув к нему ладонь. Котёнок какое-то время не обращал на меня внимания, продолжая играть, но вскоре с радостью подбежал и потеревшись мордочкой об мою руку, замурчал. — Такой худой. Тебя разве здесь не подкармливают?... А ещё полёвки. Их же здесь куча, почему не ловишь? Тогда бы точно сытый весь день ходил.

Котёнок лишь протёрся об мои ноги, смотря на меня грязными зелёными глазами, будто выпрашивая еду.

— Прости, у меня с собой ничего нет.

Поднявшись, я оставила котёнка и продолжила идти, сама не зная куда, хотя потеряться у меня точно не было шансов, потому как знала здесь всё как свои пять пальцев. Я заткнула уши наушниками и включив Cemeteries, возобновила процесс наблюдения за движением облаков, травы и листьев, ещё муравьёв и всяких жучков и букашек, что встречались на моём пути; бывало ещё появлялись бабочки с глазами на крыльях и шумная стайка воробьёв, шустро пролетающая над головой.

«Вот и не забывай никогда»

Лучше бы мы по-настоящему встретились и он в самом деле сказал это, а не чтобы мне приходилось одной это вспоминать.

Я взглянула в сторону чащи леса, в которой Минхо и затерялся пять лет назад, но выбрался ли он от туда мне так и не удалось узнать. Из-за родителей. Что поймали меня, когда я попыталась найти его, и увезли из деревни обратно в город. Наверное даже бабушка не успела об этом узнать, потому что скончалась на следующее утро. Это из-за того что мы заставили её волноваться или вообще из-за старости и что якобы её "время пришло"? Или может из-за болезни, без которой она жила бы дольше и может успела бы мне сказать, что случилось с Минхо. Вдруг он всё же нашёлся, есть ведь такой шанс.

«Всё из-за тебя!»

Как жаль, что я не нравилась его родителям. Если бы наши отношения были хоть чуточку лучше, то возможно у меня хранился бы их номер телефона и мне не приходилось ходить здесь, с догадками поглядывая в сторону леса. Если бы только они сказали мне или хоть кто-то, что Минхо жив или всё же погиб, то я бы перестала гадать. Это намного больнее и ужаснее, чем знать правду.

Я старалась тебя позабыть, но эти воспоминания стоят дороже, чем вся моя жизнь. Я и не думала, что буду страдать. Кто же знал, что мир не чудесен и что без тебя мне собою не стать. Самая худшая боль, отнюдь не в словах, она скрывается между рёбер, где то там, куда сложно попасть, где то там, где в сердце воткнут стебель.

Надавив на ручку, я вошла в небольшой магазинчик с прозрачными окнами, благодаря чему по бо́льшей части и освещался зал. Подойдя к холодильнику с водой, я порыскала по карманам и выгребла всю мелочь, после чего стала считать. Всего было 500 вон, что вполне хватало на маленькую бутылку, но только я хотела открыть холодильник, как со мной столкнулись плечом, от чего все монеты вылетели из ладони.

— Ой, прости, я случайно!

— Ничего, - я присела на корточки и принялась собирать мелочь, надеясь что соберу все, иначе воды мне не видать. Парень, что столкнулся со мной подключился и когда мы выпрямились, протянул руку к моей ладони, но вдруг замер, так и не расслабив пальцы, обклеенные пластырями, от чего мне захотелось посмотреть на него. — Снова ты, - сказала я рыжему котёнку под ногами. Он потёрся об меня и снова поднял грязную и измученную мордочку. Забрав последние монеты у парня, я нагнулась, подобрала котёнка и развернувшись, перешла к другому стеллажу. — Выбирай, только не наглей, денег у меня правда мало, - я вытянула котёнка в сторону влажного корма, а он стал принюхиваться. — А вкус у тебя есть. Вот только мне на одну пачку хватит. Ты наешься? - кажется котёнку было абсолютно всё равно на мои слова, потому и вцепился в пачку. — Да хорошо-хорошо. Сейчас.

Вытащив пачку, я понесла её на кассу, а оплатив, вышла на улицу, где сев на бордюр, открыла корм и надавив поднесла к морде котёнка, что сел передо мной. Он с жадностью принялся за трапезу, при этом чавкая, а иногда даже чихая, от чего у меня появлялась улыбка на лице.

— И вот даже спасибо не скажешь, а я ведь за водой себе шла, - вздохнув, я убрала в сторону прядь волос и стала смотреть на редких прохожих, а ещё на компактные машины, из которых иногда выглядывали морды собак с высунутыми языками.

Я услышала тихий стук за свой спиной, а увидев тень, всё же обернулась, но было поздно, человек обошёл меня и выйдя к дороге, с не полным пакетом, пошёл своей дорогой.

— Стойте, вы бутылку обронили! - крикнула я, взяв небольшую бутылку воды, что до этого ровно стояла за моей спиной.

Парень в кепке продолжил идти, будто не услышав меня, а я какое-то время не решаясь, всё таки открутила крышку и сделала первый глоток.

— Холодная, - протянула я, прикрыв глаза, чем и воспользовался котёнок. Он вырвал из моей руки пакетик с кормом и дал дёру. — Эх, ты! Не благодарный, хоть бы до дома провёл!

Котёнок скрылся с моих глаз, а я ещё немного посидев на дороге и поймав на себе несколько взглядов деревенских, всё же ушла обратно к поляне, где кроме природы, животных и меня никого не было.

***

Прошла неделя с того дня, как мы с Минхо стали править нашим городком Фарлайн. И хоть он не обладал внушительными размерами по сравнению с другими, мы всё равно его любили и защищали, как и клялись. Но подкрепиться чем-нибудь вкусненьким никто не запрещал, потому мы остановив игру, побежали к моему дому, дабы полакомиться бабушкиной стрепнёй.

— Сохи, смотри, - Минхо вытянул руку и я увидела машину возле дома. — Кажется твои родители приехали. Побежали скорей, поздороваемся! - Минхо рванул вперёд, будто его эта новость осчастливила больше чем меня, что скорее всего так и было.

Мы вошли в дом и сразу встретили бабушку с моими родителями, что судя по сумкам на столе, сами недавно пришли.

— О, вот и они! - улыбнулась бабушка, указав на нас ладонью. — Только что о вас вспомнили, как вы тут как тут. Мысли читаете что-ли?

— Хотелось бы, но пока ещё не научились, - ответил Минхо. — Здравствуйте тётя Ёнми, как вы поживаете?

— Боже, Минхо, как ты вырос с прошлого месяца! Как бамбук растёшь, - ответила мама, подойдя к нему. Она потрепал его волосы, а он расплывшись в смущённой улыбке, отвёл глаза в сторону.

— Привет, ребят, - поздоровался отец с кухни, на что мы с Минхо помахали ему.

— Минхо, не поможешь мне с одним дельцем? - спросила бабушка.

— Конечно, с чем именно? - он подошёл к ней и бабуля стала отводить его в сторону.

— А я? Моя помощь нужна?

— Нет, не стоит. Не беспокойся, - ответила она, оставив меня наедине с родителями.

— Можешь помочь нам с сумками. Было бы неплохо, - предложил отец, что всё это время смотрел на меня с какой-то обидкой, видимо из-за того звонка.

Я всё ещё смотрела на дверь ведущую на задний двор, за которой скрылись бабушка с другом, а почесав локоть, который совсем недавно ободрала, пошла в ванную, чтобы вымыть руки и помазать рану зелёнкой. И когда я уже достала ватную палочку, готовясь окунуть её в бутыль, в комнату вошла мама.

— Тебе помочь?

— Что?

— Давай помажу, неудобно ведь самой, - мама забрала у меня пузырёк с палочкой и намочив ватную сторону, прислонила к локтю, после чего стала дуть. — Почему с нами не поздоровалась? Не рада что приехали? Три недели не виделись как никак.

— Но и вы со мной не здоровались.

— Это потому что ты на нас даже не посмотрела... Только на бабушку с Минхо глядела.

— И что?

Мама тяжело вздохнула, а выпрямившись, выкинула палочку в рядом стоящую урну.

— Да ничего, - закрыв пузырёк и убрав в шкафчик, она вышла из ванной, а я услышав как вернулись бабушка с Минхо, тоже направилась в коридор.

— Вы подождите немного, сейчас сумки разберём и сядем за стол, - заверила бабушка.

— Хорошо, - улыбнулась я.

— Сохи, у тебя остались ещё самолётики?

— Конечно, у меня их тысяча! Вся комната забита, - я широко развела руки, а Минхо обратив на что-то внимание, стал вглядываться.

— Ого, как ты такое ровное солнышко нарисовала?

Я посмотрела на локоть, а пожав плечами, взглянула в сторону кухни, где стояли родители и бабушка.

— Пойдём самолётики уже пускать.

— О'кей, чур я первый пилот! - Минхо побежал к лестнице.

— Эй, так нечестно! - крикнула я вдогонку.

— Ну, чего? Поговорили?

— Ага, как же... Она даже не слушала нас.

— И почему она такая?

— Разве мы не так что-то делаем?

— Будет вам. Это пройдёт, потерпите ещё чуток.

***

Сердце болит. В действительности, оно скулит, как забитый зверь, нашпигованный свинцом. Только оно всё ещё живо. Как и лёгкие, которые первые приходят в себя, чтобы вдохнуть воздух, развеять плотную завесу дыма и преобразовать его в следующие слова:

Прости меня.

Ты ведь жив?

Вернись обратно. Домой.

Ты в порядке?

Мне так жаль.

Я не должна была убегать. Не должна была бросать.

Прости, что я такой плохой друг.

Прости.

Когда часы на руке показывали около трёх часов дня, я вернулась домой, к тому моменту родители успели распереживаться, хотя была бы веская причина, всего то вышла погулять, чего они и сами хотели совсем недавно.

— Сохи, ты где была? Почему на звонки не отвечала? - на повышенных тонах спросила мама, выйдя ко мне из зала.

— Связь плохая, даже оповещение не приходило, - я вытащила второй наушник и убрав его в карман, посмотрела в сторону лестницы.

— Оставила бы хоть записку, что гулять уходишь, - отозвался отец, выйдя из их комнаты. — Знаешь как мы волновались? Здесь тебе не город, камер нет, повсюду звери бродят.

— Да ладно, я же здесь не в первый раз и...

— Всё равно! - перебила меня мама, крепко обняв, от чего я словила ступор, но ещё сильнее меня ввело в смятение объятие отца.

«У тебя правда хорошие родители, Сохи»

Медленно приподняв руки, я приобняла их, из-за чего они кажется перестали дышать.

— Простите... И за вчерашнее тоже.

Мама сжала руки сильнее, отобрав меня от папы и впившись в меня своими костяшками.

— Я вчера убрал твой суп в холодильник, хочешь разогрею? - неловко поинтересовался папа.

— Давай, - я кивнула, а папа убежал на кухню, после чего послышалось открывание холодильника и микроволновки.

«Не всем так везёт»

Если мои родители и правда всегда были такими, как говорил Минхо, тогда почему я видела их другими?... Потому что стыдно хвастаться ими в то время как у него самого родители такие злые? Поэтому я сделала вид, что и мои родители плохие? Хотела поддержать его?

— Если тебе здесь так плохо, хочешь поедем обратно домой? - спросила мама, выпрямившись и утерев глаз.

— Нет, мне здесь хорошо... Столько воспоминаний.

Губы мамы поджались.

— Прости, что увезли тебя тогда. Мы думали так будет лучше для тебя... Мы боялись что с тобой будет, если Минхо всё же... умер.

Я опустила глаза, стиснув зубы, чтобы снова не убежать.

— И нам правда жаль, что ничего не можем сказать о его исходе. Если бы была возможность что-то исправить, то не увозили бы тебя тогда.

Я зачесала щёку, почувствовав как она горит, от давней пощёчины.

— Скажите тогда как бабушка умерла... Иначе я не перестану думать, что она тоже где-то потерялась, ведь вы не дали даже посмотреть на неё перед похоронами.

— У неё была сердечная недостаточность, - ответил папа, вернувшись с кухни. — Поднялось давление и случился инсульт на почве стресса... А показывать не хотели, потому что её лицо сильно исказилось.

— Мы не хотели, чтобы ты запомнила её такой.

«Всегда слышать и слушать...»

Так вот что это значит. Хоть и сказала это Минхо, сама до конца не понимала смысл таких простых слов.

— Ладно, - я опустила голову ниже и со всей силы прикусила губы, пытаясь не выпустить поток слёз, но всё было напрасно. Влажной дорожкой по моей щеке слёзы скатывались на пол и мою одежду.

— Наконец-то ты при нас плачешь, а не убегаешь, - вздохнула мама, снова обняв меня, но на этот раз оставив место и для папы.

Они гладили меня по спине и голове, согревая и пряча от сквозняка, что ходил по всему дому, и от этого мне хотелось плакать ещё больше. Ещё наверное от чувства вины. И от того, что потеряла столько объятий с ними. И столько приятных слов. И столько попыток мне всё рассказать. Столько правды я упустила из-за ложных суждений.

«Это пройдёт, потерпите ещё чуток»

Этот "чуток" длился слишком долго и для них, и для меня.

— Простите, что была плохой дочкой.

Родители отстранились, посмотрев на меня с серьезными лицами.

— Не нужно, не говори так, - начала мама. — Мы и сами не лучше.

— Правда, - согласился папа, поправив очки. — Мы ведь и не советовались с тобой никогда. Не спрашивали чего ты хочешь, а делали всё напролом, не обращая внимания на то, что тебе это может быть не интересно.

Получается, Минхо всё же был прав. Жаль, что поняла я это только сейчас.

Жаль, что поверила так поздно.

Жаль, что пришлось осознать это одной. Без него.

Жаль, что потеряла его.

Жаль, что бросила. Совсем одного.

Прости.

Глава 5

***

Пока бабушка растелала плед на мягкой траве, мы с Минхо готовились разбежаться на мосту и прыгнуть в пруд, что сверкал, отражая лучи солнца. И вот мы уже сбросили ненужную одежду, оставшись в купальниках, стянули обувь, развернулись к воде и встали в позицию, чтобы на счёт "три" побежать. Но бабушка нас остановила, потому как для неё было необходимо намазать наши лица и тела солнцезащитным кремом.

— Ну, бабуль, хватит! - капризничала я.

— Всё-всё, идите, - она мягко похлопала ладонями по щекам Минхо, что успели покраснеть от солнца, пока мы сюда шли.

— Минхо, побежали! - я схватила его за руку и мы наконец забежали на деревянный мост. Достигнув края, мы оттолкнулись как можно сильнее, казалось мы отлетели к самым облакам и когда погрузились в воду, думалось, что ещё чуть-чуть и достанем пятками до дна.

Я выплыла первой и стала оглядываться, пытаясь отыскать друга, но его всё не было. Может он специально задержал дыхание? Бабушка напряглась, потому и забежала на мост, а я стала расставлять руки и ноги во все стороны, пытаясь нащупать Минхо.

— Сохи, смотри, тут водоросли! - крикнул он где-то за моей спиной.

Как оказалось, пока он был под водой, решил отплыть от меня как можно дальше, только не понятно зачем.

— Минхо, дорогой мой, больше не делай так! Напугал нас! - кричала бабушка, приложив ладонь к груди.

— Простите! - ответил он.

Я подплыла к нему и посмотрев на длинные зелёные водоросли, сморщилась.

— Гадость какая, - я тыкнула пальцем в растение, а Минхо улыбнувшись, вытянул руку.

— У-у, смотри какие они! Ещё склизкие такие. Ммм!

— Фу, убери! - я отплыла, а Минхо за мной.

— Сохи, они близко!

— Отстань!

— О нет, они умеют летать! - с этими словами он бросил водоросли в мою сторону и у него получилось попасть прямо на голову, от чего я закричала, пытаясь их скинуть.

— Убери! Убери их от меня, - кричала я, отмахиваясь.

— Да хорошо, погоди, - Минхо подплыл ко мне и помог снять гадость с волос. — Мда, не быть тебе русалкой. Точно не выжила бы в море с таким отношениям к водорослям, - усмехнулся тот.

— Да иди ты, умник, - обиделась я, опрыскав его водой, что стало началом нашей войны, полной смеха и веселья.

Интересно, только у него так сияют глаза? Или у кого-то тоже? У меня тоже появляются звёзды в зрачках, когда вижусь с ним?

— Сохи, а тут ещё комок водорослей нашёлся. Хочешь посмотреть? - смеясь, Минхо потянул меня за руку, а я всё никак не могла перестать смотреть на него.

— У тебя звёзды в глазах.

— Что?

— Звёзды... Твои глаза сверкают, как звёзды на небе.

— Правда? - Минхо смущённо отвёл взгляд, прикоснувшись пальцами щеки, что была расцелована солнцем, а после снова поднял глаза, видимо узнать как выглядят сейчас мои. — А твои тёмные. Как ночное небо?

— Такие скучные наверное. Твои намного интереснее и красивее, - вздохнув, я подплыла поближе к мостику и придерживаясь за него, смотрела как Минхо перевернувшись на спину, не торопясь, приплыл ко мне.

— Наши глаза дополняют друг друга, - заявил он, так же ухватившись за мост и убрав со лба золотые волосы.

— Как это?

— Если не будет неба - не будет и звёзд, - Минхо неловко улыбнувшись, пробегал глазами по воде, а после продолжил: — Мне так весело только с тобой, наверное поэтому звёзды и зажигаются в моих глазах... Появляется ночное небо и звёзды начинают загораться. Как светлячки... Так что без тебя мои глаза не такие уж и особенные.

Минхо посмотрел на меня, а я улыбнувшись, поправила подвеску на своей шее.

— Тогда получается, эта звезда частичка тебя?

Минхо опустил яркие глаза на белый камень, в который раз одарив меня милейшей и незабываемой улыбкой.

— Думаю да. Когда ты уедешь, эта звезда будет с тобой, а значит и я буду рядом.

— А что же тогда будет у тебя?

Минхо на какое-то время задумался, а отвернувшись к лесу, ответил:

— Наш секретный город Фарлайн. Я буду приходить туда каждый раз, как соскучусь по тебе и нашим играм. Так что ты тоже оставила мне частичку себя.

— Тогда, хорошо.

***

ДЕНЬ 8

Всё в жизни является временным. Всегда, когда идёт дождь, ты знаешь, что он закончится. Каждый раз, когда тебе причиняют боль, рана заживает. После темноты всегда появляется свет, тебе напоминает об этом каждое утро, но тем не менее часто кажется, что ночь продлится вечно. Этого не будет. Боль не длится вечно. Таким образом, нужно наслаждайся моментом прямо сейчас. И если всё плохо, не стоит волноваться, потому что это тоже не будет длиться вечно. То, что жизнь не легка в данный момент, не означает, что ты не можешь смеяться. То, что что-то беспокоит тебя, не означает, что ты не можешь улыбнуться. Каждый момент даёт тебе новое начало и новое окончание. Каждую секунду ты получаешь второй шанс. Нужно просто использовать его.

Погода сменилась так же резко, как улучшились мои отношения с родителями. Ходить в толстовках, а уж тем более свитерах, было невозможно, потому как жутко пекло, приходилось даже надевать головной убор, иначе голова начинала кружиться.

Я медленно шагала по тропинке в лесу, что вела к одному из мест, где мы с Минхо проводили очень много времени. Нет, это не город Фарлайн. Туда я собиралась пойти в самую последнюю очередь, потому как хотела выплакать абсолютно все слёзы, прежде чем предстать перед нашим народом и сообщить плохую весть о их короле. Я шла к пруду, у которого мы бросали камни и всякие ветки, где ловили лягушек и рыбок, а ещё где мы впервые познакомились. Наша встреча не отличались чем-то особенным. Обыкновенное столкновение двух людей, но родственных душами. Наверное поэтому мы так быстро и сдружились. Будто до этого дня и так знали о себе всю подноготную.

В одной руке я держала длинную ветку, ей я чертила линии, стукала по стволам деревьев, по кустам, камням и шишкам. Лес наполненный своим естественным шумом, завлекал меня, заставляя слушать песни птиц и стрекот шумных кузнечик в траве. Но одно продолжало смущать меня - хруст веток и шарканье, как если бы кто-то шёл за мной, хотя никого я не видела. Возможно всё это мне кажется, а возможно это дух леса.

Не знаю, может быть.

Я остановилась напротив мостика. Он тоже уменьшился, а ещё стал каким-то вялым, будто не способным выдержать двух резвых детишек.

Интересно, а меня он выдержит?

Кепка. Не знаю почему, но только её я решила сберечь, потому я и сняла её, бросив на землю, как и палку, что до этого сопровождала меня всю дорогу.

«Вода такая тёплая! Прыгай скорей!»

Затянув хвост покрепче, я шагнула назад, для большего разгона, а после того, как в уме посчитала до трёх, побежала. Совсем как пять лет назад. Но без Минхо.

Холодная. Жутко холодная. Может это потому что теперь я здесь одна? Без бабушки и Минхо. А может потому что всё ещё нахожусь под водой, не выплывая на поверхность, где всегда теплее.

Не знаю, может быть.

Я почувствовала как коснулась дна. Оказывается оно не так глубоко, как казалось в детстве. Почему же всё так сильно меняется? Почему всё так уменьшается? Почему ничто не остаётся прежним? Я ведь запомнила этот пруд размером с океан, почему он не мог сохранить те же размеры?

Не знаю.

Вынырнув, я с жадностью задышала, наполняя свои лёгкие свежим воздухом, а протерев глаза, развернулась к мосту. Тень. Я точно видела чью-то тень за деревом. Или всё же показалось? Будет глупым спросить есть ли здесь кто-то кроме меня? Если человек прячется, значит хочет чтобы я так и думала.

Вскарабкавшись на мост, я отжала волосы и одежду, хотя это и было бесполезно, а подобрав кепку, натянула на мокрую голову. Был ли смысл её снимать тогда? Я завела руки за шею и растегнула замок подвески с белым камнем в форме звезды. Нельзя ведь вечно хранить её у себя, верно? Он ведь не может постоянно освещать моё тёмное небо. Тем более в своём положении.

Не знаю, может быть.

Повесив подвеску на ветку и на последок потерев холодный камень, я вытерла щёки, что были мокрыми не только из-за пруда. Оставлять такую дорогую мне вещь - сложно, но это необходимо. Мне нужно уже отпустить его, а для этого, нужно избавиться хотя бы от этого. Главное не вернуться сюда на следующее утро и не забрать подвеску обратно.

...Может быть.

Больно. Но у этой боли был предел: меня пронзало ею, как рапирой. У моей грусти - грань: она была тонка, как нить. Как красная нить, что когда-то связывала нас с Минхо. Видимо она была слишком тонка, потому и не удержала нас. Может, потому что это наша не первая жизнь? Может мы раньше тоже встречались? В других телах и с иными историями, домами, родителями, друзьями; с новым именем и цветом глаз. Мы могли быть совершенно разными людьми, но всё равно быть вместе.

Не знаю, может быть.

Если так, то надеюсь, что это была наша самая несчастная судьба. Надеюсь, что до этого мы проживали счастливо каждый день рядом друг с другом. Даже если мы просто жили по соседству или виделись по случайности в каком-нибудь супермаркете. Надеюсь мы хотя бы раз сталкивались на улице и улыбались друг другу. Не только губами, но и глазами. Душами.

Я всегда убегаю, когда плачу, но сегодня мне этого не хотелось. Сил не нашлось, потому и вернулась к кривой дорожке шоркая мокрыми кедами и шмыгая носом, то ли от неожиданного холода, то ли от слёз. Или может от того, что продолжила слышать шаги за спиной. Я побежала. Обычный инстинкт самосохранения, которого хватило от силы минут на шесть, потому что потом я стала задыхаться. Ненавижу бег так же сильно, как человека, что всё же нарушал моё уединение с природой.

Что он там делает? Он решил забрать подвеску?

Я попытался приглядеться, но всё же убежала достаточно далеко, чтобы не видеть чётких движений человека, прячущегося под кепкой, как и я.

Да какой смысл? Всё равно я уже решила расстаться с ней, значит всё равно какая судьба её ждёт, верно?

Не знаю.

Может быть.

Человек стоящий на другой стороне пруда обернулся, кажется теперь он тоже смотрит на меня. Я не видела черт его лица и уж тем более цвет глаз, но почему-то казалось, что мы уже встречались. Наверное когда я выходила гулять. Может в магазине, а может когда проходили мимо возле дороги.

Не знаю.

Я отвернулась первой, а он, наверное, поступил так же, когда я пошла домой.

После его ухода мой мир, кажется, опустел, всё, что находилось вокруг меня потеряло смысл. Я чувствовала как пустота тащит меня в свой омут, заглатывая части моего тела. По ощущениям было больно, эту боль можно было сравнить с цветком. Почему с цветком? Маленькое зёрнышко посаженное во влажную почву постепенно разрасталось по территории, чтобы стать по настоящему красивым растением. При взгляде на него появлялись какие-то тёплые, родные эмоции, и вот, когда его выдернули, своими корнями он захватил определенную область почвы, образовав пустоту, которую почему-то никто не смог заполнить. Со временем в этот пробел пытались протиснуться новые хобби и увлечения, позже, туда были посажены новые цветы, но почему воспоминания об этом, вроде как уже забытом цветке, хранится в пучине моей памяти так тщательно?

— О, Сохи, ты вовремя. Папа тут альбом с фотографиями нашёл, - сообщила мама, ещё не увидев меня в мокрой одежде. — Боже, ты где так промокла? Упала что-ли куда-то?

Я сняла кепку и положив её на комод, обернулась, выглянув на улицу через ещё открытую входную дверь. Хотела увидеть того парня?

— На пруд ходила и стало жарко.

— Так ведь вода ещё холодная, она не успела прогреться, - мама подошла ко мне. — И чего в вещах сиганула?

— Не знаю, не подумала об этом. Всё как-то спонтанно вышло, - пожав плечами, я стянула обувь и пошла к лестнице. — Пойду переоденусь, потом посмотрю альбом.

— Хорошо, ты чай будешь?

— Давай.

Войдя в свою комнату, я достала из шкафа полотенце и раздевшись, вытерлась. Натянув сухую одежду, я потянулась рукой к уклону, чтобы поправить его, но почувствовав голую шею, прикусив губы, вернулась к родителям.

Интересно, тот парень забрал кулон?

К моему возвращению, мама уже заварила мне большую кружку чая и поставила на столик, возле дивана в зале. Там же, устроившись на диване, сидел папа, ухмыляясь и листая толстенный альбом.

— Сохи, смотри, ты здесь такая маленькая ещё. Наверное и пяти лет нет, - мама тыкнула в одну из фотографий, забрав у отца альбом, а он в свою очередь отодвинулся, чтобы я села между ними. — Ты тогда так любила морковь, постоянно её жевала.

— Ага, зато сейчас её не перевариваю, - я села между родителями и они переложили альбом на мои колени.

На следующей странице показалась бабушка, танцующая со мной или стоящая неподалёку, хлопая при этом в ладоши. Всё же у неё очень красивая улыбка. На снимках ниже был дедушка. Он сидел в инвалидной коляске и кажется даже не понимал кто вокруг него и что происходит. Наверное это были его последние дни жизни, жаль что он не мог ими насладиться как следует перед уходом из жизни.

— У него ведь была болезнь Альцгеймера? - уточнила я, посмотрев на папу.

Он коротко кивнул.

— Да, он стал всё забывать, когда тебе где-то три было... Ты наверное и не помнишь его, маленькая ведь была, когда он умер.

— Ну, так. Немного, - пожав плечами, я посмотрела на дедушку. — Помню, что он всегда давал мне гостинцев.

— А как играл на дудке помнишь? - спросила мама. — Ты как родилась, он тебе постоянно на ней играл. Ты так ножками дрыгала и ручками махала... А чуть постарше стала, пыталась за ним повторять, получалось плохо конечно, но ему это очень нравилось.

— Точно, - я закивала, вспомнив как он учил меня играть на всяких дудках и свистках. — А я потом Минхо пыталась научить. У него совсем не получалось, слух плохой был.

Я перевернула несколько страниц, чувствуя, как родители смотрят на меня.

— Тут он наверное тоже должен где-то быть, - мама протянула руки к альбому и промотав большое количество страниц, указала на один из снимков, где мы с Минхо сидели в песочнице. — Вот, это наверное был первый год, когда вы познакомились. Вам вроде по шесть тогда было.

— Да, где-то так, - я посмотрела на другие фотографии, на которых мы по прежнему были вместе. Классно всё таки, что можно навсегда запечатлеть какой-нибудь момент из своей жизни. Классно, что в этом отрезке времени мы вместе. Мы смеёмся и улыбаемся рядом друг с другом.

Моя рука во второй раз потянулась к шее и снова коснулась голой кожи.

Интересно, если он всё же выбрался из того леса, винит ли он меня в том, что произошло? Злится ли? Обижен?

Не знаю, может быть.

— Знаете, что-то я устала за сегодня. Пойду посплю немного, - закрыв альбом, я передала его папе и поднявшись, ушла в свою комнату, так и не выпив сладкого чая.

Если он жив и если мы когда-нибудь с ним встретимся, что он скажет? Обратит ли вообще внимание или предпочтёт пройти мимо?

Порывшись по шкафам и ящикам, я отыскала верёвку, разматав которую, привязала к крюку со внешней стороны окна. Заперев дверь и прихватив телефон, я залезла на подоконник, после чего стала спускаться, держась за верёвку.

А стоит ли мне окликнуть его, если вдруг узнаю среди прохожих? Что тогда следует сказать? Извинится?

Хоть солнце и пекло весь день, земля всё равно не успела прогреться к вечеру, поэтому ступни так быстро замёрзли, когда я побежала обратно к пруду. Я хотела вернуть подвеску. Его единственную частичку, что всегда была рядом со мной. Не знаю, зачем я только выбросила её, почему вдруг решила забыть. Я ведь на самом деле не хочу этого. Не хочу с ним прощаться. Не хочу отпускать, даже если от этого мне будет ещё больнее.

На самом деле всё остается внутри. Знаете, ведь все остается внутри. Ничего не забывается, не выветривается, не исчезает. Мы всё это поглощаем и дальше оно где-то оседает внутри. Это как будто бросаешь камень в море: сначала брызги, потом на дно. Вот так же всё наше прошлое лежит на дне. Как осадок чего-то на дне кружки. И если ты человека впустил в свою жизнь, то он там и останется, оттуда нет выхода. А может ли человек забыть другого только по своей воле? Может быть. Но редко. Представляете, внутри вас мегаполис - целый город людей, которых ты так и не забыл, но обещал забыть. И иногда в голове проносятся не контролируемые внезапные воспоминания, нечеткие силуэты этих людей, эмоции, которые ты испытал рядом с этими людьми. И от чего-то становится так тепло или наоборот грустно и больно.

Подвеска на той ветке уже не весела и рядом нигде не валялась.

Может тот парень и правда её забрал? Мне стоит его найти?

Оглянувшись, я посмотрела на другие ветки, в надежде, что я ошиблась и она весит где-то рядом, но не найдя её, опустила глаза на землю. Пиная шишки и отбрасывая в сторону ветки, я рыскала в кустах и траве, во всех ямках и дуплах, несколько раз забегала на мост, нащупывая украшение на его поверхности и снизу; светила фонарём в воду, а потом на еле протоптанные тропинки, потому как когда я успела сдаться уже потемнело. От холода появились мурашки, а зубы застучали друг об друга, пятки закололи и не только от острых веток, но и от красных муравьёв.

Муравьёв кожаедов.

От бессилия, я в десятый раз зашла на мост и дойдя до края, села, оставив включенным фонарь, хоть на него и слетались все насекомые. Верить в то, что подарок Минхо и правда потерялся, не хотелось ни при каких обстоятельствах. Поэтому я и запланировала на завтра повторный поиск.

«Когда ты уедешь, эта звезда будет с тобой, а значит и я буду рядом»

Прости, что потеряла твой подарок.

Прости, что потеряла тебя.

Прости, что бросила.

Мне жаль.

«Сохи, подожди, не уходи! Я догоню его!»

Слеза медленно скатилась по щеке, когда я коснулась ногами ледяной воды. И я бы с радостью снова нырнула в пруд, только чтобы утопиться, если бы не свет на другом конце берега.

Интересно, кому это предспичело прогуляться поздним вечером в холодном лесу? Маньяк? Было бы неплохо.

Фонарик поднялся и стал шататься изо стороны в сторону, как если бы кто-то махал им. Зачем-то я сделала так же, после чего фонарик того человека погас, но уже совсем скоро заморгал, напомнив азбуку морзе. Открыв в телефоне заметки, я стала вбивать точки и тире в соответствии с миганием света:

.--. .-. .. .-- . -

— Привет.

Это второй человек в моей жизни, что знает азбуку морзе. Первым был Минхо, ведь нам с ним пришлось его выучить для игр в шпионов.

Подняв телефон, я ответила:

.--. .-. .. .-- . -

— Привет.

Кажется, мой ответ стал началом долгого разговора между незнакомцами, ведь человек с того берега сразу зашёл с вопроса:

---. - --- / - -.-- / --.. -.. . ... -..- / -.. . .-.. .- . ---- -..-

— Что ты здесь делаешь?

.. --.- ..- / -.- --- . -....- ---. - --- / -.-. . -. -. --- .

— Ищу кое-что ценное.

.--. --- ---. . -- ..- / - .- -.- / .--. --- --.. -.. -. --- / -- --- ...- -. --- / .-- . -.. -..- / ..- - .-. --- --

— Почему так поздно? Можно ведь утром.

..-.. - --- / -... -.-- .-.. / .--. --- -.. .- .-. --- -.- / -.. .-. ..- --. .-

— Это был подарок моего друга.

-.. ..- -- .- ..-- / --- -. / -. . / --- -... .. -.. . - ... .-.- / . ... .-.. .. / - -.-- / ... -.- .- ...- . ---- -..- / .--. .-. .- .-- -.. ..-

— Думаю он не обидется, если ты скажешь правду.

Я на какое-то время замолчала, точнее перестала мигать фонарём.

Интересно, правда бы Минхо не обиделся, если бы я потеряла его подарок? Я бы расстроилась.

. --. --- / -... --- .-.. -..- ---- . / -. . - / .-. .-.- -.. --- -- / ... --- / -- -. --- .---

— Его больше нет рядом со мной.

--- -. / -.- ..- -.. .- -....- - --- / ..- . .... .- .-..

— Он куда-то уехал?

-- --- ...- -. --- / .. / - .- -.- / ... -.- .- --.. .- - -..-

— Можно и так сказать.

Человек замолчал, наверное думал что ответить, а может просто ушёл.

... -.- ..- ---. .- . ---- -..- / .--. --- / -. . -- ..-

— Скучаешь по нему?

-. .- ... - --- .-.. -..- -.- --- / ---. - --- / --- -. / .. -. --- --. -.. .- / -- -. . / ... -. .. - ... .-.-

— Настолько, что он иногда мне снится.

.... .-. . -. --- .-- --- / ---. - --- / .-- .- ---- .. / .--. ..- - .. / .-. .- --.. --- ---- .-.. .. ... -..-

— Хреново что ваши пути разошлись.

--.. -. .- ..-- / .. / .-.- / .-- / ..-.. - --- -- / .-- .. -. --- .-- .- - .-

— Знаю. Я в этом виновата.

-. . / -. ..- ...- -. --- / -... -.-- - -..- / - .- -.- .. -- / -.- .-. .. - .. ---. -. -.-- -- -- --- ...- . - / .--. .-. --- ... - --- / - .- -.- / ... .-.. --- ...- .. .-.. .. ... -..- / --- -... ... - --- .-.- - . .-.. -..- ... - .-- .-

— Не нужно быть таким критичным. Может, просто так сложились обстоятельства.

Мне захотелось завершить наш разговор, потому что снова заплакала. Не знаю почему вдруг. Наверное потому что продолжала винить себя. Или потому что хотела верить в то, что Минхо не злится на меня.

.-.- / -... .-. --- ... .. .-.. .- / . --. --- / .-.- / .--. .-.. --- .... --- .--- / -.. .-. ..- --.

— Я бросила его. Я плохой друг.

Выключив фонарь, я вытащила ноги из воды и сойдя с моста, пошла по тонкой тропинке домой, пытаясь не смотреть в сторону, где до сих пор мигал свет. Мне не хотелось знать, что тот человек говорил мне, ведь наверняка это были очередные уговоры. Их я достаточно наслушалась и от родителей. Я просто хотела вернуться домой и выплакаться в подушку, пытаясь не разбудить маму с папой.

Глава 6

***

— Пчёлка, спускайся, Минхо пришёл! - крикнула мне бабушка, после чего я выскочила из комнаты и спустившись вниз, потащила друга за собой.

— Ну, наконец-то ты пришёл! Пойдём я тебе что покажу.

Мы поднялись в мою комнату и я, схватив со стола кораблик, что сделала из щепки бревна, пары веток и куска плотной ткани, показала Минхо.

— Ого!

— Круто, скажи? Сама сделала. Осталось только флажки приклеить и всё, - дав другу подержать корабль, я взяла тонкую верёвочку с разноцветными треугольными флажками и стала привязывать к лодке и мачте.

— А куда мы его пустим? К пруду пойдём? - воодушевлённо поинтересовался Минхо, продолжая разглядывать корабль со всех сторон.

— Неа, я у входа в лес видела маленький ручеёк, если дальше пройти, то он шире становится. Там мы корабль и пустим, - затянув потуже верёвочку, я забрала у Минхо корабль и убедившись, что всё крепко держится, кивнула в сторону двери, говоря тем самым, что можно идти.

Минхо заулыбавшись, подбежал к двери и открыл её для меня, не спуская глаз с корабля, видимо очень уж он ему понравился.

— Ах, точно! Чуть не забыла, - я вернулась к столу и стала перебирать маркеры.

— Ты про что?

— Мы же корабль никак не назвали, - я вытянула красный маркер и отсоединив колпак, поднесла к парусу, но так ничего и не написала. — Есть идеи?

Минхо задумавшись, почесал затылок, а заглянув мне в глаза, ответил:

— Звездочёт.

Я не стала спрашивать почему именно это ему пришло в голову, потому что сама и так знала ответ. Выведя буквы на парусе, я снова взяла наш корабль и вышла вместе с Минхо на улицу.

— Эй, подождите! - крикнула нас бабушка. Она выбежала из дома с каким-то тюбиком и моей кепкой. — На улице пекло сегодня, обгарите все.

— Бабуль, мы и так загорелые, куда больше то?

— Просто дайте я вас намажу и пойдёте себе спокойно, - она капнула крема немного на свои ладони и стала размахивать по моему лицу, плечам и рукам. — Так, теперь ты. Иди сюда, - подозвала она Минхо, натянув на мою голову кепку. — А ты с собой никакую шляпку не взял что-ли?

— А у меня нет их, - честно ответил он, прикрыв веки, когда бабушка потёрла его щёки.

— А родители куда смотрят? Не знают что-ли как летом бывает жарко?

— Они дома постоянно сидят.

Бабушка тяжело вздохнула, зацокав при этом языком.

— Подожди тогда, сейчас что-нибудь найду, - бабушка ушла, а Минхо подёргав меня за рукав футболки, указал в сторону леса.

— А как же шляпа? Солнечный удар ведь можешь получить.

— Так мы ведь всё равно в лесу будем. Там тень для этого есть.

— Ну, хорошо, - улыбнувшись, я развернулась к лесу, а увидев что Минхо стал бежать, повторила за ним.

— Сохи, Минхо, вы куда побежали? - крикнула бабушка, выйдя из дома, на что мы лишь рассмеялись.

Добежав до леса и найдя начало ручья, мы стали идти вдоль него, отдаляясь от дома всё сильнее и сильнее. В итоге он совсем пропал из виду, как и дорога с полем. На нашем пути появлялось всё больше кустов, которые нужно было обходить, видимо до сюда мало кто доходил, потому и не вырывал их, а ещё деревьев и всяких веток прибавилось, из-за чего мы с Минхо постоянно спотыкались и царапались. Ручеёк много раз превращался в мини водопад на резких склонах, а мы каждый раз погружались всё глубже в чащу леса, шорохаясь от посторонних звуков.

— Сохи, долго ещё? - напуганно спросил Минхо, идя за мной и сжав футболку.

— Нет, совсем чуть-чуть осталось, - соврала я, ведь сама не знала, когда наконец ручеёк станет таким широким, каким я его представляла.

— А если мы встретим волка?

— Не встретим.

— А вдруг? Мы ведь далеко ушли, дома совсем не видно и ноги уже болят. Мы не потерялись?

— Нет конечно. Когда пойдём домой, нужно будет просто идти вдоль этого ручья, как сейчас.

Минхо отпустил мою футболку и не на долго замолк, но из-за того что где-то сбоку снова что-то упало, вцепился в меня.

— Сохи, пойдём обратно, пожалуйста.

— Ты боишься что-ли? - спросила я, хоть и сама вся перепугалась, но старалась не подать виду.

— Да, - сознался он, посмотрев по сторонам.

— Давай тогда здесь корабль пустим, вроде ему не должно ничего мешать, - я посмотрела на Минхо, но судя по его выражению лица, он уже давно перехотел пускать корабли. — Держи, ты первым, а я буду страховать, - отдав другу корабль, я прошла дальше, чтобы не дать кораблю уплыть слишком далеко.

Минхо подошёл к ручейку и присев на корточки, положил корабль на воду, после чего осторожно отпустил. Самодельную игрушку тут же понесло вперёд, будто течение было бешеным, хотя оно таким вовсе не казалось.

— Ого, смотри как быстро плывёт! - удивился Минхо, подскачив и побежав за ним.

— И правда! Крутотень! - поймав корабль и поднявшись, я посмотрела на друга, у которого уже успело поднять настроение. — Теперь ты лови.

— Хорошо, - кивнув, он встал на моё место, а я пошла пускать корабль, что так же как и в первый раз шустро понёсся по воде. — А поможешь и мне сделать такой корабль?

— Я думала этот наш общий.

— А, правда? - поймав корабль и поднявшись, он счастливо посмотрел на меня.

— Конечно, он же называется "Звездочёт", значит общий. Я - небо, а ты - звёзды.

— Правда, - Минхо расплывшись в смущённой улыбке, похлопал густыми ресницами. — Тогда давай почаще сюда приходить.

— Хорошо, - кивнув ему на речку, он радостно побежал к месту где мы отпускали корабль и положив его на воду, почти сразу же побежал за ним в догонку.

— Когда ты приедешь следующим летом, я покажу тебе наш новый корабль. Я сделаю его больше и намного круче, чтобы ни один подводный камень не смог его остановить!

Я поймала наш маленький кораблик и поднявшись отошла к началу.

— Знаешь, Минхо, - я поставила корабль на воду, но не отпустила, — Помнишь, когда в последний раз приезжали мои родители?

— Помню, а что?

Я опустила глаза, собираясь с духом.

— Они теперь говорят так же, как и твои родители... Сказали, что не отвезут меня сюда следующим летом, потому что перестала их слушаться, - я отпустила корабль и он поплыл по мелкой речушке. — И даже запретили звонить... Я пыталась их уговорить, но они и слушать не стали. Сразу перебили и сказали, что это не обсуждается... Так что, наверное, это наша последняя... - я подняла голову и не увидела корабля в руках Минхо и нигде поблизости, видимо поплыл дальше считать звёзды.

Лицо друга застыло в страхе и сомнении от моих слов. Его улыбка тоже растворилась, вместо неё появилась грусть в глазах, но они продолжали сверкать, только не от радости, а от наступающих слёз.

— Минхо, корабль, - я указала вперёд, на нашу игрушку, что ещё можно было поймать, но друг не пошатнулся.

— Ты же шутишь? Они ведь не могли такое сказать, - он сжал рядом лежащую веточку, от чего та в его ладони надломилось.

Я поднялась и направилась за кораблём. За "Звездочётом", что связывал нас с Минхо. Я не хотела терять и его. Я хотела оставить его Минхо и чтобы он пускал его на воду, когда я еду, ведь так мой дорогой друг продолжал улыбаться и в моё отсутствии.

— Сохи, ответь, - он поймал меня за руку, из-за чего мне пришлось остановиться. — Скажи что это всё ложь. Посмейся над тем что я опять поверил в твою глупую шутку.

— Минхо, отпусти. Нужно корабль поймать, он же сейчас...

— Сохи! - он дёрнулся меня за руку, когда я попыталась отойти. — Всё равно на этот корабль, я сделаю сотню, тысячу таких же, если понадобиться. Ты только не говори что... Что мы больше не увидимся, - его брови нахмурились, а губы задрожали. Знает ведь, что вот-вот заплачет, но всё равно держится.

— Минхо, этот корабль один на миллион. Его не повторить, ни за что! - я вырвала руку и побежала за "Звездочётом", понимая, что Минхо наверняка не понял моих слов. Ведь на самом деле можно повторить абсолютно любую вещь. Но не в точности. В другом таком корабле будут не те чувства, не те прикосновения, не те взгляды и эмоции. Этот корабль должен остаться с ним и напоминать о нашем таком же незаменимом и незабываемом лете.

Корабль достиг ещё одного водопада, но самого большого. Это был обрыв метров на семь, а самое главное и уцепиться не за что.

— Сохи, отойди от края, - Минхо оттянул меня, а сам посмотрел вниз.

К счастью корабль цел, но это и позволило ему плыть дальше, бросив нас и наши чувства, вложенные в него.

И что теперь делать? Как теперь Минхо будет улыбаться? Разве ему поможет один лишь замок на дереве и выдуманный город Фарлайн? Разве его жители смогут в полной мере поддержать и успокоить его? А как же верный друг, о котором он говорил? Его ведь теперь не будет рядом. И корабля не будет, что послужил бы моей заменой.

— Эй, Сохи, ты не расстраивайся так, - сказал Минхо, посмотрев на меня, когда я поджала губы, понимая, что тоже скоро заплачу. — Давай новый сделаем? Прямо сейчас, пойдём и сделаем. Точно такой же, может даже лучше! - улыбался тот, хоть у самого и дрожал голос, а слёзы уже начинали капать. Из-за того что чувствовал вину, не поймав корабль или потому что знал, что завтра и следующим летом мы уже не увидимся? Или потому что понимал, что я совсем скоро я в слезах убегу от него? Может, поэтому он снова взял меня за руку? — Не плачь, пожалуйста, - он поднёс ладонь к моему лицу и закрыл ей глаза. — Хочешь я его поймаю? Мне догнать его?... Тебе станет лучше? Сохи.

— Не нужно, просто пошли домой, - я развернулась, но он продолжил удерживать меня.

— Это правда, что ты не приедешь больше? - его голос совсем заскрипел.

— Да, - горько ответила я, сжав его ладонь в ответ, — Не приеду.

Между нами повисла долгая тишина и лишь редкие всхлипы, да похрустывание веток нарушали её. К моменту, когда всё моё лицо намокло, я отпустила руку Минхо и шагнула вперёд.

— Нам пора, пойдём, - шептнула я.

— Хорошо, - вздохнул он, последовав за мной. — Сохи, ты можешь не оборачиваться, пока не придёшь домой?

— Почему?

— Не хочу, чтобы ты видела как я плачу, - в пол голоса проговорил он.

Мне уже сейчас захотелось посмотреть на него и даже успокоить, не смотря на то, что сама заикалась от слёзного потока.

— Ладно, не буду.

В какой-то момент, когда солёная вода полностью застелила глаза и всё проплыло, я перестала слышать хруст за спиной, который до этого издавали ноги Минхо. Наверное, он стал обходить ветки или отошёл подальше, что бы я не слышала как он громко сопит.

***

ДЕНЬ 10

Любимые книги всегда стоят с краю. Любимые письма горят самым ярким огнем. Прости за то, что я тебе доверяла. Прости за то, что говорила обо всём. Интересные разговоры всегда о прошлом. Голос родных - это не больше чем звук. Но тебя я готова слушать вечность, будь ты только рядом со мной. Прости за мысль о том, что мы возможны в мире бесконечных разлук. Тихие фразы всегда самые цепкие. Прости за то, что ты больше, чем старое прошлое. Ведь из всех оков я выбрала самые крепкие - лишь твои звёздные глаза. А жить как все я, наверное, не научусь. Прости за то, что привязалась к тебе так легко. Ведь по разбитому стеклу моих чувств ты единственный решил идти босиком. Одиночество делает людей чуть ближе. Личный дневник хранит всю мою вселенную печаль. Прости за то, что боюсь сказать что-то лишнее, я просто всю жизнь молчала. Твоё присутствие ускоряет время, и я готова забиться в угол у твоих стен. Прости за то, что я всё ещё верю, что мы друг для друга останемся всем.

Взяв прогулочную сумку, что уже вся протёрлась до дыр, я вышла на улицу. На этот раз я решила пойти к ручейку. Это было моим предпоследним местом в списке, по окончанию которого, я делала вернуться обратно в пыльный город.

1. Задний двор.

2. Луг.

3. Извилистая дорога.

4. Холмы.

5. Поляна с поваленными деревьями и ящерицами.

6. Одноэтажная заброшка.

7. Кусты земляники у леса.

8. Палатка с продуктами.

9. Площадка со скрипучими кочелями.

10. Футбольное поле.

11. Тарзанка у дома соседей.

12. Луг с цветами.

13. Колодец.

14. Речка.

15. Город Фарлайн.

Выйдя к дороге вокруг луга, я увидела в дали парня и по пастельно-зелёной кепке я сразу его узнала, ведь он же днём стоял у пруда и он же наверняка забрал мою подвеску. Я хотела окликнуть его и спросить на счёт этого, но только я приподняла руку, как он остановился.

— Чего это он, - шептнула я себе под нос, сжав лямку сумки рукой, что недавно хотела помахать.

Парень обернулся, заставив меня остановиться и не знаю зачем, но я ему помахала. Хотелось провалиться под землю. Он ответил тем же и уже полностью повернулся ко мне, но подходить не стал, оставив между нами расстояние около восьмисот метров.

— Ты не ходил на днях к пруду? - крикнула я, сжав сильнее сумку.

—Ходил, а что? - так же крикнув, ответил парень.

— Ты не находил подвеску? Я её там... Оставила случайно.

— Оставила или потеряла? - уточнил он, хотя смысла в этом совершенно не было.

— Так ты видел её?

Парень засунул руки в карманы и кажется стал в них копаться.

— С ценными вещами нужно бережнее обходиться, - он подошёл к ближайшему дереву и подняв руки к ветке, стал что-то вешать. — Особенно если это от близкого человека.

«Ищу кое-что ценное»

«Это был подарок моего друга»

Парень развернулся и пошёл дальше, но на этот раз будто быстрее. А я продолжив стоять на том же месте, предположила, что виделась с ним у пруда два раза - днём и вечером.

Так значит с ним же я и общалась при помощи фонарика?

— А чего он вообще туда вернулся? Такая темень была, - пробурчала я, всё же тронувшись с места, а дойдя до того самого дерева, оглядела все ветки. Благо сегодня тоже безумно ярко светило солнце и оно помогло мне найти подвеску, подсветив её лучом.

Подарок Минхо остался в целости и невредимости, будто вовсе не терялся. Но что остаётся под вопросом: почему тот парень носил подвеску с собой или зачем вообще забирал?

Я повесила украшение на место - на свою шею, а затем оглянулась, дабы убедиться, не прошла ли я мимо речки. Вернувшись к повороту, что вёл к моему дому, я внимательно прошла вдоль дороги, смотря в лес, где когда-то хорошо виднелся ручеёк, но видимо за пять лет он совсем высох и от него осталась лишь сухая тропинка, отдалённо напоминающую водяную дорожку. Я повторила попытку и ещё раз, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и... Четно. Ручеёк пропал. Может его уже давно нет? Может он высох тогда же, когда пропал и Минхо, потому он и не смог вернуться домой?

Я открыла сумку и полезла рукой за дневником, но его там не оказалось, хотя ещё вчера лежал на своём месте.

Потеряла? И его?

Развернувшись, я побежала к другому полю, вокруг которого стояли чужие дома и большой колодец возле дерева, ведь вчера я ходила именно там. Сжав сумку, чтобы она не била при беге по ноге, я мысленно представила, где могла лежать тетрадь и куда ещё нужно будет сбегать, если не найду её там.

Я обошла колодец, скамейки вокруг него и даже прошлась по всем дорожкам, что шли сквозь поле, но дневник нигде не валялся. Может его уже кто-то подобрал? Но ведь такие вещи обычно никого не интересуют, зачем их забирать? Оглядевшись, я вспомнила про луг с ромашками и направилась к нему, глупо надеясь найти дневник со всеми словами, что хотела сказать другу.

***

Я сидела в своей комнате, собирая сумку с вещами, как в комнату вошла мама. Смотреть и уж тем более говорить с ней не хотелось.

— Давай помогу, а то если так комкать ничего не поместиться, - мама села рядом со мной и вытащив все футболки, что я в ненависти запихнула в сумку, стала их разглаживает и аккуратно складывать обратно. — Сохи, не нужно на нас с папой так злиться. Ты нас просто вынудила так поступить... Постарайся просто лучше вести себя в этом году и может тогда...

Маму перебила бабушка, что войдя в комнату, приложила свой маленький телефон к груди, как если бы она с кем-то разговаривала, но пришлось не на долго прервать разговор.

— Пчёлка, а ты с Минхо домой приходила? А то я совсем в огороде закопалась, не заметила, - на её лице я увидела мелкое волнение, от чего у самой всё внутри замерло.

— Нет, мы разошлись ещё утром.

— А куда он пошёл ты не знаешь?

— Домой... Наверное, - неуверенно ответила я, ведь точно не видела куда он направлялась, ведь по его просьбе не оборачивалась до тех пор, пока не вошла в дом.

Бабушка кивнула и взявшись за ручку, стала закрывать дверь.

— Говорит, что утром попрощались и он пошёл домой после этого, - повторила бабушка человеку в трубке.

— Наверное это его родители, - предположила мама, пока из моей груди выпрыгивало сердце.

Он ведь тоже пошёл домой, разве нет? Он ведь просто попросил не смотреть на него, не так ли? Наверное он пошёл дальше гулять. Он говорил, что ящерицы похожи на динозавров и поэтому они ему нравятся, может он сейчас там?

Я повернулась к окну, за которым уже стемнело, а значит ящериц сейчас точно не встретишь.

— У вас с ним что-то случилось?... Поссорились?

Я поднялась с ковра и походив по комнате, стала предполагать возможные места, где бы он мог быть, кроме дома. На ум сразу пришёл замок на дереве и наш маленький городок Фарлайн. Открыв ящик в столе, я отыскала маленький фонарь и выбежала из комнаты, не обратив внимание на слова мамы.

— Милая, ты куда? - спросила бабушка, когда я обулась и натянула на себя ветровку.

Так же промолчав, я вышла на улицу и со всех ног побежала по кривой дороге и сквозь большое поле к его дому, в окнах которого горел свет, но только не в комнате Минхо.

Он ведь в замке, да? Он ведь просто заигрался и уснул, я права? Он не мог остаться там у...

Я осветила фонарём наш замок и всё вокруг него. Пусто. Я залезла наверх и чуть не упала, но продолжила искать, освещая фонарём тёмный и жутко холодный лес, в то время как казалось, что на тебя смотрит всякая нечисть из кустов, готовая сожрать тебя в любую секунду.

Нет, он точно где-то ходит. Он где-то рядом. Может увидел меня из далека и решил поиграть в прятки.

— Минхо! Выходи, это не смешно! - кричала я, поглядывая по сторонам, пока заходила на незнакомые тропы. Но друг всё не отзывался. — Минхо, пожалуйста, не прячься. Я не хочу сейчас играть. Выходи, - я заглянула в кусты и увидела яркий свет двух круглых глаз от чего испугавшись выронила фонарь. — Вот ведь... Проваливай от сюда! - прогоняла я какую-то облезлую кошку.

Подняв фонарь, я вернулась к нашему замку и снова всё обойдя, пошла к его дому, но теперь там не горел свет вообще нигде. Я постучала в дверь, но никто не вышел и не цокнул увидев меня.

Ушли искать Минхо?

Я побежала обратно к полю напротив своего дома. Там уже собрался народ, они перелезали через деревянный забор, что сделали для коров и овц, освещали фонарями каждый сантиметр травы и выкрикивали его имя.

Нет, он где-то здесь. Он точно где-то здесь. Он просто играет в прятки. В глупые прятки. Или может он где-то уснул, он часто засыпает, когда сильно устаёт. Он...

— Сохи, вот ты где! - крикнул кто-то. Ко мне подбежали несколько человек с фонарями и стали ими светить в лицо, от чего я зажмурилась, а сердце забилось ещё быстрее. — Куда ты убежала, совсем с ума сошла? А если бы и ты потерялась?!

— Я бы не потерялась. И Минхо тоже не потерялся.

— Тогда где он?! - крикнул кто-то. Судя по низкому голосу, это был отец Минхо, от чего у меня застыла кровь в жилах. — Где вы с ним последний раз были?

— Мы... мы были... - от волнения я стала заикаться, а свет фонарей только всё усугублял.

Кто-то крепко схватил меня за локоть и развернул к себе, от чего я во второй раз выронила фонарик.

— Говори давай! Не мямли! - кричал мужчина в очках, но был это не мой папа. Он никогда не кричал на меня и не хватал с такой силой за руку, от чего наворачивались слёзы.

— У ручейка, - дрожащим голосом вымолвила я.

— Иди показывай, - он толкнул меня вперёд, из-за чего я оказалась за пределом круга скопившейся толпы.

На ватных ногах я зашагала к тёмному лесу, из которого мы с Минхо точно вышли вдвоём.

— Говорила же, что бы сразу прогонял её с порога и запретил уже Минхо ходить к ним домой! От этой девчонки одни беды! - кричала его мама за моей спиной.

— Он не потерялся, - прошептала я, но они смогли это услышать.

— А где же он тогда? Почему домой не пришёл?

— Я не знаю... Он точно ведь...

— Где ты его в этот раз бросила? Мы ведь знаем, ты любишь это дело. Сколько раз то было!

— Пожалуйста, давайте успокоимся. Криками ничего не... - кажется это говорила бабушка, только у неё был такой старчески скрипучий голос.

— Вам то легко говорить! Не у вас сын пропал, - перебила её мать Минхо.

— Он не пропал, - повторила я, на что его отец толкнул меня.

— Быстрей давай!

— Будьте добры воздержаться от рукоприкладства, - это точно сказал мой папа, потому что только у него одного был бархатистый и чистый голос.

Я посмотрела по сторонам, толпа с луга плавно перетекала к лесу, к которому мы так же направлялись. Возможно они повторяли за нами, а может предположили, что Минхо может быть там. Но он ведь точно вышел вместе со мной, да?

Я остановилась возле начала ручейка и указала рукой на еле заметную тропинку, по которой мы шли с другом. Взрослые тут же вошли в лес и выкрикивая его имя, продолжили светить фонарями. Родители Минхо пытались увести меня с собой, но папа не позволил им это сделать.

— Сохи, постой здесь, мы сейчас покажи полицейским куда нужно подъехать. Хорошо?

Продолжая смотреть на тёмный лес, в котором сверкали фонари, будто летали светлячки, я кивнула. Мысленно я ушла в молитвы, хотя никогда не верила в Бога, но если сейчас случиться какое-то чудо и Минхо найдётся, то стану ходить в церковь по воскресеньям и носить крест на шее вместе с кулоном.

МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО! МИНХО!

Все выкрикивали его имя, как попугаи, но никто им не отвечал, возможно они просто этого не слышали, потому что перекрикивали голос тихо зовущий их на помощь.

— Сохи, это ты верно? - уточнил мужчина в форме. — Расскажи, что случилось. Когда и зачем вы с другом пошли к речке?

Подняв голову, я посмотрела на мужчину и открыв рот, попыталась ответить, но ничего так и не вышло наружу.

— Всё в порядке, успокойся. Сделай глубокий вдох и...

Меня учили, что старших нельзя перебивать, но они почему-то могут заставлять друг друга замолчать, потому что мама Минхо будто учуяв, что приехала полиция, подскочила к ним и стала меня трясти. Наверное она пыталась так вытащить из меня информацию, но всё стало хуже, меня лишь затрясло и в итоге вырвало. Кажется её это сильнее разозлило, иначе бы не схватила за волосы.

— Куда ты дела моего сына?! Отвечай, тварь! - кричала она подорванным голосом. Винить её я не могла, она ведь просто переживала за своего сына. Мои родители наверняка так же взбунтовались, если бы я не пришла домой.

— Женщина, успокойтесь! Она же просто ребёнок, - вступился за меня полицейский.

— Где мой сын?! Где он?! - продолжала кричать она, срывая с меня куртку.

— Я не знаю... Мы договорились пойти домой. Я шла впереди, а он за мной, потому что не хотел, чтобы я видела как он плачет... Он попросил меня не смотреть на него. И я не смотрела! Он точно должен был пойти домой! Он всегда возвращается домой. Он...

Почему-то только у взрослых есть право перебивать всех подряд. Меня тоже перебили. Но не словом, а ударом ладонью по лицу. Рука мамы Минхо оказывается очень тяжёлая, наверное поэтому у меня сразу же вздулась губа и пошла кровь из носа.

— Это всё из-за тебя! Ты во всём виновата! Если бы наш сын не общался с тобой, то не потерялся бы!

Полицейский наконец оторвал меня от женщины, а я приложив ладонь к щеке, посмотрела на лес.

— Он не потерялся. Он спит... Он всегда спит, когда устаёт, - я оттолкнула мужчину и вбежала в лес.

— Постой!

Минхо. Ты жив. Ты точно жив. Ты не потерялся. Ты просто куда-то упал или за что-то зацепился. Ты где-то рядом, я знаю это.

— Девочка! Остановите её!

— Сохи, куда ты бежишь?! Остановись!

— Сохи!

— Ловите её!

Светлячки направили свой счёт в мою сторону. Пытались ослепить?

Он просто спит, он точно спит. Просто устал и решил немного вздремнуть. Я найду его, точно найду. Он всегда проигрывал мне в прятках.

Я добежал до обрыва, из-за которого мы не смогли поймать кораблик и я точно знала, что Минхо где-то за ним. Сев на землю и свесив ноги, я приготовилась прыгать вниз, но кто-то обхватил меня со спины и потащил назад. Я стала брыкаться и толкаться.

— Сохи, Сохи! Успокойся, это я - мама.

— Отпусти меня! Не трогай! - я попыталась выбраться из её тиск, но всё напростно - из-за слёз и дрожи во всём теле силы совсем испарились. — Я должна его найти! Я всегда его нахожу!

— Сохи, успокойся! Тебе нельзя здесь быть. Мы не можем допустить, чтобы потерялась и ты!

— Нет! Минхо не потерялся!

Я наконец оттолкнула маму и снова подбежала к обрыву, но меня во второй раз схватили и оттащили назад.

— Сохи, возьми себя в руки!

Почему-то сегодня все на меня кричат и поднимают руку, даже папа, что никогда не повышал голос в доме, за исключением моментов, когда он начинал подпевать группе The Beatles. Мама так же подключилась и скрутив мне ноги, пыталась уговорить.

— Сохи, мы сами со всем разберёмся. Пойдём к бабушке.

— Нет, я всё равно сбегу и пойду искать Минхо! Вам его не найти, вы не умеете искать, - сквозь слёзы от пощёчины отца кричала я, продолжая вырываться. — Я точно знаю что он где-то рядом!... Он спит, он точно где-то...

Папа скрутил мне руки и подняв, развернулся.

— Поехали домой, - его голос звучал ниже обычного, значит злиться.

— Но ведь... - недоумевала мама, указав на людей, что стали к нам подходить.

— Я поговорю с полицейскими, а ты сажай её в машину, - папа пошёл вдоль реки, но в сторону дома, а не к Минхо, что был совсем рядом.

— Папа, - проскрипела я, сжав его футболку и пытаясь посмотреть за спину, где всё ещё виднелся обрыв. — Он там... Минхо там.

— Знаю, дорогая.

— Он жив... Он просто устал, поэтому не пришёл домой. Ты ведь знаешь, он всегда приходит домой... Ему просто нужно время.

— Сохи, милая, я думаю он не...

— Ёнми, не надо, - перебил её папа, как обычно это делают взрослые.

— Нам нужно вернуться. Я должна его найти... Это я виновата, что недоследила, - уткнувшись лицом в тёплое плечо отца, я сжала его футболку сильнее. — Не нужно было с ним соглашаться. Если бы я не послушалась, то он бы там не остался... Наверняка он пошёл искать наш кораблик. Минхо всегда так делает, когда я что-то теряю. Он всегда возвращает мне потерянное.

Когда мы вышли из леса, папа передал меня маме, после чего пошёл к полицейскому и маме Минхо, что выкрикивала в мою сторону всякие гадости. Кажется она даже желала, что бы вместо Минхо потерялась я. Было бы неплохо. Я не против.

Мама посадила меня в машину и только тогда я поняла, что они собирались сделать. Иногда всё же нужно их слушать. Если бы я обратила внимание на их разговор во время того, как мы возвращались, то продолжила бы вырываться.

— Мама, нет, я не хочу домой! Я ведь ещё не нашла Минхо! Он ведь ещё ждёт меня! - я била ладонью по закрытому окну машины и дёргала за ручки всех дверей, пытаясь выбраться наружу. — Выпусти меня!

Мама ушла к папе. Я видела как они вдвоём что-то говорили полицейскому и как пытались успокоить маму Минхо. Кажется её это разозлило, поэтому она и ударила мою маму, совсем как меня. Теперь у неё тоже идёт кровь из носа.

— Минхо, просыпайся. Тебе пора домой, - прошептала я, когда родители стали подходить к машине.

— Сохи, пристегнись, - попросил папа, вытаскивая для мамы салфетки из подлокотника.

Я не услышала их, потому как тоже стала повторять имя друга, может это стало причиной почему я тоже не услышала его?

— Я не хочу уезжать. Мне нужно найти его, - прошептала я, когда машина развернулась и уехала прочь.

Глава 7

Солнце начинало садиться, на улице похолодало, а ноги жутко ныли от долгой ходьбы, ведь в поисках дневника я чуть ли не обошла всю деревню, что бы в итоге вернуться к тому, с чего начинала. Теребя между пальцев кулон, я смотрела себе под ноги и пинала мелкие камни. С одной стороны - глупо грустить, ведь Минхо всё равно бы не прочёл мой дневник, а с другой, - обидно потерять вещь с таким большим количеством откровений. И даже если бы я не передала дневник другу, то сама бы перечитывала записи, напоминая себе о лучших временах.

В кармане затрещал телефон, а достав его, я увидела входящий от мамы. Наверное переживает, что меня долго нет.

— Я уже иду, - сразу ответила я.

— Сохи, ты очень далеко?

— Да нет, подхожу уже, - подняв голову, я посмотрела на свой дом, что находился где-то в пятистах метров от меня, а переведя взгляд в сторону, увидела парня в зелёной кепке, что уже входил в лес. И чего он здесь крутиться всё время?

— Поторопись, это очень важно, - с каким-то волнением и нетерпением сказала мама.

— Хорошо, скоро буду, - продолжив смотреть на парня, я убрала телефон обратно в карман и прибавила шагу.

В какой-нибудь другой жизни мы рядом, мы очень близко. Пишем продуктов списки, может быть, говорим на английском. В какой-нибудь другой жизни ты наяву, а не снишься. Смотрим на небо с крыши, смеёмся, едим вишни. В какой-нибудь другой жизни ты в дверь мою постучишься. В какой-нибудь, но не в этой, в этой у нас не вышло.

— Мам, что случилось? - я поставила сумку на пол и стянув кепку с волос, нагнулась, чтобы снять обувь.

— Сохи, тебе тут кое-что просили передать.

— От кого это ещё? - поинтересовалась я, ещё не посмотрев на предмет в руках отца. У обоих на лицах была дрожащая улыбка, а у меня лишь один страх.

— Думаю, ты и сама знаешь, - папа вытянул руки с маленьким корабликом. У него была обклеена мачта бумажным скотчем и зашит грязный парус, на котором кривыми размытыми буквами красовалась надпись "Звездочёт", а из небольшой щели выглядывала маленькая записка.

Вытащив бумажку, я быстро пробежалась по тексту:

Перевернув лист уже дрожащей рукой, я увидела ещё одно слово:"Прости". Сжав его послание в кулаке, я открыла двери и обратно выбежала на улицу. На этот раз я держала дорогу к его дому. И, наверное, ещё никогда я так быстро и легко не бежала, потому что в это мгновение у меня будто появились суперспособности, способные заставить моё тело преодолеть несколько сотен метров всего за пару минут.

С отдышкой я вбежала на крыльцо его дома и без раздумий стала долбить в дверь, пока не заметила краем глаза корабль. Затем ещё один и ещё, и ещё, и... Их было не счесть. Десятки кораблей застелили пол, аккуратный журнальный столик, кресло, плоские перила, землю, подоконники. Их разноцветные паруса так и пестрили перед глазами, а лодки своими размерами и качеством показывали, как у человека набивалась рука при их создании. Приглядевшись к одному из кораблей, я увидела число и надпись:"Звездочёт 23". На соседнем располагалась похожая надпись, но иное число "...47", "...12", "...62", "...59", "...2", "...77", "...30", "...98", "...25", "...105"...

Внимательно присмотревшись, я заметила, что носы всех кораблей смотрели в одну сторону - в лес. А точнее на наш замок и выдуманный город Фарлайн.

Он там? Он ведь точно там?

Спустившись с лестницы и споткнувшись, я еле удерживая равновесие, помчалась к тропе, что совсем заросла, но поломанная трава в некоторых местах говорила о чьём-то присутствии в лесу, и это точно был не тот проклятый кот, что напугал меня четыре с половиной года назад. Ветки били по лицу и рвали волосы, а деревья подставляли гнусные подножки своими корнями, будто на зло не давая мне быстрее добежать до нашего секретного замка; птицы кажется тоже совсем с ума посходили, ещё никогда я не слышала, что бы они так пищали и орали. И в один момент лесному шуму и беспорядку всё же удалось меня отвлечь, от чего я и споткнулась во второй раз, ободравшись в придачу об ствол дерева рукой.

Отряхнувшись, я подняла голову и увидела совсем не далеко от себя большое поваленное дерево, чья верхушка была вся почерневшая, будто в неё ударила молния; вокруг валялись доски и всякая ткань со стёклами и грязными игрушками. А на поваленном стволе сидел парень в большой чёрной джинсовой куртке, из по которой выглядывала белая футболка, и зелёной кепкой на голове. Он сидел ко мне спиной, но достаточно близко, чтобы я наконец точно увидела цвет его волос и бледный цвет кожи.

— Прости, что не сберёг наш город. Без тебя всё стало очень сложно, - слегка помятую золотую корону, что он до этого держал перед собой, парень положил рядом, будто отказываясь от своего звания.

Я прошла вперёд, перешагнув парочку крупных веток и обойдя разбитые банки, в которые мы когда-то с другом клали цветы. Подойдя к парню почти в плотную, я посмотрела на его руки и увидела несколько пластырей на пальцах и самой ладони, что прятали мелкие царапинки.

"Ой, прости, я случайно!"

Так значит и тогда я с ним встречалась?

— Знаешь, однажды, когда я пытался найти ручей, услышал как кто-то играет на свистульке в поле. Подумал сначала, что это кто-то из местных, но никто кроме тебя не ещё никогда не играл ту мелодию... Я так хотел подойти ближе, но почему-то не мог даже нормально дышать. И даже когда ты заплакала ничего не смог сделать.

В поле? Это же было буквально на следующий день, как я приехала.

Парень стал нервно потирать пальцы, совсем как мой друг, когда тот начинал о чём-то сильно переживать.

— И когда мы столкнулись в магазине, я не смог проронить ни слова. Так и продолжил стоять, смотря как ты уходишь... Думал, что смогу хотя бы нормально предложить бутылку воды, что ты не смогла купить из-за кота, но в итоге стал нимом, - он горько усмехнулся, опустив голову ниже. — По началу, я вообще думал, что ты сразу узнала меня, но просто делала вид, что не замечаешь или... что вообще не знаешь, - он пожал плечами, сильнее впившись большим пальцем в кожу кисти. — Но оказалось, что ты просто постоянно смотришь в пол, поэтому и не замечала меня, когда я проходил рядом.

Он был когда-то ещё ближе? И как я только могла не обращать на это внимание?

— А когда мы стали мигать друг другу фонарями на нашем пруду, я был самым счастливом человеком. Потому что смог наконец-то поговорить с тобой, но ты ушла раньше, чем я успел рассказать тебе о себе, - его кисти затряслись, как если бы он мог сорваться в любую секунду, но не смотря на это, парень продолжил говорить. — Не знаю, заметила ты или нет, но я везде ходил за тобой, стараясь не шуметь слишком сильно. И каждый раз собирался с силами, чтобы позвать или хоть как-то попытаться привлечь твоё внимание. Но... - он расцепил пальцы, будто это помогло бы продолжить мысль, но он лишь вздохнул, опустив руки. — Даже сейчас я не могу нормально поговорит с тобой. Лишь оправдываюсь, чтобы не злилась так сильно.

Не злилась? Почему это я должна злиться?

Пока парень собирался с мыслями, я перешагнула поваленное дерево, на котором он сидел, и немного нагнувшись, стянула с его головы кепку, наконец взглянув на его лицо. Виснушки. Они всё ещё танцевали на его еле розоватых щеках. Припухлые губки знакомо подрагивали, когда ровные брови становились домиком. И глаза. Глаза всё такие же ясные.

Улыбка невольно появилась на моих губах, когда он перевёл на меня виноватый взгляд, а с ресниц капнула одинокая слеза, скатившись по тонкой влажной дорожке.

— Так это и правда ты... Минхо, - с каким-то нервным смехом произнесла я, коснувшись ладонью его прохладной щеки.

Его губы размокнулись, будто хотел что-то сказать, но я прервала его крепко обняв и уткнувшись лицом в золотые волосы. Парень неуверенно поднял руки, коснувшись ладонями моей спины, а я слабо посмеявшись, пыталась припонить какими маленькими они были раньше. Отпрянув и вытерев глаза, я переложила корону, чтобы сесть рядом с другом и как следует рассмотреть его.

— И когда ты успел так вырасти? Наверняка выше меня стал, - погладив его по плечу, я шустро оглядела его одежду. — И что это за тусклые тона? Где же те радужные футболки с динозаврами?

— Они ещё давно стали мне малы, - с улыбкой, ответил друг.

— Точно, - кивнув, я снова посмотрела на его лицо, чьи черты стали более острыми и не такими детскими, от чего стало вдруг грустно. Взяв его руку, я сверила со своей и оказалось, что теперь она на одну фалангу больше моей. — Такой дурой я всё же раньше была... Будь я хоть чуточку умнее, не позволила бы тебе потеряться.

Минхо сжал пальцы, заключив в замок наши руки.

— Я не терялся, - уверенно ответил он, после чего мы встретились взглядами. — Когда я попросил тебя не оборачиваться, вернулся обратно к тому обрыву и последовал за кораблём. Он уплыл конечно далеко, но я сумел его поймать.

— Тогда почему ты не вернулся? Забыл что нужно было по реки идти? - я сжала в ответ пальцы, от чего у того взлетели брови и забегали глаза.

— Нет, просто... - он слегка откашлился. — Когда я возвращался, свалился в глубокую яму. Не заметил её из-за веток. И звать тебя сначала не хотел, стыдно было, а когда потемнело, боялся зверьё навлечь.

Минхо опустил глаза, будто что-то умалчивая.

— А когда мы все пошли тебя искать? Разве не слышал как мы звали?

Друг разжал пальцы и неловко почесав шею, ответил:

— Я уснул.

«Он не потерялся! Он спит. Он всегда засыпает, когда сильно устаёт!»

На лице появилась улыбка, а затем проступил смех, который видимо Минхо не ожидал услышать.

— А я ведь всем так и говорила! - смеялась я. — Спит он просто, а не потерялся. Жаль, что никто не поверил.

Я вытерла мокрые щёки и заправив за уши волосы, вздохнула, опустив глаза на его руку, что упералась об ствол дерева. Такая рельефная.

— Знаешь, когда меня нашли, то сразу стали расспрашивать как всё было. И когда я рассказал всю правду, почему-то у всех были такие странные лица... Будто они совершенно иное предполагали.

— Так и было, - улыбнулась я, коснувшись щеки, что в тысячный раз загорела. — Все, включая твоих родителей, винили меня. Никогда не забуду как на меня тогда все кричали... Но знаешь, от части же это правда, - я посмотрела на друга, удивлённого моими словами. — Я ведь действительно не доследила и бросила тебя там.

— Да не бросала ты, - настойчиво заявил тот, чуть придвинувшись, из-за чего пальцы его рук коснулись моих. — Ты просто сделала так, как я попросил. Твоей вины здесь точно нет. Так что перестань так говорить и винить себя. Это я ведь лишил нас стольких дней проведённых вместе... Если бы я был внимательнее или смелее, то меня не стали искать, никто бы не переживал, а тебя бы не увезли родители... Для меня всё случилось так быстро, даже не заметил, как уже сидел дома. И если бы ты только знала, как я потом ругался с родителями, ещё никогда я так им не пиречил, - он слабо улыбнулся, но почти сразу же убрал улыбку с лица, снова посмотрев на меня. — Я каждый день ходил к твоей бабушке, чтобы позвонить тебе, но она всё не открывала дверь... Узнал что она умерла, только когда попросил папу, сходить со мной. Он вызвал скорую с полицией и её увезли... После этого я стал ждать, когда кто-то из твоих родителей приедет, но их всё не было. А через пол года мои родители решили переехать обратно в город, хорошо что не продав этот дом, - Минхо посмотрел на меня и прежде чем продолжить, выждал долгую паузу. — Я приезжал сюда каждое лето и каникулы, ходил по деревне в надежде что встречусь с тобой и стучался в пустой дом. Так глупо, да?

Я отрицательно покачала головой, сжав двумя пальцами его.

— Нет, вовсе нет, - в глазах снова встали слёзы, из-за чего мне пришлось отвернуться, закрыв рукой лицо. — Если бы я только знала... Если бы мне кто сказал, - плакала я.

Утерев лицо рукавом кофты, я посмотрела на корону, а подобрав её, повернулась к Минхо.

— Она теперь такой маленькой кажется на твоей голове, - усмехнулась я.

— Я даже её уже не достоин, - он стнялу помятую корону и с грустинкой, повесил на поломанную ветку.

— Эй, Минхо, - я слегка ударила его кулаком в плечо, на что он сразу же отреагировал, — Что это ещё за нюни ты развесил?

Он в удивлении потёр плечо.

— Нюни? Это ты вообще-то плачешь, а не я.

— Да какая разница, - я шмыгнула носом, а за тем указала на игрушечную корону. — Почему говоришь, что недостоин её, а? Потому что в дерево молния попала и наш замок сломался? Так ничего, новый построим! У нас теперь полно времени, - я сложила руки крестом. — И корону я тебе новую сделаю, получше и по красивее этой. Ну, и по больше чуток, чтобы на твою тыкву налезала, - я поднесла руки к голове друга, но он остановил меня.

— Да ладно, не надо и без неё обойдёмся, - он заметив, что держит меня за обе ладони, смущённо оттянул руки, а я поняв, что он перерос те времена, когда мог бы с гордостью называть себя королём перед каждым прохожим, снова отдалась чувствам, закрыв ладонью рот. — Эй, да не плачь ты, а то соплями подавишься, - протянул тот, засунув руку в карман джинсовки и вытащив от туда пачку сухих салфеток со слонёнком на упаковке. — Держи.

— Ты что это знал, что кто-то из нас разрыдается? И что за упаковка такая детская? - взяв салфетки, я приглушённо высморкалась.

— Это с весны осталось, у меня аллергия на цветение. И нормальные салфетки, по акции взял! - Минхо легонько толкнул меня плечом, а я подтерая нос, сделала то же.

— Ого какими мы экономными стали, раньше то выпрашивал меня всё скупить в магазине, когда меня всего-то за хлебом отправляли.

Минхо цокнув языком, отвернулся.

— Тц? - повторила я, нагнувшись. — Тц? Это ты сейчас цокнул что-ли? Я вообще-то старше, не забывай.

— Всего-то на шесть месяцев, - Минхо вытянул ладонь, а я не поняв что он хочет, протянула свою. Он в удивлении повернулся ко мне, а после смятённо освободил руку. — Да не это. Салфетки давай, они мне ещё понадобятся.

— Боже, так ты ещё и мелочный у нас, - я пихнула ему маленькую пачку салфеток и показав язык, поднялась. — Пойдём домой. Я весь день ничего не ела и ноги отваливаются, - отряхнувшись, я шагнула вперёд, но Минхо остановил меня, поймав за руку. — Чего? Тебе ещё слюнявые салфетки вернуть что-ли?

Минхо подтянул меня к себе и повернув руку так, чтобы посмотреть на место под локтём, дотронулся кончиком пальца до царапины. И почему-то мне стало от этого больно, хотя рана не была такой уж и серьёзной.

— Может сначала ко мне? Сейчас отмоем быстренько грязь и зелёнкой намажем, - он так же поднялся, благодаря чему я смогла в полной мере убедиться его большому росту.

— Да как так? Раньше то я была на голову выше, когда успел так вытянуться? Признавайся, одну кашу что-ли ел? - я оглядела его с ног до головы, примеряя рукой нашу разницу в росте, а он лишь улыбнулся.

— Теперь и не скажешь что ты старше, да? - он перешагнул через поваленное дерево, а развернувшись, протянул мне ладонь.

— Даже ручку подаж? Джентльмен, - ухмыльнулась я, вытянув руку, на что он опустил свою.

— Согласен, можем и без этого обойтись, ты у нас боевая девчонка как никак, - пожав плечами, он подобрал кепку и натянув обратно на голову, развернулся и направился к тропинке.

— Ну, ты даёшь. А раньше у меня на побегушках был, - так же перешагнув дерево, я захватила корону и догнала друга, идти за которым оказалось очень удобно, ведь теперь ветки не били по лицу, царапая кожу.

Такие большие плечи, этим он точно в отца пошёл.

— Сохи.

— Чего?

— Под ноги лучше смотреть в таких местах, а не на ровных дорогах.

— К чему это ты сей... - не успела я договорить, как по велению судьбы споткнулась, только об свою же ногу. Как глупо. Лицо воткнулось прямо в спину Минхо, из-за чего ему пришлось остановиться, а позже пытаться сдержать рвущийся наружу смех. — Чего ржёшь? Это ты накаркал между прочим! - заявила я, зажав пальцами нос и толкнув его. — Иди давай.

Друг обернулся, но увидев что у меня пошла кровь из носа, перестал смеяться, снова достав пачку со слонёнком. Вытащив одну салфетку, он встал ближе.

— Подними голову немного, - он слегка нагнулся, а я убрала в сторону руку.

— Да ладно, я сама могу, - я потянулась к салфетке, но Минхо отмахнул мою руку.

— Да я смотрю у тебя отлично всё получается: пришла с развязанными шнурками, ободранной рукой, теперь ещё и кровь из носа хлыщет.

Я опустила глаза на свою обувь и как оказалось, у меня и правда была не завязана обувь. Оно и понятно, почему я столько раз спотыкалась.

— Минхо.

— Что? - с мелким раздражением в голосе ответил он.

— Ты бы не ругался лучше, а жалел. Это ведь из-за тебя я сорвалась и кроссовки не успела зашнуровать, - почему-то голос предательски задрожал, хотя это мне на оборот сыграло на руку, ведь иначе бы друг так не поменялся в лице.

— Да не ругаюсь я... Переживаю просто, - буркнул он, перевернув салфетку чистой стороной и снова прижав к моему носу. — Вот, держи, сейчас до дома дойдём, умоешься.

Я сжала салфетку у своего носа, а переглядевшись с Минхо, опустила глаза, после чего почувствовала, как он сжал мою ладонь, потянув за собой.

Проходя мимо свисающих перед лицом ветками, Минхо поднимал их и держал до тех пор, пока я не пройду, предупреждал о корнях под ногами и колкой траве, хотя сквозь джинсы она практически не чувствовалась. Всё это время я смотрела на его кисть, а точнее на толстую красную нить с маленькими золотыми бусинками на конце.

— Что за нитка? Для чего она?

— Что-то вроде оберега, - ответил друг, пропуская меня вперёд, чтобы наконец выйти из леса. — Ещё говорят, что она притягивает твою вторую половинку.

— И ты в это веришь? - усмехнулась я, вздёрнув одну бровь. — Такой большой, а в сказки веришь.

— Почему сразу сказки? И попробовать ведь всегда можно, мне от этого не убудет, - он присел на корточки передо мной, протянув руки к кедам. — Ногу подними, золушка.

«...это притягивает твою вторую половинку»

— И что, ты прям под венец побежишь с первой встречной? - как бы невзначай поинтересовалась я, посмотрев на его волосы, что даже под слабым светом сверкали.

Каким таким шампунем он пользуется? Детским с блёстками?

— Может и побегу, - подняв голову, он туго затянул мой шнурок, а поднявшись пошёл к крыльцу дома.

— Но как так можно? Как ты можешь быть точно уверен, что она предназначена тебе судьбой? - я последовала за ним. — И вообще, что это ещё за вселенский бред с этой судьбой? Как только можно в такое верить?... - недоумевала я, ступив на лестницу и убрав от лица красную салфетку.

— Бред говоришь? - уточнил Минхо, достав ключи из кармана куртки.

— Ага, галактического масштаба!

Я расставила руки в стороны, встав рядом с другом, а он оглядев крыльцо с кораблями, ухмыльнувшись закивал.

— Да, ты права, - он вставил ключи в скважину. — Думаю, нужно уже снять эту нитку...

— Точно-точно.

— Раз уж ты ревнуешь, - он открыл дверь и вошёл внутрь, включив свет.

— Чего?... Да я же не про то! Ты что не...

— Оп! - Минхо пихнул мне в рот большую клубнику, а после расплылся в умилительной улыбке. — Не переживай, она мытая.

— Да подожди ты, - промямлила я, с набитым ртом.

— Прожуй сначала, - он взял миску с клубникой и разувшись, направился на кухню, а я посмотрев на обувь, которую зря только зашнуровывал Минхо, устало вздохнула нагнувшись.

Их дом, казалось, совсем не изменился, наверное это потому, что я очень редко сюда заходила и поэтому так хорошо не запомнила, как другие окружающие нас вещи. Стены всё такие же светлые, пол ровный, не скрипучий и с подогревом на случай похолоданий; потолки высокие, в люстрах работают все лампочки, пространства много, а картины всё такие же скучно неинтересные.

Войдя на кухню, я как следует осмотрелась. Бабушке бы она точно понравилась: столешницы большие, печка с плитой в отличном состоянии, множество ножей, сковородок и кастрюль. Просто чудо, - сказала бы она.

— Красиво у вас тут и вид из окна хороший, даже поле видно, - заметила я, заглянув в окно напротив одной из столешниц. — Наверное твои родители могли от сюда видеть как мы играли там.

Минхо неуверенно пожал плечами, намыливая руки в раковине.

— Может быть, я их об этом не спрашивал, - вытерев руки об полотенце, он кивнул мне в сторону крана, чтобы и я отмылась. — А я пока за аптечкой схожу.

— Хорошо.

Минхо вышел, а я стянула свободный свитшот, у которого до этого были закатаны рукава. Оставшись в укороченном топе с парой пуговиц у горла, я завязала волосы в слабый хвост и стала отмывать руки, царапину и лицо. А закончив, посмотрела по сторонам в поисках полотенца, но его нигде не было.

— Минхо, где полотенце? - крикнула я, думая что друг далеко, но как оказалось, он в этот момент входил в комнату.

— Вот, чистое, - он протянул маленькое банное полотенце и я сразу вытерла им лицо, затем ладони. — Давай, показывай царапину.

Я повернулась к нему спиной и вытянула назад руку для его же удобства, а сама краем глаза следила за его действиями.

— У тебя так волосы отрасли, - заметил Минхо, взяв тюбик с каким-то гелем и намазав на палец. — Тогда ведь еле до плеч доставали. Совсем как мальчишка бегала.

— Это ты так подстрекаешь? - возмутилась я, смотря, как он подносит палец к моей ране, от чего внутри я вся сжалась.

— Нет, просто не привычно видеть тебя с такими длинными, - он слабо коснулся пальцем царапины и стал размазывать холодный гель по ней, от чего по большей части я и нахмурилась. — Больно что-ли?

— Нет, мазь холодная просто, - я отвернулась, но Минхо видимо сочёл, что я соврала, поэтому стал нежнее.

— Слушай, Сохи, - он закрыл мазь и взяв бинт, отрезал два кусочка медицинского скотча, — Ты злишься на моих родителей? Ну... За то что они обвиняли тебя.

Я хотела обернуться, но не стала, потому как снова загорела щека.

Злюсь ли? Или может мне просто обидно, как они поступили, ничего толком не узнав?

— Нет, не злюсь. Их можно понять, - я потёрла щёку свободной рукой, а когда Минхо опустил мой локоть, подошла к столу, на котором оставила свитшот.

Натянув кофту, стараясь не сорвать бинт, я расправила волосы, убрав их от лица, а обернувшись, посмотрела на Минхо, что полез в морозильную камеру. Не придав этому значения, я поправила рукава и отряхнула джинсы.

— Сохи, посмотри на меня, - после этих слов, он приложил ладонь к моей щеке, держа в ней что-то жутко холодное, от чего я вздрогнула. — Знаю, прошло уже через чур много времени, но... Лучше поздно, чем никогда, да?

Жар, что до этого разъедал мою щёку, стал постепенно спадать, но стоило мне встретить взгляд Минхо, как снова стало жарко, но теперь во всём теле. Опустив глаза, я поджала губы, но видимо Минхо это напрягло, потому и нагнулся, пытаясь повторно заглянуть мне в глаза.

— Всё нормально?

— Да, просто сейчас щёку мне отморозишь.

— Ой, точно. Прости, - он убрал руку с небольшой круглой резиновой подушкой, в которой по всей видимости находилась замороженная вода.

Минхо подошёл обратно к морозилке и открыв ящик убрал подушку, при этом неуверенно почесав затылок.

— Спасибо, - в пол голоса поблагодарила я.

— Не стоит, это меньшее что я могу сделать, - он выпрямился, а я подойдя к нему, обняла со спины.

— Нет, правда спасибо.

Минхо ничего не ответив, накрыл своей ладонью мою руку и стал слабо похлопывать, как если бы успокаивал или не знал чего бы сделать такого, чтобы не выглядело странно со стороны.

— А, кстати, пока не ушли, - он убрал мои руки и выйдя на какое-то время из кухни, вернулся с моим дневником. — Твой же? Нашёл вчера его у колодца. Не волнуйся, ни странички не прочёл, - он протянул тетрадь, а я спрятала руки за спину.

— А надо бы. Для тебя там всё писала.

— Для меня?

Он отогнул обложку, а я тыкнула пальцем в лист.

— Написано же: Для Минхо от Сохи.

— А я и не заметил, - он перелистнул несколько страниц, а после закрыв дневник, положил на стол. — Вечером прочту, а то смотрю ты сейчас скукожишься от голода.

— Это ещё мало сказано! У меня буквально желудок скручивает, - я похлопала по животу, а Минхо улыбнувшись на это, вышел в коридор, а я за ним.

Мы вошли в дом и только стали разуваться, как выскочили родители, накинувшись на Минхо.

— Чего вы так долго не приходили? Мы с отцом между прочим тоже по тебе соскучились, - заявила мама, отлипнув от моего друга. — А ты даже не поговорил с нами нормально!

— Простите, - он неловко улыбнулся, забегав глазами по полу.

— Ай, иди сюда, - папа подтянул Минхо за плечо и крепко обнял. — Да ты неплохо подрос я погляжу. С меня ростом уже. Ну даёшь, - сняв кепку, он взъерошил ему волосы. — Ничего себе какие мягки, каким шампунем пользуешься? Ещё блестящие такие.

— Да не знаю, что стояло в душевой тем и мыл, - Минхо с надеждой посмотрел на меня, надеясь, что я спасу его из тиск родителей, но я улыбнувшись, пожала плечами и ушла в свою комнату.

Оставшись в топе, я заменила джинсы домашними чёрными штанами и накинула толстовку на молнии, чтобы сильно не дуло. А сунув ноги в тапки, попыталась расчесать волосы, но как оказалось всё это время я ходила с маленькими кусочками веток, из-за чего появилось много колтунов.

— Сохи, я войду? - спросил Минхо, постучав в дверь.

— Да заходи конечно, - я встала напротив маленького зеркала, выискивая оставшиеся ветки.

— А комната смотрю совсем не изменилась, - заметил Минхо встав за моей спиной и прикоснувшись к волосам.

— По большей части да, только обои выцвели и пришлось снять самолётики и флажки с потолка, а то по лицу били, - я протянула другу расчёску. — А в остальном всё то же самое.

— Можно прям сидеть и ностальгировать, - Минхо положил расчёску на стол, а подойдя к ещё открытому окну, выглянул наружу. — Даже крюк остался. Думал, он давно ещё отвалился, учитывая как мы его криво прибили. Удивительно, что за всё то время никто из нас не грохнулся.

— Но мы ведь страховали друг друга, так что ничего плохого не должно было случиться, - я завязала пучок, встав рядом с другом.

— Да ладно, тебе. Думаешь ты бы прям смогла поймать меня, если бы я сорвался со второго этажа?

— Ну, сейчас точно нет. Ты меня просто раздавишь и не заметишь.

Минхо ухмыльнувшись, закрыл окно, а когда мы услышали, как мои родители позвали нас, развернулись, направившись к лестнице.

— Сохи, смотри, - Минхо указал куда-то в сторону, а я не совсем поняв про что он, остановилась, чтобы приглядеться.

— Так там ведь ничего нет, - я посмотрела на друга, что стал оперативно спускаться с лестницы. — Хей, что за подлянку ты устроил?! - я побежала за ним, от чего лестница заскрипела громче. — А ну стоять! - я прыгнула ему на спину, обхватив ногами и руками, от чего он чуть не упал, но вовремя успел удержать равновесие.

— Етить! Чуть в стенку не вписался. Сохи, кто же так набрасывается? - Минхо подхватил меня за ноги, когда я начала сползать и обернулся через плечо, на что я тыкнула пальцем в его щёку.

— А нечего обманывать было. Давай на кухню топай, - я вытянула руку, указав в сторону столовой, а она он перестал меня придерживать, из-за чего я продолжила сползать вниз. — Эй, я сейчас свалюсь.

— Знаю, - усмехнулся Минхо, продолжив ровно стоять.

— Да и пожалуйста, - цокнула я, спустившись. — В детстве я тебя на спине таскала, а ты сейчас почему-то не можешь.

Обойдя его, я зашла на кухню, от куда мама уносила еду в зал. Взяв вазу с фруктами и корзинку с хлебом, я понесла всё к столу, где папа уже разложил все приборы. Вскоре мы уселись за свои места и наложив еды в тарелки, принялись за ужин.

— Минхо, знаю, ты наверняка уже рассказал всё Сохи, но хотелось бы услышать как всё случилось именно от тебя, - начал отец. — Почему-то думается, что всё было намного проще и не так ужасно.

Я ухмыльнулась, наколов салат и отвернувшись к окну, за котором солнце уже почти село, а значит совсем скоро в доме станет жутко холодно и придётся завернуться в одеяло с головой, будто гусеница. Пока Минхо пересказывал свою историю, я спокойно доела ужин и выпив рядом стоящий стакан воды, ушла на кухню, чтобы вымыть тарелку. По возвращению, родители всё ещё внимательно слушали моего друга, моментами что-то отвечая и даже шутя, наверное чтобы разбавить обстановку, хотя она ещё давно не была такой тёплой, как сейчас.

Поджав ногу к груди, я продолжила следить за закатом солнца и овцами, что уводил пастух с зелёного луга, пока не почувствовала прикосновение к щиколотке. Опустив глаза, я увидела руку Минхо, что слегка пощиповал мою кожу, при этом продолжая что-то говорить моим родителям.

Нервничает что-ли?

Уперевшись подбородком об колено, одной рукой я стала ковырять стол, а другой сжала пару пальцев Минхо. Кажется он не этого ожидал, иначе бы не запнулся, откашлившись. Я расслабила руку, чтобы отпустить его, но он в последний момент слабо сжал пальцы, удерживая мои. Опустив голову ниже, я краем глаза посмотрела на Минхо и заметила, что его уши покраснели, от чего у меня проступила улыбка.

Ещё какое-то время мама с папой донимали его вопросами о его родителях и где он теперь живёт, чем занимается, что нравится и всё в этом духе. Минхо отвечал, а они заинтересовано слушали, кивая и улыбаясь, если он вдруг начинал шутить. И всё это время он нервно тёр мои пальцы и ногти, переодически как-то пощипывая или сжимая.

— А ты, Сохи, чего такая молчаливая? Совсем не о чём не спрашиваешь Минхо, - заметила мама.

— Да мы ещё успеем наболтаться, - отмахнулась я, опустив ногу и высвободив руку и видимо Минхо только сейчас заметил, что всё это время держал её. — Так что разговаривайте на здоровье, а я пойду телик посмотрю, - поднявшись, я посмотрела на друга, чьи глаза просто умоляли меня остаться, но я приподняв кулочки, бесшумно пожелала ему удачи.

Я вошла в комнату с внушительным кофейного оттенка диваном и огромным количеством подушек. Взяв пульт, я села в дальнем углу и застегнувшись, включила телевизор. Переключая каналы, я устраивалась поудобнее, поджимая к себе колени и упираясь головой об спинку дивана. Остановившись на каком-то боевике, я кинула пульт на низкий столик и сложив руки крестом, уткнулась в экран до тех пор, пока глаза не стали слипаться. Скорее всего это пришли накопившаяся усталость и стресс за весь прошедший день, поэтому меня так быстро вырубило.