Шахматы

Глава 1

Некий махарадж чтил справедливость и каждое утро выслушивал ищущих её. Однажды заметил что, довольно часто, припадает к его стопам аскет почтенного возраста в пыльном, обветшалом одеянии. Не отрывая взгляда от пола, тот славил бытие под покровительством мудрейшего. Умело вставляя в речь опасность, в виде молодого затворника из соседнего ашрама, возведшего себя в учителя. Мол, смущает грешник вредной проповедью слабые умы подданных, оскверняет гнусностью святую землю, дарованную щедрейшим для смиренной жизни люда молящего.

Заинтересовался самодержец ситуацией и велел доставить к нему грешника.

Вскоре, склонился в поклоне перед правителем молодой и приятной внешности монах, якобы грешник, ждёт, когда венценосец изволит озвучить свои мысли. Махарадж говорит, что докладывали ему и не раз, какой бесстыдник опустил перед ним голову. Но, так как он праведный владыка, то готов выслушать оправдания.

Монах посмотрел прямо в глаза махараджу и сказал, что ни к чему повторять, то, о чём уже известно. Ведь обеляясь, придётся вольно не вольно, перечислить гадкие поступки: а что сделано, то уже сделано. Поэтому вверяет себя на волю справедливого суда. Но, зная, что господин любит игру в шахматы, то просит дозволения, сделать подношение от учеников ашрама.

И подаёт искусно вырезанную шкатулку, а в ней фигурки шахмат… да такие… что правитель залюбовался…

Естественно прозвучал вопрос, играет ли он в шахматы? Грешник кивнул в знак согласия. Самодержец распорядился принести игральную доску, предлагая дарителю сразиться в партию. Так как опыт показывает, что первая игра случайность, вторая – стратегия, а третья – битва, соответственно, ведут три партии.

За игрой махарадж, про между прочим интересуется, чем затворник занимается. В ответ прозвучало, что когда монах свободен от обязанностей, то играет с послушниками в шахматы.

– И в чём твоя обязанность? – поинтересовался повелитель.

– Пытаюсь учить своё сознание наблюдать и размышлять, – ответил монах.

Повелитель почесал седую бороду и завёл беседу о том… о сём…

Советник же, сопящий за спиной хозяина, прошептал на ухо, что не изволит великий гневаться, но партию проигрывает ничтожному грешнику. Усмехнулся тот, дескать, один проигрыш для умелого игрока ничего не значит.

Не достигнув успеха во второй партии нахмурился, и с разговорами приутих...

После упорных раздумий в третий игре смерился с поражением, но тут, будто в голову кто вложил неожиданную идею. Она и привела к победе. Такого с ним не случалось, обычно наперёд просчитывал несколько ходов.

Монах сложил ладони на груди, в знак благодарности оказанной ему чести, склонил голову в ожидании решения величайшей воли: как ни как он прибыл для наказания.

Махарадж, уразумел действия гостя, приказал доставить аскета жалобщика.

…Привели того. Он сразу распростёрся перед троном всемогущего, давай милости просить, рыдает, лица от пола не отнимает.

– Что на это скажешь? – усмехнулся махарадж, обращаясь к монаху.

– Как зрит повелитель, я молод. Видно разум мой ещё не достиг навыка в существовании, какой имеет этот почтенный и преданный служитель веры в справедливость.

Рассмеялся повелитель, и приказал отблагодарить ашрам молодого монаха за великолепный подарок. Ну, а жалобщика за пасквили выпороть перед учениками. Но тут выяснилось, что все его адепты давно перешли к молодому монаху, а территория ашрама пустует в заброшенном состоянии.

Тогда венценосец отписал бесхозную территорию в распоряжение молодого отшельника. А горе аскета, загрязненного завистью и клеветой, гнать прочь. Чтобы дальше не распространял наветы, отрезать ему язык.