Системный боец 2

Глава 1

Системный боец 2

/ВНИМАНИЕ!

Общая продолжительность жизни: 4 дня 9 часов 45 минут/

Ладья исчезла из поля зрения окончательно. Ну а я всё стоял и смотрел на воду.

Ни одной дельной посудины поблизости не было. Лишь побитая жизнью рыбацкая лодка, которой явно опасно выходить в море.

— Эй! Ты чаво забыл-то здеся⁈ — окликнул меня один из мужиков, вышедших из большой избы прямо за причалом.

Видно было по его потёртой робе, что он рабочий. Но уж очень наглый. Может, присматривает за складом или кто-то свыше наказал следить за порядком.

— Решил у водицы постоять, — улыбнулся я ему. — У тебя есть расписание?

— Расписание? — он подошёл ко мне, оглядел сверху донизу. Небритый, ростом пониже меня и сутулый. Взгляд колючий, как и у двух его дружков. — Нет ничаво.

— Ты откудова? — подал голос второй, с выпирающим пузом. — Чо здесь забыл?

— Так я ж говорю, дивлюсь красотами местными. А ещё путешественник я заядлый, — ещё приветливей улыбнулся я в ответ.

— Странник, чоли? — недоверчиво осмотрел меня третий, с дубиной в руках.

— Типа того, ага. Странник, — кивнул я. — Так когда ближайшая ладья причаливает и куда плывёт, знаете?

— Ничо мы не знаем. Мы тут склад охраняем и усё, — процедил пузатый.

— А кто знает? — спросил я у него.

— А кто его знает, — ответил он. — Мы уж точно не знаем.

Всё ясно. Говорить с ними без толку. Но я могу поинтересоваться у Дерека. Раз этот праздник огня такой масштабный, и о нём говорят даже в Северных землях, значит, и ярл Сигурд туда собирается.

Дерек может поделиться со мной, учитывая, что отношения с ним наладились.

— Ну бывайте, — махнул я этой троице, которая смотрела на меня как на шпиона. — Поменьше вам грабителей.

— Типун те на язык! Поменьше грабителей, ага! Не надо нам ваще их! — выкрикнул вслед пузатый.

Я дошёл пешком до площади, где заметил повозку Вигмара. Он явно решил меня дождаться и, чтобы убить время, выбирал в одной из крытых лавок какие-то сувениры.

Заметив меня, он быстро расплатился, забрал резную шкатулку за пазуху.

— Ворон! Ты с ума сбрендил! — воскликнул он, тараща на меня глаза. — Какого йормунгара ты попёрся на пристань?

— Ладья уплыла, — вздохнул я. — Я не успел.

— А успел бы — изрубили бы тебя на куски, как пить дать, — Вигмар вернулся к повозке, запрыгивая на свой седалищный мешок.

Я запрыгнул следом, устраиваясь в сене. И начал выслушивать охи-ахи торгаша. Ну прям как нянька, у которой дитё убежало. Хотя он беспокоился больше о себе, оно и понятно. Где он ещё такую надёжную охрану себе найдёт?

Мы добрались до Ревендаля. Меня подмывало по пути спрыгнуть у Драконьего зуба, отправиться к избе Инги. Если всё-таки доберусь, что я там найду?

Всех забрали, а кого не забрали, тех убили. Да и потом телепать на своих двоих до города не хотелось.

Вигмар принялся расписывать силу воинов конунга. Будто одним ударом воины убивают насмерть, тварей лесных душат голыми руками, а их мечи вспыхивают пламенем во время боя. Разумеется, всё это были сказки, придуманные в трактирах за кружкой эля, или слухи, многократно изменённые и пересказанные до неузнаваемости.

Добрался я до таверны, получив от Вигмара ещё две золотых монеты и шесть серебряков. Затем сдал на хранение меч Менелею и поднялся в комнату.

Следом тут же спрятал под подоконник раздобревший кошелёк. В нём четыре золотых, тринадцать серебряков и четыре медяка. Уже неплохо.

Залепив свою нычку смолой, я умылся и решил отправиться к дому Дерека. Надо поскорей поговорить с ним, а то вдруг упущу его. Он ведь может свалить вместе с ярлом в Талассир. Хоть и не из золотой дюжины, но всё же способный воин.

Но воина я не застал. Меня встретила Бейла и буквально затащила в дом. Точнее в кровать. Пока брата нет, я не прочь бы и покувыркаться с этой красоткой.

Когда Бейла, покрывая меня поцелуями, стянула через голову платье, я понял, что она полностью обнажена. И отметил, насколько её тело красиво.

Наши тела слились на большом пуховом матрасе, который блондинка скинула на пол. Ощущения в новом теле были довольно необычными, но не менее сладостными, как и в прежнем. После того как мы достигли пика, Бейла, ещё долго не отпускала меня. Ласкала мою шею и грудь бархатными губами, гладила мой подкачанный торс.

— Ты стал сильнее, и мышц прибавилось, — восхищённо заблестела она глазками. — Как ты так быстро подкачался?

— Правильное питание, и постоянные тренировки, — объяснил я девушке, которая намеревалась продолжить, но затем что-то вспомнила, вскочила с матраса, хватая своё платье. — Дерек. Он скоро придёт.

Я был не против, впервые за всё время. Даже за, ведь он-то мне и был нужен.

Когда я оделся и мы с Бейлой устроились за столом, дверь открылась. В дом зашёл Дерек, и он был мрачнее тучи.

— Ворон? — напрягся он, сбрасывая пояс с мечом в сторону. — Я тебе говорил — общаться, а не заходить к нам домой.

— Решили чайку попить, — мило улыбнулась Бейла.

— Смотри, Бейла, — Дерек метнул опасный взгляд в сторону сестры, снимая с себя кожаный жилет и вешая на спинку стула. — Я тебя предупреждал. Ты хоть уже и взрослая, но вспомни, что говорили родители.

— Дерек, хватит, — строго произнесла Бейла. — Знаешь, что я думаю на эту тему. Мне не нужны зажравшиеся торгаши, или сынки ярлов. Я свободная девушка.

— Ты меня услышала, — произнёс Дерек, проходя через всю комнату и перекидывая полотенце через плечо. — Ворон, допивай чай, и прошу тебя, уходи. Можем потренироваться вечером, у моего дома.

На последней фразу брат Бейлы сделал акцент. Понятно, что это по большей части его дом, купленный на его деньги. Но он живёт здесь не один.

— Знаешь, братец, ты иногда бываешь просто невыносимым, — процедила Бейла.

Но Дерек уже вышел на задний двор.

— Не переживай, — положила ладонь на мою руку Бейла. — Ему придётся принять это. Мы встречаемся. Что в этом плохого?

— Полностью согласен. Я всё же поговорю с Дереком насчёт нас, — сделал я глоток чая, взглянув в сторону двери, куда скрылся брат Бейлы.

— Ворон, этого точно не нужно делать, — натянуто улыбнулась блондинка. — Я сама. Тем более он не в настроении. И всё из-за их чокнутого ярла.

— А что с ним? Правда чокнулся? — спросил я, и Бейла хихикнула.

— Это я образно. Сигурд решил собрать половину дружины и отправиться на праздник

А вот это было очень интересно. Бейла жаловалась на то, что её брат не умеет плавать, и вообще боится глубокой воды. Но он, конечно, в этом не признается. Затем рассказала, что никакой доплаты за это путешествие не будет.

Дерек к этому времени вошёл в дом, вытираясь полотенцем, затем уставился на меня.

— Ворон, я же сказал… — начал он.

— Так мы ещё чай пьём, — улыбнулась ему Бейла, подливая мне ещё в кружку пахнущего травами напитка.

— Дерек, можем с тобой поговорить? — я поднялся из-за стола.

— Ворон! — воскликнула Бейла, бледнея.

— Я не по этому поводу, — успокоил я её.

— Ну пойдём, — ухмыльнулся Дерек. — Поболтаем. На заднем дворе.

Мы вышли из дома, и брат Бейлы указал на несколько брёвен, которые лежали недалеко от бревенчатой купели. Мы устроились на одном из них.

— Ну, рассказывай, что там хотел? — небрежно бросил мне Дерек.

— Я хочу отплыть вместе с дружинниками Сигурда, — с ходу сообщил я.

— Кто тебе это сказал? — нахмурился Дерек. — Бейла разболтала?

— Это я у неё выпытал, — защитил я девушку.

— Ладно. Но ты знаешь, куда мы поплывём? — Дерек удивлённо взглянул на меня.

— В Талассир, — кивнул я. — Там у меня родня живёт. Хотел навестить.

— Ну да, и выбор твой пал на военное судно, — хохотнул Дерек. — Дождись торгового, и шуруй с ним. Через месяц, другой.

— Я не хочу ждать месяц, — упрямо покачал я головой. — Мне нужно сейчас. Есть определённые обстоятельства. В общем, к родне мне нужно попасть в ближайшее время.

Дерек ещё сильней рассмеялся.

— Да ты смертник, что ли? — выдавил он. — К тому же ярл Сигурд берёт к себе лишь воинов. Ты не воин.

— Но могу им стать, верно? — хмыкнул я. — И он меня возьмёт.

Память Ворона подсказала этот момент. Ярл, пополняя свой состав дружинников, проводит испытания поединками, проверяя боевую мощь кандидатов. И зачастую эти поединки смертельные.

— Стать воином? Ты серьёзно? — скривился Дерек, будто лимон съел. — Вот так просто с улицы прийти и заявить, что ты воин, не получится. Ярлу хватает людей. Он может выставить против тебя самого сильного. Докажешь, что ты сильнее — возьмёт. И то должен быть тот, кто поручится за тебя. Станет временным наставником.

— Я уже нашёл поручителя, — ухмыльнулся я. — Если одержу победу, ты им станешь.

Дерек вытаращил глаза, затем поднял голову и рассмеялся.

— Ох, ну ты и шутник, конечно, — вытер он слёзы после приступа смеха. — Тебя зарубят до смерти, дурак. Это тебе не бой на деревянных мечах. Жизнь побереги свою.

— Я справлюсь, Дерек, — серьёзно взглянул я на воина. — Мне надо попасть на корабль. И я готов для смертельного поединка.

— Да послушай меня. Послушай. А потом скажешь, согласен ты или нет, — вздохнул Дерек. — Когда на прошлой неделе к нам пришёл здоровенный бугай, который решил, что самый сильный и важный… Кстати, больше тебя раза в два. Так вот, когда он пришёл, Сигурд выставил против него Финна и Сварта. Самых отбитых из нашей дружины.

— Из золотой дюжины? — спросил я.

— Они в золотой дюжине, да, — кивнул Дерек. — Но ты слушай дальше. Этот здоровяк вышел против них, уже посмеиваясь, как он быстро с ними расправится. Отпускал шуточки, махал своим двуручным мечом перед их лицами, поддразнивал. Чуть позже он уползал без ног с места поединка, оставляя за собой две красные полосы. Он умолял пощадить, но Финн отрубил ему руку, — Дерек сделал паузу, поднявшись с бревна, и добрался до купели, плеснул себе воды в лицо, — До сих пор слышу его крики. А затем они отрезали ему голову и начали пинать её по траве.

Воин вглядывался в моё лицо, надеясь там увидеть хоть каплю страха. Но я лишь собрался и нахмурился, понимая, что легко не получится.

— Ну что, всё ещё хочешь стать воином ярла Сигурда? — спросил меня Дерек.

— Да, теперь ещё больше захотел стать воином, — кивнул я.

— Ты каких грибов объелся, Ворон⁈ — воскликнул Дерек. — Ты спас меня недавно. Теперь я хочу тебя спасти. Поэтому советую не лезть туда. Там тебя ждёт только смерть. Для Сигурда это будет развлечение. А ты умрёшь, тебя не будет. Понимаешь меня?

— Так ты можешь отвести меня к ярлу? — спросил я.

Дерек сел рядом, категорично взглянул на меня.

— Только больше не говори, что я не воин, — произнёс я.

Брат Бейлы тяжело вздохнул, затем видно вспомнил нашу тренировку.

— Хорошо, — кивнул он. — Я могу поручиться за тебя. Если победишь в поединке.

— Только Бейле не говори, — предупредил я.

Не хватало мне ещё, чтобы она меня отговаривала. Явно же брат её перекормил историями, похожими на ту, что рассказывал мне только что. Вот она и начнёт защищать меня от злого страшного ярла и его отмороженных воинов из золотой дюжины.

— Не скажу, — пробубнил Дерек.

— Кстати, а за сколько дней ладья приплывёт в Талассир? — я вспомнил, о чём ещё хотел узнать.

Не хватало мне ещё помереть на ладье во время плаванья. Счётчик ведь тикает, так что надо всё узнать заранее.

— Два с лишним дня, вроде так, — ответил Дерек.

Это меня вполне устраивало. Если Система вновь что-нибудь не отчебучит, времени жизни мне хватит за глаза.

— И когда вы отплываете? — поинтересовался я.

— Завтра на рассвете, — ответил брат Бейлы. — Поэтому надо идти сейчас. Если ещё не передумал. Ярл может быть занят перед отплытием. Да и предупредить лучше заранее.

Мы зашли с Дереком в дом, он сразу же начал одеваться, накинул кожаный пояс с мечом.

— О чём разговаривали? — напряжённо спросила Бейла.

— О мужском, — буркнул ей Дерек. — Пойдём, Ворон, а то опоздаем.

— Так мы ещё чай не допили, — выразительно посмотрела на меня блондинка.

— Ещё попьёте свой чай, — произнёс Дерек. — Может быть.

Мы вышли из дома, и Бейла выскочила за нами следом.

— Что значит «может быть»⁈ — воскликнула она нам вслед. — Дерек!

— Ох уж эти женщины, — покачал головой брат Бейлы. — Всё время пытаются влезть в мужские дела.

Я был лишь частично согласен с Дереком. Всё же он сказал так неоднозначно, будто на казнь меня вёл. Хотя, скорее всего, он так и воспринимал будущий поединок.

Мы заскочили в таверну, где я забрал

Массивные деревянные колонны держали крышу просторного крыльца, у которого весело разговаривали дружинники.

— О, Дерек, ты кого к нам привёл? Что за птенчик? — проводил меня орлиным взглядом один из коренастых воинов. Короткая причёска, козлиная бородка и хищный взгляд.

— Тебе какое дело, Финн? — огрызнулся на него Дерек. — Занимайся своим делом, а в мои не лезь.

— Кто это? — услышал я за спиной, когда мы поднимались по ступенькам.

— А я почём знаю. Щегол какой-то, — ответил ему Финн.

Заходя в дверь, мы оказались в просторной комнате. За столом сидел старик, развалившись на большом стуле с высокой спинкой, и что-то самозабвенно хлебал из кружки. Явно не простую воду.

Нам тут же преградили дорогу три воина, вооружённых топорами.

— Дерек, объясни, что за посторонние у меня в доме? — нахмурился старик, откинувшись на спинку стула. Взглядом он буквально прожигал меня насквозь.

— Ярл Сигурд, этот парень хочет стать воином, — произнёс Дерек, изрядно волнуясь. — И отправиться с нами на ладье в Южноземье.

— Воином, значит? — ярл поднялся, подошёл ко мне, отдавая приказ страже оставить нас. — Ну-ну. Где я тебя мог видеть? Рожа знакомая.

— Меня зовут Ворон, — произнёс я.

— Тебе пока что слова не давали… Ворон, — оскалился ярл. — Ну да, ты же бился в Загоне. Я как раз видел два боя.

— Именно так, — кивнул я.

— И Бьорна покалечил тоже ты, — хмыкнул ярл, всматриваясь в меня так, будто хотел разорвать на части. — Значит решил воином стать. А чего на аренах не выступаешь, Ворон?

— Не хочу, — логично ответил я, и ярл хохотнул.

— Ну да, не хочешь… Лишний рот мне не нужен. Особенно во время плаванья, — сказал Сигурд. — Хотя хороший воин не помешает. Ответь, ты понимаешь, что нужно для того, чтобы стать воином? Осознаёшь, что поединок будет смертельным?

— Да, конечно. Я готов к поединку, — кивнул я в ответ.

Ярл прищурился, всмотревшись в мой меч.

— И оружие себе прикупил неплохое, — оценивающе покачал он головой. — Очень неплохое.

Я молчал. Ну а старик задумался, затем взгляд его просветлел.

— Тогда на пристани Кельма и организуем поединок, — хлопнул он в ладоши. — Отлично. Как раз я найду для тебя противника. И если выиграешь — так и быть, возьму тебя на борт «Мурены».

— Хорошо, согласен, — кивнул я.

— Отлично, — хищно оскалился ярл Сигурд. — Тогда до завтра… Ворон.

Мы вышли из дома ярла, прошли через группу воинов, которые удивлённо взглянули в мою сторону.

Когда мы оказались на торговой улице, Дерек дёрнул меня за локоть.

— Подожди, Ворон, — пробормотал он. — Я знаю Сигурда. Он точно что-то задумал. Откажись, пока не поздно.

— Нет, я уже дал согласие, — помотал я головой. — Завтра на рассвете, на пристани Кельма. Я буду там.

— Дурак ты Ворон. Я тебе хочу жизнь сохранить, — вспыхнул Дерек. — Я видел лицо Сигурда. Он так обычно реагирует, когда хочет представления. И он тебе его устроит, поверь. Да и про поручителя он не спросил.

— Я не отступлюсь от своих слов, — произнёс я.

— Ай, ладно. Как знаешь! — вскинул руки Дерек, и быстрым шагом направился по улице к своему дому, а затем обернулся на ходу. — Тогда не опаздывай. Уплывём без тебя.

Я усмехнулся про себя. Ну да, он не хочет греха на душу брать. Пытался помочь. Но я сам себе помогу, уже скоро.

По пути я заскочил в лавку одежды. Прикупил себе пару сменных штанов и рубашек. И потратил всего ничего, восемь серебряков и два медяка. А затем вернулся в таверну.

Оставшийся день прошёл быстро. В привычной суете и тренировках. Также я договорился с Вигмаром за один золотой, что он добросит меня к рассвету в Кельм. В дороге будем примерно три часа, если я всё правильно рассчитал. Так что надо выезжать вечером и переночевать где-нибудь рядом с пристанью.

Что я и сделал. Накупил у Менелея припасов в виде овощей и квашеной капусты, затем уже в дороге Вигмар продал мне два куска вяленого мяса, рыбы и более килограмма творожного сыра. Забил я свой рюкзак до отказа.

Добрался я до пристани глухой ночью, нашёл таверну недалеко от воды. Заходя в комнату, я понял, что ошибался насчёт апартаментов в «Трёх топорах». По сравнению с этой жилплощадью, там действительно поуютней будет.

Здесь не было абсолютно ничего. Лишь ведро воды в углу и скамья, без матраса. Что ж я хотел за три медяка? И ещё заплатил три медных монеты одному из работников хозяина, чтобы разбудил меня на рассвете. Проспать я не имел права.

Закрыл я глаза, и отключился.

/ВНИМАНИЕ!

Общая продолжительность жизни: 3 дня 17 часов 15 минут/

— Проснись, эй… Ну же, — шипел кто-то мне на ухо, толкая в плечо. — Светает.

Я открыл глаза и увидел перед собой опухшую небритую физиономию.

— Говорил — будить надоть. Я вот бужу, — объяснил работник, на всякий случай отходя от меня.

— Благодарю, — потянулся я.

Затем подскочил к окну. Ладью уже загружали вовсю, а перед ней мерял шагами берег ярл Сигурд.

Я умылся, оделся и отжался от пола несколько раз. Затем схватил рюкзак с мечом и выбежал из таверны.

Команда уже вовсю загрузила ладью с выжженной на просмоленном борту надписью «Мурена».

— О, кто к нам приехал! — воскликнул ярл Сигурд, радостно встречая меня. — Что ж, представлению быть! Точнее, поединку. Да, я же так и сказал!

Я увидел Дерека в стороне. Он был бледным, и старался не смотреть в мою сторону. Думает, что меня здесь раскатывать будут.

— Так, доставай свой меч, отойди на пять метров, вон туда, — ярл махнул рукой в сторону. — А против тебя будет выступать Финн… И, пожалуй, Олаф.

— Ну привет, дружище, — оскалился блондин, выходя вперёд. — Вот мы и снова свиделись.

Глава 2

Воин с орлиным взглядом, тот самый Финн, о котором рассказывал Дерек, был опасен. Судя по стойке, по тому, как он держал короткий широкий меч, по мрачному взгляду, который он не отводил от меня.

Да, я знал точно, что он опасен. Точнее знал это Ворон.

Теперь я мог визуально определить опыт воина? Что ж, уже неплохо. Неужели практика Инги даёт свои плоды?

Но ладно Финн. Основную угрозу представлял Олаф. Он уже знал, что от меня ожидать. С другой стороны, и я тоже понимал, на что способен этот блондин. Так что

Эх, если бы он был один, я бы справился. Есть у меня ещё пара козырей в рукаве. Но этот Финн, чёртов садист с козлиной бородкой, мог испортить всю малину.

И вообще, какого хрена здесь делает Олаф⁈ Он ведь в дружине конунга Хрольфа. Не уплыл с ними. А почему? С какой стати Хрольф оставил его здесь?

Ладно, потом разберусь. Сейчас главное не терять концентрацию. Я вдохнул, задержал дыхание, сконцентрировался на биениях сердца…

— Бой насмерть, Ворон. Насмерть, — услышал я откуда-то издалека голос Олафа. Блондин оскалился, намекая, что получит пять лет жизни. Но я бы на его месте не был так уверен.

— Хватит трепаться! — радостно зарычал ярл Сигурд, устраиваясь на раскладном стульчике, который ему подставил седой слуга. — Вперёд! Начали поединок!

Финн с Олафом переглянулись и с ходу решили взять меня в замок. Попросту зайти с флангов. Буду отбиваться от одного, второй нанесёт удар.

Разумеется, я тут же вышел из опасной зоны.

Первым надо вырубить Финна. Убивать я его не горел желанием. Но если вынудит — придётся.

Запутать, сбить их синхрон, и ударить рукоятью. А затем переключиться на Олафа.

Финна я достал, когда он бросился в атаку. Понятное дело, меч его не шибко длинный. Таким только на небольшой дистанции можно орудовать. Вот он и попытался.

Олаф тем временем применил способность. Руки его поменяли цвет на серый, клинок постепенно покрывала блеклая плёнка. Всё так, как и говорил Олаф. Он усиливает оружие.

Я сразу же активировал «Мощь титана», встречая Финна.

Мой левый кулак встретился с широким клинком меча, отбивая его в сторону, но Флинн выкинул вторую руку, ударив тонким кинжалом.

Как он успел его выхватить и откуда — понятия не имею. Движение козлобородого было настолько молниеносным, что я заметил его в последнюю очередь.

Кинжал пробил кожаную пластину на грудине справа, врезался в моё лёгкое. Вспышка боли затмила рассудок, но лишь на доли секунды. Вторым кулаком я свернул челюсть ублюдку, отправляя в нокаут. И чуть не пропустил меч Олафа. Он целился прямо в шею, намереваясь отрубить мне голову.

Когда я думал, что ушёл от удара, усиленный клинок блондина чуть удлинился, оставляя порез на моей шее.

Я отшатнулся, уходя от следующего удара, провёл по шее, замечая кровь. Боли я почти не чувствовал, плечо лишь саднило, а торчавший в нём кинжал стеснял движения.

Но избавляться от кинжала я не спешил. Вырву его из раны — истеку кровью.

Ещё шесть секунд я решил использовать с толком. Решил использовать один из козырей. Главное опередить блондина.

В стороне хрипел очнувшийся Финн, пытаясь подняться с помощью своего меча. Я сместился, выбил из его рук оружие и с колена врезался в висок. Финн вновь ушёл в нокаут.

Олаф вновь опасно сблизился, замахал мечом, который изредка слегка удлинялся, из-за чего пытался запутать меня. Я вообще старался не попадаться под удар.

А затем решил действовать, сразу после его атаки. Выскочил вперёд, сместился и совершил финт, который уже показывал на тренировке с Дереком. По идее меч Олафа должен был отправить в долгий полёт. Я же задел его кисть, но блондин лишь улыбнулся.

Моё лезвие сместилось, чиркнуло по запястью, которое было прочнее гранита. Затем я пробил двоечку, всё ещё используя «Мощь титана». Один кулак полетел в нос блондина, но он был обманкой. Это Олаф так и не понял. Он повернулся влево, и попал под вторую руку, которой я держал меч. Удар ошеломил воина, он пошатнулся, подавшись назад. И на последней секунде я выстрелил ещё раз. Врезался кулаком в кольчугу блондина, вминая её в тело противника.

Олаф упал на колени, захрипел, затем вновь вскочил, пропуская меня мимо. Я обернулся, поднимая оружие и замечая, как меч Олафа блеснул в лучах восходящего солнца и… врезался в моё лёгкое, как чуть ниже торчавшего кинжала Финна.

— Всё, Ворон! — хрипло захохотал Олаф, показывая окровавленные зубы. — Ты уже труп!

Концентрация помогла мне отрешиться от жуткой боли, расходящейся от раны. Если я всё ещё живой, значит сердце не задето.

/ВНИМАНИЕ!

Особая способность «Мощь титана» деактивирована/.

Я ударил пару раз по хохочущей роже Олафа, сворачивая его нос набок. В это время Финн уже встал на ноги и кинулся на меня сбоку. Олаф дал ему простор для действия, вырвал из моей груди меч.

Вспыхнуло в голове. Ворон уже был в похожей ситуации, и я моя рука сжала меч, выстреливая в сторону набегающего врага. Удар был неожиданным для Финна, я попросту снёс ему голову, и на излёте обрушил меч на плечо Олафа.

— Ах-хр-р-р, — выплюнул кровь блондин, таращась на меня, затем упал.

Я почувствовал резкую слабость. Из раны сочилась кровь. Но я стоял на ногах, хотя шатало меня из стороны в сторону. Вырвал меч из Олафа, упираясь ногой в его тело.

— Ты выиграл? — ярл растерянно уставился на меня, вскочив со своего стула. — Ворон, ты же выиграл. Этого… кхм… не могло случиться.

— Ты обещ-щал, — выдавил я, втыкая меч в землю и пытаясь таким образом удержаться на ногах.

— Я сдержу своё слово, — выдавил ярл Сигурд. — Но тебе нужен лекарь, — затем он махнул Дереку, — Иди сюда.

Я почувствовал, как кто-то меня поддержал. Повернул голову. Дерек, бледный как мел.

— Ты привёл Ворона. А значит и есть его поручитель, — слышал я сквозь гул в голове. — Он вряд ли доживёт до отплытия.

— Я отправлю его в медпункт. Вон здание, — ответил Дерек.

— Смотри, — произнёс ярл. — В ближайшее время уходим в море. Если не выйдет к ладье — оставим его. Отведи — и возвращайся. Нужна будет твоя помощь.

— Понял, — сказал Дерек, и потащил меня туда, где мне возможно спасут жизнь.

/ВНИМАНИЕ!

Получено критическое повреждение!

Вероятность смерти — 90%.

Необходима трансформация тела! /

Ну и где мои победные очки жизни, Система⁈ Ау, ты где, твою мать⁈

Меня услышали и вновь в сознании всплыла картинка:

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +80 часов жизни за победу над двумя сильными противниками!

Бонус за повышенный уровень — +16 часов жизни!

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 7 дней 16 часов 55 минут!

ВНИМАНИЕ! Ваш уровень повышен!

Текущий уровень: 4.

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +40% от полученных часов жизни.

Улучшена особая способность «Мощь титана».

Описание способности: кратковременное увеличение физической силы на 220%.

Длительность: 30 секунд.

Откат: 8 часов.

Запускается трансформация тела.

ОШИБКА…

Условия для трансформации тела не достигнуты/.

Я тихо и хрипло рассмеялся, сплёвывая кровь, скопившуюся во рту. Система будто издевалась надо мной.

Я тяжело ранен. И мне нужно создать условия, чтобы трансформироваться. Это либо сон, либо еда, либо ещё хрен знает что. Первые две позиции отпадают. Я скоро умру, и

Да и аппетита в таком состоянии не наблюдалось.

— Держись, Ворон, — со скорбью в голосе бормотал Дерек, таща меня на себе. — Ты храбро сражался. Удивил Сигурда, да и не только его. Главное теперь выжить.

Добрались мы до медпункта, но я видел лишь очертания дома. Вокруг всё плыло, ноги не слушались и если бы Дерек не держал меня, я бы рухнул на землю.

Дверь скрипнула. Чей-то старушечий голос испуганно вскрикнул. Затем меня занесли внутрь и положили на стол.

— Да он же скоро того, милок, — запричитала бабка. — Чо ж ты принёс то его сюда.

— Лечи его, старуха, — зарычал Дерек. — Не вылечишь — пеняй на себя!

— Да как же это… — заплакала бабка. — У меня только восстанавливающие зелья, и укрепляющие. А тут!.. Кинжал вытащить надоть.

— Раз надоть — вытаскивай! — грубо произнёс Дерек.

Я лишь дёрнулся, когда бабка раскрыла вторую рану. Но ничего уже не чувствовал.

— Ох, сколько крови! Что же мне делать? Я ж говорю, только общие зелья и есть у меня, — запричитала лекарша.

— Значит зельем отпаивай! — прикрикнул Дерек.

Бабка заохала, а Дерек покинул медпункт.

— Как же тебя так, ох-хо-хо, — слышал я её голос, будто она в трубу говорила. Лёгкие заполнились кровью, стало трудно дышать.

— На, пей… ну, давай открывай рот. Всё выпивай, — всхлипывала лекарша, и я разжал челюсти.

Боль пульсировала фоном, слабость накрыла, и моё сознание уплывало. Ужас того, что я могу умереть, прямо сейчас, сковал меня.

Я почувствовал как жидкость затекла в рот, попадая в гортань. Ни вкуса, ни запаха я уже не чувствовал.

/ВНИМАНИЕ!

Условия для трансформации тела достигнуты!

Трансформация начинается через:

5…

4…

3…/

Я улыбнулся, широко, как мог. Затем подмигнул бабке, которая отшатнулась.

/

2…

1…

…/

Моё тело выгнуло дугой, я захрипел от боли. Она пронизала каждую клеточку моего тела, пульсируя огнём и туманя рассудок.

Бабка закричала и, судя по звукам, выскочила из медпункта, едва не сшибая дверь. Да, я уже всё слышал. А ещё ко мне вернулось обоняние.

Пахло здесь устойчиво травами и чем-то скисшим, будто молоко держали в тепле непозволительно долго.

А затем сила хлынула в меня сплошным потоком. Я вскочил со стола, ноги заплелись, я чуть не грохнулся на пол.

Надо спешить. Ладья скоро отплывёт. Хоть сила ко мне вернулась, и её прибавилось, ноги были ещё ватными, а в груди саднило. Я прошёл, покачиваясь к двери, которая скрипнула.

— Живой! — ахнула бабка, бледнея на глазах. — Милок, а как ты?..

— Всё хорошо, бабуля, — улыбнулся я ей. — Спасибо за снадобье.

— У тебя рана затянулась! — воскликнула лекарша, всплеснув руками.

Я бросил взгляд в зеркало напротив себя, справа от двери. Половина туники разодрана, через неё проглядывали два белых чётких шрама. Один здоровенный, второй выше и поменьше.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Трансформация тела завершена. Ваши кости ещё крепче, тело гораздо выносливей. Изворотливость от физических атак улучшена.

Бонус — иммунитет от магических атак — 10%.

Бонус от повышения уровня и последующей трансформации: +48 часов жизни.

Общая продолжительность жизни: 9 дней 16 часов 45 минут/

Эта информация меня приободрила. Я выжил! Выжил!

Но где награда за убийство Олафа? Где пять лет жизни? Система пока молчала, и я решил, что нужно немного подождать.

Я выскочил из медпункта, замечая, как уже готовы убрать мостки на ладью и отчаливать, а Дерек мчится в сторону медпункта.

— Ворон! Тебя вылечили! — воскликнул воин, ошарашенно посматривая на меня.

— Всё нормально, отпоили зельем, — улыбнулся я в ответ.

— Надо спешить. Отплываем, — махнул он мне и замахал рукой в сторону ладьи. — Мы идём! Стойте!

Добравшись до «Мурены», мы перешли по мостку, который нам перекинули воины. И я попал вслед за Дереком на ладью.

Да, у меня получилось!

Мало того, теперь я мог не переживать насчёт смерти во время плаванья. Теперь у меня целых девять дней в запасе! Это меня успокаивало!

Ярл Сигурд встретил меня, оглядел, затем отвернул обрывок туники, всматриваясь в шрамы.

— А где твои раны, воин? — прищурился он. — Тебя ведь мечом проткнули.

— Его в медпункте подлечили, ярл Сигурд, — произнёс Дерек.

— Я не тебя спрашиваю, Дерек. Помолчи, — осадил его ярл, затем вновь посмотрел на меня. — Так что, ответишь?

— Зелье старуха подобрала верное, — сказал я. — Дерек пригрозил ей, и она испугалась. Дала мне то, что нужно.

— Так и было, — добавил Дерек.

— Удивил ты меня, Ворон, — произнёс ярл Дерек, выказывая своей вытянувшейся физиономией, насколько впечатлён моими данными. — Шибко удивил. Ты убил одного из моих воинов. Одного из самых сильных, между прочим.

— Я был вынужден это сделать, — произнёс я, и ярл засмеялся, похлопав меня по плечу. Видно, проверял, не скрываю ли я рану, и что всё это не иллюзия.

— Ещё бы. Это же смертельный поединок, — закивал ярл Сигурд. — Так что ты заслужил вступить в ряды моей дружины. Рад, что ты с нами.

Конечно, он радовался. Тому, что в дружине появился очень сильный воин. И рассматривал меня больше, как ценный ресурс, чем уникального воина. По взгляду его я это понял.

— Дерек, выдай новичку новую одежду. Объясни правила, и садитесь за вёсла, — сухо сообщил ярл Сигурд. — Мы должны успеть пройти реку и выйти из бухты. К тому же миновать акваторию Штормов до наступления темноты.

Дерек кивнул и отвёл меня в сторону.

— Правила просты. Но сначала давай выберем для тебя воинскую одежду, — сообщил он, когда мы спустились в трюм.

Такие же лавки, но более широкие. Спальные места воинов. Эдакая казарма внутри ладьи. Пахло деревом и смолой.

Чуть дальше я заметил ворох одежды и оружия.

— Мой меч, — вспомнил я, понимая, что ножны мои пусты.

— Я тебе верну его, не переживай. Он у меня, — успокоил меня Дерек. — Вот, выбирай. Если найдёшь под свой размер.

На третий раз я нашёл то, что мне надо. Туника хорошо сидела на плечах. К тому же она была тяжёлой, обшитой ещё одним слоем ткани и усилена кожаными пластинами. К ней прилагалась кольчужная безрукавка, она шла в комплекте. Но её надевать следовало во время боя. Носить на себе этот бронежилет, да ещё весь день было серьёзной нагрузкой.

Далее мы поднялись на палубу. Дерек показал в сторону рычага у правого борта. Я видел такое на стендах, когда посещал один из музеев. Знания подкреплялись и памятью Ворона. Оказывается, он уже плавал на похожих судах и более-менее понимал, что здесь и как.

В целом, всё понятно. К тому рычагу, называемому румпелем, крепилось рулевое весло, которым и задавали курс ладьи. По краям

Более двадцати дружинников уже гребли изо всех сил, под команды ещё одного, который задавал ритм.

Затем Дерек, объяснив, как устроена ладья, коснулся и правил. Не конфликтовать, помогать грести, меняя уставших. Помогать с установкой мачты, слушая команды старших дружины, которых было здесь двое. Они же были приближёнными ярла, помощниками.

Мы ходили по палубе, а в моей голове прокручивалась одна мысль. Сигурд сказал, что я убил его воина. Но Олафа он не упомянул. Возможно из-за того, что он не состоит в его дружине, он ведь воин конунга.

Ну а если Олаф выжил? Да нет, это невозможно. Бред какой-то. Я ведь разрубил его плечо, достал до сердца. Мне это не показалось.

В общем, надо в ближайшее время всё выяснить. Спросить у ярла, или лучше для начала у Дерека, что случилось с Олафом.

— Эй, хватит прохлаждаться! — крикнул нам один из помощников ярла с заросшей физиономией. — Бегом к вёслам!

Я сменил Сварта. Это был именно тот, второй садист, о котором мне говорил Дерек. Лысый здоровяк вскочил на ноги, вытер пот с лица, затем смерил меня зловещим взглядом.

— Ты убил моего друга, Ворон, — процедил он. — Зря ты так.

— Он знал, на что идёт. Это был его выбор, — холодно ответил я, не отводя взгляда от воина.

— Ну да, это был его выбор, — закивал Сварт, поблёскивая взглядом. — Всё ты правильно говоришь. Именно так.

— Не болтать! Держать темп! — закричал помощник ярла, пока второй выкрикивал «Раз, два!»

Я сел на скамью, залитую потом, схватился за весло и начал грести.

Поначалу всё получалось неплохо. Я сразу поймал темп, вспомнил, как махал вёслами на лодке с отцом. Он как раз и научил меня гребле.

Спина прямая, но не напряжённая. Само весло погружается в воду, но не сильно, иначе тяжело грести. Лопасть весла под правильным углом, чтобы создать сопротивление во время гребка. Следить за дыханием.

Я приноровился и махал снова и снова. Вода плескалась за бортом под взмахами вёсел, пульс стучал в висках. Я вдыхал влажный воздух, радовался лёгкому ветру, с нотками моря, к которому мы упорно приближались.

Через полчаса мышцы от такой интенсивной нагрузки забились. В общем, я выдохся. Да и Дерек тоже устал. Его уже сменил другой боец, когда он поднял руку. Я сделал то же самое.

— Следующие! Скамья справа, два места! — закричал заросший помощник.

Я поднялся, закрепляя весло на уключину, а затем удивлённо всмотрелся в знакомое лицо.

Передо мной стоял Ульфи, собственной персоной и радостно улыбался.

Глава 3

— Привет, Ворон, — хохотнул Ульфи. — Вот так встреча!

— Эй, справа! А ну, бегом за весло! — зарычал помощник ярла, надрывая горло.

— Потом поговорим, — подмигнул я ему, отходя в сторону.

Ульфи покачал головой, хохотнул, посматривая на меня, затем устроился на скамье. Хрустнув пальцами, он снял весло с уключины и принялся за работу.

Мне же здесь делать было нечего. Увидел я, как в стороне махнул Дерек, подошёл к нему.

— Есть хочешь? — спросил воин, бросив на меня орлиный взгляд.

— Было бы неплохо перекусить, — кивнул я, отправляясь с ним на нижнюю палубу.

— Перекусить, — захохотал Дерек. — Ты, братец, впахивать будешь всю дорогу. Как и все мы. Так что и питаться надо нормально, чтоб того… не сдох в дороге.

— И как у вас с едой? — поинтересовался я, на что Дерек ухмыльнулся, поворачивая в противоположную сторону от спальных мест. Слева находилась каюта ярла, полностью закрытая, с дверью, как положено. А справа — хлипкая перегородка из неотёсанных досок. Из-за неё доносился приятный запах еды и бульканье.

— Поверь, с едой всё нормально, — сообщил Дерек и обошёл перегородку, ну а я прошёл вслед за ним.

Впереди большой стол, в углу что-то вроде миниатюрной печи, на которой парил открытый чан с кашей.

Хотя печь была странной. Топки я не заметил, а вот нагревательный элемент, на котором стоял чан, увидел. Ну точно, словно большая конфорка сенсорной плиты из моего мира.

Вот ещё одна странность. Магия? А что это может быть ещё? Хотя не исключено, что хитрое приспособление, а внутри действительно бушует пламя. С другой стороны, какой деятель в здравом уме будет устанавливать печь, да ещё на нижнюю палубу? Вокруг сплошь и рядом сухая древесина.

Мы приблизились к пузатому мужику в заляпанном кашей кожаном фартуке, и Дерек вышел вперёд.

— Чо? — буркнул пузатый, уставившись на воина своими поросячьими глазками.

— Жрать давай. Чо, — рыкнул в его сторону Дерек. — Мне и вот, ему.

— Так бы и сказал, — пробурчал под нос толстяк и очень не спеша подошёл к чану, схватив одной рукой не очень чистую глиняную миску, второй взял большую деревянную ложку, зачерпнул кашу и шлёпнул в миску. — На.

— И хлеба, две краюхи, — сообщил ему Дерек.

— Ярл Сигурд сказал хлеб экономить, — пробурчал кок, окидывая нас хмурым взглядом. — Хлеб в обед выдам.

— Попросишь ты потом у меня ещё взаймы, как же, — напряжённо произнёс ему Дерек.

Толстяк замялся, затем протянул нам два куска серого хлеба.

— Ладно, не бушуй, — пробормотал он.

— Вот то-то же, — улыбнулся Дерек, протягивая мне миску с кашей.

Мы вышли из импровизированной кухни, устроились на своих скамьях. Поели в тишине. Хотя не совсем было тихо. Сверху раздавались команды помощника ярла, скрипы вёсел, шум воды за бортом. Слева от нас отдыхали на скамьях более десятка воинов, дожидаясь своей очереди. В каюте с кем-то напряжённо разговаривал ярл Сигурд.

— Держи, — Дерек протянул мне бурдюк, в котором что-то плескалось. — Квас, на овсе с изюмом. Бейла готовила.

Я сделал глоток. Не кислый, очень даже неплохой сбалансированный вкус, даже немного в голову ударило.

— Не успел с моей сестрой попрощаться? — покосился на меня Дерек.

— Она поймёт, — сухо ответил я.

— Куда она денется, — хмыкнул Дерек, затем забрал у меня бурдюк с квасом и сделал два мощных глотка, вытирая затем рот рукавом. — Ты говорил, что у тебя родня в Талассире.

— Ну да, — нехотя вздохнул я, размышляя, что бы придумать. Отправился спасать млечников! Вот это будет неожиданный ответ! Но так я быстро окажусь за бортом. — Надо срочно наведаться к ним.

— И что за срочность? Умер кто? — продолжал допытываться Дерек, изредка посматривая на меня и подтягивая ножны кинжала к своему поясу.

Он мне не верил? Хотя нет, предпосылок для этого я не давал. Значит, просто чувствовал, будто что-то не так.

— Нет, не умер, — ответил я. — К брату

— К брату, значит, — вздохнул Дерек, мрачнея на глазах. — Брат — это святое. Ладно, пойдём. Скоро ставим мачту. Слушай меня и не отходи ни на шаг.

Тем самым воин ещё раз дал понять, что опасается мести Сварта. Когда мы поднялись на корму, я заметил, как лысый садист посматривал в мою сторону, орудуя веслом, и скалился во всю физиономию. Вот же угораздило попасть в такую ситуацию. Теперь всю дорогу надо быть настороже.

Мы остановились в паре метров от первых гребцов.

— Р-раз-два! Р-раз-два! — надрывал глотку помощник ярла, густо покраснев. — Слева, пятый, не сбиваться, твою мать!

Вслед за нами на палубу вышел ярл в компании с низеньким плотным мужичком. Тот был в майке и пузатых штанах, больше смахивал на бича, чем на дружинника. Мужичок что-то объяснял, ну а ярл спорил с ним. Они пошли к носу драккара, останавливаясь на небольшой площадке.

— Что-то произошло, — произнёс Дерек. — Торкель, наш лоцман, чем-то обеспокоен.

Лоцман. Слышал это слово раньше. Штурман другими словами. Тот, кто прокладывает курс корабля и проводит его по безопасному маршруту. Вроде так. И обеспокоенность лоцмана была понятна. Я догадывался, что нас ждёт.

— Расскажи, что это за акватория Штормов? — спросил я у Дерека. — И почему нам надо пройти её до темноты?

— Опасное море. Так мы называем эту область. Там часто штормит. И полно рифов, на которые может запросто закинуть во время качки, — объяснил Дерек. — А до темноты почему? Да йормунгар их знает. Я ж не лоцман. Наверное, он как-то вычислил, что ожидается очередной шторм.

— И много драккаров потонуло в этом опасном море? — продолжал допытываться я.

— Ну ты спросил, — хохотнул Дерек. — В тавернах поговаривают, что пять драккаров там сгинуло, из них три торговых. Но ведь на это плевать Сигурду, ему надо пораньше прибыть в Талассир. Торопится к своим шлюхам. Хочет как следует нагуляться до праздника Огня.

— Любитель женщин лёгкого поведения, значит, — хмыкнул я, наблюдая, как ярл отпихнул лоцмана, раскладывая подзорную трубу.

— О как ты загнул, — засмеялся Дерек. — Зачем так сложно? Шлюхи, они и есть шлюхи.

Я вгляделся туда, куда смотрел Сигурд. Берега расходились, а впереди — бескрайний океан. Я даже увидел слегка размытую границу, где тёмная речная вода сменялась на ярко-синюю, морскую. Место впадения реки в море.

Ну а далеко впереди на небе просматривалась полоса тёмных туч. И нехорошее предчувствие посетило меня. Успеем ли?

Скорее всего, то же самое думал и Сигурд, изучая горизонт. В итоге он сложил подзорную трубу и быстро спустился в каюту.

— Внимание! Бросаем вёсла! Отдохнувшие — к мачте! Гребцы, расправляем парус! — заорал заросший помощник ярла.

— Всё, погнали, — хлопнул меня по спине Дерек, подрываясь с места.

Мы распределились у борта, специальными крюками поддели здоровенную мачту и потянули вверх. Тяжеленная, зараза. Я аж присел, когда мы поднимали эту дуру. Затащив её на корму, подождали, пока прицепят парус, фиксируя его кожаными ремнями. Он был соткан из шерсти, довольно плотный. Понятно было, что сделан он качественно.

Ну а когда парус оказался на месте, мы начали поднимать мачту. Под командами небритого плечистого помощника всё-таки установили её в гнездо на палубе. Дерево заскрипело, скользнув аккурат в гнездо.

Сразу же заработали массивными киянками несколько воинов, забивая костыли и фиксируя мачту в вертикальном положении.

Ветер был слабым, парус едва колыхался, но мы ведь ещё не вышли в море. До границы оставалось не более полусотни метров, когда нам пришлось вновь интенсивно заработать вёслами. Тут уже подключилась бо́льшая часть дружины.

Ну а после того, как я в очередной раз выдохся и отошёл в сторону, сдавая весло бородатому воину, заметил Ульфи.

Он тоже покинул лавку, утирая пот с лица, и махнул, подзывая меня.

По пути я поискал взглядом Дерека. Воин устроился в стороне, прислонившись к краю борта, и приглядывал за мной. Заодно брат Бейлы достал точильный камень и принялся не спеша водить им по лезвию кинжала.

Мы же уселись с Ульфи немного в стороне.

— Держи, — протянул мне худощавый парень кусок вяленого мяса. Руки Ульфи дрожали от перенапряжения, вены на них вздулись, словно канаты. — Матушка делала. Лучшая говядина на районе, отвечаю.

— Ну раз отвечаешь, — хмыкнул я, принимая кусок мяса и пробуя на вкус. Пряные специи были в тему и добавляли вкуса, да и мясо не волокнистое, жевалось хорошо. — Как тебя угораздило попасть сюда?

— Дядя задолбался вытаскивать меня из передряг. Решил таким образом вправить мне мозги, как он сказал, — хохотнул Ульфи. — Договорился с ярлом, на испытательный срок.

— И ярл Сигурд согласился? — удивился я. — Он обычно не очень жалует новеньких. И как ты прошёл поединок?

— Дядька дружит с ярлом, — скривился Ульфи, откусывая от своего ломтя. — Вот и обошлось без поединка. Но лучше бы я сразился. А то смотрят на меня как на слабака.

— Ты уже участвовал в одном поединке, — улыбнулся я. — Сил сначала наберись и навыки отточи. Вон, вёсла как раз помогут тебе окрепнуть.

— Спасибо за подсказку, о великий мудрец, — хмыкнул Ульфи.

— Как твоя рука? — оглядел я его. Так сразу и не скажешь, что недавно он ходил с переломом.

Ульфи тут же скорчился. Видно, не хотел вспоминать о своём поражении.

— Да, у лекаря подлечил, — выдавил он. — Всё накопленное пришлось отдать этому крохобору… Кстати, я видел поединок. Даже не знал, что ты так хорошо бьёшься на мечах. — уважительно взглянул на меня Ульфи, затем округлил глаза. — И как ты выжил после такого ранения?

— Лекарка нужное зелье подобрала, — объяснил я, и Ульфи прыснул со смеху.

— Та бабка? Да она просто травница, — улыбнулся он.

— Но, как видишь, я живой, — хмыкнул я в ответ.

— Это пока живой, — чуть ли не прошептал Ульфи, затем оглянулся. — В команде на тебя косятся. Ты Финна убил. А Сварт его лучший друг. Понял?

— Да знаю я, Дерек уже рассказал об этих садистах, — кивнул я, посматривая в сторону лысого амбала. Тот оставил весло, отдавая его очередному воину, затем пошарил взглядом по палубе, увидел меня и зацепился злобным взглядом.

— Много ты знаешь, как же, — проворчал Ульфи. — Сварт точно что-то задумал, возможно, хочет устроить тебе тёмную. Такой и насмерть забить может.

— Не получится, — ответил я. — Ярл его лично прирежет за такие дела.

— Может, только это и останавливает. Но не знаю,

— Расскажи о нём, что знаешь, — взглянул я на Ульфи, который сразу же побледнел.

— Да что я там знаю? Всего пару дней в дружине, — тихо пробормотал худощавый парень. — Опасный он. Вечно донимает меня и ещё двух воинов, оскорбляет. Короче, будь осторожен. Я предупредил.

— Да, спасибо, учту, — кивнул я.

Затем осмотрелся внимательней и заметил на палубе ещё несколько элементов. Часть из них — три закрытые бочки, каждая вместимостью примерно полкуба, не меньше. Одна на корме, вторая у мачты и третья на носу.

Ульфи дожевал вяленое мясо, проследил за моим взглядом.

— Это бочки с пресной водой, — объяснил он. — Путь неблизкий, а без воды сам понимаешь. Еда — на нижней палубе. А вон там, — махнул он рукой в сторону двух массивных ящиков, ближе к носовой части драккара, — средства от пожара.

— И чем тушат пожар на «Мурене»? — ухмыльнулся я. Представил, как сейчас Ульфи скажет, что огнетушителями. Улыбка сама собой наползла на лицо. Да, было бы забавно.

— Кожаные вёдра, звериные шкуры, Чем же ещё, — ответил Ульфи. — К тому же видишь разводы тёмные на палубе? Это дёготь. Вся палуба им пропитана, так что факела ей не страшны.

Парус над головой громко всколыхнулся, расправился. Рулевой закричал ещё одному, который побежал на помощь. А гребцы выдохнули, возвращая вёсла на свои места. «Мурена» буквально полетела вперёд, разрезая волны острым носом. Туда, где хмурилось небо.

— Точно, в шторм попадаем, — выдавил Ульфи, замечая садящегося рядом Дерека.

— И о чём разговор? — взглянул на нас брат Бейлы.

— Ульфи говорит, что скоро зайдём в шторм, — показал я в сторону полосы тёмных туч на горизонте.

— Скорее всего, — вздохнул Дерек, затем напряжённо взглянул в сторону носовой площадки. Там всё ещё мялся толстяк что-то объясняя ярлу. — Что скажет Торкель.

— А что он скажет? — печально добавил Ульфи. — Ярл на него давит сильно. Даже сюда его крик слышен.

И правда. Сигурд не выбирал выражения и уже рычал на лоцмана.

— Ставлю на ярла, — хмыкнул я.

— Ворон, не смешно, — сморщился Ульфи. — Если мы не пройдём акваторию штормов… всё что угодно может произойти.

— Да ну, не нагнетай, — засмеялся Дерек. — Этот корабль и не в таких переделках бывал. А тут какой-то шторм. Переждём на нижней палубе.

По моим прикидкам через час мы настолько приблизились к тучам, что я даже замечал молнии, мелькавшие в этом свинцовом плотном ковре.

Ярл подозвал помощников, резко с ними о чём-то поговорил. А ещё через полчаса, когда начал идти редкий дождь, а парус натужно заскрипел под резко усиливающимся ветром, горластый помощник выскочил на площадку и вновь напряг голосовые связки.

— Парус долой! Мачту снять! Шевелитесь! — зарычал он, краснея словно варёный рак.

Через полчаса общими усилиями мачта была уложена в металлические скобы за борт, на всякий случай закреплена канатами. Парус сложили и два воина утащили его волоком на нижнюю палубу. Затем вновь сели на вёсла.

Ещё час усиленной гребли. Вокруг стемнело, небо заволокло тёмными тучами. Под усилившимся ветром голос помощника ярла еле доносился до меня. К рулевому пришли на помощь ещё двое дружинников, доставая руль на палубу и закрепляя его.

Мы убрали вёсла на палубу, связывая их вместе и фиксируя к двум крюкам при помощи морских узлов.

— Ну что, хороша погодка⁈ — воскликнул Дерек, перекрывая шум волн, скрип дерева и усиливающийся с каждой секундой ветер.

— Самое оно для отдыха! — ответил я, чуть не падая на палубу. Качка моментально усилилась, затем драккар накренился.

— Все вниз! — услышал я крик помощника и звук горна. — Вниз!

На несколько секунд я задержался, взглянул за борт и похолодел. Мы… падали в бездну, а над нами поднималась очередная стена воды. Дыхание перехватило. Но «Мурена» как, мать его, поплавок, поднялась по волне на её гребень, чтобы затем вновь нырнуть вниз.

Нам пришлось спуститься на нижнюю палубу. Ну а что делать во время шторма? Только отдыхать. А ещё лучше поспать, если это возможно.

Я занял свою скамью, увидел, как пара воинов в стороне фиксировали себя ремнями. Кто-то уже посапывал слева.

— Тоже закрепи себя, — подсказал мне Дерек, продевая ремни под скамьёй и затягивая их на груди. — Одного ремня достаточно. А то ведь упадёшь — переломаешься.

Я так и сделал. Завязал узел, какой смог, затем прикрыл глаза. Если Сварт и попытается напасть, то лучшего времени и не подыскать.

На верхней палубе, в это же время

«Мурену» раскачивало на волнах. Срывался дождь, крупные капли которого шлёпали на просмолённую палубу, оставляя водяные кляксы.

Драккар ярла Сигурда медленно и неотвратимо приближался к эпицентру шторма. Удачней погоды для тайной беседы и не придумаешь.

— Итак, наш птенчик созрел, — оскалился Сварт, оглядывая двух дружков.

Тессель, небольшого роста широкоплечий длинноволосый воин, нервно крутил в руках небольшой широкий нож. Юнг, бородатый и жилистый, скрестил руки, изрезанные шрамами, на груди и подпирал плечом большую бочку с пресной водой.

— Я даже больше скажу. Оборзел, зубы показывает, — процедил Тессель.

— Так что, устроить ему тёмную? — произнёс Юнг и опасливо оглянулся в сторону выхода на палубу.

— И отомстить за смерть Финна, — кивнул Сварт, поблёскивая глазами в полутьме. — Ворон должен сдохнуть.

— Сварт, тормози. Финн погиб в честном поединке, — пробормотал Юнг. — Тёмную этот щегол заслужил. Ему надо показать, кто здесь хозяин. А вот лишать жизни…

— Ты верно забыл, да?.. — Сварт схватил его за ворот туники и резко дёрнул на себя, вглядываясь в лицо. — Как Финн твою шкуру спасал. Как он всем спины прикрывал, когда мы бились с племенами на Зелёных островах. Это было совсем недавно. Забыл?

— Да отпусти ты, — убрал его руки Юнг. — Не забыл. Но Ворон выстоял против двух воинов.

— Ещё слово, Юнг, — Сварт положил руку на пояс, поближе к рукояти меча. — Ещё одно слово… И я тебя разрублю пополам. Финн не должен был умереть. Он был опытным воином, и каждый из вас это знает. А этот урод использовал что-то запрещённое. И за это должен быть наказан.

— Если Сигурд узнает, он шкуру с нас сдерёт заживо, — предупредил его Юнг.

— Не узнает, — ухмыльнулся Сварт. — Мы дождёмся шторма. Устроим тёмную и сбросим этого ублюдка за борт.

— А если ярл спросит? — пробормотал Тессель.

— Ворон же впервые

— А что, отличный план, — хохотнул Тессель. — Я в деле.

— Юнг? — Сварт злобно зыркнул на притихшего подельника.

— Да, я тоже в деле, — закивал он, избегая пристального взгляда. — Ты прав, от Ворона следует избавиться.

— Пусть все уснут, — предупредил всех Сварт. — Сразу накидываем мешок на его башку. И тащим.

— Ульфи чутко спит, — заметил Юнг. — Он может увидеть и всё разболтать.

— Этот дрыщ? — прыснул со смеху Сварт. — Он не рискнёт. Иначе тоже за бортом окажется. Всё, теперь всем спать. Ждём момента.

Они так же тихо спустились на нижнюю палубу и разбрелись по скамьям. Сварт улёгся на своё подобие спального места, слыша храп сбоку. Затем он обвязал вокруг себя ремень, достал из ножен длинный, узкий кинжал и смежил веки.

Перед его глазами возникла яркая картинка, согревающая сердце. Он подтаскивает Ворона к борту, срывает с его головы мешок. И затем, за мгновение до того, как швырнуть этого сучёныша в воду, перерезает ему глотку.

«Мурену» качало всё сильнее, немного мутило. Я не страдал морской болезнью. Скорее всего с непривычки.

Как там Инга, как Эрик и его родители? Непонятно, будут ли их пытать по дороге в Талассир. Могут. По крайней мере, попытаются выведать информацию о других млечниках. Хотя это ведь догадки. Возможно и такое, что сектантов перед смертью отправят в пыточные камеры по прибытии в столицу Южноземья. И уж там…

Да ну, к чёрту всё. Гадать сейчас смысла не было. Главное одно — я их вытащу, ну а Инга сварит мне то самое зелье, которое обещала. Ещё два с лишним дня, и я в Талассире.

Закрыл я глаза, вспоминая мерцающий взгляд отшельницы. Он будто говорил мне: всё будет хорошо. Он успокаивал, он же и приободрял. Не знаю, почему я вспомнил сразу этот момент из недавнего прошлого. Но факт в том, что это мне помогло собраться.

В стороне тихо начал похрапывать Дерек, затем я услышал мерное посапывание Ульфи. И ещё один звук. Точнее, несколько, которые сливались в один.

Шаги. Трое приближались ко мне. Я уже развязал ремень, фиксирующий меня к скамье, чуть не упал с неё при очередном крене судна. Ну что же, я готов.

— Бу! — открыл я глаза, и длинноволосый воин дёрнулся, роняя мешок на пол.

— Мешок… — зашипел позади Сварт, и вокруг моей шеи затянулась удавка. Дыхание перехватило, а перед глазами заплясали тёмные пятна.

Глава 4

Разумеется, Система предупредила меня об опасности. Именно в тот момент, когда мне и было нужно. Чтобы я успел осознать опасность, придумать план действий, подготовиться к нему и… дать такой отпор, который Сварт запомнит на всю жизнь.

Разумеется, у него есть сообщники. Как и понятно, что он хотел воспользоваться таким удачным моментом. Шторм — идеальный союзник, если ты хочешь тихо избавиться от врага, не вызывая подозрений. Вот только эти сволочи меня не спросили, хочу ли я за борт.

Насчёт удавки я просчитался. Не ожидал такого проворства от Сварта. Но он просто идиот. Попытался подавить мою волю. Ну да, как же. Подавить того, у кого в крови плескается Мощь титана.

/ВНИМАНИЕ!

Вероятность смерти в результате асфиксии — 90%.

Использовать «Мощь титана»? ДА/НЕТ?/

— Д-да, — прохрипел я, и моё тело тут же напиталось силой.

Я без труда вывернул руку Сварта, слыша щелчок сустава и скрежет зубов воина.

Что, сукин сын, боишься шуметь? А как тебе это?

Я ударил в его челюсть, слыша характерный хруст. Затем вскочил со скамьи, уворачиваясь от удара длинноволосого и врезал ему под дых. Да так, что бедолага отлетел к скамье, где дрых один из воинов.

Скамья надёжно крепилась скобами к доскам и выдержала натиск. Но длинноволосый врезался локтем в рёбра мирно сопящего воина, а затем перелетел через него, жёстко приземляясь на пол.

Бородатого я усмирил ещё быстрее. Тот растерялся, дрожащими руками доставая что-то вроде пращи. Всё, что было у него с собой. Я схватил его за бороду и перекинул через себя, оставляя в руке клок волос.

— Ну вот и всё, — улыбнулся я, всё ещё чувствуя силу, бурлящую по венам.

Внезапно «Мурену» резко накренило. Я полетел в стену. В последний момент успел ухватиться за скамью, на которой уже проснулся Ульфи, протирая глаза.

Но на моём пути оказался острый угол скамьи. Врезался я в него бровью знатно. Сразу же половина лица вспыхнула от жгучей боли, тёплая кровь залила глаз, и я вытер её рукавом.

— Во черти, — заревел Дерек, отстёгивая ремень и прыгая ко мне. — Ты как, Ворон?

— Цел, в отличие от них, — просипел я, махнув головой в сторону охающего от боли Сварта. Злодей пытался подняться, держался за сломанную челюсть и что-то шипел в мою сторону, заливая тунику кровью.

— Э, чо за дела? — проснулся прыщавый воин, в которого влетел длинноволосый. Он держался за ушибленный бок, огляделся, затем увидел своего обидчика, который и не хотел его вовсе обижать. — Ах ты, гниль заморская.

Прыщавый поднял длинноволосого за воротник, ну а тот начал оправдываться, утирая кровь с разбитого лица.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +30 часов жизни за победу над тремя сильными противниками!

Бонус за повышенный уровень — +12 часов жизни!

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 11 дней 5 часов 17 минут!/

Замечательно. Просто прекрасно. И отпор дал обидчикам, и время жизни заработал.

— У тебя след от удавки на шее, — заметил Дерек.

— Сварт, — коротко ответил я.

— Вот же падаль, — прошипел Дерек, хватаясь за меч.

Я же почувствовал, как сверхсила покидает меня, поймал воина за руку.

— Не нужно, Дерек. Он уже получил своё, — просипел я, и воин коротко кивнул.

— Мазь залечит рану, сейчас, — Дерек достал пузырёк из кармана, зачерпнул пальцем и чиркнул мне по брови.

— Мазь от Инги? — ухмыльнулся я.

— Кто такая Инга? — удивился Дерек.

— Неважно, — печально хмыкнул я.

Он не знает о ней, значит, взял у перекупов. Да у того же Вигмара мог купить.

Дверь каюты помощника ярла распахнулась. Только сейчас я заметил, что каюта не одна, их две. Просто расположены они были впритирку друг к другу.

— Вы чего, сучьи дети, совсем страх потеряли⁈ — заревел Кетель, оглядывая каждого, кто волей-неволей участвовал в драке. — Что здесь вашу мать происходит, а⁈

Все напряглись. Но положение спасла «Мурена», точнее, то, что с ней затем произошло. Она вновь резко качнулась вправо, и в мои

Я похолодел, адреналина в крови прибавилось. Мы что, напоролись на риф⁈ Ну точно! Дерек говорил что-то о рифах. Скорее всего, мы и поймали один из них.

В том месте, куда пришёлся удар, появилась трещина. Под ногами начала быстро скапливаться вода.

Затем раздался ещё один удар, в другом месте.

— Ещё заглушку! Бегом! — зарычал Кетель.

И ещё один удар потряс «Мурену», слева от меня. Струя воды в три пальца хлынула внутрь, окатывая усатого воина, который доставал из ящика кувалды.

Драккар перестало качать. Лишь хруст древесины на месте пробоин подсказывал, что надо пошевеливаться.

— Заглушки, вашу мать! — кричал, надрывая глотку, ярл Сигурд, также выскочивший из каюты.

Один из воинов в этот момент подтащил большой деревянный блин из плотной тёмной древесины. Вот и первая заглушка. Причём уже оббитая с одной стороны несколькими слоями выделанной кожи, из которой торчали крупные гвозди.

Перед тем как забить заглушку, её намазали непонятной смесью. Вроде шерсти, смешанной со смолой. Пара крепких воинов заработала кувалдами, закрывая пробоину. Напор воды начал ослабевать, сходя на нет, а я заметил, как ярл Сигурд выдохнул, хватаясь за сердце.

К нам с Дереком подошёл Ульфи, когда мы уже были по колено в ледяной воде. Он напряжённо смотрел в сторону работающих воинов.

— Что это было? Кто напал? Сварт? — прошипел он, посматривая на моё лицо.

— Не сейчас, — процедил Дерек, взглянув в сторону лысого амбала, физиономия которого уже была обработана тёмной мазью. Тот тащил на плече приличного размера воронку, сшитую из лоскутов кожи.

— Ульфи, бегом за вёдрами! — донёсся до нас рык помощника ярла.

Щуплого парня как ветром сдуло, а через несколько секунд он появился с двумя деревянными ёмкостями.

Длинноволосый уже выбил пробку в корме, над своей головой и пытался засунуть в отверстие конец воронки.

— Да что ты копаешься, Тессель⁈ — зарычал помощник ярла. — Помогите ему!

— Дай сюда, — прорычал Сварт, грубо отпихивая длинноволосого в сторону, затем рывком забил воронку в дыру, поворачивая горлышко под углом. И мы начали носить воду, заливая в воронку и тем самым выливая за борт.

Ведёр хватило на пятерых человек. Я выдохся, теряя счёт подходам к этой чёртовой воронке, передал ведро Дереку.

И какого хрена они не изобрели помпу? Убрала бы эту воду за пару минут. Может, какой артефакт есть? Хотя да, магия здесь очень редкое явление.

На обратном пути к своей скамье я столкнулся плечом со Свартом.

— Это иффё не конеф, Вовон, — прошипел он, задерживая меня за локоть. — Ты вфё равно труф.

— Ничего не понял. Ты чётче говори, — ухмыльнулся я, отпихивая его от себя.

— Ф-фука, — выдохнул Сварт, метнув в мою сторону испепеляющий взгляд. Затем перехватил ведро и принялся черпать воду наравне со всеми.

Я же устроился на скамье, отдыхая. Рассечённая бровь чесалась под мазью, жуть как хотелось расчесать рану. Но я понимал, что это продлится недолго, надо потерпеть.

На соседнюю скамью присел Дерек. Он протянул мне ножны с мечом.

— Держи… Теперь я буду рядом, — пообещал он.

— Это необязательно, — сообщил я ему.

— Послушай, не дури, — прошипел воин, наклонившись ко мне. — Ты меня спас тогда, от той твари. А я свой долг всё равно ещё не отработал. И не надейся, что ярл забыл драку.

— Что будет? — взглянул я на него.

— Ничего хорошего, поверь, — покачал головой Ульфи, падая на скамью с другой стороны. — Ярл за нарушение дисциплины выписывает туны.

— Туны? — озадаченно переспросил я.

— Так, подъём! — зарычал голос помощника ярла. — Все на палубу!

Я вышел со всеми наверх. Палуба залита водой. Море ещё волновалось за бортом, но шторм пропал как и не было. Вместо свинцовых туч на небе лёгкая растворяющаяся дымка, через которую пробивались лучи солнца.

Шеренга воинов выстроилась перед ярлом. Старик закинул руки за спину, деловито прохаживаясь перед нами, всматриваясь в суровые лица дружинников.

— Итак, кто организовал драку? — остановился он напротив Сварта, который взглянул на ярла и тут же опустил взгляд. Старик оглядел шеренгу. — Каждый из вас знает, что будет за это безобразие! И если не признаетесь, кто начал драку — достанется каждому.

Никто ни слова не проронил. Все угрюмо молчали.

— Хорошо, тогда так и поступим, — нахмурился ярл Сигурд. — Скажите спасибо тому, кто не признался. По возвращении домой каждый из вас получит по пять тунов.

Я вообще был без понятия, что это за наказание. Потом узнаю. И ещё меня подмывало выйти из строя. Хотя меня опередил Сварт.

— Не нужно всех наказывать, ярл, — произнёс лысый амбал. Он говорил без акцента, видно та мазь, которой он обработал себя, успела заживить его. Но что меня поразило, и челюсть у громилы срослась. Лишь красные рубцы выделялись на лице и следы крови, которые Сварт не успел вытереть. Что это за мазь такая, мать её⁈

— Говори, раз начал, — подошёл к нему Сигурд, всматриваясь в глаза. — Ты это начал?

— Я и новенький, — эта скотина указала на меня. — Ворон.

— Ворон? — удивился ярл. — Ты уверен?

— Да, он мне челюсть и сломал, — прогудел Сварт.

— Ворон получает три туна, — прожёг меня взглядом Сигурд, затем повернулся к лысому громиле. — Ты, Сварт, получаешь пять тунов. И ещё три за наглую ложь.

— Ярл… — начал было воин, и взгляд старика опасно заблестел.

— Я всё уже понял, Сварт. И разобрался. И это моё крайнее слово, — мрачно произнёс Сигурд, и Сварт промолчал, сжимая кулаки от бессилья.

— А теперь приступайте к установке мачты! — зарычал ярл Сигурд. — Шевелитесь! Мы должны найти землю, иначе скоро пойдём ко дну!

Что ж, вновь поднимать эту чёртову мачту. А куда деваться? Я закатал рукава туники по локоть и направился вместе с Дереком и Ульфи к правому борту, у которого скапливались воины.

Кельм, у одного из притоков реки Вихля

Плечо саднило, будто до сих пор было разрублено. Здоровенный шрам напоминал о себе, пульсируя и заставляя остановиться.

— Эй! Мы отчаливаем! — выпалил седой мужичонка в потасканной робе.

— Да! Я иду! — махнул Олаф, ковыляя в сторону берега.

Рыболовецкое судно покачивалось на воде. Единственный транспорт, который поможет добраться до Юты, западного порта Северных земель. А там он уже пересядет на очередное торговое судно.

Все его уже похоронили. Ярл бросил его умирать в хижине знахарки, которая ни черта не умеет лечить.

Что же касается конунга Хрольфа… Олаф не выполнил важное задание. Не отомстил Ворону за то унижение, которое испытал босс на арене Ревендаля.

Он не

/Убивайте, чтобы заработать очки жизни!/ — выскочила надпись в его сознании.

Олаф скривился. Ну да, убивать. У него нет иного выбора.

Так что пока Ворон жив — возвращаться в дружину нельзя. Ведь он понимал, что конунг с ним сделает, узнав о провале миссии. В лучшем случае сделает инвалидом.

Да, больше у Олафа нет никаких преимуществ в виде той бешеной регенерации, что подарила ему Система.

Подгон был шикарным. Два раза за всю жизнь Олаф мог врубить мощную регенерацию, заживляя даже смертельные раны. Первый заряд он потратил по глупости, очутившись в новом мире и вступив в неравный бой с толпой мародёров.

Второй заряд потратил недавно.

— Я здесь, всё нормально, — выдохнул Олаф, перебираясь на судно по мостку.

— Деньги, — напомнил ему седой мужик.

— Держи свои деньги, — Олаф кинул ему мешок с монетами, и тот поймал на лету. — Как и договаривались.

— Что ты вечно кривишься? Недоволен чем? — оскалился мужик, показывая гнилые зубы.

— Я так радуюсь, — скривился Олаф. И вновь он будто почувствовал сталь в своей плоти. Жуткое чувство, когда разрубают чуть ли не пополам.

Он недооценил Ворона. Но в следующий раз всё будет по-другому. Да и вариантов больше у Олафа не было. Он больше не воскреснет. Попытки исчерпаны.

Вёсла зашлёпали по воде. Судно отправилось по реке, вдоль берега.

Олаф всмотрелся вдаль, присаживаясь на бочку, которая провоняла рыбой, как и вся корма. Теперь надо восстановиться, усилиться и затем наказать Ворона. Да, и ещё заработать очков жизни. Но это не проблема. В Юте он накопит время на плавание до Талассира.

Ярл был прав. Заглушки в трюме не решали проблемы. Вода всё равно скапливалась, и нам приходилось браться за вёдра и спасать «Мурену», а заодно и нас самих.

Суши на горизонте не было, отчего нервничали все. Особенно это было заметно по Сигурду и его помощникам. Так под горячую руку ярла попал лоцман, который не мог объяснить, где мы находимся. Вышел он на палубу подавленный и с разбитым лицом.

Но это не остановило лоцмана. Он достал деревянный диск с насечками и стержнем в центре. Вглядывался на тень, отбрасываемую центральным элементом, отмечал линии на потрёпанной карте.

В итоге махнул направо и рулевой повернул рычаг, а гребцы — то есть мы — активней заработали вёслами. Вскоре мы поймали ветер, что позволило нам сделать передышку и перекусить.

Мышцы гудели, голова кружилась от перенапряжения, в боку кололо. Не хватало ещё так грыжу заработать. Вряд ли здесь медицина настолько развита, чтобы удалить её без последствий и занесения инфекции, особенно в таких условиях.

Лекарь на борту вроде был, и звали его Ари. Правда, он был из числа воинов. Чуть плотнее Ульфи, более загорелый. Как мне сообщил Дерек, он родом из Южноземья. Всё время таскал с собой сумку с острым ножом и бутылём винного спирта. И скорее он был личным лекарем ярла. Зуб даю, кто-то из нас будет подыхать — Ари даже не посмотрит в нашу сторону, если только ярл не прикажет прийти на помощь.

— Держи, солонина отлично утоляет голод, — Ульфи протянул мне кусок говядины, когда мы устроились в стороне от гребцов вместе с ещё тридцатью галдящими воинами. — Правда, потом пить хочется. Но это всё же мясо.

— А кок не собирается нас кормить? — спросил я, и Дерек услышал мои слова, устраиваясь рядом.

— Толстяк Эдбер? — засмеялся воин, протягивая кусок хлеба. — Десять раз проголодаешься, дожидаясь его стряпни.

Я отстегнул пояс с мечом в ножнах, положил его рядом. И мы приступили к неказистой трапезе.

Волокнистое мясо было очень грубым. Во рту хрустели крупные кристаллы соли, и приходилось запивать жёсткую говядину квасом, который предложил Ульфи. Только так я мог её прожевать. Далеко не ресторанная еда. Но при такой бешеной нагрузке, да без калорий я загнусь быстро. Выбирать особо не приходилось.

— Ты не успел сказать, что такое туны, — напомнил я Дереку, когда утолил голод, и тот прищурился, переглянувшись с Ульфи.

— Это удары кнутом, — развёл руками жилистый парень. — Вот и всё.

— А почему «туны»? — удивился я.

— При взмахе кнут издаёт звук, похожий на ту-у-у-ун-н-н, — протянул Дерек.

— Может, хватит, а⁈ — раздражённо процедил рядом сидящий накачанный усач.

— Вон, Хильстейн уже попробовал на себе, нервничает, — хохотнул Дерек.

— Щас ты попробуешь на себе вот это, — сжал свой кулак-кувалду толстяк, густо покраснев.

— Всё, дружище, это всего лишь была шутка, — Дерек поднял руки с зажатой в них едой. — Ты что, юмора не понимаешь?

— Шутить научись сначала, чтобы тебя понимать, — рыкнул на него толстяк и переключился на свою трапезу.

— Ну вот видишь, как с такими общаться? — хмыкнул Дерек.

Но улыбка была его натянутой, неестественной. Он всё же нервничал, как и я, как и остальные. Напряжение нарастало.

Мы непонятно где, суши нет, а вода всё прибывает. И приходится прилагать больше усилий, чтобы не пойти ко дну.

— Вычерпываем! Не сидим! — рыкнул помощник ярла, показавшись из трюма.

— Ну вот, решили расслабиться, — вздохнул Ульфи, дожёвывая кусок солонины и запивая водой из бурдюка.

Я накинул пояс с мечом, спустился на нижнюю палубу следом за Дереком и Ульфи. Мы сменили выдохшуюся группу воинов. Мы принялись черпать воду, заливая её в воронку, торчавшую в борту драккара. Скрипели вёдра, а в унисон поскрипывали вёсла откуда-то сверху.

«Мурену» вновь начало покачивать. И, кажется, что погода снова портилась. Я прислушался к тихому стуку. Вроде бы начался дождь.

После того как мои мышцы на руках забились, а ноги начали гудеть от усталости, нас сменила свежая группа дружинников. Среди них я заметил и Сварта. Он даже не посмотрел в мою сторону, принявшись за работу.

— Что-то притих. Странно, — тихо заметил Ульфи, когда мы поднимались на палубу.

— Не к добру это, — кивнул Дерек. — Глядим в оба.

Вышел я на палубу, и на плечо упала крупная капля дождя, затем ещё одна попала на макушку. Дождь затарабанил по просмолённым доскам набатом. Один из помощников ярла сразу же выдал нам капюшоны из плотной кожи. Я накинул свой аксессуар, завязывая под подбородком. Не очень удобно, хотя от дождя возможно и спасёт.

Затем я почувствовал лёгкий толчок в плечо и обернулся. Дерек показывал за левый борт, куда-то в сторону дымки.

— Смотри. Кажется, мы спасены, — радостно сообщил он.

— Земля-я-а-а-а! Я вижу землю! — заорал, надрывая глотку, один из воинов, который дежурил вверху, на

«Мурена» буквально летела на волнах вперёд. Вот дымка рассеялась, и впереди я увидел холмистый зелёный остров. Над ним кружились стаи птиц, и в целом он создавал впечатление райского уголка.

— Нет, этого никак не может быть, — пробормотал Ульфи. — Это ведь Туманный архипелаг, — он всхлипнул, — Твою ж мать…

— Что это значит? — озадаченно взглянул я на него, затем на Дерека.

— А то, что нас закинуло чёрт знает куда, — мрачно сообщил воин, сжимая рукоять меча.

Глава 5

— Готовить норды! — заревел один из помощников ярла, и больше десятка воинов засуетились, направляясь к левому борту.

— У нас есть норды? — огляделся Ульфи, удивлённо озираясь. — Я не знал этого.

Я тоже не знал, что это. Но раз мы приближаемся к одному из островов, значит, готовимся к высадке на берег. Что-то вроде шлюпок, скорее всего.

Несколько воинов начали разматывать канаты с закреплёнными к ним крюками. Сейчас будут поднимать те самые тюки, которые я заметил за левым бортом, когда изучал «Мурену».

— Как ты можешь это знать, Ульфи? Ты ведь недавно в дружине, — хохотнул Дерек, оказавшись рядом. — Скоро будем их собирать.

— Собирать? И каким образом? — спросил я вслед за тощим парнем.

— Увидишь, Ворон. И даже поучаствуешь, — хмыкнул воин. — А когда окажемся на берегу, запомните: мы у себя дома. Поэтому нам сейчас следует держаться вместе.

— Ясен пень, — нервно огляделся Ульфи. — Слизень Сварт где-то ползает.

— Главное рядом с ним такое не брякни, — заметил Дерек. — Но я больше не про него. Это малое из тех бед, с которыми мы можем столкнуться. Пока я не знаю, что там, — махнул он в сторону острова, — Никто не знает. Вот поэтому все и нервничают.

— И никто не рассказывал, что здесь происходит? — поинтересовался я.

— Те, кто видел, уже никому ничего не расскажут, — мрачно сообщил Дерек, останавливаясь недалеко от борта. — А остальные чешут языками почём зря.

— Ходят слухи, что на Туманном архипелаге обитают чудовища, — мрачно сказал Ульфи.

— Трепачи они, вот кто, — процедил Дерек. — Не будь таким же.

Дерек был напряжён как струна. Ведь он понимал, как и я, как и все остальные, что раз отсюда не возвращаются, значит, водится здесь нечто смертельно опасное. Ну а что это — узнаем уже скоро.

— Ну а я что? Просто передал, что слышал, — пробормотал Ульфи и принял от одного из бойцов увесистую киянку.

Хотя нет, это не совсем была киянка. Молот — вот как бы я назвал её.

— На, держи, — Дерек подал мне такое же орудие труда.

Я взвесил молот в руке. Крепкий. Из плотной древесины. Килограммов десять, не меньше. Таким можно и череп проломить, причём не особо напрягаясь.

Было понятно, что уже скоро придётся им изрядно помахать.

Через пару минут на борт подняли два габаритных свёртка. Они были замотаны в полотна из сшитых между собой кусков дублёной кожи. Кое-где та была прорвана, и проглядывали смолёные доски. Значит, будем собирать конструктор.

— Третий куда делся⁈ — воскликнул ярл Сигурд, показываясь на палубе. — Поднимайте третий!

В это время один из помощников заглянул за борт.

— Его нет, ярл! Одни ремни остались! — обернулся он. — Видно, его штормом сорвало.

— Тогда собирайте то, что есть, — распорядился Сигурд.

Ярл был расстроен, это было видно по его выражению лица. Он встал на капитанский мостик, разложил подзорную трубу и всмотрелся в сторону ближайшего к нам острова.

Туман рассеялся. Теперь я видел за ним серые силуэты ещё нескольких островов. Навскидку их было около пяти. Но кто его знает, из скольких фрагментов состоит Туманный архипелаг?

— И-и-и р-раз! — услышал я в стороне команды заросшего помощника ярла.

И мы приступили к работе. Поначалу я присматривался к остальным воинам, запоминая каждое их действие. Найти два фрагмента доски. Подогнать в пазы, чтобы отверстия совместились. Забить в отверстие деревянный чоп.

Причём две длинных доски располагались в центре, две изогнутых — по краям. Собранное звено прикладывалось внахлёст со следующим. Дно было плоским, его ни с чем не спутаешь. Оно, состоящее из четырёх фрагментов, собиралось в первую очередь и являлось основой.

Когда завершали сборку норда, я до того приноровился к командной работе, что два воина работающих со мной в группе опешили. Встали, давая возможность добить пару чопов.

Руки гудели от усталости, но радость переполняла меня. Я сделал это. То же самое я чувствовал в своём далёком детстве, когда научился у отца рубить дрова. Топор по весу казался таким же, и последние взмахи молотом сами собой вернули меня в прошлое.

— Ну ты мастер, — хмыкнул Дерек. — У тебя явно ремесленное прошлое.

— Не помню, — признался я.

— Как можно не помнить своё прошлое? — удивился Ульфи. — Ты ведь в Ревендале проездом. С Норграда? Там много артелей.

— Возможно, — пожал я плечами.

— Хорош трындеть, — зарычал над ухом помощник ярла, заросший густой щетиной. — Цепляем норд за борт.

Мы впряглись вдесятером и потащили свой норд по небольшим брёвнам, которые подбрасывали под наш груз несколько воинов. От этого было не легче. Древесина, из которой состояли эти посудины, такая же, как и молоты. Плотная, оттого и тяжёлая. Навскидку каждый норд весил полтонны.

В голове сразу же возникла картина, как мы благополучно идём ко дну, пытаясь достичь берега.

Но я недооценил эти плавучие средства. Когда мы спустили их за борт, норды словно поплавки запрыгали на волнах. Удивительно, как они держались на воде.

Парус трепетал на ветру, сбоку раздавался скрип рулевого рычага, которым управляли два крепких воина.

Я обратил внимание, что мы заплываем в небольшую бухту. Каменная гряда в виде подковы приглашала нас в спокойную гавань.

— Дальше не поплывём, — сообщил лоцман, светя своим синяком под глазом. — Мелководье дальше. Так что рекомендую встать на якорь здесь.

— Слышали⁈ Кидаем якорь! — загрохотал голос второго помощника, который явно был ветераном. С залысиной, плечистый, с кучей шрамов, один из которых, самый серьёзный, чётко просматривался на его лбу. Как ему ещё череп не проломили.

— Шевелитесь! — зарычал заросший помощник. — Надо успеть разбить лагерь!

Я понимал, почему нас подгоняют. Солнце упрямо клонилось к горизонту. Не больше полутора часов — и наступят сумерки. А во тьме всё что угодно может случиться. Раз здесь есть птицы, значит, в лесах обитают и звери. И никто не горел желанием встречаться с ними.

В итоге мы поплыли во второй десятке. Не добрались метров двадцати до песчаного острова, как днище зашуршало по дну. Я

Когда норд оказался на берегу, я упал на берег. Огляделся. Белый песок под ногами, будто на Мальдивах очутился. Да и вода прозрачная. Дно просматривалось просто идеально. Песчаное, с мелкими камнями и мелькающими в воде мелкими рыбёшками, с редкими худосочными водорослями, в которых местная фауна пыталась спрятаться.

Норд отправился за следующей группой бойцов, ну а нам не дали передышки. А нас матёрый помощник со шрамом отправил за материалом для постройки хижин.

Золотая дюжина ярла, в которую входил и Сварт, осталась на берегу разводить костры. Ну а наша группа из двадцати человек получила небольшие топоры, чем-то похожие на томагавки и пошагала в лесок неподалёку.

В отличие от остальных, мы с Дереком и Ульфи держались вместе, прикрывая друг друга в случае внезапной атаки. Но пока никто не собирался на нас нападать.

Кроны деревьев шумели от ветра. Из зверья — мелкие грызуны, которые при виде чужаков прятались в норах. Ну а птицы продолжали кружить над головой, изредка исчезая в верхушках деревьев, которые я заметил далеко впереди. Своей кроной и высотой они были похожи на сосны.

— Терпеть не могу эти тупые задания. Рубить дрова, тоже мне, — пробурчал Ульфи.

Он сел на сухое поваленное дерево, стягивая с ноги сапог. Вылил морскую воду, стащил портянки и отжал их. Я последовал его примеру.

— Ну а как ты хотел? — усмехнулся Дерек, который также выжал сшитые из льняной ткани носки. — Что тебя сразу начнут обучать воинскому делу? Ты как попал в дружину?

— Ну и зачем напоминать? Я и так знаю, как попал, — насупился тощий парень.

— Правильно. По блату, — кивнул Дерек. — Поэтому не жалуйся.

— Почему в дружине не завести рабочих? Каждый должен заниматься своим делом, — заметил Ульфи.

— Дружинник должен уметь всё. В том числе и выживать, — заметил Дерек. — Он и воин, он и дровосек, он и строитель.

— Золотая дюжина, — напомнил я. — Почему они остались на берегу?

— Ярлу так спокойней, — улыбнулся воин. — Они всегда рядом с Сигурдом. Им лучшие куски мяса, им больше золота. Они считаются привилиге… превлиги… тьфу ты, твою мать!.. короче, они элитный класс в дружине ярла, вот кто.

— А почему тебя не взяли в золотую дюжину? Финн же того. Его Ворон уработал, — заметил Ульфи.

— Ты такой наивный, Ульфи, — хохотнул воин. — У тебя так просто мир устроен. Нелёгкая это задача — попасть в дюжину. Для этого надо сразиться с одним из ветеранов, хоть и на деревяшках. Я пока не готов.

— Смотри, упустишь свой шанс, — заметил я.

— Лучше так, чем потом доживать свою жизнь калекой, — тихо произнёс Дерек, натягивая выжатые носки на ноги. — Я видел один такой поединок. Мне хватило.

— Жёсткие правила?

— Уж куда мягче, чем на твоих мордобоях, — криво улыбнулся Дерек.

— Уже не моих, — поправил я его.

— И я этому очень рад, Ворон. Безумно. Бейле не нужен боец, ей нужен воин, — натянуто улыбнулся воин.

— Кто такая Бейла? — заинтересованно оглядел нас Ульфи.

— Пойдём уже, любопытный, — подскочил с бревна Дерек. — Слишком много задаёшь вопросов.

Мы немного углубились в лес. Пахло здесь странно, будто кто-то корицей обильно посыпал, да ещё и добавил запах мокрой шерсти.

— Не нравится мне всё это, — пробормотал Дерек, шумно втягивая воздух ноздрями. — Но пока вроде спокойно.

— Это и настораживает, — произнёс я, и воин кивнул. Он так же подумал, как и я.

— Вот! Это подойдёт на шесты, — Ульфи остановился у дерева, в два моих роста. Ствола, по сути, и не было. Лишь пенёк, из которого торчали в разные стороны тонкие сучья.

— Да, пойдёт, — Дерек снял с пояса топорик, начал лихо нарубать ветви. А мы присоединились к воину.

Навык из прошлой жизни помог мне управиться с упрямой древесиной. Дело было в том, что топор застревал в текстуре, и приходилось постоянно выдёргивать топор, чтобы нанести точный и решающий удар.

Больше всех умотался Ульфи. Матерясь, он собрал три своих ветви, усыпанные мелкими отростками.

— Обработай, — остановил его Дерек. — Не халтурь. Видишь, как мы с Вороном сделали? Обруби эти сучки.

— Да пошло оно всё, — психанул Ульфи, бросая на землю свою добычу. Затем поймал угрюмый взгляд Дерека и вздохнул, приступая к обрубке.

Вернулись мы в лагерь, когда уже развели два костра. У каждого дружинники воткнули рогатины, на которых сушились вещи воинов.

Я присоединился к остальным. Даже умудрился перекусить тем, что у меня было. Поделился вяленым мясом, рыбой с Ульфи и Дереком, порезал творожный сыр.

Ярл Сигурд устроился на разложенном стуле, недалеко от норда. Рядом с ним остановились помощники и лоцман. Они о чём-то беседовали. Скорее всего, думали как подлатать «Мурену» и поскорей свалить отсюда.

— Ну что, Ворон, ссыкотно очутиться здесь? — услышал я злобный голос Сварта.

Он присел у костра в стороне, протянул к огню руки и, поймав мой взгляд, подмигнул мне.

— Здесь обитают монстры, — зловеще зашипел он, вытаращив глаза. — Они любят охотиться на сыкунят.

— Тогда тебе надо прятаться, Сварти, — ухмыльнулся я в ответ. — Лучше начинай уже сейчас.

— Ах ты, паскуда, — дёрнулся было в мою сторону лысый качок. Затем понял, что его ложный выпад не прошёл, я даже глазом не моргнул. — Ладно, живи пока. Но твой длинный язык надо вырезать.

— А тебе яйца. Зачем они такой базарной бабе как ты? — усмехнулся я, и Сварт поднялся с бревна, заиграв на скулах желваками. — Хотя подожди… у тебя же их нет.

Какое удовольствие было лицезреть реакцию этого подонка. Амбал заревел, будто раненый зверь, бросился в мою сторону. Я был готов его встретить, сжимая кулаки. «Мощь титана» ещё не восстановилась, но я его и так положу на лопатки. Разозлённый противник — слабый противник. Именно так мне в своё время говорил отец, когда мы разговаривали с ним после моих тренировок.

Вот Сварта я и раздраконил настолько, чтобы взять преимущество. Надо показать ему, а особенно всей остальной дружине, что он слабее меня. Таким образом он лишится старых союзников, а я приобрету новых.

— Стоять! — рявкнул заросший помощник ярла, оказавшись рядом. — А ну, сядь на место, Сварт! Иначе выкинем из золотой дюжины.

— Он меня спровоцировал! — зарычал лысый амбал,

— Первым начал Сварт! — воскликнул Дерек. — Я всё слышал.

— Закрой свою пасть, подстилка воронья! — злобно выплюнул Сварт в его сторону. — С тобой я тоже разберусь.

— Заткнитесь все! — вновь повысил голос помощник ярла. — Ещё такое выкинете — ярл накинет ещё туны. И приговор будет исполнен прямо здесь. Все слышали⁈

Никто из нас не возражал, понимая, чем это чревато. Да и память Ворона подсказала, что такое удары кнута. Воспоминание выплыло из тумана в голове, словно по заказу.

Ворон-подросток привязан на переполненной площади к столбу, а мужик, одетый во что-то наподобие кафтана, размахивается кнутом. Тот щёлкает по земле, свистит в воздухе и врезается в мою плоть.

Больно это было. Ворон потерял сознание на третьем ударе. Я полез рукой под тунику и нащупал несколько рубцов. Следы наказания. Но за что его наказывали? Это оставалось тайной.

Вполне вероятно, что именно поэтому он ушёл из города. Поэтому начал скитаться по Северным землям, стараясь заработать на пропитание.

Но я не могу точно быть в этом уверен. Ведь больше ни хрена я не накопал в прошлом Ворона.

Отвлекаясь от мыслей, я бросил взгляд в сторону очередной партии воинов, которые тащили из леса длинные палки и хворост для костра. Сейчас будем строить временное жильё. Сначала для ярла и его шестёрок, а затем и для самих себя.

И делать будем быстро. Ведь солнце уже почти скрылось за горизонтом.

Час мы потратили на жилище для ярла и его помощников. Далее установили неказистый шалаш для лоцмана, а затем разбились на группы по пять человек, строя себе убежище.

В воздухе запищали комары. Раз есть они, значит, на острове имеются и запасы пресной воды. И если так, то скоро нас пошлют за ними, чтобы восполнить содержимое бочек на «Мурене».

Хотя понятно, что есть и такие кровососы, личинки которых размножаются и в морской воде. Да и мир не совсем мне привычный. Здесь может произойти всё что угодно.

К нашей тройке примкнули ещё двое. Первый — Логрид, пузатый воин, но очень шустрый, несмотря на свой вес. Второго звали Аксель, длинноволосый блондин, который вечно улыбался и был даже болтливее, чем Ульфи.

Далее пошла кропотливая работа. Мы забили колья. Затем сделали в длинных прутьях глубокие насечки, специально для кожаных ремней, которые будем привязывать к кольям. Собрали каркас и натянули на него грубую ткань, обвязывая и её ремнями. Последнее действие мы делали уже, когда стемнело.

Остальные, кто управился, выставили ловушки вокруг лагеря. Что-то вроде капканов, только зубья были деревянными, хотя не менее острыми.

Затем я достал бурдюк с водой, почистил зубы, умылся и забрался в наше укрытие. Ульфи отошёл к костру, снимая свои портянки, я же развалился на своём лежбище из досок, слушая тихо посапывающего Дерека. Он вырубился моментально.

Я же повернулся набок, примерно отсчитал, сколько прошло времени с момента применения «Мощи титана». Если мои внутренние часы меня не обманывают, то не более шести часов. И это не есть хорошо.

Если ситуация с нападением повторится, я уже не смогу так ответить. Успокаивало лишь то, что мы в отдельном жилье, и кинжал, который я положил на землю, под рукой. Ремень с мечом я стянул с себя, разместив сбоку, чтобы почувствовать, если захотят стащить оружие. Ну и кошелёк положил за пазуху, поближе к телу.

Я лишь услышал, как зашёл Ульфи, что-то бубня под нос, и закрыл глаза. Тяжёлый день дал о себе знать. Меня напрочь отключило, будто кто-то повернул невидимый рубильник. И я погрузился в глубокий сон.

Проснулся я на рассвете. Из леса раздавался странный отдалённый скрежет, а в лагере уже кто-то громко разговаривал.

— Да что ж это такое? — недовольно пробормотал Ульфи. — Поспать не дают.

— Там что-то случилось, — я поднялся с досок, чувствуя, что рёбра отлежал напрочь. Немного размялся, вроде слегка разогнал кровь.

— Да плевать. Надо выспаться, вот и всё, — вяло ответил Ульфи.

Ещё двое воинов мерно сопели на своих лежанках. Дерека на своём месте не было. Он там. Разбирается с кем-то? Либо кого-то успокаивает?

Я откинул лоскут дублёной кожи, который служил дверью, вышел наружу, вдыхая прохладный морской воздух.

Дерек стоял напротив двух воинов у кромки леса, а один из них чуть ли не на крик срывался. Кроме меня к ним начали подтягиваться ещё несколько воинов.

— И это совсем не цикады, — отвечал ему перепуганный коренастый воин. — Я видел тень. Словно волк проскочил, но больше раза в три.

— Тебе показалось. Если бы это был зверь, он бы попал в капкан, — успокаивал его Дерек.

Затем начал просыпаться и остальной лагерь. Перепуганный воин всё же попёрся к помощнику ярла, сообщая о появлении существа. Но тот передал испуганного лекарю Ари, который его отпоил одним из своих зелий. Парню значительно полегчало. Он затих, перестав действовать всем на нервы.

Мы умылись, перекусили. А затем ярл отправил треть отряда за водой, остальных бросил на заготовку и обработку дерева, чтобы залатать пробоину в драккаре.

Я вошёл в ту самую треть. Мы схватили большие вёдра и здоровенный пока ещё пустой кожаный бурдюк, а затем направились вглубь леса.

— Я вот про Гирея. Он же был испуган, это ведь было видно, — вновь начал болтать Аксель. — И не было в его привычке пугаться тени.

— Было, не было, — вяло ответил Ульфи. — В такой ситуации любому покажется. Тем более их шалаш ближе всего к лесу…

Мы углубились в лес, и растительность поменялась. Деревья стали массивней, выше. Те самые сосны, в верхушках которых прятались птицы.

И аромат корицы становился ещё резче. Он начал перебивать лесные запахи. В стороне, в траве что-то тихо трещало, затем несколько чёрных жуков поднялись в воздух, пролетая мимо нас.

Ульфи шарахнулся в сторону. Сматерился и побледнел.

— Ха! Ты чего испугался⁈ — воскликнул пузатый Логрид. — Да это всего лишь букашки!

— Потише, не шуми, — остановил его Дерек, рука его легла на рукоять меча. — Всем тихо.

Да и я тоже что-то почувствовал. Какой-то тихий свист. Он усиливался, затем затихал, следом вновь усиливался. И раздавался то слева, то чуть правее.

— Да что здесь будет? На этом крохотном остро… — толстяк не договорил.

Свист резко усилился, и что-то врезалось в Логрида, разнося его череп на куски.

Глава 6

Мы упали в траву, а Ульфи застыл как вкопанный, таращась на безголового воина. Пришлось делать ему подсечку. Он рухнул на землю ровно в тот момент, когда над его головой просвистело что-то вроде стрел. Но это были не стрелы.

Позади нас в дерево с

Свист не прекращался, а запахи корицы и мокрой шерсти врезались в нос. Впереди слышался хруст ломаемых веток. Мы нарвались на засаду, это было уже и так понятно.

— Чтоб меня… чтоб меня… — забормотал Аксель, складывая ладони в лодочку. — Локкар должен защитить нас. Он должен защитить. Исчадия ада…

— Хватит бубнеть под ухом, — пихнул его в бок рукоятью меча Дерек, оглядывая нас. — Уходим. Надо сообщить ярлу, что мы здесь не одни.

— Ты уверен, что нам дадут это сделать? — хмыкнул я, пытаясь унять биение сердца.

Всплеск адреналина был таким мощным, что даже голова закружилась. С другой стороны, это мне помогло. Я оказался предельно сконцентрирован.

— Слышите свист? Нас пытаются окружить? — заметил Ульфи.

— Я же сказал — уходим, — процедил Дерек и дрожащими руками достал пару небольших капканов из сумки, которую прихватил с собой.

— Ловушки? — выдавил Аксель.

— А ты не видишь? — Дерек бросил на него хмурый взгляд, в котором проскакивал… страх? Он не понимал, кто напал на нас и что нас ждёт. И мы тоже не знали.

Воин со скрипом раскрыл капканы, зафиксировал, выложил впереди себя.

— Уи-и-и-и! — раздалось поблизости.

— Ноги в руки, и бегом к лагерю, — прошипел воин. — Три, два, один. Погнали.

Я рванул в обратном направлении. Ульфи подхватил кожаный мешок для воды и почесал следом. Аксель — за ним.

Я оглянулся. Дерек пятился, выставив меч, а на него надвигались… два существа. Очень похожи на горилл, но тела их вздулись, местами треснула кожа, выделяя чёрную жижу. Здоровенные когти и клыки. Притом изменённые звери шли на двух задних лапах, опираясь на передние, которые были покрыты шипами.

Но что поразило меня больше всего — глаза существ пылали, словно раскалённые угли, а морды были покрыты страшными язвами, из-под которых проглядывали кости черепа.

Раздался щелчок и хруст костей. Первый капкан сработал, и одна из горилл упала, махнув лапой, с которой сорвался шип.

— Уходите! — зарычал Дерек, вовремя пригнувшись. Затем воткнув меч в грудную клетку существа.

Ульфи и Аксель решили вернуться, вытащили мечи. Нет, они будут только мешаться.

— Бегите к лагерю. Мы догоним, — приказал я вытаскивающим мечи Ульфи и Акселю, затем вернулся к Дереку. «Мощь титана» уже можно активировать, так что скоро будет жарко.

— Свали, Ворон! Только мешаться будешь, — прорычал Дерек.

— Главное, мечом не задень, — ухмыльнулся я, вытаскивая своё оружие из ножен и втыкая в землю. Затем прикинул расстояние и шансы.

Одна горилла была в пяти метрах, ещё три подбирались к нам с флангов. Сколько их ещё в лесу — непонятно. Но у меня есть полминуты, за которые я постараюсь уничтожить всех, кто осмелился напасть на нас.

— Способность применишь, — догадался Дерек. — Тогда я тебя прикрою.

Я лишь кивнул в ответ.

Ближайшая горилла прыгнула в нашу сторону, когда я уже активировал «Мощь титана». Небывалая сила наполнила каждую клетку моего тела, а кулаки превратились в кувалды. Я встретил тварь сокрушительным ударом сбоку, превращая её череп в отбивную. Хруст костей дал понять, что одна тварь вне игры.

Грузное шерстяное тело рухнуло в траву. А я добил второе существо, которое пыталось выстрелить шипом. Разбил и ей черепушку.

Затем увидел прыжок в мою сторону очередной гориллы. Вот так скорость. Я увернулся, но длинный коготь твари скользнул по моему плечу, надрывая тунику. Это было очень опасно.

Резким движением я врезал в локоть гориллы, который громко хрустнул, а тварь зарычала от боли, раскрывая пасть и окатывая меня смрадом. Я поневоле сморщился, затем провёл двоечку в челюсть, буквально отрывая её от черепа шерстяной сволочи. Ещё одна тварь упала на землю.

Следующего изменённого зверя я сбил, когда он был в прыжке, и отбросил в сторону. Удар пришёлся ему в рёбра, которые красноречиво треснули.

Затем я подпрыгнул и собрал руки в подобие кувалды. Обрушился на затылок гориллы, череп которой лопнул как переспелый арбуз.

Мой взгляд выцепил ещё пять горилл. Они не спешили нападать, посвистывали, подбираясь ближе. Создавалось такое ощущение, что ими кто-то управляет.

— Уходим! Ворон!.. Ты видишь⁈.. — орал за спиной Дерек, и я услышал жалобный рёв твари. Воин пробил её грудину, затем сбросил ногой с клинка уже мёртвое тело.

Но затем слева на Дерека накинулась очередная горилла, врезаясь лапой в его голову. Воин охнул, падая набок.

Двадцать секунд. У меня именно столько времени до окончания способности. Я взглянул в сторону своего меча, который торчал из земли в пяти метрах. На удивление гориллы тоже посмотрели в ту сторону.

С места мы сорвались одновременно. Но я добрался за доли секунды быстрее, чем одна из тварей. Рука вырвала клинок из рыхлой почвы, взметая в воздух частицы земли. Я совершил финт, отрубая лапу ближайшего существа, следом его голова слетела с плеч.

Вторую тварь я разрубил пополам. Третья выстрелила шипами, один из которых застрял в кожаной пластине моей туники. Я достал ту шуструю сволочь, подрубая её ноги и втыкая сверху меч, туда, где билось сердце.

Каждый мой удар был смертелен, каждый выпад молниеносен. Но всё же я кое-как поспевал за тварями. Они были быстры, и сила их ненамного меньше моей в данный момент.

Я срезал башку ещё одной твари, которая пыталась прыгнуть на Дерека сверху. Тот уже очнулся от удара и искал в траве свой меч.

А потом получилось так, что я увлёкся. Срезал ещё двух тварей, затем ещё одну, поднимая за шиворот Дерека.

И заметил летящий в лицо здоровенный изогнутый коготь. В последний момент я махнул мечом, чувствуя боль в районе правого запястья.

Мы с очнувшимся Дереком отступали. Затем наткнулись на Ульфи, который склонился над хрипящим Акселем. Он булькал кровью, а в его груди торчали два обломанных когтя.

Недалеко лежала горилла, из живота которой торчал меч Ульфи. Она потянулась к Дереку, взрывая когтями землю, и воин подошёл сбоку, размашистым движением отсекая ей голову.

— Надо бить наверняка, Ульфи, — коротко бросил воин.

— Я и так ударил, — процедил щуплый парень.

— Главное — как, — подчеркнул Дерек.

Время способности закончилось. Сила титана покинула меня, и рука тут же вспыхнула от боли, а голова закружилась от резкого отката. Я бросил взгляд на внутреннюю сторону запястья. Пусть и глубокая, но царапина. Быстро обмотал её лоскутом ткани, которую припас на такой случай в кармане.

Логрид внезапно вздохнул, затем вновь выплюнул кровь, кивая склонившемуся над ним Дереку.

— Покойся с миром, брат, — выдавил воин, затем вытащил кинжал и воткнул его в сердце длинноволосого, избавляя

— Его можно было спасти, — всхлипнул Ульфи. — Он ведь дышал.

— Нет, он уже был обречён, — сухо выдавил Дерек. — Надо двигаться.

— Оставь его, — процедил я, подхватывая Ульфи под руки. — Иначе все здесь ляжем, как и он.

— Сейчас, — Дерек выставил ещё две ловушки, махнул нам.

— Рум-м-м, ахр-рав-ва! — раздалось за деревьями. Затем послышался писк тварей.

Я встретился с напряжённым взглядом Дерека. Мы поняли друг друга. Теперь понятно, кто-то управляет гориллами. И это явно не зверь. Но кто? Времени на раздумья не было. Мы бежали до лагеря, едва различая тропу перед собой.

В дороге я заметил, что броня Дерека разодрана, хотя на теле воина ран не было. Лишь на голове запеклась кровь.

Через сто метров мы перешли на шаг. Никто за нами не гнался. Лишь тревожно кричали птицы в кронах деревьев, да ветер шелестел травой.

Я заметил знакомый ствол сосны с нашей меткой. Это могло означать лишь одно — до лагеря не более сотни метров.

— Что это было? Зачем они напали на нас? — начал закидывать нас вопросами Ульфи, стараясь не отставать.

— Потом обсудим, а пока помолчи, — хмуро произнёс Дерек, убирая от своего лица ветви кустарника. Затем он подошёл к следующему дереву и провёл рукой по стволу, вглядываясь в кору. — Да, вот ещё метка. Мы уже близко.

— Тварей не слышно вроде, — сообщил я.

— Но не обольщайся. Не исключено, что самое интересное ещё впереди, — тихо произнёс он, разрубая мечом несколько веток рядом с собой. Больше сбрасывая пар, нежели очищая дорогу.

— И водяной мешок потеряли, — вздохнул Ульфи, вздыхая.

— Какой на хрен мешок? Мы живы остались, — заметил я.

— Но всё же, что это за обезьяны? — оглянулся Ульфи, затем увидел окровавленную повязку на моей руке.

— Да иди ты уже вперёд. Потом поговорим, сказал же, — пихнул его Дерек.

— Просто спросил, — огрызнулся Ульфи. — Что, нельзя спросить?

— Болтаешь много, — буркнул Дерек.

Мы выбрались из леса, замечая толпу воинов. Уже были выставлены два десятка вооружённых дружинников, перед ними распинался лысый помощник Ярла, что-то объясняя и показывая в сторону леса. В стороне у костра зализывали раны трое из дружины. Видно, они тоже напоролись на засаду.

Нас встретили двое из золотой дюжины, закидывая вопросами. Дерек отвечал сухо, сообщив лишь, что на нас напали твари, вроде горилл.

— Аксель и Логрид погибли, — добавил он.

— Ещё трое наших отправились к Локкару, — печально прогудел пухлый здоровяк, сжимая двуручный топор. — Я этих с-сук всех порешаю.

— Э, брат, ты их не видел. Они очень быстрые, — нервно скривился Ульфи.

— Да мне похрен, какие они. Мой топор жаждет отмщения, — потряс здоровяк своим оружием.

Дерек покачал головой, проходя к группе пострадавших воинов. Одного из них я точно узнал. Это был Жерар, которого я мельком видел на «Мурене». Тот самый задиристый тип, с которым мне посчастливилось встретиться в мясной лавке Ревендаля.

Выглядел он паршиво. Бледный, он держался за бок, который был перевязан тряпицей. Видно, обработали уже мазью, она проступала через ткань.

У второго воина повязка на голове, через которую проступала кровь в районе виска. Третий делал тугую повязку на ране под коленом и морщился, пытаясь двинуть ногой.

Рядом с ними находился заросший помощник ярла. Он встретил нас пристальным взглядом, затем выцепил мою рану.

— У тебя что? — спросил он. — Ну-ка, размотай.

— Царапина, — ответил я, освобождая запястье от тугой повязки. Рана почти затянулась, но ткань потянула корку и сорвала её. Вновь выступила кровь. И ещё я заметил странные чёрные угри, которые высыпали вокруг царапины.

— Всё нормально? А ну, посмотри на меня, — помощник ярла вгляделся в мои глаза. — Вроде в норме.

— Ему нужна помощь, — сообщил Дерек.

— Мазью обработайте. Ари лечит только ярла Сигурда. Забыл? — грубо процедил заросший помощник ярла и тыкнул в Дерека. — А ты поменяй броню.

Мы хотели спросить у раненых воинов, что произошло, но всех нас позвали в жилище ярла.

— Держи, — Дерек протянул мне пузырёк с мазью. — Намажь. Может помочь. Но нет гарантии. Если угри пошли, значит, инфекция попала в кровь.

— Инфекция? Я заражён? — удивился я, и сердце чаще забилось в груди.

— Я такого не говорил, — покачал головой Дерек. — Понаблюдай немного. Потом станет ясно.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +80 часов жизни за победу над монстрами с использованием особой способности!

Бонус за повышенный уровень — +32 часа жизни!

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 15 дней 6 часов 22 минуты/.

Мы зашли внутрь просторного временного жилища ярла. Пахло вином и сыром. Сигурд сидел на собранном из дерева стуле. В центре стоял столик, на котором я заметил следы недавней трапезы.

Места хватило всем. Мы сели напротив, на расстеленную тряпку, которую для нас приготовил слуга.

— Ну и что там произошло? Кто напал на вас? И где остальные? — оглядел нас ярл Сигурд мрачным взглядом. — Давай сначала ты, Горлунд.

— Мы уже подготовили материал, собирались, — начал воин с перевязанной головой. — Когда Мирт поднял на плечо пару досок, раздался странный свист.

Далее он рассказал, как шипы пробили грудную клетку Мирта, затем две гориллы разорвали когтями ещё двух воинов, которые успели зарубить четырёх тварей.

— Здоровые, быстрые, глаза огнём горят, — добавил Горлунд. — Я думал хотя бы лапу твари притащить, но надо было отходить.

— У вас то же самое? — ярл бросил напряжённый взгляд в нашу сторону, остановил его на Дереке. — Сколько их было?

— Много, ярл, — буквально выдавил из себя Дерек. — Они нас отпустили, так мне показалось.

— С какой целью? Есть мысли? — вновь спросил Сигурд.

— Хотят напасть на весь лагерь, — произнёс я. — Они узнали, насколько мы сильны, и теперь будут думать, как противодействовать нашей силе.

— Интересные мысли, — кивнул ярл, зловеще оскалившись, затем прищурился и постучал себе пальцем по лбу. — Но ты забыл, Ворон, твари не умеют думать. Они подвержены звериным инстинктам. Дерек? Что скажешь?

— Ворон прав, тварями кто-то управлял. Я слышал хриплые крики, — сообщил воин. — Так звери точно не кричат.

— Крики! Что не почудится в бою, — нервно хохотнул Жерар. — Никаких криков мы не слышали, ярл. Лишь этот грёбаный свист. Да рёв макак, чтоб их йормунгары на куски покрошили.

— Чтобы никто в лес не совался, — оглядел нас ярл. — Всем ясно?

Никто не возражал. Наоборот, очень здравое решение. Твари у себя дома, знают каждый угол этого острова. Ну

Единственный вопрос, который меня мучил: хозяева тварей хотят нас просто уничтожить или преследуют иную цель?

— Дерево придётся брать какое есть, вырубать ближайшие деревья, — сообщил заросшему помощнику Сигурд. — И отправь Одера за водой. Он неплохо маскируется в лесу, потомственный следопыт.

— Будет сделано, ярл, — хрипло отозвался помощник, покидая жилище.

— А вы, — оглядел он нас, — покажитесь Ари. Сейчас каждый воин на счету.

Мы покинули хижину ярла. Распоряжение добралось до Ари раньше, чем мы дошли до него. Лекарь находился у одного из костров и встретил нас не очень радостно. Хмуро осмотрел, затем по очереди принял каждого.

Ари подозвал меня, и я сел на бревно рядом. Он осмотрел мою рану.

— Это очень плохо, но не смертельно. Пока приложи вот это, — Ари развернул платок, протянул мне желеобразный блин, пахнущий травами.

Я положил травяной компресс на царапину, чувствуя прохладу, затем лекарь закрыл рану льняной тряпкой, делая тугую повязку.

— Полчаса походи, должно пройти, — отмахнулся он от меня, принимая Дерека и осматривая ссадину на его голове.

Выбрав один из костров, мы расселись вокруг него. По крайней мере, не в компании Сварта, который находился в десятке метров и уже зубоскалил насчёт того, что мы струсили.

— Посмотрим на него, когда он столкнётся с этими исчадиями ада, — хмыкнул Горлунд, доставая бурдюк, из которого пахнуло медовухой. Воин глотнул из него, затем протянул Дереку. Бурдюк добрался до меня, и я совершил глоток. Напиток обжёг горло, глаза заслезились. Крепкая штука, ничего не скажешь, такого я ещё не пробовал.

Я передал медовуху Ульфи, который присосался к горлышку.

— Эй, полегче! — воскликнул плотный парень с татуировкой на щеке. — Остальным оставь!

— Да держи, я же совсем немного, — вытер губы раскрасневшийся Ульфи, протягивая бурдюк.

Мы начали обсуждать нападение. И мнения разошлись. Ульфи утверждал, что это всего лишь обезьяны, и в лесу могло всё, что угодно почудиться. Дерек и я были уверены, что есть вожак, а, возможно, и не один. Пусть и не человек, но и не зверь.

Мимо нас прошёл низенький накачанный воин, обмазывая лицо и руки какой-то зелёной мазью. За поясом два топорика, к спине привязана большая кожаная ёмкость для воды.

— Одер не понимает, на что подрядился, — тихо произнёс Ульфи.

— Ты думаешь, у него был выбор? — иронично взглянул на него Дерек. — Ты будто ещё не понял, куда попал.

— Да, парень, ты что-то не то моросишь, — оскалился узколицый воин с перебинтованной ногой. — Скажет ярл прыгнуть со скалы — ты прыгнешь.

— Да ну, с какого перепуга, — хмыкнул Ульфи. — Это же самоубийство.

— Ну или не прыгнешь, и встанешь в смертельный поединок со Свартом, — хохотнул Горлунд. — Этот маньяк только рад будет вспороть тебе брюхо.

— Не успеет. Мой кинжал раскроит ему глотку до этого, — процедил Ульфи, лихорадочно заблестев глазами. — Я недавно огромную тварь завалил. Думаешь, он сильнее её?

Мы с Дереком переглянулись, и воин похлопал Ульфи по плечу.

— Остынь, храбрец, а то ведь и правда Сварт услышит твои слова, — улыбнулся Дерек.

Ульфи затих, вороша угли в костре. А затем всех собрал помощник ярла.

Сигурд бросил всех на заготовку досок для ремонта пробоины. Следующие полдня мы вытёсывали доски, обрабатывали смолой, покрывали смесью шерсти и непонятной вязкой ерунды. В итоге на солнце эта вся смесь застыла.

Две команды перегрузили на лодки заготовки и поплыли латать «Мурену». Ну а мы вернулись к костру. Продолжили обсуждать тактику борьбы с тварями, напавшими на нас.

Ловушки бесполезны. Главное, быстрота реакции и точность. А ещё слаженность работы в группе. На это как раз дружина не жаловалась. Каждый готов был друг другу прикрыть спину. Вот только что я, что Дерек с Ульфи понимали: со Свартом и его прихвостнями по-прежнему следует держать ухо востро. При любом удобном случае засадят нож под рёбра.

Периодически у меня чесалась рука под повязкой. Боль прекратилась, но внезапно начался сильный зуд. И я чувствовал, что странных угрей стало ещё больше. Пальцы начали неметь, а сосуды в районе запястья и бицепсов задёргались, словно в судорогах. Это мне очень не нравилось.

Я решил взглянуть и размотал повязку. От увиденного перехватило дыхание. Вокруг раны кожа потемнела, угрями усыпано было всё вокруг. К тому же от каждого из этих прыщей расплетались в разные стороны тёмные прожилки.

— Дело плохо, Ворон, — тихо сообщил мне Дерек. — Спрячь рану, а то лихих парней много. Все взбудоражены. Так могут и конечности тебя лишить с испуга.

— У тебя была мазь, — напомнил я воину.

— Она не поможет тебе, — Дерек достал пузырёк. — Но всё же попробуй, может и легче станет. Ты заразился, и это хреново.

— Так что мне делать? — окинул я компанию воинов. Ульфи тем временем рассказывал, как он убивал гориллу.

— Есть набор трав, ещё моя бабка делала. Только вот надо поискать на острове пару растений, — поднялся Дерек. — Немного прогуляюсь.

Но не успел он сделать и шага, как из леса выскочил окровавленный человек. Это был Одер. На нём живого места не было. За собой он тащил по земле кожаный бурдюк.

Затем он упал набок и захрипел. Мы сорвались с места. Выставили оцепление. Ари проверил раненого.

— Ничем не могу помочь, он при смерти, — вздохнул он. — И много царапин, укусов, он потерял много крови. К тому же он точно заражён.

— Да чтоб вас!.. — воскликнул ярл Сигурд, пиная кожаный бурдюк, внутри которого булькнула вода. — Мой лучший разведчик! Сожгите его, он инфицирован! Ну же, увальни, что встали⁈

Одер шелохнулся. Слишком резко, чем обычно. Затем встал на четвереньки и неестественно выгнулся, захрустев позвоночником.

— Агр-р-р-р! — заревел он, вскочив на ноги, изгибаясь ещё сильнее и отращивая когти.

Мы с Дереком синхронно выхватили мечи из ножен. Двух воинов слева мутирующий Одер срезал острейшими когтями, словно косой.

Я отрубил левую руку. Дерек подрубил ногу, на которую мутант хотел встать.

— В сторону! — заревели сзади, и мы отскочили вправо.

Раздались щелчки сработавших арбалетов. Одер всё же поднялся, продолжая меняться. Теперь из его позвоночника вылезли шипы, когти удлинились, голова превратилась в бесформенное нечто.

Арбалетные болты ударили в существо, отбрасывая его назад. Один из них врезался в глазницу монстра, и череп его лопнул, выбрасывая чёрное содержимое.

Тело упало на землю. Рядом с двумя разодранными воинами.

Ярл схватился за голову, его помощники выплёвывали команды, приказывая вооружиться и собраться перед лагерем.

— Это ещё не всё… Помнишь, что я говорил? — тихо произнёс Дерек, показывая в

— А вот и кукловоды, — выдохнул я, вглядываясь туда, откуда появлялась орда.

Трое мутантов остановились, всматриваясь в сторону нашего лагеря. Метров сто до них. Я рассмотрел лишь очертания. Когда-то они были людьми. Но сейчас… Бесформенные головы, искажённые лица, покрытые тёмными пятнами. Тело и конечности — в буграх чёрных мышц. Вместо ногтей длинные когти, и хвосты как у ящеров. Один из них был седоволосым и опирался на крючковатую палку.

За полминуты перед ними собрались несколько сотен изменённых горилл, пылая своими глазищами.

— Чо за нахер? — выдохнул находящийся неподалёку ярл Сигурд, выходя вперёд и рассматривая врагов из подзорной трубы.

Ровно в этот момент один из гуманоидов поднял крючковатую палку и показал в сторону нашего лагеря, открывая зубастую пасть.

— Ав-варум-м-ма, ахр-ра вах-ха! — хрипло выдохнул этот уродец, и орда монстров бросилась в нашу сторону.

Глава 7

/ВНИМАНИЕ!

Опасность в радиусе 90 метров…

ВНИМАНИЕ!

Опасность в радиусе 97 метров…

ВНИМАНИЕ!

Опасность в радиусе 99 метров…

ВНИМАНИЕ!

Опасность в радиусе 105 метров…/

Я абстрагировался от замелькавших запоздалых сообщений Системы. Либо она сбоит, либо кто-то целенаправленно притормаживает подсказки. Но какая разница. Сейчас надо подумать, как выжить в этом аду.

Проблема заключалась в том, что «Мощь титана» восстанавливаться будет ещё шесть часов точно. И полагаться следует лишь на свой меч и умения Ворона, которые — я очень надеюсь — включатся и в этот раз.

Монстры пищали так, что дрожали барабанные перепонки. Кровь холодела от того, что творилось передо мной.

Твари, сорвавшись с места, сразу же разделились на две волны. В авангарде бежали несколько массивных горилл, взметая из-под лап комья земли вместе с травой. И они отличались от остальных. Их тёмная костяная броня блестела на солнце, намекая на то, что наши мечи здесь будут бесполезны.

Уязвимое место. У них оно точно должно быть.

/ВНИМАНИЕ!

Вероятность летального исхода крайне высока!

99,99%!

Запрос на доступ к резервной силе…

Ошибка…

Отказано в запросе. Не выполнены все условия…/

Что это за резервная сила? Какие ещё условия мне нужно выполнить?

Сбросив с себя ступор и убирая все отвлекающие факторы, я пихнул Ульфи. Он уже выпустил из рук меч и пятился.

— Нам не победить… — забормотал он, вцепившись в моё плечо. — Я не хочу сдохнуть, Ворон. Они сметут нас…

— Подними меч! — прорычал Дерек. — И дерись, как мужчина!

— Да, я мужчина… Я с вами… — Ульфи нащупал меч, встал рядом. И к нам присоединился Жерар, приготовив два коротких широких меча.

— Ну что, последний бой самый сладкий⁈ — засмеялся он. — Локкар видит нас и благословляет на великую битву!

Не знаю, насколько эта битва великая. Я бы назвал её скорее бойней. Система, как всегда, права. Шансы выжить почти нулевые.

— Щиты! Бегом!

— Стреляйте, вашу мать! — надрывали глотки помощники ярла.

Щиты им не помогут. Такая мысль мелькнула в голове и погасла, уступив место предельной концентрации. Раз Система мне в данный момент не помощник и «силы Титана» не появится, придётся использовать все навыки, которые у меня есть.

Я уже держал меч на изготовку, наблюдая за двумя приближающимися бронированными тварями. Двадцать метров, может, меньше. И, кажется, я увидел то слабое место в их броне.

— Между пластинами! На груди! — воскликнул я, перекрывая пищание тварей, которое становилось невыносимым. — Бейте туда!

Дерек кивнул, к тому же не только я один заметил это. Несколько арбалетных болтов ударили в ближайшую тварь, и один заряд, явно случайно, попал между её пластинами. Гориллу швырнуло в сторону. Она перекатилась и вновь вскочила, ковыляя в их сторону. Остальные твари сминали лагерь, разрушая жилища.

Четыре бронированные твари приближались к нашей группе. Не более двадцати метров.

Дерек поцеловал медальон, болтающийся на шее. Ульфи завыл, Жерар засмеялся ещё громче. Ещё трое воинов что-то бормотали в стороне. Я же сделал глубокий вдох, смотря в сторону пылающих глазниц одной из горилл.

А затем… шагнул навстречу ближайшей твари.

Знание хлынуло в меня, будто вода из прорвавшейся дамбы. Я знал, как бить, какую выбрать стойку, чтобы не упасть, какую выбрать тактику.

Когда тварь оказалась передо мной, я увернулся от когтистой лапы и провёл финт. Рубанул мечом между пластинами, затем увидел на брюхе ещё одну щель, вырвал меч из тела монстра и вонзил его в тёмную плоть.

Тварь зарычала от боли, проливая на землю тёмную кровь, взмахнула лапой. Удар был настолько молниеносным, что я не успел увернуться. Когти скользнули по моей грудине, разрывая кожаные пластины в хлам. Горилла выплеснула из пасти кровь, упала, оглушив меня второй лапой. Удар пришёлся по голове, и на секунду я реально отключился.

Но разве на ринге в прошлом мире я не был в такой ситуации? Был, и не раз. И быстро усвоил одно правило: вырубили — быстрей очухивайся, поднимайся и уходи на дистанцию.

Так что это ещё не всё. Я ещё не умер. Дышу, живу, а кровь всё ещё льётся в моих жилах.

— Это ещё не всё, — одними губами прошептал я, опираясь на меч и вставая на ноги. — Не всё…

Рядом убитая мной бронированная горилла, Дерек с Ульфи добивают вторую. Жерар уворачивается от третьей, нанося болезненный удар ей в грудь. Где четвёртая? Она с арбалетным болтом в глазнице, бьётся в агонии, пытается вытащить его когтём, терзая саму себя.

Ещё одна, без брони, разрывает когтями двух поверженных воинов, а третий, рыча, обрушивает на её шею двуручник.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +100 часов жизни за победу над сильным монстром без использования особой способности.

Бонус за повышенный уровень: +40 часов жизни.

Дополнительный бонус за изучение скрытых способностей реципиента: + 20 часов жизни.

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 21 день 20 часов 47 минут/.

Пульс бился в висках, боль в заражённой руке напомнила о себе, а во рту я чувствовал странную горечь и вкус крови.

— Уходим! — зарычал на ухо Дерек, рванув меня за руку.

Я пригнулся, и над головой просвистели несколько шипов. Затем беглым взглядом осмотрел прибрежную часть.

Не знаю, что это за мутанты, которые командуют монстрами, но мозги у них на месте. Воспользоваться превосходством, использовать тактику тарана и набегающей волны, расколоть дружину на группы, дезорганизовать и разбить каждую по отдельности. Хороший план. Очень хороший.

Вот только у нас плана, кроме глухой обороны не было. К тому же на открытой местности мы были уязвимы.

Первая группа дружинников, которая находилась у хижин, пытаясь забрать с собой дерево и воду, была обречена. Оттуда доносились хрипы, вопли, пищание тварей. Также щёлкали срабатывающие ловушки-капканы, но это тварей не останавливало.

Вторая группа — ярл, помощники, лоцман и остатки золотой дюжины — пятилась к лодкам, встречая вторую волну.

Ну а мы оказались в

Более десяти горилл неслись в нашу сторону. Нам не справиться на открытой местности. Это и ежу понятно. Тем более сказывалась усталость с прошлого боя.

— Лес! — оглядел я остальных, показывая в сторону массивных стволов сосен. — Он защитит нас.

— А ты сечёшь, — на лице Дерека появился хищный оскал, и он заорал, надрывая жилы на шее: — Все в лес!

Кто захотел, тот понял, а кто не отреагировал — его проблемы.

Дружина — единый организм, но когда её рассекли на части, а ярл явно пытается спасти свою шкуру — выбор очевиден. Надо выжить и сплотить вокруг себя тех, кого успеем. Но кого? Кто выжил, кроме нас?

На ходу я ещё раз бросил взгляд в сторону берега. Куча тел воинов, рассыпанных по разрушенному лагерю. Беснующиеся твари, раздирающие на части нескольких воинов у берега. Те и остались, только чтобы две лодки успели отплыть от берега. Ярл спасся, я увидел его мелькнувшую золотистую тунику и блеснувший окуляр подзорной трубы.

— Уи-и-и-и-и! — ворвалось в мозг противное пищание твари. Она была рядом, но мы успели. Нам повезло.

Кромка леса выдавалась в сторону берега лишь в одном месте. И до неё мы пробежали чуть менее тридцати метров. Только мы укрылись за деревьями в лесу, как за нашими спинами раздались глухие удары, треск ломаемых сучьев и пищание нескольких глоток.

Дальнейший бой я помнил лишь отчасти. Сконцентрировался на своих жертвах, на точных, экономящих энергию движениях. Удар, вырвать меч из шерстяной туши, встретить следующую. Уворот, нырок, удар. Финт, перекат, выставить меч, помочь соратнику. И дыхание. Главное, не дать ему сбиться.

Сколько продолжался бой? Явно не больше минуты. Несколько деревьев треснули под натиском тварей, наклонились, словно пизанские башни. Кустарники смяты. Выдержали лишь могучие деревья, вроде дубов, но с более скудной кроной.

Что же касается поверженного врага… Более десяти горилл убиты. Пять тварей застряли между деревьями и стали для нас лёгкой добычей.

Я посчитал шерстяные туши. Семь. Мы справились с семью монстрами, пятерых застрявших зарубили и лишились одного воина. Того самого с двуручным мечом. Его безголовое тело лежало в зарослях, посреди лужи крови.

— А ты храбрец, Ворон. Дрался как голодный волк, — Дерек бросил на меня уставший взгляд, хлопнул по плечу. Он был весь по уши в чёрной крови, но ран я на нём не заметил.

— Один я бы точно погиб, — заметил я. — Так что мы все храбрецы.

— Ну да, храбрецы… Главное, что не мертвецы… — прошипел от боли Ульфи. Он лежал на траве и зажимал окровавленную ногу выше глубокой царапины. Дерек бросился ему на помощь, доставая из сумки перевязочный материал в виде лоскута серой ткани.

Жерар в это время ходил вокруг тварей, по инерции, и блуждал воспалённым взглядом в поисках очередной жертвы. Затем понял, что мы победили.

— Мы ещё живы, — тихо хохотнул Жерар, подняв кулак вверх. — Локкар заметил нас.

— Это ещё не всё, — напомнил я ему.

— Да понятно, что не всё, — оскалился Жерар, вытирая со лба капли чёрной крови. — Мы вернёмся к берегу. Нас подберут.

— На берег нельзя, — мрачно сообщил Дерек, затягивая повязку на ноге Ульфи. — Ты разве ещё не понял? Ярл уже похоронил нас.

Жерар чертыхнулся, закидывая мечи в ножны.

— Здесь тоже оставаться опасно, — подчеркнул я.

— Верно. Поэтому поднимемся на холм, осмотримся, — Дерек справился с перевязкой, затем поднялся и показал в сторону трёх высоких сосен, выглядывающих из-за крон деревьев. — Это ориентир. Доберёмся до них и выдохнем.

— Там тоже могут быть твари, — заметил Ульфи. — Точнее, они скорее всего оттуда и вышли.

— Гориллы на берегу, их много. Это мы точно знаем. Замешкаемся — и за нами придут, — сообщил я ему. — Поэтому выбора нет.

— Никого твари не задели? — оглядел всех Жерар. — Я цел.

— Тоже не пострадал, спасла кольчуга, — проверил свою безрукавку Дерек.

Моя, увы осталась у костра. Я так и не успел её прихватить. Да и не рассчитывал я на неё. Больше стесняет движение, чем помогает.

— У меня царапина, — протянул Ульфи. — С-сучье отродье задело когтем.

— Не подходи ко мне, — тыкнул в его сторону пальцем Жерар, затем посмотрел на меня. — И ты тоже. Вы скоро станете такими же, как те ублюдки!

— Да подожди ты, — остановил его Дерек, затем подошёл ко мне, кивнув на окровавленную повязку на моей руке. — Покажи.

Я аккуратно размотал тряпку и… просто охренел. Рука от запястья до локтя покрылась тёмной коркой с красными волдырями, несколько из них лопнули. Тёмные нити уже растянулись паутиной по всей руке выше корки.

— Хреново дело, — признался Дерек, взглянув на меня по-новому. Так обычно смотрят на обречённого. Скорбь, печаль, отчаянье. — Но я всё же поищу нужные травы. Когда поднимемся на холм.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +120 часов жизни за победу над четырьмя монстрами без использования особой способности.

Бонус за повышенный уровень — +48 часов жизни.

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 28 дней 20 часов 36 минут/.

Мы шли более получаса, если мои биологические часы не врут. Изматывающий подъём окупился с лихвой. Мы добрались до опушки леса. Залысина была довольно ровной, заросшая густой травой, в которой легко прятаться. И вид отсюда открывался на прибрежную часть и бухту просто идеальный.

Тем более Ульфи разложил миниатюрную подзорную трубу, осматривая окрестности.

— Месиво… — пробубнил он. — Дружины больше нет.

— А ну-ка, дай гляну, — попросил я у него оптический прибор.

Вгляделся я в подобие подзорной трубы, которую боялся сломать — уж больно она была хлипкой. Вгляделся в сторону качающегося на волнах драккара. Изображение было слегка мутным, искажённым, но всё же картинку я различил. Увидел лодки, которые поднимали на «Мурену».

Ярл добрался до корабля с жалкими остатками дружины. Пять воинов вместе с заросшим помощником. С ними толстый лоцман и кок, а они не в счёт. К тому же на «Мурене» оставалось пятеро воинов, латавших драккар. Итого — вместе с Сигурдом одиннадцать человек, умеющие обращаться с оружием. Более ста воинов погибли.

Затем оглядел берег, усыпанный тёмными тушами горилл и телами дружинников.

Дерек в это время исчез на время, оставляя нас с Жераром наедине. Весельчаку сейчас было не до смеха. Он сел под дерево в стороне от нас, доставая оселок, и подтачивал один из своих мечей.

— Была бы моя воля, я бы вас уже прирезал, — протянул он. — Вы обречены.

— Закройся, — прошипел Ульфи.

— Я не ранен, потому что со мной всегда моя счастливая пластина, — засмеялся он, постучав себя в грудь. В ответ раздался глухой стук. — Пару раз прилетело, и прямо в грудь. Вон, в лоскуты разодрали мою тунику.

Я всмотрелся, замечая проглядывающий металлический… кхм… Доспехом я бы это не назвал, скорее и правда, ближе то, что сказал Жерар. Тёмная изогнутая пластина, которая сделана под его размеры, плотно облегала его торс и поэтому не бросалась в глаза.

— Так что зря вас Дерек жалеет, — оскалился Жерар. — Да вы и сами всё понимаете. Верно? Конец близок.

— Помолчи, иначе я отрежу твой язык и запихаю… — бросил я в его сторону, разминая руку. Но пальцев я почти не чувствовал.

— Ну, давай, — хохотнул Жерар, не давая мне договорить. Он вскочил на ноги, прокручивая в руке один из своих коротких мечей. — Смелей, Ворон. Говорят, что ты завалил Финна. Я лично не видел, но чую, что тебе просто повезло. Как раз и проверим, на что ты годен.

— Это нечестно. Он ранен, а ты нет, — произнёс Ульфи.

— Тогда давай и ты поднимайся, — ощерился Жерар. — Я вас двоих уделаю.

— Ты одного так и не понял, — улыбнулся я, наблюдая, как разминается этот глупец. — Мы скоро встретимся с новыми тварями. И каждый меч будет на счету.

Жерар промолчал, а его рвение потухло.

— Слабаки, — отмахнулся он и вновь устроился под деревом, доставая оселок.

Дерек вернулся не только с сумкой, наполненной травами, но и с фляжкой, наполненной ледяной водой. Угостил нас, затем быстрыми движениями растолок рукоятью меча траву о плоский камень, выжимая немного сока. Обработав рану Ульфи, брат Бейлы подсел ко мне.

— Это бесполезно, — улыбнулся я, вновь чувствуя горечь во рту. — Ты сам знаешь, что мне уже не помочь.

— Но попробовать надо, Ворон, — с надеждой взглянул на меня Дерек. — Ты нужен живым и здоровым. Мы должны выбраться отсюда. Притом что я скажу Бейле?

— Скажешь, что я уехал, и всё, — выплюнул я кровь.

— Нет уж, братишка, ты выживешь, — покачал головой Дерек, плотно сжимая губы. Он аккуратно нанёс на чёрную корку приготовленный сок. Слегка защипало, затем боль притупилась. Хотя ни тёмные нити, ни волдыри никуда не делись, а пальцы продолжали неметь. Я вновь принялся работать кистью, пытаясь наладить нормальный приток крови.

— Теперь надо чистую повязку наложить, — пробормотал Дерек и напрягся, отвлекаясь.

— Я слышу что-то, — припал он к земле.

— Да хватит уже. Нас нашли, хочешь сказать? — скривился в ухмылке Жерар, продолжая подтачивать клинок.

— Возможно, — брат Бейлы взглянул на щуплого парня, который безучастно катал во рту соломину и смотрел в небо. — Погляди в трубу, Ульфи. Что там творится внизу?

— Оттуда звуки? — испуганно спросил Ульфи, посматривая в сторону деревьев, где застряли несколько забитых тварей.

— Да, оттуда, — кивнул Дерек, протягивая мне лоскут ткани и помогая замотать повязку.

Ульфи вскочил, растянул свою подзорную трубу и всмотрелся вдаль.

— Они идут… — пробормотал он, отходя назад. — Они идут! Их просто до хрена там! А-а-а! Чтоб тебя!..

Я выхватил из его рук трубку, всмотрелся через оптическое стекло. Кроны деревьев качались в разные стороны, некоторые из более тощих стволов подламывались словно тростинки. Уже были видны десятки тёмных силуэтов, мелькающих впереди.

Я иронично улыбнулся. Всё? Приплыли, как говорится? Даже если и так — я буду сражаться до последней капли крови. Пока силы окончательно не оставят меня.

Ульфи изрыгал проклятья на фоне, Жерар напряжённо беседовал с Дереком.

— Дай гляну, — услышал я голос Дерека и протянул ему оптический прибор. Воин всмотрелся и зарычал, больше от безысходности и злости. — Готовимся к битве!

Я вернул трубу Ульфи, который побледнел и мотал головой.

— Очнись, парень! — выплюнул ему в лицо Жерар. — Хватай оружие и дерись!

— Ульфи, мы все скоро погибнем. Смирись, — взял его за плечи Дерек и встряхнул. — Так хоть есть какая-то надежда. Мы должны драться.

— Я готов, — всхлипнул Ульфи, кивая и выхватывая свой меч.

Я уже встал в боевую стойку, понимая, что почти не чувствую правую руку. И горечи во рту стало больше. А сознание уплывало от меня.

/ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ!

Критическое отравление мутагеном!

До мутации осталось: 35 секунд.

Поиск решения…/

Замечательно! Просто чудесно! Твари ещё не доберутся до нас, как я начну мутировать. Это мне очень не нравилось.

Теперь я уже слышал топот множества лап и хруст ломающихся деревьев. И лихорадочно размышлял, что мне предпринять.

/ВНИМАНИЕ!

До мутации осталось: 25 секунд.

Поиск решения…/

Я уже заметил первых изменённых горилл, различил среди поросли несколько пар горящих глаз. И принял единственное верное решение.

Если уж так, если я мутирую уже скоро, то лучше погибнуть чуть раньше, сражаясь с тварями.

Я широко улыбнулся и направился в сторону подбирающейся к нам толпы монстров.

На соседнем острове, часом ранее

— Астрид, об этом и речи быть не может, — хмуро взглянул на неё сухой старик, староста колонии млечников. — Мы на одном острове. Они на другом.

— Ты не понимаешь, Трей, — вздохнула она, пытаясь унять биение сердца. — Если бы это были очередные воины, мне было бы плевать. Я и без тебя знаю, что они для нас враги. Но я услышала зов.

— Это всё твои выдумки, — проскрипел старик. — Сейчас активность тварей. Нам надо отсидеться в этой пещере.

— Пока мы сидим в норах, монстры уничтожают нас по одному, — процедила Астрид, кое-как сдерживая гнев. — Наоборот, я хочу спасти наших братьев и сестёр. Плохая была идея устраивать жизнь в Туманном архипелаге.

Смирение старика бесило её в последнее время. Его одержимость и слепая уверенность, что здесь лучше, чем на большой земле, выводили из себя.

Сначала это было красивой сказкой, в которую и она поверила в своё время. Но сейчас… Их всё меньше, запасы тают на глазах, пищу и воду всё сложнее добывать из-за быстро плодящихся тварей.

Недавно погибли ещё пять человек во время последней вылазки к Горному Ручью. Да, они уничтожили более пятидесяти горилл, и двух Гнусов, как они называли их хозяев. Но Астрид потеряла двух подруг и до сих пор скорбит по ним.

А пару дней назад она почувствовала зов. Очень родной, давно забытый. Это и добавило ей решимости для разговора с Треем.

Ей плевать, что старосту слушают больше в их общине. Да, он сильный маг. Его боятся, перед ним трепещут. Но ведь и она одарённая. Дальше терпеть

— Мы привыкли бояться, Трей, — добавила Астрид, вглядываясь в изрытое морщинами лицо старика. — Посмотри, где мы живём⁈

Она обвела рукой пещеру с коптящими на стенах факелами. На каменном полу несколько луж, в которые шумно падают капли влаги, срывающиеся со сталактитов. Далее ещё несколько таких же помещений, соединённых узкими лазами.

— И это, по-твоему, комфорт⁈ — воскликнула она, и её голос эхом прокатился по невысокому своду пещеры.

— Это безопасность, — проскрипел в ответ староста. — Мы вынуждены…

— Это слабость, Трей, — прошипела Астрид. — Пора дать настоящий отпор. Твари плодятся с невиданной скоростью. Поможем людям, попавшим в беду, а затем…

— Ты сдурела, Астрид⁈ Они же… они чужаки! — выпалил Трей, ударив посохом в знак крайнего возмущения. — Я запрещаю даже думать об этом! Будь благоразумной!

— Они люди. Такие же, как и мы, — уже тише произнесла Астрид. — Мы им поможем, а они нам.

— Да-да, ты уже говорила недавно. Я хоть и стар, но память у меня отличная, — улыбнулся Трей. — У них есть корабль. Но он с пробоиной, вот в чём дело.

— Они её уже заделали… Мы можем убраться отсюда, Трей. Не получилось у нас построить общину. Ты ведь понимаешь это, — она положила руки на плечи старосты, вгляделась в испуганное и растерянное лицо. Старик не знал, как отреагировать на её слова. — Как раз спасём многие семьи от гибели, вывезем их на большую землю.

— Астрид, на большой земле нас ждут куда более опасные монстры. Озлобленные люди, которые жаждут нашей смерти, — тяжело вздохнул Трей, усаживаясь на застеленную шкурами каменную лавку.

— Я услышала зов. От матери, — холодно произнесла она. — Мне нужно на большую землю. Она сейчас в беде, и ей требуется моя помощь.

— Ты подставишь всех под удар, — упрямо проскрипел старик. — Спасёшь наших врагов, а они тебя сожгут, да ещё и танцевать будут от счастья.

— Если боишься, тогда я сама поговорю с общиной, — процедила Астрид, вглядываясь в слезящиеся глаза старика.

— Не посмеешь, — прошипел Трей, и его глаза угрожающе сверкнули. — Ты останешься здесь, пока я не скажу выходить. Слышишь меня, Астрид?

Она остолбенела, наблюдая, как Трей начинает делать пассы руками. Да этот старик просто сбрендил! Он хочет запереть её в ментальную тюрьму?

Злость и ярость всё же подстегнули Астрид. На мгновение она опередила старика. Вытянув силы из своего источника, направила их в руки. Из ладоней выскочили струи воздуха, уплотняясь и накрывая старосту в полупрозрачный купол.

— Как ты смеешь, сучье отродье⁈ Подняла руку! На меня! Ты изгоняешься из общины, — шипел старик, пытаясь пробить её воздушный купол своим посохом.

— Трей, ты сошёл с ума. И запомни — как прежде уже не будет, — спокойно и тихо произнесла Астрид, рисуя вокруг сдерживающего старосту купола усиливающие печати. Для этого она использовала обычную сухую палку, передавая через древесную структуру частицы энергии. С символами она управилась за пару минут. Было время отточить навыки.

Теперь он никуда не денется.

— Ты пожалеешь, мразь! Я тебя в порошок сотру. С-сука! — старик вытаращил на неё глаза, выплёвывая слова вместе со слюной.

— Общине нужен другой глава, — сухо сообщила ему Астрид и отправилась в другое помещение. Туда, где она соберёт всю общину.

Пора выходить из норы и сваливать из этого поганого места.

— Стой, Ворон! — зарычал за спиной Дерек.

— Всё нормально! Я готов к битве! — оглянулся я, поднимая меч левой рукой, потому что правая уже не держала и простреливала жуткой болью.

/ВНИМАНИЕ!

До мутации осталось: 15 секунд.

Поиск решения…/

Дерек побледнел, отправляясь за мной. Жерар покраснел и захохотал, больше от отчаяния и страха. Ульфи схватился за голову, наблюдая за мной.

Я уже подошёл к лесу, когда из леса выскочили сразу десять тёмных горилл.

— Привет, обезьянки, — оскалился я, прочертив мечом пространство между нами. Всё же левой рукой Ворон управлялся похуже, чем правой.

Гориллы запищали и одновременно прыгнули на меня.

Вот и всё…

Или не всё?

Ох, ни черта себе! Что произошло⁈

Все напавшие гориллы будто натолкнулись на невидимый барьер. Монстры зависли в воздухе, в метре от меня. А я издал получеловеческий-полузвериный рык, припадая на колено.

/ВНИМАНИЕ!

До мутации осталось: 5 секунд.

Решение найдено…/

Глава 8

Перед глазами всё поплыло, зрение ухудшилось. Я видел лишь силуэты болтающихся над землёй тварей. Вдруг резко замутило.

Сквозь ужас, раздирающий изнутри, я поймал себя на мысли, что ещё несколько ударов сердца — и я буду меняться.

Но я не хочу умирать! Эта мысль забилась в голове, будто запертая в клетке птица, за миг до того, как её жилище схлопнется.

/ВНИМАНИЕ!

Решение найдено: нейтрализация мутагена.

Будет потрачено: 28 дней 18 часов жизни.

Принять. ДА/НЕТ/.

— Да, — вылетел из моего рта хриплый надсадный голос, уже непохожий на родной.

Я не считал, сколько у меня в запасе времени жизни. Помнил лишь, что как раз двадцать восемь дней и оставалось.

Ну а был ли другой вариант спастись? Не было. Всё просто и понятно. Хватит очков жизни — выживу. А не хватит…

Как только я дал согласие, Система дала ответ.

Каждая моя вена, артерия, капилляр будто вспыхнули, каждая клетка моего тела отозвалась болью. На мгновение я отключился. Затем пришёл в себя, с трудом открывая глаза, и понял, что вот-вот упаду на землю.

Я покрепче ухватился за рукоять меча. Как же хорошо, что она очень удобная для хвата, и рука не соскользнула, я удержался.

Выпрямившись, я выдохнул. Стало гораздо легче. Гораздо! А следом тело наполнилось силой. Той самой силой, по которой я уже успел соскучиться.

/ВНИМАНИЕ!

Ваш организм очищен!

Общая продолжительность жизни: 2 часа 14 минут.

Всплеск энергии обновил и активировал особую способность «Мощь титана»/.

О да! Это же самый настоящий подарок!

Думал я недолго. Потом пойму, что задержало тварей, которых к этому моменту скопилось более сотни. Сейчас надо воспользоваться предоставленной возможностью.

Сила титана передалась и моему клинку. Я начал рубить, кромсать, разделывать этих ублюдков на части, стараясь использовать каждую из тридцати секунд с максимальной эффективностью.

Удар, уворот от когтей, удар, нырок под очередную болтающуюся в воздухе тварь, удар, шаг в сторону, перенос веса на левую ногу, уворот, размах, удар.

Хрип умирающих существ был для меня как бальзам на сердце. Не прошло и десяти секунд, как присоединились остальные из нашего немногочисленного отряда. Они старались не мешать мне, каждый бил изменённых горилл в своём условном секторе.

Последних двух тварей я добивал, когда способность деактивировалась. Одной особи резанул по шее, пуская кровь, второй — отрубил лапу, которой она пыталась меня достать, и сильным рубящим ударом сверху сорвал башку

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +370 часов жизни за победу над семьюдесятью четырьмя монстрами с использованием особой способности.

Бонус за повышенный уровень — +148 часов жизни.

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 21 день 16 часов 13 минут/.

Вот это просадка по часам жизни. И как я быстро взлетел! Понятно, что за практически беспомощных тварей система давала крохи. Но я взял оптом. Взял, сколько успел.

Я огляделся, восстанавливая дыхание. Ульфи с Жераром добивали одну тварь, отсекая ей лапы. Дерек уже вырвал меч из груди последней гориллы, вытирая клинок о траву.

— Приветствую вас, воины, — услышал я зазвеневший в тишине женский голос. — Вы управились быстрее, чем я предполагала.

Я стёр рукавом со своего лица чужую кровь, вгляделся в женский силуэт. Из-за деревьев показалась стройная блондинка в светлом платье, покрытом странными символами. На её красивом точёном лице просматривалась тревога, настороженность и в то же время во взгляде сквозило любопытство.

Она была… магом? Да, она маг. Её ладони мерцали, но она истощена, судя по струйке крови, капнувшей из носа. А ещё она побаивается нас. Дадим хоть один малейший повод считать нас врагами, блондинка пустит в ход свою магию. Даже не сомневаюсь.

Хорошо, что и остальные из моей группы это понимали и не двигались.

Вокруг девушки собирались люди в простой серой одежде, в основном мужчины. Всего я насчитал более сорока человек.

— Вот это красотка, — услышал я за спиной тихий голос Жерара, затем он добавил, уже громче: — И какого чёрта ты забыла в этой дыре, красавица⁈

Девушка холодно взглянула в его сторону, потом перевела взгляд на меня.

— Спрячьте свои мечи в ножны, воины, — продолжила она. — В ближайшее время они вам не пригодятся. Вы в безопасности.

— Зубы нам заговариваешь? Отвечай, кто ты? — зарычал Дерек, выходя вперёд.

— Стой на месте, — взгляд девушки вспыхнул, а лицо превратилось в каменную маску.

— Отвечай, — продолжал напирать брат Бейлы. — Ты млечник⁈

— Стоять! — блондинка вытянула руку в его сторону, как-то странно выкручивая её.

Дерек заскрипел зубами, замер, словно натолкнулся на невидимую стену. Затем девушка еле заметно провернула кисть в другую сторону, и Дерека отбросило назад. Не сильно, но этого хватило, чтобы воин попятился и упал на пятую точку.

— Ты млечник, — зашипел брат Бейлы, пытаясь дотянуться до меча, выскользнувшего из рук. Но магия блондинки прижала клинок к земле.

Разве он не понимает? Она только что спасла нам жизнь! Хотя о чём я? Для него млечник как сигнал к действию. Его так воспитывали с детства. Поэтому он и ненавидит их, считает врагами. Впрочем, как и Ульфи, как и Жерар, злобно посматривающие в сторону толпы.

— Заберите у них оружие, — приказала девушка, вытирая кровь из носа, которая пошла сильнее. Насколько я понимаю, это из-за того, что она сильно потратилась. Ещё бы — держать больше сотни тварей. Такое не каждому магу под силу.

Хотя что я знал о местных магах? Да практически ничего. Откуда мне знать, насколько она сильна? Но я чувствовал это. Её взгляд. Он говорил лучше любого знания о рангах. В этом взгляде сквозила сила, недоступная обычному магу.

— Астрид, их нельзя оставлять в живых. Они слишком опасны, — забормотал бородатый низенький мужичок с топорами, заткнутыми за пояс.

Слух у меня был обострённым в этот момент. Я слышал их разговор. Возможно, благодаря последней трансформации, либо это кратковременное явление после недавней чистки от мутагена.

— Нет, Рохли. Они наш единственный шанс. С их помощью мы выберемся отсюда, — подчеркнула девушка.

— Как знаешь. Но я не доверяю им, — проворчал мужичок. — Особенно вон ему. Вон он, лыбится, как сумасшедший, — он указал в сторону Жерара, на лице которого блуждала хищная улыбка.

— Каждый по-своему воспринимает близость смерти, — ответила ему блондинка.

К нам подошли несколько крепких мужчин, забрали мечи, под пристальным взглядом той, которую звали Астрид. А затем нас сопроводили в сторону замаскированного еловыми ветвями входа в пещеру. Свод был настолько низким, что приходилось пригибаться, чтобы не разбить лоб о каменные наросты на потолке.

Через десяток метров стало просторней, потолок перерос в достаточно высокий, чтобы выпрямиться и оглядеться.

— Вы здесь скрываетесь от тварей? — спросил Ульфи.

— Меньше болтай! — подтолкнул его в спину один из рослых млечников. — И шустрей иди вперёд! Ну же! Что ты ковыляешь, как старик⁈

— Я ранен, — признался Ульфи.

— Наши лекари осмотрят тебя, — произнесла Астрид, всматриваясь в его лицо. Опасения девушки были понятны, ведь она уже поняла, что его задела тварь. — Заберите его в лазарет.

Ульфи повели в отдельную каменную комнату, а нас доставили в другое помещение, в конце которого я заметил деревянную решётку.

Тёплый приём, ничего не скажешь.

Меня запихнули внутрь последним. Зазвенела ржавая цепь, затем на ней защёлкнули замок.

В импровизированной камере пахло плесенью, горелой шерстью. На стене чадили три факела, которые давали достаточно света. Я окинул беглым взглядом каменный пол и заметил следы от лап. Скорее всего, здесь держали одну из тварей, а может и не одну. Здесь же и убили её, судя по тёмным разводам на полу.

— Ну что, поздравляю вас, — оскалился Жерар, ударив ногой по цепи, затем отошёл вглубь камеры, разлёгшись на каменном выступе у стены. — Мы в плену у млечников. Просто замечательно. Заперты в скотобойне.

— Млечники не собираются нас держать в плену. Они помогут нам. А мы — им, — подчеркнул я, разминая руку, которая ещё недавно была инфицирована. Кожа на ней сейчас была розовой как у младенца, а из-за прилива крови покалывало в кончиках пальцев.

— Ты это только сейчас сочинил? А-а-а, понятно. Тебе та бабёнка понравилась, — расплылся в улыбке Жерар и причмокнул. — Да, сиськи у неё что надо. Я тоже с ней не прочь потанцевать.

— Помолчи и послушай, — процедил Дерек. — Никакой самодеятельности. Она маг, и довольно сильный. Просто держи свой язык за зубами… Ворон, с чего ты взял, что мы не пленники?

— Да, с чего ты взял? — Жерар вскочил и вразвалочку подошёл к клетке, упираясь в неё лбом. — Ой, а я что-то дальше пройти не могу. Что это? Клетка? Ого! А как же так⁈

— Хватит паясничать! — зарычал на него Дерек, присаживаясь на каменный выступ. — Вернись на место.

— А с какой стати ты объявил себя главным? А, Дерек? — подошёл к нему Жерар, пристально посмотрев сверху вниз. — Мы здесь на равных условиях.

— Ещё один такой взгляд — и я тебе кадык вырву, — холодно

Жерар постоял, затем решил не обострять ситуацию, резко отошёл и вернулся на своё лежбище, закидывая ногу на ногу.

— Я не паясничаю, Дерек. Просто пытаюсь донести до Ворона, что мы заперты, — вновь весело произнёс Жерар. — А потом нас зарежут как овец. Слышишь, Ворон? Как поганых овец. Вон, Ульфи первый… Думаешь, он вернётся⁈ Тогда ты гораздо наивней, чем я думал.

— Не пори чушь, Жерар, — процедил я. — Вон, его уже ведут к нам.

Впереди я увидел растерянного щуплого парня, который показался в каменной комнате. Клетку открыли, затолкнули его внутрь, затем вновь накинули цепь и щёлкнули замком.

Ульфи прошёл под нашими пристальными взглядами к одному из выдолбленных в скале выступов рядом со мной, устроился на нём, сморщившись и вытягивая ногу. На ней я заметил свежую повязку и проглядывающую через неё светло-зелёную мазь.

— Залечили рану, — показал он на свою ногу. — Дерек, если б не твои травы, я бы не протянул так долго. Мне так сказали.

— Я же говорил — это старый рецепт, бабка так лечила, — сообщил воин. — Что тебе сказали?

— А он и не спрашивал. Верно, Ульфи? — подмигнул ему Жерар, но затем затих после напряжённого взгляда Дерека.

— Я пытался, но мне запретили задавать вопросы, — вздохнул Ульфи.

— Кстати, Жерар. Насчёт их отношения к нам. Ответь на один вопрос, — обратился я к улыбающемуся воину. — Зачем той блондинке надо было тормозить тварей?

Весельчак потух, улыбка исчезла с его лица, он заметно растерялся. Затем взлохматил свою причёску, и тут же оскалился, заблестев в мою сторону взглядом.

— Так это… Ты разве ещё не понял? Они за счёт нас истребили этих чёртовых горилл, — хохотнул Жерар. — Может, ещё раз используют. А потом всё равно прирежут.

— Я слышал, что они хотят выбраться отсюда, и что мы им поможем, — сообщил я ему, и Жерар расхохотался.

— Ну конечно! Мы убьём тварей, а они свалят на «Мурене»! — гаркнул он, разнося эхо по пещере. — Я прав⁈ Да⁈ Хотя они не даже не догадываются, что ярл может отплыть раньше. Если уже этого не сделал.

— Не уверен, — покачал головой Дерек. — Дерева им не хватит, чтобы надёжно залатать пробоину. И выходить в Акваторию штормов даже с малейшей щелью в борту — чистое самоубийство.

— Ты не знаешь Сигурда. Он может, — улыбнулся Жерар. — Ты ведь не застал нашу вылазку на Южные острова. Не знаешь о ней?

— Нет, расскажи, — хмыкнул Дерек.

— Ярл тогда повёл «Мурену» между двух водоворотов, которые создали те грёбаные шаманы, — процедил Жерар. — И мы прошли их. Самоубийство, ха! Кому другому расскажи.

— Нет, Жерар, в этот раз шансов нет. Это Акватория штормов. Сигурд ведь не идиот, понимает это, — настойчиво сообщил ему Дерек.

— Ярл Сигурд, — поправил его Жерар.

— После того как Сигурд бросил нас и свалил на драккар, он для меня больше не ярл, — печально произнёс Дерек.

— Туны по тебе плачут, дружище, — вновь оскалился Жерар. — Но ладно. Я согласен в этот раз с тобой. Поступил он некрасиво. Но и ситуация была… ты сам понимаешь какая.

— Был бы я на его месте, не бросил бы своих в беде, — заметил я.

— Ты не на его месте, Ворон. Вот когда окажешься в такой же ситуации, посмотрю я на тебя, — выдавил усмешку Жерар. — Но ладно, я же говорю — проехали. Надо подумать, что делаем дальше.

— Нужно сообщить, что мы можем управлять драккаром. И они нас пощадят, — подавленно выдавил Ульфи.

— А зачем им нас оставлять в живых? Ты подумай, дурья твоя башка, — блеснул лихорадочным взглядом Жерар. — На «Мурене» есть те, кто им нужен. А воины для них враги, как и они для нас. Мы их истребляем уже более сотни лет, а то и больше.

Внезапно я услышал шаги. В помещение зашли два рослых млечника. Один из них открыл дверь камеры, второй тыкнул в мою сторону пальцем.

— Ты, на выход, — прохрипел он.

— Вот, щас Ворона колоть будут, — услышал я вслед тихий голос Жерара.

Меня провели через три каменные комнаты, а затем я оказался в небольшой каморке. Иначе то помещение, куда я попал, и не назовёшь. Зато никого, кроме Астрид, здесь не было.

Девушка находилась на чём-то вроде трона. Правда, тот был высечен из камня и укрыт шкурами тварей. Блондинка смотрела на меня, не отрывая взгляда, а на её коленях покоился мой меч в ножнах.

— Ворон, так тебя зовут твои друзья, — первым делом произнесла та, которую звали Астрид. — Откуда ты?

— Спроси у меня что-нибудь полегче, — вздохнул я. — Я потерял память на арене и…

Взгляд блондинки не отрывался от меня. Вот радужка глаз блеснула, и она покачала головой.

— Нет, ты лжёшь, — вздохнула она. — Говори правду, а я отвечу так же правдиво на твои вопросы. Ты ведь не из нашего мира. Так ли это?

Смысла отпираться не было. Астрид видела меня насквозь. И раз она может помочь мне покинуть остров, значит, следует войти в её круг доверия. Придётся признаваться, иначе никак.

— Да, всё верно. Но больше никому об этом не говори, — сообщил я ей.

— Разумеется. Ведь пришельцев в этом мире не жалуют. Так же как и нас, — на красивом лице Астрид мелькнула печальная улыбка. — Мы все для них враги.

— Ты встречала таких, как я? — задал я ей встречный вопрос.

— Один раз, — кивнула Астрид. — Но его убили на моих глазах. Впрочем, это неважно… Я сразу поняла, что ты пришелец. Твой меч… — похлопала она по ножнам, — Он ведь не зачарованный. Но ты дрался отчаянно и совсем не как обычный воин. А потом я рассмотрела твою ауру.

Астрид затихла, подбирая слова. Я же вновь решил перехватить инициативу.

— Ты нас спасла. К тому же я слышал твои слова. Вы собираетесь покинуть архипелаг, — произнёс я, и Астрид бросила на меня напряжённый взгляд. — Но приём, который вы нам оказали, совсем не тёплый.

— Вас заперли в клетке, чтобы успокоить моих людей, — произнесла Астрид. — Но скоро выпустят. И призна́юсь сразу, мне неинтересны остальные. Ты отправишься с нами, а они останутся на острове.

— Нет, они со мной, — нахмурился я. — Без них я никуда не отправлюсь.

В голове кружилось много вопросов. И самый главный — зачем я ей нужен? Почему именно меня она

— Хочу тебя разочаровать. «Мурена», наш корабль, на котором мы прибыли сюда, повреждён. Да и если бы он даже был целым. Вряд ли преодолеет Акваторию штормов.

Астрид звонко засмеялась в ответ.

— Поверь, это для меня не преграда, — произнесла она. — Только мне нужно вернуть реликвию. Нимиус. В нём заключено много силы.

— Аккумулятор, понятно, — кивнул я.

— В этом мире нет такого слова. Но мне понятен смысл, — улыбнулась волшебница. — Да, можно и так сказать. Если я истощусь, заберу из Нимиуса силу, и мы вырвемся из западни.

— Ты маг ветра, — догадался я.

— Верно, но не только, — улыбнулась Астрид. — Хотя это моя основная специализация… Так вот. Нам надо найти реликвию, которую потерял один из наших людей, когда мы кочевали с одного острова на другой. На нас напали твари, и пришлось срочно уходить, чтобы остаться в живых.

— Но почему ты их не остановила?

— Я была слишком слаба, как раз отправила за Нимиусом верного Роида. Но он не вернулся.

— Соболезную, — вздохнул я.

— Вижу, что ты ещё что-то хочешь спросить, Ворон, — улыбнулась Астрид.

— Почему ты хочешь именно меня забрать с собой?

— Как бы тебе это объяснить, — задумалась волшебница. — Так, начну с самого начала. Когда вы попали на остров, я сразу же приняла зов.

— Зов? Что это?

— Ментальное сообщение, проще говоря, — произнесла Астрид, вновь поблёскивая радужкой глаз. — Именно благодаря тебе я получила крик о помощи. Мать вызывала меня.

— Вот как, — хмыкнул я. — Я — передатчик? Но как я им стал?

— А вот это у тебя надо спросить, — улыбнулась Астрид. — Именно через тебя моя мать отправила сообщение. И раз ты не можешь ответить, придётся подумать, как такое случилось.

— Она тоже маг, и ей проще отправлять ментальные послания через пришельцев, — выдал я одну из версий.

— Нет, это невозможно, — покачала головой Астрид, затем прищурилась в мою сторону. — Если только она не поставила метку. Не шевелись, я проверю.

Я замер, а волшебница выставила раскрытую ладонь. Не понимаю, как я это увидел. Но несколько мерцающих паутинок сплелись между собой, образуя нечто вроде иглы, которая и добралась до меня, зависая прямо перед глазами.

Я машинально закрыл глаза, чувствуя, как нечто чуждое пробралось в моё тело. Затем плечо вспыхнуло от боли, будто поставили клеймо. Хотя через секунду боль исчезла.

— Вот значит как! Метка! Ну точно! — засмеялась Астрид, отложив меч и вскочив со своего каменного трона. — Ты знаешь мою мать!

Глаза её горели, лицо разрумянилось.

— Покажи, — её рука коснулась моего лба, прежде чем я успел что-либо ответить.

Вспышка, после которой я ещё пару секунд ничего не видел, ошеломила меня. Я покачнулся, чувствуя, как Астрид подхватила меня за локоть.

— Теперь я всё поняла. Ну надо же! — глаза её сияли от радости. — Ты встречался с моей матерью!

Я помотал головой, пока не понимая, к чему она клонит. Столько всего произошло за последнее время, что жизнь на материке казалась чем-то давно прошедшим.

Драконий клык, болото, поход к отшельнице. А потом её прожигающий взгляд и касание.

— Инга, — выдохнул я, округляя глаза в сторону улыбающейся Астрид. — Ты дочь Инги⁈

— Верно, — произнесла блондинка. — И не спрашивай, как я здесь очутилась.

— Ты обещала говорить правду, — заметил я.

— Но не обещала сообщать всё, что тебе знать не нужно, — сдвинула брови Астрид. — Ты ведь тоже хочешь её спасти. Я прочла это в твоих мыслях.

— Инга мне обещала помочь с силой, — произнёс я, решая довериться этой девушке.

Раз у нас откровенный разговор, уже не было смысла что-либо скрывать. Тем более я не собирался делать это от дочери Инги. Вгляделся я в её лицо и понял, что она очень похожа на свою мать.

Тот же подбородок и овал лица, тот же взгляд, слегка вызывающий и поблёскивающий от заключённой внутри силы.

— Так, она уже в Талассире. Это мы знаем. И надо спешить, ведь скоро Праздник Огня, — произнесла Астрид, затем добралась до трона и подняла меч. — Оружие я отдам позже.

Мы вышли из каменной комнаты. Ко мне подошли два мужичка, в то время как Астрид направилась в следующий отдел пещеры, затем напоследок взглянула на меня.

— Возвращайся к своим соратникам. Скоро вас выпустят, — мрачно произнесла Астрид. — И пойдём забирать Нимиус.

Меня отвели обратно в клетку. Как только за мной захлопнулась дверь и щёлкнул замок, я почувствовал на себе три пары глаз.

Прошёл я до ближайшего камня, уселся, ухмыляясь. Всё складывается удивительным образом шикарно. Появился шанс выбраться. Я встретил дочь той, которая должна мне помочь. Ну а далее появляется шанс понять, что такое Система и кто ею управляет.

— Забили парня до такой степени, что крыша поехала, — хохотнул Жерар. — Вон, улыбается.

— Я не вижу побоев, — услышал я голосок Ульфи.

— Ни хрена ты не знаешь, — прошипел Жерар. — Можно так ударить, что ничего не будет видно.

— Да подождите вы, — зашипел на них Дерек, затем он подложил под пятую точку камень и устроился напротив. — Ворон, ну что ты молчишь? Что эти сволочи хотели из тебя выбить?

— Я разговаривал с Астрид, — взглянул я на воина, затем обвёл всех спокойным взглядом. — Они нам помогут выбраться с острова.

— И ты поверил им⁈ ИМ⁈ — вскочил со своего места Жерар. — Да ты глупец!

— Я говорю правду, — поднялся я. — Нам надо помочь Астрид найти реликвию. И мы уберёмся с этого острова.

— Да это же полный бред! — захохотал Жерар.

— Ворон, ты поверил млечникам? — удивлённо взглянул на меня Ульфи.

— Они хотят выжить. А если мы поможем — вытащат нас, — объяснил я им.

— Поможем? — усмехнулся Жерар. — А теперь послушай, как будет. Мы найдём грёбаную реликвию. И как только та окажется у них в руках, они прирежут нас, как свиней. Именно так! Как паршивых свиней!

— Мы не отдадим реликвию. Она будет храниться у меня, если так тебе будет спокойней, — пообещал я, отчего Жерар рассмеялся ещё громче.

— Ты прям героем себя возомнил, Ворон, — оскалился Жерар, подходя ко мне вплотную. — Кем ты был ещё недавно? Бойцом, которого возили мордой по земле.

— Ещё слово — и я тебе хребет сломаю, —

— Базарил! Каких слов набрался! — воскликнул Жерар. — О, Великий Ворон! Прости великодушно, — затем он внезапно сморщился, надвигаясь на меня. — А лучше иди-ка ты в жопу.

Внезапно он резко дёрнулся назад и захрипел от воротника туники, сдавившего горло. Дерек оттолкнул оборзевшего воина в сторону.

— Отвали от Ворона, и не обостряй. Мы в одной лодке, — процедил брат Бейлы.

— Вот именно, Жерар! — воскликнул Ульфи. — Я согласен с Дереком.

— Я поручился за Ворона, когда привёл его в дружину. Ручаюсь и сейчас, — мрачно произнёс Дерек. — Если что-то не нравится, ты сам по себе.

— Ох-хо-хо, — скривился Жерар. — Ладно, я не настаиваю. Но это млечники, подлые сукины дети.

— Кто бы они ни были, они прежде всего люди, — процедил я, тыкнув куда-то в сторону. — А в лесу — монстры, их очень много. Так что Дерек прав, сейчас мы на одной стороне.

Жерар затих, обдумывая сказанное.

— Ладно, в твоих словах, Дерек, есть много дельного, — затем он бросил напряжённый взгляд в мою сторону. — А ты, Ворон, попробуй только отпустить хоть на миг реликвию. Я буду первым, кто обнажит свой меч.

Только мы завершили эмоциональный разговор, как к камере подошли трое рослых мужиков в серых длинных одеждах, подпоясанных кожаными ремнями. Некая особая каста, возможно, воины общины, и телохранители старосты в одном флаконе.

— На выход, дружинники! — гаркнул нам самый рослый, открывая клетчатую дверь.

Через пять минут мы собрались на небольшом горном плато. Кое-где из трещин пробивалась худая блёклая растительность, позади нас скала, за Астрид и толпой млечников — тропа, ведущая вниз, к лесу.

— А теперь я обращаюсь к вам, воины! — воскликнула волшебница. — Сразу предупрежу. Вы озлоблены, но и мои люди вам тоже не очень рады. Я прошу понять, что сейчас мы выполняем общую миссию! Мы идём за Нимиусом, реликвией, которая позволит выбраться с острова всем, кто здесь присутствует. Если кто-то всё ещё думает напасть на меня или моих людей, знайте — тем самым вы обрекаете всех на гибель! Тварей много, а их хозяева очень сильны. Но все вместе мы доберёмся до реликвии.

— Я согласен! — поднял я руку.

— Согласен! — ответил Дерек.

— Тоже с вами! — воскликнул Ульфи.

— Да! Я солидарен с братьями! — усмехнулся Жерар.

— Тогда получите своё оружие и выступаем! Прямо сейчас! — воскликнула Астрид.

— Мне и моим соратникам важно знать ещё пару вещей! — обратился я к волшебнице, получая от одного из млечников-воинов свой меч и сразу же принимаясь закреплять его на поясе.

— Говори, Ворон! — кивнула мне Астрид.

— Куда мы идём? И что нас ждёт? — спросил я.

Волшебница улыбнулась, но как-то натянуто, а в глазах её заплясали тревожные огоньки.

— Мы идём в логово монстров, — произнесла она.

Глава 9

Мы преодолели каменный тоннель, и сейчас шли по горной тропе. Справа пропасть, слева стена камня. Сколько мы так уже идём — точно определить было сложно. Но навскидку прошёл примерно час.

Ветер свистел в ушах. Под моими ботинками похрустывала каменная крошка. Я всё ещё был под впечатлением недавнего незабываемого пейзажа.

Случайно посмотрел вниз, мельком. Лучше бы этого не делал. Взгляд выцепил горную реку, далеко внизу. Высота была такой, что река смахивала на ручей. Метров двести до неё, может даже все триста. Невелика разница. В обоих случаях — верная смерть, если оступишься.

Я не боюсь высоты, но в тот момент похолодел, кое-как перебарывая мандраж. Главное, следить за тропой и быть бдительным… и не спотыкаться ни в коем случае.

Сбоку пыхтел Ульфи, впереди о чём-то тихо разговаривали Дерек с Жераром. Белый силуэт Астрид то показывался на горизонте, то вновь исчезал за очередным поворотом. А позади и впереди нас топали крепкие жилистые мужики, каждый как полтора меня. И топоры у них такие, будто они их отобрали у великанов. Обмотанные снизу доверху плотными звериными шкурами, бойцы на удивление шагали легко и непринуждённо. Чего не скажешь про Ульфи, который запыхтел ещё громче, затем снова запнулся о камень, и нога его опасно скользнула к краю пропасти.

— Стоять, — ухватил я его за край туники, не давая оступиться. — Смотри под ноги, дружище.

— Это тебе не торговый тракт, малец, — хрипло засмеялся Жерар, оглядываясь и оценивающе посматривая на здоровяков позади нас. — И не уличная тропа…

— Что ты задумал? — процедил Дерек, пихнув его. — Даже не думай провоцировать млечников. Мы дали честное слово, что никого не тронем.

— Просто оцениваю шансы, — недобро оскалился Жерар. — Тебе не кажется, что нас скоро пустят в расход?

— Какого йормунгара, Жерар? — прошипел в его сторону Ульфи. — Они говорят правду.

— Они говорят правду, — передразнил его Жерар, презрительно оглянувшись. — Сказал доверчивый запыхавшийся паренёк. Не здесь столкнут, так в логово первыми запустят.

— Надо будет — пойдём первыми, — мрачно взглянул на него Дерек. — Ты боишься?

— Это логово. Там живут не пушистые кролики и цыплятки, — скривил лицо Жерар. — Я готов был погибать за ярла. Но сейчас за кого умирать? За этих?..

— Ну и кто мы, по-твоему? Ты продолжай, не стесняйся, — обернулся к нему толстяк, марширующий перед ним. Он изобразил на лице широкую улыбку. Из-за пары выбитых зубов эта улыбка выглядела зловещей.

— Мирные и добрые люди. Как и ты, толстячок, — хохотнул Жерар, тут же получив в бок от Дерека.

— Он постоянно так шутит. Не обращай внимания, — сообщил он толстяку, и тот хмыкнул, теряя к нам интерес.

— Ты опять толкнул меня, — возмущённо пробормотал Жерар, посматривая на Дерека.

— Хватит болтать. Просто сосредоточься на цели и молчи. А не то нас точно выкинут в пропасть из-за твоего поганого языка, — предупредил его брат Бейлы, затем обернулся ко мне. — Ты как, Ворон?

Вопрос был понятен. Он видел след от укуса. Слышал мой хрип за секунду до обращения в монстра. Беспокоится насчёт того, чтобы заражение не вернулось. Удивлён, почему оно вообще исчезло. Рука как всегда на рукояти меча, а взгляд прожигает насквозь, пытаясь разглядеть во мне хоть что-то нечеловеческое.

— Всё нормально, заражения нет, — показал я ему руку, и Дерек округлил глаза. — Спасибо за лекарство. Оно помогло.

— Говори, если что-то почувствуешь, — напряжённо отозвался воин, затем отвернулся, концентрируясь на тропе.

Не стал он расспрашивать меня о том, как у меня получилось выжить. Но очень хотел

Вот впереди осыпалась тропа, и один из млечников чуть не свалился в пропасть. Послышался вскрик, а затем я заметил, как бедолагу вытащили за шиворот обратно. Ульфи забористо матюгнулся, дёрнувшись от края тропы и обтирая плечом каменную стену.

Через пару минут тропа вновь повернула влево и потянулась вниз. Но от этого не стало легче. Приходилось внимательней смотреть под ноги, изредка прижиматься к скале, чтобы, не дай бог, не сорваться вниз. Порывы ветра, поначалу еле ощутимые, сейчас норовили проверить вестибулярный аппарат на прочность, а заодно и нервы.

— Чёртова тропа, ненавижу её, — Ульфи вновь споткнулся, затем с досады пнул один из камней. Тот полетел в пропасть. — Кто их вообще придумал, эти горы?

— Иди вперёд, и не ной, — придавил его басом один из плечистых млечников позади нас. Лысый, с секирой за плечами, замотанный в серое тряпьё. — Ты дружинник, или мямля?

— Что ты сказал? А ну повтори, мешок ходячий, — прошипел Ульфи, краснея и посматривая вверх, так как его обидчик был на полголовы выше его.

— Ха-ха! А этот парень остёр на язык! — обернулся к своим товарищам здоровяк.

— Хватит, — одёрнул я Ульфи. — Ты-то хоть не обостряй.

— А я и не обостряю, — огрызнулся на меня Ульфи, встречаясь взглядом. — Что? Я не обостряю, Ворон. Просто ноги все себе отбил об эти грёбаные камни. А этот…

— Значит, выше поднимай свои ноги, — посоветовал я. — Осталось немного.

— Да откуда ты знаешь? — процедил Ульфи.

— Астрид, — показал я вниз, на просторное плато, где встречала нас блондинка. Её платье развевалось на ветру, и стояла она словно статуя, вокруг которой суетились млечники, готовя привал.

— Неужели отдых? — выдохнул Ульфи. — Я добрался до привала?

— Радуется, словно логово зачистили, — усмехнулся Жерар, оглянувшись в нашу сторону.

Пока мы спускались по узкой тропе, я решил проверить кое-что. Всё, что меня сейчас интересовало: верно ли я понял, что «Мощь титана» сработала недавно вне очереди, как бонус? Или всё же необходимо ждать восстановления?

И Система меня в этот раз услышала. А услышав — успокоила.

/Ответ на запрос активности «Мощи титана».

«Мощь титана» готова к активации.

Активировать?

ДА/НЕТ/.

— Нет, — тихо произнёс я, и меня услышал Ульфи.

— Всё нормально, Ворон? — настороженно взглянул он на меня. — Что-то бормочешь непонятное.

— Если ты переживаешь, что я мутирую, так спешу тебя успокоить, — хмыкнул я в ответ. — Я здоров. Абсолютно здоров.

— Не думал, что мазь Дерека такая мощная, — настороженно покосился на мою руку Ульфи.

— Кто бы мог подумать, ага, — улыбнулся я, замечая, как Дерек обернулся, слыша наш разговор. Он замедлил ход, когда мы вышли на плато, где уже разбивали лагерь, затем поравнялся с нами.

— Эта ведьма сказала, что тропа неизвестна тварям, — прошептал он. — Но я вижу следы.

Я посмотрел в ту сторону, куда он указал. Три глубокие борозды, высеченные в камне, затем далее рядом отпечатки лап крупного зверья. И ещё несколько в стороне.

— Может, это было давно, — предположил я.

— От силы пару дней им, довольно свежие, — подчеркнул Дерек, держа руку на поясе, поближе к рукояти меча.

— Я доверяю Астрид. Стала бы она нас гробить, если и сама хочет выжить? Сам посуди, — хмыкнул я.

— Точно. Ворон прав. Колдунье вряд ли хочется, чтобы мы все сдохли, — Ульфи пнул камень, попавшийся ему под ноги. Тот с громким стуком покатился по плато, глухо врезаясь в валун неподалёку.

— Советую вам вести себя потише, — услышал я холодный голос Астрид, которая подошла к нам. — Я же предупреждала. Мы уже близко.

— И ещё ты говорила, что тропа необитаема, — обратился к ней Дерек. — Оказывается, это не так.

— Я не так сказала, — возразила волшебница. — Мы пойдём по безопасной тропе. Вот мои слова. Сейчас она безопасна. Вопросов, надеюсь, больше нет?

— Очень хочется надеяться, что это так, — пробурчал Дерек, затихая и смерив напоследок её хмурым взглядом.

На каменистом плато, на котором из растительности я заметил лишь пару кустов колючей травы, гулял ветер. Он был прохладным и быстро остудил моё разгорячённое лицо. Да и остальные немного расслабились. Мы расположились поближе к высокой стене камня, переводя дух перед очередным броском.

Дерек пустил по кругу кожаный бурдюк с водой и небольшой мешочек жёсткой солонины. Хоть и жёсткая, но на удивление вкусная. Пикантная, обильно сдобренная солью с выраженными пряными нотками. Затем подошёл один из плечистых млечников и кинул у наших ног небольшой мешок. Я достал из него кусок сушёного фрукта. Странный местный плод. Под толстой жёлтой кожурой скрывалась сочная волокнистая мякоть. По вкусу эти фрукты очень напоминали ананас, только с лёгкой вяжущей горечью.

Астрид стояла поодаль, отказавшись от еды. Девушка напряжённо вглядывалась вниз, туда, где чернела земля, и повсюду проглядывали небольшие скалистые пики.

— Он там, — тихо произнесла волшебница, обернувшись к нашей компании. — Нимиус фонит магией так сильно, что у меня ноют зубы. Артефакт точно в логове.

Я запил фрукт водой из бурдюка Дерека, взглянул на предводительницу млечников.

— Что именно представляет собой логово? — спросил я у неё. — Пещера, или глубокий овраг?

— Ни то, ни другое. Гигантская дыра в земле, это если быть точнее, — помрачнела Астрид и подошла ближе. — От неё расходятся десятки запутанных тоннелей. Все они ведут вниз, в центральное гнездо. Мы с людьми уже сжигали одно такое на северном острове, и тогда потеряли дюжину хороших бойцов. Тогда мы не взяли разведчика. В этот раз поступим по-другому.

Дерек отложил точильный камень. Ветеран недоверчиво нахмурился, оценивая услышанное.

— Земляные ходы такого размера должны осыпаться, — заметил он. — Своды просто не выдержат вес грунта.

— Гнусы укрепляют стены, — лицо Астрид исказила гримаса отвращения. — Они используют густую слизь мутировавших тварей. Эта дрянь застывает и становится прочной словно сталь.

Девушка обвела взглядом наш разношёрстный отряд.

— Вы с группой наших лучших магов пойдёте вниз, — продолжила она. — Остальные останутся сторожить вход и предупредят нас, если что будет не так. Нам нельзя допустить удара в спину, если твари вернутся с охоты.

— А они на охоте? — удивился Ульфи.

— Да, они ищут нас, — кивнула блондинка. — Они на охоте. Но, хвала Владыке гроз, ищут не там, где следует.

Жерар резко вскочил на ноги. Лезвие его клинка сверкнуло в тусклом свете. Следом сразу четверо рослых млечников встали за его спиной, готовые отреагировать в любой момент.

—

Я внимательно вгляделся в лицо воина. В октагоне ты очень быстро учишься читать язык тела противника. Расширенные зрачки. Учащенное дыхание. Нервно дергающийся кадык. Вот что я замечал у него. Жерар привык рубить людей в открытом бою, где есть простор для маневра. Сейчас же им руководила не обычная надменность. Животный, липкий страх, вот что он чувствовал в данный момент. Перспектива лезть в темную нору, вымазанную слизью мутантов, доводила ловкого бойца до паники. Клаустрофобия, чистой воды.

Надо отдать должное волшебнице. Она даже не шелохнулась.

— Я пойду в авангарде. Вместе с вами, — холодно отрезала Астрид, глядя воину прямо в глаза. — Гнусы сильны, но их сейчас мало, они не ждут нападения на гнездо. Мы сделаем ставку на внезапность.

Жерар покраснел, хотя осёкся, не найдя подходящего ответа. Просто сплюнул под ноги и закинул меч в ножны, затем отошёл в сторону, продолжая нервно мерить шагами каменистую площадку и бормотать себе под нос проклятия.

На плато повисла тяжёлая тишина. Разводить костёр никто не спешил. И понятно почему. Твари могли отреагировать, заметить дым и наш план провалится.

Короткая передышка неумолимо подходила к концу. Я дожевал ещё один кусок фрукта, разбавляя сладковатый сок последним глотком воды из бурдюка. Внутренний таймер продолжал свой беззвучный отсчёт, напоминая о приближающемся Празднике огня. И то, что мы вырвемся казалось нереальным. Но я доверял Астрид. В её взгляде я не различил ни капли лжи.

Я оглядел свою команду. Дерек методично проверял ремни на перевязи, Жерар плевал на клинок своего меча, медленно проводя по лезвию оселком. Ульфи пыхтел рядом, сидя на камне. Он безуспешно пытался застегнуть пряжку на своей походной сумке. Его пальцы предательски дрожали, никак не попадая металлическим язычком в отверстие на коже.

— Дыши глубже, — посоветовал я. — Страх съедает кислород. Мышцы от этого слабеют.

— Легко сказать, Ворон, — нервно сглотнул Ульфи. — Меня сейчас стошнит этим чёртовым фруктом. Одно дело махать мечом на палубе драккара, и совсем другое — лезть в это адово место, прямо в лапы к монстрам.

— Просто держись за спиной Дерека, — посоветовал я. — И не вздумай геройствовать.

— Да, я понял, не буду, — кивнул побледневший Ульфи.

— Геройствовать? — нервно хихикнул Жерар. — Да он скорее в обморок упадёт. Сколько их там? Десятки? Сотни?

— Неважно, — подошёл к нему Дерек, поправляя пояс с ножнами, затем бросил на него напряжённый взгляд. — Вы слышали, что сказали. Все твари на охоте, наша атака будет внезапной.

— Потрясающая доверчивость, — покачал головой Жерар, рывком вскочив с камня. — Но ладно. Сколько будет — все наши. Мой меч жаждет крови.

Ветер неожиданно стих. Астрид вышла перед всеми, кто собрался идти в нору. Наша четвёрка, и ещё четыре крепких млечника с секирами.

Голос волшебницы прозвучал тихо, но эхо разнесло её слова по всему плато.

— Пора идти, — сказала она. — И да благословит нас матерь Земля.

Широкий провал в земле встретил нас непроглядной тьмой. Резкий устойчивый запах крови и тяжёлого звериного мускуса тут же ударил в ноздри. Кто-то из идущих позади млечников тихо закашлялся в суконный рукав. Второго согнуло пополам, и он судорожно порылся за пазухой, что-то кидая в рот и тщательно прожёвывая.

Стены извилистого тоннеля блестели в тусклом свете факелов. В эту застывшую зеленоватую слизь были намертво вмурованы человеческие и звериные черепа и кости.

— Мерзость, — скривился Ульфи, поднеся факел к поблёскивающей стене, гладкой будто её вскрыли лаком. — Как они это делают?

— Спросишь у них, — оскалился Жерар, пихнув его в плечо. — Уже скоро.

Ульфи побледнел, подтянул меч, поближе к руке и огляделся, провожая взглядом плотного Рохли. Он вышел вперед, не обращая внимания на нас, а затем остановился, закатил глаза.

— У него приступ, что ли? — нервно хохотнул Жерар.

— Не шуми, — шикнула на него Астрид.

— Что он делает? — озадаченно взглянул я на волшебницу.

— Он потомственный разведчик, использует ментальную магию и видит всё, что творится впереди, — объяснила она. — Сейчас он определяет безопасный путь, чтобы мы прошли до гнезда без потерь.

Удивительно. Млечник задействовал свой врождённый дар. Через пару минут Рохли очнулся и уверенно повёл отряд вглубь норы.

До нас со всех сторон доносились шорохи, жуткий хруст костей. А маг поворачивал на развилке либо налево, либо направо. Рохли молчал всю дорогу и то и дело указывал на скрытые под тонким слоем пыли лужицы из кислотной слизи, ловушки Гнусов, как объяснила Астрид.

За очередным поворотом норы обнаружился дозор. Три крупные мутировавшие гориллы склонились над тушей овцы, раздирая её на части и чавкая. Мы сработали слаженно. Жерар стремительной тенью скользнул к ближайшей твари, вонзая клинки ей точно под лопатки. В это же время Дерек мощным ударом тяжёлого навершия проломил череп второй обезьяне. Я оказался возле третьей, погружая остриё меча под подбородок твари, не давая ей зарычать и подать знак остальным.

Горилла лишь булькнула чёрной кровью и рухнула на пол тоннеля.

Рохли не подвёл, привёл куда следовало. Тоннель заметно расширился. Мы вышли к более просторному подземному залу. У самого входа замерли ещё четыре обезъяны. Эти были крупнее предыдущих, но так же как и прежние даже не успели взглянуть в нашу сторону. Млечники кинулись на двух горилл справа, мы взяли на себя тех, что слева.

Одна тварь лишь удивлённо зарычала, ровно когда я, изобразив лёгкий финт в воздухе, сорвал ей голову с плеч. Остальных постигла та же участь, их забили секирами и мечами.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +20 часов жизни за убийство двух сильных монстров и помощь в устранении остальных противников!

Применены два новых приёма. Навык владения мечом улучшен на 15%.

Бонус за повышенный уровень — +8 часов жизни!

Время вашей жизни увеличено.

Общая продолжительность жизни: 22 дня 14 часов 33 минуты/.

Что-то новое, такого я раньше не видел. Я выучил то, что не знал прошлый Ворон! И это был явный прогресс. Разницу я точно почувствовал. Сейчас моя рука сжимала рукоять меча гораздо уверенней.

Мы двинулись дальше, переступая через обезглавленные тела. Зал плавно переходил в широкий коридор, уводящий в самое сердце норы. Вонь уже стояла такая, что обжигало лёгкие, и пришлось оторвать лоскут от своей туники, чтобы обезопасить органы дыхания. Многие сделали точно так же. Лишь Жерар натянул ворот своей туники на лицо.

Густая слизь на стенах уже не просто поблёскивала, она

Я шёл в авангарде, внимательно осматривал каждый дюйм пространства. И вдруг сбоку что-то мелькнуло.

— Что замер, Ворон? Золотую жилу заметил? — тихо хохотнул Жерар за моей спиной. — Но спешу тебя разочаровать. Это дерьмо горилл.

— Помолчи, Жерар, — предупредил его Дерек.

— Он задерживает нас, — возмутился заносчивый воин.

— Стойте, — холодно произнесла Астрид. — Что ты видишь, Ворон? Ты ведь точно заметил что-то?

— Да, — я увидел очертания некой двери. Протянул руку к участку стены.

— Это не самая лучшая идея, — предупредил Дерек. — Стой.

Я толкнул склизкую стену ребром ладони. Очень аккуратно толкнул.

Внезапно что-то хрустнуло в глубине, за стеной. Ровный, геометрически идеальный контур двери вспыхнул, дверь поддалась, отъезжая в сторону. Это был тайный ход? Прямоугольный, без единой зазубрины и с такими же поблёскивающими слизью стенами.

/ВНИМАНИЕ!

Обнаружен вход в скрытую зону.

Статус: База «Север-4»/.

Я без капли сомнения шагнул в проём и замер, словно наткнулся на невидимую стену. Дыхание перехватило.

Это был точно не склеп и не магическое святилище. В помещении не пахло смрадом и сыростью. Будто попал я… в некую лабораторию. Реагенты — подсказал мне мозг. Я чувствовал этот вполне устойчивый запах.

Два млечника прошли внутрь, вытянули руки. Перед ними сформировался сияющий шар, заливая светом всё пространство.

И то, что я увидел, заставило меня остолбенеть. Зал огромный. Вдоль стен тянулись массивные металлические панели. В пол намертво вкопаны вытянутые овальные ванны из матового стекла, а от них тянулись толстые чёрные кабели, змеящиеся по каменным плитам. Я сбился со счёта, пытаясь сосчитать количество ванн. Их здесь было точно больше сотни. На стойках оборудования вдоль стен изредка подмигивали тусклые зелёные и красные лампочки.

— Что это такое? — услышал я голос Астрид. Она была изумлена не меньше, чем я.

— Здесь выводят монстров, — само собой вырвалось из меня. Я встретился взглядом с волшебницей.

— Питомник? — глаза её расширились. — Я не видела ничего подобного. А эти артефакты. Кто их придумал?

Задала бы вопрос полегче. Я не знаю. Мой мозг, воспитанный земными реалиями, отказывался принимать картинку. Ещё недавно я был в средневековье, и вдруг оказался внутри некой лаборатории, вполне современной, которая спрятана глубоко под землёй.

У подножия ближайшей капсулы лежали два тела. На них не было ни кольчуг, ни льняных туник. Трупы были свежими и облачены в облегающие чёрные комбинезоны из плотного, незнакомого мне материала. Судя по вытянутым вперёд рукам, эти люди бежали к выходу, но смерть настигла их раньше. Судя по всему их отравили.

Кажется, я начинал понимать, что происходит на этих проклятых островах. Гнусы и гориллы — это не побочный эффект магической аномалии или ещё чего.

Всё это создано искусственно. Кем-то. Это скверна — вирус, сожравший лабораторию и вырвавшийся наружу. И моя Система точно с этим связана. Но как — этого я пока не узнаю.

— Что-то лежит в этих ваннах, — сдавленно прохрипел за спиной Ульфи. — Там точно что-то есть.

— Даже не смей подходить, — процедил Дерек. — Стой, Ульфи.

Астрид прошла мимо меня, обвела взглядом капсулы и мигающие лампы. Для мага воздуха это были всего лишь странные реликвии.

— Нам невероятно повезло. Мы не только нашли особенное гнездо, — голос Астрид дрогнул от возбуждения. Она не обращала внимания на трупы в комбинезонах. — Артефакт. Он точно находится здесь. Я чувствую, как Нимиус пульсирует, совсем рядом.

Девушка уверенно шагнула вглубь помещения, добираясь до массивной закрытой двери в дальнем конце лаборатории, ухватилась за массивное стальное кольцо и потянула на себя. Дверь с протяжным скрипом подалась. И вдруг в соседней ванной что-то булькнуло.

Ванны завибрировали, матовое стекло покрылось сетью мелких трещин. Изнутри повалил едкий пар, смешанный с запахом озона и гнилой плоти. Из мутной зеленоватой жидкости полезли гориллы-мутанты. Но они были ещё не полностью сформированы.

Их мышцы обнажены, кое-где не хватало кусков плоти. В их глазницах отсутствовали глазные яблоки, они были слепы. Хотя длинные когти на лапах уже блестели смертоносным глянцем.

Твари принюхались, закрутили уродливыми мордами, и несколько из них бросилось в нашу сторону.

Я коротким тычком пробил пустую глазницу ближайшей твари, не давая ей сомкнуть челюсти на моей ноге. Дерек с разворота обрушил меч на голову второго мутанта, разрубая череп до самой челюсти. Жерар крутился волчком, превращаясь в смертоносный вихрь клинков.

Маги ставили барьеры, помогая нам, и разрезали тварей невидимыми лезвиями. Астрид не могла бить заклинаниями в полную силу, боясь задеть своих. Воздух звенел от лязга металла, рычания, звуков разрываемой плоти.

Нам повезло. Твари были слепыми и ещё слабыми. Мы вырезали всех, больше сотни обезьян.

Я перевёл дух, отшвыривая сапогом бьющееся в конвульсиях тело последней гориллы, а затем увидел это.

В нише, в дальней части комнаты на металлической подставке лежал Нимиус. Я сразу понял, что это он. Тяжёлый, правильной геометрической формы куб из матового чёрного металла. На его гранях пульсировали извилистые алые линии, словно вены.

Я схватил куб прежде, чем кто-либо овладел им. Металл обжёг ладонь холодом, но тут же нагрелся, отзываясь на тепло моего тела.

В этот момент Рохли истошно закричал. Следопыт осел на пол, закатывая глаза неподалёку от меня. Его тело забила крупная дрожь.

— Наверху, — задыхаясь, прохрипел маг. — Они стягиваются к норе. Их сотни. Орда. Она возвращается…

— Сжечь всё! И уходим! — бросила остальным Астрид.

Млечники достали из своих мешков большие бурдюки, щедро поливая лабораторию прозрачной жидкостью, пахнущей керосином или чем-то подобным, волшебница повернулась ко мне.

— Нимиус, он должен быть рядом со мной, — протянула она руку.

— Нет, Астрид, — вышел вперёд Дерек. — Мы вернём его тебе, когда попадём на «Мурену».

Волшебница остановила напряжённый взгляд на воине, затем натянуто улыбнулась.

— Будь по-твоему. Но его надо беречь как зеницу ока, — сообщила она. — Это единственный шанс убраться с островов.

— Само собой, красавица, — оскалился Жерар. — Он под надёжной защитой.

Астрид прожгла взглядом весельчака, затем взглянула на меня, когда мы направились к выходу.

— Не потеряй Нимиус, Ворон! — голос волшебницы зазвенел в этой странной комнате. — Это наша единственная надежда убраться с проклятого острова! Уходим!

Дважды повторять не пришлось. Я сунул куб в заплечный мешок. И мы двинулись обратно. Позади вспыхнула лаборатория. Я слышал как трещат мёртвые тела мутантов, как лопаются лампы на странных артефактах и как пылает пламя, окутывая рассадник нечисти.

— Вставай, ну же! — крикнул я, подхватывая за шкирку трясущегося Ульфи, который услышал за стеной тоннеля громкое рычание. — Быстрее!

— Я не собираюсь умирать, Ворон, — залепетал Ульфи. — Мы ведь не умрём?

— Нет, не умрём, — тихо

Мы рванули к выходу, преодолевая узкий тоннель и направляясь за Рохли, который указывал нам путь. Тяжёлое дыхание соратников эхом отскакивало от блестящих стен, со всех сторон шуршало, рычало, раздавались громкие шаги.

Логово просыпалось, и пока ещё не поняло, что происходит. Скоро огонь распространится по всему гнезду. Насколько я успел увидеть, слизь на стенах отлично поддерживала огонь.

Выскочив из норы на свежий воздух, я сорвал кусок провонявшейся ткани с лица, судорожно вдохнул пару раз, замечая в стороне тех млечников, которые ждали нас на поверхности. Они бросились к нам.

— На тропу, — махнула Астрид. — Не время для разговоров. Мы идём к западному побережью. Нас будут ждать именно там.

— Кто? — спросил Ульфи, хотя я уже понимал ответ. Женщин и детей с нами не было, они нас и будут встречать на воде.

— Остальные, — коротко бросила ему Астрид.

— Олгрин сказал, что тварей много. Они стягиваются к норе, — обратился к ней один из рослых мечников, примкнувший к нам. — Скоро здесь будет жарко. И тропа уже кишит обезьянами.

— Рохли, быстрее! Найди безопасный путь! — бросила она пухлому млечнику, и тот кивнул, замирая в стороне.

Именно в этот момент почва под ногами глухо чавкнула, пошла волнами, моментально теряя плотность. В нос ударил удушливый запах гнили. За несколько секунд участок земли, где собрались тридцать человек, превратился в вязкое тёмное болото.

Из оврагов бесшумными тенями выскользнули Гнусы. Их было пятеро. Кукловоды окружили нас, не спеша нападать. Они знали, что ловушка уже захлопнулась.

Мои ноги мгновенно ушли сразу по голень в зловонную жижу. Я попытался сделать шаг, но трясина с утробным хлюпаньем затянула сапоги еще глубже. Двое безымянных млечников рядом пронзительно закричали. Болото вспучилось черными пузырями и стремительно проглотило их с головой. На поверхности остались лишь расходящиеся круги кровавой пены.

Под поверхностью трясины копошилось нечто живое. Невидимые челюсти болезненно впились в мои щиколотки сквозь грубую ткань штанов. Укусы не разрывали плоть, лишь кусали, и я почувствовал себя будто в процедурном кабинете во время забора крови. Сейчас я донор, как и все остальные. Твари черпают мою силу, не давая ни малейшего шанса выжить. Мои мышцы стремительно теряли тонус, а голова начала кружиться.

Астрид стояла по колено в гнилостной жиже. Маг ветра вскинула руки, пытаясь разогнать тёмную магию мощными воздушными потоками. Ветер с воем ударил по поверхности болота, пытаясь убрать в стороны чёрную массу. Но Скверна оказалась слишком вязкой. Силы стремительно покидали девушку. Из её носа потекли две темные дорожки, а спустя секунду тонкая струйка крови потянулась из уголка рта. Астрид держалась на пределе человеческих возможностей, спасая многих из нас от быстрого погружения и смерти.

Трясина продолжала тянуть меня, я уже был погружён по пояс, когда к нам вышел массивный Гнус. Не удивлюсь, если он вожак. Его гипертрофированные чёрные мышцы бугрились под искажённой кожей. Он вращал горящие зелёным огнём глаза, осматривая своих жертв. Болото не причиняло ему вреда, держа мутанта на поверхности. Монстр остановился прямо передо мной, но его интересовал не я, а то, что у меня в мешке.

Я попытался дотянуться до кинжала, но руки вязли в густой субстанции, словно в застывающей смоле.

Гнус наклонился, обдавая меня тошнотворным смрадом из пасти.

— Скр-р-ртр-р-р, — торжествующе выдохнул он, обнажая кривые гнилые зубы. Длинные когти Гнуса легко подцепили заплечный мешок и вырвали его из моих онемевших пальцев.

— Не-е-е-ет! — истошно вскрикнула Астрид.

Монстр не пытался убить меня сразу. Он наслаждался моментом. Широкая когтистая лапа легла мне на макушку. Гнус с силой надавил вниз, заталкивая меня в трясину.

Вонючая жижа сомкнулась на уровне груди. Невидимые твари в глубине усилили натиск, вгрызаясь в бедра. Легкие сдавило прессом.

Я мысленно заорал, продираясь сквозь парализующий туман в голове: «Активировать Мощь титана!»

Перед глазами вспыхнули тревожные красные строки интерфейса.

/ОШИБКА…

Необходимо выполнить условия для активации способности! /

Какие к чёртовой матери условия! Опять надо что-то выполнить. И почему сейчас⁈

Через пару секунд интерфейс моргнул ещё раз, вынося окончательный приговор:

/ВНИМАНИЕ!

Вам грозит смертельная опасность!

Вероятность летального исхода — 99,7%./

Глава 10

Сквозь шум крови в ушах внезапно прорвался истошный вопль Астрид. Маг ветра кричала подобно раненой тигрице.

Жижа почти сомкнулась надо мной, когда я почувствовал связь. Будто кто-то стучался, и никак не мог добраться до меня. А затем взглянул в сторону Астрид.

Волшебница рычала от боли, вскинув окровавленные руки вверх, а глаза её мерцали. И смотрела она не на меня, а вглубь меня.

«Только ты можешь помочь», — услышал я в голове шелест её голоса.

И в этот момент я почувствовал под ногами опору. Она помогла мне, заставляя выбраться по плечи из трясины.

— Ав-вар-ра! Ахр-ра ва! — захрипел Гнус, который пытался меня утопить в болоте и столкнулся с сопротивлением.

/ВНИМАНИЕ!

Условия выполнены.

Навык «Мощь титана» доступен для активации! /

Я мысленно подтвердил команду. Адреналин мощной волной прокатился по всему моему телу. Мышцы налились чудовищной, распирающей изнутри силой, полностью игнорируя засасывающее болото.

Вожак Гнусов попытался врезаться когтями в мой череп, пытаясь сжать её словно в тисках. Но уже было поздно.

Я резко выбросил правую руку, взметая в воздух сотни капель жижи, мёртвой хваткой вцепился в чёрную бугристую ногу вождя. А затем мои пальцы сжались.

Нога монстра громко треснула, складываясь, будто картонная. Монстр издал пронзительный визг, теряя равновесие, грузно упал в трясину.

— Чавк! Чавк! — жижа заплескалась вокруг него.

Кукловод попытался сплести заклинание. Я это понимал по тому, как он скрючил свои пальцы, и между ними появилась некая тёмная субстанция.

— Сдохни, — хрипло выплюнул я, хотя на самом деле лишь просипел что-то неразборчивое.

Свободной левой рукой я врезался в грудную клетку твари, с лёгкостью пробивая её. Пальцы сомкнулись на горячем пульсирующем сердце. Я вырвал его и раздавил, отбрасывая остатки в сторону.

— Абл-л-л, ах-храбл-л, — выдавил Гнус, выплёвывая сгустки чёрной крови, и затих навсегда.

Я вылез по пояс, нащупал на поясе Нимиус, затем вырвал из второй лапы монстра пульсирующий куб и спрятал обратно в мешок.

Опираясь на созданную Астрид платформу, мощным рывком я вырвал из болта одну ногу, затем другую. Тело в этот момент двигалось на запредельных скоростях и болото не успевало затянуть меня обратно.

У меня есть ещё двадцать пять секунд. И это время я использую по максимуму.

Четверо колдунов. От них шла тёмная энергия, впитываясь в болото.

Ещё два колдуна пали от моего меча. Заклинание было прервано, и болото начало терять плотность. Тёмная жижа за пару секунд превратилась в обычную воду. Она впиталась в крохотные трещины на плато.

Мы тяжело хватали ртом воздух, словно выброшенные на берег рыбы. Одежда высохла быстро от странной влаги, но тело, руки и ноги саднило от множества мелких укусов болотных тварей. Мышцы неприятно подёргивались, это последствия отката системного навыка. Хотя сейчас это уже было терпимо.

Мы недосчитались восемь человек. Восемь сектантов поглотило болото. Несколько млечников подхватили Астрид, которая была обессилена, потянули её к одной из троп, которую указал Рохли. Один из них расшнуровал сумку и достал пару пузырьков из мутного стекла, начиная отпаивать ими волшебницу.

Точнее это был овраг, переходящий в тропу. Поначалу продвигаться было тяжело, но затем всё же земляные стены отдалялись, помогая нам ускориться.

— Надо отдохнуть, — Ульфи упал на колено, закашлявшись и выплёвывая чёрную жижу.

— Нельзя… Не останавливайтесь, — выдавила Астрид. — Рохли, указывай путь. Западное побережье.

Мы прошли более ста метров по тесному лазу, который затем перерос в полноценную тропу. По бокам высокие земляные стены. Мы на дне оврага, а позади рычание, посвистывание, скрежет тварей перерастал в гул. Пока мы опережаем монстров, и это приободряло тех, кто истекал кровью от множества крошечных ранок.

— Пиявки Гнусов выпивают кровь, и передают её своим хозяевам в виде тёмной энергии, — услышал я голос млечника с большой сумкой. Я узнал его, именно он отпаивал Астрид зельями. — Пей.

Он протянул мне пузырёк из мутного стекла.

— Это не отрава. Так твои раны закроются, и ты не мутируешь от заразы, — объяснил он, не только мне, но и мои соратникам. — Один глоток, затем передай следующему.

Я глотнул горькой жидкости, поморщился от отвратительного вкуса, затем вручил пузырёк Дереку. Зелье начало действовать сразу же. Раны на руках и ногах перестали кровить. Кровь запеклась, а затем и странная тяжесть внутри прошла, как и не было.

Остальные также зашагали бодрее.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +60 часов жизни за победу над старейшиной Гнусов и сильными противниками!

Бонус за повышенный уровень — +24 часа жизни!

Время вашей жизни увеличено.

Общая продолжительность жизни: 26 дней 1 час 12 минут! /

Всё же это был старейшина. По статусу приближённый к вожаку, так что победа была ценной.

— Сапоги промокли, — пожаловался Ульфи. — Того и гляди подошвы отвалятся.

— Значит пойдёшь без сапог, — пробурчал Жерар, который уже не улыбался. Он устал так же, как и все остальные.

На каждом сказывалось напряжение. Этот бой продолжался. Мы ещё не вырвались, и никто особо не болтал, все экономили силы для того, чтобы вырваться из этого проклятого богами места.

Я вновь вспомнил приборы, мигающие лампы. База «Север-4». Так мне сказала Система. Этот рассадник соорудили либо толковые артефакторы, либо те, кто управляет Системой и влияет на этот мир.

Если второе, то создатели не ожидали, что я найду тайник. Никто не видел его кроме меня. Потому что я обладаю Системой?

— Да, именно так, — услышал я рядом тихий голос Астрид. — Ты особенный. Ты видишь то, что другим не под силу.

— Вы бы нашли без меня тайную дверь? — спросил я у волшебницы.

На её бледном лице появилась скромная улыбка. А подсохшая кровь придавала ей образ выбравшейся из ада.

— Сомневаюсь, — печально произнесла она. В этот момент ноги её подкосились. Волшебница бы упала, если бы я не ухватил её за локоть.

— Оставь её, чужак, — оттолкнул меня рослый бородатый млечник, подхватывая Астрид за плечи. — Она не твоя госпожа.

— Всё хорошо, Приус, — слабо улыбнулась волшебница, приняв от лекаря очередной флакон с зельем. — Я ему доверяю.

Несмотря на то, что мы слышали голоса тварей, Рохли сообщил, что можно сделать небольшой привал.

Мы расположились на земле. Я окинул взглядом Ульфи, Дерека. Они были измождены, но держались. Хотя лицо Ульфи было кислым, а глаза потухшими.

Где Жерар?

Внезапно я почувствовал как моя заплечная сумка стала легче. Этот придурок забрал реликвию.

Мой взгляд уткнулся в Жерара, который застыл в стороне с Нимиусом в руках. Напротив трое млечников приготовили секиры.

— Отдай артефакт, — ровным тоном произнёс я. — Ты украл его у меня.

Жерар цинично оскалился, отступая на полшага.

— Всего лишь взял на время. Считайте это моей страховкой, — он взглянул на Астрид. — Залогом того, что ведьма не пустит нас в расход, как только мы выйдем к морю. Вы же все доверчивые как овечки. Подумайте, к чему всё идёт.

В глазах мечника не было безумия, лишь холодная, впитанная с рождения ненависть к млечникам. Даже несмотря на то, что эти «еретики» только что сражались с ним плечом к плечу.

— А может я такую красоту себе оставлю, — добавил он, подначивая волшебницу, и приглядываясь к пульсирующим нитям-венам на стальном чёрном кубе.

В глазах Астрид вспыхнула холодная ярость, но она сдержала её, лишь ухмыльнувшись.

— Ты просто идиот, — хрипло выдохнула она. — Нимиус — это не украшение. Он настроен на тонкие магические потоки. В руках обычного человека это просто кусок металла. И не забывай, только я знаю, как использовать его энергию, чтобы выбраться с острова.

— И не забывай, кто помог тебе в логове, — напомнил Жерар, ухмыляясь. — А может я попрошу чуть больше? У тебя красивое личико и…

— Заткнись, Жерар, — рыкнул на него Дерек, вскочив на ноги. — Ты просто сходишь с ума.

— Я? Ты серьёзно? — хохотнул Жерар, посматривая на топоры млечников, затем бросив взгляд на меч, который на треть показался из ножен Дерека. — И что, ты нападёшь на меня?

— Если надо будет, я это сделаю, — пообещал Дерек.

— Это очень интересно, — скривился Жерар, весело посмотрев в нашу с Ульфи сторону. — И вы тоже такого мнения? Может хотите присоединиться к Дереку?

— Просто успокойся, и помни, кто помог твоим ранам затянуться, — напомнил я.

— Ворон прав, — поддержал меня Ульфи. — Они нам не враги. Ты бы истёк кровью.

Жерар презрительно сплюнул себе под ноги, закидывая артефакт в сумку.

— Сегодня лечат, завтра отравят. Я не куплюсь на эти фокусы, — процедил он сквозь зубы. — Вы можете петь им дифирамбы сколько угодно. А я хочу жить. И не думать, в какой момент меня удавят во сне или сожгут заклинанием.

Я сделал еще один шаг вперёд,

— Мой тебе совет, заканчивай этот цирк, Жерар, — Дерек тяжело опустился на землю. Голос ветерана звучал непривычно тихо, но в то же время звенел от напряжения. — Артефакт не спасет тебя, если на нас снова нападет орда.

— Я всё сказал. Артефакт будет у меня, пока мы не ступим на палубу драккара, — процедил Жерар, сверля нас диким взглядом. — Я отдам вам эту светящуюся железку, даю слово воина.

Астрид с силой скрипнула зубами. Ей хотелось разорвать воина, возможно даже подобрала подходящее заклинание, но сил не осталось даже на простенький порыв ветра. Это видел я, это же понимал и Жерар, который пользовался ситуацией. Странно, что он не подумал о том, что и большинство млечников были магами. И сейчас они ждали команды своей госпожи.

Астрид кивнула, соглашаясь с Жераром.

— Будь по-твоему, — бросила она. — Но если из-за твоей паранойи мы потеряем время, я лично скормлю тебя Гнусам. Продолжаем путь.

Отряд сорвался с места, оставляя позади скалы, и пару километров оврага, в итоге попадая в густой лес.

Остановка сейчас была смерти подобна. Всё ближе доносились мерзкие, гортанные вопли Гнусов и торжествующее пищание тварей, жаждущих крови.

Лес закончился быстро, и далее мы бежали по узким козьим тропам, петляя между поросшими мхом валунами и кривыми соснами.

Воздух со свистом вырывался из моих лёгких. Мышцы, ещё не до конца отошедшие от «Мощи титана» и перенапряжения, гудели, требуя отдыха. Я бежал замыкающим, то и дело оглядываясь назад и оценивая дистанцию до преследователей. Звуки погони не стихали, но и не приближались. Либо мы держали темп, либо твари что-то задумали.

Дерек впереди меня поравнялся с Астрид. Ветеран хмуро покосился на тяжело дышащую девушку.

— Мы рискуем жизнями, таща эту светящуюся хреновину к морю, — мрачно бросил он на бегу, достаточно громко, чтобы я услышал. — Но что если мы придем к пустой бухте? Ярл Сигурд не дурак. Если пробоину на «Мурене» залатали, их не будет на месте.

В целом брат Бейлы прав. Ярл Сигурд доказал свою трусость, сбежав при первой же опасности. Что же мешает ему уплыть при первой возможности?

Единственное, что его могло задержать — Акватория штормов и опасные рифы. Но и тут я вспомнил слова Жерара. Если всё так, ярл мог и попытаться вырваться из стихийной ловушки.

Если предположить худшее, и «Мурены» в бухте нет, нам придётся оборонять посудины млечников от Орды. Ведь на чём-то мы должны доплыть до драккара, и я понимал, что Астрид предусмотрела это.

Астрид смахнула с лица сбившуюся прядь волос. На её губах промелькнула улыбка.

— Никуда твой трусливый ярл не денется, Дерек, — прерывисто выдохнула волшебница. — Туманный архипелаг — идеальная ловушка. Морские течения вокруг острова закольцованы из-за острых подводных рифов и остаточной магии древних.

— Древние — это сказки для детей, — улыбнулся воин.

— Но ты ведь увидел одну из их игрушек. Нимиус, — заметила волшебница. — Этот артефакт рождён в их цивилизации. Любой корабль обречен, кроме того, на борту которого есть артефакт Древних и опытный маг воздуха.

— То есть они ещё в бухте? — спросил Дерек.

— Даже если они пытались выбраться, их сразу же течения вернут обратно. Да, твой ярл все ещё в бухте, — улыбнулась волшебница. — Заперся в каюте драккара и молится своим богам.

Слова Астрид принесли странное облегчение. Я сжал рукоять меча, представляя вытянутое лицо Сварта, когда он увидит нас живыми. Да и к ярлу у меня появилось много вопросов. Возвращение на «Мурену» обещало быть жарким.

Лес постепенно редел. Впереди, сквозь плотную пелену серого тумана, уже угадывался гулкий шум прибоя и солёный запах моря. Мы выходили к бухте.

Овраг вывел нас на открытую местность, поросшую рыжей травой. Кругом тысячи следов тварей, которые в своё время дожидались нас у берега. Теперь они позади и у нас есть преимущество. По крайней мере я на это надеюсь. Сквозь сизую дымку я разглядел тёмный силуэт. Длинный, хищный корпус драккара мерно покачивался на волнах. «Мурена» никуда не ушла.

Берег скрывала густая поросль кустарников. Осталось лишь спуститься к воде. Но на тропу вышла одинокая сгорбленная человеческая фигура.

Жерар презрительно скривил губы, поигрывая клинком.

— Кто этот калека с палкой? — оглянулся он.

— Трей? — изумлённо выдохнула Астрид.

— Кто он? — спросил я.

— Тот, кто не хочет, чтобы мы покидали остров. Безумец, который был старостой общины, — объяснила волшебница. — Я его закрыла в ловушку, в пещере.

Ульфи нервно сглотнул, выглядывая из-за широкой спины Дерека.

— Как он вообще выбрался? — прищурился он. — Выглядит так, словно жевал ядовитые грибы всю неделю.

Мы приблизились к старику. Бывший староста млечников был изрядно потрёпан. Его шерстяной плащ превратился в грязные лохмотья. Седые волосы слиплись от запёкшейся крови и грязи. Впалые глаза лихорадочно поблёскивали. Старик тяжело дышал, сжимая в худых руках кривую сучковатую палку.

— Трей? — выдавила Астрид. — Кто тебя освободил?

— Освободил? — визгливо расхохотался староста. — Меня освободил лес! Истинные хозяева этого острова! Ты, соплячка, думала, что я буду сидеть смирно? Они нашли меня, и освободили.

Астрид сжала кулаки. Ветер вокруг неё начал угрожающе закручиваться.

— Твой мир строился на страхе и трусости, — процедила она. — Мы уходим с острова, Трей. Отойди с дороги, пока я не уничтожила тебя.

— Никто не уйдёт! — сорвался на истошный крик старик, с силой ударяя палкой по земле. — Двадцать лет я сохранял эту колонию! Двадцать лет я откупался от Орды!

— Откупался? — глаза Астрид округлились от изумления. — Так вот куда пропадали больные?

— Ну а как ты думаешь, почему мутанты обходили наши пещеры стороной? — скривился старик. — Конечно, я отдавал им больных! Отдавал слабаков, бунтарей, отдал бы и тебя!

Девушка замерла, пораженная услышанным. Кровь отхлынула от её лица.

— Ты скармливал монстрам наших людей. Говорил нам, что они пропали без вести, — выдавила Астрид. — Я верила тебе. Мы все тебе верили!

— Это была необходимая цена! — брызгая слюной, рявкнул Трей. — Жертва ради выживания большинства! Это был идеальный порядок. А потом появилась ты со своими сказками про свободу, решила что чужаки нам ровня. Вы разозлили Хозяев леса. Но я всё исправлю.

Безумец вытянул дрожащую руку, указывая на нас узловатым пальцем.

— Я отдам вас всех в качестве великой жертвы! Вы — моя плата! Хозяева пообещали мне жизнь за это!

— Трей, ты окончательно спятил, — с отвращением выдохнула Астрид. — Гнусам не нужны жрецы и переговорщики. Скверна просто пожирает всё живое. И ты не видел то логово. Их кто-то выращивает!

Староста маниакально улыбнулся. Его сухие губы растянулись, обнажая редкие жёлтые зубы.

— Они эволюционируют, глупая ты девчонка, — прошипел он. — Они слышат тех, кто управляет этим миром! Слышат настоящих богов!

Старик медленно опустил палку и указал кривым пальцем себе за спину, в сторону нагромождения серых валунов. Из-за камней абсолютно бесшумно вышли три огромные фигуры.

Мой мозг, привыкший анализировать противника, моментально зафиксировал радикальные отличия. Это были Гнусы, но совершенно иного порядка.

В пещерах мы рубили сгорбленных кукловодов, хаотично покрытых буграми плоти. Эти же твари не горбились. Их тела покрывал сплошной панцирь из плотной, матово-чёрной чешуи. Естественная броня? Похоже на то. Как и верно то, что она была способна выдержать удар хорошего клинка. И у этих Гнусов не было хвостов, а глаза горели алым огнём.

Элитные Гнусы.

На лишенных шеи плечах элиты я различил жуткие ожерелья из человеческих черепов. Монстры не только управляли тварями, они носили трофеи, и это говорило о высоком уровне интеллекта, понимании статуса и иерархии.

В когтистых лапах твари сжимали толстые кожаные поводки. На другом конце ремней бились монстры, которых я ещё не встречал.

Массивные, покрытые костяными наростами, ящеры-мутанты. Размером с крупного волка каждый, они переминались на коротких мускулистых лапах. Длинные, усеянные шипами хвосты нервно били по земле, оставляя борозды. Из приоткрытых пастей капала едкая жёлтая слюна.

— Твою ж мать… — попятился Ульфи, едва не споткнувшись о стоявшего позади млечника. — Что это за твари⁈ Может это иллюзия⁈

Жерар перестал ухмыляться. Ловкий мечник извлек оба клинка, напряжённо следя за шипящими ящерицами.

— Беру свои слова назад, — скривился он. — Обезьяны мне нравились гораздо больше.

Дерек привычным движением перехватил рукоять двуручного меча, выходя вперёд и закрывая собой остальных.

— Держите дистанцию, — глухо скомандовал брат Бейлы. — Щиты нас не спасут. Одна капля этой дряни прожжёт доспех до самых костей.

— Ты опять геройствуешь? Мы остановим их вместе, — подошёл я к воину, вытаскивая меч из ножен и посматривая на заплечную сумку Жерара, из которой выбивался свет Нимиуса.

— Не давайте им забрать реликвию! — зазвенел голос Астрид, которая оказалась рядом с нами.

Элитные Гнусы синхронно ослабили натяжение поводков. Ящерицы дёрнулись, утробно зарычали, вперив в нас немигающие жёлтые глаза с вертикальными зрачками.

— Ахш-шайя-а, ухр-ра! — хрипло прорычал один из элитных монстров.

Старик отпрыгнул в сторону. И в этот момент Гнусы спустили своих кровожадных тварей.

Глава 11

Ещё до того как первый из ящеров добрался до нас, безумный старец резко вскинул худые руки. С его крючковатых пальцев сорвались ревущие сгустки пламени.

Обессиленная Астрид сдавленно вскрикнула, выбросила ладони вперёд. Перед нашим отрядом мгновенно выросла плотная стена спрессованного воздуха. О невидимую преграду с оглушительным грохотом разбилось пламя старика. Во все стороны брызнули снопы раскалённых искр.

Следом три полупрозрачных барьера от млечников замедлили ящеров, которые уже готовы были совершить прыжок, но будто в режиме слоумо задвигали лапами, взрывая когтями землю.

Как же здесь пригодилась бы «Мощь титана». Но ещё по крайней мере семь часов отката говорили, что придётся довольствоваться тем что есть. А именно мечом, которым я уже упражнялся совсем неплохо.

Осознание собственной уязвимости до предела обострило моё восприятие. Проснулась мышечная память гениального мечника — прежнего владельца этого тела. А то, что Ворон был гением во владении мечом, уже сомневаться не приходилось.

Ко всему прочему холодный расчёт бойца смешанных единоборств идеально дополнял навыки моего предшественника.

Я сорвался с места прежде, чем Дерек или Жерар подняли оружие и добрался до первого ящера. Млечники взяли на себя второго. Дерек и Жерар — третьего. Моё тело легко скользнуло мимо когтистой лапы. Затем ещё поворот, и в воздухе щёлкнула челюсть монстра, так и не поймав меня. Чудом уклонился от жёлтой слюны, которую выплюнул ящер, я рубанул наотмашь.

— Хр-руп-п! — черепушка монстра разделилась надвое. Два млечника в стороне завизжали от плевков второго ящера.

Я бросил взгляд в их сторону и похолодел. Их тела прожгло насквозь. Перебарывая ступор, я отошёл от огненного смерча, который летел мне в лицо. Астрид потоком ветра отправила его в сторону кустарника, и тот вспыхнул словно факел, принимая на себя удар.

Млечники уже поймали в корни второго ящера, а Жерар, Дерек и Ульфи покромсали его на части.

Более десяти магов ударили ладонями по земле. Толстые шипованные корни вырвались из толщи земной коры. Магия земли намертво опутала короткие лапы оставшегося в живых ящера. Мутант яростно зарычал.

— Ахр-рав-ва! — зарычал один из элитных Гнусов, и в его руке появился чёрный клинок, буквально из пустоты.

Ящер взревел, из распахнутой пасти вырвались потоки едкой кислоты, которая растворила толстые корни. Смертоносный залп по инерции достиг шеренги заклинателей. На камни с дикими воплями рухнули ещё трое млечников. Кислота мгновенно прожгла их плоть, наполняя воздух запахом горелого мяса.

В этот момент от старика Трея прилетел огненный шар, и Жерар в последний момент увернулся от него, крутанув в воздухе парными клинками. Ловкий мечник хищно оскалился.

— А старик даёт жару! — весело выкрикнул Жерар, перехватывая рукояти поудобней. — И не скажешь, что это дряхлый…

— Не болтай, — осадил его Дерек, выступая вперёд. — Лучше береги реликвию.

— Да что с ней будет? Она под моей защитой! — воскликнул Жерар.

Ещё два шага, и он у одного из Гнусов, отвлекая на себя его внимание.

Астрид усилила порывы ветра, ставя барьеры и замедляя элитных монстров. Если они сейчас двигались чуть медленней обычного, страшно подумать какова их настоящая скорость. Втроём раскидали бы нас как детей.

Но раз Гнусы пока замедлены, а старика отвлекают маги, я решил прикончить ящера, который убил ещё двух млечников и прорывался к Астрид.

Я оказался рядом с монстром.

— Клац! — щёлкнул тот пастью, усеянной кривыми зубами. Прямо в дюйме от моего лица! У меня сердце ушло в пятки от понимания, что могло произойти. Но в то же время я уже вошёл в боевой раж.

Выполнил резкий сайд-степ, другими словами быстро сместился влево, уходя с линии огня, точнее кислоты, которая летела в меня. Затем ящер совершил бросок.

Ещё один шажок в сторону. Тяжёлая туша пролетела мимо, а мой меч прочертил точную диагональную дугу. Острая сталь с хрустом вспорола толстую шкуру на боку мутанта. На серые валуны обильно хлынула густая чёрная кровь и внутренности.

Гнусы взревели, а на их мечах появились зазубрины. Они вспороли ими воздушные преграды.

Дерек, рыча, отошёл к нам, а Гнусы вновь замедлились. Силы Астрид были небезграничны, и её начали подпитывать маги. Но воздушные барьеры, что сдерживали Гнусов, в этот раз были слабее. Что позволило элитным тварям направиться в нашу сторону, готовясь к атаке.

— Ахш-ш-а-а-а! — выплюнул в нашу сторону Гнус слева, раскручивая меч в руке и готовясь к атаке.

Старик за их спинами охнул и огненные всполохи перестали летать в воздухе. Видно его всё же достали млечники.

Теперь основная угроза впереди. Чёрт в тёмной броне с шипованным мечом из не пойми чего. Я специально закрыл Жерара, который рвался вперёд.

— Пусти, Ворон, я должен биться, — зашипел у меня над ухом воин.

— Стой на месте. У тебя Нимиус, — рыкнул я на него.

— Я его задержу. Реликвия не должна попасть к ним, — кивнул один из млечников, окутывая ноги зарычавшего воина корнями.

— Пусти! Ты, ублюдок! Я насажу твою башку на меч! — рычал Жерар, пытаясь разрубить удерживающие его корни.

Я же вновь переключился на Гнуса, который попытался убрать меня с дороги. Ему нужна была реликвия, и так понятно. Но кто ему отдаст её? Я лично не собираюсь уступать.

Встречая его, коротким тычком я отбил размашистый выпад. А затем совершил тот неуловимый финт, как тогда, на тренировке со Свеном.

Меч скользнул по броне монстра и чиркнул по его подбородку, затем остриём на излёте я задел руку-лапу Гнуса, и тот выронил меч, зарычав и моментально отрастив когти. Но я ещё ведь не закончил. Третий взмах и клинок с хрустом вошёл в живот твари, как раз между тёмными пластинами.

Гнус упал на колени. Дерек оказался рядом вовремя, отрубил ему руку-лапу, в которой вновь оказался меч, появившийся из воздуха.

Тварь запищала, но писк её тут же и оборвался. Я махнул мечом, отрубая ей голову.

Один готов. Второй теснит млечников, отбивая мечом их заклинания. Третий подбирается к нам, точнее к Жерару за моей спиной.

Дерек выскочил вперёд, но пропустил ещё один удар, схватился за бок, попятился, отражая двуручником выпад.

Я сорвался с места, бросаясь на выручку. Но мимо меня словно экспресс пронёсся Ульфи. Парень, побледневший от страха, бросился на помощь раненому воину.

— Куда⁈ Назад, Ульфи! — рявкнул я, уходя в глубокий уклон от очередного удара Гнуса.

Ульфи не сделал и двух шагов, как его сапог неловко зацепился за выступающий корень. Щуплый дружинник упал, пропуская над собой чёрный меч. Ульфи плашмя рухнул на живот, врезался лбом в серый валун. Вырубило его напрочь, что в целом даже лучше. Не будет мешаться под ногами.

Я перехватил рукоять меча. Пора заканчивать с ними. Дерек ранен, Жерар не боец, Ульфи отдыхает. Только я, и эти двое. И поддержка млечников.

Один из Гнусов остановился, запрокинул голову и издал пронзительный стрекочущий звук. Между его роговыми когтями мгновенно сгустилась тьма. Секунду спустя над Жераром повисло плотное, клубящееся облако Скверны. Чёрный туман опускался стремительно, превращаясь в лапу. И лапа тянулась к заплечной суме, где была спрятана реликвия.

— Назад! — сорвавшимся голосом прохрипела Астрид.

Волшебница, пошатываясь от истощения, сделала резкий, рубящий выпад обеими руками. Из её ладоней вырвался тугой, ревущий поток спрессованного воздуха. Мощный магический порыв врезался в Жерара, буквально сдувая с него смертоносную тучу. Если бы не корни, которые уже оплели воина по пояс, того бы сбило с ног.

Гнусы замерли на мгновение, напитывая клинки тёмной энергией. Этого короткого перерыва мне хватило, чтобы добраться до одного из них.

Низкий старт. Уклон вправо. Мой клинок с филигранной точностью нашел брешь в чёрной чешуе под челюстью первого монстра. Сталь мягко вошла в плоть, вспарывая гортань мутанта. Из раны хлестнул фонтан густой чёрной крови. Готов.

Последний Гнус оказался проворней, чем я рассчитывал. Тварь вскинула лапы. В воздухе материализовался полупрозрачный, пульсирующий сгусток кинетической энергии. Он сформировался в тёмный молот и с оглушительным треском впечатался мне в грудь.

Воздух выбило из лёгких. Меня оторвало от земли и отбросило на десяток метров. Полёт закончился жёстким приземлением. В глазах потемнело от боли. Рёбра отозвались острой, простреливающей болью, но хруста я не услышал. Возможно даже рёбра не пострадали.

На чистом адреналине я перекатился через плечо, вскочил на ноги. Гнус уже был рядом со мной, занося когтистые лапы для добивающего удара. Понял, что я представляю основную угрозу.

Я уклонился, пропуская смертоносный замах над головой. Небольшой финт, короткий выпад снизу вверх. Лезвие меча пробило уязвимое сочленение чешуек на животе твари и вышло меж лопаток.

Мутант захрипел, судорожно дёргаясь на клинке. Затем вновь ударил меня молотом. Я вновь отлетел. На этот раз млечники не дали мне упасть, порыв ветра задержал падение, а корни заставили остановиться окончательно.

Я с улыбкой на лице увидел, как Дерек с несколькими млечниками добивают последнего ублюдка.

Бой стих так же внезапно, как и начался. Только тяжёлое дыхание выживших и тихое шипение кислоты нарушали тишину утеса.

Я поднялся, замечая Астрид. Она стояла над поверженным Треем. Безумный староста лежал на спине, судорожно хватая ртом воздух. Из его груди торчала длинная, тонкая спица, мягко мерцающая магическим светом.

— Будьте вы… прокляты… — захлёбываясь кровавой пеной, просипел старик, глядя на девушку полным ненависти взглядом.

Астрид блеснула взглядом, хладнокровно выдернула магическую спицу из тела Трея.

— Ты запятнал себя союзом с монстрами, старик, — холодно зашелестел её голос. — Ты кормил их нашими людьми. Это ты проклят, старик. И сам в этом виноват. Надо было слушать меня тогда, в пещере, когда я просила тебя покинуть остров.

Трей судорожно выгнулся в последний раз, оскалился, скрипя зубами, и затих. Глаза безумца остекленели, уставившись в серое небо проклятого Архипелага.

Сверху, со стороны лесной чащи, донёсся многоголосый рев. На краю леса показались первые ряды бесконечной орды горилл-мутантов. Их было ещё больше, чем в прошлый раз, когда они напали на лагерь ярла.

Но, что удивительно, они не спешили нападать. Твари растерянно топтались на месте, скаля клыки и издавая жалобные стрекочущие и пищащие звуки. Элитные поводыри лежали мёртвыми. Старейшина кукловодов подох в логове, которое предано огню. Видимо, поблизости не было никого, кто оказался бы способен управлять ими. Сейчас орда на время превратилась в растерянное стадо.

Что ж, это замешательство только нам на руку.

В этот момент экран Системы мелькнул в моём сознании.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +200 часов жизни за победу над двумя элитными монстрами!

Вы получаете +50 часов жизни за победу над ящерами!

Бонус за повышенный уровень —

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 40 дней 14 часов 35 минут! /

ВНИМАНИЕ! Ваш уровень повышен!

Текущий уровень: 5.

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +60% от полученных часов жизни.

Улучшена особая способность «Мощь титана».

Описание способности: кратковременное увеличение физической силы на 250%.

Длительность: 1 минута.

Откат: 4 часа.

Условия для трансформации тела достигнуты/.

Я сразу же почувствовал, как на меня нахлынула волна энергии. Голова закружилась от эйфории. Я кое-как устоял на ногах, чувствуя изменения в организме. Очень важные для меня изменения. Мышцы росли, кости крепли, я более уверенно зашагал вперёд.

/Трансформация завершена!

Теперь ваши кости крепче в 3 раза от исходного значения.

Тело выносливей в 3 раза от исходного значения.

Изворотливость от физических атак улучшена в 2 раза от исходного значения.

Бонус — иммунитет от магических атак — 12%, во время действия «Мощи титана» — 30%.

Регенерация — +5% от базового уровня, во время действия «Мощи Титана» — 20%/.

Вот так трансформация. Столько плюшек я ещё никогда разом не получал. Что же будет на шестом уровне⁈

Но размышлять на эту тему было некогда. Твари, собирающиеся в орду за нашей спиной, подгоняли нас.

— Идём дальше! — рявкнул я, помогая Дереку подняться на ноги. Ветеран бледнел на глазах, зажимая разорванный бок. А лекарь млечников принялся посыпать его раны зелёным порошком.

— А-а-а! Что б вас всех йормунгары на лоскуты порезали! — зарычал Дерек.

— Скоро боль пройдёт, — предупредил лекарь. — И ты не мутируешь. Экстракт сонного дуба сделает своё дело.

— Наш отважный воин набил шишку! Ха! — Жерар подхватил бесчувственного Ульфи, перекинув щуплое тело паренька через плечо.

Мы начали торопливый спуск к воде. Густой туман рассеивался, обнажая холодную гладь северной бухты. У самого берега, покачиваясь на волнах три большие деревянные лодки. В двух из них я заметил женщин и детей млечников. А на носу ближайшей лодки одиноко возвышалась рыжая девушка крепкого телосложения. Она улыбалась нам, крепко сжимая в руках деревянный багор.

— Госпожа! А мы вас заждались! — довольно воскликнула она.

Астрид, с трудом переставляя ноги, шла в её сторону, и улыбка облегчения расплылась на её лице.

— Лора… — выдохнула она. — Хвала богам. Она справилась.

Недавняя вылазка в логово была настолько тяжёлой, что никто не горел желанием разговаривать. Все угрюмо молчали и всё ещё не верили, что покидают это проклятое богами место.

— Это все? — оглядела нас Лора, настороженно посматривая на нас.

— Да, остальные мертвы, — со скорбью в голосе произнесла Астрид.

Лодки медленно отплыли от берега. Как раз в этот момент я заметил силуэты двух Гнусов, которые присоединились к своему войску. Они скомандовали атаковать нас, и гориллы сорвались с места. Но достигнув воды, большинство остановилось, а те, кто попал в морскую воду, так и не выплыли.

— Эти мрази не умеют плавать, — скривилась Лора. — Хоть что-то они не умеют. Уже хорошо, — затем её взгляд скользнул по нам, — И как, госпожа, чужаки помогли нам?

— Как видишь мы живы, — тень улыбки появилась на бледном лице волшебницы. — Без них мы бы погибли. Все.

— А Нимиус? — спросила Лора.

— Он с нами, — взгляд Астрид скользнул по рюкзаку Жерара, который мерцал, давая знать, что реликвию мы уберегли, несмотря ни на что.

Вёсла с громкими всплесками погружались в свинцово-серую воду, затем выныривали, и погружались вновь. Эти звуки успокаивали, говорили о том, что мы всё ещё живы.

Очертания Туманного Архипелага постепенно растворялись позади нас, скрывая в белёсой дымке орду беснующихся горилл-мутантов и их хозяев. Мы неумолимо приближались к тёмному силуэту «Мурены».

Уговор был выполнен. Покинули проклятый остров, вышли к морю. Хотя всё ещё не попали на драккар.

Но Жерар с явным нежеланием, но без лишних споров, передал тяжёлый куб Астрид. Волшебница бережно взяла его в руки. Крохотные молнии скользнули между её пальцев, лицо волшебницы приобрело телесный оттенок. Всё ясно, реликвия подпитала её силой.

Астрид облегчённо вздохнула, а затем спрятала мерцающий артефакт в тёмной сумке.

Разумеется, она могла вырвать силой артефакт из рук Жерара. В любой момент битвы. Но не стала этого делать. И это было для меня загадкой. Я решил, как выдастся время, спросить её об этом.

Жерар в это время переключился на вёсла, ритмично налегая на них. Его привычная спесь заметно поубавилась, после того как его спасла Астрид от гибели. Он ведь не слепой, всё видел.

— Рано радуетесь, — угрюмо пробурчал он, не поднимая глаз. Его голос звучал хрипло, выдавая пережитый стресс. — Ярл всех вас закует в цепи, как только мы поднимемся на палубу. Он ненавидит млечников так же сильно, как и мы все.

— Уверена, после того, что мы пережили вместе, вы поменяли отношение к нам, — улыбнулась Астрид.

— Откуда тебе знать, ведьма! — огрызнулся Жерар.

— Полегче, воин, иначе я отрежу тебе язык, — дёрнулась в его сторону Лора, хватаясь за кинжал. — Мы такие же люди, как и ты. Вот только у нас есть дар, а у тебя — только два куска заточенного железа.

— Ох-хо-хо, — затрясся от смеха Жерар. — Ещё одна смелая девчонка. Где ты была, девочка, когда мы сражались в логове тварей?

— Помолчи, болтун, — дёрнул я его за рукав. — Ты не прав.

— Я во многом не прав, зато вы все правильные, — скривился заносчивый воин, но затем притих. — Ладно, я слишком резко выразился… Но про ненависть ярла я сказал правду. А за этот ваш светящийся кубик Сигурд продаст и мать родную. Раз это реликвия Древних.

Жерар кривил губы в привычной язвительной усмешке, но в его глазах больше не было прежней уверенности. Он был растерян.

Ещё бы, заклятые враги, которых он ненавидел всю сознательную жизнь, отребья, выродки, спасли его от смерти. Тут было над чем призадуматься.

— Главное, не забывай о главном, — продолжил я, сверля его взглядом, и решив как раз напомнить об этом. — Я видел то облако Скверны, что обрушилось на тебя.

— Да понял я. Астрид меня спасла, и что⁈ — выплеснул он. — Плевать я хотел на её помощь! Я бы погиб в бою. С оружием в руках, как и подобает мужчине! Это честь для настоящего воина ярла!

Дерек рассмеялся в ответ, кривясь от боли и держась за ещё не заживший бок.

— Что я сказал смешного, а? — бросил на него злобный взгляд Жерар.

— Не придуривайся, ловкач, — хрипло произнес брат Бейлы. — Я видел твоё благодарное лицо, когда Астрид сдула ту тучу. В твоих глазах чести было не больше, чем у загнанной в угол крысы. Да ты

Жерар побледнел от нанесенного оскорбления. Он злобно зашипел, сжимая кулаки так, что побелели костяшки, но… промолчал. Затем резко отвернулся, возобновив греблю с удвоенной силой, словно пытаясь выместить свою злость на воде.

Астрид, сидевшая на корме соседней лодки, слышала каждое наше слово и таинственно улыбалась.

Она взглянула в сторону темнеющего впереди драккара, очертания которого увеличивались в размерах, а затем перевела взгляд на нас.

— Не переживайте за нас, — голос волшебницы прозвучал на удивление спокойно и властно. — Ваш ярл пропустит нас на борт. И будет очень вежлив.

Я посмотрел в сторону «Мурены», затем разглядел человека на мостике, который увидел наши лодки.

На борту судна вспыхнули факелы. Я заметил нескольких дружинников. В это же время деревянные носы лодок мягко ткнулись в смолёный борт драккара. Чтобы перебраться на палубу, маги сформировали воздушный коридор.

Мы с Дереком, Жераром и Ульфи решили идти первыми.

Позади Жерар привёл в чувство приходящего в себя Ульфи. Щуплый парень мотал головой, размазывая по лицу засохшую мазь, которой был обработан его разбитый лоб.

Я сделал шаг, и меня потащило вперёд, будто по эскалатору. На палубе уже слышался топот тяжёлых сапог, лязг извлекаемого из ножен оружия.

За нами на корабль начали подниматься женщины, дети и немногочисленные млечники, маги и воины. Всего-то человек сорок от силы.

Остатки элитной дружины конунга уже ждали нас на корме. Они больше не напоминали тех надменных, закованных в сталь покорителей морей, с которыми мы отправлялись в плавание. Воины выглядели потрёпанными, испуганными и изможденными ожиданием неминуемой смерти в проклятой бухте. Я разглядел среди них Сварта, который прожигал меня взглядом убийцы. Вместе с ним восемь воинов. Негусто.

Толпа дружинников расступилась, пропуская вперёд ярла Сигурда.

Предводитель северян растерял все свое былое величие. Его лицо осунулось и приобрело нездоровый серый оттенок. Роскошная меховая накидка была перепачкана смолой и грязью. Левая рука ярла, замотанная в пропитанную кровью тряпку, безвольно висела на грубой перевязи. Видимо, бегство с острова далось ему не так легко, как он рассчитывал.

Дерек вышел вперёд, коротко приложил кулак к груди, перебарывая боль в боку.

— Мы выжили, ярл Сигурд! — хрипло доложил ветеран.

Лицо ярла исказила гримаса неконтролируемой ярости. Он шагнул вперед, искажая лицо.

— Выжили⁈ — рявкнул Сигурд, обводя бешеным взглядом поднимающихся на палубу млечников. — Я думал, вы сдохли в том лесу! Где вы были, когда на меня напали твари⁈

— Вы знаете, что их было слишком много, — заметил я. — Нас разделили на части…

— Тебя не спрашивают, Ворон! Я не с тобой разговариваю! — тыкнул он в мою сторону пальцем, затем вновь злобно взглянул на Дерека. — Вы не просто выжили. Вы привели на мой корабль толпу сектантов! Притащили сюда эту заразу!

Сварт плотоядно оскалился. Здоровяк сделал полшага вперёд, демонстративно опуская широкую ладонь на рукоять своего тяжёлого топора. Его маленькие, поросячьи глазки плотоядно буравили сначала фигуру Астрид, а затем злобно посмотрели на меня.

— Их надо обезглавить прямо сейчас, — прогудел Сварт, предвкушая скорую расправу. — И этих мерзких тварей, и дружинников-предателей, ярл. Прикажи, и я с радостью займусь этим.

— Они не твари, а люди. И они спасли нас. А мы помогли им, — спокойно произнёс я.

— Млечники — враги как как Северных земель, так и Южноземья, — прошипел Сварт мне в лицо. — Ты это знаешь, предатель. Им нет места на палубе «Мурены».

Моя рука рефлекторно легла на рукоять меча. Я был готов вспороть этому ублюдку брюхо, попробуй он поднять топор. Да и время жизни заработаю.

Но в этот момент вышла вперёд Астрид. Маг ветра стояла прямо, горделиво подняв подбородок. На её губах играла тонкая, едва заметная насмешливая улыбка.

— Я могу помочь вам выбраться из этого архипелага, — спокойно произнесла девушка, глядя в глаза взбешённому ярлу. — Без меня ваша пробитая лохань так и будет гнить в этой бухте. Пока вы не перережете друг другу глотки от голода.

Сигурд побагровел. Он презрительно сплюнул на доски палубы прямо под ноги Астрид.

— Твои слова лживы, как змеиный яд, подлая сука! — прорычал ярл. — Магия не способна управлять течениями. Ты просто пытаешься отсрочить свою казнь!

Астрид даже не моргнула. Её улыбка стала ещё шире.

— Зато у подлой суки есть вот это, — негромко произнесла волшебница.

Она запустила руку в свою сумку, извлекая наружу Нимиус. Девушка приложила раскрытую ладонь к матовой поверхности куба.

Артефакт мгновенно отреагировал на прикосновение мага. Черный металл вспыхнул. Мощный, пульсирующий свет ударил во все стороны, озаряя полутёмную палубу драккара неземным сиянием. Воздух вокруг куба завибрировал от колоссальной концентрации энергии.

Лица ярла, Сварта и остальных воинов из золотой дюжины вытянулись от изумления. Их ярость мгновенно сменилась суеверным, парализующим ужасом перед могуществом древних.

Здоровяк Сварт испуганно отдёрнул руку от топора, пятясь к остальным.

Похоже на то, что власть на «Мурене» меняется.

Глава 12

Плотный, влажный туман за бортом «Мурены» отступил под натиском пульсирующего света реликвии. Нимиус в руках Астрид сиял, озаряя полутёмную палубу драккара неземным холодным сиянием. От артефакта во все стороны расходилась лёгкая вибрация.

Я внимательно следил за лицом Сигурда. Первобытный страх перед древней магией уже исчез. Ему на смену пришла алчность. Губы лорда искривились в жадной ухмылке. Он смотрел на светящийся куб так, словно уже просчитывал, сколько золота принесёт ему эта игрушка.

— Невероятно, — прохрипел Сигурд, выпрямляясь и делая неуверенный шаг вперед. Его нездоровый вид на мгновение отступил на второй план. — Реликвия Древних… Такая мощь.

— Стой на месте, ярл, — предупредила Астрид.

— Такое чудо не может находиться в грязных руках изгоя, — ярл брезгливо поморщился и сделал ещё один аккуратный шаг, переводя взгляд на изможденную Астрид. — Это артефакт силы. И по праву крови он принадлежит высокородным. А я законный лорд Северных земель. Отдай его.

Астрид не сдвинулась с места, с улыбкой уставившись на ярла. А затем звонко рассмеялась, отчего ярл побледнел и замер, а остатки золотой дюжины положили руки на рукояти мечей и секир.

— Изгоями нас сделали лицемерные высокородные ублюдки. Те, кто уверен, что всё им позволено. Такие, как ты, ярл, — ледяным тоном ответила девушка, прекратив смеяться. — Реликвия в руках того, кто её боится, принесёт только вред. Так что нет. Нимиус останется у меня.

Лицо Сигурда покрылось красными пятнами, а взгляд источал гнев и злобу. Понятное дело. Только что млечница прилюдно уничтожала его и без того пошатнувшийся авторитет. Ярл резко перевёл взгляд на нашу четвёрку.

— Вы слышали её⁈ — взревел он, брызжа слюной. Здоровая рука Сигурда указала на Астрид. — Убейте эту самодовольную шлюху! Заберите артефакт!

Я сделал шаг вперёд, заслоняя собой волшебницу. Положил руку на рукоять меча. Прохладная сталь успокаивала, прогоняя остатки усталости после непростого квеста в Туманном архипелаге, прояснила рассудок и заставила небольшой дозе адреналина выплеснуться в кровь.

Пульс застучал в висках, я не сводил взгляда с ярла Сигурда.

— Она не шлюха, ярл, — холодно, чеканя каждое слово, произнёс я. — Если бы не она, мы бы погибли. Если мы убьём её, то все вместе сгниём на этом проклятом острове.

— Ты противишься воле ярла, мальчик? — прищурился Сигурд, положив руку на рукоять изогнутого меча, вроде сабли. — Хочешь испытать судьбу?

— Нет, я всего лишь даю понять, что готов дать отпор, — продолжил я. — Магия артефакта подчиняется ей. И она может нас спасти. Всех нас. Поэтому я не стану подчиняться вашему приказу, ярл. И мои соратники тоже.

Воцарилась мёртвая, звенящая тишина. Только тихо скрипели мачты, да плескалась вода о борт драккара. В глазах ярла промелькнуло непонимание, сменившееся слепой яростью.

— Да как ты смеешь мне противиться⁈ — взвизгнул Сигурд, срывая голос. — Ты продался этим тварям! Предатель! Сварт, руби ему голову!

Здоровяк Сварт с радостным рыком подтянул рукой тяжёлую секиру, поднимая её с пола.

Справа от меня раздался лязг вынимаемого из ножен двуручника. Дерек, тяжело дыша и морщась от боли в ещё саднящем боку, встал рядом со мной. Воин не отрывал тяжёлого взгляда от Сварта.

— Тогда и меня пишите в предатели, ярл, — глухо, но твёрдо произнёс брат Бейлы.

Слева раздалось нервное сопение. Ульфи, которого всё ещё трясло от недавнего приключения, вытащил из ножен короткий меч и встал слева от меня.

— Я… я со своими братьями, — заикаясь, выдавил из себя щуплый парень.

Мы втроем образовали живой щит. Не хватало только одного. Я скосил глаза в сторону Жерара. Он стоял чуть поодаль, напряжённо оценивая расстановку сил. Его пальцы нервно поглаживали рукояти парных клинков. Ловкий мечник обдумывал дальнейшие действия. Поймав мой тяжёлый взгляд, Жерар внезапно расслабился. На его лице расплылась широкая, откровенно волчья улыбка.

Он сделал два вальяжных шага и встал рядом с нами.

— Братья правы, — громко произнёс Жерар. — Мы прошли через настоящий ад в этих пещерах не для того, чтобы сдохнуть из-за вашей уязвлённой гордыни. Мы здесь, чтобы спасти не только свои шкуры, но и вашу, о достопочтимый ярл.

— Как ты смеешь так разговаривать со мной, отребье⁈ — взревел ярл, окончательно теряя контроль над собой.

Улыбка мгновенно слетела с лица Жерара. Его спина выпрямилась, а подбородок вздёрнулся.

— Отребье? — произнёс Жерар ледяным высокомерным тоном, которого я прежде за ним не встречал. — Вы забываетесь, Сигурд. Я выбрал стезю простого воина ради славы и свободы. Но моя настоящая фамилия — Вальдерн.

— Это не имеет сейчас никакого значения! — зарычал ярл.

— Имеет, ярл, — произнёс Дерек. — Кровь дома Вальдернов ничуть не уступает вашей. И если его отец узнает, что его наследник сгнил в этой бухте из-за вашей глупости… Боюсь, ваш род будет вырезан до седьмого колена.

Сигурд побагровел, засопел, подбирая слова. На удивление память Ворона дала ответ, кто такие Вальдерны. Одна из древнейших и самых жестоких семей, правящих в нейтральных землях, между Югом и Севером.

— Ты сейчас воин, и в моей дружине, — выдавил ярл, хотя в его голосе уже не было злобы, лишь лёгкое напряжение. — И если думаешь мне угрожать…

— Это была не угроза, а всего лишь напоминание, — сказал Жерар, и ярл отреагировал на его слова сдержанно, лишь глаза его вцепились в воина, прожигая в нём дыру. — И после того, как ты нас оставил на берегу, разве я до сих пор в дружине? А Дерек? Ворон? Ульфи? Они всё ещё с вами?

Слова Жерара задели ярла за живое. Но он услышал то, что и хотел. Просто спрятал свой гнев за натянутой улыбкой хищника, который обдумывал дальнейший ход.

В целом, ситуация на палубе переросла в патовую. Передо мной — обозлённый, хотя и притихший ярл с кучкой измотанных дружинников и готовым к прыжку мясником Свартом. Позади — сгрудились три десятка млечников. Их несколько бойцов уже достали топоры, остальные приготовили заклинания.

Между ними находилась наша четвёрка, доказавшая, что умеет убивать быстро и без сожалений. Одно неверное движение, и «Мурена» утонет в крови.

Сигурд всё же оказался неглуп. Всё же запихнул ущемлённую гордость куда подальше. Затем растянул ещё сильней кривую, фальшивую улыбку.

— Вы даёте этой ведьме шанс, — хмыкнул он. — Но если она лжёт, и мы не вырвемся с острова — я лично повешу её на рее. А каждый из вас будет отвечать за свои действия на земле, уже скоро.

Никто и не собирался с ним спорить. Понятно, что сейчас говорить бесполезно. Мы услышали его позицию, а он нашу.

— Мне нужны гарантии, — холодно вмешалась Астрид, продолжая сжимать в руках артефакт, который слегка потускнел. — Гарантии полной безопасности для всех моих людей. Пока мы не сойдём с вашего корабля в Талассире.

Сигурд с отвращением окинул взглядом оборванных млечников.

— Драккар велик, — громко произнёс он. — Нос корабля — мой и моих людей. Корма — ваша. Если кто-то из ваших выродков пересечёт середину палубы, он лишится головы.

Астрид удовлетворенно кивнула.

— Условия понятны, — на её губах заиграла улыбка. — Но вам не придется терпеть нас слишком долго, доблестные воины. Наше путешествие будет быстрым.

Обстановка на палубе «Мурены» оставалась накалённой до предела несмотря на то, что все оставили в покое своё оружие. Ярл, вынужденный смириться с присутствием млечников, отошёл к мачте. Однако жадный блеск в его глазах никуда не исчез. Он то и дело посматривал в сторону Астрид, уже спрятавшей мерцающий Нимиус в холщовую сумку. Не удержавшись, ярл всё же направился к волшебнице, остановившись перед нами.

— Я же сказал — перемирие, — бросил он нам и мы расступились.

Сигурд сделал ещё пару шагов, не сводя с Астрид хищного взгляда.

— Откуда у тебя эта реликвия? — требовательно спросил он. — Такие вещи не валяются где попало.

Астрид неспешно затянула шнурок на сумке, подняла взгляд. Её лицо оставалось непроницаемым.

— В Чертогах, — сухо произнесла она.

Сигурд заметно вздрогнул, слегка отпрянул, пытаясь переварить услышанное. Я не знал, что это такое, а Ворон точно об этом слышал, хотя память была настолько обрывочной, что я ни черта не понял. А вот Сигурд точно знал об этом месте.

— Врёшь, — хрипло выдохнул ярл, непроизвольно касаясь рукояти меча. — Любой смертный, переступивший порог Чертогов, сгнивает заживо. Это все знают.

—

Ярл побледнел, сглотнул вставший в горле ком, но всё же решил не продолжать разговор.

— Чего встали⁈ — рявкнул он на своих воинов, замерших за его спиной. — Живо за вёсла! Надо вывести эту лохань из бухты! И мне нужны ещё люди.

Последнюю фразу он бросил в сторону млечников, обосновавшихся позади нас на корме.

Более десяти крепких млечников и уцелевшие дружинники заняли места на деревянных скамьях. Длинные вёсла с плеском ушли в прозрачную воду. «Мурена» тяжело заскрипела и медленно, словно нехотя, поползла прочь от берегов проклятого острова.

Корабль слегка кренился на правый борт. Грубо заделанная пробоина не пропускала воду, но в то же время намекала, что долго доски не протянут. Возможно, поэтому Сигурд нервничал, меряя шагами палубу драккара.

«Мурена» прошла половину пути до горловины, а мы разок поменяли млечников, налегая на вёсла. Я почувствовал как ветер усиливается, затем бросил взгляд в сторону выхода из бухты. И увидел небо, которое заволокло свинцовыми тучами.

— Борт не выдержит шторма! — не выдержал ярл, посматривая в ту же сторону, что и остальные. — Уже скоро нас потащит к шторму, а потом швырнёт на скалы! Делай свою магию, ведьма!

Астрид равнодушно пожала плечами.

— Это уже неважно, — загадочно бросила она и отвернулась, направляясь к корме.

Мы передали вёсла следующей группе, обосновались на отведённой нам территории, стараясь не пересекать невидимую границу палубы.

— Знаете, что я думаю? — Ульфи достал из сумки кусок солонины, вгрызся в него и начал тщательно прожёвывать, запивая его водой из бурдюка.

— Никому нет дела, что ты думаешь, — бросил в его сторону Жерар. — Жуй молча.

— Я думаю, что нам крупно повезло, — произнёс Ульфи. — В таком аду выжить — это не каждому дано.

— Сами бы мы не справились, — заметил Дерек, осматривая бок, который был обработан серой мазью. Я заметил, что рана почти рассосалась. На удивление мазь неплохо заживила её. — Мы держались все вместе, это нас и спасло.

— Кто может сказать, что это были за артефакты? В той пещере, — напомнил Ульфи. — Я впервые такое видел.

— Эти артефакты — порождение демонов, — услышал я голос Астрид. Она села рядом со мной, и я передал ей кусок солонины. — Они производили на свет тварей. Но я тоже впервые встретилась с ними.

Волшебница выглядела уставшей, но несмотря на это её взгляд был ясным. Когда Ульфи с Дереком отошли в сторону, она едва заметно кивнула в сторону Жерара.

Воин расположился поодаль на бочке. Ловкий мечник тихо и размеренно точил свои клинки, то и дело бросая задумчивые взгляды в сторону млечников.

— Твой «высокородный» друг слишком часто пялится на мою сумку, — тихо заметила Астрид. — Он явно что-то задумал. Не удивлюсь, если он также как и ваш ярл считает Нимиус своей законной добычей.

— Присмотрю за ним, — коротко кивнул я. — Он не сделает глупостей, пока я рядом.

Девушка села на небольшой ящик напротив меня. Она долго и пристально изучала моё лицо, словно пыталась заглянуть под кожу.

— Я уже говорила тебе, что ты чужак, Ворон, — тихо произнесла Астрид. В её тоне не было вопроса, лишь констатация факта. — Но так и не рассказала о встрече с таким же как и ты. Ещё совсем ребёнком я любила прятаться в лесу, и лазать по деревьям. Однажды, я облюбовала себе дерево, забралась на самую верхушку, и увидела поляну. И воинов конунга, которые догнали странного парня. Он дрался так же… странно, беспощадно. Как ты с теми Гнусами и их обезьянами. Но… воинов было слишком много, а он один. Я видела, как его зарубили мечами. Видела, как погасла синяя пелена перед его лицом.

— Пелена? — удивился я.

— Да, у тебя она тоже возникает изредка, — печально улыбнулась волшебница. — Я сообщила матери об этом случае. Рассказала во всех подробностях. И она сообщила, что этот парень направлялся именно к ней. Тогда она сказала одно слово. «Иномирец».

Она наклонилась ближе. Ее шёпот был едва различим за скрипом вёсел и криками дружинника, задающего ритм.

— Но главное… — прошептала она. — Я потом рассмотрела эту пелену. Мать показала что это. Она назвала это экраном. И следующие слова я запомнила на всю жизнь. Она сказала: «Один из титанов, который доберётся до меня, спасёт этот мир».

Мой пульс участился. Я не ожидал услышать это. Титаны. Я титан?

— Кто они, титаны? — задал я вопрос, который сам собой вылетел из меня.

— Боюсь, я не смогу ответить на твой вопрос, — вздохнула Астрид, и она положила прохладную ладонь на мою руку. — Но будь уверен, ты скоро всё узнаешь.

— Почему ты в этом так уверена? — удивился я.

— Сложно объяснить, — волшебница пожала плечами. — Я просто чувствую это, вот и всё. Главное, Инга ждет тебя. А я помогу тебе добраться до неё, Ворон. Верь мне.

Понятно, что ни хрена непонятно. От её слов я ещё больше запутался. Но пока решил не думать об этом. Что толку от разрозненных данных? Поэтому я решил задать ещё один вопрос, который появился совсем недавно.

— Я услышал о Чертогах. Что это? — я вопросительно взглянул на Астрид.

— Древние Места Силы, — слегка улыбнулась она, хотя улыбка была очень напряжённой, а в глазах я заметил страх. — Там полно смертельных ловушек, искажений пространства. Туда не осмеливаются соваться даже самые сильные маги, не говоря уже о воинах.

— И как у тебя получилось забрать реликвию? — задал я очередной вопрос.

— Я почувствовала её, когда мы приплыли в Туманный архипелаг, и сразу же отправилась за ней, — тихо произнесла Астрид, затем поёжилась. — Это было непростое путешествие.

В глубине зрачков Астрид на долю секунды вспыхнуло голубоватое свечение. Затем она поднялась, замечая Дерека и Ульфи вновь присоединяющихся к нам.

— Скоро я начну ритуал. Он потребует всей моей концентрации, — сообщила нам волшебница. — В этот момент я буду абсолютно беззащитна. Что бы ни случилось, будьте рядом.

— Даю слово, — произнёс я, и следом за мной повторили мои слова Ульфи и Дерек.

Я примерно понимал, что за ритуал она задумала. И был готов защищать её, как и остальные. А судя по взглядам приятелей, они разделяли мой настрой. Каждый из нас хотел выжить. Хотя… Жерар действительно вёл себя странно, замерев у борта и провожая взглядом остров.

— Будешь? — Ульфи улыбнулся и протянул мне бурдюк, в котором что-то

— Принт выделил из своих припасов, — добавил Дерек. — Он щедрый.

— И очень любопытный, — заметил Ульфи. — Всё расспрашивал о реликвии.

— Пусть сколько угодно спрашивает, это ничего не меняет, — заметил я.

— Верно говоришь, Ворон, — заметил Дерек. — Мы дадим отпор любому, кто подойдёт к Астрид.

— Причём легко, — хохотнул Ульфи. — Пусть только попробуют рыпнуться.

— По-моему кто-то неправильно оценивает угрозу. Восемь воинов золотой дюжины и ярл — это серьёзная сила, дружище, — хмыкнул Дерек.

— Да понятно, — Ульфи взглянул в сторону Астрид, которая общалась с одной из млечниц. — А о чём вы разговаривали?

— О Чертогах. Но она была немногословна, — сообщил я. — И опасается ярла и его воинов.

— С ней убийцы монстров, — постучал по своим ножнам Ульфи. — Так что пусть расслабится.

— Один из них чуть не упал недавно в пропасть, — хмыкнул я, возвращая его на землю.

— Я просто оступился! Вы видели ту тропу⁈ — возмутился Ульфи.

— Даже больше тебе скажу, мы по ней шли, — хлопнул его по плечу Дерек, да так, что щуплый парень чуть не слетел с ящика.

Ровно в этот момент с мачты донёсся тревожный крик дозорного.

— Шторм! — кричал он, указывая рукой вперёд. — Впереди шторм!

Я вскочил на ноги, вгляделся в ту сторону, куда мы и направлялись. Зрелище, представшее перед нами, заставляло кровь стынуть в жилах. Прямо по курсу «Мурены», недалеко от выхода из бухты, бушевал очередной шторм.

Тяжёлые тучи клубились, будто живые, а в их глубине мелькали разряды молний. Громовые раскаты били по барабанным перепонкам, а особенно по нервам. Ветер крепчал с каждой секундой и пробирал от холода. Драккар опасно качнулся под набежавшей волной.

Ярл Сигурд подбежал к мачте, судорожно хватаясь за смолёный канат.

— Нас несёт в сердце бури! — заорал лорд, перекрикивая усиливающийся ветер. — На вёсла! Гребите обратно, мать вашу!

— Ставьте парус! — зазвенел голос Астрид.

Волшебница вышла к выемке для мачты. Ветер трепал её белое платье. Несмотря на усиливающиеся порывы, девушка стояла ровно, будто это всего лишь морской бриз.

Сигурд уставился на неё, как на умалишенную.

— Ты спятила, ведьма⁈ — взвизгнул ярл. — Такой ветер порвёт парусину в клочья за секунду! А мачта рухнет нам на головы! Мы перевернёмся!

— Поспешите, иначе так и будет, — холодно заметила Астрид, встречаясь с ним взглядом.

Ярл зарычал, а затем скомандовал, чтобы поднимали мачту и расправляли парус.

Когда мачта была на месте, мы бросились к фалам. С громким скрипом блоков тяжёлое, грубое полотно паруса поползло вверх. Едва оно расправилось, как сильнейший порыв ветра с пушечным грохотом ударил в ткань.

Драккар громко скрипнул, опасно заваливаясь на правый борт. Затем вновь выправился, продолжая двигаться в сторону бушующего шторма.

Астрид не собиралась тянуть время. Она вытащила из сумки Нимиус. Волшебница подняла мерцающий куб над головой. Губы её беззвучно зашевелились. Затем я услышал странные гортанные слова на языке, которого был мне незнаком.

Нимиус отозвался в тот же миг. Металл куба раскалился добела, из его граней с шипением вырвался ослепительно-синий луч энергии, добираясь до паруса.

Энергия не подожгла ткань, не порвала её, а мягко растеклась по парусу, обволакивая его сиянием, которое затем перешло на мачту.

«Мурена» вздрогнула, затем ещё раз. А следом произошло невероятное. Тяжёлый военный драккар, обычно неуклюжий, вдруг приподнял нос над водой и чуть ли не полетел вперёд, словно ракета. На сумасшедшей скорости мы вошли в шторм.

Огромные волны расступались перед сияющим носом драккара, разлетаясь мириадами брызг. Ветер ревел подобно раненому зверю, пытаясь хоть как-то остановить нас. Молния прочертила небо над головой, и от удара грома заложило правое ухо.

Никто и очнуться не успел, как «Мурена» пролетела Акваторию штормов, быстро удаляясь от Туманного архипелага.

Я бросил взгляд в сторону Астрид. Девушка тяжело опиралась спиной о большую бочку с водой. Двумя руками она сжимала сияющий артефакт, направляя его энергию на парус. Контроль над такой мощью требовал колоссальной выдержки. Что было понятно по струйке крови, вытекающей из носа волшебницы и лицу, превратившемуся в мертвенно-бледную маску.

В этот момент я выхватил взглядом Сварта. И понял — ситуация обостряется. Мяснику что-то шептал на ухо ярл Сигурд, а ублюдок злобно скалился в ответ.

Я напрягся. Мои пальцы до хруста сжали рукоять меча. Я шагнул ближе к волшебнице, занимая позицию, из которой мог контролировать всю палубу. Что бы ни планировал ярл Сигурд, ему придётся пройти через мою сталь. Ну а рядом со мной встали плечом к плечу Дерек, Ульфи, и Жерар.

Шторм оказался позади нас. А «Мурена» за пару минут добралась до большой земли. Я заметил полоску суши по левому борту.

Несмотря на то, что мы плыли по относительно спокойному морю, и воины, и млечники жались к ящикам и бочкам на палубе, стараясь держаться подальше от бортов. «Мурена» продолжала разрезать носом волны, и миллионы мелких брызг пролетали над нами, словно мы оказались в центре причудливого огромного фонтана.

Ярла Сигурда нигде не было видно. Зато его цепной пес, Сварт, уже стоял у правого борта. Теперь мясник о чём-то напряжённо перешептывался с тройкой самых опытных головорезов из золотой дюжины. Гуннар, Эрик и Йенс. Первый неплохо орудовал двуручником, второй — топорами, а третий — спец по копью и короткому мечу.

Дерек хмуро кивнул в сторону переговорщиков.

— Мне это не нравится, Ворон, — прохрипел брат Бейлы, перекрывая вой ветра. — Ярл что-то задумал. Сварт без прямого приказа хозяина даже не почешется, не то что начнет трепаться со своими псами.

— Надо проверить трюм, — сообщил я. — Там несколько млечников.

Только я это сказал, как из трюма на палубу вывалился Сварт. Здоровяк тяжело дышал, но на его лице сияла садистская ухмылка. Левой рукой он намертво вцепился в волосы молодого млечника, одного из тех парней, что помогали нести провизию. Лицо юноши представляло собой кровавое месиво. На его левой брови глубокая сечка, кровь заливала глаз. Правой рукой Сварт прижимал к горлу пленника широкий охотничий нож.

Гуннар прижал к себе молодую девушку, держа её за горло. Эрик и Йенс вытащили ещё двух пожилых млечников.

— Эй, сектанты! — взревел Сварт, легко перекрывая шум бури. — Скажите своей суке отдать реликвию! Иначе эти куски дерьма лишатся голов прямо сейчас!

Млечники на корме возмущённо заговорили. В их сторону полетели из толпы злобные выкрики. Несколько крепких бойцов выхватили оружие, но двинуться вперёд не спешили — понимали, что дружинники не сомневаясь могут пустить заложников в расход.

Я вышел вперёд, останавливаясь на условной границе, со звоном

— Только и можешь резать невинных пацанов, мясник? — жёстко бросил я Сварту. — Оставьте их в покое. Дерись со мной, если не терпится пустить кровь.

Сварт плотоядно оскалился, чуть сильнее надавливая ножом на горло юноши. Млечник заскрипел зубами, по его шее потекла струйка крови.

— С тобой я поквитаюсь позже, Ворон! — рявкнул здоровяк. — Не суй свой нос, куда не следует! Это добыча моего ярла!

Крики на палубе отвлекли Астрид. Волшебница, балансирующая на грани магического истощения, дрогнула. Она прервала ритуал.

Мерцающий куб Нимиуса резко потух, превратившись в обычный кусок серебристого металла. Ослепительно-синяя пленка, покрывавшая парус, растаяла в воздухе.

В это же время драккар, лишённый магической тяги, с жутким деревянным скрипом снизил скорость. Корабль тяжело зарылся носом в волну, и я кое-как устоял на ногах. Кто-то из млечников упал, чертыхаясь за моей спиной.

Палубу окатило холодными брызгами.

Ну вот и всё. Магический ветер исчез, и «Мурена» будто замерла посреди моря. Слева по борту по-прежнему маячила полоска суши.

Астрид всхлипнула, чуть не упала, тяжело опираясь на Нимиус. Волшебница, судорожно хватая ртом воздух, выпрямилась, лихорадочно оглядела Сварта и ещё трёх злодеев.

— Нам нужен Нимиус! — радостно воскликнул Сварт.

— Вы… н-не понимаете, что делаете! — прохрипела волшебница, вытирая кровь тыльной стороной ладони. — Нимиус убьёт того, кто не готов к его силе!

Из-за спин верных дружинников медленно, с преисполненной торжества ухмылкой вышел ярл Сигурд.

— Делай, что велено, ведьма! — приказал ярл, выхватывая здоровой рукой изогнутый меч. — Отдай артефакт по-хорошему, и твои ублюдки останутся живы!

— Ты дал слово, ярл! — выкрикнула она. — При всех! Ты обещал, что мы будем в безопасности до Талассира в обмен на помощь!

Сигурд издевательски пожал плечами, ничуть не смутившись.

— Мы недалеко от суши. Вырвались из шторма. И можно сказать, что я передумал, — холодно ухмыльнулся он. — Договоры с язычниками не имеют силы перед настоящими богами. Сварт, можете резать этих свиней!

Здоровяк довольно заурчал, занося нож для смертельного удара.

— Нет! — воскликнула Астрид, вытягивая руку вперёд. — Остановитесь! Если ярл хочет реликвию, он её получит.

Ярл торжествующе рассмеялся.

— Мудрое решение, — произнёс он. — Положи артефакт у моих ног, ведьма. И, так уж и быть, эти куски мяса проживут ещё немного.

Астрид не спеша подошла к невидимой черте, разделяющей палубу, затем оглядела нас печальным взглядом и подошла к ярлу. С нескрываемым отвращением волшебница бросила Нимиус ярлу под ноги.

Тяжёлый куб с глухим стуком упал на мокрые доски. Теперь он выглядел иначе. Не серебристый куб, а чёрный кусок металла, бьющийся, словно огромное сердце. По его поверхности непрерывно пробегали мерцающие ядовито-зелёным светом вспышки. От артефакта исходил низкий, вибрирующий гул, который неприятно давил на барабанные перепонки.

— Я предупреждала тебя, Сигурд, — тихо произнесла Астрид, отступая на шаг назад. — Этот артефакт впитывал магию Скверны в сердце ущелья. Он пропитан ею. Твой разум не выдержит.

Ярл даже не взглянул на неё. Его глаза были прикованы к пульсирующей реликвии. Желание обладать этой реликвией полностью заглушило в ярле инстинкт самосохранения.

— Заткнись, грязная еретичка, — прошипел Сигурд, словно в трансе. — Ты подлая и жадная шлюха, которой место в канаве. Именно я должен обладать этой силой.

Он грубо оттолкнул стоящего рядом Сварта, заставив того отпустить избитого млечника. Юноша с тихим стоном рухнул на палубу. Ярл, тяжело дыша, наклонился и судорожно схватил Нимиус, прижимая его к себе.

— О да, я чувствую… чувствую силу… — прошептал лорд дрожащим голосом, вглядываясь вглубь реликвии. — Оно живое…

Рука вдруг скользнула вглубь Нимиуса, и глаза ярла мгновенно закатились, превращаясь в бельма. А затем глазницы залило ярким, ядовито-зелёным светом. Ярл запрокинул голову и замер.

Затем он захихикал, тихо и злобно. Затем захохотал, а через пару секунд громкий смех перерос в истеричный, нечеловечески громкий хохот, от которого я остолбенел. Сигурд смеялся так, словно его легкие превратились в кузнечные меха.

— Ярл?.. — неуверенно позвал Сварт, делая шаг к своему боссу. В голосе здоровяка впервые прозвучал настоящий, неподдельный страх.

Сигурд не ответил. Под плотной шерстяной тканью его туники раздался громкий, влажный хруст ломающихся костей.

Ярл упал на колени, а Нимиус затянул внутрь его руку уже по локоть. Тело Сигурда начало стремительно, неестественно увеличиваться в размерах. Плечи с хрустом раздались вширь. Ткань дорогой туники с треском лопнула по швам, не выдержав напора мгновенно раздувшихся чёрных словно смола бугристых мышц. Сломанная, висевшая на перевязи рука выгнулась под немыслимым углом и с тошнотворным чавканьем вросла в тело, а в ответ вылезло щупальце, обрастая толстыми роговыми наростами.

Истеричный смех ярла, лицо которого покрылось чешуёй, перешёл в оглушительный, пробирающий до костей животный рёв. Скверна, спавшая в Нимиусе, всё же нашла носителя?

/ВНИМАНИЕ!

Обнаружено критическое искажение кода!

Зафиксировано рождение Альфа-Особи Скверны!

Уровень угрозы: Смертельный.

Вероятность летального исхода — 99,9%./

Я бросился вперёд и услышал позади истошный крик Астрид:

— Ворон! Стой на месте! Иначе мы все умрём!

Глава 13

Я рванул вперёд на одних рефлексах. «Мощь титана» оказалась уже активной, что лишний раз подстегнуло меня.

Альфа-особь Скверны. За неё Система должна прилично наградить, сомневаться не приходилось. Скоро я её разорву на части.

Но крик Астрид за моей спиной заставил меня притормозить. Замер я буквально в метре от раздувающегося на глазах ярла.

Сварт и его дружки давно забыли о заложниках и в ужасе отошли к борту драккара, выставляя перед собой оружие. Будто думали, что оно их защитит.

Я сморщился от мерзкого запаха, который источал мутировавший ярл. И что мне хотела сказать Астрид, я также прекрасно понимал.

Нимиус, который сжимала лапа существа, работал как мощный магический брандспойт. Он бесконтрольно закачивал концентрированную энергию в тело Сигурда. Оно уже превратилось в перекачанный воздушный шар.

Ярл скрипел зубами утробно рычал, пытаясь взять контроль над ситуацией, но контроля не было ровно с тех пор, когда он сжал Нимиус в руке и потянул из него энергию.

Закатившиеся глаза Сигурда теперь излучали ядовито-зелёный свет. Кожа на раздутых мышцах с треском лопалась, а из глубоких разрывов наружу вырывалось слепящее сияние.

Инстинкт самосохранения заставил меня трезво оценить ситуацию. Рубить эту гору плоти сейчас было самоубийством. На влажные доски палубы из жутких разрывов на теле мутанта упали тяжёлые капли чёрной пузырящейся крови. Дерево под ними мгновенно почернело и едкий дым красноречиво дал понять, что это кислота. Если я нанесу этой твари смертельную рану прямо сейчас, она лопнет. Что будет потом — даже не хотелось думать. Концентрированная дрянь хлынет во все стороны и прожжёт в днище драккара здоровенную дыру. Мы все пойдем на корм рыбам.

Но отступать было нельзя. Холодная, прагматичная жадность бойца взяла верх. Таймер,

Астрид знала, что ярл погибнет. Не знаю, разорвёт Сигурда избытком магии или он в итоге растворится в воздухе. Главное — я лишусь опыта, который мне сейчас так необходим.

Мне нужен был этот трофей.

Холодный расчёт вытеснил эмоции, приглушил крики Астрид и испуганные вопли остальных.

Сомнений не было. Куб подпитывал мутацию исключительно во время прямого физического контакта. Я видел ярко-зелёные потоки, перетекающие в огромную бесформенную лапу существа, которое ещё недавно являлось Сигурдом.

Что ж, здесь я сыграю тонко, и не подставляясь под жуткую ауру Скверны, которая окружала Альфа-особь.

Сигурд заметил меня. Его зрачки вернулись и теперь были похожи на чёрные провалы, злобно зацепившиеся за меня. Он зафиксировал жертву. Мутант издал булькающий, искаженный болью рёв, выплёвывая на дощатую палубу драккара ещё несколько капель едкой субстанции. Затем сделал тяжёлый, но быстрый шаг в мою сторону. Размахнулся деформированной, обрастающей костяными шипами лапой. Удар мог быть сокрушительным. Если бы не «Мощь титана».

Я опередил Альфа-особь буквально на доли секунды. Энергия перетекла на меч, сделав его почти невесомым. Молниеносный выпад — и лезвие ювелирным финтом прочертило короткую дугу. Конечный пункт маршрута — запястье твари.

Острая сталь с влажным хрустом подрезала натянутые, как канаты, сухожилия на лапе, сжимающей куб. Пальцы мутанта рефлекторно разжались, и он протяжно завопил. Вторым финтом я слегка ударил прямо по пульсирующему артефакту, выбивая его из слабеющей хватки.

Монстр взвыл ещё сильнее, переходя на визг, отчего я оглох на одно ухо. Альфа-особь всей своей колоссальной массой рухнула на палубу, пытаясь свободной рукой дотянуться до упавшего Нимиуса. Я сделал шаг в сторону и ногой откинул в сторону реликвию.

Потускневший артефакт тяжело откатился по мокрым доскам в сторону мачты. И я выдохнул. Цепь питания была разорвана.

А теперь, кажется, следует отойти, пока не слишком поздно.

Сияющие ядовитым светом вздувшиеся вены-канаты на теле гигантской Особи в ту же секунду почернели. Мутация, которая лишилась магической подпитки на самом пике, безжалостно обернулась против своего носителя. Сердце Сигурда не выдержало резкого перепада давления.

Ярл издал жалкий, влажный хрип, затем пара волн пробежала по его телу, которое сжалось, будто пакет под воздействием вакууматора. Масса деформированной плоти рухнула на палубу мёртвым грузом.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы прервали метаморфозу в финальной фазе и убили Альфа-особь Скверны!

Выбрана оптимальная тактика ведения боя.

Награда: +500 часов жизни.

Бонус за правильную тактику ведения боя: +100 часов жизни.

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +360 часов жизни

Общая продолжительность жизни: 2 месяца 20 дней 11 часов 35 минут!

ВНИМАНИЕ!

Уникальная способность «Мощь титана» всё ещё активна.

Текущее время действия: 00:00:39…

00:00:38…

00:00:37…/

От такой щедрой награды закружилась голова. Система явно меня балует. Хотя она этим самым подчеркнула опасность Альфа-особи Скверны. Ценность этого трофея оказалась заоблачной.

Над палубой «Мурены» в это же самое время повисла мёртвая тишина. Слышался лишь вой стихающего ветра в снастях да скрип рассохшейся мачты.

Остатки золотой дюжины не могли поверить, что их всесильный господин, секунду назад чуть не превратился в несокрушимое божество Скверны. А фактически довольно буднично подох от моей руки, превратившись в кусок дымящейся субстанции.

Астрид держалась за бочку, прижимая ладонь к груди. В её расширенных глазах читался удивление, смешанное с невольным восторгом.

— Ты… ты просто сумасшедший, — выдохнула волшебница. — Ты хоть понимаешь, чем сейчас рисковал?

— Это стоило того, — бросил я ей и привычно провернул клинок в руке, стряхивая капли ядовитой чёрной крови. Затем медленно повернулся в сторону Сварта, который злобно буравил меня своими поросячьими глазками.

— Теперь твоя очередь, мясник, — ледяным тоном произнёс я.

Долго уговаривать Сварта не пришлось. Этот кровожадный ублюдок давно вынашивал план мести, а сейчас он к тому же был не один. За ним ещё трое цепных псов.

— Иди сюда, дерьма кусок! — выпалил Сварт, раскручивая секиру и бросаясь в мою сторону. Гуннар и Эрик зашли с флангов, Йенс решил, что настолько идиот, что не догадаюсь об его ударе в спину.

Всё произошло настолько быстро, что Дерек был на полпути к месту схватки. За ним Ульфи и Жерар. Но они не успеют, я разберусь с этими выродками гораздо раньше.

Мясник бросился на меня молниеносно, рубя наотмашь.

Глупцы. Они так и не поняли, что во мне прямо сейчас бурлила «Мощь титана». Сердце колотилось в груди словно отбойный молоток, адреналина в крови было столько, что я был предельно собран и видел шаги врагов наперёд. И атаковал первым.

Первоначальной угрозой был Йенс, который шустро подобрался ко мне, выбрасывая копьё и целясь в шею. Я сделал шаг назад и в сторону, повернув голову вправо.

— Ш-шух-х! — лезвие пролетело в миллиметре от меня.

Я выхватил кинжал, швырнув в Йенса. Тот попал ему точно в глазницу. Воин завалился за спину, словно мешок картошки. Подставил меч под удар Сварта, а свободной рукой ухватил лезвие двуручника Гуннара. Тот охнул, пытаясь уйти на дистанцию. Но кто ж ему даст это сделать? Я сместился в его сторону, уворачиваясь от топора Эрика, схватил Гуннара за горло, вырывая кадык вместе с языком.

— Ахр-р-бл-л-л, — последнее, что я услышал от него.

— Сдохни! — зарычал Сварт. — Ты убил Финна, тварь! Сдохни!

Ярость, граничащая с безрассудством, погубила его. Он слишком близко подошёл ко мне и попытался закончить быстро, одним взмахом. Удар секиры снизу вверх по диагонали я прочёл как раз в тот момент, когда Сварт только совершал замах. И молниеносно сместился, оказавшись позади него.

Меч мелькнул в воздухе отсекая ему голову. Я бы мог его расчленить, как он это делал с сотнями своих жертв. Но это меня и отличает от таких мудаков как Сварт. Я не мясник, не кровожадный садист, который получает удовольствие от страдания противников. Голова ублюдка не успела упасть на палубу, а я добрался до Эрика.

Тот лишь открыл свою пасть, пытаясь мне что-то сказать. Но время для бесед прошло. Он сделал свой выбор.

Сделав выпад, я пробил его сердце. Удар был такой силы, что его кольчуга вышла вслед за мечом со спины. Последний враг захрипел и повалился на палубу «Мурены», а следом в стороне по ней покатилась голова Сварта.

Всё. Теперь всё. Бой, длившийся несколько секунд, был завершён. Четыре воина из «золотой дюжины» лежали в луже крови, а на мне ни единой царапины.

Откат был ещё легче предыдущего. В висках лишь закололо, и слегка потемнело в глазах. Но затем я вздохнул, вытирая меч о тело Гуннара и пряча его в ножны, и ухмыльнулся подскочившему Дереку.

— Ты как, Ворон⁈ — воскликнул он, оглядывая поле боя. — Цел?

— Гораздо лучше, чем Сварт и его псы, — кивнул я в сторону обезглавленного мясника.

— Лихо

— Ты и меня удивил, — хлопнул меня по плечу Жерар, нервно хохотнув. — Четырёх «золотых» завалил, с ума сойти.

— А вы на чьей стороне⁈ — бросил я оставшимся четырём воинам из «Золотой дюжины», который замерли в стороне.

— Мы не против млечников! — бросил нам Неро, крупный бородатый мечник. — Так ведь?

Троица рядом с ним кивнула, пряча оружие.

— Ну вот, — хрипло усмехнулся ветеран. — Одним ублюдком меньше.

— Да и те трое не отличались кротким нравом, — заметил Жерар, встречаясь со мной взглядом. — Что такое?

Я кивнул на его подмышку, в которой он сжимал потускневший Нимиус, поблёскивая матовыми стальными гранями.

— А, это, — хохотнул весельчак. — Я ж как раз и подобрал его, чтобы не потерялся.

— Это хорошо, теперь верни его, — услышал я голос Астрид. Она протянула руку, и Жерар вернул ей реликвию, провожая её цепким жадным взглядом.

— Разумеется, это ведь не моё, — пробормотал воин. — Я уже увидел, что бывает с теми, кто тянет руки к чужой магии.

Астрид спрятала Нимиус в своей сумке. Волшебница перевела взгляд на дымящиеся останки мутировавшего ярла. Из кожных потемневших складок того, что раньше было ярлом, начала сочиться кислотная жижа, грозя прожечь палубу.

— Рохли, командуй, — блондинка махнула своему помощнику. — Пусть маги уберут всю эту дрянь.

Три млечника в длинных серых туниках, которые чуть ли не стелились по палубе, подошли к останкам Альфа-особи. Затем они синхронно протянули ладони к залитым Скверной доскам. Воздух вокруг трупа замерцал. Не знаю, что это были за потоки энергии, которые сформировались перед ними, но они врезались в останки Сигурда и те начали стремительно распадаться, превращаясь в густую, безвредную грязь.

Маги быстро и безжалостно растворяли плоть, кости, чешую мутанта, а мы принялись смывать вёдрами, наполненные морской водой, получившуюся зловонную жижу за борт.

Спустя несколько минут палуба была очищена. Лишь изъеденные доски напоминали о недавнем ужасе.

Ветер окончательно стих, парус обвис на мачте тряпкой. «Мурена», лишенная магической тяги, медленно и тяжело качалась на волнах, поскрипывая корпусом.

Астрид замерла на корме, задумчиво вертя в руках Нимиус. Реликвия Древних выглядела совсем иначе. На её матовой серебристой поверхности больше не пульсировали яркие прожилки. Не исходил от неё и тот низкий, давящий гул, который заставлял мои скулы сжиматься от тонких вибраций.

Артефакт превратился в обычный кусок металла.

Волшебница тяжело вздохнула и повернулась к нам с Дереком. Её лицо оставалось бледным, а под глазами пролегали еще более глубокие тени.

— Плохие новости, — мрачно объявила Астрид, повысив голос, чтобы ее слышали все на палубе. — Артефакт истощён. Полностью.

— Как истощен? — нахмурился Дерек. — Ты же говорила, что эта штуковина может привести нас в Талассир!

— Могла бы, — Астрид с отвращением посмотрела на место, где еще недавно лежали останки ярла. — Благодарите вашего ярла. Теперь мы страдаем из-за его алчности. Он вытянул из Нимиуса почти всё, что было.

Среди млечников, сгрудившихся на корме, поднялся тревожный ропот. Люди, только что поверившие в чудесное спасение, вновь оказались перед неизвестностью. Они перешёптывались, бросая испуганные взгляды на бескрайнюю водную гладь.

— Где мы сейчас находимся? И сколько нам осталось до Талассира? — сухо спросил я, переходя к сути.

Блондинка махнула рукой в сторону едва заметной тёмной полоски на горизонте.

— Мы легли в дрейф. А там — побережье Южных земель. До бухты Талассира более пятисот морских миль вдоль берега.

Она замолчала, болезненно прикусив губу.

— Но ты сам знаешь, Ворон. Проблема во времени, — уже тише произнесла волшебница. — Если мы высадимся на берег и пойдём по суше, нам потребуется не меньше недели, чтобы добраться до южной столицы. До Праздника Огня, на котором инквизиция сожжёт мою мать и наших братьев и сестёр, осталось всего лишь два с половиной дня. Без Нимиуса мы не успеем. Наших сил не хватит, чтобы разогнать драккар.

Астрид понизила голос и добавила шёпотом, обращаясь ко мне:

— И ты сам понимаешь, что будет. Инга умрёт, а ты… ты навсегда останешься рабом своей Системы.

— Если меня не прикончат раньше, — добавил я, понимая, что нас никто не ждёт на берегу с распростёртыми объятьями. Наоборот, теперь мы враги для любого жителя земель, как северных, так и южных.

Слова Астрид как млечники так и воины встретили тяжёлым молчанием.

— Но не отчаивайтесь! — воскликнула Астрид. — Мы вырвались с островов! Многие из нас выжили, и так просто не сдадимся! Мы обязательно доберёмся до Южного порта!

— Мы верим в тебя, староста! — воскликнул один из рослых млечников. — И будем с тобой до конца!

— Он наступит очень нескоро, брат мой! — улыбнулась ему волшебница. — Мне нужно время, чтобы всё обдумать. А пока отдыхайте и набирайтесь сил! Они нам уже скоро понадобятся.

Млечники разбрелись кто куда. Некоторые спустились в трюм, кто-то уселся между ящиков, решив перекусить и доставая нехитрый скарб: сухари, воду, вяленую рыбу.

Я также решил обдумывать варианты спасения, но пока ничего на ум не приходило. Краем глаза я уловил движение на носу корабля. Четверо уцелевших дружинников, вставших на нашу сторону после смерти Сварта и его трёх подельников, уже сбились в тесную кучку. Они о чём-то напряженно говорили, а затем к ним неспешно подошёл Жерар.

Я сделал знак Ульфи, и щуплый парень, стараясь не привлекать внимания, скользнул вдоль фальшборта поближе к этой компании, прячась за бочками с водой. Через несколько минут он вернулся ко мне с побелевшим лицом.

— Они там вроде бунт затевают, Ворон, — зашептал Ульфи, нервно озираясь. — Говорят, что в Талассире их могут запросто вздёрнуть на воротах за измену и смерть ярла.

— И что предлагают? — я скрестил руки на груди, не сводя взгляда с Жерара.

— Они обрабатывают Жерара, — затараторил Ульфи. — Давят на его благородную кровь. Говорят, что он может стать их ярлом. Вроде того, что им не по пути с грязными сектантами.

— Хотят свалить на лодках? — хмыкнул я.

— Это были их следующие слова, — вздохнул Ульфи. — Взять лодки, погрузить в них припасы и добраться до суши. А потом уйти на север, домой.

— И что Жерар? — удивился Дерек.

— А он… он молчит, — Ульфи нервно сглотнул. — Хмурится, слушает их, смотрит то в вашу сторону, то на Астрид… Вон, опять смотрит…

— Значит, наш высокородный болтун растерян, — натянуто улыбнулся я. — И обдумывает их слова.

— Я никогда не доверял Жерару, но также не доверяю этой ведьме, — процедил Дерек. — Куда она нас заведёт? Как

— Я выясню, дружище, уже скоро, — похлопал я его по плечу. — Не нервничай.

— Поводов достаточно, и ты лучше меня это знаешь, Ворон, — сообщил брат Бейлы. — И будем следить за лодками. Менять друг друга.

— Ясен пень, — ухмыльнулся Ульфи. — Я даже поставлю шумиху, чтобы наверняка узнать, если кто их тронет.

Соратники затихли, присаживаясь на ящики и перекусывая оставшейся солониной. Еды немного, и это было не очень хорошо. Надеюсь, что Астрид всё же что-то придумает.

Я прищурился, обдумывая, чего ожидать от Жерара. Его сомнения — плохой знак. Он лишился своей привычной опоры в виде ярла, за плечами уже не было той самой силы дружины, которая вселяла в него уверенность.

Понятно, что Жерар сейчас находился на распутье. С одной стороны — мы, спасшие ему жизнь, но примкнувшие к врагам, которые идут освобождать таких же ненавистных ему млечников. С другой — возможность сохранить свою шкуру и вернуться в семью, желательно с Нимиусом. Сейчас он был непредсказуем. Чёрт его знает, что взбредёт ему в голову. А непредсказуемый боец на одном корабле, да ещё и с заговорщиками — это бомба замедленного действия.

Время покажет, что выберет Жерар. Но всё же следует побеседовать с ним, с глазу на глаз.

Неметрасс, порт на границе Северных земель и Южноземья, в это же время

Переулок, куда забрёл Олаф, представлял из себя жалкое зрелище. Грязный, пропахший тухлой рыбой и дешёвым элем закуток. И побитая каменная брусчатка. Впереди она была обильно залита багровыми лужами, а в этих лужах в неестественных позах валялось более десяти тел.

Местная портовая шпана, грабившая загулявших моряков и случайных путников, совершила фатальную ошибку. Она выбрала не ту жертву.

Олаф стоял посреди этого побоища, тяжело дыша и довольно ухмылялся. Раньше он не был маньяком, упивающимся резнёй. В прошлой, земной жизни Олаф привык решать проблемы прагматично и с минимальными затратами энергии. Работал наёмным убийцей, выполняющим заказы итальянской мафии. В этом жестоком мире правила не изменились — поменялся лишь инструментарий и ещё один немаловажный факт. Он убивал, чтобы набрать как можно больше очков жизни, чтобы выжить.

Олаф брезгливо вытер окровавленное лезвие своего меча о суконную куртку ближайшего трупа. Затем, накинув тёмный капюшон на голову в ответ на хлынувший дождь, прошёлся по переулку, срезая с поясов неудачливых грабителей кошельки с серебром. Деньги им уже не понадобятся, а вот ему они будут весьма кстати.

Теперь следует побыстрей свалить отсюда. Сразу к пристани, чтоб не напороться на кого-нибудь из местных. Хватит на сегодня смертей.

Когда Олаф вышел на очередную узкую улочку, петляющую между приземистых каменных коробок, перед его глазами привычно вспыхнул экран системного интерфейса.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Уничтожено: 12 противников (низкий уровень угрозы).

Награда: + 30 часов жизни.

Бонус за повышенный уровень: + 18 часов жизни.

Общая продолжительность жизни: 3 дня 14 часов 18 минут/.

Олаф расплылся в удовлетворённой улыбке, высыпая содержимое последнего кошелька в поясную сумку и отбрасывая его в сторону. Два дня жизни за вонючее отребье — неплохая сделка. Этого времени ему хватит с головой, чтобы добраться до Южной столицы и не рассыпаться в прах по дороге.

Разумеется, он больше не служил конунгу. И прекрасно понимал, что за дезертирство на Севере отрубали голову. А на Юге, куда Олаф держал путь, его могли просто сжечь на костре вместе с остальными млечниками, если обнаружат в нём скрытые способности, разумеется. Поэтому следует действовать осторожно.

/ВНИМАНИЕ!

Зафиксировано перемещение участника мирового турнира, порядковый номер 347 (Максим Емельянов / Ворон).

Текущая локация цели: акватория Южных Земель, в 10,2 километрах от Лунного Маяка.

Направление движения: юг/.

Пальцы Олафа самопроизвольно сжались в кулаки, до хруста. Воспоминание о позорном поражении будто выжигало его изнутри. Ворон должен был умереть там, на пристани Кельма, но эта скотина оказалась уж больно живучей. И пять лет жизни, обещанные Системой, ускользнули от него. Но ненадолго.

Олаф жаждал реванша. И Система, словно почувствовав его желание, вновь отреагировала.

/ВНИМАНИЕ! Ваш уровень повышен!

Текущий уровень: 7.

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +70% от полученных часов жизни.

Доступна новая классовая способность…/

Олаф быстро пробежал глазами описание нового пассивного навыка. Способность активировалась автоматически при получении смертельного урона. Понимая суть награды, блондин широко, хищно улыбнулся.

— Теперь ты точно покойник, Ворон, — довольным голосом пробормотал он себе под нос. — Ты очень удивишься моему сюрпризу… перед тем как сдохнуть.

Олаф вышел из полутёмного переулка на широкую деревянную пристань. Дождь закончился, но капюшон он убирать не спешил.

У дальнего пирса на волнах покачивалось изящное судно. Лёгкий клипер с косыми парусами, способный идти против ветра, был намного быстрее тяжёлых и неповоротливых северных драккаров. То, что нужно.

— Где тебя носит? Мы отплываем, — грубо прохрипел капитан в палубы, махнув своим матросам, чтобы убирали мостик. — Быстрей на борт.

— Задержался на рынке, — Олаф прошёл на корабль и высыпал в мозолистую ладонь плотного мужичка ровно двадцать монет. — Как и договаривались.

Тот пересчитал их, затем нахмурился.

— Ты мне должен ещё десять серебра, — пробурчал он.

— Заплачу, когда прибудем на место, — встретился с ним взглядом Олаф, и капитан покачал головой.

— Нет, я всегда беру оплату полностью, — процедил он. — Иначе выкину тебя за борт.

Блондин кое-как сдержался, чтобы не разрубить этого дерзкого урода на куски. Нет. Нельзя ему привлекать внимание. Ни в коем случае.

— Держи, — Олаф отсыпал в ладонь капитана ещё десять монет. — Всё?

— Вот теперь всё, — довольно кивнул владелец судна. — Вино за мой счёт.

Клипер вздрогнул, паруса зашуршали под ветром, и судно, разрезая волны острым носом, со скрипом повернуло в сторону выхода из небольшого залива.

Несмотря на то, что откат был небольшим, всё же я был не железный. Организм требовал отдыха.

Оставив Жерара под бдительным присмотром Дерека и Ульфи, я спустился в трюм и нашёл свободную лавку. Едва моя спина коснулась жёсткой деревянной поверхности, я мгновенно провалился в сон.

Я оказался не в октагоне на Земле. И не на залитом кровью берегу Севера.

Вновь та же бетонная полутёмная комната из прошлого мира. Холодный гладкий пол, стены без окон. Одна из стен усыпана рядами мониторов. На центральном, самом большом, я вновь увидел самого себя — спящего на деревянной лавке в трюме «Мурены». Камера показывала ракурс сверху, и было видно, как мерно вздымается моя грудь.

Вокруг консолей с экранами находились четыре человека. Они были облачены в глухие черные комбинезоны и мантии с глубокими капюшонами.

Странные люди спорили.

— Объект 347 слишком нестабилен, — услышал я первый голос, холодный и скрежещущий. — Он агрессивно вмешивается в

— Я поддерживаю, — сухо произнёс второй. — Нарушение баланса критическое. К тому же не забывайте про ту суку, которая пытается ему помочь. Его нужно немедленно умертвить. Таймер следует обнулить.

— Нет. Этого делать нельзя. Ни в коем случае, — возразил третий голос. В отличие от первых двух, он звучал спокойно, властно и… пугающе знакомо. — Потенциал адаптации не раскрыт до конца. Вы забываете о главном условии эксперимента. Впереди очередной поединок Иных в Южной столице. Если он будет сорван, вы сами знаете, что будет. Спонсоры нам этого не простят.

Четвёртая фигура подошла ближе к экрану.

— Соглашусь с Евгением Иванычем. Оставьте его таймер в покое, — просипел четвёртый. — Пусть для начала доберётся до Талассира.

Я резко открыл глаза, сел на лавке, судорожно хватая ртом холодный, влажный воздух. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Что это? Они говорили обо мне. Неужели весь этот мир — большой полигон, в котором играют влиятельные люди из моего мира? Или не из моего? Может из другого измерения?

Если это не плод моего воспалённого воображения, то дело дрянь. Надо срочно вытащить Ингу. У меня к ней очень много вопросов.

Я услышал шорох платья, и увидел рядом Астрид. Она сидела на лавке рядом с моей и пристально смотрела на меня.

— Ты в безопасности, Ворон, — мягко произнесла волшебница.

Я с трудом сглотнул, пытаясь успокоить дыхание.

— Я говорил во сне?

— Да, — кивнула Астрид, присаживаясь на край моей лавки. — Ты метался, звал кого-то. Но я не разобрала.

— Дурной сон, — я потёр лицо ладонями, прогоняя остатки кошмара. — Очень странный и слишком реальный.

Я перевёл взгляд на тусклый куб Нимиуса, выглядывающий из сумки Астрид.

— Что с артефактом? — спросил я. — Когда он напитается силой? Мы не можем дрейфовать здесь неделями.

Астрид вытащила стальной куб, взяв его в руки.

— Нимиус черпает энергию извне, — задумчиво начала она. — Всё вокруг нас есть энергия. Шторм, разряды молний, тепло солнца, остаточный магический фон океана, даже эмоции людей на палубе… Артефакт впитывает всё это, словно губка. Но в естественных условиях это происходит слишком медленно. Такими темпами он восстановится через месяц.

— Должен быть другой способ, — заметил я. — Ты бы не была так спокойна, если бы его не было.

Глаза волшебницы внезапно блеснули. В её взгляде появилось нечто загадочное и откровенно хищное.

— Способ есть, — понизив голос, ответила Астрид. — Можно ускорить процесс. Через ритуал.

— Ритуал?

— Да, ритуал, который позволит напрямую получить часть энергии, — улыбнулась Астрид. — В тебе её много. Это энергия Системы. Я изучила её и была удивлена. Ты можешь поделиться ею, без ущерба для своего организма и внутреннего роста.

Астрид положила потухший Нимиус на деревянную лавку прямо у моего изголовья. Затем выпрямилась и сделала плавный, круговой жест рукой. Воздух вокруг нас мгновенно уплотнился. Возник непрозрачный серый барьер, похожий на густой туман. Внутри купола воцарилась звенящая тишина, отрезающая нас от скрипа корабля и голосов остальных.

— Что собираешься делать? — напрягся я, инстинктивно подтягивая к себе пояс с кинжалом.

— Ты, главное, успокойся. Увидишь, — коротко бросила Астрид.

Девушка посмотрела мне прямо в глаза. Не разрывая зрительного контакта, она сделала шаг вплотную к моей лавке. Её изящные пальцы потянули за шнуровку своего платья. Грубая ткань соскользнула с её плеч и упала на грязные доски трюма. Я удивлённо взглянул на её обнажённое тело. И оно было просто безупречным. В полумраке магического барьера бледная кожа волшебницы мягко светилась.

— Ты должен максимально расслабиться, Ворон, — прошептала Астрид, кладя горячие ладони на мою грудь и мягко укладывая меня обратно на лавку.

— Астрид, остановись. У меня есть женщина, её зовут Бейла, — напомнил я волшебнице, перехватив её руку, которой она снимала с меня тунику.

— Это не то, что ты подумал, Ворон, — её голос стал глубоким, вибрирующим. — У меня тоже есть мужчина. Это ничего не меняет. Это всего лишь ритуал.

Девушка изящно перекинула ногу через мои бедра и села сверху, прижимаясь разгорячённым телом к моему торсу.

Я почувствовал сильное, неконтролируемое возбуждение, но затем время словно замерло.

В ту же секунду я ощутил резкий перепад температуры. В правой руке Астрид, буквально из пустоты, материализовался длинный ритуальный кинжал с извилистым лезвием.

Остриё блеснуло в полумраке, и врезалось мне под рёбра.

Глава 14

Волшебница прижималась ко мне всем телом. Но животный инстинкт, затуманивший мой разум несколько секунд назад, бесследно испарился.

Отчаянная мысль заметалась в голове. Астрид ударила меня ножом. Хотя это был не совсем нож, но мозг упрямо протестовал и отказывался принимать тот факт, что это ритуал, причём для меня безопасный.

Я попытался дёрнуться, и… не смог. Будто кто-то привязал меня к лавке намертво, и теперь не вырваться.

Удивительно, что я не чувствовал боли. Лишь пульсирующие покалывания в районе сердца, которые отдавались эхом в голову.

Единственное, что успокаивало — это моё недавнее наблюдение. Всё же я успел заметить кинжал, до того как Астрид воткнула его мне под рёбра. Он не имел ничего общего с привычным металлом. Он вообще был не материальным. Оружие соткано из ранее неведомой мне энергии.

— Ты нужна мне, — между тем шептала Астрид у моего уха. — Выходи. Выходи, и послужи во благо своего хозяина и всех нас.

Полупрозрачное лезвие провернулось во мне, я с трудом, но смог поднять голову. Взглянул на фигурную рукоять, которую продолжала сжимать волшебница, затем посмотрел на то место, куда вошёл магический клинок. Крови я не увидел.

Обнажённая Астрид ещё плотнее прижалась ко мне. Это был очень необычный ритуал, где я играл роль… донора? Скорее всего, так и есть.

Астрид между тем зашептала непонятные слова, вновь проворачивая рукоять странного кинжала.

В ту же секунду моё тело сковало холодом. Я почувствовал озноб. И с каждым мгновением знобило всё сильнее.

/ВНИМАНИЕ!

Зафиксировано принудительное изъятие энергии Титана!

Заблокировать? ДА/НЕТ? /

Я молчал, лишь открыв рот. И не то, чтобы я раздумывал над ответом. Просто мысли смешались в голове, мешая сосредоточиться.

«Нет», — отправил я Системе.

Холод вскоре перерос в нарастающий вакуум. Из каждой поры моего тела потянулись тысячи крохотных нитей. Они вышли из меня, чтобы войти в тело Астрид.

Мои мышцы свело судорогой. Воздух застрял в горле, мешая дышать.

Ровно в этот момент под бледной кожей обнажённой волшебницы вспыхнули и ярко засветились синие прожилки. Изъятая из моего тела энергия переполнила её. Волшебницу выгнуло дугой, а с её губ сорвался крик боли.

Астрид забилась в агонии, по-другому это сложно было назвать. А затем, когда её

Серебристый металл отозвался мгновенно. Артефакт вспыхнул ослепительным светом. Невидимая сила, которая прижимала меня к скамье, исчезла, что позволило повернуть голову и увидеть потрескивающую реликвию. На гранях куба вновь пульсировали вены.

Астрид убрала руку от Нимиуса, всё ещё подрагивая. Ритуал был завершён. Волшебница отстранилась от меня, вскочила на ноги, пряча наготу под платьем.

/ВНИМАНИЕ!

Энергия Титана — 20%. Запущен механизм восстановления.

Восстановление до базового уровня — через 30 минут

Из-за расхода энергии время отката увеличено на 2 часа 15 минут/.

Серый барьер, который изолировал нас от окружающего мира, исчез. Мы вновь вернулись в трюм, слыша скрип «Мурены» и тихие голоса млечников.

Холод в груди медленно отступал, возвращая мне контроль над собственным телом. Я тяжело хватал ртом спёртый воздух, стараясь унять бешеный стук сердца, затем поднялся на лавке, размял затёкшие плечи.

Астрид прижимала пульсирующую реликвию к груди. Глаза волшебницы лихорадочно блестели, а на губах играла радостная улыбка.

— Нимиус ожил, — хрипло, с трудом ворочая языком, произнесла Астрид. — Ты хоть понимаешь, что сделал?

— Подпитал реликвию, — просипел я в ответ. В горле саднило и жутко хотелось пить.

— Ты нас спас, Ворон. Всех нас, — произнесла Астрид. — Теперь мы продолжим путь, и прибудем в Талассир до Праздника огня.

Я сел на лавке, осторожно ощупывая рёбра в том месте, куда вошёл призрачный кинжал. Ни малейшего намёка на ножевое ранение, даже царапины и той нет.

— Это… было весьма необычно, — честно признался я, выравнивая дыхание. — Но в следующий раз предупреждай о таких деталях заранее.

Волшебница заблестела радужкой глаз, прислоняясь спиной к деревянной переборке.

— Я призвала духов Древних. Они помогли вытащить из тебя энергию и передать её Нимиусу, — тихо призналась она. — Но даже если бы я сказала, ты бы не поверил.

— Ты была проводником этой энергии? — спросил я, не сводя с волшебницы пристального взгляда. — Тебе было больно?

Астрид подошла ко мне, коснулась моего плеча ладонью. Её пальцы всё ещё подрагивали.

— По-другому никак… Запомни, Ворон, никто не должен узнать об этом ритуале, — Астрид всмотрелась в моё лицо. В её взгляде читалась искренняя мольба. — И то, что ты видел сейчас под барьером. Видел меня… Это останется между нами. Согласен?

— Само собой, — коротко кивнул я.

Я не собирался трепать языком. Между нами уже возникли доверительные отношения, тем более я был заинтересован найти её мать, и она это знала.

Астрид рассмотрела в моём взгляде всё, что ей было нужно, улыбнулась.

— Вот и славно, — тихо произнесла она.

Чувствуя лёгкий запах озона, витающий над местом проведённого ритуала, я поднялся с лавки. Борта «Мурены» скрипели, в стороне болтала группа млечников.

Но атмосфера всё же была тревожной. Я тут же напрягся, как и Астрид.

Буквально в трёх метрах от нас, прислонившись плечом к деревянной стойке, замер Жерар. Его глаза, сузившиеся до щелей, были жадно прикованы к сияющему Нимиусу, который Астрид держала в руках.

Жерар сделал вальяжный шаг в нашу сторону. Моя рука тут же легла на рукоять меча. Большой палец привычным движением достал клинок из ножен на пару сантиметров. Раздался очень выразительный щелчок.

— Даже не думай, — глухо предупредил я, не сводя взгляда с мечника.

Жерар тут же вскинул руки в примирительном жесте. На его лице расплылась широкая, абсолютно фальшивая улыбка.

— Да ты чего, Ворон? Как ты мог подумать? — протянул он, ухмыляясь. — Мы бились рядом, плечом к плечу, с мерзкими тварями. Разве ты забыл?

— Что ты видел? — холодно спросила Астрид.

— Ничего, лишь пару вспышек. Как у вас получилось оживить его? — округлил глаза мечник, делая ещё один шаг и упираясь в выставленную мной ладонь.

— Тебя это волновать не должно, — сухо произнёс я, пытаясь поймать его взгляд. Но Жерар был полностью поглощён созерцанием Нимиуса. Он смотрел на него удивлённо, озадаченно, тщательно пытаясь под этим скрыть жажду обладать реликвией Древних.

— Впрочем, мне это совсем неинтересно, — скривился мечник.

— Но ты всё ещё здесь, — заметил я.

— Просто это так… завораживает, — пробормотал Жерар, убирая мою руку и делая ещё полшага в сторону реликвии. — Можно мне его подержать? Всего на секунду.

— Нет! — резко оборвала его Астрид, прижимая куб к груди. — Ты видел своими глазами, что реликвия сделала с ярлом Сигурдом. Тебе мало этого⁈

— Это было показательно, — не унимался Жерар. — Но всё же…

— Тогда какие ещё нужны доказательства, чтобы ты понял одну простую вещь: эта реликвия опасна для тех, кто не может с ней совладать, — прошипела Астрид.

Жерар странно ухмыльнулся, размещая руки на поясе. Вроде бы и обычный жест, но я заметил, как он расположил их поближе к рукоятям мечей.

— Да просто как-то странно это всё, — задумчиво протянул он. — Я ведь держал Нимиус, со мной абсолютно ничего не случилось. Никаких щупалец и костяных наростов. Более того… — он сделал паузу, облизнув пересохшие губы, — … мне это помогло восстановить силы.

— Тебе показалось, — ледяным тоном отрезала волшебница. — Ты сам восстановился, без участия Нимиуса. Ещё раз повторяю: только обученный маг, знающий плетения, способен управлять реликвией Древних. Для таких, как ты, это просто кусок блестящего металла. Отойди!

Жерар на секунду задержал на Астрид тяжёлый взгляд. Затем легко пожал плечами, вновь натягивая маску безразличия.

— Да ладно, что вы все так напряглись? Нет так нет, — мечник натянуто улыбнулся. — Слишком много чести из-за старой железяки.

Он неспешно направился в дальний конец трюма, где расположились остатки «золотой дюжины», четверо дружинников.

Астрид проводила его напряжённым взглядом.

— Я видела этот взгляд у Трея, перед тем как он сошёл с ума, — тихо произнесла волшебница. — Жерар попытается забрать артефакт.

— Что предлагаешь? — взглянул я в её зелёные глаза.

— Я не хочу крови, Ворон. Их следует связать, и стереть им память, — ответила Астрид.

— Это равносильно убийству, — заметил я.

— Они забудут всё, что было на острове, вплоть до последних мгновений, — заметила Астрид. — Наши маги сделают так, чтобы это прошло безболезненно. Они просто уснут. Иначе до Южных земель мы не доплывем. Как только на горизонте покажется Южный порт, жди беды.

— Если всё случится так, как ты говоришь, это наилучший вариант, — согласился я. — Но это сделаем чуть позже. Пусть расслабятся.

— Почему не сейчас? — удивилась Астрид.

— Есть риски, что кто-то пострадает, — подчеркнул я.

Я мысленно оценил расстановку сил. Нападать на Жерара и его союзников сейчас —

Мы немного обсудили мой план, который волшебница в целом одобрила.

— Кстати, сразу предупреждаю. Мы высадимся на окраинах Талассира, у наших связных, — добавила Астрид.

— Верное решение, — оценил я, кивая. — Пойду, предупрежу Дерека и Ульфи. Начнём готовить лодки заранее.

Астрид коротко кивнула, пряча Нимиус в сумку и провожая меня тревожным взглядом. Я направился к Дереку и Ульфи, которые жевали сушёную рыбу, вроде воблы и тихо переговаривались.

Я проводил взглядом Жерара, который покинул трюм. Мы отошли в сторону подальше от чужих ушей. Всё же два воина из «золотой дюжины» отдыхали неподалёку.

Астрид не сидела сложа руки, передала своим план действий. Млечники начали не спеша собирать свои скудные пожитки, готовясь к высадке на берег.

— План такой, — вполголоса начал я. — Готовим лодки, спускаем их на воду. Неспешно, якобы готовим заранее. Астрид и её маги свяжут магией Жерара и остальных. Тихо и без лишнего шума.

— Хреновый план, — покачал головой Дерек. — Это воины, не шпана с улицы. Они могут напасть до того, как первый млечник сделает шаг в их сторону и вызовет заклинание.

— Тогда мы будем рядом, — многообещающе произнёс я.

— Жерар опытный, он может напасть первым, — подчеркнул Ульфи. — Я видел его взгляд. Он насторожен и готов к бою. Притом учтите, как только мы сойдём в Талассире, этот говнюк первым делом побежит к конунгу Хрольфу.

— Мы высадимся не в главном порту города, — сообщил я то, что услышал от Астрид.

— Они все отправятся на поклон к Хрольфу. Это верно, — печально произнёс Дерек. — Расскажут о реликвии, о том, что мы убили ярла, и как спелись с млечниками. Сдадут нас с потрохами, чтобы избежать виселицы. А затем нас будут искать тысячи воинов конунга. И найдут.

— Опасно это, — охнул Ульфи, таращась то на меня, то на Дерека. — Не знаю как вы, а у меня в планах не было гореть живьём на столбе. Я ещё пожить хочу.

— Все мы хотим пожить, дружище, — усмехнулся Дерек.

Ульфи нервно сглотнул, затем опасливо оглянулся.

— Они ничего не расскажут, когда их найдут, — произнёс я.

— Рты им зашьёшь? — ухмыльнулся Дерек.

Я вкратце поведал им о том, что с ними планировала сделать Астрид.

— Тихо, — предупредил я, переводя разговор в другое русло. — И в Талассире, говорят, очень приличное вино.

На лестнице, ведущей к палубе, показался Жерар. Мечник не спеша подошёл к нам. На его лице сияла дружелюбная улыбка.

— О да, но не только вино в Талассире лучшее, — весело произнёс воин. — Вы забыли про южных красоток. Они ждут нас в тавернах, уже раздвинув свои стройные ножки.

— Кто-кто, а Жерар о бабах, — Дерек выдавил из себя кривую усмешку, а Ульфи нервно кашлянул. Я изучающе посмотрел на Жерара.

В октагоне ты учишься читать язык тела противника ещё до того, как прозвучит гонг. Это навык, выработанный сотнями спаррингов. Сейчас он буквально вопил об опасности.

Жерар слишком старался казаться расслабленным. Вот в чём было дело. Его слова звучали легко, но интонации были осторожными. Взгляд воина не задерживался на ком-то одном дольше секунды. Да, его радость от скорого прибытия в Талассир была искусственной. Но мечник предвкушал не отдых в тавернах. Он мечтал о триумфе.

Мысленно он уже продал нас конунгу в обмен на свое благополучие, получил кучу золотых, а также место в отряде Хрольфа, и стал счастливым обладателем Нимиуса. Он уже пил вино в объятьях нескольких шлюх в одном из столичных борделей и рассказывал о своих подвигах на Туманном архипелаге.

— Да, Жерар, — ровно ответил я, растягивая губы в такой же фальшивой улыбке. — Мечтаем о вине и горячей ванне. Ещё пара часов пути, как сказала Астрид. А затем мы встанем на якорь. Но не в порту.

— А вот это верно, — одобрительно произнёс Жерар. — Нам нельзя показываться на пристани. Стражи там как собак нерезаных. Если помощь нужна — зовите. Я пока покемарю часок, если вы не против.

Он отправился к одной из лавок, а мы вышли на палубу.

Астрид уже направила Нимиус на парус, шепча под нос только ей понятные слова. Энергия собиралась вокруг реликвия, а затем с неё сорвался луч, оплетая магией грубое полотно паруса и заскрипевшую мачту.

«Мурена» сорвалась с места, и я кое-как удержался на ногах. Драккар летел сквозь волны, разрезая морскую воду с такой силой, что брызги долетали до самой мачты.

Теперь я понял, почему нас в прошлый раз не сдуло ветром за борт. Вокруг «Мурены» поблёскивала еле заметная пелена. Только сейчас, когда солнце ушло с зенита, я заметил её. Основные воздушные потоки огибали её, оставляя нам лёгкий морской бриз, будто мы плыли совсем на небольшой скорости.

Путешествие прошло стремительно. За полчаса мы подготовили лодки, перенесли на них все припасы, что у нас были. А примерно через час вдалеке показался Талассир. Ещё через пять минут я взглянул в подзорную трубу ярла. Ему она больше не понадобится.

Южная столица поражала своим величием даже с такого расстояния. Дома представляли собой настоящий каменный мегаполис. Гигантская дугообразная пристань могла вместить сотни судов. Вдоль набережной теснились плотные торговые кварталы с крышами из красной черепицы. А над всем этим великолепием, на высоком холме, окруженный тремя кольцами высоких стен, раскинулся дворец правителя Южных земель, Родрика Третьего. Это я взял из памяти Ворона. Как и то, что правитель этот был довольно жёсткий, хотя многие называли его справедливым. Разумеется те, кто его боится.

— Мощные стены, — услышал я рядом с собой задумчивый голос одного из воинов «золотой дюжины». Вроде его зовут Пирит. Он потёр небритый подбородок, показал в сторону берега. — Палачи южного конунга вздёрнут нас на этих зубцах, ещё до заката. А скорее всего даже сожгут. Мы для них — вражеские лазутчики.

«Мурена» вдруг замедлила ход. Пелена, укрывающая корабль от ветра, исчезла. Позади возмущённо вскрикнула Астрид.

— Вздёрнут или сожгут, ага, — надменно произнёс Жерар. — Только если мы придём с пустыми руками.

Он подошёл с Астрид, держа охотничий нож у её горла. На плече у воина висела сумка, из которой выглядывал Нимиус, пульсирующий по инерции.

— Сдадим вас всех страже, прямо на пирсе, — оскалился Жерар. — Что скажешь, Ворон?

— Отличный план, — оценил я и

— Конунг Хрольф обожает редкие артефакты, — продолжал Жерар, не скрывая злорадства. — Хотя я ещё подумаю. Он и мне пригодится. Хорошая штуковина.

— Ты даже не представляешь, что это такое, — злобно ухмыльнулась Астрид. — Штуковина! Тоже мне, знаток!

— Заткнись, подлая ведьма, — Жерар дёрнул её за волосы, ещё сильнее обнажая шею. — Ты даже не представляешь, сколько я терпел. Скажи спасибо, что раньше не перерезал тебе глотку… Неро, где Роберт и Леган с Войсом?

— Они должны быть где-то рядом, — растерянно прогудел бородатый воин, ища глазами своих соратников.

Но… их он не найдёт. Они уже в трюме, усыплённые млечниками. Что же касается Астрид, Жерар не мог ей причинить вреда. Она удерживала его клинок при помощи заклинания. Я заметил мерцающую полоску на лезвии его кинжала. В этот момент оно находилось в паре миллиметров от горла волшебницы.

Оставалось сделать последний штрих.

— Ворон, ну что, может напоследок пустить твою подружку по кругу? — оскалился Жерар. — Она довольно сочная штучка.

— Думаю, что этого не будет, — произнёс я, глубоко вздохнув, затем выдохнув и концентрируясь исключительно на навыках Ворона.

— И что же ты сделаешь? — голос Жерара был похож на отдалённое эхо, когда я положил руку на рукоять меча.

Одно неуловимое движение, замысловатый финт, и Неро охнул, когда меч плашмя ударил его по виску. Ещё один готов. Упал как подкошенный.

— Эй!.. — только и успел выкрикнуть ошалевший Жерар, пытаясь сильнее надавить на кинжал.

Но его рука с оружием наоборот странно изогнулась вверх, замирая в неестественном положении. Воин зарычал от боли, роняя кинжал и падая лицом на палубу.

— Тварии-и-и-и! — Жерар дёрнулся, освобождаясь от захвата Астрид, затем вскочил.

Но пара млечников, находящихся рядом, сработали ювелирно. Один из них сделал резкий, скручивающий жест ладонями. Доски прямо под ногами Жерара моментально разорвались, намертво зажимая кованые сапоги воина.

— Ну что, весельчак, вот ты и доигрался, — ухмыльнулся я, упирая остриё меча в его грудь, защищённую кожаными пластинами.

— Давай, руби! Мне не страшна смерть! — закричал Жерар, вздувая вены на шее.

— Боюсь, что умрёшь ты по-другому. И не от моей руки, — печально подытожил я, возвращая меч в ножны.

В этот же момент на Жерара будто накинули сверху здоровенную штангу. Ноги его подкосились, он рухнул на колени.

— Вы предатели! — выплёвывал Жерар, густо краснея и уже не пытаясь преодолеть сопротивление. — Вы подчинились шлюхе! Она управляет вами, как и всем этим сбродом!..

Он не успел завершить мысль. Один из млечников положил руку на его макушку, и воин замер, затем закатил глаза и упал на палубу.

Пирита они также усыпили, затем ещё несколько магов собрались вокруг них.

Дерек с Ульфи стояли неподалёку. И если щуплый парень довольно улыбался, то брат Бейлы был напряжён до предела.

— Нам надо уходить. Лодки готовы, — сообщил он.

— Мы успеем, — кивнула ему Астрид.

— Но после этого куда мы пойдём? — он всмотрелся в лицо волшебницы, подойдя к ней чуть ли не вплотную. — Что нам делать в Талассире? Смотреть, как сгорают на кострах ваши соратники?

— Освобождать их, — холодно сообщила Астрид.

— Нам с вами не по пути, — Дерек оглядел нас. — И нам надо возвращаться в Северные земли.

— Я остаюсь с ними, — сообщил я ему.

— Ты хорошо подумал, Ворон? — уставился на меня Дерек.

— Кажется у нас ещё есть немного времени, — пристально посмотрела на него Астрид. — Я расскажу вам, с чего всё началось.

— Ты говоришь загадками, ведьма, — процедил Дерек.

— Ты поймёшь, о чём я. Если, конечно, готов выслушать, — сообщила волшебница. — Да и остальные не знают, откуда появилась ненависть к нам.

— А ты всё знаешь, — язвительно произнёс Дерек.

— Всё знать невозможно. Но это знание передалось мне от матери, — Астрид блеснула радужкой глаз, вглядываясь в Дерека.

— Хорошо, — кивнул он.

Мы устроились на корме, на одной из лавок, на которой сидели гребцы.

— Ещё десять столетий назад мы были такие же как и вы, — начала Астрид, обведя нас печальным взглядом. — Когда всем континентом правил один император, Орри Великолепный. Так называла его свита, за то, что вместе с ним пришло в этот мир и образование, и наука, стали строиться школы. Грамотных людей с каждым годом становилось всё больше и больше. Пока не пришёл он, Брук Завоеватель. Он сверг короля, сел на трон и начал свою политику.

— Я слышал эту историю. Из-за него королевство раскололось на северное и южное, — вставил своё слово Ульфи. — И Севером начали править три конунга, три вассала короля, которые потом отделились. А после началась Война между Севером и Югом, которая унесла тысячи жизней.

— Не только это произошло, — заметила Астрид.

— Мы это знаем. Зачем ты нам рассказываешь это? — хмуро сказал Дерек. — Заговорить нас хочешь?

— Но вы не знаете, что ровно тогда и появились мы, млечники, — нахмурилась Астрид. — Брук издал указ уничтожать неверных, тех, кто ему не подчинился. А особенно магов из числа простолюдинов, которых он боялся до смерти.

— Это ты сама придумала? — усмехнулся Дерек.

— Это история нашего мира! — воскликнула Астрид. — Это правда, которую пытались скрыть. Но есть у нас хранитель, у которого собраны все летописи былых времён. Мистраль, которого, как и мою мать, заточили в темницу. Он, как и все, дожидается казни.

Дерек молчал, лишь округлил глаза и смотрел на волшебницу. Он не знал, что сказать. Вся его картина мира рушилась и собиралась заново. Как и для Ульфи, как и для меня.

— Если всё, что ты говоришь — правда… — Дерек прокашлялся, затем взял паузу. — Если всё правда, то это похоже на травлю.

— Так и есть, — хмыкнула Астрид. — Все десять веков, из поколения в поколение, ненависть к нам, млечникам становилась всё сильнее. А пару веков назад ещё один правитель — как раз прадед ныне властвующего Родрика Третьего — решил, что млечников проще сжигать и развеивать пепел по ветру, чем рыть для них могилы. А чтобы было зрелищней и показательней, придумал Праздник огня.

После слов Астрид воцарилась долгая пауза.

— Но ты ведь уже ничего не исправишь, — произнёс Дерек.

— Есть один способ. Но нужно найти Древо жизни. Чтобы оно распространило всю историю нашего мира каждому живущему в нём, — сообщила она. — Что мы, млечники, и делаем. Ищем это дерево. Точнее уже почти нашли. Но появились

— Сейчас ты хочешь освободить свою мать, и хранителя, — произнёс Ульфи.

— Именно, — кивнула Астрид.

— Но как ты это сделаешь? Это нереально! — воскликнул он.

— Всё реально, — улыбнулась волшебница. — Надо лишь знать, как это сделать. Я знаю… Вы мне поможете?

Она обращалась больше к моим двум приятелям. Я-то уже на её стороне. Но они не спешили с ответом

Наконец-то Дерек вздохнул, отчаянно взглянул на волшебницу.

— Я хорошо разбираюсь в людях. И не увидел в твоих глазах ни капли лжи, — тихо произнёс он. — Я помогу тебе. Но хранитель должен мне показать летописи.

— Он покажет, и ты убедишься в моих словах, — кивнула Астрид.

— Тогда я тоже с вами, — кивнул Ульфи.

После этого «Мурена», ведомая магией Астрид, стремительно полетела по волнам к каменным причалам Талассира и в последний момент повернула налево, огибая побережье.

Мы обогнули мыс, скрываясь от глаз дозорных на крепостных стенах, и бросили якорь в небольшой, зажатой между скалами бухте, в стороне от южной столицы.

Спуск на воду прошёл в напряженном молчании. Жерара и его людей мы оставили в трюме драккара. И наш отряд перешёл на несколько лодок.

Я налёг на весла, направляя нашу посудину вслед за лодкой, в которой замерла Астрид. Внутреннее чутьё, отточенное в сотнях поединков, уже начало подавать тревожные сигналы. Воздух здесь казался слишком тяжёлым.

Дерек, сидевший в соседней лодке, внезапно перестал грести. Ветеран нахмурился, втягивая воздух словно гончая, взявшая след. Его рука рефлекторно скользнула к рукояти двуручника.

— Что-то не так, — глухо произнёс Дерек, вглядываясь в сторону небольшого причала, у которого на воде покачивались две рыбацкие шхуны. — Астрид говорила, что мы плывём к связным. Но никто не встречает.

— Вот! И я про то же! — тут же подал голос Ульфи, сидевший впереди. Парень нервно сглотнул, озираясь по сторонам. — А вдруг это ловушка? Вдруг эти проклятые Гнусы как-то перебрались через пролив и уже ждут нас на берегу?

— Не пори чушь, Ульфи, — хмыкнул я, продолжая грести. — Откуда им здесь взяться? Мутанты не строят корабли. А вплавь они бы здесь не оказались при всём желании. Мы и то вырвались лишь благодаря реликвии.

— Кто их знает, этих тварей, — пробормотал Ульфи. — Я лишь предположил. Они же эволюционируют. Сами видели тех, с ящерицами.

— Вот как предположил, так и забудь, — жёстко оборвал его Дерек. — Если ты начнешь трястись от каждого шороха, нас убьют быстрее, чем успеем достать оружие. Дело не в мутантах.

Лодка Астрид замедлила ход, волшебница обернулась к нам. Лицо её бледное, но взгляд решительный.

— Прекратите панику, — негромко произнесла она. — Это наше пристанище. Здесь живут связные. Возможно, они специально соблюдают тишину, чтобы не привлекать внимание дозорных Талассира.

— Значит, у твоих связных очень странное понятие о безопасности, — хмыкнул Дерек, не убирая руку с меча. — Пахнет кровью. И что-то горит. Вон, впереди дым.

Теперь я различил за причалом небольшое поселение. Оно пряталось в небольшой бухте, невидимой с моря.

Вдоль узкой каменистой полосы теснились приземистые дома, сколоченные из почерневших корабельных досок. На покосившихся деревянных сваях висели гроздьями рыбацкие сети.

И Дерек был прав. Дальние хижины занимались огнём, их соломенные крыши вспыхивали словно спички.

Когда мы подплыли поближе, я услышал истошные женские крики, мужские вопли и рычание, звон железа, треск ломающегося дерева.

Деревянный нос лодки мягко ткнулся в каменистый берег. Я выпрыгнул первым, помогая подтянуть лодку к берегу.

По серым камням тянулась багровая полоса. Кого-то волокли от самой воды к хижинам. Возле перевернутой бочки лежал неподвижный мужчина в простой холщовой рубахе. В его спине торчали два арбалетных болта.

Все, кто высаживался, прятался за крайний большой дом недалеко от воды.

— Этого не может быть, — бормотала Астрид. — Кто напал на связных?

— Сейчас мы узнаем, — произнёс я.

Мы с Дереком и Ульфи перешли к следующему дому. Я заметил двух высоких воинов. На них тёмная кольчуга, на широких плечах тяжёлые бордовые плащи. Золотыми нитями на ткани был вышит герб — два скрещенных меча. Затем к ним присоединились ещё десять воинов, вытаскивая из хижин за волосы женщин, стариков и пару рыдающих детей.

— Кто это? — спросил я остальных. — Видите гербы на плаще?

— Похоже бой будет тяжёлым. Если мы вообще справимся, — Дерек нахмурился, всматриваясь в группу военных.

— Но мы должны отбить этих несчастных, — произнёс я, встречаясь взглядом с братом Бейлы.

— Это будет не так просто, как ты думаешь, — произнёс Ульфи, бледнея на глазах.

— Именно так. Это элита Юга, личная гвардия конунга Хрольфа, — добавил Дерек.

Я заметил, как один из гвардейцев достал длинный, узкий меч и занёс его над мальчиком пяти лет, что-то спрашивая у рыдающей матери.

Внутри у меня всё перевернулось. Я выскочил из укрытия, на ходу доставая меч, и бросился вперёд.

Глава 15

— Ты сама виновата, шлюха! — рычал гвардеец, готовясь разрубить младенца на глазах у матери. — Твой выродок сдохнет сейчас! У тебя на гла!..

Договорить воин не успел. Эффект неожиданности сыграл свою роль.

Ещё два шага, и мой меч прочертил дугу, врезаясь в щель между шлемом и нагрудником врага. Гвардеец дёрнулся, булькнул кровью, которая хлынула на его доспехи, когда я вытащил меч из раны. Он упал на колени, затем расстелился на земле, которая окрасилась в багровые тона.

— Сюда! — заревел второй гвардеец, более рослый, но в его грудь врезались три ледяные стрелы, смяли доспех, отбрасывая на пару метров.

Я успел ухватить ревущего малыша за руку, пряча его за спину, и принял на себя удар двуручника подскочившего гвардейца. Отклонил мощный удар. Лезвие рассекло воздух рядом с моим плечом, вгрызаясь в землю.

Следом я упал на спину, затем перекатился, слыша, как стальной клинок вновь рассекает воздух и врезается в землю, чуть ли не задевая моё плечо.

— Уходи! — зарычал я в сторону рыдающей матери ребёнка, которая замерла неподалёку. Она всё ещё не верила, что они спасены, была в шоке.

Всё же материнский инстинкт оказался сильнее. Дрожащими руками женщина подняла плачущего сына, прижала к себе и побежала, спотыкаясь, в сторону млечников, которые собирались за большим домом у причала.

Я вновь сорвался с места. Одним прыжком преодолел расстояние до того, кто недавно пытался достать меня. Заметил, что гвардеец был без шлема. Мне же лучше.

Мой клинок взлетел вверх, отражая очередной удар. Громкий лязг металла ударил в

Гвардеец удивлённо распахнул глаза. Не верил, что я смог отбить? Да ты ещё не сталкивался с моим козырем, дружок.

Не стал я тратить время на светские беседы. Короткий, жёсткий удар левым локтем — классический тайский финт — обрушился на открытую челюсть противника, ещё один, и ещё раз. Раздался характерный хруст. Враг обмяк, выронил оружие, падая на землю. Напоследок я воткнул меч, чуть выше надключичной ямки, и так же резко вытащил его, переключаясь на другие угрозы.

Неподалёку раздался яростный боевой клич Дерека. Брат Бейлы, забыв о боли в боку, раскрутил меч, кинулся на одного из воинов, который набегал слева. Ульфи с побледневшим лицом, держа в руках небольшой клинок, бросился следом, заходя к гвардейцу с другой стороны.

Надо им помочь. Они не справятся. За дымом ничего не было видно. Млечники шарашили магией, сбивая с ног ещё двух гвардейцев. Те упали, обожжённые огнём.

Между горящими домами вспыхнула беспощадная битва. Три гвардейца конунга убили двух млечников-немагов, которые пытались напасть на них из-за угла. Затем уклонились от двух фаерболов. Двигались они быстро. Гораздо быстрее обычных людей.

Затем они ускорились так, что расплылись в пространстве. А через секунду уже оказались в толпе млечников, рядом с Астрид, которая кое-как успела поставить воздушный щит, сдерживая яростную атаку.

«Активировать Силу Титана! Сейчас!» — отправил я запрос. По времени как раз должен завершиться откат. Сейчас эта сила нужна мне как никогда. Иначе… исход битвы неоднозначен.

/ВНИМАНИЕ!

До активации «Силы Титана» — 00:00:08…

00:00:07…/

В толпе млечников у причала слышались хрипы, сумятица. Астрид держала барьер. Но долго ли она так протянет?

Дерек с Ульфи накинулись ещё на одного, самого рослого из всех, с помятой бронёй. Тот теснит их секирой, они с горем пополам отбивают его удары.

Куда идти? И тем, и другим требовалась помощь. Я сделал шаг в сторону блондинки, накинувшей ещё один воздушный щит, пытаясь затормозить напавших воинов.

— Я справлюсь, Ворон! — хрипло выпалила Астрид, округлив глаза, будто если не вмешаться, произойдёт нечто ужасное.

Её взгляд был настолько пугающим, что я похолодел. Настолько всё серьёзно?

— Ульфи-и-и-и! Заходи справа! — зарычал Дерек, отбивая удар секиры гвардейца.

Маршрут я выстроил не задумываясь. За ними ещё пятеро, и они выпивают какую-то дрянь. Точно какое-то зелье. Пройду к ним через того ублюдка, который напал на моих друзей.

— Активировать силу титана, — процедил я, и… бросился вперёд, когда секира громилы ударила в грудь Ульфи, разрывая звенья кольчуги, а Дерек пытался подняться, держась за окровавленную ногу.

В прыжке меня выгнуло дугой. Когда ноги коснулись земли, я уже был смертоносной машиной. Меч напитался моей силой, заблестел ярче стали.

Впереди явно командир гвардейцев. Высокий широкоплечий воин, в искусно выкованной кольчуге, чьи звенья были подогнаны идеально. На его развевающемся плаще золотой герб буйвола, обрамлённый короной. Впрочем, какая разница? Он уже не жилец.

Его секира обрушивалась на Ульфи, который лежал на спине. Мой приятель уже попрощался с жизнью. Но я уже рядом. Уже здесь, усиленный мощью титана.

Взмах. Отбил секиру в последний момент. Командир пытался уйти на дистанцию, понимая, что я очень силён. Но кто ж ему даст это сделать?

Мой меч обрушился на него с такой мощью, что его латные доспехи захрустели, словно консервная банка под ножом.

— Хр-р-р-руп! — услышал я, оставляя на земле две половины того, что ещё недавно было командиром группы.

А затем я бросился вперёд, к пятерым гвардейцам у горящего дома, понимая, что могу ускориться ещё сильней. Они встретили меня, ускоряясь.

Один из них выскочил вперёд, бросил в меня какой-то песок. Я машинально отвернулся, странная взвесь коснулась половины моего лица, но боли я не чувствовал.

Срезал одного, затем ворвался в гущу врагов, нещадно уничтожая одного за другим. Каждого, кто посмел поднять оружие против слабых и беззащитных. Каждого, кто пытается хоть как-то остановить меня.

Моя сталь сверкала в воздухе, поднимая вееры кровавых брызг. А в ответ я слышал лишь хрипы, бранные слова, предсмертные стоны.

Ещё пять секунд, и нет больше гвардейцев. Лишь груда тел, да разрубленные щиты, которыми они пытались от меня укрыться.

Я бросил взгляд в сторону причала. У воды на ногах находились ещё два гвардейца конунга. Но они уже были безоружны. Астрид всё же их обездвижила, а маги прожигали латные доспехи. Они справились.

Через несколько секунд всё закончилось. Я вырубил силу Титана, от которой сердце трепыхалось в груди, словно взбесившийся метроном.

А затем… пришла боль.

Я сжал зубы до скрипа, стараясь сдержать крик, застрявший в горле. Припал на одно колено, чувствуя, будто на правую половину лица плеснули бензина и кинули спичку.

Бой был окончен. Тишину нарушали лишь треск догорающих соломенных крыш и стоны раненых.

Гвардейцы конунга лежали в грязи. Несколько тел млечников. Где мои друзья?

Я опёрся на меч, тяжело и хрипло дыша. Кровь текла по моему бедру, пропитывая штанину. Оказывается, меня кто-то задел в пылу битвы. Я даже не заметил.

— Мы тут, Ворон. Мы справились, — выдохнул брат Бейлы, улыбаясь по всю физиономию. Он вытер пот со лба, подставил мне плечо. — Только не падай.

— Меня чуть не разрубили, — побледневший Ульфи отбросил бесполезную кольчугу и теперь рассматривал глубокую кровоточащую царапину на груди. — Вот это силища. Я думал, что нам крышка. Если бы не кольчуга…

— Если бы не Ворон, тебя бы и кольчуга не спасла, — устало произнёс Дерек.

Между тем вокруг нас начали собираться уцелевшие жители гавани. Два десятка перепуганных и перемазанных сажей связных вылезали из своих укрытий.

Астрид быстро отдавала приказы. А пара лекарей от связных уже оказались рядом с нами. Обработали моё лицо. Что-то прохладное размазали по щеке и виску. Похожее на студень. Лицо перестало гореть. Боль, от которой начало стрелять в висках, ушла.

Ко мне окончательно вернулось зрение, и обоняние. Я чувствовал тяжёлый запах гари, смешанный с привкусом крови. Скрипнул зубами, пока лекарь-млечник торопливо промывал глубокий порез на моём бедре терпкой травяной настойкой. И тут меня задели. Хотя это уже царапина.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы убили восемь элитных воинов!

Награда: +240 часов жизни.

Бонус за правильную тактику ведения боя: +40 часов жизни.

ВНИМАНИЕ!

Навык владения холодным оружием улучшен в два раза.

Приобретён навык изменения скорости во время использования особой способности «Мощь Титана».

Награда: +20 часов жизни.

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +180 часов жизни.

Общая продолжительность жизни: 3 месяца 10 дней 8 часов 22 минуты!/

Я порадовался информации от Системы. Затем почувствовал лёгкий мандраж. Я прекрасно знал, что со мной. Так бывает незадолго до трансформации, в паре шагов от перехода на другой уровень.

Но чтобы так быстро? Это и радовало и множило вопросы в

Отвлекаясь, я машинально коснулся бедра. Царапина, которую мне подлечили, даже не саднила. Что случилось бы со мной, если б не «Мощь Титана»? Ведь с ней мой организм гораздо крепче и выносливей. Кости словно сталь, кожа как вторая броня.

Да понятно что бы случилось. Лежал бы сейчас на земле, испуская дух, и ни один лекарь бы мне не помог.

Ульфи зашипел по боком. Он сидел рядом, скрипя стиснутыми зубами. Ему накладывали тугую повязку на грудь, уже обработав рану. Да и Дерека уже подлечили.

— Ты как всегда, Ворон… Раскидал их как щенков, — выдавил Ульфи, отвлекаясь на болтовню, чтобы как-то занять себя от боли. — Всё думаю, откуда в тебе такая силища?

— Только Иные обладают ею, — услышали мы голос Астрид. Она проходила мимо. — Он не такой как мы.

— Как эти? Воины конунга? Я видел, как они ускорились, — выдавил Ульфи.

— Нет, конечно, — снисходительно улыбнулась рыжеволосая Лора, садясь рядом и вытирая два небольших топора, красных от крови о траву. — Они пили отраву. После такой долго не живут, — она криво усмехнулась, — За несколько лет изнашивают свои организмы, затем старятся и умирают.

— Это мы знаем, — подтвердил Дерек, присаживаясь рядом. — А вот насчёт Иных я слышу впервые… Хотя уже ничему не удивляюсь.

Астрид в этот момент склонилась к одному из спасенных жителей. Это был крепко сбитый мужчина средних лет в разорванной холщовой рубахе. Его лицо представляло собой один сплошной багровый синяк, левый глаз заплыл, из разбитых губ сочилась кровь. Несколько резаных ран на груди. Из него пытались вытащить информацию, и наше появление отвлекло карателей.

— Берт, ты ведь глава деревни. Это все, кто остался в живых? Больше никого нет? — обратилась к нему волшебница, взяв его за руку. — Это я, Астрид. Мы все здесь. Что произошло?

Связной открыл здоровый глаз, следом закашлялся.

— Нас предали. Почти всех убили, — прохрипел Берт. Его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Уртри, сучий потрох. Он выдал всё конунгу… Что мы ждём вас. Две деревни выжжены дотла.

— Вылечите его, — строго приказала Астрид лекарям связных.

Они быстро обработали лицо главы поселения светло-зелёной мазью, затем намазали пару неглубоких ран на груди.

В это время к волшебнице подошёл испуганный тощий парень.

— Я Нерро, помощник Берта, — представился он дрожащим голосом, протянув пару худых сумок. — Вот, всё что мы спасли из еды. Овощи, хлеб, вяленая рыба. Правда, хлеб немного чёрствый.

— Благодарю тебя и за это, Нерро, — волшебница махнула Лоре, и та приняла сумки, раздавая еду выжившим.

В стороне оставшиеся в живых собирали тела павших братьев и сестёр, увозили на телегах и деревянных носилках в лес. Как мне сказал Дерек, скоро соберут большой погребальный костёр.

В это время Астрид вновь взглянула на Берта, который приходил в себя.

— Вас пытали? — спросила она.

— Только меня. И то всё про вас выспрашивали. А так ищейки больше не задают вопросов, — скривился Берт. — Они приходят с воинами. Вырезают всех, как скотину, от стариков до женщин и младенцев.

Девушка побледнела, но её голос остался твёрдым.

— Пора прекратить это безумие, — процедила она. — Мы видели лишь гвардейцев. Где ищейки, кто привёл их?

— За домом двое. Их сразу сняли разведчики, — махнул в сторону Берт. — Но воины… Против них мы оказались бессильны.

— Их уже нет, а моя мать в темнице. Как и две сотни млечников, — напомнила Астрид. — Мы здесь, чтобы освободить их… Мне нужен Ключник, Берт. Он нужен всем нам. Мы проникнем в Талассир через катакомбы, сегодня ночью.

Прищуренный взгляд Берта, лицо которого уже зажило, остановился на мне. Затем глава поселения вгляделся в уставших и бледных Дерека и Ульфи. В глазах связного я прочёл неприязнь и тщательно прикрытую ненависть. Он указал в нашу сторону.

— А эти вояки откуда? Почему они здесь, Астрид? — прошипел связной. — Притащила сюда цепных псов Сигурда! На туниках его знаки. Я ведь не слепой.

— Они больше не служат ярлу, — резко оборвала его Астрид, оказываясь между нами. — Сигурд мёртв. А эти люди сражались на нашей стороне.

— Это не имеет значения. Где этот ворчун? Трей, — огляделся Берт. — Я хочу услышать, что он скажет.

— Трей обезумел. Встал на сторону монстров, — печально произнесла Астрид. — Если б не эти воины, мы бы не справились. Ни с ним, ни с ордой тварей. И с острова не получилось бы уйти.

— Даже если так. Чужаки… — начал было Берт, но осёкся.

— Ворон спас мне жизнь, Берт. И не один раз, — прошипела она. — И его друзья сражались и убивали воинов ярла, которые посмели угрожать нам. Так что они уже не чужаки, и готовы помочь нам прорваться в катакомбы. Вместе мы спасём мою мать. И остальных.

Берт горько усмехнулся.

— Готовы помочь, ну да… Спасут млечников. Воины… И ты им веришь? — он продолжал, прожигая нас взглядом. — Мы на грани полного истребления, Астрид! Моя жена, дочь. Они сейчас гниют в темнице. А знаешь, почему? Их сдал Уртри! Тот самый верный, с ним мы делили хлеб, ели из одной чашки, прикрывали спину, бились бок о бок. Он предал всех нас за горсть серебра и гнилые обещания Хрольфа.

Связной сжал кулаки, покраснел, сдерживая свой гнев.

— И знаешь, что он получил? — продолжал он. — Свою награду! Сегодня утром я видел его голову. Она насажена на пику, над восточными воротами замка! Он получил своё… Так что не уговаривай меня. Я не собираюсь доверять жизни своих братьев и сестёр тем, кто ещё недавно сражался за ярла.

— И что ты предлагаешь? — резко произнесла волшебница. — Убить их? За то, что они рисковали жизнями ради всех нас?

— Только Великоясень может сказать, — подытожил Берт. — Будут ли они жить. Или им суждено умереть.

Всё же он боялся. Не своей смерти, а смерти своих родных. Сейчас он находился на пределе. Непонятно, что творится в голове Берта, но он не тот сумасшедший старик. Не Трей. В глазах мелькает ясный ум. Пусть и слегка затуманенный тревогой, отчаяньем и болью от утраты своих друзей и знакомых.

Астрид тяжело вздохнула. В её взгляде промелькнула тревожность, которая уступила место раздражению.

— У нас нет времени на ритуалы, — бросила она в лицо главе поселения. — И ты знаешь, насколько это опасно. Дерево может убить их.

— Пусть убивает. Значит так тому и быть, — жёстко отрезал Берт, когда мы направились

— Астрид, таковы правила. Я пришла из города, и также проходила через это. Ты ведь помнишь, — подтвердила Лора, оказываясь слева от волшебницы. — Если их помыслы чисты, они выживут. Дерево рассудит.

— Послушай её, сестра. Все об этом знают, — произнёс Берт, печально посматривая в нашу сторону. Будто мы уже обречены. — Их следует проверить. А потом я скажу, как найти Ключника.

Астрид не ответила. Да и что тут отвечать? С первой фразы Берта было понятно, что нас будут проверять.

Волшебница сбавила шаг, поравнявшись с нами. Я чувствовал напряжение. Оно исходило от неё волнами. Глаза горели от гнева, а губы сжались в тонкую нить. Она пыталась принять жёсткие слова Берта.

— Великоясень. Что это за дерево? — спросил я у волшебницы, посматривая на Берта. Глава поселения топал впереди и раздавал указания тем, кто остался в живых.

Таких счастливчиков было немного. Среди связных выжили всего тридцать человек, не больше. У нас — двадцать от силы. Полсотни. Против армии конунга.

— Это древний реликт. Живое место силы млечников, спрятанное в пещере неподалеку, — тихо пояснила она, затем понизила голос. — Я не могу повлиять на Берта, Ворон. Этот ритуал… Он уходит корнями в наше прошлое.

Я лишь кивнул в ответ. Что тут можно было сказать? И так всё понятно.

Волшебница доверяет мне. Я прочёл это по взгляду. Мы уже многое прошли, чтобы она думала так же как и Берт. Так же я понимал, что после проверки все млечники и связные, все свободные, как они себя называли, окончательно перестанут нас бояться и считать врагами. Мы станем для них своими.

По пути я посовещался с Дереком и Ульфи. Они также понимали, что выхода нет. Точнее выход один. Идти к дереву, и будь что будет.

— Веди к Великоясеню, — коротко кивнул я Берту, который остановился впереди. — Время уходит.

Он лишь зыркнул в мою сторону, затем дождался одного из своих людей. Видно разведчик, передавал ему обстановку. Затем мы продолжили путь.

Берт замедлил шаг, дождался меня.

— Ворон, да? Я видел, как ты дерёшься, — одобрительно покачал он головой. — Иные всегда привлекают к себе внимание. Сражаются как вепри. Инга часто интересовалась такими как ты. Говорила, что именно Иные ключ к нашему спасению. Что-то она знала.

— Говорят, что она предвидит будущее, — заметил я, вспоминая байки из таверны Менелея.

— Говорить можно многое, — хмыкнул Берт. — Кто-то верит в это, кто-то надеется, что это так. Всё неоднозначно…

Больше он не сказал ни слова, как и остальные. Никто старался с нами не разговаривать. Шли вперёд, погружаясь в густой лес Южноземья.

Природа здесь разительно отличалась от сурового севера. Огромные деревья с широкими мясистыми листьями сплетались кронами и почти полностью перекрывали солнечный свет. Во влажном воздухе пахло прелой листвой и незнакомыми сладковатыми цветами.

Едва заметная звериная тропа вилась под ногами. Дерек, шагавший впереди меня, был напряжен как натянутая струна. Он постоянно озирался, его рука ни на секунду не покидала рукоять двуручника. Позади тяжело дышал Ульфи. Щуплый парень то и дело спотыкался о выступающие корни. Неизвестность пугала его гораздо больше, чем открытый бой с гвардейцами.

— Берт… — не выдержал Ульфи, обращаясь к идущему впереди главе поселения. Голос парня заметно дрожал. — А если… ну, если кто-то не солжёт, а просто занервничает? Или Дерево неправильно поймёт мысли? Что оно… что тогда будет?

Берт обернулся. На его бледном осунувшемся лице скользнула ухмылка.

— Оно не умеет «неправильно понимать», чужак, — хрипло ответил Берт. — Великоясень видит суть. И если он найдёт червоточину… он тебя убьёт. Ты боишься смерти, пацан?

Ульфи тяжело сглотнул. Кадык на его худой шее нервно дернулся.

— Все боятся, — тихо, но на удивление твёрдо, ответил Ульфи. — Я не герой. Но и не предатель. Я дал слово Астрид и своим братьям…

— Тогда перестань трястись, — грубо отрезал связной, отворачиваясь. — Страх притягивает неприятности.

Я взглянул на излишне напряженного Ульфи.

— Успокойся. Дыши ровно, — негромко сказал я парню. — Тебе скрывать нечего, как и всем нам.

Ульфи нервно улыбнулся, и мы продолжили путь по тропе, которая потянулась наверх, пока лес неожиданно не расступился.

Мы вышли на круглую поляну, скрытую от внешнего мира плотным кольцом вековых дубов. В самом центре каменный свод пещеры, куда мы и прошли, зажигая факелы.

Ещё полсотни метров по каменному тоннелю, и вот мы уже в большом зале. Вокруг тускло светился зелёный мох, густо облепивший стены, а по центру возвышалось оно. То самое дерево.

Великоясень подавлял своими размерами. Его ствол был покрыт тёмной корой, и казалось, что его не обхватить и десятерым взрослым мужчинам. Узловатые ветви тянулись к своду, образуя плотный купол из тёмно-красной листвы.

От дерева исходила древняя магия, которая слегка подавляла. И если в тоннеле шумел лёгкий ветер, то здесь ни малейшего колыхания воздуха.

— Подходите по одному, — глухо скомандовал Берт. Он подошёл к циклопическому стволу, положил обе ладони на грубую кору, обернулся. Его лицо в багровом свете листвы казалось еще более зловещим.

Я решил пойти первым. Шагнул вперёд, останавливаясь на гладком пятачке, в пяти метрах от Великоясеня.

Берт убедился, что я на месте, отвернулся, закрыл глаза. С его губ сорвалось вибрирующее бормотание на непонятном языке. Слова резонировали с воздухом, заставляя вибрировать барабанные перепонки.

Каменный пол задрожал под ногами. Затем треснул. Изнутри, похрустывая камнем, вырвались узловатые корни. Они двигались подобно живым змеям. Два отростка стремительно обвили мои лодыжки, и уже не сдвинуться с места.

— Стой смирно, чужак, — не открывая глаз, предупредил Берт. Голос связного эхом разнёсся по пещере. — Дернёшься — убьёт.

Мои мышцы рефлекторно напряглись, но усилием воли я подавил инстинкт бойца. Умирать в мои планы не входило.

Из толстых, удерживающих меня корней потянулись тонкие и бледные отростки, похожие на полупрозрачных белых червей. Они быстро поползли вверх по моим ногам, торсу, шее. Дыхание перехватило, пульс застучал в висках.

Бледные отростки потянулись к лицу.

Холодные, влажные усики коснулись щёк. Один из них скользнул по переносице и медленно пополз в правую ноздрю. Два других влезли в ушные раковины.

Ощущения были специфическими. Я чувствовал, как тонкие корни Великоясеня коснулись барабанных перепонок, замерли. В носу резко кольнуло, затем ещё раз.

Видимо, дерево как-то считывало нервные импульсы, словно детектор лжи. И о том, что будет, я догадывался. Малейший обман, и корни прорастут внутрь черепа.

— Чисты ли твои помыслы, воин? — торжественно, словно жрец, спросил Берт. — Ты помогаешь

Я всё-таки заставил свой разум оставаться холодным. Никаких эмоций. Никаких резких движений.

— Помогаю, — ровно ответил я.

Корни внутри черепа на секунду шелохнулись, замерли, словно прислушиваясь к биению моего пульса. А затем не спеша выскочили наружу, быстро втянулись в толстые корни, которые ушли под землю.

Я выдохнул, задышал ровно, заставляя себя успокоиться.

— Следующий, — бросил Берт.

Ульфи на дрожащих ногах подошёл к центру поляны. Корни мгновенно обвили его. Парень дёрнулся, тихо заскулив.

— Стой смирно! — рявкнул глава поселения.

Ульфи громко всхлипнул, когда бледные отростки поползли по его лицу и скользнули в нос и уши. Глаза Ульфи расширились от ужаса.

— Помогаю! Да! Я помогаю, клянусь всеми богами, старыми и новыми! — истерично, не дожидаясь вопроса, заорал он.

Дерево отпустило его. Ульфи рухнул на колени, тяжело, с присвистом дыша. Принялся судорожно растирать лицо грязными руками, тем самым размазывая грязь ещё сильней.

Пришла очередь Дерека. Он не издал ни звука, когда тонкие корни прошли в его череп. Они замерли, и Берт задал тот же вопрос, что и нам с Ульфи.

— Помогаю, — ответил Дерек, сжимая руки в кулаки, до хруста.

Вместо того чтобы отступить, толстые корни на ногах ветерана вдруг резко дёрнулись, сжимая сильнее. Кожаные поножи Дерека жалобно заскрипели под давлением. Ветеран побледнел.

Моя рука молниеносно легла на рукоять меча. Я был готов рубить эти проклятые корни, если они попытаются убить моего товарища. Дерек не лгал. Он просто недавно перешёл на другую сторону. К тем, кого он ненавидел и готов был убивать. И Великоясень считал его внутренние терзания за ложь. Видно так и было.

— Эт-то не ложь, — зарычал от боли Дерек. — Я помогаю!

Воздух над поляной зазвенел от напряжения. Берт напрягся, обернувшись. Он всё ещё касался руками тёмной коры дерева, его руки побелели, а в глазах замелькали искры, предвестники нарастающего гнева.

Но спустя несколько бесконечно долгих секунд Великоясень принял решение. Отростки втянулись в мощные корни, а те ослабили хватку, освободили Дерека, втянулись в землю. Дерек пошатнулся, но устоял на ногах, отошёл к нам.

Дерево приняло нас. Испытание было пройдено.

На лице Астрид появилась торжествующая улыбка. Многие из оставшихся в живых выдохнули, несколько млечников подошли и ободряюще похлопали по плечу, меня и моих друзей, называя нас братьями.

Берт расслабился, и даже поделился своей настойкой из кореньев. Глоток из его бурдюка обжёг горло, тепло разлилось по телу, я почувствовал лёгкую эйфорию, и в тоже время бодрость.

— Всё натуральное, и придаёт сил, — сообщил Берт, передавая бурдюк Дереку.

Друзьям также его настойка пришлась по вкусу. Ульфи позволил себе сделать пару внушительных глотков и слегка захмелел.

— Всё, уходим! — махнул Берт. — Разведка засекла отряд конунга, на тракте.

— Ищут своих, ублюдки, — протянул мощного телосложения млечник.

Оставаться рядом с Местом Силы или возвращаться в сожжённую деревню было равносильно самоубийству. Поэтому мы покинули пещеру и потянулись в чащу.

Шли в гнетущем молчании. Настроение в отряде было откровенно упадническим. Спасенные из гавани женщины тихо всхлипывали на ходу, оплакивая погибших и прижимая к себе испуганных детей. Мужчины-млечники брели, слегка сгорбившись. Даже Берт выглядел сейчас сломанным стариком. Они всё ещё не верили в победу. Они просто спасали свои жизни.

Астрид пыталась приободрить людей. Но в глазах млечников читалась лишь апатия.

Я хромал, замыкая колонну. Всё же рана хоть и зажила, но странная боль в тазобедренном суставе напоминала о себе.

Так адаптируется мой организм? Или наоборот, нечему радоваться? Я пока не знал, что и думать. Лишь прислушивался к своим ощущениям и топал за остальными.

Дерек и Ульфи дождались меня, зашагали рядом.

— Я буду долго эти штуки помнить. Отростки. Ну и мерзость, — нервно зашептал Ульфи, озираясь по сторонам, словно ожидая, что из-под земли снова полезут корни. — Они же прямо в голову лезли! Клянусь Локкаром, я чувствовал, как эта дрянь скребётся внутри черепа. Думал, у меня глаза лопнут!

— Заткнись, Ульфи, — мрачно оборвал его Дерек. Он шёл тяжело, то и дело хватаясь за подлеченный бок. — Радуйся, что твоя пустая башка на плечах.

— Да я радуюсь! — не унимался щуплый дружинник. — Но как вы это выдержали? Ворон будто и не почувствовал ничего. А ты, Дерек. Ты вообще стоял как истукан. Неужели не страшно было?

— Страх мешает, отнимает концентрацию, заставляет нервничать, — ровно ответил я, глядя под ноги. — Ты справился, и это главное.

— Именно так. Радуйся, болван, — пихнул его Дерек.

— Теперь они считают нас своими, — хохотнул Ульфи, посматривая на растянувшуюся колонну впереди нас.

— Своими? — оскалился Дерек. — Да они смотрят на нас, как на прокаженных. И будут так же смотреть.

— Тебя приняли, — подчеркнул я. — Поделились едой и выпивкой. Я видел радость в их глазах. Разве этого мало?

— Мы для них просто мечи. Которые спасут от гвардейцев конунга, — глухо произнёс Дерек.

— Ты заблуждаешься, брат, — хмыкнул я.

— Не знаю, — признался Дерек. — Я уже ничего не знаю. Но хочется верить, что ты прав. Посмотри на это «войско». Горстка уставших магов, бабы, дети и трое раненых вояк. Это даже не смешно. Пусть даже ты Иной, Ворон. Мы не то, что крепостную стену не штурмуем, мы к ней на километр не подойдем. Нас расстреляют из арбалетов еще на подходе. А другого пути в казематы Талассира нет.

— Пути есть всегда, — вмешалась подошедшая Астрид.

Волшебница выглядела измотанной, но в её глазах лихорадочно поблёскивали огоньки решимости.

— Городские ворота нам не нужны, — тихо произнесла девушка. — Талассир стоит на древних катакомбах. Подземные ходы тянутся на мили вокруг. И ведут они прямо в дворцовые казематы.

— Катакомбы. Да, я слышал, что ты сказала, — недоверчиво взглянул на неё Дерек. — Но если о них знаем мы, о них знает и конунг. Там уже полно стражи и куча ловушек.

— Вход в катакомбы запечатан, — покачала головой Астрид. — Древней магией. Стража не спускается туда. Открыть проход может лишь один человек. Ключник.

— И где прячется этот ваш Ключник? — спросил я, чувствуя пульсирующую боль в бедре. — В лесу?

Астрид замялась, отвела взгляд, и её голос дрогнул.

— Он не прячется. Скоро мы к нему придем, и вы сами все увидите. Поверьте, это… это не так просто объяснить словами.

Больше она ничего не сказала, развернувшись, быстро зашагала к Берту, который возглавлял колонну.

Дерек многозначительно переглянулся со мной. Тайны продолжали множиться.

Ближе к вечеру лес немного поредел, и мы набрели на полуразрушенную лесную деревушку. Место выглядело давно заброшенным. Соломенные крыши низких домиков провалились внутрь, деревянные двери

Я машинально потянулся к рукояти меча, ощущая, что кто-то здесь есть. Берт жестом остановил отряд. Глава поселения сложил руки рупором, заухал филином.

Спустя пару секунд из глубины полуразвалившегося амбара донеслось ритмичное посвистывание.

Берт облегченно выдохнул, его плечи заметно расслабились.

— Пошли, — негромко скомандовал он. — Мы в безопасности.

Из тёмных дверных проемов, из-за хижин и из глубины леса показались люди. Более десятка крепких мужчин и женщин, вооруженных охотничьими луками и короткими копьями. В отличие от жителей сожжённой деревни связных эти выглядели более грозно и готовыми к бою.

А следом за ними из амбара вышли двое высоких мужчин. В них не было ничего от местных крестьян или контрабандистов. В добротных кожаных доспехах, усиленных стальными заклепками. На поясах болтались боевые мечи, а за спиной небольшие щиты. Профессионалы. Наёмники или вольные клинки.

Берт присоединился к Астрид, встречая вышедших воинов.

— Недавно присоединились к нам, из бродячих воинов Севера, — пояснил Берт, и в его голосе впервые за день прозвучали радостные нотки. — Они уже проверены Деревом. Ненавидят конунга даже похлеще, чем мы.

Я взглянул в сторону. Один из наёмников стоял чуть в стороне, наполовину скрытый густой тенью от покосившейся крыши. Он вышел вперёд, под скупое вечернее солнце.

Мои губы непроизвольно растянулись в широкой улыбке.

Надо же. Где бы мы ещё встретились?

Глава 16

Олаф улыбался так, будто встретил старого друга. Он раскинул руки в объятья, направился к нам.

— Вот так встреча! Ворон! — воскликнул он, не отрывая от меня пристального взгляда.

Встреча для меня неожиданная, не то слово. Я ведь думал, что он смертельно ранен. Лично всаживал клинок в его тело.

Но вот теперь я вижу его здесь, вполне живого и жизнерадостного.

В ответ и я вцепился в его довольную физиономию взглядом. Всё пытался прочесть, что же этот злодей затеял? И как выжил после нашей последней встречи?

Значит, Система воскресила его. Мне было плевать, сколько времени жизни он потратил на это. Меня беспокоил главный вопрос. Как этот лживый засранец умудрился пройти проверку Великоясеня?

Дерево могло убить даже за намёк на неискренность. Но Олаф выкрутился. Нашёл способ обмануть древнюю магию. Либо… он всё же искренне помогает млечникам, преследуя какие-то свои личные цели. До тех пор, пока не подвернётся удобный случай воткнуть мне нож в спину.

— Какие боги сплели наши пути⁈ — радостно прогудел Олаф, оказываясь рядом. Он хлопнул меня по плечу. Удар был ощутимым. — Рад, что ты жив, брат по оружию.

Подыгрывать, так до конца. Я приобнял его, хлопая кулаками под его рёбра, затем размахнулся и врезал ещё раз. Да так, что блондин скривился от боли, но улыбку не потерял.

— И я рад видеть тебя в добром здравии, Олаф, — довольно произнёс я, когда он вырвался из бойцовой хватки. После неё должен был идти бросок, затем выход на болевой, удушающий…

— Слышал, у тебя были… проблемы с дыханием, — заметил я, всматриваясь в его сияющее лицо. — Южный воздух пошёл тебе на пользу.

Взгляд Олафа на мгновение стал колючим, но ухмылка не сползла с лица.

— Это верно. Климат Талассира творит чудеса, — оскалился он.

— И давно ты на стороне тех, кого ещё недавно ненавидел? — я не отрывал взгляда от блондина.

— На это есть причины, — туманно ответил Олаф, вновь показывая хищный оскал. — Присоединился три дня назад. И уже успел отправить дюжину гвардейцев к праотцам.

— Хорошему клинку мы всегда рады, — прогудел в стороне воин-связной, которого я не знал. — Особенно сейчас.

Я был согласен с этим утверждением, коротко кивнул, переведя взгляд на ещё одного наёмника, который вышел из тени. Мужчина со шрамом направился ко мне, отправляя потёртый щит за спину.

Я узнал и его. Спарринг-партнёр из Ревендаля. Тот, кто первым ощутил на себе мою технику владения мечом.

— Свен! Ты ли это⁈ — воскликнул я, когда он приблизился ко мне. Вот ему я точно рад. Будто сто лет с ним не виделись.

Свен выглядел так, словно постарел лет на десять. Его лицо осунулось, обветрилось и выглядело нездоровым. Вместо привычной добродушной улыбки я получил в ответ лишь плотно сжатые губы и потухший взгляд.

— Ворон, — хрипло, словно через силу выдавил он, выставив согнутую руку, которую я поймал в крепком рукопожатии. — Вот и ты встал на сторону света. Это хорошо.

— Что привело тебя на юг, дружище? — спросил я, подходя к нему. — И где твой сын? Где Ингвар?

Свен отвёл взгляд в сторону полыхающего на горизонте заката. Его руки сжались на поясе так, что заскрипела кожа.

— Я скоро за ним отправлюсь, — глухо произнёс мечник. — Уже скоро.

Свен прошёл дальше, к млечникам, оглядывая пополнение. А Берт оказался рядом. Глава связных тяжело вздохнул, провожая его взглядом.

Понятно, что спрашивать Свена про сына я не хотел. Бередить душевную рану? Какой в этом смысл? Но Берт помог мне узнать, что случилось.

— Парнишка его оказался одарённым. Забрали в казематы, — тихо пояснил связной, пока Свен остановился на краю поляны. Воин смотрел вдаль, в сторону тропы, которая терялась в густом лесу. — Мы нашли его истекающим кровью, на торговом тракте. Это случилось позавчера. Опоздай мы на полчаса, он бы отправился на тот свет.

Понятно. Мотивация ясна. Свен воссоединился с млечниками, чтобы вытащить своего сына. Хотя мне почему-то кажется, что он и так бы сражался за свободных. Просто произошло это чуть раньше.

Услышав хохот Олафа в стороне, я бросил взгляд в его сторону. Он непринужденно болтал с Дереком, строя из себя надёжного боевого товарища.

— Вы не друзья, так ведь? — прищурился Берт, посматривая в ту же сторону, что и я.

— Не совсем, — неохотно ответил я. — Знакомые. Почему он сражается за вас?

— Конунг объявил награду за его голову. Олаф предал его, — просипел Берт. — Я лично видел, как он отбивался от нападения гвардейцев. И дерево его не тронуло. Если ты ещё сомневаешься, что он для нас угроза.

Я ничего не ответил.

Берт слишком полагается на Великоясень. Не видит элементарных вещей. Надо бы его отрезвить. Но у Астрид это получится лучше. Пока надо собраться на небольшой совет.

Я дождался, пока блондин отойдёт к небольшой компании вольных, которых было более десятка. Лучники, двое с топорами, у остальных были мечи. Все в кожаных доспехах, лишь один в мощной кольчуге, укреплённой несколькими стальными пластинами.

Подошёл я к Дереку и Ульфи. Рядом находилась и Астрид, беседуя с одним из млечников. Я пригласил её коротким жестом. Мы отошли в тень за покосившейся стеной разрушенной

— Слушайте меня внимательно, — начал я вполголоса, убедившись, что нас никто не подслушивает. — Олаф не так прост. И он мне не друг. Наоборот, смертельная угроза.

— Что это значит? — округлила глаза Астрид. — Он не тот, за кого себя выдаёт? Но Великоясень…

— Он Иной, ты же это увидела, — взглянул я на волшебницу. — Обманул, применил одну из способностей.

Астрид на время задумалась, взяла продолжительную паузу.

— Надо его завалить, значит, — хмыкнул Ульфи. — Чик-чик по горлу, и нет угрозы.

— Чик-чик, — улыбнулся я. — Ты видел, как я дерусь. Он не менее сильный.

— Очень интересно, — хмыкнула волшебница, и в её голосе промелькнула тень беспокойства. — Этот хитрец мог применить защитный амулет, например. Хотя нет, он бы не спас его. Дерево игнорирует все артефакты. Скорее всего, ты прав, Ворон. Способность.

— Ты уверен? Точно не ошибся? — прогудел Дерек, мрачнея на глазах. Его рука машинально легла на рукоять двуручника.

— Я похож на того, кто ошибается? — категорично взглянул я на Дерека, взгляд которого пылал от гнева. — Сдаст гвардейцам при первой же возможности. Отвлечёмся, и спалит катакомбы, а мы все окажемся в казематах.

— Вот что меня и беспокоило, — прохрипел ветеран. — Слишком гладко стелет, и ещё этот странный блеск в его глазах. Обычно так смотрят, когда хотят убить. Но Ульфи прав. Мне всё равно кто этот тип. Иной, чужой или ещё кто, йормунгар его подери. Если он предатель, следует покончить с ним. Заманим в лес, нападём скопом. Спрячем труп в овраге, и дело с концом. Берт и остальные поймут, мы расскажем им.

Ульфи нервно сглотнул, кисло улыбнулся, подтверждая, что он за этот нехитрый план.

— Нет. Его нельзя трогать, — вмешалась Астрид. Волшебница перевела взгляд с меня на Дерека. — По крайней мере, пока. Как бы ты не храбрился, воин, Олаф — Иной. Хотите, чтобы он устроил здесь кровавую баню? Мы и так потеряли много людей.

Я встретился взглядом с Астрид. Она прекрасно знала, что я потратил способность. И теперь могу лишь противопоставить навыки Ворона. А этого недостаточно, если блондин врубит свою способность.

— Астрид права, — согласился я, и Дерек тяжело вздохнул, ещё сильнее сжимая рукоять меча. — Надо выждать момент.

— А если он… — оглядел нас испуганным взглядом Ульфи. — Вдруг нападёт… исподтишка?

— Не переживайте, — успокаивающе произнесла Астрид. — Берта я предупрежу, он мне доверяет. А насчёт Олафа… есть у меня кое-что для него. Пусть пока играет дальше. Будем наблюдать.

В этот момент из-за угла кузни вышел Олаф. На его лице, как и прежде, приветливая улыбка. В глазах скрытая ирония.

— О чём шепчемся, братья-сестры? — непринужденно поинтересовался он, останавливаясь рядом. Рука на поясе, рядом с рукоятью меча. Взгляд прищурен. — Обсуждаем план штурма?.. Кстати, как будем освобождать млечников? Есть у кого идеи?

Астрид обернулась к нему. Её лицо превратилось в непроницаемую маску.

— Твой клинок нам пригодится, Олаф, — холодно произнесла волшебница. — Но не в казематах. Ты остаёшься здесь.

Улыбка Олафа дрогнула. В его глазах мелькнуло раздражение, и они опасно заблестели.

— Я хороший воин, — процедил он, пытаясь сохранить дружелюбный тон. — Мой меч будет куда полезнее там, в казематах. А пеньки пусть стерегут другие воины!

— Безопасность старейшин и Дерева Истины не менее важны, — отрезала волшебница, вглядываясь в его лицо. — Если гвардейцы найдут это место, пока нас не будет, община погибнет. Так что ты остаёшься.

— Не тебе решать, красавица, — оскалился Олаф. — Здесь каждый сам себе хозяин.

— Ты не прав, Олаф, — вступился я, давая понять, что не всё так просто, как он думает. — Перед тобой глава млечников. А там, на поляне, глава связных. Вот им и решать.

Пока Олаф обдумывал мои слова, Астрид отошла от нашей компании. Видимо, отправилась к Берту.

— Зря ты влезаешь, Ворон, — оскалился Олаф. — Это моя война. У меня личные счёты с Хрольфом.

Мы вышли из укрытия, посматривая в сторону Астрид, которая что-то объясняла Берту.

— Успеешь ещё рассчитаться ос своим Хрольфом, — одёрнул его Дерек. — И тебе хватит его гвардии. Уж поверь.

Олаф мазнул взглядом по нашей компании, затем заставил себя улыбнуться.

— Хорошо если так, — сухо произнёс он, посматривая в сторону Берта, который спешил к нам в сопровождении волшебницы. С ними шла группа вольных.

— Олаф, думаю, что надо было сразу это сделать. Назначаем тебя командиром группы, — произнёс Берт, останавливаясь напротив. — Астрид права. Великоясень и мирных нужно защищать сейчас как никогда. Это наш тыл. И не менее важная цель, чем поход в катакомбы.

Олаф скрипнул зубами, но перечить не стал. Коротко кивнул. Задумчиво оглядел нас и пошёл в сторону толпы бойцов.

Вполне вероятно, что этот хитрец уже обдумывает, как послать весточку конунгу. Засуетился, понимая, что план меняется.

Чуть позже Берт перешёл на другую тему, дождавшись, когда Олаф отойдёт достаточно далеко, чтобы не услышать его.

— Астрид, ты просила свести тебя с Ключником, — хмуро начал связной. — Я нашёл его. Но есть проблема. Он сейчас далеко не в подполье. Спивается в портовой таверне «Гнилой Якорь».

— В чем проблема забрать его? — удивился Дерек.

— В том, что Акселя очень сильно опекают, — вздохнул Берт, и его щека нервно дёрнулась. — Опять эти ищейки конунга. Они догадываются, кто он. И приглядывают. Скорее всего, используют его как наживку. Для таких, как мы.

Связной обвёл взглядом нашу группу, продолжая на полтона тише.

— И главное — никто из моих людей не может пойти за ним. Наши лица слишком приметны. У многих шрамы на лицах, от старых меток. А у ваших магов специфический блеск в глазах. Люди конунга сейчас патрулируют каждую улицу.

— Праздник Огня начнётся завтра. На рассвете, — напомнила Астрид.

— Да, но… — Берт мрачно взглянул на неё. — Город на военном положении. Хватают всех подозрительных, и сразу к дознавателям тащат. Надо найти другой способ пробраться в казематы.

— Другого способа нет. И ты это знаешь не хуже меня, — строго заметила Астрид.

— Вас раскроют ещё на подходе к таверне. А засве́титесь — выдадите нас. В тюрьмах Талассира есть умельцы развязывать языки, — сообщил Берт.

Повисла тяжёлая пауза. Но времени на лишние прения не оставалось. Как раз сейчас оно работало против нас.

— Меня в Талассире никто не знает, — спокойно произнёс я. — На мне нет меток. Если остановят патрульные — притворюсь бродячим бойцом. Скажу, что приехал заработать

— Всё верно. Их сейчас хоть жопой ешь, этих ям, — подметил Дерек. — Понастроили в честь Праздника Огня.

Свен всё же услышал наш разговор, он подошёл к нам, поправляя ремень с оружием.

— Я пойду с ним, — глухо, но твёрдо произнёс он. — У меня в мешке завалялся плащ сержанта городской стражи. Достался в качестве трофея. Накину его, сойду за патрульного.

— Вдвоём будет сподручнее вытаскивать пьяницу, — кивнул я.

Берт окинул нас тревожным взглядом, всё же кивнул.

— Быть посему. План паршивый и очень рискованный, — признался связной. — Но другого у нас нет. Дорога до «Гнилого Якоря» займёт полтора часа пешим ходом.

— Пойдём, Ворон, я расскажу, как себя вести при страже, — кивнул Свен в сторону.

— Только вернитесь с Ключником до полуночи, — бросила нам вслед Астрид. — Именно в это время нужно открывать печати в катакомбы.

Не стал я задавать лишних вопросов. Узна́ю уже на месте, что открывать будут и как, и причём тут полночь.

Раз мы ограничены во время, а уже сгущаются сумерки, пора выдвигаться к портовой таверне.

Неподалёку от тайного лагеря вольных, в это же время

Старое, иссохшее дерево застонало от удара меча. В разные стороны полетела щепа.

Оно уже было меченым. Служило для местных тренировочным манекеном.

Вот оно ещё раз глухо крякнуло под очередным яростным ударом. Меч глубоко застрял в пеньке, и Олаф с силой выдернул оружие. Нанёс ещё один рубящий удар.

Щепки вновь разлетелись в разные стороны, а вот ненависть, ярость никуда не ушли. Олаф тяжело дышал, стискивая рукоять клинка.

Его послали куда подальше. Отправили сидеть на скамейке запасных, в этом заплесневелом лесу. Охранять кучку испуганных сектантов и дерево, которое он скоро сожжёт.

Пока Ворон будет собирать очки жизни в Талассире, становясь сильнее, он будет ждать.

Он ненавидит ждать и догонять. Это его жутко бесит.

Понятно, что Ворон догадался о его затее. Да и эта надменная сука… Астрид, вроде так её зовут. Она явно что-то подозревала.

Хотя на мордашку она чертовски симпатичная. Когда всё будет кончено, Олаф настоит на том, чтобы эту красотку отдали ему. Уж он-то с ней позабавится, по полной. Прежде чем перерезать глотку от уха до уха. За такую сильную волшебницу Система может выдать полмесяца, если не больше.

Олаф сплюнул на землю, вспоминая, каких трудов ему стоило добраться сюда так быстро.

Золото портовых воришек сослужило отличную службу. На эти деньги он нанял быстроходный клипер. А затем обнёс пару лавок в одном из южных портов, понимая, что опаздывает.

Всё награбленное Олаф отдал жирному работорговцу. Купил закованного в кандалы старика, мага воздуха. А затем зарубил жирдяя и его охрану впридачу, уплывая на небольшом паруснике.

Олаф помнил, как выжимал из старика все соки. Как тот сипел, молил о пощаде, но держал воздушный поток, заставлял парусник лететь вверх по течению полноводной Луары. Тем самым Олаф срезал большой крюк.

Всё это время Система вела его вперёд. Системные уведомления методично сообщали о расстоянии до объекта под номером 347, и он поправлял курс. В это время Олаф чувствовал себя хищником, загоняющим дичь. И чувство это пьянило его похлеще доброй пинты эля.

А потом было это проклятое Дерево Истины.

Олаф криво ухмыльнулся, облокачиваясь на ствол разрубленного манекена. Местные фанатики так верили в непогрешимость своей древней магии. Ха-ха! Берт, паршивый слабак, возомнивший себя вождём… Он смотрел на Олафа так, словно заранее вынес приговор.

Но Система спасла его. Она не хотела, чтобы он умирал. Тем, кто управлял ею, нужно было довести дело до конца. Столкнуть их лбами с Вороном.

Внезапно появилась система «Ментальный камуфляж», причём за пару мгновений до того, как бледные корни выскочили из дерева. Способность появилась из ничего. И он не задумываясь ни капли активировал её.

Но Система никогда и ничего не давала бесплатно. Забрала пару суток жизни. И теперь у него не больше двенадцати часов. Чтобы закончить с отребьем и убить Иного, который был опасен для тех, кто заказывает музыку.

Олаф не идиот, всё понимает. Большие дяди боятся его как огня. И лишь берегут его для кульминации. Явно ещё и тотализатор работает. Такие деньжищи крутятся, что всё становится понятным.

Он отвлёкся, воткнул свой меч в деревяшку. Затем бросил взгляд в сторону ощипанного кустарника, через который просвечивался тракт.

Именно по нему сейчас шли Ворон и воин, кажется его зовут Свеном. Они удалялись, пока не исчезли за стеной леса.

Пять лет жизни за убийство Иного. Это пьянило Олафа похлеще, чем местное пойло. Плюс ему не терпелось использовать скрытый навык, который он получил недавно.

О, ему есть чем удивить.

Сейчас, главное, дождаться их в компании Ключника, а затем выбрать момент, когда лагерь ослабнет, отправляя лучших бойцов в катакомбы. Вот тогда он оторвётся. И на этом самодовольном Берте, и на парочке воинов, которые посмели подшутить над ним, и над тем грёбаным деревом в пещере, которой было идолом для этих убогих.

А войско Хрольфа сделает свою работу, оставляя ему Ворона. Для поединка.

Мы со Свеном уже час шли по лабиринтам портовых переулков Талассира.

Улицы были забиты пьяными матросами, торговцами и шлюхами, которые улыбались и подзывали нас к своим борделям.

В воздухе гулял устойчивый запах дешёвого эля, жареной рыбы и нечистот.

К тому же было понятно, что приближался Праздник Огня. Он ощущался во всём. Толпы народа, в которых местные смешались с приезжими.

Моя легенда бродячего бойца и старый плащ городской стражи на плечах Свена работали безотказно. Патрульные конунга лишь скользили по нам равнодушными взглядами. А когда мы вышли из лабиринта к огромной пристани, вымощенной камнем и усыпанной торговыми палатками кричащих торговцев, всё же наткнулись на пятерых стражников.

Правда те лишь задали пару вопросов, и потеряли интерес. Спешили куда-то.

Таверна «Гнилой Якорь» полностью оправдывала свое название. Заведение находилось в самом конце длиннющего дальнего пирса. Большое бревенчатое здание с несколькими пьяными забулдыгами недалеко от входа. Они пересчитывали медяки и качались как флюгеры на ветру.

Я толкнул скрипучую дверь, зашёл внутрь первым. Внутри было душно, воняло перегаром, смолой и потом. В уши врезался гомон десятков пьяных глоток.

Я ненавязчиво огляделся, привычно оценивая обстановку. Будто искал свободный столик, которых было всего два, и то один уже занимали два пожилых мужика с красными пропитыми лицами.

Ключника мы нашли быстро. Худющий мужичок в серой тунике. Грязные седые космы, в которых застряли хлебные крошки. Он спал прямо на столе, в дальнем углу зала. Уткнулся носом в лужу разлитого эля и преспокойно дрых, посапывая. Рядом валялась пустая деревянная кружка. Напротив него двое собутыльников, которые ещё держались, допивая хмельной напиток.

А рядом я увидел и проблему, о

Под их плотными суконными куртками выглядывали рукояти кинжалов. Ищейки конунга пасли наживку.

— Вижу их, — тихо бросил я Свену, не поворачивая головы. — Трое в углу.

Свен коротко кивнул. Лицо воина превратилось в серую маску, он направился к столу со спящим Акселем.

— Работаем по плану, — процедил он сквозь зубы.

Свен уверенным шагом добрался до пункта назначения. Я шёл следом, прикрывал его спину на случай засады.

Воин между тем сразу приступил к действию. Грубо ухватил спящего пьяницу за шиворот засаленной туники, одним рывком поднял его на ноги. Ключник жалобно хрюкнул, слепо моргая красными глазами. Его собутыльники замерли, так и не донеся кружки до рта.

— Что такое?.. — выдохнул Аксель в нашу сторону, вместе с концентрированным перегаром. — Шоп тебя… отпсти…

— Ты задолжал моему хозяину, пьянь! — рявкнул Свен, да так, чтобы услышали ищейки. — А ну, пошли с нами. Придётся отрабатывать!

Соседний столик оживился. Один из ищеек поднялся, подошёл к Свену, вставая сбоку. Остальные двое перекрыли нам путь к отступлению, заходя в тыл. Их руки скользнули к кинжалам.

— Отпусти его, служивый, — негромко, но с угрозой в голосе произнёс один из этой бритой компании, со шрамом на подбородке и просверлил Свена взглядом. — Этот пьяница нужен конунгу.

Я понимал, что будет. Одно неверное слово или движение, и начнётся драка. В последний момент я заметил ещё два столика, слева. За ними странным образом напряглись несколько гвардейцев, посматривая на нас почти трезвыми враждебными взглядами.

А вот это уже плохо. Ситуация явно не в нашу пользу. Но я понимал, что будет дальше, поэтому не мог скрыть улыбку.

Глава 17

Понятно, что даже если мы оставим в покое Акселя, они нас не отпустят. Выследят, выждут удобный момент и нападут.

Это как раз было понятно. Но Свену следовало доиграть свою роль до конца.

Он презрительно взглянул на ищейку конунга, худощавого мужичка с козлиной бородкой и длинными волосами, собранными в косичку. Распахнул старый плащ и выставил на всеобщее обозрение закреплённую на ремне медную бляху с полустёртым замысловатым вензелем. Я то понимал, что это дешёвая побрякушка, купленная у старьёвщика. Но в полумраке таверны эта безделица блеснула очень внушительно.

— Этот забулдыга нужен конунгу? — продолжил Свен заносчивым тоном, пряча бляху за серым плащом. — Мой хозяин Примус Кастамера. И ему плевать, кому там нужен этот кусок дерьма. У него с ним свои счёты.

— Кастамера? — грубо прогудел один из ищеек за моей спиной. — Кто это?

— Тот кто выпустит тебе кишки, если ты помешаешь нам, — подыграл я, обернувшись. Встретился с мрачным взглядом носатого мужика и увидел то, что и нужно было. Лёгкое замешательство.

Ищейка конунга пыталась влезть между бормочущим Акселем и Свеном, но воин оттёр его плечом.

— Попробуй ещё раз так сделать! И я выпотрошу тебя, прямо здесь! — рявкнул Свен.

От такого напора компания, опекающая Ключника, остолбенела.

К тому же имя хозяина прозвучало достаточно веско. Либо этот Примус был влиятельным криминальным авторитетом, либо высокопоставленным вельможей.

Агенты Хрольфа замялись.

— А ну, служивый, покажи нам ещё раз ту штуковину, — выставил палец козлобородый в сторону моего напарника. Он уже не пытался приблизиться, а руку запустил за пазуху, туда, где ждал своего часа кинжал.

Раз он больше всех говорил, значит, старший в этой компании. И этот старший самый въедливый и опасный. Он вполне может нас раскусить.

— Кто вы такие, чтобы сомневаться в моих словах, — презрительно процедил Свен. — А ну, с дороги!

Двое за моей спиной пытались остановить нас, нахмурились, оценивая риски открытого конфликта с неизвестным покровителем. Этого мимолётного замешательства нам хватило. Я толкнул плечом одну ищейку, Свен отпихнул вторую. Затем мы добрались до выхода из таверны.

Свен грубо толкнул хрюкнувшего Ключника в спину, выводя его на вечернюю улицу. Я вышел следом, бросив взгляд в сторону ищеек. Они начали что-то бурно обсуждать.

Как только тяжёлая дубовая дверь таверны захлопнулась за нашими спинами, Свен злобно расхохотался.

Мы поспешили за угол таверны. Туда, где сгустилась тень. Проулок выходил на небольшую площадь. Только её надо было пересечь, а потом вновь череда закоулков, которые будут для нас спасением. Так мы выберемся на окраину Талассира, где нас встретят Дерек с Ульфи и остальные.

— Уже скоро до этих идиотов дойдёт, что их обманули, — хмыкнул ветеран, крепко держа вырывающегося пьяницу за шкирку и таща за собой.

— Секунд через пять, — прикинул я, следуя за воином. — Может даже раньше. Никакого Примуса Кастамеры не существует. Так ведь?

— Да, всё так. Я его выдумал, — оскалился Свен. — Но ведь звучит грозно?

— Думаю, что они впечатлены, — хохотнул я, оглядываясь. Дверь таверны распахнулась, из неё выскочил первый злодей, более крупный из всей компании. Он оглядывался, хотя смотрел в сторону конюшни и тракта.

В этот момент мы почти добрались до проулка, но как назло Ключник внезапно ожил. Мужичок замычал, попытался вывернуться из захвата Свена, отчаянно загребая руками воздух.

— Пусти! Не пойду! Вы кто такие? — захрипел он, вновь обдавая нас густым перегаром.

— Да куда ты, овечья печёнка⁈ — прошипел Свен, хватая его за воротник.

— За угол! Тащи его, Свен, быстро! — прикрикнул я, оглядываясь на двери таверны.

Нас заметили. К тому же остальные ищейки собрались кучей.

Свен увидел тоже что и я, зарычал сквозь зубы.

— Ах ты! Вот же гад, ещё кусается! — ветеран отвесил Акселю увесистую затрещину, которая всё же произвела воспитательный эффект. Ключник затих. — Совсем уже мозги пропил.

Мы быстро завернули за угол глухого переулка, заваленного пустыми бочками, из которых пахло несвежей рыбой. Аромат специфический, даже для портового рабочего.

Аксель кое-как сдержал рвотные позывы. Свен прошёл с ним дальше.

— Иди дальше, — я махнул Свену. — А я встречу гостей.

— Постой…

— Иди, Свен. Будь у них на виду, — бросил я, и схоронился за ближайшей бочкой. В проулке показались тени.

Всё же пара факелов на стенах, несмотря на то масляные тряпки почти прогорели, давали немного света. Меня не было видно, а вот тех, кто направился за Свеном и Акселем, я рассмотрел, когда они оказались в пяти метрах от моего укрытия.

Те самые связные. Их было по-прежнему трое. Гвардейцы видно держались дальше, или решили пойти в обход, чтобы поймать на выходе из проулка. Это мы узнаем чуть

— Того что в плаще не убивать, — донёсся до меня голос козлобородого.

— Где второй? С ним был ещё один, — прогудел его приятель.

Дыхание моё стало ровным и глубоким. Тело расслабилось, готовясь к рывку.

Я выскочил из-за бочек, прямо за спину замыкающему. Никакой стали, только жёсткий контакт. Левая рука молниеносно обхватила шею ищейки. Правая ладонь легла на затылок, фиксируя захват. Классический удушающий приём.

Агент дёрнулся, выронил кинжал, его глаза закатились, и он обмяк. Я уронил тело на брусчатку. На звяканье стали, парочка обернулась.

Козлобородый выругался, пытаясь выхватить кинжал, но я оказался быстрее. Прыгнул вперёд. Правой ногой с разворота врезал в висок второй ищейке. Голова её мотнулась в сторону. Тело упало в грязь.

Козлобородый успел вскинуть кинжал, отступил, широко распахнув глаза, дёрнул с пояса небольшой рог. Попытался дунуть в него. Но я вывернул его кисть до хруста. Одновременно с этим моя правая рука, сложенная лодочкой, нанесла хлёсткий точечный удар снизу вверх. Точно в основание горла.

Старший захрипел, судорожно хватаясь за кадык, упал на колени, рядом со своими напарниками.

Зачистка переулка заняла не больше пяти секунд. Трое профессиональных ищеек конунга валялись в грязи. Тревога не была поднята. Но на эту атаку я потратил некоторое количество сил.

Сердце никак не могло успокоиться, отбивало тревожные ритмы. Дыхание было сбито. Я протяжно выдохнул, успокаиваясь, поднял с земли оброненный кинжал. Затем сдёрнул два кошеля с поясов ищеек. В них звякнули монеты.

Свен вернулся, держа за шиворот обмякшего Ключника, одобрительно кивнул.

— Чистая работа, Ворон. Даже не думал, что ты умеешь так драться, — хмыкнул он. — Что, и правда боец?

— Да, со стажем, можно так сказать, — расплылся я в хищной ухмылке, затем решил ему напомнить ещё кое-что. — Стража из таверны.

— Я знаю, — кивнул Свен, прищурившись. — Нас хотят перехватить. А мы их обхитрим.

Со сторону выхода из проулка раздались шаги, тихие голоса. Я заметил мечи, поблёскивающие в тусклом свете факелов.

— А вот и они, — печально произнёс Свен. — Назад, возвращаемся.

Мы выскочили из проулка недалеко от таверны. К ней начали подтягиваться гвардейцы. Они не смотрели в нашу сторону, слушали командира в золотистом плаще. Мы же воспользовались заминкой.

На нашем пути оказался молодой стражник. Он увидел нас, схватился за рукоять меча.

— По приказу конунга, велено доставить к нему, — строго гаркнул ему Свен, вновь посветив своей бляхой.

— Так это… — посторонился стражник. — Хрольф в другой стороне.

— Мы в обход. Там враги, — сообщил я ему. — Прикрой нас, воин. Живее!

— Ага, сейчас, — стражник обнажил меч, встал в боевую стойку, что-то крича тем, кто был у таверны. Но мы уже не слышали что именно он говорил.

Скользнули в соседний переулок, затем повернули прочь от пристани, вглубь Талассира. Смеясь по дороге и прихваливая значок Свена, который уже два раза выручил нас, мы прошли торговые ряды, потом выскочили на площадь, смешиваясь с толпой горожан.

Чудом не напоролись на группу гвардейцев, которые рыскали напряжёнными взглядами вокруг. Понятно, кого они ищут. Нас, не иначе.

Но толпа была настолько плотной, что мы без проблем пересекли площадь, добираясь до проулка. Хотя нас в итоге заметили. Четверо гвардейцев кинулись за нами.

— Помогите, добрые люди… даже медяк будет в радость… — жалобно протянул замученный старик в лохмотьях. — Ветерану североюжной войны…

— Дай на хлебушек, мил человек, — захрипела бабка, провожая нас печальными глазами. — Голодаем так, что спасу нет.

— Вот, — я кинул мешочек с монетами в руки старика, и тот заглянул внутрь.

— Великодушно! Дай вам Локкар здоровья и крепости духа! — захрипела бабка, вырывая монеты из рук старика и зыркая на него хмурым взглядом.

— За нами стража, — бросил я им. — Задержите их, насколько можете.

Топот сапог приближался. Я встретился взглядом со стариком, замечая в его глазах опасный блеск убийцы. Он кивнул.

— Эй, вы! А ну стоять! — зарычал здоровяк с секирой, ускоряя шаг.

Старик весело посмотрел в сторону гвардейцев. Громко свистнул. Из проулка полезли потрёпанные бродяги, мужчины и женщины.

— Идите с богом, — махнула нам бабка, совершая щёпотью в воздухе движения, будто перекрестив нас.

Мы бросились в переулок, проходя мимо столпившихся бродяг. Они сомкнули за нами кольцо, встречая стражу. Я услышал, как наших преследователей пытаются отвлечь, затем обернулся, слыша рычание, затем хрипы. Стражников уже повалили на землю, накинулись на них. В воздухе мелькали ножи и ещё что-то острое.

— Бродяги древних королей, как они себя кличут, — заметил Свен, таща за собой Акселя. Тот угрюмо молчал и повесил голову, безропотно шагая по грязной улочке. — Их сейчас полным полно. Время непростое.

— Они же подставляют себя. Это неразумно, — заметил я.

Свен дёрнул Акселя в сторону, заворачивая в очередной проулок, в котором дома почти вплотную примыкали друг к другу.

— Подмога придёт, но никого уже там не будет, — услышал я голос Свена в полутьме. — Тем более их становится всё больше. Гвардия конунга уже не в состоянии проводить чистки улиц. А дальше будет только хуже.

— Для нас лучше, — заметил я.

— Это верно. Для нас лучше, — подтвердил Свен.

Мы с каждым шагом, с каждым новым переулком отдалялись от пристани Талассира. И Свен становился более разговорчивым. Появилась надежда.

У нас есть Ключник, нас уже скоро встретят вольные. А затем настанет пора открывать проклятые катакомбы. И вытаскивать всех из южной тюрьмы.

Его сына, Ингу, Эрика и его родителей. И ещё более двух сотен ни в чём неповинных людей, которых собираются сжечь завтра на кострах.

Где-то в казематах Талассира, за пять минут до полуночи

Воздух камеры был пропитан запахом плесени и застарелой крови. И от этого у Инги кружилась голова. А голоса умерших здесь людей эхом перекликались где-то на периферии. Но Инга не обращала на них внимания. Им уже не помочь. Они — прошлое этого места.

А настоящее… Вот оно.

Инга дёрнула рукой. Тяжелые кованые цепи, намертво вбитые над её головой в каменную стену, звякнули.

Два факела, стол с разложенными на нём пыточными инструментами. Больше никого не было.

Инга тяжело вздохнула, облизнула губы, потрескавшиеся от жажды. Взглянула на массивную кованую дверь, которая с противным скрежетом отворилась. В камеру зашёл мужчина. Высокий, сухощавый, лицо его скрывал капюшон.

Воздух над его головой странно мерцал рубиновыми всполохами. Едва он переступил порог, Инга почувствовала, как остатки магических сил внутри неё свернулись в тугой ком.

Ну, надо же! Какая честь! Блокиратор. Маг, обученный не созидать и не разрушать, а глушить чужой дар. Он замер у стены изваянием, складывая руки за спину и

Следом за ним в камеру вошёл второй.

Широкоплечий тощий как жердь мужчина в щегольском кожаном камзоле. От него пахло дорогим парфюмом, который никак не вязался с вонью подземелий. На лице щёголя играла лёгкая улыбка. В руках он держал небольшой, обитый черным бархатом футляр.

Он подошёл вплотную к Инге. Мягко коснулся её подбородка рукой, приподнял голову.

— Знаешь, кто я, красавица? — бархатно-вкрадчивым голосом спросил щёголь.

Инга с трудом разлепила сухие губы. Натянула улыбку, глядя с неприкрытым презрением.

— Я тебя вижу насквозь, бездушный отрок, — хрипло, но твёрдо ответила она. — В твоём сердце одна лишь поганая тьма, и больше ничего.

Мужчина ничуть не обиделся. Он мелодично рассмеялся, отпуская её подбородок.

— Какая страсть, экспрессия, — он смёл со стола пыточные инструменты, с нарочитой аккуратностью разложил свой бархатный футляр. Внутри ровными рядами блестели десятки длинных и тонких металлических спиц. — Надо сказать, мало кто умеет пытать. Это искусство. Этому надо учиться…

— Я не знаю, кто ты, — скривилась Инга. — Но хочу сказать, что ты зря тратишь время.

— Меня называют Игольщик, дорогая моя, — хмыкнул щёголь. — И ты сейчас узнаешь, почему.

Он не спеша выхватил из футляра две иглы, взглянул на них, прищурившись, затем довольно кивнул. Инга дёрнулась, вызывая у игольщика лишь печальную улыбку.

Он никуда не спешил. Подошёл к ней, затем приноровился, ухватил руку Инги. Холодный металл вошёл ей глубоко под ноготь указательного пальца.

Инга абстрагировалась от боли, но всё же её почувствовала, скривилась.

Затем она инстинктивно попыталась дотянуться до своего дара, сформировать хотя бы простейшее плетение отторжения, чтобы выжечь дар блокиратора, а затем сформировать зеркало. Вернуть этому карателю всю боль, что она испытывала за последние дни. Разумеется он умрёт от болевого шока.

Искры магии затеплились в её сознании.

Человек в сером капюшоне шевельнулся, сделал шаг вперёд и просто поднял руку. Искры её способности погасли, не успевая разгореться в пламя. Ком в груди Инги сжался ещё сильнее, вызывая приступ тошноты.

Блокиратор не позволил магии вырваться наружу. Закупорил её, связывая ещё сильнее. Но Инга видела каких трудов стоит этому несчастному сдерживать её. Он елё заметно дрожал, а из темноты капюшона вылетали капли крови, падая на каменный пол её тюрьмы.

Игольщик между тем с интересом наблюдал за её мучениями, аккуратно поправляя кружевные манжеты.

— Твоя строптивость очаровательна, но совершенно бесполезна, — ласково проворковал он, показывая ещё одну иглу, которую он пока что не использовал. — Конунг Хрольф хочет знать имена всех ваших связных в городе. Но даже если ты не скажешь… это не имеет значения.

Он наклонился к самому её уху, обдавая запахом гвоздики.

— Завтра на рассвете, — прошептал Игольщик. — Уже завтра ты отправишься на костёр, ведунья. Праздник Огня ждёт свою главную жертву. А все благородные люди столицы будут аплодировать, глядя, как горит плоть той, на которую молятся все млечники. Но до рассвета… до него у нас ещё так много времени…

И вновь блеск спицы перед глазами, новая боль, которую Инга ощутила сильнее. Теперь уже указательный палец.

Игольщик хотел пошевелить спицами, затем замер. В глазах его вспыхнули озорные искорки.

— Кстати… говорят, что ты умеешь предсказывать будущее, — вспомнил каратель. — Вот интересно. Ты видела себя на костре?

Игольщик вернулся к столу, оглядел иглы, выбрал ещё одну.

— Нет. Я не сгорю на костре, — попыталась улыбнуться Инга, но лишь дрогнула губами. — А вот ты умрёшь очень скоро.

— Вот как. Любопытно, — каратель, подходя к ней, повернул голову, словно филин. — И как же я умру? Когда?

— Когда догорит один из этих факелов, ты лишишься передних зубов, затем рук… — сладко произнесла Инга.

Она увидела то, что и ожидала. Испуг в его глазах. Хотя он не верил ей. Точнее не хотел верить. Пока не хотел. Весь его страх перерос в злобу. Улыбка садиста искривила его лицо.

— Очень занимательная история, — хохотнул Игольщик словно сумасшедший, втыкая ещё одну иглу ей под ноготь большого пальца, пошевелил ею. Инга вскрикнула от боли. — Но ты лжёшь! Все ведьмы лгут! Ита-ак… Где связные? Где твои браться и сёстры?

— Скоро ты их увидишь, — у Инги получилось улыбнуться, а Игольщик замер, вглядываясь в её лицо.

— Ты скажешь, где они? — удивлённо спросил он.

— Нет. Но ты их увидишь… — пообещала Инга.

— Нет, я так не могу работать… Перерыв! — всплеснул руками каратель, вырывая спицы из пальцев Инги.

Он быстрым шагом направился к столу, свернул футляр со спицами, прихватив их.

— Я скоро приду. Мне надо приготовить для тебя нечто особенное, — ласково проворковал ей палач, выходя из камеры. Следом за ней потянулся и блокиратор.

Инга взглянула на свою кровь, заливающую руки по локоть, затем посмотрела на капли крови впереди, на каменном полу её камеры.

Этого должно хватить для ритуала.

За час до полуночи

Очередной полутёмный закоулок позади. Свен перекинул уснувшего Ключника через плечо, как мешок с картошкой. Он шагал рядом, а лёгкие его свистели, выдувая воздух, словно кузнечные меха.

В этот момент и пришло долгожданное сообщение от Системы. В сознании вспыхнуло так, что я сбился с шага, налетев коленом на что-то вроде корзины, которая упала набок.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получаете +30 часов жизни за победу над тремя противниками без использования холодного оружия.

Бонус за уникальную технику — +10 часов жизни.

Бонус за повышенный уровень — +24 часа жизни!

Время вашей жизни увеличено!

Общая продолжительность жизни: 3 месяца 12 дней 22 часа 11 минут!

ВНИМАНИЕ! ДОСТИГНУТ ЭЛИТНЫЙ РУБЕЖ!

Ваш уровень повышен!

Текущий уровень: 6 (Элитный).

Увеличение бонуса за повышенный уровень до: +100% от полученных часов жизни.

Улучшена особая способность «Мощь титана».

Описание способности: Кратковременное увеличение физической силы на 500%.

Длительность: 3 минуты.

Откат уменьшен до: 2-х часов/.

Я не успел осознать, что я достиг элитного уровня, как прилетело ещё одно сообщение.

/ВНИМАНИЕ!

Условия для трансформации тела достигнуты!/

По телу будто пропустили высоковольтный разряд. Мышцы свело мощной судорогой. Я нащупал рукой прохладный камень ближайшего дома. Но долго так не простоял.

Меня выгнуло дугой. Кости затрещали, в голове на мгновение помутилось. Я даже вроде бы закричал от боли. Но следом всё прошло, будто ничего и не было.

Зато на смену неприятным ощущениям пришло состояние полнейшей эйфории. Я задышал легче прежнего, открыл глаза, чувствуя, как моя кровь бурлит в жилах.

/ВНИМАНИЕ!

Статус трансформации: Завершено.

Костная структура: Прочность увеличена в 5 раз от текущего значения.

Мышечный каркас: Выносливость увеличена в 5 раз от текущего значения.

Рефлексы (Изворотливость): Улучшена в 5 раз от текущего значения.

Базовый иммунитет к магическому урону: 15%. Во время действия способности «Мощь Титана»: 60%.

Базовая регенерация: +10%. Во время действия способности «Мощь Титана»: 40%/.

—

— Могу даже бежать, — улыбнулся я, резким движением вскочив на ноги. — Чувствую себя лучше, чем прежде.

— Поздравляю, — ухмыльнулся воин.

— С чем же? — взглянул я на него.

— Ты ведь Иной, — крякнул Свен, закидывая на плечо похрапывающего Акселя. — У вас такое бывает, когда вы… улучшаетесь.

— Ты видел это раньше? — догнал я его, и мы продолжили путь.

— Рассказывали. Давно… — Свен сделал паузу, сглотнул ком. — Когда мы с Ингваром покидали Южные земли. Тогда была объявлена облава на всех свободных, кто держал оружие.

Далее Свен рассказал, хоть и было ему тяжело говорить об этом, как произошла бойня. Всех, кто не хотел переходить на сторону конунга, предавали огню. Чудом они с сыном из неё выбрались. И потерял Свен тогда всех своих друзей.

Мы успешно добрались до условленного места, до полузатопленной канализации под разрушенным акведуком, что на окраине Талассира.

Там нас уже ждал ударный отряд: Астрид, Дерек, Ульфи, суровая Лора с коротким копьем и топорами на поясе. И шестеро лучших бойцов-млечников.

Остальные остались в лесном лагере.

Радости ожидающих нас не было предела.

Я увидел как сияли глаза Астрид, принял дружеские объятья Ульфи и Дерека. Лора очень тесно и откровенно прижалась ко мне. И Астрид пришлось напомнить о том, что меня в Северных землях ждёт моя женщина.

Акселю один из млечников выдал пузырёк с зельем. Влили его в спящего Ключника, и тот открыл глаза, затем зашёлся в приступе кашля. Через пару минут он протрезвел, и стал буквально другим человеком. Взгляд осознанный и цепкий, сгорбленности как не бывало, а в глазах благодарность, что его вытащили из запоя и вражеской опеки.

Не теряя ни минуты, мы спустились в сырые, погружённые в вечный мрак тайные ходы под городом. Факелы в руках млечников выхватывали из темноты скользкие каменные своды. Мы шли долго, петляя по лабиринту коридоров, пока не упёрлись в тупик.

Путь преграждала массивная железная дверь. Она была целиком покрыта ржавчиной, но сквозь коррозию проступала сложная, хаотичная вязь древних символов. Чем-то они смахивали на иероглифы.

Теперь настала пора Акселя. Ключник подошёл к двери, замер, затем закатал рукава туники и начал производить пассы руками.

— Отойди… чуть дальше, — мягко потянула меня назад Астрид. — Это небезопасно.

Я вопросительно взглянул на неё, но решил, что сам пойму, почему опасно стоять рядом.

С каждой секундой движения Акселя становились всё быстрее и замысловатей. Затем пространство вокруг него вспыхнуло разрядами. Ключника подбросило в воздух. Он завис, вытягивая руки, между пальцев которых пробегали микро-разряды. Руками он коснулся двери, и символы вспыхнули.

Воздух в тоннеле завибрировал. Казалось бы разрозненные древние символы на ржавом металле вдруг пришли в движение. Они начали меняться местами, переплетаться и собираться в центре двери в единый символ. Лучистое солнце.

Ещё несколько замысловатых пассов руками. Вся энергия, которой обладал Ключник, все микро-молнии, которые кружилась вокруг него, всё это впиталось в собранный на двери символ.

Я прикрыл глаза, спасая их от слепящей вспышки.

Следом раздался тяжелый хруст, будто за дверью проворачивались скрытые маховики, спавшие веками.

Непонятно что, но что-то пришло в движение. Массивная створка дёрнулась и открылась, прогудев на петлях.

Ключник обмяк и его успел поймать один из млечников. Он настолько ослаб, что не мог стоять на ногах.

В лицо сразу пахнуло спёртым воздухом, запахом застарелой крови и плесени. Путь в подземные тюрьмы Талассира был открыт.

Я перехватил удобней рукоять меча, принял подтверждение Системы, что «Мощь Титана» перезагружена вследствие получения элитного уровня. Затем вздохнул, поглядывая на коридор с усыпанными по обе стороны массивными створками камер.

— Всё, пора, — бросил я остальным, и Астрид кивнула, блеснув глазами.

Мы ворвались в казематы Талассира подобно сорвавшейся с гор лавине. В узких коридорах закипел безжалостный бой.

Моё тело, прокачанное до элитного уровня, да ещё под «Мощью Титана», работало безотказно и с пугающей эффективностью.

Я не просто уворачивался от ударов, а предвидел их, скользя между гвардейцами, словно тень. Усиленные мышцы превращали каждый мой удар в смертный приговор, пробивающий даже тяжёлую броню стражи. Что уж говорить о дознавателях, которые были одеты в простые одеяния.

Дерек, Ульфи и Лора с остальными млечниками шли следом, добивая тех, кто пытался подняться. Мы быстро и жёстко вырезали внешнюю стражу и карателей, не позволяя им поднять общую тревогу. А затем зазвенели ключи, которые смешались со скрипом открываемых дверей.

Не знаю, сколько я накосил врагов. Прошёл два этажа, затем встретил две волны гвардейцев.

Они двигались под зельем, но куда им до меня. Теперь я их опережал настолько, что они были для меня как черепахи.

Затем я добрался до помещения, в котором замерли трое карателей. Двух я срезал мечом сразу, а вот третий отпрыгнул от меня в дальний угол помещения. Только сейчас я обратил внимание на то, что одет он как-то празднично, не по-тюремному.

Тощий каратель побледнел, выхватил из чёрного чехла, лежащего на стуле, длинную спицу, во второй его руке блеснул узкий изогнутый кинжал.

— Ты не убьёшь меня! Скотина! — выпалил он. — Только попробуй.

Я шагнул вперёд, затем увернулся от его выпада, вколотив кулаком в челюсть и слыша хруст зубов.

— Я Игольфик, фукин ты ф-фы-ын! — завыл он, падая на колени.

— Да по мне хоть папа Римский, — выдохнул я, взмахнув мечом, отрубив кисти. Ещё взмах наотмашь, и его голова слетела с плеч, покатившись словно арбуз по каменному полу в дальний угол.

Я вернулся к своим, вытирая чужую кровь с лица. Стало понятно количество жертв, которых я отправил на тот свет в казематах. Сто сорок три. Так мне сообщила Система, и прибавила по итогу налёта полтора месяца жизни.

Из сырых тёмных камер мы вывели более двухсот измученных млечников. В тусклом свете факелов Свен наконец-то нашёл своего Ингвара. Ветеран, не стесняясь слёз, обнял исхудавшего чумазого сына и, не теряя ни секунды, повёл его и ещё группу спасённых обратно к выходу из катакомб.

Там же я увидел знакомые лица.

Ингвар, тёзка сына наконец-то улыбающегося Свена. Затем Хельга. Если мать Эрика выглядела истощённой, но вышла без проблем, то отец Эрика с трудом переставлял ноги. Его лицо покрывала сплошная маска из синяков и гематом, он крепко прижимал к себе Эрика. Парень, увидев меня, слабо, но искренне улыбнулся.

Все были измучены до такой степени, что даже простые эмоции им давались с трудом.

Млечники спешно уводили спасённых через дверь, открытую Ключником. Но главной цели мы всё ещё не достигли.

Астрид, ведомая зовом, свернула в отдельный коридор. Я, Дерек, Ульфи и трое самых крепких воинов-млечников бросились вслед за

У тяжёлой, окованной стальными пластинами двери, в самом конце коридора, замерли два стражника. Они даже не успели вытащить мечи из ножен. Астрид прижала их к стене потоком воздуха, а бойцы перерезали им глотки.

Затем мы ворвались в камеру.

— Этого не может быть! — воскликнула Астрид, хватаясь за голову. — Нет! Моя мать должна быть именно здесь. Я ведь чувствую её!

Но внутри никого не было. Лишь пустые оковы, сиротливо свисающие с каменных стен, да очертания следов на полу, вроде запёкшейся крови. В стороне стол с пыточными инструментами.

Внезапно впереди загремела стена, сдвигаясь в сторону. Раздались сухие щелчки спусковых механизмов. Трое бойцов-млечников, которые стояли ближе всех к оковам, не издали ни единого звука. Один за другим они рухнули замертво на каменный пол.

Я заметил арбалетные болты, которые пробили их грудные клетки.

— Это засада! Назад! — зарычал Дерек, и мы выскочили в коридор.

— Да помогай же ты, дурень! Ключи! — Дерек пихнул в бок побледневшего Ульфи, тяжёлую дверь камеры. Щуплый парень охнул, зазвенел связкой ключей.

Когда Ульфи закрыл камеру, открылась дверь камеры напротив. Из темноты раздались вялые аплодисменты.

Оттуда неспешно вышел человек. Седой, но ещё очень крепкий старик, облачённый в расшитый золотом бархатный дублет. Аккуратная седая бородка, глаза хищно поблёскивают в свете факела. Старик злорадно хихикал.

Моя рука мёртвой хваткой сжала рукоять меча. Я знаю его. Видел на турнире в Ревендале. Конунг Хрольф.

Он лично спустился в темницы. Но зачем он так рискует?

— Браво, — конунг опустил руки и натянуто улыбнулся. — Великолепный штурм. Только абсолютно бесполезный. Ваших людей встретит мой человек… и две сотни гвардейцев. Катакомбы станут их общей могилой. Дерево сгорит. Тут уж по-другому никак.

Хрольф сделал шаг вперёд, радостно оглядывая нашу компанию.

— Но это мелочи, — продолжил он с наслаждением. — Главное… что я собрал вас троих здесь. Астрид, Ворон… Инга.

— Отпусти мою мать, выродок! — воскликнула Астрид, дернувшись навстречу конунгу.

— А ну-ка… стой, — выставил он палец, и в коридоре показались арбалетчики. Человек двадцать.

Астрид шумно задышала, вхлипнула, больше от отчаянья. Она была истощена? Хотя скорее всего кто-то блокирует её способности. Я больше поверю во второе.

Я взял её за руку, не давая упасть.

— Я не могу, Ворон. Не могу нам помочь, — дрожала Астрид, подтверждая мою догадку.

— Всё прошло идеально, — оскалился Хрольф. — Мне не пришлось бегать за вами по Северным и Южным землям, плыть к Архипелагу… Вы все здесь. И да, Инга пока жива.

Из камеры, которая, насколько я понял, не была камерой, показались два мордоворота в чёрных кольчугах. Они волокли за собой женщину.

Моё сердце замерло. Инга!

Её лицо заплыло от гематом. Глаза слезились, волосы слиплись от запёкшейся крови. Серое изодранное в клочья платье едва прикрывало наготу. Астрид сдавленно вскрикнула.

— Да, — довольно протянул конунг, смакуя каждое слово и упиваясь своим превосходством. — Все в сборе. И скоро все вы отправитесь на костры. Главное зло этого мира. Корень всей Скверны, расползающейся по моим землям. Будете умирать в долгих муках. Как и те, кого вы пытались спасти.

Хрольф скалился во всю физиономию, выпятив живот и уставив руки в боки.

— Ну что⁈ — расхохотался конунг, взглянув на Ингу. — Ведунья, ведьма, оракул… Или как там тебя величают все эти сукины дети на Севере⁈ А⁈ Скоро ты отправишься в ад! Сучьи выродки!..

Я взглянул на Ингу, понимая, что «Мощь Титана» я вызвать не смогу. Да и ладно. Я попробую разорвать арбалетчиков без этого. Способности Ворона мне в помощь.

Но Инга вдруг подняла разбитое лицо. Она не плакала, не корчилась от боли. Она смотрела на конунга, и её губы скривились в издевательской усмешке.

— Ты проиграла, ведьма! — хохотнул Хрольф. — Точнее не так… Я переиграл тебя!

— Очень хитрый ход, — прохрипела Инга. — Но… ты уже опоздал.

Она повернулась к нам и… подмигнула.

Глава 18

Деревня связных, в это же время

Ближайшие сухие деревья трещали под пламенем, словно огромные факелы. Многие из них треснули пополам.

Живых деревьев не коснулась стихия Древних. Да и пламя было не обычным. Не рыжим, а слепяще-белым, будто реликвия выплеснула свою ярость, давая понять, что против неё нет спасения, будь ты хоть трижды Иной.

Олаф выругался, тяжело рухнул в грязь. Чудом увернулся от очередного ослепительного разряда, выскочившего будто из-под земли. Там реликвия, он заметил её, хотел забрать, когда та выплеснулся десятки разрядов.

Воздух вокруг гудел и вибрировал, мешал сосредоточиться. От концентрированного запаха озона было трудно дышать.

Олаф до сих пор не мог поверить, что более двухсот гвардейцев полегли за несколько секунд. Древняя магия этих грёбаных млечников превратила берег в настоящий молниевый ад.

Иной с трудом перевернулся на спину, тяжело хватая ртом перегретый воздух. Левый рукав его куртки почернел и дымился. Удар молнии оставил на предплечье сильный ожог, прожигая броню, каменную защиту, мышцы, доходя до костей и вздуваясь большим тёмно-красным пузырём. Даже он, получивший повышенный навык регенерации и усиления каменной кожи, понимал: задержался бы там, рядом с эпицентром, ещё на секунду и распрощался бы с жизнью.

Олаф приподнялся на локтях, лихорадочно озираясь. Разряды будто искали его, подбирались, пытались достать последнюю жертву.

Справа, сквозь пелену дыма, блеснула гладь лесной реки. Ещё одна молния протрещала прямо над ухом, обжигая половину лица.

Олаф крикнул от боли. Инстинкт требовал броситься в спасительную прохладу, но прагматичный разум буквально закричал — НЕТ! Вода — идеальный проводник. Прыгни он туда сейчас, и это будет последнее, что он запомнит. Попавший в воду разряд сделает своё дело.

Стиснув зубы, Олаф поднялся на ноги. Пора сваливать отсюда. Как можно дальше. Секретное задание Системы все ещё мерцало в его сознании.

Уничтожить Великоясень. Убить главу связных, Берта. Потом Ингу, Астрид. А затем забрать пять лет жизни из остывающего тела Ворона. И дело даже не в квесте. Месть, вот что уже двигало его помыслами.

Но он не справился. И от этого понимания злоба точила изнутри, придавая сил. Он должен выжить. А потом Система подскажет что делать.

Олаф бросился бежать, пропуская над головой очередную молнию. Побежал вслепую, продираясь сквозь густой, колючий подлесок. Дым выедал глаза, заставляя кашлять и щуриться. Ноги будто одеревенели, превращаясь в деревяшки. Каменный панцирь, покрывающий его тело под одеждой, уберегал от веток, но замедлял движения. Хотя он уже постепенно осыпа́лся трухой. Способность прекратила своё действие, так и не защитив его.

Иной сделал ещё шаг, и земля внезапно ушла из-под ног. Дьявол! Не заметил скрытый в густом папоротнике глубокий овраг.

Кубарем он полетел вниз по крутому склону, собирая спиной камни, срывая оставшуюся броню и раздирая выпирающими корнями кожу.

Падение закончилось сильным ударом. Упал

Олаф глухо взвыл, судорожно впиваясь пальцами во влажную землю. Регенерация уже начала свою неспешную работу, но сейчас он был абсолютно беспомощен. Ждать больше десяти часов. У него нет столько времени. Его догонят, он уже слышал крики за спиной.

Сквозь красную пелену, застилающую глаза, он прищурился. Но картинка вспыхнула в его сознании. Ярко-красная. С восклицательными знаками по краям.

/ВНИМАНИЕ!

Задание «Уничтожить Великоясень» провалено!

Задание «Убить Берта» провалено!

Штраф: 10 часов жизни.

Оставшееся время жизни: 1 час 45 минут 20 секунд.

ВНИМАНИЕ!

Выдано новое задание!

Отправиться в Ревендаль. Добраться живым до северной окраины. Прийти в указанную точку (Координаты загружены).

Награда за выполнение:

— Регенерация тела — 100%.

— +20 часов жизни.

— Постоянное усиление всех способностей — 300%./

Олаф сплюнул кровью, попытался сфокусировать взгляд. Система не просто давала задания. Сейчас она ему помогала. Точнее помогали те, кто управлял ею.

Он поднял голову и увидел то, чего в этом мире быть просто не могло. В пяти метрах от него, прямо под вывернутыми и переплетёнными между собой корнями мёртвого дуба, пульсировал мерцающий овал.

Системный портал! Пространство внутри овала искажалось, завораживающе переливалось зелёным кодом.

— Твою ж мать… — прохрипел Олаф, врезаясь руками в рыхлую землю и подтягиваясь вперёд.

— Куда этот ублюдок исчез⁈ — услышал он доносящийся сверху голос.

— Ищи его, Пруст! Он где-то здесь, точно говорю! — ответил ему голос Берта.

Сцепив зубы до скрежета, Олаф потащил свое израненное тело вперёд. Сломанная нога безвольно волочилась следом, каждое движение отдавалось в мозгу болью. Три метра. Два. Один.

Сверху раздался крик. Он оглянулся. Топорик мелькнул в воздухе, врезался в землю рядом с его головой. В ответ Олаф хрипло засмеялся. Вот будет забавно, если он подохнет в метре от портала.

Иной совершил ещё один рывок, протянул руку, касаясь дрожащими пальцами зелёного овала, и неведомая сила затащила внутрь.

Пространство вывернулось наизнанку. Его швырнуло сквозь ледяную пустоту. Непонятно, сколько он так кружился. Но в итоге показалась земля. Он впечатался в неё, и воздух со свистом вылетел из лёгких. Если бы не усиленные кости, уже был бы трупом.

Вокруг поросшие мхом камни. Леса исчезли. Вокруг суровая скалистая местность. Это север. Он даже знал это место. Бывал здесь однажды. Сделал неподалёку схрон с оружием и припасами.

Это дальняя окраина Ревендаля.

Он бы порадовался, что перешёл через портал, впервые в этом мире. Но было не до этого. Раны давали о себе знать.

Олаф застонал, перекатываясь на спину. Изучил карту, которую любезно предоставила ему Система. Вот и путь. Маршрут был подсвечен красным пунктиром.

Самое главное, в указанной точке его ждала обещанная регенерация и чудовищное усиление. Всего-то на брюхе преодолеть чуть более двухсот метров.

Скрежеща зубами от боли, Олаф перевернулся на живот. Загребая землю и оставляя за собой кровавый след, Иной пополз вперёд. Скоро он доберётся до точки. И тогда начнёт всё заново, с новыми силами.

— Что ты задумала, ведьма⁈ — зарычал конунг Хрольф. Прищурившись, он всмотрелся в лицо Инги. — А⁈ Отвечай, отродье!

Я даже моргнуть не успел, как Инга исчезла. Буквально растворилась в воздухе, оказываясь за спиной человека в сером капюшоне. Положила руку на его макушку, и маг глухо хрюкнул, мешком падая на каменный пол.

— Действуй! — выкрикнула Инга.

Конунг Хрольф в неподдельном ужасе отшатнулся назад, теряя всё свое королевское величие.

— Стреляйте! — истошно, срывая голос, завопил владыка Юга, указывая на нас дрожащим пальцем. — Убейте их всех!

В коридоре за нашими спинами дружно лязгнули спусковые механизмы арбалетов, выстреливая несколько болтов.

Астрид мгновенно выбросила руки вперёд, растопырила пальцы. Воздух перед ней сгустился. Болты замедлились на полпути к целям, а затем со звоном попадали на каменные плиты.

Этой заминки было более чем достаточно.

Мы дружно рванули вперёд.

Я влетел в толпу арбалетчиков, работая резко, отмеряя каждый удар и каждый шаг. Короткий рубящий удар мечом, и голова первого слетела с плеч. Резкий разворот, рукоятью в челюсть второму. Второй отправился в нокаут.

Дерек рядом орудовал двуручником, беря на себя стражу, отбивая мечи, пробивая доспехи. Свен, движимый яростью, не отставал, нанося точные удары. Ульфи вошёл в раж, работая коротким мечом.

Спустя минуту в коридоре всё стихло. Арбалетчики валялись на полу, постанывая от переломов, истекая кровью. Многие затихли навсегда.

— Вы все сгорите! — хрипел конунг, скалясь в полубезумной улыбке. — Все! Уже сегодня! Как взойдёт солнце!.. Факельщики подожгут костры!

— Ты ещё не понял? Праздник не состоится, — бросил я Хрольфу, когда его повалили на пол, затем быстро скрутили верёвкой руки за спиной.

Инга, пошатнувшись, подошла к поверженному владыке. Она посмотрела на него сверху вниз, и в её глазах не было ни капли жалости.

— Тебя мы возьмём с собой, — холодно произнесла ведунья.

— Я должен умереть в бою! Дай мне меч, отродье! — начал извиваться Хрольф. — Суд поединком!

— Тебя ждёт другой суд. Ты не умрёшь сейчас, — устало бросила Инга. — Пока нет.

Астрид, тяжело дыша, вытерла рукавом кровь, которая обильно текла из носа. Заклинание отняло у неё последние силы. Девушка, всхлипывая от счастья, бросилась к матери, крепко обнимая её.

— Как ты мне передала, мама, так я и сделала, — тихо, сквозь слёзы проговорила Астрид. — Надеюсь, Великоясень в безопасности и все наши живы.

— Живы, — кивнула Инга.

Связанный конунг, извиваясь на полу, злобно зашипел сквозь стиснутые зубы.

— Дура ты безмозглая! — злобно выкрикнул он. — И ты, ведьма чертова! Если вы думаете, что пара фокусов спасёт вашу жалкую общину… Мои гвардейцы выжгут ваш лес дотла!

Инга, не меняясь в лице, наклонилась и грубым движением затолкала в рот конунгу грязную тряпку.

— Берт уже отправил мне весточку, — спокойно произнесла она, выпрямляясь. — Все твои гвардейцы в лесу уже мертвы, Хрольф. Правда, один всё-таки сбежал. Иной.

— Олаф? — хмуро уточнил я.

— Да, — Инга бросила в мою сторону тяжёлый взгляд. — Тот, кто жаждет твоей смерти больше, чем кто-либо другой в этом мире.

Ведунья тревожно взглянула в сторону коридора, откуда раздавались голоса и громкий топот, отдававшийся эхом.

— Обсудим всё в лагере, — произнесла она. — Нам пора убираться отсюда. Поднимайте Хрольфа, уходим.

А дальше мы покинули казематы. Шли какое-то время по тёмным катакомбам. Все молчали, лишь Хрольф извивался на плече Свена, что-то бубня в тряпку.

На полпути он передал его Дереку. Я шёл замыкающим, то и дело оглядываясь и прислушиваясь к посторонним звукам. Но погони не было. Стража была мертва, а подмога ещё не нашла скрытый тоннель.

Когда мы наконец выбрались из душных подземелий и дошли до лагеря,

Поляна, где оставили Берта и Олафа, изменилась до неузнаваемости. Земля была перепахана глубокими бороздами, словно здесь прошёлся гигантский плуг. Повсюду обугленные тела гвардейцев конунга. Их доспехи сплавились, а плоть покрывали чёрные ожоги. От запаха озона свербило в носу.

В самом центре поляны я заметил оплавленную воронку. На дне лежал Нимиус. Артефакт болезненно пульсировал, то и дело выстреливая из себя тонкие трескучие микро-молнии.

Он истощился, собирая свою жатву.

Из-за уцелевших деревьев показались люди. Берт, перемазанный сажей, с облегчением выдохнул, увидев нас.

— Мы кое-как успели спрятаться за каменной грядой, — хрипло доложил связной, подходя ближе. — Тут начался настоящий молниевый ад, когда я активировал артефакт. Рады тебя видеть, Инга. Боги милостивы.

Спасенные млечники, которых мы вывели из казематов, начали радостно, сквозь слёзы, приветствовать Ингу и Астрид. Толпа свободных гудела, чувствуя вкус победы.

Из плотного кольца людей медленно, тяжело опираясь на посох, вышел длиннобородый старик в поношенной мантии.

— Мистраль! — торжественно воскликнула Инга. — Я рада, что ты не пострадал, мой дорогой друг.

Они обнялись. Старик так расчувствовался, что даже пустил слезу. Пимерно так я и представлял себя Хранителя, собирателя древних летописей общины, как говорила Астрид.

— Инга с нами, — торжественно, скрипучим голосом провозгласил старик, оборачиваясь к остальным. — Астрид вернулась! А конунг у нас в плену! Пора собирать новый Совет свободных!

Толпа одобрительно загудела, послышались радостные возгласы тех, кто не потерял надежду и теперь радовался свободе.

Я не сводил глаз с преображающейся Инги. Побои на лице сходили на нет, синяки исчезали, цвет лица приобретал здоровый оттенок. Она восстанавливалась с пугающей скоростью.

Инга выпрямилась. В ней снова чувствовалась сила ведуньи. Она подняла руку, призывая к тишине. Гул на поляне мгновенно стих.

— Совет будет собран! Все в сборе! — звонко, на весь лес произнесла Инга. — Я, Астрид, Мистраль, Берт! И ещё один советник! Пятый!

Она подошла ко мне, положила руку на плечо, и я почувствовал исходящие от неё вибрации.

— Ворон! — торжественно воскликнула Инга. — Встречайте Избранного!

По толпе свободных мгновенно прокатился удивленный шёпот. Люди не понимали, что происходит. Чужак без магии. Иной. Наёмник с Севера. И пятый советник?

— Мы долго искали! И нашли его! Он тот, о котором говорят летописи Мистраля! — поддержала Астрид. — Именно он приведёт нас к окончательной свободе! Мир скоро изменится, как и указано в писаниях!

Один из бойцов, сражавшихся со мной в деревне, вскинул вверх копьё и выкрикнул здравицу. За ним подхватил второй. Спустя пару секунд вся поляна огласилась возгласами.

— ВОРОН! ВОРОН! ВОРОН! — пронеслось над поляной и ночному лесу. Из леса выходили люди, и примыкали к толпе, поддерживая меня.

Я же чувствовал себя абсолютно не в своей тарелке. Не к таким чествованиям я привык. Больше к рёву трибун в октагоне, но это было другое. Нечто гораздо выше всего, что я добился в прошлой жизни. Другой уровень.

— Это ошибка, — процедил я сквозь зубы, делая шаг назад. — Подождите. Я не просил никаких титулов.

Астрид, стоявшая рядом, с лёгкой улыбкой подтолкнула меня локтем в бок.

— Они приветствуют тебя, Ворон, — тихо бросила она мне. — И ты поприветствуй их, не стой столбом. Они готовы идти за тобой хоть в самое пекло.

Дерек с Ульфи были ошарашены. Переводили взгляд с меня на скандирующую толпу, и обратно. Свен широко улыбался, обнимая своего сына. Эрик аж сиял от счастья, радовался, стоя рядом со своими родителями.

— Ты кто? Избранный? — хрипло выдавил Дерек. — Подождите, он же обычный человек. Я слышал об этом пророчестве в детстве. Но это же… просто сказки. Байки, чтобы пугать молодняк перед сном.

Инга повернулась к ветерану. На лице заиграла загадочная улыбка.

— Уже нет, Дерек. Это уже не сказки, — мягко ответила ведунья. — И очень скоро вы убедитесь в этом сами. Осталось совсем недолго.

Шум на поляне усиливался. Люди смотрели на меня с надеждой, от которой становилось тошно. Я сделал глубокий вдох, подавляя раздражение. Никогда не вёл за собой людей, да и не было такого в моих планах. Но они верили в меня. А я хотел поддержать каждого из тех, кто спасся, тех, кого ещё недавно этот мир ненавидел. И я почему-то был уверен, что скоро всё изменится коренным образом.

Я взял себя в руки, отогнал растерянность, и сделал шаг вперёд. Выдержал паузу и поднял вверх правую руку, сжимая кулак, тем самым приветствуя всех, кто собрался здесь. И воздух вновь взорвался от множества радостных голосов, приветствующих Избранного.

Через несколько минут эйфория толпы понемногу стихла. Млечники рассредоточились по поляне, разбивая временный лагерь и оказывая помощь раненым.

В стороне вновь показался Мистраль. За ним шёл парень, тащивший небольшой, окованный железом сундучок. Старик извлёк оттуда пожелтевшие от времени свитки и принялся увлеченно демонстрировать их Дереку, ошарашенному Ульфи, Свену и остальным примкнувшим к свободным.

— Вот, смотрите сами, воины, — скрипучим голосом вещал Мистраль, тыкая узловатым пальцем в руны. — Пророчество о приходе Иного, не отягощенного нашей магией, но способного сокрушить Скверну…

Я вслушивался в его бормотание. А затем подошла Инга, и коснулась холодной ладонью моей щеки.

— Скоро ты всё узнаешь, Ворон, — произнесла она. — Я помогу тебе.

Вдруг мир вокруг потерял чёткость, картинка поплыла перед глазами. Моё тело начала бить мелкая дрожь, а язык во рту казался неповоротливым.

Я тяжело привалился спиной к шершавому стволу дерева, пытаясь сфокусировать взгляд. Инга и Астрид замерли напротив.

— Ты… — я с трудом ворочал языком, перебарывая накатывающую слабость. — Ты говорила, что найдёшь зелье. Которое сделает меня свободным… от Системы.

— Я не забыла о своём обещании, Ворон, — мягко ответила ведунья. — И знаю рецепт. У меня есть почти все компоненты. Нужен лунный корень. Поэтому нам надо на Север.

Я нахмурился, чувствуя, как в висках запульсировала тупая боль. Мысли начали путаться.

— Подожди, — прохрипел я, пытаясь выстроить логическую цепочку. — Ревендаль… зелье… Мне нужно понять, что будет дальше? В чем конечная цель похода?

Инга тепло, по-матерински улыбнулась.

— Всё так как и было оговорено. Ты обретёшь свободу. Ту, которую у тебя отняла Система, — ответила она. — Разве не этого ты хочешь?

— Я избавлюсь от таймера?

— Постепенно, не сразу. Главное, что ты научишься управлять своей способностью.

— Астрид говорила о Древе жизни. Оно на Севере? — я пытался прогнать мутную пелену перед глазами, но не получалось. — Я понял… Мы должны найти его.

Лицо Инги мгновенно стало серьёзным. В её глазах блеснули искорки.

— Да, и я уже знаю где оно, —

Она обернулась и посмотрела на связанного конунга. Тот таращился в мою сторону, бессильно мычал под охраной двух плечистых воинов-млечников.

— В молодости он был там, — продолжила Инга, и каждое её слово я слышал будто через некий фильтр. — Хрольф увидел скрытую тропу, но оказался глуп, чтобы понять её истинное предназначение. А я, заглянув в его разум, теперь знаю, как пройти по этой тропе. Она и приведёт нас к Древу жизни.

Ульфи, стоявший неподалеку и откровенно гревший уши, вдруг подошел ближе. Он был удивлён так, что таращился на Ингу словно филин.

— Древо Жизни… — завороженно прошептал щуплый дружинник. — Мне в детстве бабушка рассказывала сказки о нём. Говорила, что оно хранит всё, что было до нас. И дарует мир.

Инга обернулась к парню и мягко улыбнулась.

— И она была права, Ульфи. Это правда. Та правда, которую владыки этого мира скрывали от вас многие годы, чтобы сохранить свою власть. И уничтожить тех, кто тоже знает. Уже скоро мы туда попадём.

Я хотел задать ещё один вопрос, спросить про Олафа, Систему, про то, кто ею управляет. Но уже не смог.

Тело окончательно предало меня. Голова резко закружилась, мир перед глазами начал затухать.

— Чт-то ты сделала с мн… — выдавил я.

— То, что ты и хотел, — услышал я голос Инги, уже в своём сознании.

Я ослеп, мои ноги подкосились. Я потерял равновесие и упал в густую траву.

Сознание отключилось быстрее, чем я успел почувствовать боль от удара.

Тьма рассеялась. И я понял, что это очередное видение. Я вновь попал в комнату, на этот раз в другую.

Ярко освещённый зал. Пол из светлого керамогранита. Кресла, в которых сидят люди в тёмных костюмах. Кругом стерильная чистота и мерное гудение вентилятора под потолком.

Стену украшали несколько экранов. Только три из них работали.

На первом суровый северный пейзаж. Холодный ветер гнал пожухлую листву, а прямо из земли, разрезая лес надвое, вырывалась в небо каменная стена высотой не меньше десяти метров. Наверху пустующая площадка, выложенная каменными плитами.

На втором экране я увидел Олафа. Блондин выглядел жутко. Левая половина лица и плечо сильно обожжены. Одежда превратилась в горелые лохмотья. Нога вывернута под неестественным углом. Он полз по грязной земле, оставляя за собой кровавый след, и выплёскивал из себя проклятья.

На третьем мониторе я увидел себя. Вид сверху и сбоку. Я лежал в траве без сознания. Астрид тревожно суетилась рядом, прикладывая к моему лбу влажную ткань. Инга методично растирала какие-то травы в глиняной чашке. А вокруг плотным кольцом стояли свободные, среди которых я разглядел Дерек с Ульфи и Свена.

Затем перед экранами мелькнули три силуэта.

— Это ты его притащил в этот проклятый мир! — истерично, срываясь на визг, орал первый. Он откровенно паниковал. — Этот чёртов Ворон не должен был так развиться! Это нарушение протокола!

В поле моего зрения показался мужчина. Он подошёл к мониторам, и я увидел… я узнал его!

Седые коротко стриженые волосы, тяжёлый взгляд из-под кустистых бровей, неизменная спортивная куртка. Это был Борис Петрович. Мой тренер из прошлой земной жизни. Человек, который сделал из меня чемпиона ММА. И отравил меня.

— Вы ошибаетесь, Создатель, — спокойно, с легкой долей усмешки ответил тренер, глядя на экран. — Он развивался точно так же, как и все остальные Иные. По одним и тем же правилам. Я же говорил, что Максим… то есть Ворон очень талантливый.

— Ему активно помогают местные! И вот до чего дошло! — вновь взвизгнул первый. — Теперь он Избранный, вашу мать! Избранный! Вы только вдумайтесь!

— И пусть. Это нужно для шоу, — раздался третий голос, спокойный бас. — У объекта триста сорок семь рейтинги сейчас зашкаливают. Он давно обошёл Олафа. Показатель зрительских симпатий наивысший. Вы знаете, какие мы деньги на нём делаем.

— Да плевать я хотел на ваши рейтинги! На деньги! — воскликнул первый. — Он снесёт нас! Вы понимаете? Он доберется до Стены! Остановите его, срочно!

Борис Петрович покачал головой, не сводя с монитора глаз.

— У вас есть Олаф, — напомнил тренер. — Он встретит его у Стены. Мы всё подготовили к дуэли. Подарили ему сильный навык. К тому же он скоро станет ещё сильней… Хотя я уже не гарантирую, что он победит в дуэли.

— Просто сделайте его сильнее Ворона! — прикрикнул Создатель.

— К сожалению, есть ограничение Системы, — отозвался Бас, и теперь я уловил тревожные нотки. — Вы придумывали её, и участвовали в разработке.

— Ограничение можно обойти. Работайте, — процедил Создатель.

— Только если вносить глубокие изменения в корневой код мутаций. Специалисты уже три дня работают над этим. Ещё пара дней…

— Убейте Ворона! — истерично закричал Создатель. — Просто отключите его!

— Это невозможно. Я же говорю. Ограничение архитектуры Системы, — отозвался бас. — Прямое вмешательство в аватар приведёт к сбою серверов.

— Но вы можете ускорить таймер, — предложил Борис Петрович. — Он и правда опасен. Мощь Титана. Я сразу говорил, что это плохая затея. Наделять и так талантливого испытуемого такой способностью, да ещё и перенести в тело искусного мечника…

— Вы знаете, почему мы так поступили. Иные мрут как мухи. И Олафу нужно было создать соперника, — подчеркнул бас. — Теперь нам угрожает тот, кого мы и воспитали. Кстати, насчёт ускорения таймера очень хорошая идея.

— Так ускоряйте! Прямо сейчас! — воскликнул Создатель. — Он должен подохнуть до того, как доберётся до нас! Плевать на рейтинги и шоу! На кону всё, что я создал! Всё! А потом мы набросимся на эту чёртову Ингу, её суку-дочь. И откуда эти ведьмы вообще взялись на нашу голову⁈

— Они не часть Системы, — с лёгкой растерянностью в голосе ответил Бас. — Одарённые. Магия в этом мире есть независимо от нашего кода, и мы на неё никак не влияем. Независимая переменная.

— Надо было уничтожить этот чёртов ясень, пока была возможность! И Древо Жизни! Эти идиоты из гвардии до сих пор его не нашли, — сыпал проклятиями Создатель. — Ускоряйте счётчик этого ублюдка! Насколько возможно. Покончим с ним, а потом будем думать, как выкручиваться.

— Принято, — отозвался бас. — Ускоряю хронометраж объекта триста сорок семь.

В абсолютной тишине зала раздался сухой стук пальцев по клавиатуре.

— КЛАЦ! — отдалось эхом у меня в голове.

Я

— Ах ты ж сукин ты сын! — прохрипел я, сжимая кулаки. Перед глазами до сих пор видел масляную физиономию Бориса Петровича, который предложил меня умертвить.

Нет игрока, нет проблем. Всё радикально, и просто.

Но вот же тварь! Мой собственный наставник оказался не просто моим убийцей. Теперь я понял его мотивы. Большие деньги. Он стал частью всего этого садистского эксперимента, которое било больнее любого клинка.

Вся моя прошлая жизнь, турниры, бои на октагоне, смерть на ринге — всё это было лишь прелюдией к этому грёбаному шоу.

В сознании ярко-алым вспыхнул системный интерфейс.

/ВНИМАНИЕ!

Критическое изменение программы объекта 347!

Изменён ход личного времени.

Статус: Рассинхронизация с реальным ходом времени.

Новый коэффициент: 1 минута реального времени — 15 дней времени жизни объекта.

Обновление таймера…/

Я скосил взгляд в правый верхний угол зрения.

Мой с трудом заработанный капитал — 3 месяца, 12 дней, 21 час, 40 минут — таял на глазах.

В школе я учился как и все спортсмены, вполне сносно. Но что-что, а в математике шарил. Поэтому быстро вычислил, что мне осталось жить чуть больше шести минут реального времени. Это выходит, что одна секунда мне будет стоить шесть часов!

— Они ускорили таймер, — хрипло выдохнул я, глядя на склонившуюся надо мной Ингу. — Поняли, что я выхожу из-под контроля…

Ведунья ничуть не удивилась.

— Я видела их в твоей ауре, — прошелестела Инга, присаживаясь рядом. — Они хотят убить тебя. Значит, нам нужно срочно отправляться в Ревендаль. Лунный корень. Вот что поможет разорвать их связь с твоим сознанием.

— Я скоро умру, Инга. Шесть минут, — с горечью произнёс я, чувствуя, как холод начинает медленно расползаться от груди к конечностям. Уже пять минут осталось. — Мы не доберемся до Севера так быстро.

— Доберёмся, — решительно отрезала Инга. Она резко обернулась к дочери. — Нимиус, Астрид! Срочно активируй его! Нам нужен пространственный переход.

Астрид с ужасом посмотрела на свою сумку, откуда доносилось слабое потрескивание.

— Он почти истощён, еле теплится энергия, — дрожащим голосом ответила волшебница, доставая пульсирующий куб. — Энергии на столь сложный ритуал не хватит.

— Дай сюда! — Инга требовательно протянула окровавленную руку.

Астрид вложила артефакт в ладони матери.

Едва Инга сжала куб, как застыла изваянием. Я увидел это. Увидел нити, которые потянулись от ведуньи к пульсирующему кубу. Инга напрямую отдавала свою жизненную силу реликвии Древних.

На моих глазах женщина начала стремительно бледнеть и… стареть. Кожа плотнее обтянула череп, волосы поседели.

Астрид с плачем бросилась к матери, подхватывая падающее тело. Нимиус засиял, он уже напитался силой ведуньи, вспыхнул белым светом.

Инга тяжело привалилась к груди дочери. Её губы едва шевелились.

— Создавай портал… — прошелестела ведунья, глядя на Астрид потухающим взглядом. — Ты знаешь. Если Ворон умрёт сейчас, мы все погибнем. Творцы сотрут нас… Делай…

— Но как⁈ — в отчаянии закричала Астрид, прижимая мать к себе. — Нимиус на такое не способен!

— Способен, — прохрипела Инга. — Я отдала достаточно сил для этого. Только сделай вот что…

Ведунья из последних сил притянула дочь к себе и зашептала ей что-то на ухо.

Глаза Астрид округлились от шока. Она перевела неверящий взгляд на куб, затем на меня.

— Это же… это разорвет пространство, — прошептала волшебница.

Она смахнула слёзы, положила сияющий Нимиус на землю, прямо перед нами. Её пальцы быстро и уверенно легли на грани артефакта. Она с силой надавила и сдвинула две центральные пластины куба в противоположные стороны.

Раздался звук, похожий на треск рвущейся ткани.

Произошёл мощнейший выплеск серебристой энергии. В метре от нас закрутилась тугая спираль, переходящая в шелестящую воронку портала. В неё потянулись находящиеся в паре метров камешки, сучья и сухие листья.

Четыре минуты. Вот сколько оставалось до моей смерти. Я уже чувствовал её дыхание. Хотя до конца не верилось, что уже скоро всё закончится для меня в этом мире. И на этот раз я больше никуда не перемещусь.

— Все внутрь! Живо! — скомандовала Астрид, подхватывая обессилевшую Ингу под руку. Шагнула внутрь.

Дерек и Ульфи подхватили меня, и бросились следом в мерцающий провал.

Пространство скрутило меня в тугой узел, выжало, словно мокрую тряпку, и с силой швырнуло наружу.

Я потерял равновесие, упал на камни. Воздух здесь был абсолютно иным. Пропитанным запахом хвои и близкой зимы. Мы больше не на Юге.

Дерек с Ульфи меня подняли на ноги.

Вокруг нас возвышались суровые, заснеженные пики. Мы находились на высокой горе. Далеко внизу, за нашей спиной, раскинулся Ревендаль. Город, с которого начался мой путь в этом мире.

Но смотреть назад не было смысла. Главная угроза ждала впереди.

В широкой заснеженной долине у подножия горы уже выстраивалась армия.

Сотни гвардейцев в тяжёлых северных доспехах ровняли ряды, ощетинившись копьями. А в самом авангарде этого войска, тяжело переминаясь с лапы на лапу, маячили жуткие, непропорциональные силуэты горилл-мутантов и элитных Гнусов, закованных в чёрную броню.

— Это… что за жуть? — потрясённо выдохнул Ульфи, вытирая лицо от снега. Его взгляд был обращён в долину. — Я не понимаю… Почему они там никого не жрут⁈ Гвардейцы рядом с мутантами, как с ручными псами!

— Потому что они заодно, — мрачно, едва слышно прохрипела Инга. Ведунья, поддерживаемая Астрид, с трудом держалась на ногах. Хотя уже восстанавливалась. Морщины на её лице разглаживались. — Все они служат одному хозяину. Все они марионетки Системы.

Инга тяжело сглотнула, обвела взглядом заснеженный лес, подступающий к склону горы, и внезапно отстранилась от дочери.

— Я скоро, — бросила она.

Ведунья сорвалась с места и растворилась в густом ельнике. Она отправилась на поиски спасительной травы.

А у меня осталось всего две минуты.

Астрид замерла, мерцая глазами. Дерек, Ульфи и Свен достали оружие, как и остальные свободные. Внизу, в долине, грозно заревел рог. Армия Системы пришла в движение, не спеша двигаясь в нашу сторону.

Я сидел на заснеженных камнях, затем упал на спину. Мир вокруг начал стремительно терять краски, покрываться серой и довольно мутной рябью.

Контуры воинов, вставших впереди, расплылись пятнами. Звуки потеряли резкость. Голоса друзей, зовущих меня, доносились словно сквозь многометровую толщу воды.

Холод. Пробирающий до самых костей. Вот что я чувствовал в последние мгновения своей жизни. Абсолютный холод, который словно заполнял вены, вытесняя кровь.

В угасающем сознании я наблюдал меняющиеся сообщения Системы.

/Оставшееся время жизни — 18 часов…/

Я попытался ухватить рукоять меча, но так и не смог.

/Оставшееся время жизни — 12 часов…/

Щека коснулась снега. Дыхание почти остановилось. Мышцы расслабились, принимая неизбежное.

/Оставшееся время жизни — 6 часов…

ВНИМАНИЕ!

Запущен необратимый процесс.

Вы умираете…/

Я вслушивался в биение умирающего сердца, но не хотел мириться с этим.

—

— ПЕЙ! — пронзительный крик Инги буквально прорезал звенящую пустоту.

С невероятным усилием я заставил челюсти разомкнуться. И тут же почувствовал во рту обжигающую жидкость.

— Ту-тук… — отозвалось сердце. В последний раз.

Глава 19

Я погружался во тьму. В ней не было ничего. Ни звука, ни запаха, лишь тягучая и маслянистая субстанция вокруг.

Сознание моё, на удивление, ещё не угасло.

А затем вокруг послышались голоса. Знакомые и не очень. И следом будто кувалдой в грудь врезали. Боль прокатилась от грудной клетки, распространяясь по организму.

Я судорожно вдохнул. Затем ещё раз.

Я живой!!! Всё ещё живой, несмотря ни на что!

От горечи травяного варева Инги пылало во рту. Сердце, которое секунду назад замерло в ожидании конца, теперь с болезненной силой колотилось о рёбра, разгоняя на мгновение замершую кровь.

— Дыши, Ворон. Давай же, дыши, — раздался над ухом звенящий голос Астрид.

Я опёрся на локти, сел, и первым делом мысленно вызвал интерфейс. Не знаю, поможет ли мне это. Обычно Система не откликалась. И вообще, есть ли ещё Система?

В сознании мелькнуло сообщение:

/ЗАПРОС УДОВЛЕТВОРЁН!

Оставшееся время жизни: 0 часов 42 минуты/.

Сорок две минуты. Я криво усмехнулся, утирая пот со лба.

Зелье Инги разрушило накрученный ход времени. И сработало за долю миллисекунды до того, как Система должна была окончательно меня отключить. А затем эта доля милисекунды пересчиталась в обратной пропорции.

Итого получилось более сорока минут жизни в этом мире. Этого более чем достаточно, чтобы…

Я вспомнил то, что увидел незадолго до отключки. Орда в долине, гвардейцы, толпы монстров. Их было достаточно, чтобы нас сравнять с землёй.

— Слава всем богам, я успела. С возвращением, Ворон, — произнесла Инга, и я встретился с ней взглядом.

Глаза ведуньи искрились, а напряжённая улыбка не сходила с лица. Я кивнул ей, и она ответила тем же, переводя взгляд туда, откуда доносился шум подступающей орды.

Опираясь на меч, я тяжело поднялся на ноги. Свен и Дерек подхватили меня, не сводя хмурых взглядов с долины.

Армия Системы не стояла на месте. Гвардейцы конунга вперемешку с рычащими мутантами Скверны уже заняли половину долины и весь склон горы. Воздух гудел от их криков, рычанья, лязга мечей и доспехов.

Я понял, что могу посмотреть ещё дальше. Вгляделся, прищурился. Элитный уровень давал о себе знать. Зрение сработало подобно оптическому прицелу.

Взгляд устремился за спины атакующей орды, во вражеский тыл.

И то, что я увидел, заставило меня замереть. Позади копошащихся Гнусов и северных воинов, на холме, располагалось нечто абсолютно чужеродное для средневекового мира.

Там стояли люди не в кольчугах, не в латных доспехах. Они были закованы в композитную броню матово-чёрного цвета, с закрытыми шлемами. Из холма, словно стальные грибы после дождя, хищно торчали дула турелей, стволы массивных пушек.

Чуть выше небольшая скала, которая была мне хорошо знакома из видения. А на ней идеально гладкая площадка. И на этой смотровой платформе мелькали две фигуры, которые наблюдали за готовящейся бойней.

Даже с такого расстояния я узнал тренера, Бориса Петровича, по его слегка сутулой фигуре.

— Это пришельцы? А может… боги? Там, впереди, — услышал я голос Дерека сбоку. Он смотрел через подзорную трубу. — Я вижу их.

— Это не боги, Дерек, — тихо произнёс я, не отрывая взгляда от металлической платформы. — Обычные люди в броне и с оружием не из нашего мира.

Инга подошла к нам.

— Убежище Творцов, — произнесла Инга. В её голосе не было ни капли страха или удивления. Лишь накопленная за годы ненависть, которая теперь выплеснулась наружу. — Там находятся те, кто управляет этим миром. Те, кто дергали за ниточки королей и конунгов, кто пускал пыль в глаза каждому жителю, выставляя нас, свободных, грязными сектантами, а мутантов Скверны — божьей карой. Мы, наконец-то, нашли их. И пришли свершить правосудие.

Не стану ждать, пока эта армада доползёт до нас. Таймер тикал. И я собирался потратить эти сорок минут с максимальной отдачей.

Я сделал запрос на «Мощь Титана». И Система откликнулась сразу.

Не знаю, что сделало зелье Инги. Может убрало ограничивающие внутрисистемные блоки, которые вкладывали те, кто прописывает код, или ускорило адаптацию тела к элитному уровню. Но я сразу же после команды почувствовал, как увеличиваюсь в размерах. Ткань туники, и правда, с характерным треском разошлась на спине и плечах. Дерек так и замер, таращась на меня, ставшего выше ещё на десять сантиметров минимум. Ульфи шарахнулся в сторону, охая. Вгляделся в меня испуганно поблескивая выпученными глазами.

А я не просто чувствовал силу, я сам стал ею.

— Иди, Ворон. Покажи на что способен на самом деле, — услышал я голос Инги рядом.

С громким, почти звериным рыком я рванул вниз по склону. А за мной сошла моя армия. Все свободные, которых уже насчитывалось более тысячи, сорвались следом.

Добрался я до первой волны горилл довольно быстро. Бег превратился в галоп, каждый шаг был равен прыжку.

Через несколько секунд я врезался в передовые ряды мутантов, словно разогнавшийся локомотив. Подо мной захрустели кости хрипящих горилл, меч мелькал в воздухе срезая монстров, словно коса срезает траву.

Первого же элитного Гнуса, попытавшегося остановить меня костяным посохом, я просто разрубил пополам вместе с бронёй.

Следом мой меч врезался в плотный щит второго Гнуса, завяз в нём. Но он был мне не нужек. Я бился в толпе тварей, ломая позвоночники, круша черепа, голыми руками разрывая плотную чёрную чешую.

Монстров было слишком много. Они накатывали со всех сторон бесконечными волнами, давя массой. В какой-то момент, стоя на горе из поверженных врагов, я споткнулся. На меня навалился десяток визжащих горилл.

Я продолжал пробивать черепа, ломать грудные клетки и позвоночники, отбивать удары и вновь проводить контратаки.

В какой-то момент меня повалил на спину, сверху навалились туши поверженных от моей армии существ. Стало нечем дышать. Общий вес вдавливал меня, тянул к земле и грозил раздавить словно пресс.

Я будто в ловушке оказался. Сверху падали всё новые тела, и давление только усиливалось.

/ВНИМАНИЕ!

Вами убито 543 изменённые гориллы, двенадцать Гнусов, пять элитных Гнуса.

ПОЛУЧЕНО УНИКАЛЬНОЕ ДОСТИЖЕНИЕ! «КОРОЛЬ МИРА!»

ПОЛУЧЕН ФИНАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ! ИСТИННЫЙ ТИТАН!

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +100% от полученных часов жизни.

Улучшена способность «Мощь титана» до максимального значения.

Описание: кратковременное увеличение физической силы на 1000%. Длительность: 10 минут. Откат: 1 минута

Награда за достижение, за убийства монстров, учитывая бонус за повышенный уровень: +120 лет 9 месяцев 5 дней 11 часов 47 минут жизни! /.

Ох-хо-хо-о! Вот так поднялся! Сто двадцать, мать его, лет! С ходу!

От эйфории затуманился рассудок, настолько я был счастлив. Но вот проблема. Я по-прежнему не могу выбраться. И так же не хватает воздуха.

И в

/ВНИМАНИЕ!

Условия для трансформации выполнены!

Трансформация произойдёт через:

5…

4…

3…/

Эти пять секунд показались для меня вечностью. От недостатка кислорода закружилась голова. Но я выдержал. А затем…

Волна энергии прошла через меня, насыщая и придавая такой силой, что я сжал кулаки, зарычал и рванул вверх. Туши разлетелись в стороны, словно тряпичные куклы. Я выскочил, утирая тёмную кровь с лица, и продолжил свой путь, добираясь до гвардейцев.

/Теперь ваши кости крепче в 10 раз от исходного значения.

Тело выносливей в 10 раз от исходного значения.

Изворотливость от физических атак улучшена в 7 раза от исходного значения.

Бонус — иммунитет от магических атак — 20%, во время действия «Мощи титана» — 90%.

Регенерация — +30% от базового уровня, во время действия «Мощи Титана» — 90%.

Открыт доступ к прямому взаимодействие с ядром Титана!

Открыт навык «Истинное зрение»!

Общая продолжительность жизни: 120 лет 9 месяцев 5 дней 12 часов 13 минут жизни./

Я проламывался сквозь строй, помогая армии свободных в битве. Кругом падали ледяные стрелы, лязгала сталь, взрывались огненные шары, падая на землю и поджигая мутантов и гвардейцев.

Я кажется понял, что за навык я открыл. Гвардейцы, умирая, рассыпались на код. Это были не живые люди! Очередное порождение Системы.

А затем я нашёл свой меч, вырвал его из щита Гнуса и рванул к скале. Турели закрутились, готовые выплеснуть град крупнокалиберных пуль. Пушки уже наводились в сторону свободных. Солдаты в бронежилетах суетились, занимая позиции на каменной площадке.

Скоро все здесь лягут, все те, кто сражается вместе со мной. Если я не успею.

Что ж, время переходить к главному блюду.

В три гигантских прыжка я преодолел расстояние до позиций «современных» солдат на пригорке. Турели развернулись, ожили, выплёвывая свинцовый шквал.

Крупнокалиберные пули впивались в мое тело, но для меня это были лишь занозы. А регенерация работала на пределе, мгновенно выталкивая свинец наружу, и затягивая раны прямо на глазах.

Я ворвался на позиции солдат. Меч, направляемый рефлексами Ворона и помноженный на силу Титана, творил грандиозные вещи.

Я комбинировал финты из ММА с классическим фехтованием. Уклонился от снаряда, проскользнул под стволом бронемашины и одним чудовищным круговым взмахом сияющего клинка разрубил её пополам.

Моя смертельная жатва продолжалась не более пяти минут. За это время я уничтожил всю огневую мощь, которая прикрывала хозяев Системы.

Уцелевшие бойцы и люди, бросились к закрывающимся тяжёлым створкам входа в святая святых. Вот он вход в Гнездо. И я должен успеть.

По пути разбрасывая во все стороны тех, кто мешал пробиться вперёд, я всё же добрался до дверей. Ворвался плечом вперёд, буквально вырывая створки вместе с вмурованным в скалу косяком. Вся громада упала, придавливая нескольких людей в строгих серых костюмах.

А затем я добрался до большого шкафа, от которого выплеснулась сияющая энергия. Портал, и перед ним несколько паникующих богатеев. Меч сделал своё дело за несколько секунд, останавливаясь лишь на генераторном шкафу, разрезая его как ломоть хлеба.

Портал потух, внутри разрубленного шкафа заискрило, коридор наполнился едким дымом. А я прошёл по комнатам, уничтожая всех, кто в них находился, экраны, оборудование, пульты управления.

В итоге осталась лишь одна комната. Та, которую я увидел в своём последнем видении.

— Эй, ты зря так спешишь, дружище! — услышал я за спиной.

Из дыма, застилающего коридор, показался тот, кого я и ждал.

Олаф, вполне себе живой, здоровый и радостный.

Его тело светилось от переполняющей энергии, а лицо исказила маниакальная улыбка.

— Я же говорил! — закричал блондин, перекрывая шум боя позади, и указывая на меня окровавленным мечом. — Мы ещё не закончили!

Я тяжело выдохнул, чувствуя, как мышцы расслабляются. «Мощь титана» исчезла.

Откат одна минута. Замечательно.

— Олаф, очнись, — спокойно ответил я, опуская клинок. — Всё кончено. Система обречена. И те, кто её создал тоже. Ты всё равно ничего не добьёшься.

— Но ты забыл про нашу дуэль, — Олаф продолжал идти ко мне, помахивая мечом.

— Хватит смертей. Просто уходи, и я тебя не трону. Живи, — продолжал я.

Лицо Олафа превратилось в звериный оскал. Он сжал рукоять меча, занял боевую стойку, расставив ноги.

— Живи… Ха! Ублюдок, — прошипел он. — Ты отнял у меня отличную жизнь, разрушил все планы, и думаешь, что я это забуду⁈ Ты потратил свою способность. Теперь ты пустой. Вот и посмотрим, из чего ты сделан. В буквальном смысле.

Я молча поднял меч, принял стойку.

— Как пожелаешь, — холодно произнёс я. — Шанс у тебя был.

Мы сошлись в жёсткой дуэли. Только сталь, рефлексы и ненависть.

Олаф был невероятно быстр. Его меч то удлинялся в полёте, словно гибкая спица, грозя добраться до моего лица, то его навершие раздувалось, превращая клинок в тяжелый боевой молот, обрушивающийся сверху.

Я парировал, уходил сайд-степами, работал на контратаках. Лязг стали высекал фонтаны искр. Но Олаф постоянно вытеснил меня к краю платформы. Очередной удар молота я принял в жёсткий блок, а затем клинок блондина удлинился, скользнул по моему лезвию и острым жалом вошёл мне в живот, затем ещё раз.

Я сдавленно хрипнул, выплёвывая кровь на металл платформы. Упал на колено, опираясь на меч. Олаф торжествующе расхохотался, собираясь провернуть клинок.

Он стал невероятно сильным. Его прокачали. Ну а я… я всего лишь Титан. Ха-ха!

— Я сделал тебя, Ворон, — хохотнул он. — Сделал!

Минута прошла, и я вновь запустил способность.

Мышцы мгновенно налились абсолютной силой. Регенерация закрыла раны.

Олаф отшатнулся, таращась на меня в полном неверии.

— Нет! — заорал он. — Это невозможно! У тебя должен быть откат! Ты кто такой⁈

Я не стал ничего объяснять. Молниеносный выпад. И моя рука пробила его грудную клетку, ломая рёбра, словно сухие ветки. Пальцы сомкнулись на пульсирующем сердце и с силой вырвали его наружу.

Олаф рухнул на колени, но не умер. Тело блондина расплылось, теряя очертания. Грудь заросла тёмной кожей. Он обратился в густую тень с горящими глазами. Бросился вперёд.

Через секунду тень материализовалась, нависая надо мной в виде огромного, бесформенного чудовища, сотканного из Тьмы и ненависти. Но что он мог сделать против Титана?

Я отбросил меч. Шагнул навстречу монстру, обхватил его руками и с первобытным ревом разорвал его пополам.

Две черные половины с визгом растворились в воздухе, исчезая бесследно.

В повисшей тишине перед глазами сухо мигнуло последнее системное сообщение:

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы победили объект № 211 мирового турнира.

Уничтожили тёмную сущность.

Награда: + 5 лет жизни.

Дополнительный бонус за уничтожение монстра: +2 дня жизни.

Дополнительная награда за увеличение бонуса за повышенный уровень: + 5 лет 2 дня жизни.

Общая продолжительность жизни: 130 лет 11 месяцев 9 дней 22 часа 07 минут жизни/.

Покончив с Олафом, я вернулся внутрь скрытого убежища. Деактивировал Титана, перехватил поудобней меч

Оставалась лишь одна комната, откуда уже слышались приглушённые испуганные голоса.

Заскочив внутрь, я оказался внутри стерильного и залитого холодным светом зала. На экранах царил хаос. Они тревожно мигали, пол был усеян распечатками с данными.

Я сделал два широких шага, мёртвой хваткой ухватил за шкирку сутулую фигуру, пытающуюся скрыться за рядом серверов. Приставил меч к его горлу, повалив на пол.

Борис Петрович. Мой тренер. Его некогда надменное лицо сейчас перекошено от ужаса, а седые волосы растрепались. Рядом с ним, вжавшись в металлический шкаф, мелко трясся щуплый, невзрачный человек в очках и лабораторном халате.

— Моя смерть ничего не решит, Максим! — в отчаянии зарычал тренер. — Ты домой всё равно не вернёшься, понял⁈ Не сможешь! Ты уже разрушил портал. Мы все здесь заперты. Навечно.

Он дёрнулся, а я прижал клинок к его горлу чуть сильней. Тренер зашипел, струйка крови потекла из-под лезвия, скрываясь за воротником.

— Рассказывай, ублюдок, — процедил я.

— Да, я отравил тебя. Перед титульным боем. И ты сам уже знаешь почему! Контракт! Ставки были слишком высоки, меня заставили! — выплёскивал тренер. — Но ты и тут всё сломал! Ты всё разрушил, дерьма кусок! Моё шоу! Все деньги что я вкладывал! Всё мои деньги!..

Я молча, не мигая смотрел в его продажные налитые кровью глаза. Злость ушла. На душе остался лишь холод.

— Даже если бы я мог… Мне незачем возвращаться домой, — холодно ответил я. — Мой дом теперь здесь.

Тренер вдруг обмяк, его плечи поникли. Спесь испарилась, уступив место инстинкту самосохранения.

— Ты ведь… Максим… ты ведь сохранишь нам жизнь? — жалко съёжившись, проныл Борис Петрович. — Мы же свои. С Земли. Я ведь сделал из тебя чемпиона.

Я брезгливо убрал меч от его горла, посмотрел на сжавшегося в углу человека в халате.

— А это что за чёрт? — бросил я.

— Мой помощник! Техник! — выпалил Борис Петрович, поднимаясь на ноги и вытирая кровь с шеи. — Он просто нажимал кнопки, он ни в чём не виноват! Клянусь!

— Нет. Он лжёт.

В проём выломанной двери вошла Инга. Ведунья тяжело опиралась на посох, лицо её было осунувшимся от потраченных сил, но взгляд, брошенный на трясущегося очкарика, был острее любого клинка.

— Это не его помощник, — безапелляционно заявила Инга. — В его голове тьма и код этого мира. Именно он создал Систему. Он Творец Скверны.

Невзрачный человек в халате затравленно пискнул и машинально кинулся в коридор, к порталу. Но там его не было. Лишь груда дымящегося оборудования.

— Говори, — процедил я. — Мне нужно знать всё.

— Я… я создал код… нашлись спонсоры… Они… они не афишировали себя, — заблеял побледневший щуплый мужичок.

Далее я узнал всё, что нужно. Как могущественные корпорации той реальности, в которой я существовал до этого, находят миры, вроде этого. Неразвитые, но обязательно с магией. Обкатывая секретные технологии и биологическое оружие, они строят лаборатории, где проводят жуткие эксперименты над животными и людьми и клепают из них монстров. Используют их как элемент шоу.

Затем я услышал, как используют магические потоки, чтобы клепать армию для высокородных господ, гарантируя им власть и нашёптывая об угрозе со стороны млечников. И как закидывают в такие миры бойцов, вроде меня. Тех, кто может поднять рейтинги трансляций и отчаянно пытается выжить. Шлёпают серийные номера, обзывая объектами, ставят ментальные чипы, вроде пространственных видео-камер, затем внедряют чипы Системы и следят за развитием, вооружившись попкорном.

К тому же создатель Системы, трясясь как осиновый лист и запинаясь рассказал о том, сколько денег я приношу спонсорам проекта и тем, кто делает ставки. Все они, собрались в этом мире, чтобы воочию посмотреть на эпохальную битву. И не успели уйти.

Не учли они, что сама природа воспрянет против мутантов и геноцида тех, кто просто хотел жить. В мире и спокойствии.

Я услышал достаточно. Моя рука метнулась к рукояти. Одно неуловимое движение. Сталь со свистом рассекла воздух. Зачем тратить время на пафосные речи или смакование мести?

Клинок вошёл в плечо Создателя Системы, доставая до сердца. Я тут же вырвал меч, и тело упало на пол, заливая стерильный пол свежей кровью.

Я хотел задвинуть меч в ножны, затем бросил взгляд в сторону двух стеклянных камер. В них шевелились жуткие монстры. Несколько глаз, усыпанные на осьминоговых головах, и щупальца с клацающими челюстями.

Подошёл я к тренеру, взглянул сверху вниз. Борис Петрович стоял на коленях. Его трясло мелкой дрожью, по щекам текли слёзы. Он с ужасом смотрел на разрубленного Творца.

— Ворон… Максим… сы-сынок, — заикаясь, забормотал он. — Ты ведь не тронешь меня? Я же… я просто менеджер. Это моя работа. А ты… смотри каким ты стал… Я помог тебе развиться. Это же я уговаривал их увеличивать тебе очки жизни. Если бы не я…

— Заткнись, — процедил я, кое-как справляясь с гневом. — Ты отнял у меня всё, что мне дорого. И теперь бьёшь себя в грудь и говоришь о какой-то помощи? Подонок.

— Да, я подонок… Все мы подонки, — бормотал тренер, топая за мной на коленях. — Макс, ты бы тоже им стал, окажись на моём месте.

— У каждого из нас есть выбор, — мрачно заключила Инга.

— Есть, конечно. И я выбрал жить. Мне приставили пистолет к голове. Они хотели убить меня… — продолжал давить на жалость Борис Петрович, унижаясь перед нами и ползая в луже крови Создателя Системы.

Он уцепился за мою тунику, но я резко отошёл, позволяя тренеру упасть на пол.

— Ты не тронешь меня? Макс! Посмотри на меня! — зарыдал тренер. — Не тронешь?

Я уже всё увидел, что мне надо. Ещё две камеры. В них такие же бледные пульсирующие комки плоти извивались длинными зубастыми щупальцами.

— Я тебя не трону, Борис Петрович, — тихо произнес я. — Но насчёт них не ручаюсь.

Я подошёл к консоли, нажал большую красную кнопку с надписью «Открыть».

Стекла инкубаторов с шипением поползли вверх, выпуская мутную жижу на пол. Твари с щупальцами, почуяв запах свежей крови, с противным хлюпаньем начали выбираться наружу.

Я развернулся и спокойно направился к выходу из бункера, в компании Инги и подошедшей Астрид.

— Не-е-е-ет! Максим, стой! — завопил тренер. — Помог… Абл-л-хр-бл-л…

Затем я услышал хруст разрываемой плоти, чавканье сотен острых зубов. Несколько млечников запечатали вход за нами. Взмахнули руками, и каменный свод обрушился, закрывая навсегда всё, что было внутри, хороня остатки Системы и её создателя навсегда.

Битва была закончена. Я шёл в компании моих довольных соратников. Ульфи тараторил без умолку. Так болтал, что даже

Рядом со мной Астрид в компании со Свеном и Ингваром. Оказывается вот тот мужчина, о котором она говорила. Тогда, на «Мурене». Только сейчас они открыли карты. И я понимал, почему. Инга не очень радушно посматривала в сторону Свена. Видно хотела, чтобы её дочь вышла за одарённого. Но это выбор дочери, и ведунья почти смирилась.

Млечники вели с собой конунга Хрольфа, который посапывал разбитым носом, и всё угрожал, что нас всех сожгут на кострах. До него ещё не дошло, что всё кончено.

Я шёл вперёд, и чувствовал лёгкость и пустоту. Очень непривычное чувство. Я каждый день выживал в этом мире, рисковал своей жизнью, зарабатывал минуты, часы жизни, чтобы продлить своё существование здесь, в этом удивительном мире.

А тот мир, мой родной, где я родился и вырос… Я смирился, лишь вспоминал с теплом на сердце своих близких. Но эмоции притупились, горечь от осознания, что я не вернусь, исчезла. Я живу здесь. И есть те, кто меня поддержит и поймёт.

Мы продвигались всё дальше, к Древу Жизни. Притом лес вокруг казался, как и прежде, обычным. Сосны, покрытые мхом валуны, хрустящий под ногами редкий снег. Но Инга, идущая чуть впереди с закрытыми глазами, вела нас по невидимой тропе, известной лишь ей одной.

Затем вся наша процессия остановилась на краю широкой прогалины, усеянной мелким щебнем.

— Мы на месте, — тихо выдохнула ведунья.

Она подняла руки, начала шептать слова на древнем языке. Воздух над прогалиной задрожал, пошёл волнами, словно над раскалённой жаровней. Иллюзия, скрывавшая истину веками, начала таять.

Древо Жизни проявилось буквально из пустоты. Оно было исполинским, не уступая в размерах Великоясеню. Но его листва не была зелёной, или темной. Крона Древа пылала ярко-красным цветом, словно была соткана из миллиардов языков холодного пламени. От ствола исходило успокаивающее тепло.

Астрид, сжимая в руках потухший куб Нимиуса, подошла к подножию Древа. Волшебница опустилась на колени и бережно положила древнюю реликвию прямо к переплетению корней.

Древо мгновенно отреагировало. Земля тихо вздохнула. Корни пришли в движение, неспешно оплетая металл. Спустя мгновение Нимиус был полностью поглощён и затянут глубоко под землю.

В ту же секунду красная крона исполина вспыхнула нестерпимо ярким светом.

Во все стороны расплескались миллионы тонких, светящихся нитей. Одна из них, быстрее молнии, скользнула ко мне и мягко коснулась лба.

Я замер, оглушенный потоком информации.

Перед моим внутренним взором с невероятной скоростью пронеслась вся истинная история этого мира. Я увидел войну древних королей, расколовшую континент. Увидел, как в этот мир вторглись чужаки, создавая лаборатории, чтобы держать население в страхе. И как изощрённо они плели паутину лжи, демонизируя одаренных млечников, постепенно превращая Свободных, тех, кто мог помешать их грязным делишкам, во врагов этого мира.

Теперь я знал всё.

Когда видение рассеялось, я тяжело выдохнул, оседая на камни. Заметил лишь, как конунг Хрольф удивлённо таращит глаза, понимая расклад.

К вечеру на поляне перед Древом собралась огромная толпа. Свободные, выжившие контрабандисты, наёмники и просто те, кто услышал зов магии и пришёл сюда, чтобы увидеть своими глазами это чудо.

В центре стояли мы пятеро. Новый Совет этого мира. Инга, Астрид, Берт, Мистраль и я.

К подножию Древа подвели связанного конунга Хрольфа. Млечники заставили его подняться на ноги. Владыка выглядел разбитым. Он узнал всю правду, то, что скрывали и от него.

Хрольф обвел взглядом напряжённую толпу. Растерянный, озадаченный, он заговорил.

— Было много боли и смертей, — хрипло начал конунг. — Нас обманывали. Мы забыли истинную историю наших предков. Я… сам стал заложником этого дикого вранья! Меня воспитывали с детства, вдалбливая в голову ложь о магии свободных. Это зло, вот что я впитывал в себя с детства. Но теперь я знаю.

Он выпрямил спину, оглядел толпу.

— И впредь будет по-другому! — громко заявил Хрольф. — С этих пор нет сектантов, нет млечников, и нет больше вражды между нами! Теперь мы все… Единый… Народ!

В толпе раздались редкие радостные возгласы, но большинство Свободных встретило речь конунга тяжёлым молчанием. Ему не верили. И я понимал их. Эти люди столетиями жили в страхе, привыкая к тому, что их ненавидят и сжигают на кострах. Им было слишком сложно в одночасье поверить в лояльность того, кто ещё недавно хотел отправить на костры их братьев и сестёр.

Инга, почувствовав повисшее напряжение, сделала шаг вперёд. Ведунья хитро прищурилась, глядя на конунга.

— Конунг Хрольф также хочет добавить, — громко, на всю поляну объявила она, — что в знак примирения каждый Свободный получит удел! В один гектар плодородной земли! И стартовый взнос в сто золотых на развитие хозяйства!

Хрольф поперхнулся воздухом, округлил глаза.

— Да где ж я такие деньги возьму⁈ — тихо, чтобы слышали только мы, запыхтел конунг. — Казна пуста после подготовки к Празднику Огня!

Я наклонился к нему и спокойно подсказал:

— Привлеките ярлов, других высокородных господ. Объясните им всё, приободрите.

— Не все согласятся, — возразил он.

— Кто не поймёт, конфискуйте имущество в пользу короны, — произнёс я.

Конунг обречённо вздохнул, затем посмотрел на толпу и натянул улыбку.

— Всё верно! — воскликнул он. — Так и будет! Земля и золото каждому!

Вот теперь толпа оживилась, затем радостно приветствовала инициативы конунга. А затем пришла пора и мне принимать почести.

Десятки рук потянулись ко мне. Восторженные люди подхватили меня, Избранного, который помог избавиться от гнёта, и с радостными криками начали качать, подбрасывая в ночное небо.

Спустя несколько часов мы вернулись в город.

Я шёл по знакомым заснеженным улицам Ревендаля. Город жил своей обычной жизнью, но атмосфера уже не была мрачной. Да и на улицах я замечал больше народа.

Древо Жизни дотянулось до каждого. Все узнали правду, как и о победе над врагами. Хотя есть ещё много инкубаторов, где выращивают мутантов. Их надо найти и уничтожить.

— Она ошалеет, когда увидит, — засмеялся Дерек, когда мы подходили к его дому. — Посмотришь.

Я прошёл знакомый поворот, и увидел Бейлу. Она куталась в тёплую шаль, вышла на крыльцо, подметая его. Девушка подняла глаза и замерла, словно увидела призрака. Выронив из рук метлу, она сорвалась с места. Побежала ко мне со всех ног, всхлипывая на ходу.

Я подхватил её на лету. Мы слились в крепком и долгом объятии. Бейла плакала, причитала, уткнувшись носом мне в плечо, а я просто дышал запахом её волос, чувствуя, как окончательно уходит напряжение последних недель.

— Живой… — всхлипывала она. — Я знала, что ты вернёшься, Ворон.

Позади раздалось деликатное покашливание.

Я обернулся. В нескольких шагах от нас стояла знакомая компания. Толстяк Менелей, торговец Вигмар, пара хмурых охотников.

Из группы вперёд

— Только сделал его, а ты взял и исчез куда-то, — усмехнулся Скаур. — Вот, принимай трофей.

Я с благодарностью забрал амулет, крепко обнял охотника.

— Рад видеть вас всех в добром здравии, обратился я к собравшейся компании.

— Если хоть половина слухов, что доходят с Юга, правда… — произнёс Вигмар, — нам надо крепко посидеть. И ты нам всё подробно расскажешь, Ворон.

Сзади подошел Дерек, закидывая двуручник на плечо. Ветеран хитро прищурился.

— А я добавлю то, о чём этот скромник умолчит, — пообещал брат Бейлы.

Из-за спины Дерека тут же вынырнула лохматая макушка Ульфи. Куда уж без него.

— И есть моменты, которые они оба вам не расскажут! — радостно заявил парень, потирая руки. — Так что я тоже с вами. Там такие истории, аж волосы дыбом!

Менелей довольно пригладил объёмный живот, махнул рукой в сторону своей корчмы.

— Ну, раз такое дело! — провозгласил трактирщик. — Сегодня стол и выпивка за счёт заведения!

Все радостно восприняли его слова, отправились к таверне. Я приобнимал Бейлу за талию, и слушал болтовню Ульфи, который уже начал рассказывать, как я бился с Финном и Олафом на причале.

Что ж. Систему мы разрушили, хотя я по-прежнему чувствовал в себе скрытую мощь Титана. Создатель со своими приспешниками сгинули. Я отомстил тренеру, который получил то, что заслуживал.

Впереди была новая жизнь в этом мире, который нам предстояло строить заново. И впервые за долгое время я точно знал: всё будет хорошо.

Пять лет спустя

Мы сидели на лесной поляне, скрытой от посторонних глаз густым кольцом вековых дубов. Тёплый южный ветер приносил с собой аромат полевых цветов, лениво шуршал высокой травой и ветвями кустарников. Одно наслаждение сидеть и никуда не спешить, не бежать и не махать мечом, стараясь выжить во что бы то ни стало.

Прошло пять лет с того дня, как было разрушено Гнездо, и мир навсегда изменился. Костры инквизиции погасли, а Свободные наконец-то вышли из тени, заселяя города и деревни. Годы ушли на то, чтобы залечить раны, нанесённые столетиями ненависти и лжи, но теперь Север и Юг дышали свободно.

Всё это время мы кропотливо очищали мир от скрытых лабораторий. Без помощи Инги, которая нас направляла, сделать это было бы гораздо труднее. Но недавно последняя лаборатория была уничтожена. И на этом мы поставили жирную точку.

Я сидел на траве, обнимая Бейлу. Моя жена довольно щурилась на солнце, прислонившись спиной к моей груди.

Чуть поодаль, расстелив широкий шерстяной плед, расположились Астрид и Свен.

Неподалёку, беззаботно смеясь, носились по траве дети. Наш трёхлетний сорванец и их дочурка, на год старше. Ингвар в это время сопровождал груз Вигмара. Всё же я уговорил торговца взять его охранником. Парень окреп, да к тому же мы со Свеном настаскали его по владению мечом так, что горе тем мародёрам, кто выйдет против него.

Звонкие детские голоса эхом разносились по поляне. Мир, который мы отвоевали, наконец-то обрёл покой.

Бейла повернула голову, лукаво взглянула на меня из-под полуприкрытых век.

— Знаешь, а ты ведь самого главного так и не рассказал, — шепнула она мне на ухо.

— Да? — я приподнял бровь, изображая искреннее удивление. — Мне казалось, за эти пять лет Ульфи разболтал в таверне Менелея вообще всё. Вплоть до того, какого цвета были портянки у конунга Хрольфа.

— Я не про Ульфи, — Бейла мягко улыбнулась. — Система.

Я пожал плечами, делая невинный вид, и поправил выбившуюся прядь её волос.

— Какая Система, милая? — произнёс я. — Создатель мёртв. Гнездо разрушено, а последний рассадник Скверны мы уничтожили неделю назад.

Бейла игриво, но довольно ощутимо ущипнула меня за бок.

— Не придуривайся, Ворон, — хихикнула она. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Твоя Система. Эта твоя магия, которая делала тебя таким… большим. Ты же Титан? Или уже нет?

— Кстати да, — поддержала её Астрид, прищурившись. — Я всё задаюсь этим вопросом. Если Система уничтожена, то эта сила исчезла вместе с ней?

— Странные у вас вопросы, барышни, — заметил Свен, решив прийти ко мне на помощь. — Откуда же он знает? Да и какая разница? Ворон так орудует мечом, что я даже иногда завидую.

Я тепло ухмыльнулся в ответ.

— Я обычный человек, — спокойно ответил я, глядя в глаза Бейлы. Затем выдержал короткую паузу и добавил, понизив голос до бархатного шёпота: — Но для тебя, если захочешь… могу быть и титаном.

Бейла звонко рассмеялась.

— Дурачок, — вновь ущипнула она меня, теперь уже за руку.

— Я Тита-а-ан! — зарычал я. — Бойся меня!

Наклонился к смеющейся супруге, крепко поцеловал её. Бейла отстранилась, когда услышала крик нашего сына, который споткнулся о корень.

— Осторожней там, Макс! — крикнула она ему. — Слышишь? Смотрите под ноги!

Бейла поднялась, пошла к сыну, который шипел, потирая содранную коленку.

— Ох уж эти мамочки, — улыбнулся Свен, поднимая чарку эля и чокаясь со мной. — Вечно увидят проблему там, где её нет.

— И то верно, — стукнулся я с ним глиняной кружкой. — За наших детей. За наше будущее.

Я сделал пару глотков хмельного напитка, затем лёг на спину, всматриваясь в безоблачное небо.

В сознании не было ни боли, ни напряжения.

«Статус», — отправил я привычный сигнал.

Перед моим внутренним взором развернулись спокойные, уверенные золотистые строки, подтверждая, что моя сила, вырванная из рук Творцов и привязанная к ядру этого мира, никуда не исчезла.

Я улыбнулся, глядя на свой статус.

/Статус объекта: Истинный Титан.

Общая продолжительность жизни: 126 лет 5 месяцев 22 дня 11 часов 34 минуты/.

Времени было предостаточно. И я собирался прожить каждую секунду по собственным правилам. По своей Системе, которую контролирую сам. И горе тем, кто посмеет вторгнуться в этот мир и попытается его изменить под себя.

К ним придёт Титан, и это будет последнее, что они увидят в своей никчёмной жизни.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на«Анонимность».

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Системный боец 2