Сестры Тьмы. Часть 2

Глава 1

Закладка:

Сестры Тьмы. Часть 2

Из окна моей комнаты в общежитии открывался поистине завораживающий вид. Первые лучи солнца пробились сквозь утренний туман и позолотили верхушки лесных деревьев. Все вокруг словно застыло, приветствуя новый день. Моей голой спины коснулась мозолистая мужская рука и тут же плавно скользнула на живот, поглаживая его сверху вниз. От этой нехитрой ласки удовольствие приятной патокой разлилось по всему телу.

— Что там такого интересного, что ты бросила меня одного в постели? — хриплый мужской голос эхом отразился от стен моей комнаты.

— Завораживает, не правда ли? — шепотом спросила я, не отрывая глаз от прекрасной картины, разворачивающейся у меня на глазах. Туман легкой дымкой завис над лесом, словно желая поиграть с солнечными зайчиками.

— Угу, — промычал этот несносный тип, прокладывая дорожку из легких поцелуев по моей беззащитной шее. — Но твой вид сзади, который я наблюдал, едва проснувшись, все же завораживает немного больше.

— Пошляк! — улыбнулась, прикрывая глаза. Мужчина за моей спиной был почти на голову выше меня и абсолютно раздет. Я обхватила его мощное запястье рукой и открыла глаза. Улыбка стремительно покинула мои губы. За окном творилось нечто невообразимое! Густая Тьма тяжелым облаком зависла над лесом, ее черные щупальца, извиваясь, стремительно ползли по земле, по направлению к общежитию. Я прильнула к окну, с затаенным дыханием наблюдая за развернувшейся картиной.

— Ты тоже это видишь? — тихо спросила я. Мою руку, лежащую на оконном стекле, накрыла мужская, переплетая наши пальцы.

— Это расплата, Мира. О чем ты думала, разрушая священный артефакт? — я дернулась, пытаясь вырваться из объятий мужчины, но он держал крепко. — Тьма была в заключении столько лет, и теперь, вырвавшись на свободу, поглотит всех вас. Вы, бесполезные создания Первородной, не достойны ее силы…

Я безрезультатно трепыхалась в мужских руках. Он тихо рассмеялся мне на ухо, наслаждаясь моей беспомощностью. Тьма ударила в деревянную раму, и от этого удара оконное стекло покрылось мелкой сеткой трещин. Я перевела взгляд на наши переплетенные руки и только сейчас заметила на среднем пальце мужчины массивное кольцо. На черном камне был выгравирован серебряный ворон. В следующее мгновение мне в лицо полетели осколки разбитого стекла, и я проснулась.

Теперь почти каждую ночь мне снились странные сны. Разрушение первой части подавителя в той или иной мере повлияло на всех темных. По ночам меня терзали различные сценарии конца света, который непременно произойдет по моей вине. А днем настроение постоянно колебалось от отметки «жизнь прекрасна» до «убью их всех, чтобы не мучались».

Кэролайн оказалась права. Уцелевшая часть артефакта теперь работала с перебоями, ему не хватало мощности, чтобы подавить всю существующую темную энергию, которая распространялась по нашему королевству волнами. Хуже всего было темным женщинам, которые до разрушения находились на грани срыва.

Аника вернулась в академию через месяц после разрушения артефакта, и от ее цветущего вида и приторной улыбки, которой она одаривала Эйдена, становилось кисло на душе. Но уже через неделю ей снова стало хуже. На обеде Нил рассказал, как стал свидетелем ее драки с подружкой. И с его слов это очень напоминало произошедшую между нами с ней стычку, когда она чуть не сорвалась. Услышав это, Эйден сразу же подорвался и побежал на помощь своей будущей жене, совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны.

Я проглотила этот плевок в душу, приправляя все это понимающей улыбкой. Он так и не рассказал мне о том, что помолвлен. А я больше не поднимала эту тему. Зачем? Теперь я хорошо усвоила, где мое место. И оно точно не рядом с Эйденом Эйром. Осталось продержаться еще немного, играя роль его девушки, и я буду свободна. А он пускай себе хоть десять жен заведет, главное, чтобы подальше от меня.

Но ни ужасные сны, ни блуждающая тьма, ни предательство Эйдена не шли ни в какое сравнение с другой проблемой. Эта проблема за последние три года заметно раздалась в плечах и нарастила все нужные мышцы, черты лица еще больше заострились, а блеклые ранее глаза стали ярко-голубыми.

Райнер Эйр повадился посещать мои сны, словно ежедневных преследований ему было мало. Куда бы я не пошла, постоянно с ним сталкивалась, а если не сталкивалась, то обязательно ощущала на себе его внимательный взгляд. Первую неделю я дрожала каждый раз, когда ловец с въедливым выражением лица, обращался ко мне напрямую. Постоянный страх разоблачения окончательно испортил мой сон и все попытки преуспеть в учебе.

Но постоянно жить в страхе невозможно. В очередной раз гоняя нашу первую встречу в голове по кругу, я пришла к одному единственному выводу: даже если он что-то подозревает и каким-то образом помнит приютскую оборванку, которую видел от силы пять минут три года назад, то все равно не сможет ничего доказать. А свои домыслы пусть держит при себе.

Эта сделка с собственной совестью сразу же дала свои плоды. Я позволила себе расслабиться в его присутствии, и небо не упало на землю, а Тьма не поглотила все живое. Райнер сразу заметил эти изменение в моем поведении, на пару дней он даже пропал из поля моего зрения. А затем и Эйден получил какие-то вести из дома и тоже отбыл по делам.

Я вздохнула с облегчением, ведь сразу две насущные проблемы самоустранились, хоть и на время, из моей жизни. Настроение и самоконтроль сразу же улучшились. Правда, ненадолго. На смену ночным кошмарам пришли сны с участием ловца. Эротического, мягко говоря, содержания. Сны, полные нерастраченной страсти и нежности, сны, где никого, кроме нас, не существовало, ни темных с их артефактами, ни сопротивления. В этих снах я не помнила своего прошлого, самым важным для меня было настоящее, в котором присутствовал этот мужчина.

В связи с отсутствием Эйдена, который обычно занимал собой все мое свободное от учебы время, у меня появилось больше возможностей продолжить свои исследования в архиве. Ролан, который очень сильно изменился после бала, с большим энтузиазмом присоединялся ко мне всякий раз, когда я разгребала все старые сведения о военном времени. Мне даже начало казаться, что Ролан ищет тоже самое, что и я. Неужели его посвятили в тайну темных? Если да, то на чьей он теперь стороне? Смирился ли со своей судьбой и смертью матери? Или найдет в себе силы, чтобы понять мотивы сопротивления?

— Смотри, ты не находишь ничего странного? — я подсунула ему два наградных свитка, согласно которым Магнус Рид сумел поучаствовать одновременно в двух битвах, происходящих на разных концах королевства.

— Это более чем странно, — протянул Ролан, но сильного удивления в его голосе не было. — Возможно, это ошибка, и награда предназначена кому-то со схожим именем?

— И фамилией? — скептически спросила я, продолжая наблюдать за его реакцией. Ролан отложил свитки и вернулся к чтению. По правде говоря, я ожидала совершенно другой реакции. Его спокойствие мне не понравилось.

— Ты получила весточку от Эйдена? — ненавязчиво перевел тему братец.

— Получила. К сожалению, его маме снова стало хуже, — с искренним участием ответила я, мне было жаль эту женщину, хотя я совершенно ее не знала. — Ты не знаешь, что там с Аникой?

— Она под постоянным присмотром, пока что удалось стабилизировать ее состояние. Думаю, скоро ее выдадут замуж, — внезапно сказал Ролан, поднимая на меня внимательный взгляд. Я постаралась придать лицу независимое выражение. — Ученые говорят, что беременность способствует стабилизации состояния в подобных случаях.

— Надеюсь, ей помогут, — ровно произнесла я. — Только одного понять не могу. Эйден довольно груб с Аникой в обычной жизни, но в первых рядах бежит к ней на помощь. Кажется, их связывает какая-то очень непростая история.

— Он тебе не рассказывал? — я отрицательно качнула головой, обращаясь в слух. — Мы были знакомы с самого детства и часто проводили время втроем. Нил и Кастер появились в нашей компании гораздо позже. Дружба Эйдена со временем переросла в первую влюбленность. Нам едва исполнилось пятнадцать, когда я застукал их целующимися. Мой мир тогда перевернулся, я совершенно не знал, как относиться к этому открытию. Аника ходила, словно королева, позволяя другу за ней волочиться. Она привыкла к всеобщему вниманию и обожанию, все-таки она была единственной девушкой из семей основателей нашего возраста. В какой-то момент Аника заигралась и решила, что два темных, влюбленных в нее, гораздо лучше одного. Выбор, как ты могла догадаться, пал на меня. Она вешалась на меня в присутствии друга, обставляя все так, словно это я за ней увиваюсь. Естественно, мы все разругались, Эйден не общался со мной полгода. Позже мы с ним помирились, но с Аникой у них с тех пор очень сложные отношения.

Закладка:

— О чем-то таком я и подозревала, — меня совершенно не удивила эта история, их отношения с самого начала показались мне непростыми. — Что бы ты сделал, если бы твой отец приказал на ней жениться?

— Я и Аника…почему-то раньше мне это не приходило в голову, — задумчиво протянул Ролан, оставляя мой вопрос без ответа.

Глава 2

Настроение было паршивым с самого утра, поскольку недосып всегда ужасно сказывался на моем внутреннем самоконтроле. Всю ночь мне снилось, как темная сила поглощает Вениру и сводит ее с ума. То, во что она после этого превратилась, даже отдаленно не напоминало мою подругу, это было чудовище, сотканное из моих детских страхов перед Тьмой.

Ни одна из успокоительных техник не помогла мне прийти к полному равновесию, но все же, немного успокоившись, я оправилась на первое занятие.

— Внимание! Важное объявление! — прокаркал преподаватель истории, Асмус Ринийский. На первый взгляд, ему было под сотню лет, и при первом знакомстве мне показалось, что он отдаст душу Пресветлому прямо во время урока. Но на поверку он оказался довольно подвижным и очень увлеченным своим делом мужчиной. Я прониклась к нему уважением и никогда не пропускала его занятия. — Сегодня нас посетит наставник темных. Лорд Калвер обещал заглянуть к нам в середине лекции!

Все оживленно зашептались. Темных в моей группе не было, поскольку они в большинстве своем предпочитали военные и политические направления. Не смотря на то, что на моем факультете учились одни аристократы, для них большой честью считалось попасть на лекцию темного лорда, который к тому же являлся наставником для будущих членов ордена Тьмы.

От воспоминаний о прошлой встрече с дядей Эйдена меня передернуло. Шрам, оставленный лордом Калвером, был практически незаметным, по сравнению с тем, который оставил мне в подарок его старший брат. Похоже, я уже успела познакомиться со всеми родственниками Эйдена, кроме его матери.

Лекция о времени правлении Карима Рида была в самом разгаре, когда к нам присоединился лорд Калвер. Лицо его брата навсегда отпечаталось в моем сознании, что не удивительно, ведь он был первым темным, которого я встретила. Поэтому я с отстраненным интересом отметила, что Эйден гораздо больше похож на своего дядю, чем на отца.

— Передаю слово лорду Калверу! Ему есть о чем вам рассказать. Слушаем внимательно, вопросы по великому роду Ридов обязательно будут на экзамене!

— Как вам уже известно, Карим Рид является довольно значимой фигурой в истории нашего королевства. Во времена его наместничества был основан орден Тьмы, а также издан ряд указов, которые навсегда изменили жизни жителей Западных Земель. Одним из них был указ, об обязательной проверке всех темных женщин на активную магию тьмы. А также указ, о запечатывании всех выявленных. Обязанности по исполнению этих законов легли на плечи членов ордена…

Его речь заняла не так много времени, он излагал факты сухо и безэмоционально. Я внимательно следила за его реакцией на особенно жестокие моменты рассказа, но ни толики сочувствия или сомнения не мелькнуло в его голосе, словно он не об жестоких казнях женщин рассказывает, а о сборе урожая. Лекция подходила к концу, и учитель попросил наставника темных задержаться еще немного, чтобы студенты могли задать интересующие их вопросы.

— Лорд Калвер, Вам, как члену ордена Тьмы, приходилось сталкиваться с одаренными темными женщинами? — спросил кто-то с задних рядов.

— Лишь несколько раз. Регулярные рейды по выявлению темных дают свои плоды, поэтому тех, кто ускользнул от правосудия не так много. — так вот как они облегчают свою совесть. Правосудие. Так они называют облаву, которую устраивают на темных девушек. Я скрипнула зубами, параллельно пытаясь успокоить дыхание, чтобы ненароком не устроить показательное шоу с участием проявленной тьмы.

— Расскажите, пожалуйста, какие они? — умолял все тот же парень.

— Проявленные — самые смертоносные твари, которых видел свет. Они уничтожают без разбора все на своем пути. Больше мне нечего о них рассказать. Если встретите подозрительную женщину, немедленно сообщите о ней кому-то из старших или члену ордена. Возможно, вы спасете кому-то жизнь. Еще вопросы?

Потрясающе! Теперь-то я окончательно поняла, в чем смысл его сегодняшнего появления. Нагнали страху на впечатлительных студентов и обеспечили себе несколько сотен доносчиков. Драховы дети! Не зря едят свой хлеб.

— А как же отступницы, напавшие на дворец? Они были похожи на чудовищ? — спросил парень, сидящий недалеко от меня. Калвер перевел на него взгляд и тут же заметил меня. Он завис, рассматривая мою неотразимую персону. Я взмолилась Первородной, чтобы не вывалить на него обуревающую меня ярость.

— После срыва темные женщины полностью теряют разум, но еще не все из них переступили черту безумия. Они вполне могут скрываться среди обычных людей, не выдавая себя до поры до времени. И это самое страшное! В руках небольшой группы женщин находится ужасающая сила их соратниц, которых поглотило безумие.

Я восхитилась тем, как они умудрились все вывернуть под свою теорию, и даже мысленно поаплодировала.

— Могу я задать вопрос? — спросила у него разрешение.

— Конечно, леди Хольм, — похвастался своей памятью темный.

— Карим Рид является родоначальником не только ордена, но и ловцов. Как вы считаете, что стало причиной рождения у него такого сына?

— Хороший вопрос, леди. Лучшие ученые до сих пор не смогли на него ответить, — ушел от ответа лорд.

— Возможно, стоит привлечь к этому делу маскинских ученых? Все-таки они по праву считаются одними из лучших в вопросах магии. — темный ничего не ответил, продолжая изучать меня взглядом.

Прозвучал сигнал об окончании лекции. Учитель поблагодарил Калвера и отпустил нас на следующую лекцию.

— Леди Хольм, задержитесь, у меня есть к вам пара вопросов, — раздался неожиданный приказ. Что ему надо? Неужели его так взбесил мой вопрос о ловцах? Я сразу же пожалела о своем решении открыть рот на лекции.

— Где вы были в ночь бала, непосредственно в момент нападения отступников? — внезапно спросил лорд. Кровь отхлынула от лица, а сердце упало в пятки. Мне оказана великая честь — допрос ведет сам наставник темных.

— Я уже отвечала на этот вопрос, но мне не сложно повторить, — стараясь держать лицо, ответила я. — Не знаю, когда именно было совершено нападение, но еще до этого происшествия я покинула бал и отправилась домой.

— Вы же были на балу с моим племянником, Эйденом? Так почему же ушли раньше?

— Так сложились обстоятельства, — лорд взглядом показал, что такой ответ его не устраивает. — Личные обстоятельства.

— Вы всегда такая скромная? — с издевкой протянул темный. — Мне нужны подробности и настоящая причина вашего ухода.

— Мне сообщили, что Эйден уединился с леди Аникой, это обстоятельство нанесло мне глубочайшую душевную травму, и я посчитала нужным покинуть сие мероприятие, — ровно ответила я.

— Похвально, что вы трезво оцениваете сложившуюся ситуацию, — с намеком протянул темный. — В ваших же интересах оставить моего племянника Эйдена в покое. Моей будущей родственнице нельзя нервничать.

Я просто потеряла дар речи. Мне ведь не показалось? Это была угроза? Темный насладился моим ошеломленным видом и, попрощавшись, вышел из лекционной. Сам того не подозревая, лорд Калвер дал мне в руки козырь, который мне однажды может пригодиться. Теперь я в любой момент могу огорошить Эйдена знанием о его скорой свадьбе.

Глава 3

Зима в Замире довольно сильно отличалась от той зимы, к которой я привыкла. Снег здесь выпал лишь раз и почти сразу же растаял. С одной стороны, теплая погода позволяла жителям столицы экономить деньги на теплой одежде, но с другой стороны, на протяжении долгих месяцев все вокруг выглядело серым и унылым, и это не способствовало хорошему настроению.

Закладка:

Легкий прохладный ветерок заставлял местных кутаться в меховые накидки и жаловаться всем подряд на невыносимую погоду. Я прогуливалась по парку лишь в шерстяном платье и то и дело ловила на себе недоуменные взгляды студентов. Аристократы такие хрупкие.

Поселок, в котором находился наш приют, постоянно заваливало снегом, часто стояли крепкие морозы, затягивающие и без того мутные стекла наших каморок ледяными узорами. На зиму нам выдавали тулупы и дырявые шерстяные чулки. Если по возвращении на чулках было больше дырок, чем изначально, можно было нарваться на порку.

Воспоминания о приюте всколыхнули невеселые мысли о моей матери, которые я постоянно старалась задвинуть на задний план. Почему она отказалась от ребенка? Со слов Клариссы меня подкинули сразу же после рождения, даже пуповина не успела зажить.

В роду Ингли не было сильных темных, это значит, что моя сила передалась по отцовской линии основателей. В том, что Альт Рид — мой отец, я даже не сомневалась. Ощущала нашу связь где-то глубоко внутри, как и в случае с Роланом.

Если бы не эти обстоятельства, можно было бы предположить, что Мирия отдала меня, пытаясь скрыть измену. Но это исключено. Альт Рид не обрадовался бы дочери? Охотно верю, его надменная рожа до сих пор стоит у меня перед глазами. Но не думаю, что он полностью отказался бы от меня. Все-таки темные девушки, особенно брачного возраста, высоко ценятся на рынке темных. Примерно, как овечки из восточной части королевства.

Избавившись от неугодной дочери, моя мать родила Риду еще одного ребенка. Ролан рассказал, что Оресту сейчас пятнадцать, и они в довольно хороших отношениях. Интересно, как отреагирует Ролан, если узнает, что у него и сестра есть? Правда, сестрёнка не совсем законопослушна, периодически балуется тьмой и по выходным разрушает артефакты.

Я так увлеклась своими мыслями, что не заметила, как подобралась вплотную к лесу, в котором иногда тренировались темные. Что в нем такого, что меня постоянно так к нему тянет? Каждое утро, просыпаясь, я первым делом выглядываю в окно, чтобы еще раз взглянуть на довольно унылый пейзаж и облысевшие деревья. Может быть, подсознательно я стремлюсь туда, где могу перестать так жестко контролировать внутреннюю силу? Туда, где я смогу выпустить всю переполняющую меня тьму?

— Завораживает, не правда ли? — внезапно прозвучало сзади. От неожиданности я дернулась и чуть было позорно не завизжала.

Резко обернувшись, обнаружила Райнера, который с маской ледяного спокойствия наблюдал за моей растерянностью.

Я моментально взбесилась!

Меньше, чем за секунду этот осел сбил весь благостный настрой, который я нагуляла за последний час. Тьма бурным потоком хлынула к сердцу и заворочалась там, готовая в любой момент прорваться наружу.

Гадство!

— Угу, — промычала я.

Взгляд скользнул по его полураздетой фигуре. Форменный камзол был лишь небрежно накинут на плечи, а сорочка вообще расстегнута до середины груди. Я скользнула взглядом дальше по мощной ключице, виднеющейся в образовавшемся вырезе, и тут же отвела глаза. Отпустила себе мысленную затрещину, пытаясь привести мозги в порядок. Что он себе позволяет? Полностью его игнорируя, я стремительно направилась в сторону академии. Райнер поплелся за мной, как привязанный.

Достал!

— Вы что-то хотели, лорд Райнер? — резко остановившись, спросила веселящегося за мой счет ловца.

— А мы снова на «вы», леди Элен? Ранее мы общались без этих формальностей, — передразнивая мой тон, спросил он.

— Как скажете, лорд, — выплюнула я и понеслась быстрее прежнего.

Эмоции зашкаливали, хотелось закатить бурную истерику и выдрать кому-нибудь волосы.

Вдох. Выдох. Успокойся, Мира!

Тьма клокотала почти на грани моих блоков. Нужно как можно быстрее добраться до своей комнаты. Еще этот драхов ловец приклеился. Первородная, помоги!

То ли я плохо молилась, то ли у Первородной и без меня куча дел, но мои молитвы не были услышаны. Мысли сменили направление на кровожадность. Перед глазами замелькали привлекательные картинки того, как я проткну клиндаром ловца, и он испустит дух еще до того, как что-то поймет. Вот это будет номер! Хотя, если эта ошибка природы умрет быстро, я не успею насладиться моментом.

Ловец обогнал меня и, развернувшись ко мне лицом, продолжил идти спиной вперед. Я опустила голову, пряча кровожадное выражение лица, которое наверняка расчертили черные вены. В этот момент судьба решила, что выдала мне сегодня недостаточно оплеух и взялась исправлять это упущение. Неожиданно споткнувшись, полетела прямо в гостеприимные объятия Райнера. Он ловко подхватил мое падающее тело, хватая за талию.

Руками я случайно задела голую кожу на его груди и шее, ловец резко выдохнул сквозь стиснутые зубы, словно я причиняла ему невыносимую боль. Быстро вернув мне вертикальное положение, Райнер зажмурился и начал беспардонно наглаживать мою спину.

Растерявшись от такой наглости, я замерла, стискивая в руке ворот сорочки, за которую, падая, ухватилась. Мое сердце споткнулось и забилось с дикой скоростью, его удары о ребра отдавались эхом в ушах. Мне не было противно, напротив, от его неспешных поглаживаний по телу разлилось приятное возбуждение, это было так похоже на то, что я ощущала во сне в его объятьях…

— Спасибо за помощь, — я настойчиво оттолкнула его, но, к сожалению, безрезультатно. Мне было странно и одновременно стыдно. В конце концов, я девушка его брата, что он себе позволяет? Что я позволяю себе? — Отпусти…

— Прости, — прокаркал ловец хриплым голосом, избегая смотреть мне в глаза. — Удачного дня, Элен.

Ловец быстрым шагом, практическом бегом, направился в сторону тренировочного поля. Я проводила его рослую фигуру взглядом и продолжила свой путь в общежитие.

Сделав пару шагов, застыла в недоумении. Тьма свернулась в моей груди, ласковым котенком, больше не пытаясь прорвать блоки и снести все к драховой матери. Как это возможно? Я обернулась, внимательно рассматривая все вокруг, словно ответы на мои вопросы находились где-то поблизости, или, может быть, желая еще раз взглянуть на Райнера, но ни ответов, ни Райнера нигде не было.

Невероятное спокойствие и умиротворение, которое накрыло меня после встречи с Райнером, не покидало весь день. В последний раз так хорошо мне было после выброса силы в защищенном куполом лесу, когда я отпустила все свои блоки и, не сдерживаясь, выплеснула всю свою тьму. Что он со мной сделал? Неужели выпил лишнюю энергию? Но разве я не должна была корчиться в муках в процессе? Элен умерла после встречи с ловцом. Нет. Если бы Райнер понял, с кем имеет дело, меня бы уже выносили вперед ногами.

Благодаря моему состоянию и хорошему настроению, мне удалось получить несколько отличных оценок. Только сегодня я поняла, как сильно мне мешает и отвлекает постоянная обязанность контролировать себя. Может быть, стоит теперь самой попреследовать Райнера? Пусть послужит на благо моей успеваемости. С драного ловца хоть шерсти клок.

Перед ужином ко мне зашел Эйден. На его лице лежала тень печали. Как я и предполагала, после резкого улучшения здоровья у его матери начался откат. Я могла бы прямо сейчас вывалить на него всю правду и предложить вместе уничтожить оставшуюся часть артефакта, чтобы спасти дорогую его сердцу женщину. Но у меня совершенно не было уверенности, что он выберет правильный путь, а не сдаст меня папочке. Калеб Эйр. Интересно, как ему спится по ночам? Он ведь прекрасно знает, что именно убивает мать его детей. Знает и ничего не делает. Свое бездействие они оправдывают долгом, а убийство девушек называют правосудием. Интересный толковый словарь у темных.

— Что говорят врачи? — спросила у темного. Он привалился к стене и прикрыл глаза, ожидая, когда я закончу укладывать волосы.

— Ничего, такого на их практике еще не случалось. С таким диагнозом, как у моей матери, обычно не живут дольше пары лет. Она протянула почти пятнадцать, и к тому же смогла вернуть себе разум. Подобное происходит впервые, они растеряны и не дают никаких обещаний.

Закладка:

Эйден растер лицо ладонями и устало вздохнул.

— Она сильная, раз смогла так долго продержаться, думаю, с ней все будет хорошо, — ободряюще сказала я. Уж я то постараюсь.

— Надеюсь, — улыбнулся темный, но улыбка не коснулась его усталых глаз. — Я так устал, только мысли о тебе помогают мне не падать духом.

Эйден подошел ко мне сзади и крепко обнял, вдыхая запах моих волос. Я непроизвольно напряглась. После бала у нас еще не было близости, и я совершенно не представляла, как реагировать на подобные поползновения. Его предательство отвратительной кляксой растекалось у меня в душе, каждый раз, когда я представляла нас вместе в постели. А необходимость подыгрывать делала все только хуже.

Я наблюдала в зеркало, как его рука медленно поглаживает мой живот, и если раньше от такой ласки я бы получила удовольствие, то сейчас мне хотелось сломать ему пару пальцев и запястье вдогонку.

— Может, не пойдем на ужин? — интимно прошептал он мне на ухо. — Останемся у тебя, я очень соскучился.

— Прости, не сегодня, — отстранившись от него, начала наводить порядок на туалетном столике. — Я еще не до конца выздоровела, чувствую себя отвратительно.

Эйден пристально следил за мной через зеркало. Уверена, он давно чувствует, что что-то не так, но не может понять причину. В мою затяжную болезнь мог поверить лишь идиот, коим он не являлся. Пока что меня спасали его частые отъезды и нестабильная обстановка в королевстве, но рано или поздно все уладится, а я выздоровею, и тогда у меня больше не будет шанса ускользнуть.

— Все хорошо? — вкрадчиво спросил темный. Я прекрасно понимала, что он имеет в виду, но приходилось играть в непонимание.

— Ты о чем? — непонимающе спросила его.

— Я о нас. Ты в последнее время себя странно ведешь.

— Странно? Наверное, тебе показалось, — я развернулась к нему и, закинув руки на шею, легко поцеловала в губы. — Дай мне время, все наладится.

— Хорошо, — ответил он, и я попыталась отстраниться, посчитав свою миссию оконченной.

Эйден придержал меня за талию, притягивая к себе и вовлекая в долгий поцелуй. Не могу сказать, что мне полностью стали безразличны его поцелуи. Тело все же продолжало реагировать, но механические движения не приносили прежнего трепета и страсти.

— Мы уже опаздываем, — сказала я, ощущая, что темный не собирается останавливаться. Он по прежнему плохо переносил отказы. — Пойдем, я очень голодна.

— Я тоже голоден, — с намеком ответил он, заглядывая мне в глаза. Но я проигнорировала его желание. Пусть найдет себе другую кормушку, ему здесь больше не рады.

Темный тяжело вздохнул, видимо, пытаясь таким образом надавить на меня. Я разозлилась, и, чтобы не ссориться в очередной раз, быстро надела туфли и устремилась к двери.

В столовой сегодня было как никогда много народа. Издалека я заметила за столиком почти полный комплект друзей моего парня. Не было только Кастера. Набрав еды, мы направились к своему месту.

— Что-то давно не видно Кастера.

— Не уверен, что он вернется, — внезапно прозвучало сзади нас.

В этот раз мне удалось сохранить внешнюю невозмутимость, но внутри у меня все словно перевернулось. Почему он так на меня действует? Бесит!

Мы с Эйденом одновременно развернулись. Мои глаза чуть не выпали на поднос с едой. В столовую под ручку с ловцом явилась Аника. Ее рука собственнически лежала на его предплечье, да и сама темная почти интимно прижалась к белобрысому.

Как и в прошлый раз, ему удалось своим видом буквально за одну секунду вывести меня из себя. Это нездоровая реакция на младшего Эйра начала меня сильно напрягать. Со мной что-то не так. Если раньше я думала, что это из-за проблемы с неравномерным распределением тьмы, то сейчас я почти уверена, что дело именно в ловце.

— Райнер, Элен, добрый вечер! — воодушевленно сказала Аника. Я перевела на нее недоуменный взгляд, пытаясь понять, когда успела купить билет на цирковое представление, но память не поддавалась.

— Мы загораживаем проход, — спокойно сказал Райнер, скользя взглядом мимо меня. Это что еще такое? Я больше его не интересую?

Мы всей компанией продолжили путь к нашему столику. Спиной я ощущала присутствие ловца, и это заставляло мое сердце сбиваться с ритма, не то от страха, не то от чего-то другого. Почему меня так задело его невнимание? Драх! Почему я вообще об этом думаю?

Чья-то рука скользнула по моей спине, и она тут же покрылась мурашками. Руки Эйдена были заняты подносом, а Аника, в свою очередь, находилась слишком далеко, чтобы заниматься такой ерундой, да и зачем ей? Похоже, это Райнер решил перейти на новый уровень преследования.

— Что твой брат имел ввиду, когда говорил, что Кастер вряд ли вернется? — шепотом спросила я у Эйдена, когда мы уселись за обеденный стол и поприветствовали Ролана с Нилом.

— Его отец недавно погиб, — так же тихо ответил темный, немного склонившись ко мне. Я замерла, заранее зная, что продолжение мне не понравится. — Он был членом ордена, несчастный случай на задании.

— Отступницы? Неужели он был во дворце? — я одновременно и хотела и не хотела услышать его ответ.

— Нет, он погиб при других обстоятельствах.

Я незаметно выдохнула, не хотелось бы быть виноватой в смерти отца Кастера, хоть мы и не были с ним настолько близки. Видимо, он был в Де-Морнра, и не сомневаюсь, что его убил кто-то из моих покойных друзей. Мысли о том, что и сам он мог убить кого-то из них, я беспощадно отгоняла.

— Эйден, невежливо шептаться в присутствии других людей, — в мои мысли ворвался голос Аники. Она с Райнером сидела аккурат напротив нас. Я скользнула по ней взглядом и невольно отметила, что сегодня она глядит вполне здоровой.

— Завтра на площади состоятся гуляния в честь Дня города. В холле висит объявление о выходном. Может быть, нам стоит сходить? Как смотрите на это? — произнес Ролан.

— Отличное предложение, — ответил Нил. — Эйден?

— Как ты на это смотришь? — внезапно спросил у меня темный. Я чуть не подавилась салатом. С каких пор его интересует мое мнение? Эйден положил руку на мою и легонько сжал. Я подняла глаза от тарелки и случайно нарвалась на прищуренный взгляд Райнера, которым он пытался подпалить наши руки.

— Я только «за», — мне действительно хотелось сходить куда-нибудь и немного развеяться. В последние месяцы все мое свободное время занимал архив. Решено! Нужно отдохнуть.

— Райнер, Аника? — спросил Ролан.

— Мы тоже идем, — воодушевленно ответила за двоих темная, демонстративно положив руку на плечо ловца. Я скосила глаза на Эйдена, но ему было совершенно плевать на эту парочку, гораздо больше внимания он уделил отбивной.

— Тогда встречаемся завтра у ворот академии, я договорюсь с извозчиком.

Весь путь до общежития прошел в тягостном молчании. Я думала об отце Кастера, о чем думал Эйден, даже не представляю. Я заметно отдалилась от него после бала, темный же, напротив, тянулся ко мне всем своим существом. Зачем все это? Он ведь прекрасно знает, что скоро ему придется жениться, и мы больше не сможем быть вместе. Не проще ли разорвать отношения прямо сейчас?

— Не знала, что Аника с твоим братом так близки, — нарушила я затянувшееся молчание.

— Они не близки, до сегодняшнего дня они едва ли обмолвились парой слов.

— Тогда для чего был весь этот спектакль? Или лучше спросить: для кого?

— Ты снова ревнуешь, — сделал нелогичный вывод Эйден. — Если ты намекаешь, что она делает это для меня, то мне глубоко плевать, так как Райнер мне не соперник.

Я резко остановилась, переваривая последнюю фразу. Темный обернулся, понимая по выражению моего лица, что ляпнул лишнего.

— Я не то имел ввиду. Мне никто, кроме тебя не нужен, и ты прекрасно это знаешь, — устало сказал он. Вот же скотина, врет прямо мне в глаза. Прикусила язык, пытаясь удержать в себе все те слова, о которых потом сильно пожалею. — Я лишь хотел сказать, что Райнера не интересуют женщины.

Вспомнила нашу с Райнером первую встречу, недавнее происшествие на дорожке, и его якобы случайное прикосновение к моей спине до ужина. Эйден плохо знает своего брата, или ловец играет со мной?

Закладка:

— Как и всех ловцов, — ляпнула, когда мы продолжили свой путь к общежитию.

— Эти слухи не совсем верны, — я затаила дыхание в ожидании волнующей меня информации, но темный не собирался продолжать.

— Расскажешь? — не выдержала я. Темный понимающе усмехнулся.

— Ты такая любопытная, — улыбнулся он. — Ладно, так и быть, утолю твое любопытство. Как я уже сказал, это не совсем правда. У ловцов нет проблемы в том, чтобы быть с женщинами, если ты понимаешь, о чем я. Просто они не испытывают при этом никаких эмоций. Из-за чего многие из них не видят надобности в связях с женщинами. Илан, например, сравнивает близость с поеданием земли.

— Звучит странно.

— Согласен. Но ловцы вообще малоэмоциональны, они словно выгоревшие оболочки людей. Зато они не испытывают сожалений и всегда поступают рационально. Из них получаются лучшие бойцы.

И лучшие убийцы, надо полагать. Бездушные и верные ордену убийцы. Все же ловец ведет какую-то свою игру? Зачем он меня преследует?

— Хочешь сказать, твой брат такой же?

— Да, Райнер крайне расчетлив и жесток.

— Вы помирились?

— Можно и так сказать. Знаешь, раньше я думал, что ему безразлична семья. Но когда мама очнулась, я понял, что это не так. Он любит ее, насколько вообще ловцы способны на это чувство. Когда-то давно я сильно ему завидовал, но теперь понимаю, как тяжела его ноша. Он не сможет полюбить женщину, не сможет завести семью и детей…

Дальше разговор плавно перешел в более безопасное русло. Мы обсудили тему доклада, который мне необходимо сдать через неделю и подошли к дверям моей комнаты.

— Элен, — прерывая поцелуй, сказал темный, — Я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя. И если бы у меня был выбор, я бы хотел создать с тобой семью, родить парочку детишек..

— Но выбора у тебя нет, — оборвала его. — Мы из разных миров, и я это отлично понимаю. Не стоит давать обещаний, которые не сможешь выполнить. И не терзай себя пустыми мечтами, мы оба знали, что наши отношения ни к чему не приведут.

— Я и не знал, как неприятно слышать такое, — зло усмехнулся темный. — Хотя сам много раз говорил что-то подобное.

— Не злись, ты ведь все понимаешь.

— Понимаю, но от этого не легче. До завтра, Элен.

Не дожидаясь ответа, темный ушел. Слова о семье и детях резанули по больному. Мне, как и ловцу, ничего не светит. Я даже не уверена, что переживу следующее задание.

Глава 4

Ежегодные гуляния в честь Дня города проводились с огромным размахом. На центральной площади Замиры за несколько дней соорудили большую сцену, где сегодня с самого утра выступали поэты, музыканты и другие представители культуры.

Выступление на городской сцене считалось чуть ли не главным достижением в жизни любого артиста, поскольку всех участников для этого действа отбирал лично королевский распорядитель. Народные гуляния, ярмарки и праздничные концерты проходили не только на центральной площади, но и и на всех мало-мальски пригодных для выступления улицах столицы.

Город дышал праздником, радостное возбуждение, казалось, захватило каждого местного жителя. Я надела темно-бордовое бархатное платье и шерстяное пальто с меховой опушкой. Всю зимнюю одежду для меня пошила леди Амалия, правда, без моего участия. На платье было немного золотой вышивки на воротничке и рукавах, что по меркам леди Хольм было довольно скромно.

Я отправила ей благодарственное письмо, за то, что не забыла обо мне, и уделила внимание моему зимнему гардеробу. Чтобы немного порадовать Эйдена, надела серьги из подаренного им комплекта. Кольцо мне нравилось больше, но оно пропало в ночь бала.

Ролан позаботился о нашей транспортировке и нанял две четырехместные кареты. К счастью, с нами поехал братец, а Аника с ловцом отправились в компании Нила. Не думаю, что смогла бы спокойно вынести эту парочку в закрытом пространстве в течении часа, именно столько мы добирались до главной площади. Ролан всегда был для меня приятным собеседником и вообще действовал на меня положительно, в его компании хотелось держать спину ровно и следить за своей речью. Идеальный старший брат. Жаль, что я не лучший пример сестры, вряд ли он когда-нибудь мечтал о таком родстве.

К самому центру было не проехать, за несколько улиц до площади все движение перекрыли, из-за чего нам пришлось оставить свой транспорт и прогуляться пешком. Нарядно одетые горожане заполонили широкие улицы Замиры, отовсюду лилась музыка, которая иногда не могла перекрыть стоящий на улице гул из голосов.

Энергия радости и веселья щедро разливалась в окружающем пространстве, сложно было остаться равнодушным. Я улыбнулась. До этого мне приходилось лишь пару раз бывать на небольшой ярмарке, которая даже близко не могла сравниться с размахом местного праздника.

Периодически на глаза попадались патрульные, контролирующие порядок. На каждом углу стояли торговцы сладостями и горячими напитками, включая подогретое с пряностями вино. Стражи порядка прямо на наших глазах уволокли куда-то парочку пьяниц.

— Мне нужно дождаться Мэй, — сказал Нил. — Вы можете пока идти, встретимся на площади.

— Что-то я сомневаюсь, что мы сможем найти друг друга, если сейчас разделимся. В этом году необыкновенно много людей, — сказал Ролан.

— То есть так не каждый год? — спросила у него.

— Так сколько, говоришь, ты живешь в столице? — противно протянула Аника, встревая в наш разговор. В ее присутствии нужно лучше следить за языком.

— Я и не говорила, — улыбнулась в лицо этой змеюке. Она улыбнулась в ответ, наглаживая предплечье Райнера. Я гордилась тем, что сегодня ни разу не посмотрела на него и даже не вспоминала о нем последний час.

— Вы знали, что День города везде празднуют по-разному? Несколько лет назад мы с отцом отправились по одному делу в крошечный, по меркам столицы, городок, одна единственная улица которого была щедро украшена клевером, — завораживающим голосом говорил Райнер, мы все затихли. Я подняла на него глаза и натолкнулась на внимательный взгляд ловца. Он смотрел на меня, не отрываясь, пока я покрывалась холодным потом от страха. — Оказалось, что главным праздником у них считается День клевера. Они празднуют его каждый год, такая вот интересная замена сегодняшнему празднику.

— Это самая длинная речь, которую я от тебя когда-либо слышал, — удивленно констатировал Эйден. Ролан и Нил одновременно понимающе усмехнулись. Мне же было не до смеха. Чуть было не потянулась к шее, чтобы проверить, не прожгла ли моя старая дешевая подвеска платье насквозь. Я никогда не снимала четырехлистник, всегда носила его под платьем, ведь он хранил в себе много разных воспоминаний и тонкой нитью связывал меня с моим приютским прошлым.

— Ну и зачем нужен этот глупый праздник? — презрительно спросила Аника. Вероятно, здесь только двое могли на него ответить. Я предпочла прикусить язык, поэтому слово взял Райнер. Все мои силы уходили на то, чтобы удерживать непроницаемую маску на лице.

— Они производят мед, а медоносный клевер отлично растет в северной части королевства…

— Нил! — прервал познавательную лекцию о моем городке женский голос. Три симпатичные девушки влились в нашу компанию, по тому, как одну из них Нил по-хозяйски приобнял за талию, я поняла, кто из них та самая Мэй.

Нил начал представлять нас друг другу. Светловолосая незнакомка метнула в Эйдена горячий взгляд. Но Эйден никак на это не отреагировал, наоборот, нарочито проигнорировал ее.

— Ну, с остальными вы и так хорошо знакомы, — поставил точку в нашем знакомстве Нил. При взгляде на светловолосую Нейри у Аники разве что пар из ноздрей не пошел. Где-то на задворках мыслей замаячила неприятная догадка.

Третья девушка, имя которой не успела запомнить, почти сразу прилепилась к Ролану. По кислому выражению его лица, я сразу поняла, что он не слишком рад этой встрече, но хорошее воспитание не позволяло ему пресечь ее поползновения.

Закладка:

Когда вся компания наконец была в сборе, мы двинулись с основным потоком людей в сторону центральной площади. Я крутила по сторонам головой, разглядывая различные украшения, которыми местные жители и владельцы лавок украсили свои дома. В городке, рядом с которым стоял мой приют, были принято плести венки из клевера и развешивать их на дверях домов.

На подходе к площади нас остановил патрульный, оказалось, что к сцене пускали далеко не всех, но служащему хватило буквально одного взгляда на Эйдена и Ролана, и мы прошли дальше к таким же привилегированным подданным королевства.

На помосте разместился целый оркестр с хором. Со сцены лилась музыка невероятной красоты, то быстрая и ритмичная, то задушевно пронзительная, она проникала в самую душу и заставляла покачиваться в такт. Некоторые пары возле нас кружились в танце. Я заметила, что среди присутствующих почти все примерно нашего возраста, по всей видимости, старшее поколение аристократов не любит подобные мероприятия. Зазвучала знакомая мелодия и Эйден, подхватив меня за талию, увлек в медленный танец. Под эту музыку мы танцевали на балу.

Справа от сцены к площади примыкало внушительное здание, чем-то напоминающее дворец. Скорее всего, это Дом Советов, о котором я недавно читала. И королевский дворец, и Дом Советов я видела в старых книгах еще в приюте, только картинки были настолько выцветшими, а художник безруким, что я не смогла узнать ни одно из этих зданий вживую.

Рядом с нами в танце кружился Нил со своей девушкой, Аника так и продолжала висеть на локте Райнера, который пристально следил за мной и темным. Ролан куда-то исчез из поля зрения, оставив подружек Мэй скучать в одиночестве. Во время очередного разворота я заметила мелькнувшее рядом со мной знакомое лицо.

Лейн. Что она здесь делает?

Натанцевавшись на несколько жизней вперед, мы отошли к остальным. Я пыталась придумать хотя бы один повод, чтобы ускользнуть к Лейн, не привлекая внимания, но в голову ничего не приходило. Да и подруги нигде не было видно.

— Эйден, можно тебя на пару слов? — спросила Нейри. Я перевела взгляд на Эйдена, сохраняющего ледяное спокойствие, в ожидании ответа. Сначала мне показалось, что он намерен отказать, но темный после длительного молчания утвердительно кивнул головой. Что еще за секреты?

— Сейчас вернусь, никуда не отходи, — скомандовал все еще мой парень. Он серьезно? Я разозлилась. Не дожидаясь моего ответа, они отошли от нас на несколько шагов.

— Как прикажет мой господин, — запоздало ответила ему вслед.

Аника многозначительно усмехнулась. Может быть, хватит обманывать саму себя? Я ведь уже давно обо всем догадалась. Это она. Девушка, с которой темный мне изменял. Осознание этого вызывало лишь легкую тошноту, но не приносило былой боли.

Отвернулась и сразу же заметила мелькнувшую в толпе темную. Блондинкой Лейн я и в страшном сне не представляла, выглядело это очень странно и непривычно. Я нырнула за ней в толпу.

— Мира, — хватая за рукав, Лейн увлекала меня все дальше от друзей.

— Постой, куда ты меня тащишь?

— Надо уходить, — внезапно сказала она.

— Что? — я остановилась и вырвала руку из ее хвата. — Ты можешь нормально объяснить, что происходит?

— Кэролайн послала меня за тобой, я следила за вами от академии. Мы теперь сами по себе, сопротивление больше не поддерживает Сестер. Уходим! — ее слова совершенно не хотели укладываться в моей голове. Сопротивление предало Сестер?

— Элен, не стоило отходить так далеко. В толпе бывает опасно, даже если эта толпа дружелюбна, — наставительно сказал Ролан, появившись словно из ниоткуда. Он следил за мной? Я растерянно обернулась, темный заинтересованно рассматривал Лейн. — Не представишь меня своей подруге?

— Лейн, это Ролан Рид, мы учимся в одной академии, — я переводила взгляд с подруги на брата и совершенно не понимала, что происходит. Впервые вижу, чтобы Ролан так откровенно на кого-то пялился. Только этого мне не хватало. — А это моя давняя подруга. Ты не мог бы оставить нас на минуту?

— Конечно…

Не успел Ролан договорить, как уши на миг заложило от оглушительного взрыва, я рефлекторно прикрыла голову руками, и на нас тут же посыпалось разбитое стекло. Кто-то закричал, толпа словно взбесилась и хлынула в разные стороны, меня зажало в мешанине перепуганных тел. Что, драх побери, происходит?

На другом конце площади прозвучал новый взрыв. Не раздумывая, приняла решение прорваться поближе к зданию. Площадь погрузилась во мрак, видимо, последний взрыв задел распределитель энергии для уличного освещения. В ушах звенело от визгов и воплей, в кромешной темноте было видно лишь пылающее в огне здание, примыкающее к Дому Советов. Наконец, совладав с безумной стихией толпы, я прижалась к стене спиной, оглядывая округу и вытирая кровь из разбитой брови. Ребра нещадно болели от встречи с чужими локтями.

— Элен, — надрывно прокричал Ролан где-то рядом. Я увидела, как он тащит, прижимая к себе, мою подругу, и выдохнула от облегчения. — Держись за меня, я вытащу вас отсюда.

У Лейн был совершенно ошалелый взгляд и бледное лицо, из носа текла кровь, Ролан, на первый взгляд не пострадал.

— Куда мы пойдем? Нас просто растопчут, улицы забиты на несколько миль вокруг, — мысли метались с бешеной скоростью. Кто все это устроил?

— Через одну улицу отсюда находится мой дом. Нужно как можно скорее добраться туда, твоя подруга упала, ее чуть не затоптали, нужен врач, — стараясь перекричать толпу, отрывисто сказал Ролан. Только сейчас я заметила, что одежда Лейн в грязи, а сама темная еле удерживает голову прямо.

Мы двинулись вдоль здания, брат шел впереди, расчищая путь локтями и своим внушительным телом. Я пристроилась сзади, стараясь держаться рядом, но меня то и дело сносило в сторону. Оказавшись за углом, мы остановились отдышаться. Новый взрыв прогремел прямо над нашими головами, на втором этаже здания Советов.

Звон разбитого стекла, грохот, треск пламени, — эти звуки моментально утонули в криках людей. Все бросились врассыпную, подальше от источника взрыва, а меня снесло на несколько шагов влево. На то место, где я стояла секунду назад, упал внушительный кусок стены.

— Ты в порядке? — проорал на ухо Райнер. Я не могла отвести взгляд от обломков, которые чуть не оборвали мою короткую бесполезную жизнь, и чувствовала, как по телу, вместе с вскипевшей кровью разливается тьма. Можно выпустить чудовище и разнести здесь все к драховой матери, прокладывая себе путь в безопасное место. Моя внутренняя сущность рвалась наружу, не понимая, почему я не хочу воспользоваться ей, чтобы обезопасить себя. — Элен, посмотри на меня! Тебя не задело?

Райнер встревоженно всматривался в мое лицо, удерживая его в ладонях и, вероятно, выискивая следы повреждений. На меня напал ступор, и ловец, так и не дождавшись внятного ответа, быстро обшарил мое тело руками.

— Спасибо, — прошептала я.

— Райнер, где остальные? — прохрипел рядом Ролан.

— Нил увел всех к северному выходу, там было меньше всего людей. Эйден пошел на подмогу в здание Советов.

— Идем к моему дому! Элен на тебе! — сдал меня на руки ловцу братец. Райнер схватил меня за руку, и мы двинулись в нужном направлении.

По правде говоря, серьезная опасность мне не грозила. Точнее, я не хотела в это верить. В крайнем случае, я всегда могла прибегнуть к темной силе, хоть и рискуя себя раскрыть.

Вот только кроме меня об этом никто не знал, для всех я оставалась беззащитной аристократкой. И на помощь мне пришел совершенно не тот человек, от которого я этого ожидала.

Дом Ридов находился на прилегающей к центру улице, и в обычный день дорога от площади до него могла занять несколько минут. Но по моим ощущениям мы добирались туда не меньше получаса. Райнер крепко, до боли сжимал мою руку, поэтому, когда он наконец-то меня отпустил, я сильно удивилась, не обнаружив ни одного сломанного пальца.

Ролан буквально взлетел на крыльцо своего дома, перепрыгивая через несколько ступеней и удерживая Лейн на руках. Она все-таки потеряла сознание, и я совершенно не представляла, что мне со всем этим делать. К темной нельзя никого подпускать, особенно, когда она даже контролировать себя не в состоянии. Небольшой всплеск тьмы, и она выдаст себя с головой, которую отец Эйров с удовольствием отделит от тела.

Закладка:

Разместить Лейн было решено в покоях на втором этаже. Ролан аккуратно сгрузил ее на кровать и вцепился в свои волосы руками. Я никогда не видела такой растерянности на его лице. Буквально минуту назад он действовал смело и напористо, не видя перед собой преград, а сейчас растерял всю свою решительность.

— Я пошлю за врачом, — сказал он.

— Вряд ли врач сумеет прорваться сюда в ближайшее время, — спокойно сказал Райнер, находящийся за моей спиной.

— Я сама осмотрю ее, потом решим, что делать дальше.

— Ты не врач!…! Мне нужно на площадь, я должен помочь патрулю, — с надрывом сказал брат. Никогда раньше не слышала, чтобы он выражался вслух.

— Я с тобой, — спокойный голос Райнера сильно контрастировал с голосом брата.

— Нет. Не знаю, чьих это рук дело, но это еще не конец, и здесь не безопасно. Против огня ты бесполезен, но зато можешь защитить их, — увещевал Ролан.

— Хорошо, — легко согласился ловец.

— Поговорите за дверью, я хочу осмотреть Лейн.

— Я пришлю горничную, она поможет тебе во всем, — сказал на прощание Ролан, бросив короткий взгляд на подругу.

Когда парни вышли, я первым делом оттянула Лейн веки. Тьмы в них не было, что одновременно могло быть и хорошим и плохим знаком. С трудом стянув с нее верхнюю часть платья, осмотрела ее тело. В центре груди налился огромный синяк, почти черного цвета, а на правом боку кровоточила небольшая ссадина. Если бы тьмы в ней было побольше, она бы давно смогла излечиться самостоятельно. В дверь постучали.

— Леди, меня прислал лорд Ролан, я могу войти? — прозвучал женский голос.

— Входи, — решилась я.

С помощью горничной удалось обтереть Лейн и наложить ей тугие повязки с заживляющей мазью. На большее мы оказались не способны, и вскоре я выпроводила горничную за дверь.

— Лейн, — прошептала, склонившись к ее лицу, — прими мою тьму.

Эта идея последние полчаса маячила на краю моего сознания. Я вспомнила, как неосознанно сумела помочь Анике, ощущая внутреннюю уверенность в своих действиях. Придется рискнуть. Сконцентрировавшись на силе, призвала немного тьмы к кончикам пальцев и, едва касаясь, провела ими по забинтованной груди Лейн. Ничего ужасного не произошло, и я повторила свои действия еще пару раз.

— Мира, — прошептала она еле слышно и тут же закашлялась, морщась от боли. Лицо подруги немного порозовело, и она перестала смахивать на утопленницу.

— Лучше молчи, помнишь тренировки Кейна? Призови тьму и постарайся равномерно распределить ее по телу.

Через полчаса мучений с тьмой, Лейн уснула. Выглядела она намного лучше прежнего и даже смогла сказать пару слов, не хватаясь при этом за грудь. Я наконец-то смогла выдохнуть, страх за ее жизнь немного улегся.

Глава 5

Из-за пережитого стресса и потраченной силы ужасно захотелось есть. А есть ли в доме Ридов кухня? Или Калеб питается сугубо кровью пойманных темных?

За дверью покоев меня ожидала небольшая неожиданность. Точнее большая, если брать всего младшего Эйра целиком. Кто бы мог подумать, что из тощего и несуразного пацаненка он превратится в такую махину. Ростом и телосложением они с братом были очень похожи, просто к Эйдену я уже привыкла, а вот ловец одним своим видом внушал подспудный страх. Впрочем, после сегодняшнего мое отношение к нему немного изменилось.

— Ты чего? — недоуменно спросила у Райнера. Он лениво облокотился на стену прямо напротив двери.

— Жду.

— Что ждешь?

— Тебя, — ответил он буднично. Я растеряла все свое красноречие. Что, простите?

— Зачем? — я чувствовала себя как никогда глупо, словно разговаривала со стеной. Из него каждое слово придется вытягивать? Райнер не спешил отвечать, мне даже показалось, что он и сам не знает ответа.

Разуверившись услышать что-то вменяемое, я направилась на первый этаж, здраво рассудив, что именно там нужно искать кухню. И не смотря на то, что Райнер по прежнему перемещался ужасающе бесшумно, я даже не сомневалась, что он плетется за мной. Медом ему что-ли намазано? В коридоре было темно, как и на первом этаже.

Долго кухню искать не пришлось, первая же встреченная на пути к утолению голода служанка, учтиво согласилась проводить леди в столовую, пообещав мне легкий ужин. Я, конечно, не отказалась бы и от тяжелого, но не хотелось шокировать неподготовленную публику своим зверским аппетитом. Если всю жизнь прислуживать аристократам, можно вообще подумать, что леди питаются солнечным светом.

Райнер занял место напротив и вперил в меня нечитаемый взгляд. Это его странное поведение на голодный желудок переносилось гораздо тяжелее обычного. Я начала воспроизводить успокоительную технику.

Вдох. Выдох. Вдох.

— Ты бывала на севере? — внезапно спросил ловец. Хорошо, что я в этот момент не ела, не хотелось бы подавиться и задохнуться в самом расцвете лет.

— Только проездом. А ты? — я уже знала ответ, просто хотелось перевести тему с обсуждения моей персоны. Райнер медленно кивнул. Прислуга не стала зажигать свет в столовой, поэтому мы довольствовались лишь тремя тусклыми свечами. Наконец-то принесли ужин и на какое-то время все мое внимание перешло на содержимое тарелок. И как бы я не старалась придерживаться этикета и есть медленно, у меня не слишком получилось подражать истинным леди. Легкий салат и крошечная булочка с травяным отваром упали на дно моего желудка за несколько минут.

— Что будешь делать дальше? — непонятно о чем спросил Райнер.

— Поднимусь к Лейн, — ответила, стараясь не смотреть на ловца, поглощающего свой ужин. Не потому, что я завидовала его наполненной нормальной едой тарелке, а потому, что смотреть на его отточенные аристократичные движения было выше моих сил.

— Я не об этом. Что будешь делать, когда брат женится на Анике? — от этого вопроса, заданного ровным голосом, у меня задёргался глаз.

— Что?

— Не делай вид, что не знала. Тебя наверняка уже просветили добрые люди. Ставлю на дядю.

Ловец отложил приборы и пригубил что-то из своего бокала. Я даже пожалела, что не попросила себе чего-то покрепче ромашки.

— Даже если и так, то тебя это не касается, — отозвалась я сухо.

— Мне есть что предложить, — словно решившись на что-то, быстро проговорил ловец. Я откинулась на спинку стула, внимательно рассматривая Райнера и ожидая пояснений. Он один махом допил содержимое бокала и плеснул еще. — Тебе нужен покровитель. Могу предложить себя.

Если бы он сказал, что завтра настанет конец света, или что у него есть все основания считать меня темной отступницей, я бы удивилась гораздо меньше. Ожидала услышать все, что угодно, но только не это. Против воли к моим щекам прилила кровь, а перед глазами пронеслись жаркие сцены из моих снов с его участием. Я собрала волю в кулак и, выровняв сбившееся дыхание, нацепила на лицо каменное выражение.

— С чего ты взял, что мне нужен покровитель? — надменно спросила я.

— Он всем нужен. Я богат, у меня есть связи. Если согласишься, можешь просить, что хочешь. В рамках разумного.

— Это шутка такая? — я откровенно рассмеялась, ловец поморщился. — Чья это идея? Аники? Вы совсем недалекие, если думаете таким образом подловить меня.

— Тихо! — приказал ловец, и я умолкла. Он задрал голову вверх, словно прислушиваясь к чему-то. Пока моя тьма под слоями блоков, я плохо улавливала чужое присутствие на таком расстоянии. Да и ловец, сидящий напротив, не оставлял никаких шансов воспользоваться силой. Послышался топот ног, а затем глухой удар. Райнер подскочил одновременно со мной.

— Спрячься и сиди тихо! — еле слышно приказал он и бесшумно скользнул в коридор.

Слушаюсь и повинуюсь! Я заткнула нижние края юбки за пояс, подхватила самый тяжелый подсвечник и устремилась вслед за ловцом.

В коридоре Райнера уже не было. На особняк опустилась оглушительная тишина.

Ну, и где все? Кто вообще в здравом уме полезет в дом Ридов? Самоубийца? Стараясь почти не дышать, я поднялась по лестнице, ведущей на второй этаж.

Закладка:

В холле второго этажа также никого не было, я заглянула в спальню, в которой лежала Лейн, и снова не обнаружила ничего подозрительного. В конце коридора скрипнула приоткрытая дверь.

Где Райнер?

Впрочем, ответ на этот вопрос не заставил себя ждать. Толкнув ту самую дверь, по всей видимости, ведущую в кабинет, я обнаружила одно бездыханное тело на полу и Райнера в компании трех нападающих мужчин, если судить по телосложению и росту. Все они были одеты как наемники и полностью скрыли свои лица под масками.

Райнер был ранен, его сорочка на правом боку пропиталась кровью, но он продолжал сражаться и, что удивительно, одерживал победу. Все эти мысли пронеслись в моей голове буквально за одну секунду. Здраво оценив, сложившуюся расстановку сил, я шагнула в комнату, и на меня тут же обрушились звуки сражения. Артефакт тишины!

Один из наемников что-то почувствовал, но не успел развернуться ко мне лицом, как получил подсвечником по затылку и кулем свалился на пол. К этому моменту Райнер успел вывести из строя еще одного нападающего. Последний из оставшихся в сознании наемников просто выпрыгнул в окно. Мы с Райнером одновременно бросились вслед за ним, но во дворе уже никого не было. Ловкий паршивец.

— Я что сказал делать? — заорал этот ненормальный. — Сидеть и не высовываться!

— Назови хоть одну причину, почему я должна беспрекословно тебя слушаться? — спокойно парировала я. Райнер зажег в комнате свет и с совершенно диким и перекошенным лицом уставился на меня. Мать Первородная! Что это с ним? — Мог бы и спасибо сказать, что помогла.

— Тебя могли ранить или вообще убить! — ловец шагнул мне навстречу и, словно споткнувшись, замолчал на полуслове, переведя взгляд на мои оголенные ноги. От этого проникновенного взгляда мои колени чуть не задымились. Я отдернула юбку на место, спасая себя от самовоспламенения и внимания темного. — Ты ненормальная!

— А ты — псих! — Райнер все никак не мог успокоиться. И это тот самый хваленый, расчетливый и хладнокровный ловец? Похоже, Эйден плохо знает своего брата.

Громко выдохнув, Райнер задернул шторы и подтащил бессознательные тела наемников в центр комнаты. Я бросила взгляд на письменный стол, заваленный бумагами, и многочисленные стеллажи, без сомнений, мы в кабинете старшего Рида. С удовольствие бы покопалась в его записях, но, думаю, Райнер неправильно меня поймет. Или правильно. Наверняка здесь и сейф есть…

— Что будем делать дальше? — полюбопытствовала я.

Райнер принялся обшаривать одежду и карманы мужчин, я было последовала его примеру, но ловец, грозно сопя, схватил меня за руку, не давая даже притронуться к чужой одежде.

— Не трогай одежду! Мы не знаем, какие сюрпризы в ней могут быть припрятаны! — снова повысил голос этот ненормальный. — Ты можешь не лезть и просто постоять в сторонке? А лучше всего иди и проверь свою подругу.

Мне нечего было ему противопоставить, да и я действительно слишком сильно отклонилась от образа леди. Придется послушаться, чтобы не вызывать своим поведением лишних вопросов. Я встала, небрежно отряхнула юбку и под внимательным взглядом ловца покинула комнату.

Лейн была в том же состоянии, что и примерно час назад, когда я оставила ее отдыхать. Во мне бурлила энергия и жажда деятельности. Драх бы побрал этого Райнера, мог бы уступить даме и позволить обыскать наемников.

Интересно, зачем они приходили? Артефакт тишины не так то просто найти и тем более не каждому по карману такое приобретение. Определенно, случай на площади и это проникновение связаны, и стоит за этим кто-то очень обеспеченный. Нас с Райнером здесь не должно было быть, а прислуга, возможно, вообще в кабинет не имеет доступа. На это намекает бардак на письменном столе и пыль на стеллажах.

Под артефактом тишины эта четверка могла хоть весь кабинет вынести, никто бы не заметил. Стоп! А как Райнер смог попасть в кабинет? Хотя, если защитный контур держится на магии тьмы, то ничего удивительного, ведь он ходячий поглотитель этой самой тьмы.

Я металась по покоям из угла в угол и не находила себе места. Что-то во всей этой истории не сходилось. Точно! Прислуга! Куда подевались все служанки? Я выбежала из комнаты и понеслась на первый этаж.

Искомые личности в количестве трех штук обнаружились в каморке и находились без сознания. Я проверила дыхание двух девушек и пожилого мужчины и выдохнула. Просто спят. И этот сон явно наведенный. Как им удалось усыпить прислугу? Столько вопросов и ни одного ответа.

Решив, что придумала достаточно веский повод навестить Райнера, я устремилась к кабинету. За время моего отсутствия ловец успел связать двоих, третий лежал в стороне уже без маски и, без сомнений, был мертв.

Очень мертв и очень мне знаком. Я сглотнула образовавшийся в горле ком и никак не могла отвести взгляда от извозчика, доставившего меня больше полугода назад из приюта в Нилек. Сопротивление.

— Не смотри, — мягко сказал Райнер.

Мягко? Я перевела на него недоуменный взгляд, все еще переваривая мысли о возможной причастности сопротивления к взрывам на площади. Сколько невинных людей пострадало? Скольких задавили в толпе? Я ведь и сама участвовала в подобном … до этого момента меня не смущало, что во дворце тоже мог кто-то пострадать по моей вине.

— Прислугу усыпили, — тихо сказала я. Райнер поднялся с колен, и я увидела огромное пятно крови на его сорочке. — Надо обработать рану.

— Царапина, — небрежно ответил ловец.

— Да? Выглядит так, будто из тебя половина запасов крови вылилась. Не дури, давай обработаем рану. Я видела в каморке у прислуги все необходимое. Сейчас принесу, никуда не уходи и не умирай.

В спину мне прилетел смешок. Но проверять наличие чувства юмора у ловца не было желания.

Слуги продолжали мирно спать, пока я рылась в корзине с нужными мазями, настойками и бинтами. На самом деле эту комнату каморкой можно было назвать с большой натяжкой, прислуга у темных жила в гораздо лучших условиях, чем сироты на севере.

В кабинете Райнера не оказалось, зато он обнаружился в умывальной комнате второго этажа… голый по пояс. Я застыла, созерцая широкую спину, испещренную шрамами. Очень знакомую по многочисленным снам спину. Теперь к его образу в моей голове добавилось парочка подробностей, о которых я предпочитала не знать.

— Что, не нравится? — нагло спросил Райнер, глядя на меня через зеркало, висящее над умывальником.

— Ты оставил наемников без присмотра? Не слишком предусмотрительно, — перевела тему, игнорируя требовательный взгляд ловца.

Меня мужскими телами не смутить, в имении не слишком то придерживались великосветских правил, и прямо посреди тренировки кто-то из парней мог спокойно скинуть сорочку, не рискуя при этом отправить кого-то из нас в обморок. Сначала для меня это было дикостью, ведь я росла в изоляции от представителей противоположного пола, если не считать конюха и старого сторожа. Но за три года пообвыклась с прямотой темных, и мне это даже начало нравиться. Все лучше, чем изображать из себя непонятно кого.

— Они не очнутся раньше времени, — сказал он, разворачиваясь ко мне передом. Назло Райнеру, я не отвела глаза, а напротив, прошлась по его телу оценивающим взглядом, а после нагло взглянула в глаза. Мне показалось, или его скулы порозовели? Мысленно я оставила этот раунд за собой.

— Нужно промыть, будет больно, — констатировала я, рассматривая довольно глубокую кровоточащую рану.

Обычный человек с такой дыркой уже бы отправился к праотцам, если не от потери крови, то как минимум от последующего ее заражения. Но ловцы — живучие твари, как любила говорить Венира. Райнер даже не поморщился, когда я щедро плеснула настойку прямо на рану и начала ее не слишком аккуратно вычищать. А вот нечего меня бесить и провоцировать.

Когда я закончила истязать стоящего истуканом Райнера, то подняла глаза и наткнулась на очень жадный взгляд. Дыхание ловца было поверхностным, а пальцы сжали края умывальника до побелевших костяшек, словно он сдерживал себя от того, чтобы схватить меня и …что последует за этим «и», я не знала и знать не хотела. Мне и снов с его участием достаточно. Это его так боль завела? Извращенец! Будет что рассказать Венире. Вопреки моим стараниям держаться отстраненно, к щекам прилила кровь, а сердце забилось как сумасшедшее. Драхов ловец.

Закладка:

— Готово, — я нарочито небрежно шлепнула на рану пропитанную мазью тряпку и закрепила ее специальным бинтом. — Жить будешь. Говорят, на вас все заживает как на с… ну, то есть хорошо заживает.

— Тебе как будто не впервой сталкиваться с серьезными ранениями, — хрипло сказал Райнер, и от его голоса по спине побежали предательские мурашки. Я с остервенением начала забрасывать в корзину остатки лекарств. — Где практиковалась?

Где-где? В имении. На тренировках частенько кто-то получал различные ранения, в том числе и я. У меня даже парочка шрамов на память осталась.

— Читала много книг по лекарскому делу, — сказала я чистую правду.

На этом наш разговор прервался красноречивым покашливанием со стороны двери. Я подпрыгнула на месте от неожиданности и неловкости, словно меня благоверный супруг застукал в постели с любовником.

Глава 6

Ролан

На улицах Замиры царил беспорядок, людей стало в разы меньше, чем полчаса назад, когда мы прорывались к моему дому, но зато теперь здесь бесчинствовали мародеры и вандалы. К зданию Советов я бежал на пределе своих возможностей, и с каждым шагом ощущал, как невидимая нить, связавшая меня с новой знакомой, натягивается, словно поводок на моей шее. Хотелось все бросить, наплевать на долг и вернуться, чтобы проверить, пришла ли она в себя.

Лейн. Я покатал это сладкое имя на языке и сам удивился своей реакции. Привык все анализировать и ко всему подходить с рациональной стороны. В старых рукописях ранее я находил упоминание о притяжении между темными, но поскольку Лейн — обычная девушка, этот вариант отмел сразу. Да и стоит ли верить всему написанному? За всю свою жизнь я не нашел ни одного подтверждения этим слухам.

На пути мне уже в который раз попались вооруженные топорами мужики, бьющие витрины торговых лавок и устраивающие потасовки с местными жителями. Все это выглядело хорошо спланированной акцией. Моего громкого предупреждения им было мало, поэтому я шуганул их своей силой. Мало кому захочется быть отравленным тьмой. Где же патруль?

Последний взрыв прогремел на втором этаже Дома Советов и даже на первый взгляд нанес огромный ущерб зданию. Я практически взлетел на крыльцо, заваленное осколками стекла и камнями, и сразу же столкнулся с Эйденом.

— Ты видел Элен? — запыхавшись, спросил друг. Часть его одежды была опалена огнем и испачкана сажей.

— С ней все в порядке, она у меня дома с твоим братом. — Эйден громко выдохнул и устало облокотился на стену. — Есть пострадавшие?

На этом вопросе друг изрядно напрягся и сочувствующие посмотрел на меня.

— Да говори же! Кто? Отец? — выкрикнул я, и по его лицу понял, что оказался прав. Я бросился в сторону отцовского кабинета, который находился на злосчастном втором этаже. Как это возможно? Он ведь еще вчера отбыл в Нилек! Его не должно было быть здесь!

— Ролан, постой, — Эйден нагнал меня в холле второго этажа. — Да постой же! Его уже увезли к порталу.

— В каком он состоянии? — с надрывом спросил я. Мы с отцом никогда не были близки, но он и младший брат были единственными моими родственниками. По-своему я любил его.

— Сильный ожог. Но он темный, один из сильнейших, он обязательно выкарабкается! Ты сейчас ничем ему не поможешь, в Никеле его ждут лучшие врачеватели, да и Мелисса с ним. Ты нужен нам здесь! — положив руку мне на плечо, увещевал Эйден. Я растер лицо руками и постарался задвинуть эмоции подальше.

— Ты прав. Какие новости?

— Пойдем, отец собрал ближний круг, я как раз искал тебя.

Совещание проходило в уцелевшей части здания. Калеб Эйр, временно занявший пост главы, стоял у большого стола и разбирал какие-то записи. Когда мы вошли, он оторвался от изучения бумаг и поднял правую руку, призывая всех присутствующих к тишине. В этой комнате собралось по меньшей мере двадцать темных, пятеро из которых были ловцами.

— Внимание! По последним донесениям убито тридцать темных и ранено почти в два раза больше. Погибших от взрыва среди простого населения нет, но около двадцати человек насмерть задавило в толпе. Все это указывает на то, что главной целью нападающих были именно темные. Сейчас в городе орудует несколько группировок мародеров, что так же, без сомнения, спланировано отступниками. Даю вам два часа, чтобы найти и обезвредить каждого, кто вызовет в вас какие-то сомнения. Мародеров не убивать, всех пойманных на допрос в подземелье. Выполнять.

— Это точно отступники? — спросил у главы ордена, когда остальные темные покинули комнату. Он бросил короткий взгляд на Эйдена, стоящего по правую руку от меня и кивнул головой.

— Я сегодня не видел ни одной сумасшедшей темной. У нас есть какие-то доказательства? — эти вопросы явно не пришлись по вкусу старшему Эйру. — Я ведь не просто так спрашиваю. По характеру взрыва могу предположить, что они были произведены с помощью маскинского артефакта, известного как рассеиватель. Откуда у кучки свихнувшихся женщин и парочки их приспешников такие уникальные предметы? Как они смогли спланировать все это?

— Мне тоже интересно услышать ответ, отец, — произнес Эйден. Калеб Эйр одарил меня очень тяжелым взглядом. После взрыва во дворце от своего отца я узнал всю правду о темных женщинах. Хотя всю ли? Безусловное доверие к словам Альта Рида дало трещину, как и ненависть к отступникам.

— Расскажите ему или это сделаю я.

— Ты выбрал не то время, чтобы угрожать мне, мальчик, — весомо произнес Калеб.

— Да о чем речь? — непонимающе воскликнул Эйден. Калеб предостерегающе на меня посмотрел.

— Тебе всю жизнь врали, — произнес, развернувшись к удивленному другу лицом. — Твоя мать умирает из-за артефакта, подавляющего женскую тьму…

— Что за бред? — перебил меня он.

— Это не бред. Полтора века назад Марнер Первый при поддержке маскинских артефакторов создал уникальный механизм, подавляющий в женщинах тьму. Из-за этого они и сходят с ума, запертая внутри тьма убивает своих носительниц. Знаешь, почему твоей матери стало лучше?

— Ролан! Ты искажаешь факты…

— Отступники уничтожили часть артефакта. Так что при встрече можешь сказать им спасибо, — перебил я Калеба.

— Хочешь сказать, что одобряешь их методы? — с намеком спросил старший Эйр. — Убийства невинных людей? Может быть, сразу перережем друг другу глотки, чтобы порадовать твоих новых друзей?

— Они мне не друзья, я бы предал суду всех виновных в убийствах. Но после того, как узнал правду, хотя бы начал понимать их мотивы.

— Зачем он это сделал? — тихо спросил Эйден, прожигая взглядом своего отца.

— Правильный вопрос. Предводительница темных подняла против короля восстание, они уничтожили тысячи невинных людей. У Марнера не было выбора, ему пришлось их остановить.

— Ролан сказал, что уничтожена лишь первая часть артефакта, если уничтожить вторую … маме станет лучше? — с надеждой спросил друг.

— Не знаю, скорее всего разрушение второй части просто напросто убьет ее. Но что я точно знаю, так это то, что отступники получат неограниченную силу. Поверь, сын, это не невинные женщины и мужчины, это чудовища, которые ни перед чем не остановятся в жажде мести. И сегодняшнее происшествие лишь подтверждает это.

В этом я был с ним согласен. Праведниками отступников назвал бы лишь сумасшедший. Я хорошо понимал их мотивы, но категорически не одобрял методы. Убил бы я при встрече отступника или отступницу? Скорее всего, да.

Наше желание помочь патрульным и другим членам ордена в прочесывании улиц Калеб категорически отверг и приказал не покидать дом Ридов. Ослушаться главу мы не посмели.

Дорога до моего дома прошла в полном молчании, Эйден пытался принять новую реальность, а я не собирался ему в этом мешать. Улицы опустели, повсюду валялся мусор, а в воздухе витал дух глобальных перемен. Я нутром чувствовал, что этот день станет точкой отсчета для чего-то большего. Как прежде уже не будет.

— Кто еще знает? — внезапно спросил Эйден, когда мы уже почти подошли к моему дому.

Закладка:

— Только наши отцы и мы. Король взял какую-то хитрую клятву с непосредственных участников произошедшего, ты не сможешь никому рассказать. Только Риды, Эйры, Вэи и Линсы знают правду.

— Линсы? — переспросил Эйден. — Никогда о них не слышал.

— Вот и я не слышал, зря они пытались обойти клятву.

— Райнер наверняка все знает, отец ничего от него не скрывает. Почему он не рассказал мне? Ты сам давно знаешь?

— Отец рассказал после случая во дворце. Удивлен, что твой так долго тянул.

— Постой! — сказал друг, застывая на месте. — Нам говорили, что во дворец забралось несколько сумасшедших темных, которые сорвали своей силой все охранки, но теперь оказывается, что все это было спланировано … Как? Как они прошли несколько охранных постов и остались незамеченными?

— Я уже думал над этим вопросом. И ответ тебе не понравится.

— Они среди нас? Я не понимаю. Столько проверок, охранных систем и все без толку. Какие-то бабы вошли во дворец, как к себе домой, и уничтожили мощнейший древний артефакт? Это бред какой-то, — сказал Эйден, садясь на крыльцо моего дома. Он растер лицо руками и шумно выдохнул. — Все это они проделали, еще не имея той силы, которой обладают теперь, после разрушения артефакта. А если им удастся разрушить вторую часть? Так ли был не прав Марнер Первый? Что если агрессия это не последствия подавления силы, а природа темных женщин? Но как их остановить?

— В твоих словах есть доля истины, но я бы не был так категоричен. Нам врали так долго. Что, если и это не вся правда?

— Мне уже плевать на правых и виноватых. Они убийцы. Посмотри, что они сделали с городом! Я не дам им убить и мою мать! — сказал Эйден, вставая. — Пойду к Элен.

— Ты уже сказал ей о свадьбе?

— Нет, — тяжело вздохнув, ответил он. — Не знаю, что делать. Я люблю ее, как никого еще не любил. Рядом с ней я чувствую себя живым. Но все вокруг почему-то считают, что я должен своими руками уничтожить то единственное светлое в моей жизни, что у меня есть.

— Успокойся. Я так не считаю. Но она имеет право знать правду, тем более, если ты действительно ее любишь, — ответил я, доставая из внутреннего кармана кольцо, которое не дает мне покоя, с тех пор, как я нашел его в подземелье, рядом с бессознательным Эйденом. Как оно там оказалось? Вряд ли сумасшедшие отступницы носят такие дорогие украшения.

— Откуда оно у тебя? — внезапно спросил друг, протягивая руку.

— Нашел, — ответил я, передавая ему улику. Почему-то говорить, где именно я его нашел, не хотелось.

— Я все гадал, почему она его не носит, наверное, стесняется сказать, что потеряла.

— Ты знаешь, чье оно? — затаив дыхание, спросил я.

— Конечно. Я подарил его Элен перед балом, — ответил он и шагнул в дом.

Мира

— Что здесь происходит? — спросил у меня Эйден, стоя в дверях и окидывая брата раздраженным взглядом. Я схватила корзину с лекарствами и поспешила покинуть умывальную комнату. Щеки горели, а сердце билось где-то в горле, мешая нормально думать. И вроде бы ничего такого не произошло, но чувство неловкости не отпускало, и это неимоверно злило. Не я здесь предатель!

— Ничего такого, помогала твоему брату с раной, — оправдалась я, скосив глаза на медленно одевающегося Райнера. Лицо у него словно окаменело, а взглядом можно было замораживать насмерть.

— Я про тела в кабинете, — спокойно ответил Эйден, а я почувствовала себя полной идиоткой. Что я себе навыдумывала?

— К нам гости заходили. Расскажу наедине, без лишних ушей, — лениво ответил Райнер.

Это кого он лишними ушами назвал? Хоть бы спасибо сказал за помощь! Эйден обнял меня сзади, прижимая к себе и утыкаясь носом в мое плечо. Одарив нас с темным странным взглядом, Райнер удалился.

— Сильно испугалась?

— Сначала испугалась, а потом меня нашел Ролан и твой брат. Кстати, Райнер спас мне жизнь сегодня.

— Как жаль, что меня не оказалось рядом, — повинился Эйден, разворачивая меня к себе лицом.

Видимо, сказался сильный стресс, потому что темный был как никогда нежен. Он поцеловал меня в губы и двинулся дальше, исследуя мою шею. Я настойчиво отодвинула его от себя.

— Это был очень сложный день. Хочу принять ванну и лечь спать. Тебе тоже не мешает отдохнуть, — с намеком сказала я. Райнер глубоко вздохнул и кивнул головой, соглашаясь. Его покорность меня сильно насторожила. Что, даже уговаривать не будет?

— Отдыхай. Можешь занять комнату в конце коридора, обычно я там располагаюсь, когда гощу здесь. Я приду чуть позже, — раздал указания темный. Все с ним в порядке, он просто уступил мне пару часов, а не принял мой отказ. Ничего нового.

— Хорошо.

В покоях, в которые меня отправил Эйден, имелась собственная умывальная комната с роскошной ванной. Я с большим наслаждением погрузилась в горячую воду и расслабилась настолько, что даже задремала.

Проснулась резко, как от толчка. Вода давно остыла, и кожа на руках покрылась мурашками. Меня передернуло. Отвратительное ощущение. Тьма странно заворочалась в груди, и я поняла, что все эти ощущения не имели ничего общего с водой. Кто-то поблизости активировал артефакт, работающий на темной магии. Интересненько!

Стремительно вытерлась полотенцем. Платье, в котором я сегодня совершала подвиги, было в ужасном состоянии, поэтому я не осмелилась надеть его на чистое тело. В платяном шкафу нашлось несколько мужских сорочек. Вероятно, они принадлежат Эйдену, и, думаю, он не сильно обидится, если я позаимствую одну. Сорочка доходила мне до середины бедра и в принципе могла сойти за ночную рубашку.

В коридоре было тихо и все так же темно. В крови кипел азарт, поэтому я осмелилась отпустить немного тьмы, чтобы быть готовой к случайным встречам. Тьма выпустила свои щупальца во все стороны.

Нашла! В кабинете, где сегодня произошло вторжение, работала глушилка. Это не такой мощный артефакт, как тот, что применяли наемники, но зато создан исключительно нашими учеными и работает на магии тьмы.

Я улыбнулась, ощущая, как сердце мощными толчками разгоняет кровь по венам в предвкушении охоты.

После войны часть захваченных маскинских артефакторов якобы сгинула в тюремных подземельях. На самом же деле они провели оставшуюся часть жизни в лабораториях, работая на благо Литтаи. Тогда то и начался резкий подъем науки на территории королевства, очень скоро в обиход вошли различные артефакты бытового назначения. В той войне Маскинья потеряла не только магов огня, но и все технические преимущества.

В Западных землях стали широко распространены артефакты, основанные на магии тьмы. Однако никто не учел, что темная магия женщин разительно отличалась от мужской: это знание умерло вместе с Лайеном и его сыном. Именно этот недочет позволял проявленным темным обходить защиту некоторых артефактов. Из-за этой оплошности ученых я смогла пройти сквозь защиту академии, а Венира сквозь охранный контур подземелья во дворце.

Плавно двигаясь вдоль стены, я подкралась к кабинету, дверь которого была заперта. Призвала тьму в самые кончики пальцев и прикоснулась к двери.

— Это странно, — послышался, словно через толщу воды, голос Ролана.

— Зачем им это? — спросил Эйден.

— Тайник им все равно не открыть. Я проверил, его защита строится на кровной магии. Даже мне не взломать его, — ответил Райнер.

— Ты пытался вскрыть тайник моего отца? — возмутился Ролан.

— Я должен был проверить. Напомни, когда это на территории королевства разрешили использовать кровную магию?

— Спросишь у отца, когда он очнется, — отбил нападки ловца Ролан.

— Когда настроили защиту?

— На прошлой неделе…погоди… ты хочешь сказать, что приди они раньше, то получили бы желаемое? Они просто не знали, что отец усилил защиту.

— Вероятнее всего, — ответил Эйден.

— В Нилеке такое же хранилище, там Мирия и брат…

— Они не полезут туда, ну не самоубийцы же они? — протянул Райнер. — Но на всякий случай приставим к твоему дому пару людей.

Закладка:

— Ты прав. Нам нужно отдохнуть, чувствую, нас ждут нелегкие времена.

— Элен сказала, что ты спас ее. Спасибо, — внезапно сказал Эйден.

— Не стоит благодарности, я не для тебя старался.

Мда, такой братской любви можно только позавидовать.

Послышались шаги, и мне пришлось прервать подслушивание. Я рванула в комнату к Лейн и прилегла рядом с ней.

Хранилище Ридов защищено магией крови, это ли не подарок судьбы? В коридоре скрипнула дверь, и я замерла с закрытыми глазами. Ночевать с Эйденом у меня не было никакого желания. Но долго изображать спящую мне не пришлось, через пару мгновений я отправилась в мир грез.

Глава 7

— Мира, — прошептал кто-то рядом. Я с трудом разлепила веки и пыталась понять, где, а главное, с кем я сейчас нахожусь в одной кровати. И только спустя минуту до меня дошло, что Мира это мое имя, а рядом, откинувшись на спинку кровати, сидит Лейн.

— С ума сошла? Какая еще Мира? — прохрипела я спросонья. Комнату заливал яркий солнечный свет, и по всему выходило, что близится полдень. Виски ломило, а глаза болели и заслезились от одного только взгляда на окно.

— Прости, все время забываю. Наконец-то ты проснулась, я уже устала ждать. Несколько раз заходила служанка, но я притворялась спящей и не узнала, что ей нужно. В последний раз она принесла два платья, — она подорвалась с кровати и двинулась в сторону небольшого диванчика, на котором лежали наши временные наряды.

— Как себя чувствуешь? — спросила я и тут же закашлялась. Ужасно болело горло и был заложен нос, словно я обычная смертная, простудившаяся в ветреную погоду. И это было странно, потому что болела я в последний раз в пять лет и то недолго, а после проснувшейся тьмы вообще ни разу.

— Словно заново родилась. А вот с тобой что происходить? — Лейн отбросила платье и метнулась ко мне. — Первородная, да у тебя жар!

— Ерунда, наверное, артефакт снова сбоит, и я поймала последствия, — не слишком то веря в то, что говорю, произнесла я.

— Почему тогда со мной все в порядке? — задала хороший вопрос Лейн. И, кажется, в глубине души я уже знала на него ответ, но предпочла оставить свои подозрения при себе, чтобы подруга не мучилась от чувства вины. Теперь я знаю, почему передачу тьмы не практикуют и почему нас не учили ничему подобному. Я отдала совсем чуть-чуть и сразу поплатилась, а если бы я влила в нее больше? Очнулась бы я сегодня? Меня передернуло.

— Думаю, нам пора привести себя в порядок и спуститься к гостеприимным хозяевам. Лейн, умоляю, побольше молчи и ничего не трогай. Прикидывайся пострадавшей, но не переигрывай.

— Как прикажете, темная госпожа, — прошептала Лейн и шутливо поклонилась. Я кинула в нее подушкой, но сильно промахнулась. Мда.

Совершив все утренние процедуры, и с большим трудом напялив на себя вычурные платья с многочисленной шнуровкой, мы спустились в гостиную. Лейн выглядела посвежевшей и отдохнувшей, и с одной стороны, меня радовало, что подруга цела и здорова, но с другой ее румянец и ясный взгляд могли вызвать много ненужных вопросов. Шутка ли, ее вчера чуть не затоптали в толпе, а сегодня она уже скачет козочкой. Я же, напротив, постоянно хлюпала носом и периодически душераздирающе кашляла, почесывая покрасневшие глаза. Чудище лесное, особенно на фоне прекрасной Лейн.

Отогнала подальше непонятно откуда взявшиеся переживания о собственной внешности. В самом деле, с чего вдруг меня так волнует мой внешний вид?

В гостиной неожиданно обнаружился ловец. Он чинно восседал в кресле, словно король на троне, и читал газету. Я замерла, рассматривая его благородный профиль, слегка растрепанные белоснежные волосы и сильные пальцы, крепко сжимающие страницы.

Драхова нечисть, я что, любуюсь ловцом? Я уже хотела сделать шаг назад, и незаметно покинуть гостиную, чтобы оттянуть встречу с Райнером, но не успела.

— Доброе утро, леди, — поздоровался ловец, не поворачивая головы. Лейн выглянула из-за моей спины и поиграла бровями, намекая, что еще не знакома с этим … этим … ловцом.

— Лейн, это лорд Райнер, — не успела я договорить, как благородный господин, пружинисто поднявшись из кресла, в одно мгновение оказался перед нами и поклонился. В глазах зарябило, я пошатнулась от его резкого перемещения и не аристократично шмыгнула носом.

— Можно просто Райнер, — предложил ловец, пытаясь изобразить на лице радушную улыбку. Получилось плохо. Вообще, я заметила, что любое демонстрирование эмоций дается ему с трудом.

— А это просто Лейн, моя давняя подруга, — эта самая подруга изобразила натянутую улыбку и взглянула уже на меня ошалевшими глазами. Кажется, ловец вызывал у нее не самые приятные чувства.

— А где все? — гнусаво спросила я. Райнер бросил на меня обеспокоенный взгляд.

— Что с тобой?

— Приболела немного. Так где все? — повторила я свой вопрос.

— Ролан и Эйден скоро должны вернуться. Тебе лучше лечь, я сейчас же вызову врача! — ловец проскочил мимо нас, но я успела схватить его за рукав. Райнер замер и медленно опустил глаза на мою руку.

— Не надо врача, я в порядке! — он никак не отреагировал на мои слова, лишь потянул свои рукав из моего захвата. — Ты меня слышишь?

— Я понял, — просипел Райнер и резко отвернулся. — Идите в столовую, скоро попадут обед.

— Он странный и пугающий, — вынесла вердикт Лейн, когда ловец почти бегом покинул гостиную.

— Он ловец, — многозначительно ответила ей.

Роскошный обеденный стол был сервирован на шесть персон. И пока я судорожно гадала, с какой стороны, согласно этикета, мы должны расположиться, в коридоре послышались голоса, и через несколько минут в столовую вошли темные и ловец.

Эйден сразу же приобнял меня, легко целуя в щеку. Ролан справился о здоровье Лейн и пригласил нас сесть по правую руку от него. Братья Эйр заняли места напротив нас. Слуги принесли первое блюдо. Я окинула взглядом плескающийся на дне тарелки суп и, едва сдержав тяжкий вздох, приступила к трапезе. Лейн подсмотрела, каким прибором я орудую, и повторила за мной.

— Элен, ты хорошо себя чувствуешь? — спросил брат. А Эйден перевел на меня недоуменный взгляд, словно не заметил, как паршиво я сегодня выгляжу.

— Легкое недомогание, — прогнусавила я, — не стоит беспокоиться. Лучше поведайте нам последние новости. Выяснили, кто стоял за всем этим?

— Еще выясняем, но вариантов не так уж много. Основная версия — отступницы.

Я проглотила нецензурные слова вместе с очередной ложкой супа. Сопротивление очень умело подставило Сестер.

— Значит, кто-то видел обезумевших темных? — задала я логичный, с моей точки зрения, вопрос.

— Следствие еще не окончено, поэтому у нас нет всех данных. Тем более, мы подозреваем, что не все из отступниц перешли грань безумия и вполне могут выглядеть, как обычные женщины, — сказал Эйден, и в столовой повисла оглушающая тишина. Они даже не подозревают, насколько близко подобрались к разгадке. Боковым зрением я почувствовала тяжелый взгляд Ролана и громко чихнула.

— Ниэла, заварите леди Элен укрепляющий отвар, — вежливо приказал Ролан служанке, и она метнулась из столовой со скоростью ловца.

— Спасибо, — поблагодарила вернувшуюся с добычей Ниэлу и перевела взгляд на Ролана. — Так вы считаете, что не все проявленные темные женщины сумасшедшие?

— Это лишь версия, но она многое объясняет.

Я откинулась на спинку, покончив с первым слишком быстро. Аппетит с утра был просто зверским.

— Но если это так, то почему орден Тьмы до этого времени с ними ни разу не сталкивался? К нам на лекцию приходил лорд Солт, он поведал нам жуткую историю о чудовищах с женскими лицами, и совсем не упоминал о стабильных темных женщинах, — во мне бурлил злой азарт, я перестала следить за языком. — О, Пресветлый! А что, если они убивали всех без разбора?

— Что за чушь? — взбеленился Эйден, уязвленный тем, что я посмела опорочить детище его отца. — Никто из ордена не убивал стабильных темных, а если и убивал, то только убедившись в том, что они представляют опасность для окружающих.

Закладка:

— Ты прав, — с чувством ответила я. — В ордене не могут ошибаться! И они бы не стали врать. Простите за это предположение.

Внесли второе блюдо, состоящее из отбивной и овощного гарнира. Я наложила себе внушительную порцию и с удовольствием приступила к еде. Неизвестно, когда мне в следующий раз удастся поесть, вдруг меня уже к вечеру упекут за решетку.

Больше тема отступниц не поднималась. Разговор плавно перетек на тему академии. Оказывается, ректор объявил двухнедельные каникулы, и теперь я пыталась придумать, куда мне податься на это время. Ехать к леди Хольм было опасно, да и не факт, что она пустит меня к себе на порог. Она наверняка одна из тех, кто только обрадовался, что сопротивление больше не якшается с Сестрами Тьмы. Поэтому оставался лишь одни вариант — тайное убежище темных.

— А где вы с Элен познакомились? — внезапно спросил Райнер. Я чуть не поперхнулась мясом. Легенду нашего знакомства мы с Лейн не обговорили. Вот же … ловец, чтоб его приспешники нижнего мира драли … Я уже было открыла рот, чтобы ответить, но тут в столовую зашел слуга.

— Прибыла леди Амалия Хольм. Она желает видеть свою племянницу.

Это было неожиданно. Я бросила вопросительный взгляд на Лейн, она едва уловимо мотнула головой. Что ж, кажется, этого разговора мне не избежать.

— Прошу меня простить, тетя не любит ждать.

— Может, пригласить ее присоединиться к нам, — предложил Ролан, поднимаясь из-за стола, с явным желанием осуществить задуманное. Я представила, как леди Амалия сидит за одним столом с темными и едва сдержала смех.

— Нет, не стоит, зная тетю, вряд ли она согласится, — остановила его и спасла от встречи с леди Хольм. — Лейн, не проводишь меня?

— Конечно! — ответила она с энтузиазмом. Не хотелось оставлять ее на растерзание Райнеру.

Леди Хольм ожидала нас в малой гостиной. Необычайно бледная и какая-то растерянная. Но так мне казалось ровно до того момента, как она увидела нас с Лейн на пороге комнаты. Маска невозмутимости искусной вуалью опустилась на ее немолодое лицо. Интересно, зачем она явилась?

— Добрый день, — сказала леди и достала из сумочки какой-то камень. Я подошла поближе и вопросительно на нее уставилась.

— Артефакт тишины, нас никто не услышит. Я рада, что вы целы и невредимы.

— Правда? Я то думала, что вы желаете уничтожить как можно больше темных.

— Я никогда не собиралась уничтожать всех темных без разбора. У меня есть личные счеты с некоторыми из них, но вас это не касается, — с расстановкой проговорила Амалия.

— Зачем вы здесь?

— Убедиться, что вы в порядке! — ее взгляд забегал, словно она пыталась подобрать правильные слова. — Идем со мной. Я помогу, спрячу вас.

— Что-то грядет? Вы же знаете, что я не стану прятаться! Хотите помочь? Расскажите! — попросила ее. Амалия опустилась на диван и махнула рукой на соседнее кресло.

— Я даже не сомневалась, что ты не примешь мою помощь, — с горечью ответила леди Хольм. — Думаешь, я тебя ненавижу? Я пыталась ненавидеть и тебя, и Элен, но вы обе слишком напоминаете мне мою племянницу. Тебе наверняка рассказали, как она закончила. Я не хотела привязываться к вам, но проиграла.

— Ваша племянница, Амалия … ее убил Альт Рид? — тихо спросила я.

— Мы почти уверены в этом. Но я здесь по другому поводу. Мне не удалось связаться с Кэролайн напрямую, чтобы предупредить ее о готовящихся событиях на площади. Поэтому я отправила записку через связного.

— Так это были вы? Я подумала, что она от Кэролайн, — растерянно сказала Лейн.

— Как давно ты видела ее? — спросила я у подруги.

— Две недели назад. Она отбыла в имение, оставив меня здесь для связи.

— Почему сопротивление отказалось от Сестер? — задала я давно мучивший меня вопрос.

— Мы узнали, кто был предателем. Это Кейн.

— Правая рука Кэролайн, — теперь все встало на свои места. — Но вы же не думаете, что глава была с ним заодно?

— Не важно, что думаю я, важно то, что Сестры утратили доверие сопротивления.

— Это повод, а не причина. Вам просто удобно использовать нас как ширму для своих грязных делишек. Теперь все можно валить на кучку недобитых женщин, правда?

— Мира, послушай! Не буду отрицать, что ты во многом права, но дело не в этом. Артур захватит власть и начнутся большие перемены. Не уверена, что он оставит вас в покое. Но я предлагаю тебе свою защиту. Пойдем со мной.

— Какой еще Артур? — переспросила я.

— Ты видела его на собраниях, — ответила она, и я сразу поняла, что речь о том самом неприметном мужчине. Ну ничего себе, как высоко он метит.

— Леди Амалия, я признательна вам за все, что вы для меня сделали, правда! Но я не пойду с вами. Поймите меня правильно.

Она тяжело вздохнула и сунула руку в сумку, доставая знакомый на вид амулет и протягивая его мне.

— Тогда возьми это, — я машинально протянула руку, и в ней оказался мешочек с монетами и голубой кристалл, похожий на тот, что я однажды использовала для переноса в столицу. С один лишь отличием. Это был не стационарный портал. Я держала в руках целое состояние. — Знаешь, что это такое, и как его использовать?

— Это одноразовый портал, использовать только ночью или в темной комнате, — протянула я, не отводя взгляда от переливающегося на свету камня. — Я не могу принять его, он стоит целое состояние.

— Он твой, возражения не принимаются! — строго сказала Амалия, поднимаясь. — Мне пора. Если что-то будет нужно, ты знаешь, где меня найти. Прощайте, девочки. И берегите себя.

— Спасибо, — ответили мы почти хором. Леди Амалия покинула гостиную чинной походкой.

А я подумала о том, что уже в который раз ошибалась в том, кто мне действительно друг, а кто враг.

— Что будем делать дальше? — тихо спросила меня Лейн.

— Вернемся в тайный особняк, но прежде мне нужно забрать свои вещи из академии. Что-то мне подсказывает, что на учебу я уже не вернусь, — прошептала ей, пока мы оставались наедине в ее покоях.

Лейн растерянно теребила расшитый рукав платья. Уже не ребенок, но еще не женщина. Как у Кэролайн поднялась рука привлечь ее к делу?

— Что у тебя с Роланом? — задала мучавший меня со вчерашнего дня вопрос.

— Что? Ничего! — слишком поспешно ответила Лейн, заливаясь краской по самые уши.

— Лейн!

— Правда, ничего! — слишком уж эмоционально ответила она, но тут же одернула себя, оглядываясь по сторонам. — Честное слово, я ничего не делала.

— Послушай, я тебя ни в чем не обвиняю. Просто расскажи, что ты чувствуешь? Он слишком странно себя ведет рядом с тобой.

— Думаешь? — с какой-то надеждой спросила она, ее глаза заинтересованно загорелись, а уши запылали еще сильнее. Я выжидательно на нее уставилась. — Когда мы встретились, я почувствовала что-то странное в груди. И каждый раз, когда мы встречаемся, это чувство усиливается. Это то самое притяжение темных?

— Ты знаешь о притяжении? — удивилась я ее осведомленности в интимных вопросах темных. Неужели Венира ее просветила на этот счет?

— Слышала краем уха, — прошептала она.

— Думаю, все же это что-то другое. Понимаешь, притяжение это о … ммм … ну, о желании близости, а не странностях с тьмой, — выдавила я из себя шепотом. Мне и с Венирой разговаривать о близости было неловко, а уж с Лейн, которую я считала своей младшей сестрой, тем более.

— Ааа, — многозначительно протянула Лейн, переваривая новые знания.

— В любом случае, мне это не нравится, лучше держись от него подальше.

— А ты от Райнера будешь держаться подальше? — неожиданно спросила она. Я даже сбилась с мысли.

— Ты о чем? Причем здесь ловец?

— Он постоянно пялится на тебя, когда ты на него не смотришь. Это пугает. Но и ты очень странно себя с ним ведешь.

— Ты это за пару часов выяснила? Он ловец, и этим все сказано. Думаю, Райнер подозревает меня. Мы с ним уже виделись. Три года назад, когда меня впервые проверяли, он был там.

— Вы, конечно, похожи с Элен, но все же разница есть. Как он мог понять, что вы связанны?

Закладка:

— Не знаю, но он точно меня подозревает. Причем с самой нашей первый встречи в академии.

Через полчаса Нэйла сообщила нам, что Ролан хочет с нами обеими переговорить. Это было неожиданно, и я даже насторожилась, но потом подумала, что мы находимся у него в гостях и, возможно, он хочет узнать как долго мы собираемся висеть у него на шее. В мои планы не сходило задерживаться здесь еще на ночь. Только выпрошу у брата карету, чтобы добраться до академии.

— Я должен был сообщить эту новость еще во время обеда, но нас прервали, — начал издалека Ролан. Мы втроем находились в его кабинете. — Послезавтра я должен быть в Нилеке, и хотел бы, чтобы вы отправились со мной.

— О чем ты? Зачем нам ехать в столицу темных? — недоуменно спросила я, пока Ролан продолжал пялиться на Лейн.

— А, да… Я, кажется, не с того начал. Через несколько дней состоится моя помолвка, вы обе приглашены, — в кабинете повисла звенящая тишина, я обдумывала его слова и никак не могла взять в толк, зачем мы обе ему там понадобились. Почему молчала Лейн, было несложно догадаться.

— Мы с удовольствием принимаем твое приглашение. А кто невеста?

— Аника Вэй, — пробормотал темный.

— Та самая Аника? — переспросила я, решив, что ослышалась.

— Да, — ответил Ролан и снова перевел взгляд на Лейн, которая с самого начала разговора не поднимала взгляд со своего многострадального рукава.

— Поздравляю? — полувопросительно произнесла я, но так и не дождалась ответа.

Узнав все детали нашего путешествия, мы с Лейн отправились в академию. Я не хотела оставлять ее одну в доме Ридов, тем более в таком хмуром настроении.

— Зачем ты согласилась? — спросила подруга, пока мы тряслись в одолженной карете.

— Это отличный предлог, чтобы побывать в Нилеке. — Лейн заинтересованно посмотрела на меня, предлагая продолжить свою мысль. — У меня есть планы на хранилище Ридов.

— Ты собираешься влезть в дом Ридов и ограбить их? Ты же говорила, что хранилище защищено магией крови? — прошептала темная.

— В этом и смысл. Думаю, я сумею его открыть, не привлекая внимания.

— В каком смысле? Думаешь, что ты родственница Ридов? — Лейн одарила меня скептическим взглядом.

— Думаю, я дочь Альта Рида, — я впервые произнесла это вслух и сейчас, под недоуменным взглядом подруги ощущала себя крайне глупо. Мне даже показалось, что встреча с матерью мне приснилась, и все сделанные мною выводы нелепы до ужаса.

— Хм. Тогда, получается, Ролан — твой брат. Не буду спрашивать, из чего ты сделала эти выводы. Но ты уверена?

— Почти, — ответила я, но уже без прежней уверенности в своих словах.

Ворота академии охраняли двое темных. Проверив документы и шрам, подтверждающий мою непричастность к темным, они пропустили меня на территорию учебного заведения.

По дороге к общежитию я не встретила ни единого студента. Собрав свои платья и тетради, в последний раз выглянула в окно своей комнаты, выходящее на тренировочную площадку и злосчастный лес. Голые ветви деревьев, сплетенные между собой ветром, сейчас как никогда напоминали щупальца Тьмы. Я передернула плечами, вспоминая картинки из своих снов, и попрощалась с этим странным местом.

Глава 8

Ролан взял на себя все расходы, связанные с нашим перемещением в Нилек. И это не могло не радовать. Наших с Лейн монет едва хватило, чтобы наскрести на половину от стоимости одного перемещения.

В путь мы отправились на следующий же день. Портальный зал был переполнен людьми, более того, очередь тянулась чуть ли не до следующей улицы. Трагедия, произошедшая на центральной площади, подтолкнула людей покинуть столицу. Уже имея опыт в перемещениях, я прикинула, что нам предстоит отстоять в очереди до следующего утра, но все решилось гораздо проще и быстрее. Волшебные фамилии Ролана и Райнера способны открывать любые двери и преодолевать любые препятствия.

Накануне Эйден вернулся очень поздно и сразу повинился, что не сможет присутствовать на помолвке друга. Он должен остаться в Замире, чтобы помочь отцу с навалившимися делами. В душе я испытала облегчение, почему-то мне с каждым днем все сложнее было находиться рядом с темным. Между нами развернулась огромная пропасть из лжи. И в этом не было только его вины. Я врала ему с самого начала и не терзалась по этому поводу, пока в моей темной душе не проснулись чувства. Вина, сомнения, его предательство, — все это смешалось в невообразимый клубок, распутать который мне было не по силам. Да я и не хотела.

К сожалению, Калебу Эйру понадобились не все его сыновья, и теперь младшенький трясся напротив меня в карете. Его странные взгляды и выпады в мою сторону уже не задевали, как прежде, а после перехода в Нилек на меня вообще снизошло полное спокойствие. Я никак не могла уловить причины такой реакции на ловца. Виноват ли в этом уцелевший артефакт? Может ли быть, что наши встречи с Райнером просто напросто совпадали по времени со всплесками тьмы? Ведь сейчас он рядом, пялится на меня своими голубыми глазами, но я абсолютна спокойна!

— Удивительно, что вы, Райнер, смогли найти время для этой поездки, — внезапно выпалила Лейн. Я незаметно пнула ее ногой, но это не возымело на нее должного эффекта. — Кажется, сейчас у ловцов очень много дел в столице.

— Вы правы, леди Лейн, но в этой поездке у меня не менее важное задание, — холодно ответил Райнер.

— О, и какое же? — заинтересованно спросила она.

— Это тайна.

— Ну, конечно же! В вашей профессии все покрыто тайной! — никак не успокаивалась Лейн. Что на нее нашло?

— Это не профессия, это долг. Мы не выбираем кем родиться, — ответил Райнер, переведя взгляд на меня. В его словах отчетливо послышалось сожаление.

— Темные женщины, которых истребляют ловцы, тоже не выбирали какими им родиться, — произнесла я.

— Ты права. Но я не убил ни одной темной, — его слова меня ошеломили, в них не чувствовалось лжи. — За исключением тех, кто нападал первыми.

Отвернулась к окну, пытаясь скрыть разочарование, взметнувшееся в моей душе. Я что действительно рассчитывала, что он не убил ни одной темной? Это ведь его долг. То, что он спас мне жизнь, никогда не смоет с его рук кровь моих сестёр. Как хорошо ему, он ничего не чувствует, действует из чистого расчета. А в мои мысли и действия постоянно вмешиваются чувства и только все портят.

В Нилеке стояла потрясающая зимняя погода. Легкий морозец кусал щеки, а яркое зимнее солнце, отражаясь от снега, слепило глаза. Я уткнулась носом в меховой воротник своего пальто и рассматривала родовое поместье Ридов. Мрачное двухэтажное здание, построенное из серого камня, очень напоминало своего нынешнего владельца. Никакой помпезности и вычурности, словно оно построено не для проживания и статуса, а для обороны. Точно! Больше всего поместье Ридов напоминало замок.

— Ты уверен, что наше проживание под одной крышей не повлечет за собой пересудов? Не хотелось бы навредить тебе слухами, тем более перед помолвкой, — спросила я у Ролана, когда мы направились к главному входу.

— Не беспокойся, Элен, — усмехнулся брат, — никто не посмеет пускать слухи обо мне или моих гостях. Тем более в этом доме постоянно проживает моя мачеха, вы будете под ее покровительством.

Я чуть не сбилась с шага, услышав эту потрясающую новость. Только надзора моей горе-мамаши мне не хватало. До сих пор помню ее пренебрежительный взгляд, вскользь брошенный на мои волосы. Чудненько!

Вышколенная прислуга проводила нас с Лейн в гостевое крыло. Внутри поместье было столько же мрачным, как и снаружи. Наши покои находились рядом и были почти полной копией друг друга. Я зашла в огромную комнату, где не было ни намека на уют, и поежилась. Единственной приятной глазу вещью здесь был камин, кто-то озаботился и растопил его еще до нашего приезда. Я подошла к потрескивающим дровам и подставила руки, чтобы согреться.

Через полчаса должен был состояться ужин, на котором, несомненно, будет присутствовать Мирия, и мне бы начать собираться, но я не могла сдвинуться с места. Не хочу видеть эту женщину. Раздался стук в дверь, и в комнату юркнула служанка, совсем еще молодая девчонка, возможно, ровесница Лейн. Ее светлые волосы не оставляли сомнений в том, что магией тьмы она не обладает.

Закладка:

— Леди желает освежиться с дороги? Я могу помочь, — пропищало это создание.

— Желает, — вздохнула я. — Но с этим я справлюсь сама. Как тебя зовут?

— Инис, — ответила девчонка, и это имя всколыхнуло в душе давно забытые воспоминания. Всего три с половиной года прошло с моего отъезда из приюта, а казалось, будто минула целая вечность.

— Можешь привести мое платье в порядок, пока я умоюсь?

— Конечно, леди! — воодушевленно ответила Инис.

В умывальной комнате из крана лилась лишь холодная вода, по всей видимости, горячую сюда таскали вручную. Папаша консервативен и не любит блага цивилизации? Или просто скуп?

Пока я приводила себя в порядок, служанка успела привести в порядок не одно, а почти все мои платья. Вот это работоспособность! Инис помогла мне одеться, хотя я всеми силами пыталась от нее отбиться, но в результате все же сдалась этому тирану в юбке. С прической я решила не заморачиваться и как обычно оставила волосы полураспущенными.

— Леди Хольм, давайте я помогу вам с прической! Волосы нужно собрать! — воинственно пропищала служанка и потянула руки к моей голове.

— Я уже сделала прическу, этого достаточно, — осадила ее.

— Но леди Ингли не приемлет распущенные волосы, — прошептало это создание, оглянувшись на дверь, словно оттуда в любой момент могла выскочить эта самая леди.

— Да? А что еще леди не приемлет? — заинтересованно спросила у нее.

— Откровенные платья. Ну такие, что с вырезами или слишком короткие, — разоткровенничалась она. — Прошлым летом к соседям приезжала дочь, она сейчас учится в столичной академии, так вот, на местный прием она оделась по последней тамошней моде и волосы оставила распущенными. Ох, как же ей досталось от нашей леди…до конца лета слухи разные ходили. Так что лучше вам собрать волосы, от греха то подальше.

Я злорадно усмехнулась и распахнула огромный шкаф, в который Инис повесила мои платья. Ну что ж, короткое шелковое платье, вот и настал твой день!

Не успела я надеть шелковое безобразие, как в комнату снова постучались. Это оказалась Лейн.

— Ты пойдешь в этом? — она вытаращила на меня свои и без того огромные глаза. — Смело. Мы опаздываем.

— Я готова, — ответила ей и, развернувшись к ошеломленной Инис, сказала: — Если у тебя возникнут проблемы из-за моего внешнего вида, можешь сказать леди Ингли, что я отказалась от твоей помощи и не пустила в комнату.

— Спасибо, леди, — служанка поклонилась и стремительно вылетела за дверь.

— Для кого стараешься? Неужто для ловца? — презрительно протянула Лейн. Райнер ей категорически не нравился, она всю дорогу то и дело пыталась его зацепить. Что это? Очень похоже на мои ощущения, когда ловец находится рядом. Надеюсь, сны с его участием ей сниться не будут. При мысли о Лейн в объятиях Райнера во рту стало кисло.

— Скажи, ты чувствуешь неконтролируемую злость рядом с ним? Теряешь контроль над силой? — прошептала я.

— Что? — переспросила подруга, но, увидев мое серьезное лицо, задумалась. — Ничего подобного. Просто он мне не нравится чуть больше остальных темных. Особенно то, как он на тебя смотрит, словно хочет сожрать! С моей тьмой все в порядке. После перехода я почти не чувствую волнений силы.

Значит ли это, что вторая часть артефакта находится где-то в столице? И все наши проблемы с контролем были из-за близости к уцелевшей части подавителя? Все эти вопросы крутились в моей голове, пока мы шли на ужин. Но стоило мне пересечь порог гостиной, как я растеряла все слова и мысли. Я обескуражено уставилась на спутницу Райнера и просто напросто не могла придти в себя от увиденного.

— Ты тоже это видишь? — прошептала где-то сбоку Лейн. Значит, это не мираж?

— Сынок, ты не представишь мне этих юных леди? — сказала женщина с лицом Вениры. Их было так легко спутать, особенно если стоять в десяти шагах. Но после того, как мы приблизились друг к другу, я различила и мелкие морщинки в уголках глаз, и посеребренные сединой волосы на висках. Вне всяких сомнений, именно так будет выглядеть моя подруга лет через двадцать-двадцать пять.

— Позвольте вам представить, леди Элен Хольм и ее подруга, леди Лейн, — мягко ответил Райнер, и мы с Лейн почти синхронно поклонились. Не знаю, что меня больше удивило. То, что передо мной стояла почти точная копия Вениры, или то, что Райнер умел так разговаривать. Женщина опиралась на него всем весом, видимо, болезнь еще не до конца отступила, но выглядела она вполне неплохо для вернувшейся с того света. — А это леди Малия Эйр, моя матушка.

— Леди Элен, простите мою бестактность, но у вас удивительно знакомое лицо, — мелодичным голосом произнесла мама Райнера, а сам ловец нахмурился. — Возможно, я знала ваших родителей?

— Простите, леди Эйр, но я не могу знать, мои родители погибли много лет, когда я была совсем ребенком, — с трудом совладав с голосом, ответила я. Не хватало еще, чтобы кто-то сопоставил наше с Мирией Ингли сходство.

— Ох, бедное дитя, прости меня за этот вопрос. К сожалению, я пропустила последние двадцать лет жизни.

Пришлось прервать разговор, поскольку нас пригласили к столу. Ролан явился на ужин со своей мачехой под ручку. Мирия надела все самое лучшее: черное бархатное платье полуоблегало ее точеную фигуру, от количества украшений на шее и руках рябило в глазах, а черные как смоль волосы были уложены в невообразимо сложную прическу. Ну просто королева на выгуле. Следом за ними в гостиную вошел молодой паренек, очень похожий на свою мать и …меня. Я отвела растерянный взгляд от младшего брата. Количество моих родственников все росло, а я совершенно не знала как к этому относиться.

— Ролан, дорогой, поведай мне, к чему такая спешка с помолвкой? — елейным голоском пропела мать, когда мы расселись и приступили к ужину. Эта фамильярность не что иное, как способ донести до всех нас, что она очень близка с наследником и нам положено с ней считаться. Хотя по факту она лишь одна из многих любовниц его отца. Интересно, как они ладят с Мелиссой? — мы не успеем толком подготовиться к церемонии, а ведь нам нельзя ударить в грязь лицом, все-таки помолвка наследника — это целое событие.

— Так нужно. Тем более сейчас не время для пышных торжеств, — ответил Ролан.

— Как раз сейчас самое время, люди смогут отвлечься от своих бед.

— Несколько десятков темных погибло, очень сомневаюсь, что их близкие смогут от этого отвлечься, — холодно произнес Райнер. Я бросила на него быстрый взгляд и напоролась на ответный. Райнер был явно не в духе, его скулы заострялись, а губы превратились в тонкую линию. Кусок говядины встал поперек горла.

— В любом случае торжество состоится через два дня в главном храме столицы. На нас лежит большая ответственность. Весь город придет посмотреть на помолвку двух темных из семей основателей.

— Мирия, я уверена, мы все здесь заинтересованы в том, чтобы все прошло как следует, — ответила ей Малия.

— А вот я не уверена! Вы, милочка, уже расстроили одну помолвку, — я не сразу поняла, что она обращается ко мне. — Уж не за тем ли вы здесь, чтобы расстроить и эту?

— Простите, но я уверена, что не расстроила в своей жизни ни одной помолвки, — сказала я, глядя ей прямо в глаза.

— Так уж вышло, что я близко знакома с семьей Вэй, и бедняжка Аника поведала мне, как вы своими выходками пытались испортить отношения между ней и ее женихом, — с злорадным удовольствием протянула моя мать.

— Анике часто нездоровится, полагаю, это отразилось на ее умственных способностях. Более того, я понятия не имела о том, что она с кем-то там помолвлена, — на голубом глазу соврала я. Здесь только Райнер мог опровергнуть мои слова, но я почему-то была уверена, что он промолчит. И не ошиблась. Он никак не отреагировал на мое вранье, лишь презрительно дернул уголком губ.

— Мы сейчас говорим, о помолвке моего старшего сына? — переспросила леди Малия и принялась рассматривать меня более пристально.

— Именно. Эта леди совратила Эйдена и отвернула его от Аники. А теперь, полагаю, пытается проделают тоже самое с Роланом, — я чуть не подавилась отваром, представляя, как пытаюсь совратить старшего брата.

Закладка:

— Не хочу вас разочаровывать, но Эйдена Эйра совратили задолго до моего появления в академии. И уж тем более я не собираюсь совращать Ролана, — я не сумела совладать с эмоциями и позволила злости захватить меня. Тьма заворочалась в груди, распространяя по телу холод. Лейн положила на мое колено руку, пытаясь меня успокоить.

— Тогда будьте добры одеваться приличнее, здесь вам не дом утех, — наставительно произнесла Мирия.

— Леди, я хотела бы переговорить с вами после ужина, — произнесла Малия Эйр, и я сразу поняла, что разговор этот мне не понравится, но согласно кивнула.

С чувством выполнено долга Мирия переключилась на обсуждение деталей торжества. Я почти не прислушивалась к их разговору, обитая в своих мыслях. Какого драха я нацепила это платье? Кому хотела насолить? Женщине, которая всю жизнь крутиться в высших кругах темных? Смешно.

Ужин подошел к концу, и я по просьбе Малии отправилась с ней в малую гостиную. Ей не нужны были многочисленные украшения и дорогие наряды, чтобы выглядеть истинной аристократкой, она и без внешних атрибутов излучала стать и утонченность. Райнер помог ей опустить в кресло и удалился.

— Ты знаешь, зачем я позвала тебя сюда? — спросила Малия.

— Догадываюсь, что речь пойдет о вашем старшем сыне.

— Ты права. Я как мать, хотела бы знать, в каких вы состоите отношениях. Сразу скажу, что не верю, будто темного можно совратить, — она слегка усмехнулась. — Но мне нужно понять, насколько история с Аникой Вэй правдива.

— Мы познакомились с Эйденом на приеме, через пару месяцев он предложил мне отношения, я согласилась. О намерениях Аники узнала гораздо позже, — я решила рассказать ей всю правду. Раньше мне было плевать, что я выгляжу в глазах других, как продажная девка, но сейчас было стыдно перед этой женщиной.

— Что ж, благодарю за ответ, — она немного помолчала и, склонив голову к плечу, улыбнулась. — Ты любишь моего сына?

— Я была влюблена, — ответила чистую правду.

— Была? И что же случилось? Прости, что лезу не в свое дело, но, кажется, Эйден немного заигрался, — ее слова больно по мне ударили, и не сомневаюсь, что она сделала это намеренно.

— Вы правы. Мы оба заигрались.

— Тогда я могу рассчитывать на твое благоразумие? Не пойми меня неправильно, ты кажешься хорошей девушкой, но вы слишком разные. Отпусти его, ему нужно двигаться дальше.

— Я вас услышала.

Распрощавшись с леди Эйр, я вышла из гостиной и направилась в свою комнату. Как бы мне не было обидно слышать подобное, но она была полностью права. Я ведь и сама давно решила, что нам не по пути, однако тянула с расставанием в корыстных целях. Где-то в глубине души жила надежда, что обида пройдет, я смогу простить его, и все будет как прежде. Моя первая влюбленность растаяла, как весенний снег, оставив после себя лишь чувство пустоты.

Огонь в камине почти догорел, я подкинула еще дров и подтащила поближе к нему кресло. Языки пламени лениво лизали поленья, тепло от очага расходилось волной, но я все никак не могла согреться.

Скрипнула половица, и на мое горло легла чья-то рука. Дальнейшее происходило будто во сне. Вбитые намертво на тренировках рефлексы сработали еще до того, как голова сумела проанализировать обстановку. Я резко задрала правый локоть вверх и, поддёрнув руку нападающего, другой рукой схватила его запястье. Резко его вывернула и всем весом потянула вниз, перекидывая противника вперед. Только оседлав нападающего, я поняла, что он совсем не сопротивлялся.

— Неплохо, Мира. В твоем приюте все такие суровые? — спросил ловец.

Глава 9

— Какого драха ты творишь? — испугавшись его слов, заорала я. Если поистерить, он забудет о том, что сейчас произошло? Может быть, прикинуться слабоумной?

— Леди не ругаются, как сапожники, и не запрыгивают на мужчин верхом, — с удовольствием протянул этот гаденыш. Он приподнял бедра, немного подкидывая меня вверх, и я почувствовала в его штанах то, что приличным леди не пристало чувствовать. Кровь горячей волной прилила к щекам, я вскочила на ноги и отпрыгнула от него подальше.

— Как ты посмел залезть в мои покои? — как и всегда во время стресса я предпочитала нападать первой.

— Я на службе у короля, если ты не забыла. А ты у нас подозрительная личность, скрывающая свое истинное происхождение, — Райнер ловко поднялся с пола и начал наступать на меня. Хотелось бежать, куда глаза глядят, но усилием воли я заставила себя застыть на месте. Не дождется.

— Ты бредишь? — холодно спросила я. — Думаешь, я темная? Меня проверяли, могу шрам показать.

— Я был там, — он покивал в такт своим словам. Райнер подошел настолько близко, что между нами и ладонь было не втиснуть, и угрожающе надо мной завис. — Успокойся, я же не идиот, чтобы подозревать тебя в отступничестве. Но ты обязана рассказать, что за цирк вы с леди Хольм устроили. Приступай.

— Ты сумасшедший? — я попыталась обойти его, но он заступил мне дорогу и задрал правую руку аккурат к моем лицу. Я перевела взгляд на его конечность и увидела, что вокруг крупного запястья намотана моя дешевая цепочка с подвеской в виде четырехлистника. Рука непроизвольно взметнулась к вороту платья, и я поняла, что этим движением выдала себя с головой. Кровь отлила от лица, а сердце грохнулось в пятки.

— Именно, — понимающе усмехнулся он. — Знаешь, где я в последний раз видел эту побрякушку? Она болталась на тощей шейке одной приютской девчонки, которая пыталась утопиться.

— Я не пыталась утопиться, — смысла отнекиваться не было. Мысли заметались с бешеной скоростью. Думай, Мира. Думай! — Это запутанная история, и она затрагивает не столько меня, сколько честь семьи Хольм. Я не имею права…

— Никто не узнает, даю слово ловца. Если, конечно, ты будешь очень убедительна, — Райнер вальяжно развалился в кресле, и, закинув ногу на ногу, махнул рукой, указывая на соседнее. Я скрипнула зубами, но подчинилась.

Урок, который я усвоила еще в приюте: самая правдоподобная ложь это та, в которой основу составляет правда.

— Ладно. Меня подбросили в приют сразу после рождения. Вскоре после вашего отъезда к нам прибыла леди Хольм. Она случайно увидела меня, и оказалось, что я очень похожа на ее погибшую племянницу, — я сглотнула, мысленно прося прощение у леди Амалии за эту историю. — Я сразу поняла, что тетка слегка не в своем уме. Видимо, смерть сестры и ее дочери довольно сильно по ней ударили, раз она в приютской оборванке готова была увидеть свою родственницу. По правде говоря, она была моим единственным шансом хорошо устроиться, ведь наша глава собиралась продать меня в дом утех. Главным условием леди Амалии было то, что я буду изображать ее родственницу, прилежно учиться и изо всех сил постараюсь не запятнать ее благородное имя. Вот и вся история.

— А миражник зачем? — неожиданно спросил ловец.

— Амалия сказала, что у меня слишком деревенская внешность и мне не достает аристократической утонченности. Поэтому я таскаю этот клятый артефакт. Ради хорошей жизни и не на такое пойдешь.

— Сними.

— Зачем?

— Делай, что я тебе говорю, или будешь рассказывать эту историю в другом месте. Например, у королевских дознавателей.

— Так и знала, что слово ловца ничего не значит, — выплюнула я ему в лицо. Вот сволочь. Я вытащила из-за ворота миражник и стянула его через шею.

Райнер резко поднялся из кресла и стремительным движением оказался возле меня. Он жадно изучал мое настоящее лицо, облокотившись обеими руками на подлокотники кресла. Я не стушевалась и ответила ему прямым взглядом.

— Ну и как? Нравится? — сдерзила я.

— Нравится, — прошептал Райнер вблизи от моего лица. Этот интимный жесть выбил меня из колеи и заставил растеряться. Я вдавила голову в спинку кресла, пытаясь отодвинуться от него как можно дальше, но безрезультатно.

— Ты не мог бы держать дистанцию? — промямлила я, уперев руки ему в грудь.

Закладка:

— Я пытался, но не выходит. Что в тебе такого? — прошептал мне прямо в ухо обнаглевший ловец, вызывая мурашки. Я передернула плечами и, разозлившись, оттолкнула его со всей силы.

— Хватит! — прикрикнула я на него. Оно осоловело моргал и выглядел потерянным, словно до этого находился в трансе. — Ты узнал, что хотел? Вот и вали отсюда!

— Я еще не закончил, — спокойно ответил Райнер, беся меня своей невозмутимостью. — Ты подумала о моем предложении?

— Каком предложении? — недоуменно переспросила я. Ничего конкретного на ум не приходило.

— Я предлагал тебе свое покровительство. Не вижу причин для отказа, теперь, когда ты пообещала матери закончить ваши с Эйденом отношения. Тем более ты сама сказала, что ради хорошей жизни готова на многое. Так вот, я могу дать тебе эту жизнь, — на одном дыхании выпалил ловец, причем говорил об этом без каких либо эмоций, словно предлагает мне конфету, а не стать его постельной грелкой.

— Зачем я тебе? — обескуражено спросила я.

— Хочу, — невозмутимо ответил Ранер. Хочу? Вот так просто? Да он не просто сволочь, а обнаглевшая сволочь!

— Я слышала, что ловцы не хотят, — с намеком произнесла я. И хотя я уже несколько раз физически ощущала его желание, но все равно не могла упустить возможности его задеть.

— Насчет этого не волнуйся, — как бы он не старался отвечать хладнокровно, но все же его щека дернулась, а скулы покраснели.

Разговор зашел в тупик, я отчетливо понимала, что он не отстанет, а портить отношения с ним крайне опасно. История, которую я ему скормила, не выдержит проверки. И вообще не факт, что он мне поверил.

— Мне нужно время подумать, — ничего умнее мне в голову не пришло.

— Хорошо, завтра вечером жду ответ, — отрубил Райнер.

— Нет, мне нужно больше времени. Я еще не объяснилась с твоим братом. Кстати, как, думаешь, он отреагирует на наши с тобой отношения?

— Отец в ближайшее время подыщет ему жену. Так что не думаю, что он будет долго горевать. Тем более спор он уже выиграл.

— Какой спор? — выдавила я из себя, заранее предчувствуя, что ответ мне не понравится.

— Он поспорил на тебя с Кастером. Я думал, ты знаешь, — мне померещилось сочувствие в его голосе.

— Уходи, — отвернувшись от Райнера, приказала я. В комнате повисла тишина, и через какое-то время хлопнула дверь. Ловец ушел, а я изо всех сил пыталась сдержать рвущуюся на волю тьму. Свернувшись на кровати клубком, я заснула прямо в одежде.

Райнер

— Ванна готова. Вам еще что-то нужно, милорд? — спросила молоденькая служанка, теребя косу и кокетливо улыбаясь.

Слухи о ловцах ходили разные, и порой встречались до того абсурдные, что я даже не ленился их записывать. К двадцати годам, собрал рукопись толщиной с законник нашего королевства. Кто-то считал, что мы не можем иметь близость с женщинами ввиду отсутствия у нас половых признаков ниже пояса, а кто-то, что мы, напротив, только и делаем, что портим всех невинных девушек, встречающихся на нашем пути. По истине нет ничего страшнее фантазии малообразованных людей, обуреваемых страхом.

Вот и эта девица, очевидно, надеялась скрасить мой досуг и получить щедрую плату. Интересно, она не узнала во мне ловца, или же до нее доходили не те слухи? По правде говоря, меня не редко путали с обычными людьми, ведь, в отличие от остальных ловцов, мои глаза имели нормальный цвет, а не выглядели выцветшими, как у слепцов. Родился я с обычной для нашей братии внешностью, но что-то пошло не так три с лишним года назад…

— Свободна, — сказал служанке, сбрасывая китель и предвкушая, как наконец-то окажусь в горячей воде. Предвкушение … довольно странное чувство для ловцов, я бы даже сказал, недоступное. Другим.

Служанка оказалась из непонятливых. Она продолжала мяться и принимать завлекательные позы. Я безразлично скользнул взглядом по ее симпатичному лицу и женственным изгибам. Не то.

— Ты все еще здесь? — холодно спросил я, намекая на то, что хочу остаться один. В этот раз она правильно поняла мой настрой и, испугавшись, метнулась из комнаты.

Горячая вода исходила паром, я с удовольствием погрузился в ванну и откинул голову на бортик. Моими мыслями снова завладела она. Элен. Мира. Все-таки я оказался прав. А ведь девчонка чуть не свела меня с ума своим враньем.

Пару месяцев назад, только увидев ее, я решил, что основательно рехнулся. Она? Или не она? Неужели я нашел ее? После стольких лет поисков. Только это была не моя Мира. Выглядит иначе и называет себя другим именем. Но чувства не обманешь.

Моя. Усмехнулся. Так привык называть ее своей в мыслях, что несколько раз чуть было не проговорился в разговоре с братом. Братом, который тоже считал ее своей. Я до боли сжал кулаки, пытаясь отогнать видения, в которых Мира и Эйден вместе…

Три с половиной года назад моя жизнь сделала крутой поворот. Я не сразу понял и принял изменения, которые меня настигли после встречи с приютской девчонкой, более того, я не сразу понял, что именно она послужила тому причиной. Просто однажды утром, находясь в очередной поездке с отцом, почувствовал странное воодушевление. То, что я вообще что-то почувствовал, было сродни чуду, а уж про положительные эмоции и говорить не стоит. В то утро мягко светило солнце, пели птицы, а завтрак в придорожной таверне был на редкость прекрасен. Эти ли не повод для легкой радости? Нет. Если ты ловец.

Когда мне было четыре года, отец впервые отвел меня в орден, чтобы показать будущему наставнику. Он бы и сам им стал, но по правилам обучать и наставлять ловцов могли только им подобные. Всего в ордене на тот момент было только трое взрослых ловцов, так уж повелось, что нас всегда рождалось мало, а доживали до зрелого возраста лишь единицы. Самой распространённой кончиной у ловцов была отнюдь не смерть от рук отступниц, а самоубийство. Как долго можно прожить, ничего не чувствуя? Я уже не узнаю ответ на этот вопрос.

До шести-семи лет ловцы были способны испытывать эмоции, как простые люди, но со временем эта способность отмирала, словно лишняя конечность. Мой будущий наставник, высокий мужчина по имени Аст с белыми волосами и такими же глазами, при первой встрече сильно меня напугал. Я жался к отцу, ища у него защиты, но Калеб Эйр не терпел слабость. Он отпихнул меня от себя и вышел за дверь кабинета. Тогда я впервые понял, что у меня нет не только матери, но и отца.

— Не бойся меня, — безжизненно сказал Аст. — Страх — это иллюзия. Хочешь, я научу тебя не бояться?

— Хочу, — ответил я то, что от меня ожидали. Хотя больше всего на свете в тот момент хотел оказаться подальше от ордена. И чтобы мама вспомнила меня.

И он научил. Я остался на попечении ордена и возвращался домой лишь пару раз в год. Сначала меня это сильно расстраивало, признаться, я даже плакал пару раз. Но со временем понял, что дома меня никто не ждет, и смирился со своей судьбой. Тогда то мои чувства и начали отмирать.

Сперва ушли почти все положительные эмоции, следом и некоторые отрицательные, что не могло не радовать. В очередной раз, приехав в имение отца, я поднялся в комнату матери и, смотря в ее безжизненные глаза, не мог вспомнить, почему раньше так сильно переживал из-за этой женщины. Я ведь совсем ее не знал. Зачем горевать по тому, чего никогда не имел? Глупость.

До злополучной поездки в приют тем немногим, что приносило мне удовлетворение, было служение ордену. Однажды наш отряд обнаружил отступницу, совершенно рехнувшуюся и уничтожившую небольшую деревню со всеми ее жителями. Я принимал непосредственное участие в схватке с этой тварью и после ее смерти ощутил что-то отдаленно похожее на упоение и радость, что остался в живых, в отличие от двух членов отряда. Мне было всего тринадцать. С тех пор охота на отступниц стала смыслом моей жизни.

Злость, смятение, интерес, желание…та короткая встречала с Мирой принесла мне столько новых ощущений, что я еще долго не мог придти в себя.

Чувства.

Закладка:

Представьте, что вы всю жизнь живете с завязанными глазами. Иногда повязка немного съезжает, и вам удается краем глаза зацепить окружающий мир, но ненадолго, повязка всегда возвращается на место, и вы снова блуждаете в темноте. Но вдруг в яркий солнечный день кто-то развязывает ее и резко срывает с вашего лица. Примерно так я себя и ощущал: прозревшим, но ослепленным яркими красками жизни.

Понадобилось немало времени, чтобы выяснить, что случившееся со мной — это не рядовой случай. Я научился контролировать свои эмоции и старался не выделяться среди других ловцов. Мне хотелось жить полной жизнью, а не существовать в застенках лабораторий ордена.

Когда осознал, что послужило точкой отсчета, я вернулся в приют, чтобы найти Миру, но ее там уже не было. Глава приюта отказалась выдавать имя опекуна, и даже мое происхождение ее не напугало. Было очевидно, что ей очень хорошо заплатили за молчание. Я мог бы задействовать связи ордена или отца, но тогда бы пришлось рассказывать, зачем мне понадобилась какая-то девица. А я не хотел, чтобы кто-то из ордена о ней узнал. Не мог рисковать ее жизнью. Не хотел ей ни с кем делиться.

Я не спал уже три дня, и от горячей воды меня окончательно разморило, глаза с трудом держались открытыми. Кто-то открыл дверь в мои покои. Не будь я ловцом ни за что бы не услышал. Сонную негу как рукой сняло, но я снова откинулся на бортик и прикрыл глаза, притворяясь спящим. Интересно, кого там принесло и что ему нужно?

Послышались легкие, но уверенные шаги по направлению к умывальной комнате. Женщина. Служанка вернулась? Скрипнула дверь. Я выровнял дыхание и замер в ожидании.

— Не притворяйся, я знаю, что ты не спишь, — прозвучал мелодичный голос, моего лица коснулась нежная женская рука и скользнула вниз по шее и груди. Возбуждение мощной волной разлилось по всему телу.

— Напротив, я точно знаю, что сплю, Мира.

Я все-таки заснул. Моя ночная греза хихикнула. В последнее время Мира повадилась являться в мои сны с завидной регулярностью. Она и раньше мне часто снилась, особенно после первой нашей встречи, но в последнее время сны стали настолько реалистичными, что я начинал путать их с реальностью.

Девушка обошла ванну, встала напротив меня и принялась стягивать сорочку через голову. Вот по таким моментам я и отличал реальность от сновидений. Настоящая Мира не стала бы гладить мое тело, она скорее бы вывернула мне руку в захвате. Усмехнулся, вспоминая, как ловко она со мной справилась. Я, конечно же, поддался, но все же не ожидал подобного от такой хрупкой девушки.

Мира обнажилась и нарочито медленно залезла в ванну, усаживаясь на мои бедра. Красивая и изящная, как элийская статуэтка, но сильная и ловкая, как древние воительницы.

— Ты сегодня был плохим мальчиком, Райнер Эйр, — пропела девушка, разминая мои плечи, руками я придерживал ее за бедра. — Зачем рассказал мне о споре? Было так больно!

— Ты всего лишь видение, мираж, греза. Тебе не может быть больно, — лениво протянул я. Мое подсознание постоянно пыталось говорить со мной голосом Миры.

— Глупенький ловец, — коварно ухмыльнулась девчонка и приблизила свое лицо к моему, я поймал зубами ее нижнюю губу и с удовольствием оттянул. Сейчас я мог позволить себе то, о чем так долго мечтал наяву. — Мне может быть очень-очень больно! Ты должен защитить меня!

— От кого?

— От всех! От ордена, от других ловцов, от твоего отца! — с горячностью прошептала Мира, прижимаясь ко мне всем телом.

— От отца? А он тут причем? — пустая болтовня мне надоела, я хотел поскорее перейти к делу. Пообщаться с Мирой я смогу и завтра.

— Как причем? — она отпустила мне подзатыльник! Я опешил от такого поворота событий, раньше мои сны выстраивались по другому сценарию. — Я же отступница! Твой папочка хочет меня убить!

Все ясно. Снова этот бред. Я слишком устал, да и странный разговор об отступницах с настоящей Мирой наложил свой отпечаток.

— Никто тебя не убьет, — ответил я, желая побыстрее приступить к делу.

— Обещаешь? — проникновенно спросила девушка. Этот идиотский разговор порядком мне поднадоел, я подхватил ее бедра и опустил на себя, соединяя нас воедино. Мира закинула голову и застонала, принимая меня. Я судорожно выдохнул.

— Обещаю, — прошептал я.

— Тогда держи ее крепко, Райнер Эйр, и не отпускай, — странный голосом ответила она и опустила на меня взгляд. Ее глаза заволокло тьмой, а лицо было испещрено черными венами. — Иди туда, где садится солнце.

Я дернулся и проснулся.

Глава 10

Сквозь зашторенные окна в покои пробивался слабый солнечный свет. Альт Рид бросил еще один взгляд в зеркало и в отвращением от него отвернулся. Половина его лица и тела была изуродована взрывом, который прогремел прямо в кабинете. Он остался жив только благодаря чуду и регенерации темных. Лучшие врачи Нилека за довольно короткий промежуток времени поставили его на ноги, но не сумели полностью восстановить тело. Он хоть и мог перемещаться самостоятельно, но довольно сильно хромал и подволакивал ногу. А правая кисть вообще лишилась нескольких пальцев.

Произошедшая с ним трагедия, как и долгое пребывание в лечебнице, испортили и без того тяжелый характер темного. Единственной отдушиной в этом бесконечном круговороте боли и отвращения к самому себе была Мелисса, почти ежедневно его навещающая. Почему она не родилась темной? Он бы с удовольствием на ней женился.

— Я принесла чай, — сказала она, внося в покои большой поднос.

— Ты уволила всех слуг? — сварливо спросил Альт.

— Мне не сложно о тебе заботиться, — ответила почти идеальная женщина.

Отказавшись от помощи Мелиссы, Альт доковылял до столика и, опустившись в кресло, пригубил чай. Вкус напитка показался ему странным, но темный не придал этому значения. Не слушая его возражений, девушка зажгла настольную лампу.

— У твоего сына сегодня помолвка, — сказала Мелисса, внимательно всматриваясь в лицо Альта.

— Знаю. Мне нужен этот союз, у рода Вэй слишком много денег и серьезные связи при дворе, — неожиданно разоткровенничался Альт, сердце его забилось быстрее, а на лбу выступили капли пота.

— Помнишь мою сестру? — отставляя свою чашку с нетронутым чаем, спросила Мелисса.

— Сестру? — недоумевал Альт. Он резко перестал чувствовать ноги, а мгновение спустя и верхнюю часть тела.

— Да. Ее звали Амалия. Она была красивой, а еще глупой и наивной. Верила в любовь. Я хочу знать, как она умерла. Отвечай!

— Амалия? Она была твоей сестрой? — Альт изо всех сил пытался сопротивляться, но опоенное зельем правды тело отказывалось подчиняться. — Она пришла в мой дом как раз в разгар вечеринки и застала меня со шлюхами. Я был сильно пьян и в пылу ссоры не удержал тьму. Позор для темного, особенно для главы. Отдал приказ своему безопаснику разобраться с этим делом, и почти сразу забыл об этом из-за волнений на границе.

— Кто отдал приказ убить моих отца и мать? — хрипло спросила Мелисса.

— Не знаю, скорее всего человек, которому я поручил уладить дело Амалии, — тяжело дыша, ответил темный, безуспешно пытаясь пошевелить рукой. — Он умер несколько лет назад.

— Хорошо, — ответила Мелисса, вставая из кресла. Она достала кинжал, спрятанный на бедре, и приблизилась к человеку, с которым провела почти семь лет своей жизни.

— Что ты со мной сделала? — выдавил темный. Ее уверили, что зелье будет действовать около получаса, но, очевидно, магия тьмы оказалась сильнее.

— Пришлось потратиться на зелье правды. Слышал о таком? Очень редкая и дорогая штука. Но выбора у меня не было, артефакты вы научились отслеживать, так что пришлось приложить немалые усилия, чтобы достать его.

— Если убьешь меня, то не выйдешь отсюда живой! — Рид дернулся в попытке встать.

— Как и ты.

Вчера вечером меня обрядили в какую-то ужасную хламиду, которая больше походила на половую тряпку, и вместе с другим моим братом, Орестом, отправили в храм, находящийся на вершине небольшой горы. К нему вела длинная лестница, которую по всем правилам свидетели обязаны были преодолеть пешком. Всего свидетелей было четверо: двое со стороны жениха и столько же со стороны невесты. Спасибо, что хотя бы пальто разрешили накинуть, а иначе к алтарю прибыла бы моя ледяная статуя.

Закладка:

Первая половина дороги прошла в неловком молчании. Орест постоянно косился на мои ноги, которые виднелись из под задранной повыше хламиды. А как они хотели, чтобы я поднималась по ступеням? Запасного носа у меня нет. Устав наблюдать за краснеющим братом, я решила первой завести разговор.

— Куда планируешь поступать? — спросила я.

— Туда же, куда и все темные, — горестно ответил он. — А ты учишься с моим братом?

— Да. Точнее, мы учимся в одной академии, но на разных факультетах. Я поступила на исторический.

— Ого! Я тоже люблю историю! — воодушевленно ответил он. — Только, скорее всего, придется поступать на дипломатический.

Дальше у нас завязалась непринужденная беседа. С ним было так же легко, как и Роланом. Орест оказался очень начитанным парнем, что не удивительно, ведь главным кумиром у него был старший брат, на которого он с детства равнялся.

У подножия храма нас уже ожидали двое неизвестных мне темных и Мирия с отцом Аники. Наверное, это свидетели со стороны невесты.

Сам храм представлял собой небольшое строение без окон, выложенное из темного камня. Я читала о нем, еще будучи в приюте. Это самый старый храм Первородной Матери, которую почитали все темные. Считалось, что здесь потерявшие магию темные с помощью молитвы могли восстановить свою силу, если Первородная посчитает их достойными. Я же пока что не чувствовала никакой магии тьмы. С виду это был обычный склеп из камня.

Мы зашли в храм и приблизились к небольшому алтарю. Кроме нас здесь никого не было. Вообще у этого храма не было служителей, эту обязанность возложили на членов рода основателей. На миг я представила, как Аника приходит сюда мыть полы и едва сдержала смех.

На алтаре стояла небольшая чаша с водой, рядом с которой лежал ритуальный кинжал. Драх! Опять кровопускание.

— Вверяю своего сына сим свидетелям, — торжественно сказала Мирия и капнула в чашу свою кровь.

— Вверяю свою дочь сим свидетелям, — повторил за ней темный.

Они по очереди окунули пальцы в дачу и нарисовали нам четверым какой-то знак на лбу. И это все? То есть нас протыкать не будут? Вот же свезло.

Ритуал закончился и нас отправили восвояси. Выйдя из храма, я сразу же наткнулась на хмурого Ролана.

— Как ты себя чувствуешь? — серьезно спросил он, внимательно рассматривая мое лицо.

— Да все в порядке, — недоуменно протянула я. — Что-то случилось?

— Нет. Все хорошо, — с облегчением выдохнул Ролан.

— Ты какой-то странный. Волнуешься перед завтрашним днем?

— Нет. Все пройдет, как задумано, — не подозревая, насколько сильно ошибается, ответил Ролан.

Еще полгода назад мне бы и в голову не пришло, что я буду присутствовать в главном храме Нилека на помолвке наследника Западных земель, который по совместительству является моим кровным братом. Да еще и в качестве одного из свидетелей.

В день помолвки у подножия храма собрался весь Нилек. В последний раз, когда я оказывалась в такой толпе, все закончилось не слишком хорошо. От неприятных воспоминаний на спине выступил холодный пот, а сердце билось как ненормальное.

Мы снова преодолели священную лестницу и оказались у каменного здания. Время шло, а жениха все не было. Через час ожидания люди начали перешептываться. Аника с безразличным выражением уставилась на лестницу и не сводила с нее глаз вот уже минут десять. Где-то в глубине души я ей даже сочувствовала. Сначала от нее отказался Эйден, теперь Ролан…

На площадку перед храмом вбежал запыхавшийся слуга и передал какую-то записку отцу Аники. Следом за слугой появился Райнер в одной лишь сорочке и со зверским выражением лица. Он устремился прямиком к нам.

— Уходим, — скомандовал он, обращаясь ко мне с Орестом.

— Где Ролан? — спросили мы с братом одновременно.

— Твой отец мертв. Мне жаль, — ответил ему Райнер. — Я должен увести вас отсюда.

Мой отец мертв.

Зарезан в собственных покоях лечебницы, которую охраняли почище королевского подземелья. Все это я узнала из обрывков разговоров и только благодаря моему тонкому слуху. И совершенно ничего не почувствовала: ни скорби, ни сожалений об упущенной возможности с ним сблизиться.

Мелисса пропала.

По официальной версии, ее считали такой же жертвой, как и Рида, но я не сомневалась, что именно она отправила моего папашу в мир иной. И пока темные и ловцы обыскивали округу в поисках ее тела, я судорожно придумывала, что мне делать дальше. Если мою подставную родственницу раскроют, я сразу же стану вторым подозреваемым.

Потерла покрасневшее запястье. Райнер не изменял себе, он собственноручно оттащил меня в поместье, вцепившись в мое запястье так, словно меня у него вот-вот вырвут из рук. Псих.

— Не выходи из комнаты, — сказал ловец, когда мы достигли моих покоев.

— Я арестована?

— Причем здесь это? Нигде не безопасно! Ты можешь хоть раз сделать, как я прошу? — разорался этот ненормальный. И почему этого психа все считают сдержанным и хладнокровным? Он только и делает, что орет на меня.

— Не надо орать. Я сделаю, как ты сказал! — конечно же, соврала я.

Райнер вдруг резко приблизился ко мне и, обхватив мою голову руками, коротко поцеловал в губы. От этого легкого и почти невинного прикосновения по телу пронеслась горячая волна возбуждения, но все произошло так быстро, что я даже не успела оттолкнуть наглеца или, на худой конец, двинуть ему по лицу. Он так же резко отпрянул, словно опасался моей реакции на его поступок, и устремился к выходу. Я застыла безмолвной статуей, пытаясь определиться со своими чувствами.

— Надеюсь на твою сознательность, — кинула напоследок аристократическая сволочь, прежде чем закрыть дверь в мои покои.

Это что вообще было? Совру, если скажу, что не чувствовала определенного интереса со стороны ловца, но раньше он не позволял себе ничего такого. Только гладил по спине. И обнимал. Хватал за руку…

Я до сих пор не определилась, как относиться к тому, что постоянно вижу его в своих откровенных снах. Почему мое подсознание выбрало именно его образ? Когда мой страх перерос в интерес другого рода?

Возможно, тогда, когда он спас меня впервые, я взглянула на него по-новому, не через призму ненависти к темным, а как на обычного парня, пытающегося обратить на себя мое внимание. Льстило его упорство в желании заполучить меня, не смотря ни на что.

Эгоистичная часть меня получала удовольствие от того, что я могла бы стать единственной женщиной в его жизни. Но было ли в моих чувствах что-то большее? Не знаю. Я закрыла эту дверь еще тогда, когда поняла, что слова Эйдена о любви на самом деле пустой звук. Позволить себе влюбиться снова? И в кого? В ловца? Человека, тренировавшегося с пеленок убивать таких, как я. Смешно, нелепо и самоубийственно.

Оставаться здесь и дальше, почти тоже самое, что подписать себе смертный приговор. Но прежде, чем покинуть гостеприимный Нилек, мне нужно попасть в хранилище отца. Сопротивление рискнуло залезть в дом Ридов ради его содержимого, а значит, сведения, хранящиеся там, очень им нужны. Надеюсь, Мелисса не успела сделать этого раньше.

Я собрала все вещи, заодно проверила свой боевой костюм, надежно спрятанный в ложном отделении сумки, и отправилась в комнату Лейн.

— Что будем делать дальше? — растерянно спросила подруга.

— Собери вещи и жди меня здесь. Никуда не выходи.

— Что ты собираешься делать?

— То, ради чего мы здесь оказались. Мне нужно узнать, что так усердно ищет сопротивление и по возможности их опередить.

— Ты ведь не передумаешь? — уныло протянула Лейн.

Я отрицательно мотнула головой и еще раз проверила крепление для оружия на правом бедре.

Кабинет отца нашелся довольно быстро, но подобраться к нему оказалось не так уж легко. По коридору, в котором он находился, постоянно сновали слуги и темные. Я затаилась неподалеку и вот уже десять минут выжидала удачный момент.

Наконец-то мне улыбнулась удача. Как я и предполагала, дверь в кабинет оказалась заперта. Призвав тьму в правую руку, я приложила ее к замку и направила внутрь мощный импульс. Механизм не выдержал встречи с моей силой, внутри замка щелкнуло и заскрежетало, а с другой стороны двери на пол упало что-то увесистое. Втянула голову в плечи, оглядываясь вокруг, но, к счастью, свидетелей у взлома не оказалось.

Закладка:

Я скользнула внутрь кабинета и тихонько прикрыла за собой дверь, а выпавший кусок дверного замка закинула под ближайший стеллаж. В кабинете давно не убирались, на полках лежал внушительный слой пыли, стол был совершенно пуст. Где же хранилище?

Почти всю правую стену немаленького кабинета занимали открытые полки с книгами, под которыми находилось несколько закрытых шкафчиков. Я провела руками по закрытым частям и буквально на второй дверце почувствовала магический отклик. Так просто?

Хотя, с другой стороны, смысла прятать хранилище, запертое магией крови, не было. В мире еще не существовало ничего, способного ее разрушить. Я открыла дверцу шкафа и обнаружила за ней еще одну, на которую, по всей видимости, и была наложена защита.

Глубоко вздохнула и постаралась сосредоточиться. У меня не было права на ошибку. Если я не Рид, то последствия могут быть катастрофическими: от временного паралича до смерти…

Ручка заветной двери была отлита из какого-то странного на вид металла и украшена многочисленными знаками. Я не смогла их распознать, эти символы мне были неизвестны. Собрав всю свою храбрость, схватила дверную ручку и постаралась ее провернуть, но она не поддавалась.

Как так?

На лбу выступила испарина, я дернула ее еще пару раз и разозлилась. Что пошло не так?

Вот дура!

Я ведь забыла снять миражник! Многие артефакты конфликтовали друг с другом, а магия крови вообще очень тонкая штука. Не отпуская дверную ручку, второй рукой стянула артефакт с шеи. И тут же почувствовала выброс силы, мое тело прошила магия крови. Отвратительное ощущение. Волна схлынула, кончики пальцев покалывало, словно их проткнули сотни иголок, но ручка наконец-то поддалась, и дверца открылась.

Небольшое хранилище оказалось завалено бумагами. Я выгребла все наружу и начала лихорадочно перебирать и перечитывать все, что попадалось под руку. Такую огромную кучу бумаг мне отсюда не вынести, нужно как-то найти то, что могло бы заинтересовать сопротивление.

Прошло почти полчаса, за это время я смогла перебрать в лучшем случае треть содержимого хранилища. На глаза попался свиток из пожелтевшей от старости бумаги. Я аккуратно развернула хрупкий лист и вчиталась в содержимое.

Мать Первородная! Свиток содержал имена и подписи всех участников заговора полутора вековой давности. Как он оказался у темных? Разве его не уничтожил сам Марнер Первый? Сопротивление и здесь соврало Сестрам, мы были уверены, что все доказательства заговора давно уничтожены. Вот сволочи.

Ценная бумага очень скоро оказалась у меня за пазухой. Я решила проверить все оставшиеся старые на вид свитки. Среди них нашелся один с длинным списком каких-то символов и формул. Его я тоже на всякий случай забрала с собой.

Просидев над бумагами еще минут десять, не нашла ничего интересного. С каждой минутой я все сильнее нервничала, рискуя оказаться обнаруженной. В отдельной папке лежали карты королевства и Западных земель. На первой попавшейся были отмечены какие-то точки. Ничего не понятно. Я запихнула эту карту в крепления для кинжала и начала просматривать остальные.

— Что ты делаешь? — прозвучало сзади.

Я дернулась от неожиданности и, развернувшись, обнаружила Мирию в дверях кабинета. Сердце грохнулось в пятки, в груди похолодело от страха и сгущающейся тьмы. Она перевела ошеломленный взгляд с моего лица на разбросанные на полу бумаги, открытое хранилище, и, шагнув назад, открыла было рот, чтобы закричать.

Не медля ни секунды, я сформировала аркан из тьмы и, спеленав ее тело, пришпилила к стене. В следующий миг припасенный кинжал оказался у ее горла.

— Один звук, и ты покойница.

Глава 11

Сердце моей матери заходилось в бешеном ритме, она разом побледнела и растеряла свою надменность. Тьма внутри меня, подпитываемая ее страхом и моей ненавистью, бесновалась. У меня не было ни единой идеи, как поступить дальше.

— Что ты здесь забыла? — с расстановкой спросила я.

— Как… как ты открыла его? — прошептала моя мать. Она всхлипнула и затрясла головой. — Не может быть…это ты?

— Отвечай на вопрос! Или я познакомлю тебя со своей тьмой, и поверь, приятного в этом мало, — гневно прошептала ей в лицо.

— Я просто проходила мимо и увидела мелькнувший свет под дверью, — тяжело сглотнув, ответила она. Повезло еще, что это заметила именно она, а не, к примеру, Ролан или Райнер.

— Кто-нибудь видел, как ты сюда зашла?

— Нет, — помедлив, ответила Мирия. — Что со мной теперь будет?

Хороший вопрос!

— Сейчас я отпущу тебя, и ты сделаешь все, что я тебе скажу. Попробуешь позвать на помощь, и я убью тебя без промедления. Она судорожно закивала, и я, опустив кинжал, отошла от нее на шаг. Мирия потерла красное горло, вокруг которого была закручена лента тьмы, и с ожиданием на меня уставилась.

— Собери все и сложи обратно в хранилище, — приказала ей. Она, немного помедлив, взглянула на обвитые вокруг моих кистей черные жгуты и бросилась выполнять приказ.

— Это ты убила … Альта? — спросила она внезапно.

— Каким образом? Вообще-то я все время находилась с вами.

— Тогда кто?

— Понятия не имею, — соврала я. — Давай быстрее.

— Ты отступница! — выплюнула темная.

— А ты бросила новорожденного ребенка в приюте. Как думаешь, что из этого хуже?

— Ты не понимаешь, у меня не было выбора! Я бы … — запальчиво начала Мирия.

— Мне плевать, — оборвала ее излияния. Она зачем-то тянула время, и меня это сильно нервировало. — У тебя полминуты.

Она справилась быстрее. Подозреваю, тьма, кружащаяся возле ее ног, заставила ее ускориться. Когда с хранилищем было покончено, я захлопнула дверь, не сводя с матери взгляда.

— Сейчас мы выйдем отсюда, и всю дорогу до моей комнаты ты будешь молчать. Если мне покажется, что ты собираешься выкинуть какую-то глупость или позвать на помощь, я переверну этот замок вверх дном и убью всех его обитателей. Ты ведь наслышана об отступницах?

Она нервно сглотнула и утвердительно кивнула головой. Проверив коридор на отсутствие людей, я вытолкнула Мирию из кабинета и пристроилась чуть позади нее. Дорога до моей комнаты показалась вечностью. К счастью, по пути нам не встретилось ни одного темного, только прислуга.

— Пожалуйста, давай поговорим! — с надрывом произнесла темная, заламывая руки. Куда только подевалась высокомерная женщина, плюющаяся ядом во всех, кто стоял ниже нее? Она боялась меня. Очень боялась! Ее страх подпитывал мою темную сущность, я с трудом абстрагировалась от этой части себя. Мне не хватало практики и хладнокровия.

— Хорошо, говори, — в глубине души я понимала, что сейчас она начнет давить на жалость, тянуть время и будет врать напропалую, лишь бы сохранить себе жизнь.

Но я и правда хотела услышать ее историю, пусть даже это будет ложь. Зачем? Сложный вопрос. Отчасти чтобы закрыть эту страницу своей жизни. Бесчестное количество раз с самого детства я мечтала об этой встрече и представляла, как увижу женщину, которая дала мне жизнь. И фантазии эти, в зависимости от моего возраста, кардинально разнились. Сначала я представляла, как мама, случайно потерявшая меня и искавшая все это время, бросится обнимать меня, и мы обе будем плакать от счастья. А чуть позже, повзрослев, я представляла, как плюну ей в лицо. Не слишком красиво для леди? Так я и не претендую.

— Пожалуй, начну с самого начала, — с дрожью в голосе начала она. — Мой отец родился в обедневшей семье аристократов. Не буду пересказывать его детство, вряд ли тебе это интересно, но скажу лишь, что оно не было радужным. В довольно молодом возрасте он увлекся наукой и даже без связей сумел поступить в хорошую академию. Целью его научной работы стало изучение темных женщин. Но, как ты понимаешь, все теории, которые они выдвигали с научным руководителем, были лишь теориями. На практике ни кто бы не позволил ставить эксперименты на темных. На последнем курсе он встретил мою мать, которая происходила из богатой, но не родовитой семьи. Она влюбилась в него, а он увидел в этом отличную возможность. Родители довольно быстро поженились, и вскоре мама забеременела. Отец пичкал ее зельями … Я родилась раньше срока, но он сумел выходить меня и продолжил свой эксперимент. Первые десять лет я вообще не выходила из дома.

Закладка:

— А твоя мать? Она умерла? — спросила я, переваривая услышанное.

— Нет, — горько усмехаясь, протянула Мирия. — Она не умерла. По крайней мере, на тот момент она была живее всех живых. Просто мама сильно любила отца и прощала ему многое.

Прощала? Ошеломленная историей я не сразу увидела, что комнату заполонила тьма. Она обволакивала стены и клубилась под самым потолком. Если бы кто-то в этот момент решил зайти в комнату, меня бы уже ничего не спасло. Мирия, казалось, тоже этого не замечала.

— Когда мое тело полностью созрело, отец задался новой целью — заполучить ребенка от кого-то из семей основателей. От кого именно было не важно, он хотел проверить свою теорию насчет древней крови. В шестнадцать лет я впервые познала мужчину. Им оказался Альт Рид. В то время он был неразборчив и даже не запомнил моего имени, а я, напротив, влюбилась, как идиотка.

Забеременеть получилось с первого раза и меня снова закрыли под замком. Отец был счастлив, а я с каждым днем все больше ненавидела растущий живот, из-за которого меня разлучили с любимым мужчиной. За несколько месяцев до родов мне начали сниться странные сны. Они были настолько реалистичны, что я перестала осознавать, где явь, а где сновидение. Мне снилась тьма, она говорила со мной, обещала защитить, если я решусь на побег. Но мне было страшно.

В один из дней я легла спать и почувствовала сильную боль внизу живота. Я кричала и звала родителей, но никто не пришел. Не помню, как выбралась из дома и как оказалась в каком-то лесу. Очнулась от дикой боли в животе и стоптанных в кровь ногах, оказывается, я бежала по лесу босиком. Роды длились всю ночь. Когда я увидела тебя… — по щекам матери катились крупные слезы, она облизала губы, сдерживая рыдания, — крошечную и беззащитную, я поняла, что отец меня никогда не любил. То, что он делал со мной … такое не делают с теми, кого любят. Я поняла, что не смогу вернуться с тобой домой.

Я почувствовала на губах соленую влагу и оторопело провела по лицу рукой. Если эта история выдуманная, то моя мать еще большее чудовище, чем все темные вместе взятые. Но она говорила об этом с такой болью, что я почти не сомневалась в ее словах.

— Два дня мы плутали по лесу, пока тьма не вывела нас к небольшому городу. Мне не запомнилось ни его название, ни улицы, только венки из клевера, развешенные на дверях домов. Я была сильно истощена и еле держалась на ногах. Какая-то сердобольная женщина пустила меня к себе переночевать. Ночью я сбежала. Одна.

— Почему? — с трудом выдавила я из себя. Она вытерла глаза и судорожно вздохнула.

— Я думала, что так будет лучше для тебя. Женщина показалась мне порядочной и доброй, она бы не смогла тебя обидеть.

— Она сдала меня в местный приют.

На комнату опустилась оглушительная тишина. Напряжение, повисшее в воздухе, можно было резать ножом. Мать молчала, но я слышала, как гулко бьется сердце в ее груди. От женщины, встретившей меня во дверце надменным взглядом, не осталось и следа, передо мной сидела никому ненужная маленькая девочка. Возможно, восемнадцать с лишним лет назад она желала для меня лучшего, но не сомневаюсь, что по большей части она просто струсила. Винила ли я ее за это? Наверное, нет.

— Прости меня, — она подняла на меня красные от слез глаза. Я отвернулась, не в силах произнести ни слова.

— Что было дальше? — прошептала я.

— Я добралась до соседнего городка, там меня и нашли патрульные. Отец организовал мои поиски в первый же день. А когда узнал, что я бросила тебя в лесу, вышел из себя и чуть было меня не убил. Он искал тебя, но, как ты знаешь, безрезультатно. Вскоре он решил продолжить свои исследования, но умер, так и дождавшись моей беременности. Мать умерла следом за ним.

— Но ты все же забеременела, — сухо констатировала я. — Не пыталась найти меня. Просто сделала себе нового ребенка.

— Прости, — ее голос дрожал. — Как ты стала … такой?

— Какой?

— Ты пользуешься магией тьмы, но ты нормальная, — наконец-то выдавила она из себя.

— Думаешь? — усмехнулась я.

— Я видела приступы Малии Эйр. Она была на грани срыва, и это было страшно. Как ты овладела силой и не сошла с ума?

— Это долгая история.

— Что будет дальше? — неуверенно спросила темная. — У меня есть деньги! Если нужно, я могу спрятать тебя!

— Значит, хочешь помочь…

Переспорить Лейн оказалось гораздо сложнее, чем я планировала. Она отказывалась мне подчиняться и ввиду того, что кричать мы не могли, чтобы не привлекать лишнего внимания, она очень выразительно махала руками и гневно шептала всякую ересь.

— Лейн, это мое последнее слово! Ты немедленно отправляешься в имение и отсиживаешься там, пока я не вернусь. Я не могу постоянно отвлекаться на твою безопасность, — в очередной раз сказала я, склонившись над позаимствованными у отца картами.

— Нет, я не брошу тебя! Говори, что хочешь, но я иду с тобой! — боевой настрой подруги был как никогда высок. — Ты правда доверишься этой женщине?

— У нас нет другого выбора. Я ей не доверяю, но упустить такую возможность не могу. Очень скоро темные вспомнят о дальней родственнице Мелиссы, то есть обо мне. И я не потащу тебя за собой прямо в петлю. С этого момента наши пути расходятся!

— Давай уедем в имение вместе? Умоляю! Почему тебя все время тянет в самое пекло? — со слезами на глазах прошептала она. — Я не хочу, чтобы ты закончила, как Элен.

— Лейн, послушай! — я обняла ее и, отстранившись, проникновенно заглянула в глаза. — Половина наших друзей мертвы. Мы заранее знали, на что шли, но нельзя допустить, чтобы их смерти были напрасными! Я всем своим нутром чувствую, что очень близка к разгадке. Нужно лишь сделать последний рывок и мы будем свободны! Понимаешь? Взгляни на карту. На месте дворца и замка Де-Морнра она повреждена меткой, кто-то проткнул ее флажком, а затем вытащил! Такой же прокол есть в районе столичной академии. Ты понимаешь, что это значит?

— Я понимаю, что ты выдаешь желаемое за действительное. Смотри, — она провела пальцем по бумаге, — здесь тоже когда-то стояли метки.

— Дело не только в карте, я чувствую, что права. Это оно! Артефакт в академии! Нам обеим было сложно контролировать себя в Замире, потому что подавитель все время был рядом. Здесь тоже есть волнения силы, но они гораздо меньше, словно центр возмущения находится далеко отсюда.

— В твоих словах есть логика, но что если ты ошиблась?

— Что ты хочешь услышать? — устало произвела я. Выматывающий разговор с материю оставил после себя гнетущее ощущение, и сил на этот спор почти не осталось. Я устала.

— Я хочу пойти с тобой. Предположим, ты права, тогда у тебя будет гораздо больше шансов выбраться живой, если кто-то прикроет твою спину. Не собираюсь сидеть в имении и ждать тебя у окошка, гадая, жива ты или нет, — твердо ответила Лейн.

Упрямая девчонка. Я ненавидела себя за то облегчение, которое испытала, услышав ее слова. Она действительно не хочет бросать меня. Это грело душу и немного отгоняло страх перед неудачей. То, что я запланировала, будет очень сложно провернуть в одиночку. Жаль, что Вениры нет рядом, с ней я бы боялась гораздо меньше.

С Мирией мы условились встретиться через полчаса. Она пообещала помочь незаметно покинуть Нилек.

— Ты правда не убивала его? — спросила она у меня тогда.

— Правда. Зачем мне убивать Рида? У Сестер другие цели.

— Сестер? — заинтересованно спросила она.

— Не важно. Я хочу забрать наработки твоего отца.

— Я уничтожила их сразу же после его смерти. Боялась, что они попадут не в те руки, — твердо ответила она. Звучало убедительно, и я не стала настаивать. Времени и так почти не осталось.

— Ладно. Встречаемся через полчаса в твоих покоях, — я схватила ее за локоть и, притянув к себе, заглянула в глаза. — Если предашь меня снова … поверь, у меня хватит сил справиться со всеми темными в этом доме, я гораздо сильнее всех их. Думай о своем сыне.

Закладка:

Врать было легко. Мать не представляла, на что я способна, а сказки об отступницах и продемонстрированное ранее шоу с участием тьмы только добавили мне убедительности.

— Не стоило этого говорить. Я не собиралась тебя предавать, — ответила Мирия.

— Охотно верю, — соврала я.

Перед встречей с матерью я размялась и захватила свой кинжал. На всякий случай. Не успела занести руку, чтобы постучать, как Мирия открыла дверь.

— Ты долго, — сказала она.

— Так получилось.

— Если ты собираешься покинуть Нилек сегодня, то нам стоит поторопиться, портальный зал закрывается в полночь. Садись у зеркала.

Я окинула комнату взглядом и выпустила тьму, ощупывая помещение на предмет засады. Никого, кроме нас двоих, здесь не было.

— Я сделаю тебе точно такую же прическу, как у меня, и немного загримирую лицо, — поставила меня в известность темная и уверенным движением начала расчесывать мои волосы.

Нужно отдать ей должное. Действовала она быстро и ловко. Через полчаса я стала молодой версией матери. Ну, почти. Мы были похожи, но любой, близко знающий ее человек, легко смог бы раскрыть этот обман. Главное — не слишком светить лицом.

— Я помогу тебе одеться, — на кровати лежало приготовленное платье. Темно-синий бархат и драхова вышивка. Ну кто бы сомневался?

— Ты очень красивая, — тихо сказала она, помогая мне с многочисленными пуговицами. Я скрипнула зубами, сдерживая рвущиеся наружу слова. Чего она добивается?

— В приюте одна девчонка называла меня серой мышью. Хотя глава считала меня вполне сносной кандидатурой для дома утех, — произнесла я, наслаждаясь ее растерянным лицом. Чувство вины было почти осязаемым. И мне бы радоваться, но на душе было погано.

— Мне жаль, — прошептала темная. — Тебя ведь зовут не Элен? Ты скажешь мне свое настоящее имя?

— Мира, — ответила я, только сейчас осознавая, что все это время она обращалась ко мне иначе.

— Так я представилась той женщине, — просветила меня темная.

Так вот в кого я такая креативная.

— Держи, — она протянула мне свои документы и увесистый кошелек, — здесь хватит на несколько переходов. Карета ждет внизу.

— Благодарю. Передавай привет Оресту.

— Мы еще встретимся? — с надеждой спросила мать.

Я лишь пожала плечами.

До портального дома мы добрались в короткие сроки, однако лицо довольно быстро устало от презрительно-высокомерной гримасы. Сложно все-таки быть аристократкой. Лейн сегодня изображала мою служанку.

Выйдя из кареты, я окинула взглядом улицу и направилась прямиком к портальному дому. Внутренне меня потряхивало от нервов и страха, но внешне все же удавалось держать лицо.

Портальный дом сегодня охранялся лучше, чем вход во дворец. Я выругалась и сбавила шаг, заметив у входа двух членов ордена и огромную очередь.

Только этого не хватало!

— Что здесь происходит? — надменно спросила я у самого молодого темного. И быстро, до того, как он успеет отправить меня подальше, сунула ему в руки документы Мирии. — Калеб Эйр срочно требует моего присутствия в Замире.

Нам повезло. Моя мать была известной личностью в Западных землях, поэтому при виде ее имени темный изменился в лице и без проблем пропустил нас к порталу.

Очередь образовалась из-за дополнительных проверок, людей обыскивали с особенной тщательностью. Надеюсь, никто не рискнет лезть мне под юбку.

— Леди, сочувствую вашей утрате, — сказал напоследок темный. Я высокомерно кивнула.

После перехода я сразу же почувствовала действие уцелевшей части подавителя. За пару дней нашего отсутствия, казалось, стало еще хуже. Я теряла контроль. Правая рука почернела, разум слегка помутился. Лейн же было гораздо лучше, чем мне. Вот он — минус большого резерва. Мы отошли от портального дома подальше и остановились в какой-то подворотне. Я прислонилась к стене, пытаясь привести силу и мозги в порядок.

— Разделимся.

— Что? Нет! Я не оставлю тебя в таком состоянии.

— Иди в убежище. Приведи всех, кого сможешь уговорить. Даю тебе два часа. Если к этому времени не вернешься, я пойду в академию одна.

— Ты выглядишь … нестабильно, — сказала Лейн. — Давай отложим все хотя бы на завтра.

— Нет. Надо спешить.

На том и порешили. Через полчаса я ощутила отток силы и наконец-то смогла действовать. План был отвратительно прост: провести разведку у стен академии, пересечь периметр и найти артефакт. И что-то подсказывало мне, что я уже знаю, где именно он находится. Не зря же мне все время снится этот драхов лес.

Я переоделась в костюм, уничтожила платье матери и спрятала все оставшиеся монеты в кармане куртки. Портальный камень, которым меня одарила леди Хольм, повесила на шею. Оставлю его на самый крайний случай, все-таки я не до конца доверяла этой женщине.

На безоблачном небе царила яркая луна. Лейн опаздывала. Прошло уже больше двух часов, я обошла периметр академии дважды и обнаружила слабое место в защите. Приятной неожиданностью стало то, что защитное поле подпитывается от магии тьмы, а неприятной, что как только я разрушу охранный артефакт, то об этом сразу же узнают все темные в радиусе нескольких миль. Единственное место, через которое можно пройти незамеченным, — центральные ворота. Но они охранялись сразу двумя членами ордена, причем один из них, судя по цвету волос, был ловцом.

Так что же выбрать? Рискнуть и прорваться через главный вход? Или зайти с тыла, оповещая о вторжении всю округу?

Где же Лейн? Тревога нарастала с каждой минутой. Я снова почувствовала прилив силы, сопровождаемый непомерной агрессией и головокружением.

Или сейчас или никогда! Я рванула к выбранной точке, которая ближе всего находилась к заветному лесу, и, сконцентрировав огромное количество тьмы, ударила по защитному полю. Взрывной волной меня оглушило и отбросило на несколько шагов назад. Защитная сеть на миг проявилась и, надрывно загудев, погасла. Я поднялась, тряхнула головой и непроизвольно рассмеялась. Моей тьме пришлись по вкусу разрушения.

Глава 12

Райнер

Глава мертв, его убийца свободно разгуливает по столице Западных земель, а Мира сидит у Ридов без охраны. Это обстоятельство выбивало меня из колеи. Хотелось бросить все и вернуться в поместье, чтобы убедиться в ее безопасности. И если на мифический долг перед орденом с тех пор, как я узнал правду, мне было наплевать, то бросить Ролана, которого считал своим другом, я не мог. Еще один побочный эффект от проснувшихся чувств — привязанности.

Рид выглядел неважно. Не удивительно, ведь именно он обнаружил тело отца, решив заглянуть к нему перед помолвкой. Незабываемое вышло благословение.

— Сколько человек у нас есть? — спросил он.

— Десять членов ордена, включая двух ловцов. Большинство остались в Замире под командованием отца, — отчитался я.

— Временно назначаю тебя главным. Прочешите округу, всех подозрительных личностей, будь то мужчина или женщина, арестовывать. Перекрыть все выезды из города, усилить досмотр у портала.

— Уже сделано. Патруль что-нибудь нашел? Что говорит следователь?

— Новостей от патрульных нет. Отца опоили, по предварительным данным, зельем правды.

— Зельем правды? — я постарался скрыть свое удивление. — Впервые сталкиваюсь с ним лично. Еще одно подтверждение того, что у отступниц серьезные связи.

— Я не уверен, что это были отступницы. Сколько бы я не думал над этим, у меня в голове ничего не сходится.

— Что ты имеешь в виду? — еще сильнее удивился я.

— Отца зарезали, а не убили магией тьмы. Покушение на площади организованно по высшему разряду, и опять же с применением магических бомб, а не с помощью темной магии. Ни одного свидетеля применения тьмы на площади. Ты по долгу службы сталкивался с отступницами, так скажи, похожи они на организованную группу? Думаю, дворец был последним местом, где они принимали участие.

Закладка:

— Логично. Но тогда все гораздо хуже, чем мы себе представляли. И орден бесполезен в этом деле. Как искать и выявлять отступниц мы знаем, а как найти обычного человека? Хотя вряд ли обычного, это кто-то из замирской верхушки, не меньше. Но политика не мой конек.

— Завтра я встречусь с королевским советником. Кто-то с помощью темных расшатывает трон под Марнером, в его интересах оказать нам поддержку.

— Удачи, друг, — сказал я и сразу же подобрался. Совсем расслабился. Это все девчонка, вечно ворошит мои эмоции. У ловцов не бывает друзей, максимум — соратники. Но, кажется, Ролан, полностью погруженный в свои мысли, не заметил этой оговорки. — Что с Мелиссой?

— Исчезла бесследно, — Ролан ожесточенно потер лицо руками.

— Что думаешь по этому поводу? — аккуратно спросил я. Кому-то могла показаться нереальной мысль, что она может приложить руку к смерти старшего Рида. Но правда в том, что я не питал иллюзий насчет слабости женщин. Напротив, за свою жизнь я успел убедиться, что именно они самые опасные существа на земле.

— Думаю, она его и убила, — спокойно ответил он, подтверждая мои мысли. — Пока это основная версия, но о ней принято решение не распространяться.

— Я понял.

— Отец всю жизнь учил меня никому не доверять, говорил, что у меня никогда не будет настоящих друзей, не будет любви. Я считал его скептиком и циником, погрязшим в политике. Но выходит, он был прав? Семь лет, Райнер. Семь лет она была рядом. Притворялась настолько хорошо, что даже такой человек, как мой отец, поверил и подпустил ее слишком близко.

— Мы не знаем, как все было на самом деле, и что толкнуло ее на этот шаг, — Ролан бросил на меня убийственный взгляд. — Я ее не оправдываю, поверь. Просто предпочитаю убедиться в том, что именно она убийца, до того, как делать выводы.

— Нужно решить, что делать с Элен, — сказал Ролан, внимательно следя за моей реакцией. И только годы тренировок помогли мне сохранить внешнее спокойствие.

— При чем здесь твоя подруга? — я специально сделал упор на последнее слово, ведь это Ролан притащил сюда Миру. Я бы предпочел остаться с ней в академии, но после того, как услышал, что Ролан пригласил ее на свою помолвку, решил, что мне тоже позарез нужно в Нилек.

— Они родственницы, — я легко приподнял брови, что обычно свидетельствовало о моем крайнее удивлении. — И я давно ее подозреваю.

— В чем? — я совершенно не понимал, к чему он ведет.

— Сначала я думал, что она темная.

— Исключено, ее проверяли дважды. И лично у меня нет оснований подозревать о подлоге, — как можно более завуалировано, сказал я. Не объяснять же, что я лично присутствовал при ее проверке.

— Да, я и сам в этом недавно убедился. Она смогла зайти в храм Тьмы и вышла оттуда в своем уме и полном здравии. И эта ее простуда, она точно не притворялась, а ведь темные не болеют, — пока он говорил, у меня на спине выступил холодный пот.

Если бы Мира оказалась темной, этот поход в храм мог ее погубить. Мира не темная, но что если… Я сжал зубы и весь напрягся, сдерживаясь из последних сил. Хотелось наброситься на Рида и вытащить ему кишки через рот за то, что рискнул ее жизнью.

— Но мне не дает покоя одно обстоятельство, — Ролан прошелся по кабинету и что-то достал из хранилища. Кольцо. — Я нашел его в подземелье рядом с бессознательным Эйденом. Он подарил его ей незадолго до бала.

— Это ничего не доказывает. Думаешь, Эйден не узнал бы Элен? Если бы она на него напала?

— Я думаю об этом с тех пор, как узнал, кому оно принадлежало. Слишком многое так или иначе сводится к ней.

— Пока у нас нет никаких доказательств, — отчеканил я.

— Нет. Поэтому я решил взять ее под стражу до выяснения обстоятельств.

— Где она? — я подорвался с места. Упаси Первородная, если он рискнул засунуть ее в темницу.

— Райнер, в последнее время ты совершенно перестал себя контролировать. Раньше ты притворялся лучше, — неожиданно выдал Рид. Я опешил, но лишь на мгновение. Он знает. Что ж, так даже лучше. Мне больше не нужно притворяться.

— Тогда я скажу лишь раз: если с ее головы упадет хоть волос…

— Успокойся, ей ничего не угрожает. Я приказал приставить людей к ее покоям. С учетом того, что убийца бродит где-то на свободе, рассматривай это как дополнительную охрану, а не арест. Я не собираюсь ее пытать, пока не получу достаточно оснований, она мне самому не безразлична, — я не заметил, как оказался рядом с Роланом, прижимая его за горло к стене. — Первородная, Райнер! Ты совсем обалдел? Что с тобой такое?

Пелена бешенства спала, лишь тогда, когда Ролан перестал сопротивляться. Я хотел высосать жизнь из человека, которого считал своим другом. Для этого мне хватило лишь пары слов. Что со мной делает эта девчонка? Всего на одно мгновение я представил, что они вместе. Рядом с Роланом Мира всегда расслаблена и улыбается ему так часто и открыто… даже больше, чем моему брату.

— Прости. Я не могу это контролировать.

— И давно это с тобой? Отцу рассказывал? — хрипло спросил он, поправляя одежду.

— Нет. Я сам разберусь.

— Ты уж постарайся.

В дверь постучали, и на пороге сразу же появился молодой парень из патруля.

— Донесение из Замиры, лорды, — запыхавшись, произнес он.

— Давай сюда! — приказал Ролан и выставил его за дверь. — Хорошие новости. Твой отец немедленно вызывает тебя в столицу, они накрыли тайное убежище отступников. Нескольких удалось взять живыми. Отправляйся немедленно. Обещаю, я присмотрю за Элен.

Мира

По моим примерным расчетам, чтобы добраться от стены до первых деревьев, мне понадобится три минуты в быстром темпе. У меня не было точных данных о том, сколько темных из ордена сейчас стоит на страже леса. Успел ли Калеб стянуть сюда все силы? Надеюсь, нет.

Не теряя ни секунды, я рванула в нужную сторону, на бегу раскидывая вокруг себя щупальца тьмы. Таиться не было смысла. В лучшем случае у меня несколько минут до того, как здесь объявятся все темные, находящиеся в академии.

Даже если здесь всего одна команда, в чем я сильно сомневалась, то со всеми разом мне не справиться, особенно без боевого транса. Однако этот навык я не умела использовать по своему желанию, сколько не пыталась. Каждый раз это происходило внезапно и без моего ведома.

Почти на границе леса я засекла двух приближающихся ко мне с обеих сторон темных. Ускорилась и с разбега нырнула сквозь окружающий его защитный полог. Он был настроен лишь против обычных людей и легко пропустил меня, как и в прошлый раз.

Отбежала немного вглубь и раскинула свою тьму во все стороны, прислушиваясь к ощущениям.

Я оказалась права! Подавитель где-то здесь, он пульсировал с большой скоростью, распространяя вокруг себя волны магии. Как я не заметила этого в прошлый раз? Ведь торчала здесь несколько часов. Ощутив под носом что-то мокрое, я провела рукой и увидела на пальцах кровь. Голову тут же пронзила резкая боль, я упала на колени, сжимая виски и пытаясь не потерять сознание. Такого в прошлый раз точно не было.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я смогла подняться на ноги. Облегчение накатило так же быстро, как и боль до этого. Я оглянулась назад и увидела своих преследователей, валяющихся неподалеку. Повезло, что на них подействовало так же, иначе меня давно бы скрутили.

Один из мужчин пошевелился и поднял голову, встречаясь со мной взглядом. Я решила, что сейчас не самое подходящее время для знакомства и рванула к эпицентру магии.

Лицо облепило уже знакомое ощущение паутины. Дышать становилось все труднее с каждым шагом.

В следующий миг случилось сразу несколько событий. Что-то крупное сбило меня с ног, и от этого столкновения из легких вышибло весь воздух. Мы кубарем покатились по пожухлой траве. Я ударилась головой о какой-то выступ и с трудом сфокусировала взгляд на зависшем надо мной мужчине.

Белые волосы, совершенно выцветшие и пустые глаза. Ловец. Ровно секунда ему понадобилась, чтобы, оценив мой полностью закрытый костюм и маску, потянуться к лицу. Безысходный ужас затопил сознание, и я потеряла контроль над своим телом. Ловец застыл надо мной, почти коснувшись лба, его лицо подернулось маской боли, он судорожно вздохнул и перевел ошеломленный взгляд ниже, туда, где его тело пронзил мой клиндар.

Закладка:

С трудом выбравшись из-под тела ловца, я, не теряя времени, двинулась дальше, но от пережитого страха меня трясло, а дыхание то и дело сбивалось. Я снова убила, я убила, не задумываясь, на его месте мог оказаться Райнер… Эти мысли крутились в голове без остановки. Где же хваленый боевой транс, когда он так нужен?

Лес сгущался. Я остановилась, оглядываясь, и почувствовала, что подобралась очень близко к артефакту, с этого места был слышен характерный для него гул. Справа от меня обнаружилась небольшая неприметная пещера. Если бы не обостренные способности темных, усилившиеся после уничтожения первой части артефакта, я бы ни за что не нашла вход в нее.

Сделала шаг в ее направлении и сразу же поскользнулась на влажной траве, уходя от атаки арканом тьмы. Признаюсь, от удара о землю пострадала не только моя задница, но и чувство собственного достоинства.

Я перекатилась, уворачиваясь от летящего в меня кинжала, и подскочила на ноги. Их было трое. Они окружили меня и весьма слаженно стали атаковать. Довольно быстро я поняла, что была сильнее каждого из них по отдельности, но сразу против троих у меня почти не было шансов.

В подтверждение этому мою шею крепко обвила петля силы, лишая возможности вздохнуть. Я отвлеклась и сразу же за это поплатилась: на мое тело обрушился град ударов, а руки и ноги сковало чужой тьмой. Резко дернув петлю, стоящий сзади темный повалил меня на землю.

— Кончай эту тварь, — донеслось до меня сквозь звон в ушах.

— Подожди, — ответил кто-то приказным тоном. — Доставим его к наставнику.

— Рискованно. Если вырвется, вряд ли меня хватит на второй заход. Паршиво мне что-то, — задыхаясь, ответил первый темный. От нехватки воздуха у меня все кружилось перед глазами, легкие горели огнем.

— Это приказ. Держите крепко, хочу взглянуть на его рожу. И ослабь петлю, Фэл, а то откинется раньше времени.

Давление на шее ослабло, и я судорожно стала ловить воздух ртом. Тот, что раздавал приказы, осторожно приблизился ко мне и сдернул капюшон и маску, закрывающую нижнюю половину лица. Пока я кашляла и пыталась сфокусировать на темном взгляд, не заметила, как наступила оглушающая тишина.

…. — красноречиво выругался кто-то. Из-за специфического детства я знала много интересных слов, но такое слышала впервые. — Это баба.

— Я вижу. Тебе не кажется знакомым ее лицо? — спросил темный, вторя моим мыслям. Мы определенно встречались раньше, только я никак не могла вспомнить, где именно. Надо мной склонилось еще одно знакомое лицо. Эту бандитскую рожу сложно было не узнать. Они со вторым темным проверяли меня у ворот академии, когда я вернулась туда после бала.

— Это же девка Райнера, — опешил бугай. Мы с его другом опешили не меньше. — Помнишь, я рассказывал, что собирался подцепить одну дамочку? Это она. Райнер очень доходчиво объяснил мне, что не стоит этого делать.

— Он за одно с этой тварью? — спросил молчавший все это время третий темный, которого, кажется, звали Фэлом.

— Сами вы твари, — не выдержала я.

— Она разговаривает! — сделал открытие бугай. Отшатнувшись от меня, он растерял концентрацию и давление на руках ослабло. Но недостаточно. — Ты разговариваешь?

— А на что еще это похоже? — гневно прошипела я.

— Ее глаза чисты. Кто-нибудь понимает, что здесь происходит? — озадаченно спросил Фэл.

— Кто ты такая? Имя? — спросил главный.

— Мое имя: пошел в задницу, темный выродок, — я плюнула ему в лицо. Ну давай же, разозлись! Но главный хладнокровно продолжал смотреть на меня. Да, этого точно не пальцем делали.

— Это было невежливо, — сказал он, вытирая лицо рукавом. — Лучше побереги силы для допроса, поверь, они тебе понадобятся.

— Допроса? — я заливисто рассмеялась. — Ты идиот? Я даже до допросной не доживу, и вы, скорее всего, тоже. Будем лежать вместе в безымянной могиле, пока ваш любимый наставник со своим братцем будут подчищать следы моего существования.

— Она все-таки сумасшедшая, — покивал громила. — А я уж было подумал, что мы нарвались на чудо.

— Я никакое не чудо! Нас таких много. Ты, — я мотнула головой в сторону бугая, — изо дня в день наблюдал за мной и видел, что я абсолютно нормальная, такая же, как вы. Вам врут всю жизнь. Вы охотитесь на нас, вы убиваете нас…

Заговорить им зубы не удалось, как только я скопила немного силы для удара, они вздернули меня вверх один слаженным движением и потащили в сторону академии. Я чувствовала на руках обжигающий холод, словно на них наложили какую-то печать. Тьма внутри меня бесновалась, не находя выхода.

— После бала кому-то из ваших матерей, сестер или подруг стало лучше? — я била наугад, ничего другого мне не оставалось. Оказаться так близко к цели и провалиться…

Главный нахмурился и бросил на бугая странный взгляд. Кажется, мне повезло.

— Заткни ей рот, — сказал Фэл товарищу.

— Подожди, — мы остановились. Главный подошел ко мне вплотную и внимательно заглянул в лицо. — Как ты узнала?

— Потому что именно я разрушила артефакт, убивающий твою…кого? Мать? Сестру? Но недавно ей стало хуже, правда? Я могу помочь.

— Рик, она бредит, ты разве не видишь? — обратился к нему Фэл.

Мне не довелось узнать, поверил ли мне Рик. Новый выброс силы буквально сбил нас четверых с ног. Путы спали. Я закричала от разрывающей голову боли и зажала ее руками, чувствуя во рту привкус крови.

Этот приступ длился дольше первого, я даже решила, что не выдержу и отправлюсь в мир иной. Но сила схлынула, и, превозмогая боль, я оглянулась вокруг. Мои конвоиры лежали без сознания.

Я соскребла себя с земли и побрела к пещере.

Глава 13

Райнер

В портальном зале Замиры меня уже дожидались люди отца. Не задавая лишних вопросов, я запрыгнул в экипаж, на который указал Эрик, и уже после того, как мы тронулись, решил расспросить его о последних новостях.

— Где Калеб? — спросил помощника отца.

— Допрашивает задержанных. Их трое — двое мужчин и девушка.

— Мы едем на место задержания?

— Нет, там, где их повязали, организованна засада. Есть вероятность взять кого-то еще. Пленные в вашем доме. Информация секретная.

— Мои парни? — в ордене мы работали четверками, трое темных и ловец. С Риком и Лином мы сражались бок о бок уже шесть лет, я считал их своей семьей. Наш третий напарник погиб при обороне Де-Морнра, и на его место пришел Фэл.

— Охраняют академию, — отчитался Эрик. И хотя его лицо почти не выражало никаких эмоций, я увидел проскочившее в глазах непонимание. Эрик не был посвящён в тайну темных, и поэтому совершенно не понимал, зачем орден охраняет академию. Но он был профессионалом своего дела и лишних вопросов никогда не задавал. Думаю, по этой причине отец и держал его возле себя.

— Из отступников что-то уже удалось вытащить? — с интересом спросил я.

— Я не допущен к этой информации. Пленниками занимаются лорды Калеб и Калвер, — а вот это уже интересно. Отец и дядя самолично занимаются пленниками. Должно быть, очень крупная рыба попалась на крючок. Либо темная…

— Ты сказал: задержана девушка? — переспросил, затаив дыхание. Сердце забилось чаще, выдавая мое нервозное состояние.

— Да. Молодая девушка среднего роста и телосложения, волосы светлые, — я сглотнул комок в горле, сжимая похолодевшие пальцы в кулак.

Это может быть кто угодно. Не Мира. Ролан ошибается, она не темная. Мира сейчас в Нилеке под охраной. Нужно успокоиться.

Дядя должен охранять академию, но бросил пост и помчался на допрос. Кого же они взяли? Определенно, дело в темной, способной себя контролировать. Иначе о разносящей все вокруг отступнице уже знал бы весь орден. Но Эрик молчит.

Отец рассказал мне правду о темном артефакте сразу же после Де-Морнра. Тогда я был в бешенстве из-за смерти напарника, мне хотелось найти и убить всех отступников. Но какое-то время спустя, остыв и пораскинув мозгами, я понял, что поведанная отцом история не сходится с тем, что я видел собственными глазами. А видел я темную, которая владела тьмой лучше моих парней и при этом совершенно не выглядела сумасшедшей. Жаль, что пришлось ее убить.

Закладка:

Следом за этим от длившегося всю мою жизнь забвения очнулась мать. Женщина, подарившая мне свою жизнь. Когда мы были маленькими, братец любил упоминать при каждом удобном случае, что именно я повинен в ее болезни. А я не спорил.

Эти факты на первый взгляд были никак не связаны между собой, но в глубине души, я чувствовал, что все не так просто, как мне рассказывают.

Одно знал точно — отступницы отлично спланировали нападение на дворец и сумели разрушить часть артефакта, а значит, они не остановятся, пока не уничтожат его окончательно. В сражении при крепости мы победили лишь благодаря доносчику и потому, что нам позволили победить…

Столичный особняк я никогда не считал своим домом, бывая здесь лишь проездом. По правде говоря, само понятие дома и семьи мне было неведомо, ведь большую часть жизни я провел в ордене и разъездах по стране.

Эрик проводил меня к спуску в подвал и, как верный пес, занял выжидательную позицию. Я спустился по крутой лестнице и пошел на слабый свет, доносящийся из дальнего конца. Здесь было довольно просторно, вдоль широкого коридора расположились несколько дверей, ведущих в отдельные помещения. Камеры? Не удивлюсь. Калеб тот еще затейник. Из дальней двери навстречу мне вышел дядя.

— Райнер? Здравствуй, — холодно произнес Калвер.

Особой любви ко мне дядя никогда не питал, потому что питал ее к моей матери. Об этом знали все, но делали вид, что не замечают. Лицемерие — неотъемлемая часть жизни аристократов. Дядя не принадлежал к семейству Эйр и не знал об истинной сути артефакта, он всю жизнь положил на то, чтобы убивать отступников, и даже не подозревал об истинной подоплеке их существования.

— Где отец? — нервозно спросил я. Желание поскорее убедиться в личности темной взяло надо мной верх. Калвер нахмурился, улавливая несвойственное мне поведение.

— Выглядишь странно.

— Со мной все в порядке. Так где отец? — не выдержал я.

— Он с пленницей, — ответил дядя и махнул в сторону дальней двери рукой.

Не дожидаясь окончания разговора, последовал в указанном направлении. Я глубоко вздохнул, толкая тяжелую металлическую дверь, и окинул взглядом слабо освещенную каморку. В центре комнаты сидела девушка, привязанная к стулу и скованная печатями. Ее лицо было в крови, правый глаз заплыл, губы опухли. Но даже в таком состоянии я сразу же ее узнал.

Какого… здесь делает Лейн?

— Райнер, — голос отца вырвал меня из собственных мыслей. Я отказывался понимать, что здесь происходит. Я заснул в карете и не проснулся? Тогда это самый странный сон из тех, что мне доводилось видеть. Да и главное действующее лицо где-то бродит…

— Отец, можно тебя на пару слов? — спросил, не отрывая взгляда от Лейн.

— Можешь говорить при ней, — ответил отец, тем самым вынося приговор девчонке. Отсюда она уже не выйдет.

— С ней был кто-то еще? Что удалось узнать?

— Двое мужчин, слабосилки. Почти уверен, что они ждали кого-то еще, — я тихо выдохнул сквозь сжатые зубы. Ролан был прав. Но Мира все еще на свободе. Если только не попала в засаду.

— Ты хочешь, чтобы я допросил ее? — без преувеличения, я был лучшим из ныне живущих ловцов в мастерстве владения силой. Если простой ловец выпил бы ее за пару минут, то я, в свою очередь, могу растянуть ее агонию на неделю. Из-за этой моей особенности отец постоянно привлекал меня к допросам.

— Приступай, — кивнул он на темную. И, подойдя вплотную ко мне, тихо сказал: — Просто запугай ее, она нужна мне для ритуала.

— Понял, — ответил я так же тихо, хотя на самом деле совершенно ничего не понимал. Для какого еще ритуала?

Отец вышел, оставляя меня с Лейн наедине. Я подошел к ней поближе и присел перед стулом на корточки.

— Лейн, — прошептал я, — где она?

Она закрыла единственный здоровый глаз и еле слышно вздохнула. Это отец с ней сделал? Или она пострадала при аресте? В обоих случаях это выглядело, как избиение младенца.

Я понимал, что причин мне доверять у нее не было, более того, уверен, она считает меня сущим злом. Что в целом правда. Ладно, зайдем с другой стороны.

— Кричи, — сказал я, кладя руку ей на шею. Она зажмурилась, сжала губы и вся напряглась, ожидая боль. Я бы закатил глаза, но время было неподходящее. — Лейн, ты очень поможешь нам обоим, если покричишь для моего отца. Уверен, он не слишком далеко ушел.

Смысл моих слов дошел до нее не сразу, она открыла глаз, взглянула на мое совершенно серьезное лицо, и только тогда в ее взгляде промелькнуло понимание пополам с удивлением.

Лейн обессилено закричала, голос ее осип и периодически превращался в хрип. Я скрипнул зубами, поминая своего отца недобрым словом.

— Можешь сколько угодно притворяться моим другом. Я ничего тебе не скажу, — прохрипела Лейн. Должен сказать, что не ожидал от нее такой храбрости и стойкости. При первом знакомстве она производила впечатление слабенькой и наивной девчонки. Но держится она неплохо. Чтобы она себе не вообразила, но я бы мог ее сломать. Почти любой ловец мог бы. Но дело в том, что я и не собирался. Вряд ли Мира простит мне пытки подруги.

— Не сомневаюсь. И времени доказывать обратное у меня нет. Просто скажи, где Мира, — при упоминании настоящего имени моей женщины лицо темной вытянулось от удивления. Хм, кажется, она не в курсе нашей истории. Занятно. Почему Мира скрыла знакомство и встречу с ловцом? Мне казалось, это важная информация.

— Так вот к чему была эта благотворительность, — прошептала она и улыбнулась опухшими губами. — Ты никогда ее не найдешь. Она освободит нас и придет за вами.

— Более пафосной речи в жизни не слышал. Правда в том, Лейн, что Мира одна, а нас очень много, и мы десятилетиями оттачивали поимку подобных вам. Не тешь себя пустыми надеждами. Она ведь отправилась в академию? Я обязательно найду ее и покончу со всем, — вывалил на нее свою догадку и не прогадал. Лейн зарычала и попыталась вырваться из оков печати, подтверждая мою правоту. — Спасибо, Лейн. Еще увидимся.

Не собираясь и дальше терять время, я обхватил ее голову обеими руками и зачерпнул большую часть ее резерва. Лейн сразу же потеряла сознание, и если я правильно рассчитал, не придет в себя как минимум несколько дней.

— Разве я неясно выразился? — с бешенством в голосе спросил отец, когда увидел результаты моего допроса. — Я же сказал, что она нужна мне живой!

— Она жива и восстановится через пару дней. Просто что-то пошло не так, — не чувствуя за собой вины, ответил ему.

— Пару дней? Она нужна мне в сознании, — выплюнул Калеб.

— Мне жаль, — соврал я.

Я вышел из допросной и присоединился к дяде, который следовал в академию. На меня накатило предчувствие неминуемой беды. Мира в опасности.

Уже на подъезде к воротам академии начало твориться что-то странное. Дядя схватился за голову и закричал так, что у меня уши заложило, а после потерял сознание.

Возничий остановил экипаж, и мы вместе попытались привести Калвера в сознание, но ничего не получалось. Я оставил дядю и метнулся к воротам. У входа в академию лежали двое членов ордена и не подавали признаков жизни, однако ран на их теле не было.

Я уже догадался, что именно произошло, но отказывался это признавать. Схватился за голову, пытаясь прикинуть масштабы катастрофы. У нее получилось? Как? Нужно найти ее до того, как это успеет сделать кто-то другой.

По пути к артефакту наткнулся на тело Илана. Мертвое тело. Мира не могла убить его, он слишком силен. Значит она там не одна, и я рискую нарваться на группу отступников.

Недалеко от входа обнаружились Лин, Рик и Фэл. Сердце упало в пятки, пульс зачастил и отдавался шумом в ушах. Я перевернул Рика и, обшарив его тело, судорожно выдохнул. Он был жив, видимо отключился из-за разрушения артефакта, как и мой дядя. Лин и Фэл тоже были в порядке. Осознание этого принесло мне облегчение. Не знаю, что бы я делал, будь они мертвы. Смог бы я простить ей их смерть?

Вытащил кинжал и устремился к артефакту. В отличие от темных, я не мог ощущать колебания тьмы и понятия не имел, что именно сейчас происходит. Беглый осмотр входа в пещеру показал, что туда зашел один человек. Неужели Мира была одна? Не верю.

Закладка:

Однако поверить мне все же пришлось. Представшая передо мной картина поражала воображение. Мира, окруженная густой тьмой, висела в воздухе, раскинув руки и запрокинув голову назад.

Она была потрясающе прекрасна и ужасна одновременно. Я растерялся и замер, боясь навредить. Мира вдруг резко вздохнула и посмотрела прямо на меня. Ее лицо расчертили жуткие вены, а глаза были полностью черными, казалось, на меня смотрит не простая девчонка, а само божество. Но, с другой стороны, простой моя Мира никогда и не была. Просто раньше я отрицал существование богов и не верил даже в Первородную Мать, которую чтили все темные.

— Ты пришел, — грудным голосом сказала темная. Она была так похожа на Миру из моего последнего сна, что я даже опешил. Темная плавно опустилась на землю и сделала пару шагов мне навстречу. — Но ты опоздал. Ей придется умереть, чтобы родиться заново.

— Я здесь и сделаю все, что нужно, чтобы спасти ее. Только скажи! — умоляюще протянул я. От ее слов о смерти в моих жилах заледенела кровь, а сердце болезненно сжалось. Я не представлял себе жизни без нее.

— Слишком много тьмы, ее тело не выдерживает, — спокойно ответила она, склонив голову набок. — Ты злишься. Почему?

— Потому что хочу, чтобы она жила, разве непонятно? — заорал я и кинулся к ней. Много тьмы? Это как раз то, с чем я умею справляться.

Но до того, как мне удалось схватить ее, буквально за мгновение, она растаяла в воздухе, оставив после себя темную дымку.

— Глупенький ловец, — прозвучало позади меня, и когда я резко повернулся, то увидел коварно ухмыляющуюся Миру. Меня охватило странное ощущение того, что я уже слышал этот диалог ранее. — Ты умрешь, если сделаешь это.

— Плевать, — задумавшись лишь на мгновение, ответил я, — зато она будет жить.

Странное создание напротив замерло и уставилось в одну точку.

— Сильная, — прошептали губы Миры и выражение ее лицо стало до невозможности гордым. — Ты помнишь, что делать, Райнер Эйр?

— Что?

Мира вдруг закрыла черные глаза, а когда открыла, то на меня смотрели уже совершенно обычные серые. Она обвела взглядом пещеру и, заметив меня, испуганно округлила глаза. Ее рука дернулась к горлу, доставая из-за пазухи приметный кулон. Я метнулся к ней со всех ног и схватил за руку, не давая ей возможности активировать артефакт.

В следующий миг, вопреки всему, что я знал о перемещениях, нас обоих засосало в нестабильный портал.

При перемещениях с помощью стационарных порталов переход практически не ощущается и занимает всего мгновение. Что я знал о перемещениях через одноразовый портал? К своему стыду, ничего более того, что знали все, мало-мальски образованные люди. Например, то, что вдвоем попасть в портальную арку невозможно, они всегда рассчитаны лишь на одного человека. Все попытки увеличить число путников заканчивались сбоем и угасанием артефакта. На это я и рассчитывал, хватая ее за руку.

Но что-то пошло не так, и теперь я ощущал на себе всю прелесть необдуманного решения. Тело разрывало на части, казалось, портал собирался разобрать меня по частям, и только чудом я еще оставался целым. Наверное. Сложно сказать точно, так как вокруг была беспросветная темнота, в которую мы падали целую вечность. Я вцепился в руку Миры так сильно, что почти перестал чувствовать свои пальцы.

Удар о землю вышиб из меня остатки воздуха. Я поморщился от яркого дневного света и, превозмогая невыносимую боль в теле, поднял голову, чтобы проверить свою темную.

Она лежала рядом с закрытыми глазами и не подавала признаков жизни. Я застонал, поднимаясь, и перевернул ее на спину. Слава Первородной, она дышала и на первый взгляд выглядела целой. Нам невероятно повезло выпасть из портала и не растерять по дороге пару частей тела.

Оттянул ей веко и тут же шарахнулся в сторону, потому что моя черноглазая Мира зашипела, словно дикое животное. Сейчас в ней не было ничего от той сущности, что я видел в пещере. Она ловко поднялась и тут же пригнулась, будто готовилась к нападению. Звуки, доносящиеся из ее горла, были похожи на шипение змеи и кошки. Вокруг нее заклубилась тьма, наращивая черные щупальца. Я видел подобное и не раз. Мира ушла за черту, из-за которой не возвращаются.

Это моя вина! Она была нормальной до того, как я помешал ей переместиться. Нужно было ее отпустить! Хотелось орать от бессилия и боли. Это конец. Мы закружились вокруг друг друга в боевом танце. Даже будучи безумной, она была хороша в бою и действовала предельно точно. Не придумав ничего лучше, я лишь оборонялся, сдерживая ее натиск. Убить ее? Выпить и оставить пустую оболочку? Пусть лучше она убьет меня. Я заслужил.

Мира была самой сильной темной из всех, что я встречал в своей жизни. И, возможно, даже реши я ее убить, у меня вряд ли бы получилось. Очень скоро я оказался на лопатках, придавленный сверху ее телом. Она распяла меня на земле, сковывая руки и ноги лентами тьмы, и нависла надо мной, скалясь, как дикая кошка. Я смотрел в изуродованное тьмой лицо любимой девушки и внутренне умирал.

Мира резко приблизила свое лицо к моей шее и втянула запах. Ну точно дикая кошка. Почему она тянет? Вторя моим мыслям, темная лизнула шею и тут же впилась в нее зубами, прокусывая плечо до крови.

Я заорал и забился в ее путах. Что за …? На ум приходила только нецензурщина. Сама мысль о том, что она может сожрать меня заживо, заставляла кровь стынуть в жилах. На такую смерть я согласия не давал. Все встреченные мною ранее отступницы просто разрывали напарников на части…никто никого не пытался сожрать.

Она оторвала свою голову от моего плеча и слизнула с нижней губы каплю крови…Меня передернуло, я все еще пытался вырваться из ее плена, но безрезультатно, к тому же теперь каждое мое движение отдавалось болью в шее и руке.

Мира огладила мою грудь руками и, утробно заурчав, рванула в разные стороны полы моей куртки, а затем и нижней сорочки. Склонилась надо мной и провела языком от пупка к шее.

— Мира, умоляю, не делай этого! — заорал я. Хотя молиться наверняка поздно. Я дышал, как загнанная лошадь, сердце норовило выпрыгнуть из груди, страх и возбуждение смешались в единый коктейль и обрушились на меня оглушающей лавиной. Моя кровь то замирала от страха, то воспламенялась от ее откровенных прикосновений. Еще немного и я сам сойду с ума.

— Уррр, — многозначительно промурчала она и двинулась ниже…

— Нет, нет, нет, — причитал я, не оставляя попыток освободиться. Картины того, как она впивается своими зубами в…Первородная, спаси своего сына, сбившегося с пути! Убей меня быстро!

Мира ловко расшнуровала мои брюки, не слишком заботясь об их целостности, и залезла руками туда, где еще не бывала ни одна женщина. Я выгнулся от ошеломительных ощущений и абсолютно не понимал, что происходит, почему мы заняты тем, чем заняты, и более того, очень скоро вообще перестал осознавать, где нахожусь.

Наигравшись, темная скользнула вдоль моего тела и прикоснулась своими губами к моим. Странный поцелуй перебил все оставшиеся в голове скудные мысли, руки внезапно оказались свободны, и я очень быстро нашел им применение.

Объятые дикой страстью мы катались по траве в попытках перехватить у друг друга инициативу, пока я не одержал победу и не заставил ее выгнуться от страсти, делая своей. Это было лучшее из всего того, что со мной когда-либо случалось и еще случится.

— Мира? — прошептал я, когда страсть схлынула, и голова наконец-то прояснилась. Темная не ответила, она лежала неподвижно, с закрытыми глазами. Я прислушался к ее равномерному дыханию и осторожно заглянул под веки. Однозначно ей стало лучше, уже не было этих странных черных вен, и глаза вернулись к своему первоначальному виду. Это обнадеживало.

Натянул одежду на ее тело, а затем оделся сам. Усмехнулся, пытаясь привести брюки в более менее приличный вид, и припомнил, при каких обстоятельствах они пострадали. Жар возбуждения снова пронесся по моему расслабленному телу, причиняя мне уже ставшие нормой за последние месяцы неудобства. Причина этих неудобств сладко спала и даже не подозревала, что отделаться от меня она уже никогда не сможет.

Закладка:

Держи ее крепко и не отпускай? Да как скажете. Я оглянулся вокруг и прошелся по небольшой поляне, на которую мы перенеслись. Светило яркое дневное солнце, воздух был по зимнему свеж. Что ж, мы определенно севернее Замиры. В голове роилась куча насущных вопросов. Куда она хотела перенестись? Что мне теперь делать с бессознательной девушкой на руках, да еще и в лесу? Есть ли здесь дикие звери? В какую сторону идти?

Хотя на последний вопрос я, кажется, знал ответ.

Глава 14

Пустота не хотела меня отпускать, а я, в свою очередь, не хотела ее покидать. Здесь не было ничего: ни боли предательства, ни тайных заговоров, ни врагов, ни друзей, ни любви. Полное умиротворение и спокойствие.

Но очень скоро мой покой был нарушен. Я с неохотой открыла глаза и долго не могла понять, где нахожусь. Похоже на пещеру. Я все еще в академии? Пещера вроде как другая … и кто-то развел костер.

Однако все эти странности меркли на фоне того, что кто-то внушительный лежал сзади и сопел, закинув на меня тяжеленную ручищу и ногу. Я брежу?

Сопение внезапно прекратилось. Я замерла, прокручивая в голове варианты дальнейших действий, и, не придумав ничего лучше, медленно потянулась к кинжалу на бедре.

— Его там нет, — ровным голосом сказал ловец и, освободив меня от своих объятий, встал. Я настороженно следила за его действиями, пока он не обошел костер и не уселся на противоположной от меня стороне.

— Где мы? — спросила я охрипшим голосом, и тут же зашлась в кашле. Когда я успела простудиться?

— Это ты у меня спрашиваешь? — выразительно задрав брови, спросил Райнер. — Я думал, ты меня просветишь на этот счет, все-таки портал принадлежал тебе.

— Портал? — память никак не хотела подчиняться. Я напрягла извилины, но ничего полезного не вспомнила. Райнер следил за моим выражением лица и, видимо, что-то такое понял, раз тут же подобрался и нахмурился.

— Что последнее ты помнишь? — ровно спросил он, но я сумела различить в его голосе нервозность. Или я это придумала? Мне всегда казалось, что я различаю в его голосе слишком много эмоций, которых там быть не должно.

— Академия, пещера, артефакт, — начала перечислять последние воспоминания. И тут же опомнилась. Я взломала защиту академии, убила ловца, уничтожила артефакт! А напротив сидит человек, который обязан меня арестовать или вообще убить на месте! Я вскочила и заметалась взглядом по пещере в поисках оружия или выхода.

— Спокойно! Я на твоей стороне! — как с душевнобольной заговорил ловец, выставив руки перед собой.

Ага, как же! Я сконцентрировалась и призвала тьму, собираясь надрать ему задницу. Но ничего не произошло. Я была пуста! Попробовала еще раз и снова не почувствовала отклика своей силы. Руки задрожали, а сердце забилось как оголтелое. Тьма была частью меня столько, сколько я себя помнила, и я уже не представляла свою жизнь без нее.

— Что ты со мной сделал? — заорала я на Райнера.

— Я? — очень натурально удивился ловец. — Послушай, я точно ничего с тобой не делал. Ну, почти ничего. В том смысле, о котором ты подумала.

Я метнула на него разъяренный взгляд и заметила, что его скулы покраснели. Это что еще за номер? Но в остальном он выглядел как человек, говорящий правду. Но тогда куда делась моя сила? Артефакт ее уничтожил? В прошлый раз было ровно наоборот.

— Слушай, давай ты успокоишься, и мы поговорим, — примирительно сказал он.

Что ж, пораскинув вялыми мозгами, я пришла к выводу, что это мой единственный шанс разведать обстановку и узнать, что все-таки случилось. Бежать от ловца неизвестно куда, да еще и без оружия и силы… Лучше выжду подходящий момент и наделаю в нем дырок, если, конечно, моя сила вернется.

— Ладно, — сказала я и показательно села на место. — Говори.

— Я отвечу на твои вопросы, а ты, в свою очередь, на мои? По рукам? — немного подумав, я согласно кивнула. — Тогда я повторю свой вопрос. Что последнее ты помнишь?

— Я помню, как мой клиндар пронзает артефакт… а дальше пустота.

— Ты уверена? Вообще никаких воспоминаний? — настойчиво спросил ловец. — Погоди. Что еще за клиндар?

— Это три вопроса, — занудно просветила его. — Да, я уверена. Вообще никаких. Клиндар — это оружие дочерей Тьмы. Теперь ты должен мне три ответа. Где мы? Как здесь оказались? Где мой кинжал?

— Это было не совсем честно, но я все же отвечу в знак моего расположения к тебе, — протянул этот клоун. До зуда в руках захотелось стереть улыбочку с его лица, но я вежливо промолчала. — Мы в горах. Ты перенесла нас сюда с помощью артефакта. Твой кинжал у меня.

Я потянулась к портальному камню и не обнаружила его на своей шее.

— Он выгорел во время перехода, а цепочка… Ну, потом порвалась, — странным голосом ответил он и отвел глаза.

Подождите-ка! Вот же брехло!

— Райнер, в следующий раз лучше продумывай свою ложь. Портальный камень не мог перенести нас обоих. Это знают даже дети.

— Не мог, — кивнул он, совершенно не обидевшись на мои слова. — Но перенес. Я пытался остановить твое перемещение и схватил за руку, но что-то пошло не так. Куда нас должно было переместить?

— На границу Западных земель, — расплывчато ответила ему, пытаясь не нарушить клятву крови.

— А точнее? Или это еще одно ваше секретное место?

— Еще одно? — я зацепилась за его слова. Лейн не вернулась. Неужели они обнаружили наше тайное место? — Что с Лейн?

— В последний раз, когда я ее видел, она была без сознания, но жива.

— Что с ней будет? — угрюмо спросила я. Это я отправила ее в особняк, прямо в руки темных.

— Моя очередь задавать вопросы, — непреклонно сказал ловец. Я скрипнула зубами, глядя на его невозмутимое лицо. — Как ты сумела обмануть кинжал? В первый раз тебя проверяли на моих глазах.

— Мне помогли. Больше сказать не могу. Вернемся к вопросу о моей подруге.

— Клятва крови? — серьезно спросил Райнер. Мне не оставалось ничего другого, как согласно кивнуть. — Мда, это осложняет дело. И в чем тогда моя выгода отвечать на твои вопросы? Ты не сможешь рассказать мне ничего стоящего в ответ.

— Что ты хочешь? — раздраженно спросила я. На ум сразу пришли его попытки затащить меня в постель, я повертела эту мысль под разными углами и поняла, что не чувствую к нему отвращения. И, к моему сожалению, он мне даже нравился. В какой-то мере. Готова ли я снова вступать в отношения ради выгоды? Можете считать меня падшей женщиной, но если на кону будет жизнь дорогого мне человека, то я пойду на многое.

— Ты расскажешь мне всю правду о себе от начала и до конца. Расскажешь все, что не затронет клятву, без утайки. Взамен я помогу вытащить Лейн.

То есть я тут настраиваюсь на близость с ловцом, иду на сделку с собственной совестью, а ему это сто лет не сдалось. Ну у меня и самомнение. Наверняка, он просто хотел с моей помощью насолить старшему брату, а теперь в этом нет необходимости. Эйден и так закопал свою репутацию, связавшись со мной.

— И я должна тебе поверить на слово? Может быть, она уже мертва.

— Она будет жива еще как минимум две недели, — я выжидательно уставилась на Райнера, требуя продолжения. — Лейн нужна отцу для какого-то ритуала, а все ритуалы проводятся в полнолуние. Заключим сделку на крови?

Сделки на крови отличались от клятв временем действия. Клятва обычно дается пожизненно, а сделка до момента совершения объявленных условий. Как только я расскажу ему всю информацию, моя часть будет выполнена, тогда как сам Райнер будет свободен только после того, как поможет спасти Лейн. Не слишком равноценная сделка, но его никто за язык не тянул.

— На каких условиях? — заинтересованно спросила я.

— Ты поклянешься своей силой, — невозмутимо предложил он.

— Нет! — не раздумывая, отвергла его предложение. — У тебя самого силы нет, очень хитро поставить такое условие.

— Я поклянусь жизнью.

— Ты ненормальный? — не выдержала я. — Если Лейн случайно умрет раньше срока или мы вытащим ее хотя бы на минуту позже оговоренного времени, то ты умрешь!

Закладка:

— Я готов рискнуть, — спокойным голос произнес он. — Другой вопрос: почему тебя так заботит моя жизнь?

От злости на саму себя зачесались руки. И правда, чего это я беспокоюсь о каком-то ловце? Помрет, не выполнив сделку, так мне же лучше. Теперь еще возомнит о себе невесть что.

— Вообще плевать. Хочешь рисковать? Да пожалуйста, — ответила ему. Под его внимательным взглядом к щекам прилила кровь. Ловец улыбнулся своим мыслям. Драх!

— Я, Райнер Эйр, клянусь своей жизнью, что поспособствую освобождению темной по имени Лейн до наступления ближайшего полнолуния.

Райнер надрезал ладонь позаимствованным у меня кинжалом и передал его мне.

— Я, — протянула с паузой. В клятвах и сделках на крови обязательно нужно указывать свое настоящее имя, иначе ритуал может не сработать. До того, как я убедилась, что ношу фамилию Рид, я имела полное право не называться полным именем. Но не теперь. — Мира Рид, клянусь своей силой, что до заката солнца честно отвечу на все вопросы Райнера Эйра, при условии, что они не подвергнут мою жизнь опасности.

Сделала на внутренней части ладони надрез и протянула руку для скрепления договора. Ловец застыл, во все глаза пялясь на мою скромную персону. Ошеломление и неверие прямо читалось на его аристократическом лице. Наконец он ожил, и мы соединили руки.

— Кровь к крови, — одновременно произнесли мы.

— Пожалуй, с этого и начнем, Мира Рид, — произнес ловец и присел рядом с костром.

— Это многое объясняет, — заключил Райнер, выслушав краткую историю моей жизни. Большинство моментов пришлось опустить из-за клятвы перед Сестрами, но он и так узнал обо мне слишком много.

— Так какой у нас план? — спросила я. Мне надоело сидеть на месте и бездействовать, к тому же каждая минута промедления может стоит Лейн жизни.

— У нас? — подначил меня ловец. К нему снова вернулось игривое настроение. — Мне нравится это слово. А если по существу, то где-то через час встанет солнце, и мы сможем выдвинуться в путь.

— Ты плохо видишь в темноте? — удивилась я.

— Я вижу в темноте так же хорошо, как и все темные.

— Тогда в чем проблема? Мы можем выдвинуться и сейчас, зачем терять время? Главное — решить, в каком направлении двигаться.

— Я не умею ориентироваться по звездам. Солнце укажет нам путь.

— Райнер, ты вообще хотя бы отдаленно понимаешь, как бесит твоя манера отвечать на вопросы? — раздраженно спросила я.

— Это привычка, — протянул ловец. Я еле сдержала рычание.

— Не пойму, то ли ты так сильно меня бесишь, то ли это волнения силы, — медленно, с расстановкой поведала ловцу. — Ты что-нибудь ощущаешь? В магическом плане.

— Нет. Я не чувствую тьмы. И, кстати, отсюда вытекает следующий вопрос: как ты смогла убить Илана? На минуточку, он был одним из лучшим.

Что ж, рано или поздно мне бы пришлось ответить на это. Как бы я ни ненавидела темных и их предательство по отношению к женщинам, как бы я ни ненавидела ловцов и орден, занимающихся их отловом, я все равно не испытывала радости по поводу того, что мне пришлось убить одного из них.

— Это вышло случайно, — я уставилась в огонь, избегая прямого взгляда Райнера. — Клиндар способен убивать ловцов.

— Арвин погиб так же? — задумчиво спросил Райнер.

— Арвин? — переспросила я. Клиндаром владели на данный момент только двое темных, а точнее уже одна. А я никакого Арвина не убивала.

— Летом исчез один из наших, его так и не нашли. Он у вас в плену, или ты его убила? — не замечая моего меняющего лица, спросил он.

— Так, значит, вот как звали убийцу Элен. Арвин. Нет, я его не убивала. Он напал на одну из Сестер, но ему не повезло. Она тоже владела клиндаром.

— Сколько еще ваших владеют техникой призыва оружия?

Очень хотелось соврать и сказать, что все Сестры владеют призывом. Теперь, когда артефакт окончательно разрушен, им придется мириться с нашим существованием, и скрывать силу нам больше не нужно. Напротив, нужно показать им всю нашу мощь, чтобы они боялись выступить против нас. Но врать я не смогу из-за нашей сделки, а правду говорить не хотелось. Помимо Сестер ведь есть еще проявленные женщины, которые скрываются от ордена. Среди них вполне может оказаться темная, владеющая клиндаром.

— Не знаю, сосчитать всех невозможно, — расплывчато ответила я.

Райнер либо понял, что правды не добьется, либо действительно поверил, но больше мы к этому вопросу не возвращались.

Наступил рассвет. Воздух слегка прогрелся. Мы затушили костер и выдвинулись на запад. Почему на запад? А драх его знает. Ловец хранил молчание и вообще пребывал в задумчивом настроении.

Мое же настроение постоянно скакало. Райнер молчал, и, значит, дело было совершенно не в нем. Магическое поле никак не может уравновеситься? Вполне пригодная теория. Полтора века часть темной силы была заточена, скорее всего, понадобится какое-то время, чтобы все пришло в норму.

Но где моя магия? Я в который раз призвала тьму и не услышала отклика. Это удручало. Кто я без своей силы? Просто девчонка, не способная справиться даже со слабым темным, а про членов ордена и говорить не стоит.

С другой стороны, сейчас ловец не может мне навредить. Нет магии — нечего поглощать. Для простых смертных ловцы не несли угрозы. Правда, он всегда может свернуть мне шею или еще что похуже.

Через три часа пути по предгорной местности мы наткнулись на небольшую реку. Ее каменистое русло было загромождено обломками горных пород, что значительно затрудняло доступ к воде. Течение было невероятно быстрым, а вода настолько ледяной, что сводило зубы. Я утолила давно проснувшуюся жажду и немного освежилась. Райнер, как настоящий благовоспитанный лорд, предоставил мне возможность уединиться и куда-то свалил.

Полностью раздеться я не рискнула, ограничившись лишь легким обтиранием. Моя нижняя сорочка была застегнула абы как, а лиф вообще надорван в нескольких местах и изрядно потрепан. Что-то не припомню обстоятельств, при которых это могло произойти. Может быть, когда я дралась у пещеры? Меня тогда хорошо потрепало…Но тогда бы пострадала куртка? Странно это все.

Мысли плавно перетекли на моего сопровождающего. Или врага? Мы вроде как теперь на одной стороне? Ну, на ближайшие две недели. Я так и не определилась, как мне к нему относиться. Симпатия к этому странному человеку росла с каждой встречей, и меня это изрядно пугало. Как мне вообще мог понравиться этот мрачный тип? Ничего общего с его братом. Масло в огонь подливали сны с его участием, которые, к своему сожалению, я помнила до мельчайших подробностей.

Мог ли он воспользоваться моим бессознательным состоянием… и что? Облапать мое тощее тело? Бред какой-то. Он, конечно, странный, но не тянет на маньяка.

Прочесала пальцами свои слишком отросшие волосы и переплела косу. Давно пора отрезать хотя бы половину. Где там мой кинжал?

Я отправилась на поиски ловца и первые десять минут бесцельно блуждала вдоль реки, пока не обнаружила его аккуратно сложенную одежду на берегу. Сам Райнер задорно плескался в воде, воюя с горным течением. Ненормальный.

Обыскав его вещи, я вернула себе кинжал и без сожалений отрезала половину косы. Пока я занималась этим увлекательным делом, Райнер успел доплыть до берега.

— Мне нравились твои волосы, — внезапно прозвучало слишком близко. Я подпрыгнула от неожиданности. Как он так быстро двигается? Ведь только что был в воде.

— Хочешь, подарю? — съязвила я, пытаясь скрыть неловкость от своего дёрганного поведения. Я обернулась к нему и только сейчас поняла, что он стоит абсолютно голый. Я покраснела и занервничала, как девственница во время первой брачной ночи. Мира! Это всего лишь голый мужик. Взгляд непроизвольно скользнул по его широкой груди и узкой талии…Вот засранец! Он специально меня смущает. — Мать Первородная! Райнер, тебя не учили, что перед девушкой не пристало ходить голым?

— Меня много чему учили, но чаще это касалось ведения боя и оружия, а не этикета, — боковым зрением я заметила, что он начал медленно одеваться. Главное — не смотреть! — Ты видела меня голым и почти обесчестила своим взглядом, думаю, теперь ты обязана выйти за меня замуж.

Закладка:

Что? Я опешила, услышав эти до боли знакомые слова, которые сказала ему три с половиной года назад. Почему он их запомнил? Мне было и приятно, и неловко.

— Ты же ловец, — припомнила я продолжения разговора, скосив на него взгляд. — Вы не женитесь.

— Если очень попросишь, я сделаю ради тебя исключение, — сбил весь романтический настрой этот паршивец.

Райнер в это время как раз надевал сорочку, и я успела увидеть на стыке плеча и шеи огромный красный рубец, похожий на след от укуса.

— У родителей живет имейская кошка, — проследив мой заинтересованный взгляд, ответил ловец. — Дикая и невоспитанная. Кидается на всех, ласки от нее не дождешься, правда, иногда позволяет себя потискать, и вот чем это заканчивается.

Зачем тискать дикое кровожадное животное я так и не поняла. Но это же аристократы! У них свои причуды.

Глава 15

— Так что ты собираешь делать дальше? — серьезно спросил Райнер. Я не сразу поняла, о чем он. — Артефакт разрушен. Тьма выпущена. То, что ваше тайное сообщество накроют, лишь вопрос времени. Я понимаю ваше желание освободиться, но что дальше?

А он умел задавать правильные вопросы. Жаль, что я и сама не знала ответов. Так далеко я почти не заглядывала. Раньше у меня были мысли уехать подальше и вести мирную жизнь. Но он ведь не об этом. Планов Сестер и сопротивления я и подавно не знала. Тем более последние предали темных и ведут какую-то свою игру.

Я не сказала Райнеру ни слова о том, что в заговоре участвовали не только темные, но и некая группировка, считающая себя сопротивлением. А, собственно, почему? Они предали нас. Какой смысл хранить молчание теперь? Клятву я принесла лично Кэролайн, и касалась она только Сестер. Я усмехнулась про себя предусмотрительности главы. Она ведь нарочно это сделала? Неужели уже тогда у нее были основания не доверять неприметному? Или это просто была подстраховка?

— Как вы узнали о тайнике? — задала я важный вопрос.

— Анонимная записка. А что?

— У меня есть важная информация. Что ты готов пообещать в обмен на нее?

— Смотря какая информация, и смотря что ты хочешь?

— Хочу защиты и снисхождения для всех Сестер.

— Слушай, тебе палец в рот не клади — всю руку откусишь, — уважительно и немного удивленно протянул он и потер место укуса на плече. — С чего ты взяла, что у меня есть такие полномочия? Вы убивали моих братьев по оружию и устраивали подрывы на площади.

— Ты сын Калеба Эйра, в руках которого сейчас находится судьба Западных земель. Знаю, есть еще Ролан, но мы то с тобой понимаем, что фактически управлять темными будет твой отец. Брат не слишком подходит на роль управленца, — Райнер заинтересованно смотрел на меня, ожидая продолжения. — И вы тоже убивали нас веками. Сначала предали, а потом затеяли охоту и загоняли мне подобных, как диких зверей. Тебе приносило удовольствие убийство проявленных?

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, Мира. Никто не знает об артефакте и предательстве Марнера. Я даже не уверен, что мой отец в курсе этой версии.

— Что ты несешь? — опешила я. Как это они не знали?

— Марнер взял клятву крови с древних родов. Никто, кроме старших членов трех семей, не в курсе о случившемся. Я и мой брат узнали лишь после случая во дворце, и то только потому, что отец не мог и дальше тянуть. Мы физически не можем об этом никому рассказывать. Я говорю сейчас с тобой об этом и не падаю замертво лишь потому, что ты Рид.

Его слова не укладывались в моей голове. Я просто не могла поверить.

— У них промыты мозги, они верят в то, что вы все чудовища. Отступницы. Я и сам в это верил. Теперь понимаешь? Марнер все продумал.

— Неужели за все эти годы никто не понял, что происходит? Вы постоянно сталкивались с отступ… проявленными! Вы должны были понять!

— Только не нужно драматизировать! Я встречал сорвавшихся, уничтожавших целые деревни. В них я должен был разглядеть невинных жертв? Возможно, кто-то и встречал подобных тебе, но я об этом не слышал. Мы не убивали невинных девушек, мы убивали чудовищ.

— Но теперь ты знаешь. И что же ты выберешь, Райнер Эйр?

— Я постараюсь убедить отца и помочь вам. Ничего конкретного обещать не могу.

Могла ли я ему верить? Мне бы очень хотелось. Он мог сильно облегчить жизнь всем нам. Только я с самого детства усвоила одну простую истину: у всего есть своя цена. И если о ней не говорят в слух, значит, у человека свои мотивы. Мотивы Райнера мне были неизвестны, но сейчас было не время и не место их выпытывать. Какая разница, если результат меня устраивает?

— Сестры все это время действовали не в одиночку. Ты наверняка и сам об этом догадался.

— Не я, а Ролан. Он давно подозревал, что в этом деле замешаны не только отступницы.

— Что твой отец готов дать за информацию о сопротивлении?

— Узнаем, когда выберемся.

— Или ты просто сдашь меня ему, а все остальное он и сам выпытает.

— Я не предам тебя, Мира, клянусь! — уверенно сказал Райнер и качнулся ко мне. Сердце забилось быстрее, толкая обжигающую кровь по венам. Близость ловца будоражила, а в его слова хотелось верить. Хотя бы раз довериться кому-то, не ожидая от него предательства.

— Почему? — спросила я.

Мои слова утонули в поцелуе. Странном и неумелом. Ловец несмело прикоснулся к моим губам, и это послужило спусковым механизмом. Он обхватил мой затылок и прижал к себе, словно боялся, что я начну сопротивляться и убегу. Я вцепилась в его куртку с не меньшей страстью. Это было похоже на безумие. На такое прекрасное и упоительное безумие.

Я забралась руками под его рубашку и провела по груди и спине. Райнер хрипло вздохнул, отрываясь от моего рта, и уперся в мой лоб своим.

— Не здесь, Мира, — хриплым голосом тихо сказал ловец. — Не провоцируй меня, я ведь не железный.

— Кажется, это ты меня провоцируешь, — ошеломленно протянула я, чувствуя в груди небольшой отклик силы. Я вытащила руку из-под его рубашки и уставилась на свои почерневшие пальцы.

Райнер

Солнце неумолимо клонилось к закату, а вместе с тем и срок обещания Миры. Кажется, за этот недолгий день я узнал о ней все, что меня интересовало. Кроме одного. Я так и не спросил, что она чувствует ко мне. С моей стороны подло было бы пользоваться такой возможностью, но очень сложно было бороться с желанием.

Я наблюдал за ней несколько месяцев. В какой-то момент мне даже показалось, что я, словно одержимый, преследую ее везде и всюду. Чувства, зародившееся еще при нашей первой встрече, расцвели бурным цветом, захлестывая меня с головой. Я захлебывался ими, пока она нежилась в объятиях моего старшего брата.

Хотя теперь я смог взглянуть на эту историю с другой стороны. Она не выбирала его, ей пришлось играть в эту игру ради выживания. В душе я понимал, что это не совсем правда, но мне нравилось утешать себя именно такими мыслями.

Я никогда не повторю ошибки брата. Она выберет меня сама. Или не выберет…об этом я старался не думать.

— Не пойму, это дом? Или мне кажется? — внезапно сказал она, прерывая мои мысли.

— Похоже на то, — ответил я, присмотревшись получше. У кромки леса, недалеко от реки, вдоль которой мы следовали, стоял небольшой деревянный домик.

— За ним явно не следят, — констатировала Мира, и я вынужден был согласиться. Дверь сильно покосилась, а дерево местами изрядно прогнило. — Похож на сторожевой.

— Да, но что здесь можно сторожить? — спросил я и протянул к ней руку. — Дай кинжал, я проверю, что там внутри, а ты подожди здесь.

Наступила тишина, и только гневное сопение Миры разносилось на мили вокруг. Что я такого сказал?

— Сам подожди здесь! — она оттолкнула мою руку и двинулась к крыльцу. Вокруг ее руки появился слабый темный дымок, мгновенно трансформирующийся в аркан. Вот упрямая. Я же хотел как лучше.

Что ж, если я хочу быть с этой женщиной, мне придется мириться с ее самостоятельностью и силой. Внутри дом оказался пустым. Совершенно пустым. Здесь не было ни стола, ни стульев, ни лавки, ни полок с посудой

Закладка:

— Ничего интересного. Двинемся дальше? — спросила она.

— Предлагаю заночевать здесь. Я верю, что ты способна идти день и ночь, не есть и не спать, но меня то пожалей, — слукавил я. Меня бы хватило еще надолго, но Мира к концу пути выглядела неважно: тяжело дышала и начала спотыкаться. Было видно, что она еще не восстановилась.

— Поесть я бы не отказалась, — вздохнув, сказала она. Я вспомнил все ее приключения в столовой и, честное слово, пытался сдержать смех, но у меня не получилось. Мира не замечала, как на ее переполненные тарелки смотрят другие девушки и парни. Аппетит у моей женщины был подстать ее силе. Меня и раньше это не смущало, но сейчас я понял причину такого отменного аппетита.

Мира насупилась и отвернулась.

— Прости, — повинился, — я не силен в охоте. Но, думаю, идти нам осталось недолго. Могу я взять твое оружие? Схожу за ветками для настила.

Домик располагался прямо рядом с лесом, и в поисках пригодных веток далеко идти не пришлось. Набрав хвойника, я вернулся в хижину. Мы устроили настил и легли рядом друг с другом. После того поцелуя на берегу реки она стала отстраненной и задумчивой. То, что она ответила мне и не оттолкнула, поселило во мне надежду, поэтому я решил не давить на нее сейчас.

На миг я представил, что застрял в лесу с девушкой, выросшей в аристократической семье по всем правилам. Скорее всего, мы не дошли бы и до середины, а перед ночевкой я бы выслушал о себе много интересного. Но моя Мира была настоящим бойцом и стойко воспринимала все трудности. И даже предложение лечь вместе восприняла спокойно.

Она заснула почти сразу. Когда дыхание Миры выровнялось, я крепко обнял ее и тут же вырубился.

Проснулся как от толчка. Свет через мутные окна сторожки не пробивался, и было очевидно, что все еще царила ночь. Миры не было рядом. Я подорвался, как ужаленный, с дико колотящимся сердцем и выбежал на улицу.

— Мира! — прокричал я в пустоту. Ее нигде не было видно. Куда она могла подеваться?

Я злился на свою никчемную силу, будь я темным, смог бы раскинуть поисковую сеть. Несколько минут я бесполезно метался по берегу в поисках каких-либо следов, но ничего не нашел.

Недалеко от домика над лесом взметнулась стая диких птиц. Ломанулся в том направлении, молясь Первородной, чтобы с Мирой все было в порядке.

Я нашел ее через несколько бесконечных минут. Мира стояла недалеко от огромного валуна идеально овальной формы и смотрела в одну точку.

— Почему ты ушла, не предупредив? — зло спросил я ее. Но она даже не повернула ко мне лица, словно не слышала. Вдруг Мира сделала несколько шагов к камню и приложила к нему руку. Двигалась она очень странно. Мне безумно не нравилось все происходящее. Хотелось отсюда бежать. Паника подкатила внезапно, сердце зашлось в безумном ритме, все тело сжалось от страха.

— Мира, отойди оттуда, — выдавил я, усилием воли заставляя тело оставаться на месте.

Мира вдруг истошно закричала, я дернулся к ней и разорвал ее контакт со странным предметом. Вблизи он был больше похож на металл, чем на камень.

— Райнер? — хрипло прошептала Мира, приходя в себя у меня на руках.

— Что это было? — потребовал ответа.

— Как-нибудь расскажу, — ответила она, обнимая меня за шею. — Теперь я знаю, куда нам идти.

Глава 16

350 лет назад, планета Луэра

Луэра умирала. Ее смерть приближалась медленно, но неумолимо. Последние пару лет никто в Высшем Совете уже не ставил под сомнение то, что рано или поздно им придется покинуть родную планету и найти новый дом.

Луэрийцы были древнейшей расой, добившейся значительного научно-технического прогресса, они давно покорили космос и изучили все ближайшие планеты. Однако среди них не было ни одной пригодной для жизни.

Проблема заключалась в том, что луэрийцы существовали одновременно в двух телах: материальном и энергетическом. Их родная планета была окружена мощным силовым полем, которое являлось неким вместилищем не только для сущностей ныне живущих луэрийцев, но и давно умерших.

От момента своего рождения и до конца жизни каждый луэрийец черпал из этого поля силы и мог преобразовывать его энергию в различные предметы, а после смерти его вторая сущность уходила обратно, к Праматери и Праотцу, чтобы однажды вернуться снова.

Как только ученым удалось создать супер-двигатель, позволяющий путешествовать за пределами собственной системы, на очередном совете ведущих держав было принято решение незамедлительно отправить разведывательные группы во все ближайшие миры, где предположительно могли находиться пригодные для жизни планеты.

Тогда же начался и всеобщий призыв. Для каждого корабля отобрали команду, включающую в себя пять основных членов экспедиции. Все члены команды были специалистами широкого профиля и прошли ускоренный курс военной подготовки. Шестым и самым главным членом каждого экипажа был назначен военный пилот.

На построение тридцати кораблей у ученых ушло почти пять лет. Самым сложным оказалась добыча меральтиса — особого металла, способного накапливать и хранить жизненно необходимую для луэрийцев энергию. Из этого металла для каждой команды был создан накопитель, который во время путешествия и пребывания на чужой земле должен был заменить им энергополе родной планеты.

Рид родилась в семье потомственных врачей, но с самого детства мечтала стать военным навигатором. Звездное небо манило ее с неимоверной силой, и она никогда не сомневалась, что однажды покорит его. Родители приложили немало сил, чтобы переубедить непослушную дочь и привить ей любовь к медицине. Однако, несмотря на все их труды, в двадцать два года она закончила обучение в Высшей Навигационной Школе и во время аттестации получила наивысший балл.

Родители давно смирились с выбором дочери и даже гордились ее успехами, но на их долю выпало еще одно испытание: Рид не успела отлетать и года, когда ее вызвали в главный штаб. В это же время в империи объявили всеобщий призыв для отбора кандидатов в разведывательную экспедицию, и мать Рид начала ежедневно молиться, чтобы дочь его не прошла.

Однако Праматерь не услышала ее молитв.

— Мама, пожалуйста, не плачь, — умоляла она свою биологическую родительницу.

— Рид, прошу тебя, откажись от миссии, они не имеют права принуждать тебя. Давай дадим согласие на связь с мужчиной, тогда они не смогут тебя заставить.

— Меня никто не заставлял! Я сама хочу полететь! Это было моей мечтой с самого детства, — сказала она, гладя рыдающую мать по спине. — Только представь, что будет, если у нас получится найти новый мир? Возможно, я стану одной из тех, кто спасет всех луэрийцев.

— Зачем мне новый мир, если в нем может не быть тебя? — еще больше разрыдалась ее матушка.

Для себя Рид решила, что не скажет родным о дне отлета. Ей тяжело было смотреть на раздавленных родителей, но она не могла предать свою мечту и отказаться от миссии. И уж тем более ее не интересовало создание эрия.

Эрием называли искусственно созданную энергетическую связь между мужчиной и женщиной, ее образование гарантировало получение здорового потомства с повышенными интеллектуальными способностями, а также усиливало влечение между партнерами.

Империя, будучи заинтересованной в здоровье и процветании собственной расы, всячески пропагандировала создание эрия, но окончательный выбор всегда оставляла за будущими родителями.

В семье Рид выбор в пользу эрия сделали не только ее родители, но и родители ее родителей, и вообще еще десять поколений до нее. Она прекрасно видела, что ее мать и отец не испытывают любви к друг другу и живут вместе скорее по привычке. Ведь эрий никогда и не подразумевал любви между носителями. Одним из побочных эффектов была зависимость связанного мужчины от женщины, и сама Рид называла эту традицию варварской, а в пылу споров с родителями — рабской.

В назначенный день в штатном режиме тридцать космических кораблей отправились на поиски нового дома. Команда Рид под предводительством капитана Карима путем жеребьевки была направлена в один из отдаленных миров под название Альтис.

Закладка:

— Кажется, нам улыбнулась удача, — врываясь в командный отсек, воодушевленно прокричал Имир.

— Пришел сигнал? — спросил Карим, изучая отчет, принесенный техником.

— И даже лучше! Это невероятно, но сигнал поступил сразу с двух потенциально пригодных планет!

— Неужели? — скептически произнесла Эйр. — мы болтаемся в пределах Альтиса уже третий год, и как только собираемся сворачивать миссию, то сразу приходит аж два сигнала? Как-то все это странно.

— Отставить разговоры! — весомо сказал Карим. — Итак, что мы имеем? Две условно пригодных планеты, Назовем их Альфа и Бета. Рид, займись маршрутом, остальным приготовиться к гиперпрыжку.

— Неужто я скоро вылезу наружу и увижу что-нибудь кроме ваших физиономий? — снова проворчала Эйр. Штатному космобиологу перелет и разрыв с энергетической оболочкой Луэры дался сложнее всего.

Этот риторический вопрос все члены команды предпочли оставить без ответа.

Почти месяц команда Рид провисела на орбите Альфы, ожидая данные с разведывательных зондов. И эти данные превзошли все их ожидания.

— Энергополе Альфы на восемьдесят процентов идентично нашему! — не верил своим глазам Имир.

— Климатические условия и плотность биомассы удовлетворительны, — отчиталась Эйр. — Для более детального отчета мне нужно спуститься на поверхность.

— На Альфе обнаружена разумная форма жизни, — глядя на свою часть отчета, сказала Вэй. На мгновение в отсеке повисла многозначительная тишина. Это было невероятно.

— Насколько разумная? — вмешался Карим.

— Смотря от чего отталкиваться. Они гораздо примитивнее нас и еще пока даже не вышли в космос. Но по внешним характеристикам гораздо разумнее животных. Для более точного ответа мне нужно провести несколько испытаний.

— Спускаемся, — отдал приказ Карим.

— Есть ли смысл терять драгоценное время на Альфу? — внезапно спросила Рид. — Нам приказано не вступать в контакты с иными формами жизни. К тому же наше дальнейшее вмешательство в энергоструктуру планеты может привести к гибели разумных существ. Предлагаю сразу взять курс на Бету.

— Я не знаю, что нас ждет на Бете, но прямо сейчас мы на орбите планеты, практически идеально подходящей для переселения. Спускаемся, — с расстановкой добавил главный.

Рид накрыли противоречивые чувства. Радостные мысли и эйфория от сделанного открытия сменились гложущим чувством вины. Какими бы примитивными пока что не были существа, населяющие Альфу, они имели право на жизнь. Рид не была наивной, но отказывалась верить, что правящий Совет древней высшей расы, коей себя считали луэрийцы, позволит себе уничтожение целого разумного вида.

— Ты считаешь, мы совершаем ошибку? — спросила Эйр, когда остальные члены команды разошлись.

— А ты нет? Видела загоревшиеся глаза Карима? Я уверена, он легко убедит Совет в том, что дальнейшие исследования других планет не имеют смысла. Мы создадим себе новый дом на руинах чужого.

— Не факт. Что, если другие команды тоже что-то обнаружат? На крайний случай остается Бета, — сказала Эйр. Рид выразительно взглянула на лучшую выпускницу ЦБУ.

— Ты права, — тяжело вздохнув, сказала она. — Статистическая вероятность обнаружения еще одной максимально пригодной планеты стремится к нулю. Мне нужно все тщательно обдумать.

Ее слова поселили в Рид небольшую надежду. От того, какой вердикт планете вынесет космобиолог, зависело очень многое.

С первыми проблемами команда столкнулась при входе в атмосферу Альфы. Высокочувствительные приборы, никогда ранее не подводившие луэрийцев, не смогли обнаружить энергетические сгустки, при столкновении с которыми сильно пострадала обшивка корабля. В экстренном порядке было принято решение эвакуироваться.

Спасательный челнок вместе с шестью членами команды почти сразу попал в энергетическую бурю. Блоки питания и система жизнеобеспечения вышла из строя. Полет, еще несколько часов назад внушающий надежду на светлое будущее луэрийцев, закончился аварийным падением челнока.

Рид с трудом открыла глаза, ощущая невыносимую головную боль. Она почувствовала на себе чужие руки, ощупывающие ее тело, и попыталась сфокусировать взгляд.

— Эй, Рид, ты как? — спросила Дэл. — Внешних повреждений нет. Что-то болит?

— Все болит, но голова особенно, — прохрипела она. — Что с остальными?

— Карим и Имир мертвы, — слова штатного врача повергли Рид в шок. — Наш вояка в последний момент переключил остатки энергии со своего оборудования на Вэй. Ты знала, что они пара?

— Нет, — еще более шокировано ответила Рид. — А Имир?

— Разбил голову. Умер, не приходя в сознание.

Лишившись инженера-техника и главного пилота, оставшаяся часть команды впала в уныние. Челнок не подлежал восстановлению, и даже если бы Имир был жив, он вряд ли бы смог запустить полуразрушенный двигатель. Однако не это было самой главной проблемой выживших. Накопитель, жизненно необходимый для луэрийцев, по необъяснимой причине стремительно терял остатки энергии. Это был конец.

Проводив погибших коллег в последний путь, Рид проверила сохранившееся после крушения оборудование и собрала остальных, чтобы решить дальнейшую судьбу всей экспедиции.

— Несколько зондов полностью сохранились. Мы можем продолжить исследования настолько, насколько это вообще возможно в сложившихся обстоятельствах.

— Можем. Только зачем? — спросила Эйр, и остальные ее молчаливо поддержали.

— Чтобы найти способ выжить? Да, накопитель скоро выйдет из строя, но в то же время нам необычайно повезло, — весомо ответила Рид. — Энергетическая оболочка планеты относительно пригодна для нашей второй формы. Ты, Дэл, можешь хотя бы попытаться продлить наше существование?

— Теоретически я могу попытаться слить наши энергии воедино и перенастроить наши поля на энергополе Альфы. Но только теоретически. Сами понимаете, этим еще никто до меня не занимался и последствия могут быть самыми разными.

— Отлично. Это уже что-то. Вэй, Эйр, продолжайте собирать данные. Разведайте обстановку по максимуму. Что-то мне подсказывает, что наше падение не осталось незамеченным для местных аборигенов. Я займусь накопителем, возможно, удастся продлить ему жизнь.

— Ты у нас теперь за главную? — язвительно спросила Эйр.

— Да. Какие-то возражения? — глядя прямо в глаза своей коллеге, спросила Рид. Она не хотела брать на себя такую ответственность, но смотреть на раскисшие лица остальных не было сил. В конце концов, она сделает все, чтобы выжить и вернуться на Лэуру. Ведь она обещала родителям.

— Упаси Праматерь! — воскликнула Эйр.

Через несколько дней немного воспарявшие духом путешественницы получили первые результаты своей работы. Состав атмосферы был полностью пригоден для дыхания, и девушки наконец-то смогли избавиться от воздушных фильтров и защитных костюмов.

— Пахнет по-другому, — сказала Вэй.

— У меня тоже есть новости: слияние с энергополем Альфы с вероятностью в семьдесят процентов приведет к положительному результату, — сказала Дэл. — Я сделаю это первой.

— Исключено, — тут же ответил Рид. — Ты наш единственный врач. Это сделаю я.

— Вообще-то мы здесь все в единственном экземпляре, — парировала Эйр.

— Да. Но я навигатор, а мы на поверхности и вряд ли взлетим. Я бесполезна.

Убедив остальных челнов команды, Рид под руководством Дэл приступила к эксперименту. Вероятность в семьдесят процентов не внушала оптимизма, но с другой стороны, вероятность выжить без слияния вообще стремилась к нулю.

Две недели Рид пролежала без сознания и потеряла почти треть своего веса. Дэл изводила себя чувством вины и не переставала надеяться на лучшее.

Как только навигатор пришла в себя и смогла внятно разговаривать, Дэл с огромным энтузиазмом приступила к обследованию и получила совершенно неожиданные результаты.

— Слить две энергии воедино не удалось. Но ты смогла создать новую связь! Твой силовой контур раздвоился. Мы спасены.

Спустя три месяца, когда Дэл, прошедшая изменения последней, восстановилась, девушки задались вопросом: что делать дальше? Теперь их жизни не зависят от накопителя, и они могли без потерь покинуть место аварии. Этот вопрос и стал камнем преткновения между выжившими.

Закладка:

— Мы не можем покинуть это место! — вещала Рид. — Есть вероятность, что кораблю удалось отправить сигнал бедствия и его поймает ближайшая к нам команда.

— Ты сама в это веришь? — парировала Дэл. — Даже если это так, сколько нужно времени, чтобы засечь наше местоположение? Десять лет? Пятьдесят? Я не собираюсь сидеть и ждать.

Рид не стала поправлять врача, ведь была огромная вероятность, что сигнал просто затеряется в космосе и его не обнаружат и через сотню лет.

— Мне почти удалось перенастроить блок питания, мы сможем послать новый сигнал. Правда, для зарядки блока понадобится больше времени.

— Сколько?

— Я не знаю! — раздраженно ответила Рид. — Может быть, пять лет, а может быть и сто пять. Это не имеет значения! Высший Совет запретил нам вступать в контакты с иными разумными.

— Я больше не подчиняюсь Высшему Совету, можешь так им и передать, — спокойно ответила Дэл и ушла собирать снаряжение.

— Она права, Рид, — проникновенно сказала Эйр. — Пойдем с нами. Нет необходимости хоронить свою жизнь в лесу. Нам выпал уникальный шанс начать жизнь заново.

— Я не вправе вас удерживать. Если что-то пойдет не так, вы всегда можете вернуться. Я буду ждать здесь.

И она ждала. С того момента и до воссоединения команды пройдет шесть долгих лет. Первый год Рид проведет в лесу, практически не отходя от маяка. Ей удастся починить блок питания, но его мощности не хватит, чтобы отправить новый сигнал. Единственное, что будет ей доступно, — ожидание ответа.

Энергонакопитель, привезенный с Луэры, полностью разрядится через восемь месяцев, и Рид примет решение захоронить его вместе с другими обломками корабля и вышедшей из строя техникой. Однако по разным причинам постоянно будет откладывать это мероприятие. И ее промедление поможет сделать новое открытие: полностью разрядившись, накопитель начнет восстанавливаться за счет энергополя Альфы. Хоть и крайне медленно.

Резюмируя все произошедшее, Рид придет к выводу, что Высший Совет ни за что бы не отказался от перспективы захватить эту планету. Идеальную по всем параметрам. Что стало бы с ее коренными жителями? На этот вопрос у нее не было ответа.

Устав от одиночества, луэрийка решит перебраться в ближайший город, находящийся в трех днях пути от места падения челнока. Она проживет там почти восемь лет, лишь раз в месяц возвращаясь к маяку. Там Рид встретит свою первую и единственную любовь. И там же от нее откажется.

Эйр и Вэй вернутся из путешествия без Дэл, которая решит не останавливаться на достигнутом, она отправится на соседний материк в поисках неизвестно чего.

Однако девушки вернутся не одни, они приведут с собой двоих мужчин. Измененных. Когда Рид узнает, что с ними сделала Дэл, она сильно пожалеет, что не сможет лично до нее добраться. На Луэре генная инженерия давно каралась смертной казнью.

Но Дэл справедливо считала, что они не на Луэре, а значит, на нее законы их бывшего дома больше не распространяются. Она изменила двух магов огня и полностью перестроила их внутренние потоки. Узнав о том, что предыдущие три мага не выжили, Эйр устроила ей разнос с рукоприкладством.

— Ты убийца! — кричала она в пылу драки.

— Я спасаю нашу расу! Ты разве не понимаешь? — защищалась она.

— Ты больна, — ответила ей Эйр.

— А ты еще скажешь мне спасибо! — выкрикнула напоследок Дэл.

На следующий день в ее временной лаборатории девушки обнаружат лишь двух пациентов и записку, написанную рукой Дэл.

"Мы не смогли спасти всех луэрийцев, но мы сможем воссоздать нашу расу здесь. Оба мужчины здоровы и фертильны. Не советую их бросать, ведь теперь они полностью от вас зависят. Закрепление эрия прошло успешно. Оставляю вам все свои наработки в данном направлении. Наслаждайтесь жизнью."

Насладиться мирной жизнью у Эйр и Вэй не получится, помимо проблем с навязанными мужчинами, им придется бежать из города. Пропажу пяти магов огня местные власти обнаружат очень быстро.

Сложно сказать, подозревала ли Дэл, к каким последствиям приведет ее поступок, но выбор был сделан, и благодаря этому выбору в небольшом городке на западной границе Литтаи, вскоре после возвращения туда Эйр и Вэй, родится первый маг тьмы.

Луэрийки станут родоначальницами трех главных родов детей Тьмы и культа Праматери.

На протяжении ста пятидесяти лет Рид в меру своих возможностей будет возвращаться к маяку, но ответа так и не дождется. Она запишет для своих потомков инструкцию с объяснениями, в которой попросит каждые пятьдесят лет навещать место крушения. Но секрет происхождения детей Тьмы и знания, передающиеся от матери к дочери, умрут вместе с Августой Рид.

Глава 17

До ближайшего городка три дня пути к северо-востоку от заброшенной хижины. Эти знания оказались в моей памяти не случайно, но чем дольше я думала об этом, тем больше болела голова. Название городка не изменилось за последние столетия и было мне хорошо знакомо, в непосредственной близости от него находилось имение Сестер Тьмы. Странные чужие воспоминания обрушились на меня лавиной, и периодически я с трудом могла разделить свою память и навязанную. Моя прапрапра… бабушка упала на нашу планету с небес. Сумасшедшая ли я? И как давно? Так ли сильно мне хочется услышать правдивый ответ?

В первый день пути мы почти не разговаривали. Райнер был отстраненным и задумчивым. Я тоже не спешила налаживать общение. Что мне ему сказать? Райнер, прости, но, кажется, я случайно привязала тебя к себе, и теперь ты в полной моей власти? Сомневаюсь, что ему это понравится. Но еще больше сомневаюсь, что выйду из этого бесконечного леса живой.

Зато теперь я стала понимать его странное влечение ко мне, видимо, от эрия пробивает даже ловцов. Еще бы понять, как именно я умудрилась это сделать и как теперь эту связь разорвать. В отрывочных воспоминаниях Рид об этом ничего не было.

— Не хочешь рассказать, что с тобой произошло там, в лесу? — внезапно спросил Райнер, когда мы сделали привал. В лесу нам удалось раздобыть немного орехов и замерзших ягод. Скудный ужин за один миг провалился в пустой желудок. Я тянула время, пытаясь придумать вменяемый ответ.

— Не знаю, я не помню, как оказалась в лесу. Со мной иногда такое случается.

— Случается что? Тебя периодически тянет погулять в неизвестном лесу ночью? — с издевкой спросил ловец. Я лишь пожала плечами, не желая продолжать этот неудобный разговор.

Он разом переменился в лице и сжал челюсти.

— Солнце село, и теперь не обязательно отвечать на мои вопросы? — зло спросил Райнер. Я понятия не имела, какая муха его укусила. Неужели так бесится из-за того, что я ночью отлучилась?

Я вдруг почувствовала отчетливые колебания магии. Кто-то неподалеку воспользовался тьмой. Райнер напрягся и замер, прислушиваясь. Колебания он почувствовать не мог, но слух у него был даже лучше моего.

Призвала тьму и раскинула щупальца во все стороны. После контакта с накопителем пришельцев в лесу моя магия стала гораздо податливей. В каком-то смысле я даже ощущала приятный отклик, исходящий от нее. Это было странно и волнующе одновременно.

Райнер ловко, в пару движений затушил очаг и подал мне знак идти за ним. Мы двинулись вдоль кромки леса, иногда останавливаясь и прислушиваясь к посторонним звукам и нежданным гостям.

Признаю, о том, что это ловушка, я догадалась не сразу. Райнер опередил меня, но было поздно.

— Какая неприятная неожиданность, — протянула Заира, поигрывая сразу двумя кинжалами. Темные взяли нас в кольцо, я насчитала примерно шестерых. — Ты теперь с ними?

— С кем? Можно конкретнее? — спросила я, окружая нас с Райнером плотным кольцом тьмы, готовясь в любой момент отразить атаку с каждой из сторон.

— Защищаешь ловца? Значит, Кэролайн права, и вы с Венирой были за одно с Кейном, — темная некультурно сплюнула на землю, выражая презрение.

— Кэролайн была права? — я рассмеялась, с трудом сохраняя концентрацию. — Ты о той Кэролайн, которая бросила нас с Лейн подыхать в столице? И которая, как трусливая тварь поджала хвост сразу же, как только от нее отказалось сопротивление? А может, в этом и был ее план? Выдать нас с Лейн советнику?

Закладка:

— Что ты несешь? — спросил Рэйл, он был младше Лейн, и только это спасло его от смерти в Де-Морнра. Я выразительно взглянула на возомнившего себя взрослым ребенка.

— Заира, ты собираешь напасть на самую сильную темную и лучшего ловца в компании этих недоучек? — мне надоело чесать языком, и я призвала всю свою тьму.

Она мощным потоком вырвалась из моей груди и плотным облаком закружилась вокруг наших с Райнером тел. Клиндар откликнулся сразу же, без промедления и раскачки эмоций. Но это уже был не хлипкий клинок, а целый меч, идеально продолжающий мою руку. Заира завороженно наблюдала за этим представлением, я бросила взгляд на Райнера, но он не повернул ко мне головы, продолжая контролировать обстановку вокруг. Какой правильный! Мог бы и взглянуть разок.

— Так ты привела ловца, чтобы добить тех, кто еще остался? — с горечью спросила темная и встала в боевую стойку. Я закатила глаза и тяжело вздохнула. — И где Лейн?

— Это Райнер Эйр, сын советника, и я никуда его не приводила, он сам напросился. Мы заключили сделку на крови, в которой он обязуется помочь мне вытащить Лейн из плена. Она у его отца, и жить ей осталось не долго.

— Я должна поверить в этот бред? — уже не так уверенно переспросила темная.

— Заира, подумай вот о чем. Если бы я предала Сестер, то не стояла бы перед тобой в полном здравии. Клятва на крови давно бы меня убила. Мне нужно переговорить с Кэролайн и Венирой. Мы не собираемся никому причинять вред, — я обвела взглядом приунывших темных и взглянула на ловца. — Райнер?

— Обещаю никому не причинять вред, — монотонно произнес ловец. Я удивилась переменам в его поведении, но решила, что тому есть причина. — Только в качестве самообороны.

— Мы попадем в имение. Так или иначе, — я поставила точку в этом затянувшемся споре.

Заира долго рассматривала нас с Райнером. Я прекрасно понимала ее сомнения и обреченность. Она могла бы попытаться нас остановить, но тогда кому-то из этих детей придется умереть, а их и так осталось немного. Их? Я удивилась, с какой легкостью в собственных мыслях отделила себя от Сестер Тьмы, если так можно назвать остатки, которые от них остались. Предательство и трусость Кэролайн ржавым гвоздем застряли в моей сердце.

Темная отвернулась и дала знак остальным, но я не теряла бдительности и продолжала держать защиту. Когда темные удалились на безопасное для нас расстояние, мы с Райнером двинулись в тот же направлении.

— Ты считаешь меня лучшим ловцом? — внезапно спросил он. То есть из всего разговора его только это волновало?

— Ну да, — протянула с неуверенностью. Я неоднократно слышала об этом в академии, но ему об этом знать не обязательно, а то решит еще, что я намеренно собирала о нем информацию. — Из тех, что я встречала лично, точно лучший.

— И многих ловцов ты встречала? — нахмурившись, спросил Райнер.

— Двоих, — ответила я. Рядом со мной раздался какой-то странный приглушенный звук. Я повернулась к Райнеру и обомлела. Смеющийся до слез ловец — не самое частое природное явление.

До защитных ворот имения мы добрались через несколько часов. На самом деле, я только сейчас подумала о том, что не встреть мы Заиру, пришлось бы блуждать в поисках этого места не меньше пары дней.

Темные дожидались нас у входа, и Заира снова решила поиграть в главную.

— Ждите здесь, я переговорю с Кэролайн и только после того, как получу разрешение от главы, открою вам ворота.

— Ты, наверное, не расслышала, но Лейн в плену и в любой момент может умереть. У меня нет времени тешить самолюбие Кэролайн.

— Хорошо, ты зайдешь, но ловец останется здесь!

— Заира. Только ему под силу вытащить Лейн. Если он случайно помрет за воротами, — с намеком произнесла я, и она сжала челюсти, подтверждая мои догадки, — то не сможет выполнить клятву. Стоит ли твоя месть жизни Сестры?

— Заходите, — выплюнула она, поборов свою жажду мести.

В присутствии других людей Райнер вел себя как безжизненная тень, иногда мне начинало казаться, что рядом со мной совершенно посторонний человек. Наверное, такими и должны быть настоящие ловцы. Я передернула плечами, вспоминая короткую встречу с Иланом.

После стольких дней блуждания по лесу почти без сна и отдыха дико хотелось есть и спать, но я решила не откладывать разговор с главой на потом. Мы добрались до ее кабинета под конвоем темных, я перехватила Заиру, которая хотела предупредить главу о нашем появлении, и многозначительно взглянула ей в глаза. Темная отступила.

— Подожди меня здесь, я быстро, — сказала ловцу.

— Как прикажете, темная госпожа, — с совершенно серьезным лицом ответил Райнер. Вот паяц. За его жизнь я не волновалась, даже если они вшестером нападут на него разом, он справится. Другой вопрос: сколько из этих детей при этом останется в живых?

Я вошла без стука. Кэролайн сидела за массивным столом и ковырялась в каких-то бумагах. Она подняла голову и, ошеломленно уставившись на меня, встала из-за стола.

— Мира? — словно до сих пор не верила своим глазам, произнесла Кэролайн.

— Ждала кого-то другого? — спросила я с намеком. — Или, может быть, вообще не ждала?

— Как ты оказалась здесь? Нилек полностью перекрыт, — наконец-то переборов свое недоумение, спросила она.

— Интересно получается, — я демонстративно призвала тьму и двинулась на нее. Мелькнувший страх в глазах главы доставил мне небывалое удовольствие. — Я, Лейн и два твоих помощника застряли в столице, ты трусливо поджала хвост и спряталась под защитным куполом, при этом ты в курсе, что на нас устроили облаву и перекрыли основные пути в имение…Я ничего не забыла? Так позволь спросить: ты вообще собиралась как-то нам помогать?

— Все мы здесь чем-то рискуем. Принося клятву, ты знала, на что шла! — выпалила эта самоубийца. Я резко переместилась к ней и схватила за горло, прижимая к стене. Она не пыталась сопротивляться, хотя раньше, еще до того, как я покинула имение, любила устраивать демонстративные поединки на заднем дворе. Тогда это вызывало во мне уважение, но как оказалось бороться она способна только с теми, кого считает слабее себя.

— Я поняла. Это ведь не случайность, правда? Темные узнали о убежище из анонимного донесения. Сначала я подумала, что это дело рук сопротивления…но это была ты! Тогда, после бала, когда потеряла контроль надо мной и моей увеличившейся силой, ты все это и задумала.

— Мира, ты бредишь! Отпусти! — хрипела темная, пытаясь отодрать мои руки от шеи. — ты сходишь с ума из-за колебания силы.

— Нет больше никаких колебаний силы. Я уничтожила вторую часть артефакта.

Жаль, я не могу ее убить. В следующий раз сто раз подумаю, прежде чем давать клятву на крови кому-либо. Я отпустила ее многострадальную шею, и Кэролайн, съехав по стене, упала на колени.

— Не может быть. Мы ничего не почувствовали, ни у кого из нас не прибавилось сил, — темная закашлялась и в ее глазах появились слезы, то ли от боли в горле, то ли от несправедливости.

— Хотела бы я сказать, что сочувствую, но это совершенно не так.

Темная поднялась с пола и, рухнув в кресло, невидяще уставилась в стену напротив.

— Зачем ты пришла?

— За Венирой. Мне нужен один день отдыха и снаряжение. После мы уйдем, а ты продолжишь изображать из себя главную.

— Мы?

— Да. Я пришла с другом. Надеюсь, это не проблема?

— Не проблема, — потухшим голосом ответила Кэролайн.

Разговор с главой оставил на душе ноющую рану. У Сестер Тьмы было столько стремлений и амбиций, а закончилось все предательством и бегством. Артефакт разрушен, к темным женщинам частично вернулись силы, и вскоре начнут рождаться одаренные девочки. Вот только что их ждет? Кто теперь отстоит их права? Боюсь, большинство из них будет просто напросто запечатано. И чем такая участь лучше прежней?

В коридоре передо мной предстала удивительная картина: ловец, окруженный надзирателями, лениво подпирал стену и о чем-то спорил с Заирой. Странное чувство оцарапало меня изнутри при виде этих двоих. Нужно срочно поесть и поспать, а то совсем свихнусь.

Закладка:

— Кэролайн дала согласие на наше присутствие здесь. Ловец под моей ответственностью. Спектакль окончен, можете расходиться. Идем, — сказала я Райнеру и, не дожидаясь ответа, двинулась в сторону подвала, где держали Вениру.

— Ты злишься, — неожиданно выдал ловец, поравнявшись со мной. — Я почти физически ощущаю твою ярость. Что-то случилось?

— С каких пор тебя заботит мое настроение? — спросила его, не сбавляя шаг. — Подождешь меня в комнате, мне нужно еще кое-кого навестить.

— Нет. Я не отойду от тебя ни на шаг, — сказал, как отрезал..

В этом подвале я была несколько раз, но тогда здесь не было заключённых. Неужели было обязательно держать Вениру именно здесь?

Темную никто не охранял. Ее небольшая камера без окон и дверей была ограждена лишь защитным артефактом. Сволочи,! У нее даже возможности уединиться при таком раскладе не было. Я подошла к защитной границе и заметила Вениру, лежащую на небольшой кушетке в дальнем углу.

— Для завтрака как-то рановато, — лениво сказала она, не удостоив меня взглядом.

— Ладно, зайду позже, — легко ответила я.

Венира подскочила, как ужаленная, и стремительно приблизилась к границе. Она окинула меня тревожным взглядом и выдохнула с облегчением. Взгляд ее переметнулся за мое плечо.

— Это что за чучело обратное?

— Ты еще кто такая? — выпалили они одновременно.

Ой!

Я совершенно забыла об открытии, сделанном в поместье Ридов. Венира была почти точной копией Малии Эйр, и о том, что они родственницы, я догадалась еще тогда. Только не подумала о том, что Райнер тоже увидит их сходство и начнет задаваться вопросами.

— Не поняла. Ты что, притащила ловца в имение? — Венира не могла сложить два и два и, как всегда, сделала преждевременные выводы. — Ты теперь с ними? Имение захвачено?

— Успокойся. Ты в курсе последних событий?

— Нет. Мне никто не докладывал. Что такое должно было случиться, что ты стала якшаться с обратными? — зло спросила Венира.

— Я пришла за тобой. Лейн в плену, мне понадобится любая помощь, чтобы вытащить ее. В том числе помощь Райнера. Он поклялся на крови помочь.

— Лейн у темных?

— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — нервно спросил ловец и ткнул в Вениру пальцем. — Это кто? И почему она как две капли воды похожа на мою мать?

— Так! Успокоились оба! — я выразительно посмотрела на обоих, и деактивировала защитный контур ее тюремной камеры. — Поговорим в моей комнате.

Венира вплотную подошла к Райнеру и уставилась на него злым взглядом. Ловец молча рассматривал ее лицо. Я втиснулась между ними и подтолкнула темную к выходу.

— Надеюсь, у тебя найдется достойное объяснение всему этому, — презрительно протянула подруга, пока мы поднимались в мою комнату.

— Знаешь, Венира, — я остановилась, — мне до смерти надоело доказывать что либо окружающим. Я устала. Если у тебя есть какие-то сомнения, я тебя не держу.

Оставшийся путь мы провели в тишине. Райнер задумчиво молчал, Венира зло пыхтела, а все мои мысли были заняты едой. Недалеко от моих покоев нам повстречался мелкий паренек. Он пялился на Райнера широко открытыми глазами, но на мою просьбу принести нам еды отреагировал с энтузиазмом. Видимо, надеялся подслушать наш разговор.

В моих покоях ничего не изменилось. Я села на заправленную кровать и махнула рукой на два пустующих кресла.

— Венира, это Райнер Эйр. Райнер, это Венира, — представила я темных друг другу.

— Тоже Эйр, как я полагаю? — сделал правильные выводы Райнер.

— Я не знаю, Райнер. Да и никто не знает. Лучше просить об этом у твоей матери или отца.

— О чем вы? — прервала наш разговор темная.

— Мне удалось побывать в Нилеке и встретить Малию Эйр, мать Райнера и Эйдена. Ты ее точная копия.

— Хочешь сказать, что я ее дочь? А этот обратный и твой любовничек — мои братья? — презрительно перечислила все свое потенциальное семейство она. — Погоди! Тогда и советник темных — мой папаша?

— Поуважительней. Ты говоришь о моей семье! — оборвал ее ловец. — Они тоже вряд ли обрадуются такому родству.

— Так я и не напрашиваюсь в ваше высшее общество. Как по мне, так это вообще высосанный из пальца бред. Если у меня такое золотое семейство, то каким таким образом я оказалась в приюте?

— Как выяснилось, это не единичный случай. Так что, хочешь ты того или нет, но ты определенно Эйр, — осадил ее ловец.

— Не единичный случай? — она перевела взгляд на меня, требуя ответа.

— Ты была права, когда говорила про боевой транс и принадлежность к семье основателей. Я Рид.

— … — выпалила Венира, заставив Райнера поморщиться. Видимо, его аристократические уши не привыкли слышать такие выражения из уст леди.

Дверь открылась, и в комнату ввалился парнишка с огромным подносом еды, а сразу за ним влетела мать Лейн.

— Где моя дочь? — истерически закричала она. Я тяжко вздохнула, провожая поднос взглядом, и вывела темную из комнаты.

— Мира, не молчи! Где Лейн? — она вцепилась в меня и еле сдерживала слезы.

— Она жива! Ее захватили темные, но у меня есть возможность ее освободить.

— Я пойду с тобой! — решительно сказала темная. — Мы пойдем! Ричард сегодня патрулирует периметр, но он скоро вернется!

— Нет! — я встряхнула ее и не менее решительно заговорила: — Вы нам только помешаете! У меня есть план, и простите, но вы в него не вписываетесь. Однако вы все же можете помочь. Раздобудьте нам оружие и еды на несколько дней.

Она судорожно закивала. Думаю, мать Лейн и сама понимала, что, будучи слабосилками, они будут нам скорее обузой.

— Ты точно поможешь? — с надеждой спросила она.

— Со мной будет Венира. Вы же знаете, что Лейн нам как сестра? — она сжала меня в крепких объятьях и погладила по спине. Я не удержалась и ответила ей тем же. — Берегите себя, девочки! Я буду молиться за вас.

Зайдя обратно в комнату, я наткнулась на красного от злости ловца и не менее разъяренную Вениру. Еще чуть-чуть и дело бы закончилось дракой. Вот это страсти. Теперь понятно, в кого у подруги такой скверный характер.

— Эйры, вы меня очень сильно утомили. Давайте перенесем на завтра все выяснения отношений. Райнер, твоя комната справа от этой. Попрошу всех на выход, — я устало рухнула в кресло и запихнула в рот большой кусок хлеба. Мне сразу же полегчало.

— Мы не останемся на ночь вместе? — спросили они одновременно. Я поперхнулась едой. Венира переметнула на брата ошеломленный взгляд.

— Ты…вы… что вместе? — Райнер молчал, позволяя мне самой ответить на этот вопрос.

Почему он вообще решил, что я буду спать с ним? Мы уже не в лесу, и здесь полно комнат. Я обещала ему подумать над статусом наших отношений, но он как-то слишком резко перескочил стадию ухаживаний. Наверное, в этом есть и моя вина, ведь я не только позволяла целовать себя, но и сама же целовала его в ответ.

— Глазам своим не верю! А нормального мужика ты не пробовала завести? — так и не дождавшись от меня ответа, проворчала темная. Райнер подскочил к ней за доли секунды и схватил за горло. Венира как будто ждала его нападения и еще до того, как он успел что-либо сделать, наставила на него клиндар. Клиндар!

— Только дернись, братик, — с расстановкой произнесла она. Райнер не сводил взгляда с ее оружия, в его глазах не было страха, скорее там было удивление пополам с восхищением.

— Поздравляю, Венира. Даже если до этого момента у меня были сомнения, то теперь я точно уверена, что ты — Эйр. Это не в первый раз?

— Нет, — лаконично ответила она.

— Ну все, заканчивайте это представление.

Райнер вышел первым, оставляя нас с подругой вдвоём.

— Зачем? — спросила я ее.

— Я должна была проверить его реакцию, — подтвердила она мои мысли о намеренной провокации. — Силен зараза. Думаю, он не собирался мне вредить, и то я едва успела.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — жуя, ответила ей.

— Так вы вместе? — спросила она, и я подняла на нее предостерегающий взгляд. Игры закончились. Она подняла руки в защитном жесте. — Да не собираюсь я читать тебе нотации! Разве что чуть-чуть.

Закладка:

Мне все-таки удалось выпроводить темную. Я доела все, что принес малец, наскоро обмылась и без сил свалилась в кровать.

Глава 18

— Это самый паршивый план из тех, что мне когда-либо доводилось слышать, — в сотый раз повторила Венира. Райнер только тяжело вздохнул, готовясь в сотый же раз доказывать темной, что другого выбора у нас нет. Эти двое пререкались по любому поводу. За те несколько дней, что мы добирались до Нилека, они порядком поистрепали все мои и без того не крепкие нервы.

— Это наш единственный шанс, — ответил Райнер и двинулся к своему родовому поместью.

Мы провели в засаде почти три дня, наблюдая за домом Эйров. Калеб, по всей видимости, все еще находился в Замире, как и Лейн, а Малия, над которой советник собирался проводить ритуал, находилась в Нилеке. Что-то не сходилось, но решить эту загадку нам было не под силу.

Время играло против нас. Полнолуние неумолимо приближалось, и Райнер решил рискнуть и заглянуть домой. Мы не знали, в розыске ли он, и вообще дошли ли до Нилека слухи о том, что он пропал.

Легенда его исчезновения была шита белыми нитками, но ничего лучше того, что его затянуло в странный портал неизвестного происхождения, мы не придумали. Природа темных сил была не до конца изучена, и вероятность искажения пространства разрушенным артефактом имела место быть. Таким образом, легко объяснялось и отсутствие человека, этот самый артефакт разрушившего. То есть меня.

О том, что ловцу взбредет в голосу помогать отступнице, никто и помыслить не мог. Разве что сомнения могли закрасться в голову Рика, Лина и Фела, видевших мое лицо и знающих о намерениях Райнера в отношении меня. Поэтому вся легенда Райнера держалась на вере в свою четверку и их умении держать язык за зубами.

Мы сняли небольшой домик в не самом благополучном районе Нилека. Хозяйка жилья, пожилая женщина, на наши слова о том, что являемся родственниками только презрительно поморщилась и явно нам не поверила. Она с таким откровенным осуждением и пренебрежением смотрела на нас с Венирой, как будто мы прямо перед ней устроили оргию. Но деньги все равно взяла и, бросив ключи на столик, удалилась.

Райнер больше не заводил разговор о совместной ночевке. Не знаю, что заставило его сбавить обороты: наличие сестры рядом или моя неопределенность. Но ни одна из этих причин не мешала ему зажимать меня по углам и целовать так неистово, что одежда на нас обоих не воспламенялась лишь чудом. Дальше поцелуев и несмелых ласк мы не заходили, но его напор с каждым днем усиливался, а я все чаще теряла голову в его присутствии. Это невозможно было контролировать. Я думала, что потеряла голову от Эйдена? Но как же я ошибалась. Это было все равно, что сравнивать легкий ветерок и ураган.

Эрий. Он со мной лишь из-за связи, делающей его рабом своих и моих желаний. Осознание этого остужало мою разгоряченную кровь и останавливало от необдуманных поступков. Но как же хотелось откинуть все мыли и стать просто Мирой и Райнером. Дать волю своим чувствам и желаниям и хоть на денек забыть о том, что мы находимся по разные стороны баррикад, и что ловец не знает, из-за чего испытывает ко мне влечение.

— Не грусти, подруга, мы ее вытащим, — вдруг сказала Венира. — Или ты не об этом думаешь? Все с твоим ловцом будет в порядке. Узнает у мамочки, где папочка, и вернется под твое крылышко.

— Обязательно язвить? — беззлобно спросила я. — Это ведь и твоя мамочка тоже.

— Ооо нееет. Даже если эта женщина родила меня, то матерью не стала.

— Мы не знаем, что там произошло, и как ты очутилась в приюте.

— Я примерно догадываюсь, — зло усмехнулась темная. — Кто-то решил прикрыть позорное появление девочки в семье.

— Не верю. У них там совсем беда с женщина, не стали бы они избавляться от девочки. Ты бы подросла и вышла замуж, например, за Ролана. Вы как раз подходите друг другу по возрасту.

— За твоего брата? — задумалась она. — А что? Ты за моего, я за твоего. В итоге нам всем все равно суждено было встретиться. Кстати, о моем брате. У вас все действительно серьезно? Ты прости, что лезу не в свое дело, но почему ты все время ходишь с кислой рожей?

— Все сложно.

— Сложно? Мне не шибко по вкусу мой новоиспеченный родственничек, но с ним все предельно понятно. Райнер разве что лужицей у твоих ног не растекается.

— Не по своей воле, — надолго замолчав, все же ответила я.

Мне тяжело было носить этот секрет в себе, нужен был кто-то, кто разделит это знание со мной. Я решилась и рассказала Венире о странных воспоминаниях, наших предках, других планетах и эрие. Она слушала рассказ сначала с огромным недоверием в глазах, но под конец в них все больше мелькало понимание.

— Звучит как бред сумасшедшей.

— Знаю. И все же есть вероятность, что я действительно тронулась умом и брежу.

— Ну, это мы легко проверим! — выпалила она с энтузиазмом, и я уставилась на нее, ожидая продолжения. — Я тоже дотронусь до того накопителя, есть вероятность, что память вернется и ко мне, как к одной из продолжательниц рода Эйр.

— Об этом я как-то не подумала.

— А что до твоего ловца… разве эрий влияет на чувства? Его влечет к тебе, но только ли это им движет? Мне так не кажется.

— Я ненавижу эту связь и то, что мне приходится ему врать.

— Так скажи ему правду.

— Шутишь? Он прикончит меня.

— Сама то в это веришь? Не обманывай себя. Ты боишься не расправы, а того, что он сам решит все закончить. В любом случае, выбор за тобой.

Венира была права. Я слишком сильно привязалась к ловцу и не хотела его отпускать. Ночь прошла в беспокойных снах, я ворочалась с боку на бок и думала о будущем каждого из нас. А утро принесло неожиданные новости.

— Отец прибывает сегодня вечером, — вместо приветствия сказал Райнер. Он стремительно вошел в небольшую столовую и сел напротив меня. От него пахло выпечкой и легкими женскими духами. Я почувствовала непреодолимое желание вцепиться ему в волосы и вызнать все о том, как и с кем он провел эту ночь. Даже тьма недовольно заворочалась в груди. Усилием воли я затолкала поглубже свои чувства и домыслы и сконцентрировалась на его словах. — И явно не один. Готовится несколько гостевых комнат.

— Хочешь сказать, что Лейн представят как гостью? — спросила Венира.

— Конечно нет. Это лишь значит, что с отцом едет кто-то очень важный.

— Есть какие-то предположения?

— Абсолютно никаких. Если Лен жива, — начал было он, но по нашим изменившимся лицам понял, что так говорить не стоит, — а она жива! То ваша подруга прибудет с моим отцом, и это самый лучший момент перехватить ее.

— То есть? — переспросила Венира.

— Я думал об этом всю ночь. Если Лейн попадет за стены моего дома, то вытащить ее оттуда будет практически невозможно. Единственный наш шанс — это перехватить ее по дороге, — как-то замедленно проговорил ловец, у меня закружилась голова и я попыталась сосредоточить на нем свой взгляд.

— За нами будет погоня. Куда мы вчетвером подадимся?

— Это как раз та часть плана, которая не дает мне покоя. Но до вечера мы должны что-то придумать, — Райнер продолжал говорить, а меня окончательно сморило. Тело перестало слушаться, язык онемел.

— Что происходит? — прошептала Венира рядом, но я не смогла ей ответить, потому что сама почти потеряла сознание. Раздался какой-то грохот, рядом со мной кто-то завозился и послышались посторонние голоса. Мысли были вялыми, но за одну из них сознание цеплялось до последнего. Райнер все-таки предал нас.

Тело захватила предательская слабость, я с огромным усилием открыла глаза и обвела все ту же столовую взглядом. Кто-то не очень умный привязал меня к стулу с заведенными за спину руками. А нет, очень даже умный. Как только я призвала тьму, чтобы разрушить веревку, то сразу же почувствовала знакомое ощущение блокировки силы.

Однако в этот раз все было немного иначе. Тьма не исчезла полностью под давлением блокирующих браслетов, а скорее очень вяло ворочалась где-то в отдалении. Это немного примирило меня с действительностью и позволило не поддаться сиюминутной панике.

Закладка:

По бокам от меня в такой же позе находились Райнер и Венира. Темная зашевелилась, но сил поднять голову у нее не нашлось. Райнер же все еще находился без сознания.

Откуда-то сбоку послышались шаги. В столовую сразу вошел Ролан и уже знакомая мне по академии и бою у пещеры парочка темных. Бугай и красавчик расставили вокруг наших тел какие-то артефакты и отошли за спину Ролана, усевшегося прямо напротив меня. Я проводила их взглядом, в который вложила все свое презрение.

— Поговорим? — спросил братец, и я внимательно к нему присмотрелась. От былого радушия во взгляде не осталось и следа, за эти дни он как будто прибавил лет десять и выглядел уставшим, осунувшимся и злым.

— Валяй, — прохрипела я, еле ворочая языком. Во рту было сухо, как в мерийской пустыне. Ролан поднялся и прошел к столу, на котором стоял графин с водой. Он небрежно плеснул немного жидкости в чашку и поднес ее к моим губам. Я посмотрела на него, как на слабоумного.

— Не разочаровывай меня, если бы я и правда хотел тебя чем-то отравить или накачать, то мы бы сейчас не разговаривали.

Жажда взяла надо мной верх, и я согласно кивнула, принимая его помощь.

— Начнем с твоего настоящего имени, — предложил темный. Я размышляла, в какую сторону мне будет выгоднее повернуть разговор. По всему выходило, что времени у меня не так уж и много, нужно успеть до вечера вытащить Лейн. Так что либо мы договоримся, либо подеремся. Пожалуй, стоит сначала попробовать первое.

— Мира.

— Мира, ты отступница? — ровно спросил Ролан.

— Предпочитаю формулировку «одаренная».

— Калеб Эйр помогает отступникам? — неожиданно спросил тёмный, и я даже растерялась.

— Эээ, — протянула я, подбирая слова. — Нет?

— Ты выдаешь довольно странные реакции. Это игра, или ты правда не в курсе?

— В курсе чего? — кажется, я потеряла нить этого странного разговора. Ролан переглянулся с Риком и Лином, а затем бросил взгляд на моих спутников.

— Я долго думал над тем, как тебе удалось пройти обе проверки, пока не услышал, что Райнер, который проявлял к тебе излишний интерес, таинственным образом пропал после разрушения второй части артефакта. И тут то все и сложилось в единую картину. При поступлении в академию тебя проверял Калверт Солт, брат Калеба Эйра. Еще до поступления вы с Эйденом закрутили роман, хотя ему совершенно не свойственно такое поведение. Эйден помог тебе в день бала? Не даром он один пережил встречу с отступниками в подземелье. После бала к тебе начал проявлять интерес и младший Эйр, что, согласись, для ловца вообще за рамками нормального. Райнер помог тебе во второй частью артефакта, и вы исчезли. А теперь я нахожу вас в обществе этой девушки, как две капли воды похожей на Малию Эйр, — Ролан кивнул на Вениру, которая уже очнулась и внимательно прислушивалась к его обличительной речи. — Хочешь сказать, что все это совпадение?

Я не знала, плакать мне или смеяться. Ведь Ролан был прав, со стороны все так и выглядело. И только сейчас я поняла, насколько сильно моя жизнь переплелась с семейкой советника.

— Это совпадение, — наконец выдала я. — Мне бы очень хотелось бросить тень на имя Калеба, мы с ним, знаешь ли, не в лучших отношениях. Но ни он, ни Эйден с Райнером не знали обо мне правды.

— Предположим, — кивнул он, но по глазам было видно, что не поверил ни единому моему слову. — Тогда я хочу услышать твою версию событий с самого начала. И будь добра, не упусти момент, где ты вскрываешь хранилище отца.

— Ролан, я готова тебе все объяснить. У меня никогда не было цели стать твоим врагом. Точнее сначала была, но очень быстро я поняла, что все не так просто, как мне рассказывали. Но сейчас не об этом. У нас очень мало времени. Мне нужен один день, и я готова встретиться, чтобы все тебе рассказать.

— Ты меня совсем за идиота держишь? — зло спросил Ролан.

— Помнишь Лейн? — перебила я его тираду. При упоминании этого имени он встрепенулся, но тут же постарался скрыть свою реакцию. — Она умрет, если ты нас не отпустишь.

— Не слушай ее, нам она тоже зубы заговаривала, — подал голос бугай.

— Как твоя сестренка? — спросила у Рика. — Ей стало лучше после разрушения второй части артефакта?

Красавчик не ответил, но его молчание лишь подтвердило мои догадки и сыграло мне на руку.

— Что с Лейн? — нетерпеливо спросил Ролан, возвращая нас к самому главному.

— Она у моего отца, — ответил ему Райнер. Я даже не заметила, когда он пришел в сознание. — Он собирается использовать ее в запрещенном ритуале.

— Каком еще ритуале?

— Калеб хочет передать ее силу Малии. Что станет с Лейн, объяснять нужно или сам догадаешься? — бросила Венира.

— А ты кто такая? — спросил он у нее. — Еще одна отступница? И я должен поверить вам на слово?

— Тебя не должно волновать, кто я такая. Просто знай, что из-за твоего бездействия умрет хороший человек.

— Не вам рассказывать о смерти хороших людей! Скольких наших братьев вы убили самолично? — выплюнул Рик, он метнулся к Венире и навис над ней коршуном.

— Ролан, я знаю, тебе не безразлична Лейн, помоги нам ее освободить, пока еще не слишком поздно! — снова обратилась я к нему, перекрикивая спорящих темных.

— Советую согласиться, — произнес Райнер. — Ты ведь знаешь правду об артефакте и сам давно сомневаешься. У Миры не было другого выбора.

Меня тронули неожиданные слова защиты, произнесенные ловцом. Он действительно считает, что у нас не было выбора, или просто заговаривает зубы Ролану? Брат задумался, взвешивая различные варианты. Я видела, как в нем боролась жажда мести и желание помочь Лейн, хоть он и не до конца поверил нам. Кажется, она зацепила его сильнее, чем я предполагала. Или… не может быть… Могла ли Лейн случайно привязать к себе брата?

— Какие гарантии, что все, что вы говорите, правда? — спросил Ролан.

Со стороны Вениры раздался грохот, я не успела развернуться к ней, как все уже было кончено. Рик лежал на спине, придавленный сверху освободившейся Венирой, и с ужасом пялился на ее клиндар приставленный к его правому глазу. Лин рванул было к другу на помощь, но был остановлен Роланом.

— Предлагаю всем успокоиться и поговорить нормально, без угроз друг другу! — сказала я, спокойно встала со стула и подняла руки в мирном жесте. Ролан переводил взгляд с меня на Вениру и обратно и, кажется, понял, что сила не на его стороне.

— А меня кто-нибудь освободит? — лениво спросил Райнер.

С тех пор, как Ролан и Мира уединились в ее покоях для приватного разговора, прошел уже час. Что можно обсуждать столько времени? Мы с Риком и Лином обменялись краткими версиями последних событий, уложившись в десять минут, и остались в столовой дожидаться окончания переговоров.

Моя…сестра уже полчаса показательно медленно точила свой кинжал, периодически окидывая нас всех презрительным взглядом. Самая большая концентрация взглядов доставалась Рику, который вел себя странно: скрипел зубами и раздувал ноздри, как племенной бык.

Я впервые видел, чтобы мой напарник так злобствовал. Видимо, задетое в драке с Венирой самолюбие не давало ему покоя. Хотя и дракой это назвать можно было с большой натяжкой.

— Так значит, вы брат и сестра? — разрушил затянувшееся молчание Лин.

— Это еще надо доказать! — направив на него клинок, протянула Венира.

— И все же, если я вдруг решу за тобой поухаживать, то у кого мне спрашивать разрешения? — протянул этот весельчак. Лин обладал достаточно специфичной внешностью. Огромный рост, грузная фигура и пара шрамов на и без того не слишком симпатичном лице совершенно не мешали ему в любовных делах. Он был заядлым бабником, и, что самое странное, девушки, вопреки всему, частенько сами вешались ему на шею. Из-за этого обстоятельства Линнея постоянно подкалывали, на что он лишь каверзно улыбался. Когда он заявил мне о том, что положил глаз на мою Миру, я пришел в неистовое бешенство, лишь представив их вместе. Только чудо и годами натренированная способность совладать с собственными эмоциями спасли его от смерти. Лин не был дураком и все понимал с первого раза. За это я его всегда уважал.

Закладка:

Теперь новой жертвой его внимания стала Венира. Мне заранее было его жаль, ведь он еще не понял с какой мегерой связался.

— Хмм, — задумчиво протянула она и окинула его хищным взглядом. Таким взглядом обычно мясник рассматривает свежеубиенную дичь. — Ты уверен, что тебе нужно чье-то разрешение? Может быть, решим этот вопрос сами?

Мурлыкающие интонации в исполнении моей сестры повергли в ступор Лина, который не рассчитывал так скоро получить разрешение. Я еле сдерживал смех, наблюдая за этими двумя. Рик резко встал из-за стола, проскрежетав ножками стула.

— Разведаю местность, — коротко бросил он и стремительно вышел.

Почти сразу же после этого из комнаты Миры вышел взъерошенный Ролан. Он отыскал меня взглядом и кивнул в сторону входной двери. Когда я вышел на крыльцо заднего двора, Ролан уже сидел на скамейке.

— Не могу поверить, — протянул он задумчиво, еще до того как я успел опуститься рядом. — У меня есть сестра, и она отступница.

— Понимаю тебя, как никто другой, — усмехнулся я сложившейся ситуации.

— Точно. У нас обоих есть сестры-отступницы. И что мы будем с этим делать?

— Не знаю. Дома мне ничего не удалось толком выяснить, отец отрезал мою мать от новостей. Говорят, начались серьезные волнения?

— Не то слово. Несколько сотен женщин уже перешли черту и обрели силу. Часть из них в ужасном состоянии, на грани сумасшествия. Мои люди попросту не справляются. Несколько женщин погибли от рук своих же родных. И это, поверь, только начало.

— Отец?

— Хм. Орден отказался принимать участие. Твой отец считает, что разгребать последствия должны сами отступницы. Его не волнует, сколько женщин погибнет, напротив, он сказал, что чем меньше из них выживет, тем лучше.

— Этого не может быть.

— Еще как может. Более того, он заручился поддержкой короля. Свыше пришел приказ не вмешиваться в естественный ход событий, — на последних словах Ролан усмехнулся. Я не был наивен и никогда не считал своего отца милосердным и справедливым… но это было слишком даже для такого, как он. — Понимаешь? Они все обдумали и решили пустить темных в расход.

— Почему отец пошел на это? Он же своими руками уничтожает собственный народ.

— Не обязательно. Они уже начали запечатывать более менее стабильных женщин. Так что какое-то время темные все же просуществуют, правда, не слишком долго. Я пытался его переубедить, но он не стал слушать. И еще кое-что. Я подозреваю, что Калеб покушался на мою жизнь. С дозволения короля или по собственной инициативе, но он собирается захватить власть в Западных землях.

— Почему-то я даже не удивлен. Похоже, отец выжил из ума. И ты думал, что мы с ним заодно?

— А что еще мне оставалось думать? Эйры слишком сильно наследили.

— Что планируешь делать?

— Для начала вытащим Лейн. А затем, думаю, мне придется сделать то, чего я всю жизнь пытался избежать, — смиренным голосом произнес Ролан. — Придется взять власть в свои руки.

Глава 19

Весна в Нилек пришла внезапно. Еще вчера столица Западных земель была украшена снегом, а сегодня от него не осталось и следа. Сквозь нависшие тучи проглядывало голубое небо и яркое полуденное солнце.

Несколько часов, во время которых мы разрабатывали план освобождения Лейн, закончились для меня невыносимой головной болью и ужасным настроением. Райнер и Ролан уперлись и ни в какую не соглашались с тем, что мы с подругой собираемся участвовать в предстоящей заварушке. Венира методично и со вкусом доказывала им несостоятельность их решения. У Лина даже челюсть отвисла от количества нецензурной лексики, извергаемой из темной.

Изрядно устав от криков, мы все же сошлись на том, что наше участие сведется к подстраховке парней. Я не понимала, для чего нужно было устраивать весь этот цирк и засовывать двух самых сильных темных в тыл.

За въездными воротами Нилека обитало огромное количество простых людей и темных, которые не могли себе позволить жизнь в столице. Дома здесь стояли очень скученно и были построены без предварительного планирования. Улицы постоянно петляли, то сужаясь, то снова расширяясь. Эта особенность сыграла нам на руку и дала возможность устроить засаду в уязвимом для кареты темного месте. На мой закономерный вопрос, почему глава и советник вообще допустили такое, я получила вполне логичный ответ: никому в здравом уме не пришло бы в голову нападать на сильного темного. Уверенность Калеба в своей неуязвимости сыграла нам на руку.

Мы с Венирой засели на крыше двухэтажного жилого дома и поджаривались на солнце уже второй час. По плану Райнер устроит затор на основной улице, который вынудит темных свернуть в проулок. Там их гостеприимно встретят Лин и Рик, а Ролан постарается вытащить Лейн. Нам с подругой наказанно действовать только в крайнем случае, если ситуация выйдет из под контроля.

— Ненавижу ждать, — тихо сказала Венира. Я как никогда была с ней согласна. Ожидание утомляло и заставляло нервничать.

Я поправила маску, закрывающую большую часть моего лица, и немного сменила позу. Можно быть хоть сто раз всесильной темной, но от затекшей поясницы тебя это не избавит.

Огромный всплеск темной силы почувствовала еще до того, как его эхо коснулось моей тьмы. То, что я называла щупальцами тьмы, в ордене звалось поисковой сетью, и мой уровень силы позволял раскинуть ее практически до границы города. Я настороженно прислушалась к своим ощущениям и сразу же словила еще одно эхо. Прямо сейчас где-то на подъездной дороге шел бой с применением магии тьмы.

— Что случилось? — спросила темная, заметив мою настороженность.

— Кто-то ошарашит тьмой во все стороны в паре миль отсюда, — оторопело ответила ей и, резко поднявшись, спрыгнула с крыши на землю. Венира последовала моему примеру.

— Ты уверена? Я ничего не чувствую, — не дожидаясь ответа, Венира особым образом сложила пальцы и, приложив их к губам, издала условный сигнал.

— Я чувствую отголоски сражения. Быстрее, — я дернула ее за руку, и мы понеслись в нужном направлении.

Что мне нравилось в темной, так это то, что в критических ситуациях она не задавала лишних вопросов. Через пару минут мы наткнулись на парней, которые уже дожидались нас в условленном ранее месте.

— Что случилось? — одновременно спросили Ролан и Райнер.

— На подъезде к внешней части города кто-то прямо сейчас ведет бой с применением магии тьмы.

— Ты можешь чувствовать так далеко? — удивился брат, а Райнер без лишних слов вместо меня кивнул головой. Он, как никто другой, знал о моих новых возможностях.

— Разделимся на две группы. Венира, Райнер и Мира останутся здесь, — отдал приказ Ролан. Венира уже было открыла рот, очевидно, чтобы снова поспорить с Роланом, но ее перебил Рик.

— Смотрите! — сказал он и указал пальцем в сторону предполагаемого сражения. Над крышами домов в том направлении стоял столп дыма.

— Прости, Ролан, но я уверена, что нам очень срочно нужно туда, — сказала я и рванула в ту сторону.

Практически сразу ко мне присоединился Райнер. На и без того узких улицах было довольно оживленно, что очень нас тормозило. Местные жители не всегда успевали расступиться, пару раз я случайно налетела на чьи-то пожитки. Быстрее!

Спустя пару улиц я заметила Вениру, она прыгала с крыши на крышу и уже обогнала нас на несколько домов. Драх, почему я до этого не догадалась?

Уже целую минуту я не ощущала никаких всплесков, из-за чего нервничала еще сильнее. Неужели не успели?

Наконец-то дома поредели, и впереди показался лес и подъездная дорога, на которой нас дожидалась Венира.

— Остальные зайдут с другой стороны, — поставил меня в известность Райнер.

Я призвала клиндар и двинулась за Райнером в сторону огня и дыма. Навстречу нам выбежали две лошади, издавая испуганное ржание. В засаду темные попали практически на выезде из леса. Одна из карет была полностью разрушена, а вторая все еще продолжала гореть, именно от нее исходил дым, привлекший наше внимание. Я подкралась к лежащему на земле члену ордена и перевернула его на спину. К сожалению, он был мертв, как и еще четверо его товарищей. Лейн и Калеб исчезли.

Закладка:

— Сопротивление, — внезапно произнесла Венира. Она нашла на земле какой-то предмет и увлечённо его рассматривала. — Видела такие штуки пару раз в своей жизни.

— В сопротивлении есть маги огня? — спросил Райнер. Мы с Венирой переглянулись и слаженно кивнули.

В принципе, Райнер догадался об этом и без нас: на телах убитых и ближайших деревьях были следы огненной магии.

— Так, так, — прозвучало нарочито громко недалеко от нас. Я вскинулась, призывая тьму, и выпустила ее во все стороны, но не успела даже моргнуть, как Райнер загородил меня собой. На дороге стоял мужчина в капюшоне и с маской на лице. — Интересная собралась компания. Признаюсь, не ожидал.

— Лестер, — прошипела Венира, наставляя на него свое материализованное оружие.

— Спокойно, детка, я пришел с миром, — съюморил рыжий, стягивая капюшон. Венира не оценила его юмора и метнула в него аркан тьмы. Лестер перекатился, уходя от атаки, и тут же вскинул руку вверх, демонстрируя портальный камень. — Еще один выпад и я молча исчезну.

Венира зло сжала челюсти, но остановилась.

— Чего ты хочешь? — спросила я его. Райнер продолжал молча стоять на шаг впереди меня, поэтому, когда Лестер повернулся на мой голос, его взгляд сначала наткнулся на угрюмого ловца. Рыжий показательно усмехнулся.

— Мира! Вот уж от кого никто не ожидал успеха! А я в тебя верил! Хотя даже мои ожидания тебе удалось превзойти. Поздравляю с разрушением артефакта! Ты очень нам помогла, — Лестер картинно похлопал в ладоши. — Новый Эйр? А куда старого подевала?

— Где Лейн? — спросила я, прерывая его тираду. Если он хотел таким образом вывести меня из себя, то сильно просчитался. Но вот в хладнокровности Райнера я сомневалась, поэтому предпочла перевести тему.

— Сразу к делу, да? Вот так всегда! Что, даже не справишься о здоровье старого друга? — клоунада затягивалась. Я окинула взглядом окружающее пространство и раскинула поисковую сеть, но так и не смогла обнаружить никого постороннего.

— Отвечай на вопрос, или справляться будет не о чем. Хочешь проверить мою реакцию? Ставлю на то, что мой кинжал сделает в тебе лишнюю дырку до того, как тебя затянет в портал. — Венира подкинула в руке кинжал темных, напитанный тьмой, и поцеловала лезвие на удачу.

— Скажи своим друзьям, чтобы не подкрадывались сзади, иначе вы больше никогда не увидите подругу, — шутки кончились, и теперь лицо Лестера выглядело серьезным как никогда. — Пусть подойдут к вам, чтобы я вас всех видел.

Райнер вскинул руку, подавая какой-то тайный знак, и с обоих сторон сразу показались Лин, Рик и брат.

— Что ж, так даже лучше, — сказал рыжий, рассматривая Ролана. — У нас к тебе предложение.

— У вас? Ты имеешь в виду сопротивление?

— Сопротивление? В свете последних событий это название уже не актуально. Новый король приглашает тебя и любого из Эйров для заключения сделки.

— Новый король? А со старым что случилось? — устало спросила я.

— Несчастный случай, — развел руками Лестер. — В ваших же интересах принять это приглашение. Мы хотим мира.

— Ваши мирные намерения так и прут из всех щелей, — Венира показательно окинула взглядом место боя. — В последний раз спрашиваю: где Лейн?

— Что ж ты такая нетерпеливая? Так и быть, отвечу в качестве демонстрации дружеских намерений! Лейн жива. Можно сказать, она теперь наша гостья. Лови! — Лестер кинул Венире какой-то сверток и мгновенно исчез, активируя портал.

— …. — выкрикнула напоследок подруга.

Сверток оказался запиской с указанием места встречи.

В поместье Эйров мы нагрянули аккурат к ужину. Я больше не видела смысла скрывать свое лицо, поэтому стянула маску и капюшон, как только мы подошли к городу. Наше с Венирой боевое облачение привлекало очень много внимания у местных жителей, но лично мне не было совершенно никого дела до косых взглядов.

Последний из Марнеров мертв, а это значит, что обет молчания о совершенном его предком предательстве больше не имеет силы. Я могу свободно рассказать о детях Тьмы и Августе Рид кому угодно и даже подтвердить документально. Только кому и зачем теперь это нужно? А самое главное, как на все это посмотрит новый король?

Райнер, как всегда, был крайне задумчив и молчалив. Венира всю дорогу бурчала что-то себе под нос, а Ролан вообще покинул нас еще до пересечения въездных ворот.

А мне что делать дальше? Жизнь Лейн теперь зависела от решения Ролана, но я не сомневалась, что он ее не бросит. Я здесь больше не нужна. Все, к чему я стремилась и для чего тренировалась последние четыре года, достигнуто.

В поместье нас встретила переполошившаяся прислуга и знакомая мне по чаепитиям с привкусом унижения тетка Эйров. Я до сих пор не удосужилась узнать ее имя и, к своему стыду, об этом совершенно не сожалела. Она впилась в меня презрительным взглядом и прошлась им от носков ботинок до защитной куртки. Не знаю, какие у нее ко мне претензии, ведь, как она и хотела, я оставила в покое ее любимого племянничка Эйдена.

— Элайза, отец не приедет, — сказал Райнер и взял меня за руку. Я застыла от удивления и несвоевременности этого жеста, но стряхивать его руку при тетке не стала. Она перевела ошарашенный взгляд на наши руки и открыла было рот, чтобы что-то сказать. — Распорядись, чтобы моим гостям подготовили комнаты, и подайте ужин через час.

— Райнер! — воскликнула Элайза. — Ты ничего не хочешь мне объяснить?

— Позже, — в своем стиле ответил он, но Элайза его уже не слушала, она наконец-то увидела Вениру и теперь стояла, схватившись за грудь.

— Ты… — полузадушенно промямлила женщина. Венира перевела взгляд на Райнера и вопросительно приподняла брови.

— Это Элайза Эйр, наша тетя, — ответил на невысказанный вопрос ловец. И обратился уже к тетке: — Узнаешь ее?

— Я…да…этого не может быть, мне сказали, что ты мертва, — по щекам Элайзы катились слезы, — девочка моя.

Венира неотрывно смотрела на женщину, но по ее лицу было невозможно определить, о чем она думает.

— Идите, — бросила она нам с Райнером. — Встретимся на ужине.

Ловец обвел критическим взглядом своих родственниц и, развернувшись, потащил меня за руку в сторону лестницы. Покои, в которые меня доставил Райнер, были какими-то странными и совершенно не походили на гостевые. В какой-то момент мне даже показалось, что это его комната, но спросить было не у кого, ведь ловец наглым образом скрылся в умывальной комнате. Гостиная покоев не отличалась ничем от других, виденных мною у аристократов. Однако в ней не было никакой индивидуальности или особенности, присущей Райнеру. Совершенно безликая комната.

— И что все это значит? — устало спросила его, когда он наконец-то соизволил выплыть из умывальной. С волос ловца на голую грудь и плечи капала вода, а вокруг бедер было обернуто полотенце. Но Райнера не беспокоили условности. Он отшвырнул мокрое полотенце и, подойдя к шкафу, начал искать там одежду.

— Можешь пока принять ванную. Я ненадолго отлучусь, — вот и всё, что ответил мне этот тип, пока я бесцеремонно разглядывала его тело. Он без стеснения натянул белье, брюки и рубашку и, больше не тратя время на объяснения, просто вышел за дверь.

В роскошной умывальной, отделанной полированным камнем, обнаружилась не менее роскошная ванная. Ее размеры впечатляли, и у меня даже появилась парочка развратных идей каким образом ее можно использовать. Мда. Это все ловец со своим неожиданным раздеванием.

Быстро обмылась, отгоняя подальше мысли о Райнере и искушающей понежиться горячей воде, и накинула на себя мужской халат. Интересно, почему ловец им не воспользовался? Я усмехнулась, воображая, что он просто хотел передо мной покрасоваться.

Невыносимо хотелось есть и спать, но Райнер так и не появлялся, и я решила, что он не сильно расстроится, если я позволю себе ненадолго прилечь на его кровать.

Не заметила, как пять минут превратились в несколько часов. Солнце давно село, и комнату освещал только трещащий камин. Я поднялась, чувствуя себя как никогда помятой и растрепанной, и нашла взглядом ловца, который что-то усердно писал, сидя за столом.

Закладка:

— Я распорядился принести ужин сюда, но он уже наверняка остыл, — сказал он, отвлекаясь от бумаг и переводя взгляд на мое лицо и ниже. Я неловко пригладила волосы и стянула халат на груди. — Прикажу, чтобы принесли новый.

— Нет, — оборвала его, — не надо, я люблю остывшее.

— Занятно. Я тоже. Что еще ты любишь? — заинтересованно спросил Райнер с таким серьезным видом, будто собирался конспектировать мои слова. Он поднялся и махнул рукой, приглашая к обеденному столу.

— Эмм… из еды? — уточнила я и переместилась к столу. Райнер отодвинул для меня стул и сам сел напротив. Передо мной оказалась огромный кусок сочной отбивной и мой любимый гарнир из тушеных овощей, рядом стоял внушительный кусок торта и чайник с отваром. Я сглотнула набежавшую слюну и, стараясь не шокировать аристократа своими приютскими замашками, медленно приступила к ужина.

— Насчет еды я более менее разобрался, — проговорил ловец, следя за каждым моим движением хищным взглядом. — Ты любишь встречать рассвет, солнечные дни, малиновые пирожные и историю. Ненавидишь вышивку и род Марнеров. Насчет последних понятно, но позволь спросить, чем тебе вышивка не угодила?

— Ты точно маньяк, — оторопело произнесла я, выслушав его откровения. — Если до этого у меня были сомнения, то… ты что, следил за мной?

— Конечно. Работа у меня такая. Так что ты решила? — невпопад спросил ловец.

— Решила? Ты о чем?

— О нас, Мира, — он устало вздохнул. — Что ты решила насчет нас?

Я медленно жевала малиновое пирожное, пытаясь придумать ответ. Райнер застиг меня врасплох своими вопросами.

— Ладно, зайдем с другой стороны, — ловец встал и бесцеремонно перетащил меня к себе на колени. — Ты мне нравишься. Очень нравишься. Я тоже нравлюсь тебе. Не вижу ни одной причины, почему мы не можем быть вместе.

— Угу, — промычала я, неловко запихивая последний кусочек сладкого в рот, только чтобы прямо сейчас не отвечать ему.

— Мне воспринимать это как согласие? — томно прошептал он, поглаживая мою спину и вызывая тем самым нестройный рой мурашек по всему телу. — Тогда, может быть, поцелуешь меня?

Райнер приблизил ко мне свое лицо и застыл, давая возможность сделать выбор и самой преодолеть оставшееся расстояние. Я так давно хотела его поцеловать, что не медлила ни секунды. Наши губы встретились, и мир перевернулся вверх дном. По телу разлилось приятное тепло. Руки ловца нахально забрались под мой халат, и я ответила ему тем же.

Страсть поглотила нас с головой, это было сродни сумасшествию. Мне всего было мало, хотелось выпить его до дна, откусить от тела ловца кусок побольше, хотелось, чтобы он стал частью меня и принадлежал только мне.

Дикий огонь, заменивший мою кровь и затуманивший разум, с каждым движением разгорался все сильнее. Мы терзали друг друга до само утра, полностью растворяясь в чувствах и забывая о существовании внешнего мира. Я могла бы провести в этой спальне вечность. И это пугало.

Глава 20

Пробуждение вышло не из приятных. Я очнулась от резкого хлопка дверью и еще несколько секунд пыталась определить, где нахожусь. При свете дня комната казалась еще более безликой.

— В тебе есть хоть капля собственного достоинства? — без какого либо предисловия начала Элайза. Она окинула взглядом разворошенную постель и презрительно сморщила свой аристократический носик. Леди Эйр была чем-то неуловимо похожа на свою сестру Малию, но в последней было больше такта и радушия. Хотя откуда мне знать, как бы мать Райнера отреагировала, найдя меня в постели с ее сыном. Впрочем, самого Райнера в комнате не наблюдалось. — Ты испортила жизнь сначала одному моему племяннику, а теперь принялась за другого? И хватает же стыда скакать по чужим постелям!

Я была в корне с ней не согласна, особенно с тем, что испортила жизнь Эйдену. Но вместо злости меня удушливой волной затопил стыд. С ее стороны это так и выглядит, и доказывать что-то совершенно бессмысленно.

— Отвечай! — повысила голос темная.

— Вы не могли бы дать мне время, чтобы я могла привести себя в порядок? А потом мы бы переговорили, — ровным тоном спросила я.

— Нет, ну вы посмотрите на нее, она даже не стыдится своего положения! Будь ты темной, тебя бы наказали по всей строгости! — я пыталась уловить суть ее претензий, но до меня плохо доходило. Похоже, мой цвет волос ввел леди в заблуждение, и никто так и не просветил ее насчет моего происхождения.

— Выйдите, пожалуйста, — еще раз попросила я.

Элайза все же соизволила покинуть спальню, что лишь отсрочило выяснение отношений. По ее лицу было понятно, что разговора с унижениями мне не избежать.

В умывальной комнате я застыла перед большим зеркалом, рассматривая свое отражение. Волосы выбились из косы и торчали в разные стороны, ошибкой было обрезать их так коротко. На шее и ключицы было множество мелких синячков и следов от укусов…я покраснела, вспоминая некоторые эпизоды ночи, и плеснула в лицо холодной водой.

На кушетке кто-то оставил простенькое платье, и я справедливо решила, что оно предназначалось мне. Простенькое оно было лишь по меркам аристократов, поскольку на нем почти не наблюдалось никаких камней и вышивки. Неужели Райнер постарался? Эта мысль была приятной.

Как оказалось, Элайза ушла не слишком далеко. Она дожидалась меня в гостиной, расположившись в одном из кресел, на столике перед ней дымилась чашка с каким-то отваром. Она чинно поставила ее на место, когда я открыла двери, и метнула глазами в соседнее кресло. Все ее поведение говорило о том, что она считает себя гораздо выше меня и имеет право указывать.

— В тебе что-то изменилось, — она цыкнула и прошлась по мне внимательным взглядом. — Перестала носить миражник, улучшающий внешность? С ним ты выглядела гораздо лучше и не так блекло.

— Мы здесь, чтобы обсудить мою внешность?

— Воспитание у тебя тоже хромает. В какой подворотне Амалия тебя нашла?

— В такой, где не ступала нога аристократа. Будете меня и дальше оскорблять, или все же обсудим насущный вопрос?

— А тебя так просто не проймешь, — с толикой уважения констатировала темная. Хотела разозлить или довести до слез? — Что ты хочешь от Райнера?

— Знаете, пока вы не задали этот вопрос, я даже не думала что-то от него хотеть, — я усмехнулась, наблюдая за тем, как она едва сдерживается.

— Сколько? — прямо спросила она, и я растерялась. Видимо, Элайза расценила мое замешательство по-своему. — Сколько ты хочешь? Я заплачу, и ты оставишь мою семью в покое.

— Мне не нужны ваши деньги.

— Конечно, конечно. Все вы, подстилки, так говорите, но еще ни одна не отказался от золотых, — она достала из сумочки кошель и кинула на столик прямо передо мной. Кошель с грохотом приземлился. Я не отрывала от него взгляда, подбирая цензурные слова для ответа. — Ты стравила моих родных между собой! Будь добра исчезнуть до того, как братья поубивают друг друга!

— Что? Эйден здесь? — я подскочила из кресла, и одновременно с этим где-то на улице раздались крики. Драх!

— Это все из-за тебя! — крикнула мне вслед темная.

И была права.

Причину всеобщего переполоха оказалось не сложно отыскать, прямо возле крыльца собралась по меньшей мере половина слуг и жителей дома. Я протиснулась сквозь каких-то мужчин и наткнулась взглядом на избивающих друг друга Эйдена и Райнера. У первого была рассечена бровь, и кровь из раны заливала правый глаз, рубашка превратилась в лохмотья, а брюки невозможно было разглядеть под слоем грязи. Лицо Райнера почти не пострадало, чего нельзя было сказать о его одежде. По всей видимости, драка продолжалась довольно долго и по свирепости лиц и движений не собиралась заканчиваться в ближайшее время.

— Не лезь, — чья-то рука схватила меня за плечо, останавливая. Я собиралась закончить этот балаган и разнять Эйров. Развернувшись, увидела перед собой Калвера Солта, наставника и дядю дерущихся. — Пусть разберутся между собой. Это уже давно должно было произойти.

Закладка:

Как раз в этот момент Райнеру удалось повалить брата на землю и навалиться сверху. Эйден, до этого не применяющий магию тьмы, вдруг выпустил силу, отталкивая от себя брата. Но, вопреки моим ожиданиям, Райнера не откинуло на другой конец двора, напротив, он впился в тьму брата и потянул на себя.

Эйден выгнулся и зарычал, пытаясь скинуть младшего и оборвать отток силы. Я впервые наблюдала, как действуют ловцы, и от этой картины в жилах стыла кровь. Эйден бессильно бился в путах брата, как муха в ловушке паука, а сам ловец не торопился осушать его полностью, а пил силу мелкими глотками. Лицо Райнера стало жестким и хладнокровным, черты лица заострились, а губы сжались в тонкую линию. Такого Райнера я не знала.

— Хватит! — закричала я, отталкивая наставника темных.

Все внимание окружающих с потасовки переключилось на мою скромную персону. Ловец поднял на меня безжизненный взгляд, и я с огромным трудом заставила себя не отшатнуться. Ну с кем не бывает? Говорят, я тоже выгляжу не слишком приятно во время транса.

Он перевел взгляд на корчащегося брата и, зло усмехнувшись, отпустил его. Эйден перевернулся на бок и, сплюнув кровь, посмотрел прямо на меня. На двор опустилась неприятная тишина. Мне показалось, что теперь всем слышно, как оглушительно громко бьется мое сердце.

— Всем разойтись, — командным тоном произнес Калвер, и никто не осмелился нарушить его приказ.

После того, как слуги исчезли, во дворе остались только братья, их дядя и я. Райнер не подходил ко мне, стоя в стороне, и я не знала, как реагировать на его поведение.

— Это все твоя вина! — прилетело мне в спину от запыхавшейся Элайзы. Она вылетела на крыльцо, оценила обстановку и, причитая, кинулась к поднявшемуся с земли Эйдену. Я приблизилась к Райнеру, игнорируя его тетку, и неловко застыла напротив.

— С тобой все в порядке? — тихо спросила у него. Ловец неотрывно смотрел в мое лицо, словно пытался найти там ответы на только ему известные вопросы.

Может быть, он думал о том, зачем вообще таскается за невзрачной отступницей? Или зачем идет из-за нее против своей семьи? Если бы он спросил об этом вслух, я, возможно, нашла бы в себе силы честно ему ответить. Проклятый эрий делал из него моего раба, тогда как сам ловец об этом даже не догадывался.

— Это была ты, там, в подземелье? — внезапно спросил Эйден. Он отодвинул от себя Элайзу и шагнул ко мне навстречу.

— Я.

— Так ты не только шлюха, но еще и убийца! — он зло сплюнул в сторону и окинул меня уничижительным взглядом. Райнера дернулся к нему, но я заступила ему дорогу.

— А ты не шлюха и убийца? — спокойно переспросила я у темного. Мои слова сильно задели Эйдена, его глаза потемнели, а кулаки сжались. Неужели набросится на меня? Я с удовольствием с ним подерусь. — Можешь не отвечать на этот вопрос, он был риторическим.

— Как ты смеешь так разговаривать с высшей кровью? — заступилась за племянника Элайза. — А я предупреждала, что возня с плебейками не доведет до добра. Мальчики, вы разве не видите, что она пытается вас поссорить?

Я больше не собиралась во всем этом участвовать, на душе было погано и мерзко от сложившейся ситуации. Более унизительный момент в моей жизни сложно было отыскать. На крыльце стояли Венира и леди Малия, по их лицам не сложно было догадаться, что они обе стали свидетелями разборок.

— Ты как? — спросила подруга, когда я поравнялась с ними. Я кивнула головой, давая понять, что со мной все в порядке. Леди Малия молчала, но выглядела гораздо лучше, чем когда мы виделись в последний раз. Уничтожение последней части артефакта, очевидно, пошло ей на пользу.

— Я рада, что вам стало лучше, — сказала я направилась в свою комнату.

Сбор вещей не занял много времени, поскольку их у меня и не было. Я не стала переодеваться в свой костюм, чтобы не привлекать на улицах лишнее внимание, вряд ли семейка Эйров обеднеет из-за одного платья.

В комнату вошел хмурый Райнер и уставился на меня своим излюбленным взглядом.

— Уходишь? — спросил он. — Я устал за тобой гоняться. Поэтому спрашиваю в последний раз…

— Прощай, — оборвала я его, собравшись с духом. — Это того не стоит.

Дверь покоев закрылась за моей спиной, отрезая меня от ловца. Теперь уже навсегда.

Все встреченные в коридорах дома слуги косились на меня странными взглядами. Наверняка подслушивали, и теперь несмываемое клеймо подстилки темных светилось у меня прямо на лбу. Плевать. Надеюсь, больше этих людей я не увижу.

А тем временем во дворе развернулась новая драма. Почти все семейство Эйров, кроме высокопоставленного папочки, само собой, собралось для выяснения отношений. Звездой ссоры, как всегда, выступала Венира. Элайза и Малия стояли зареванными, пока подруга переругивалась о чем-то с Эйденом.

— Да ты у нее должен в ногах ползать за спасение матери! — выплюнула Венира и наконец-то заметила меня.

— Уходишь, — понимающе сказала она и бросила взгляд на поместье. — Приятно было познакомиться!

— Ты куда? — схватила ее за руку Малия. Я застыла как вкопанная, наблюдая за этой душераздирающей сценой. Малию можно было понять, вчера она обрела дочь, а сегодня уже снова с ней расстается. Мне не хотелось быть причиной страданий еще и этой женщины.

— Оставайся! Я не пропаду. В конце концов, у меня здесь брат живет неподалеку.

— Шутишь? Здесь плебеев не жалуют, так что придется тебе меня еще потерпеть, — отшутилась она. — Леди Малия, леди Элайза…спасибо за гостеприимство, но нам пора. Мир темных тесен, так что мы еще увидимся.

Эйден еще очень плохо знал свою новоиспеченную сестру, поэтому схватил ее за руку в попытке остановить. Не знаю, что на него повлияло, истерика женщин или просто желание показать, кто в семье Эйров главный, но он допустил ошибку. Венира вывернулась из его захвата в два счета и угрожающе наставила клиндар. После того, как темная приобрела эту способность, она старалась при любом удобном случае это продемонстрировать. И я ее в этом не винила, ведь темные уважают только силу.

— Руки убрал, — выплюнула она.

Эйден больше не предпринимал попыток ее остановить, лишь напоследок бросил на меня гневный взгляд, словно я снова была виновата во всех его бедах. В чем-то он, конечно, был прав.

— А как же Райнер? — спросила Венира, когда мы отошли от поместья ее родителей. — Я думала, у вас все серьезно.

— Нет никаких нас. Он просто раб своих желаний, и моя обязанность — помочь ему разорвать или хотя бы ослабить эту связь. Надеюсь, если мы не будем контактировать продолжительное время, то это поможет.

— Ты любишь его? — вдруг спросила темная, а я не готова была признаться в этом даже себе.

— Не важно. Я не та, кто ему нужен…

— Прости, но ты слишком много на себя берешь, — оборвала меня подруга, а я чуть было не споткнулась от неожиданности, настолько ее тон был резок. — Почему решаешь за него? Расскажи ему об этом эрии или как его там, и будет тебе счастье. Райнер уже взрослый мальчик.

— Я боюсь. Боюсь его реакции и того момента, когда он поймет, что его желания навязаны. Нет. Лучше я сама поставлю точку во всей этой истории.

— Ладно, вы оба взрослые люди, думаю, разберетесь.

По правде говоря, мне гораздо проще было участвовать в заговоре, проникнуть в академию и даже разрушить артефакт, чем строить отношения.

Причина разлада между братьями произошла из-за болезни Малии, но теперь, когда она здорова, между Райнером и Эйденом не осталось причин для ненависти. Кроме меня, конечно же. Когда наша с ловцом связь ослабнет, а Эйден остынет и пораскинет мозгами, они наконец-то смогут помириться и стать семьей. Не знаю, какая участь ждет Калеба, но даже если он никогда не вернется, это пойдет Эйрам только на пользу.

Очень скоро на самокопание у меня практически не осталось времени. Ролан великодушно разрешил нам с Венирой остаться у него. Брат настаивал, что я такая же Рид, как и он, и вправе чувствовать себя в родовом поместье хозяйкой. Нужно ли говорить, что хозяйкой я себя не ощущала? Я даже не считала, что имею право носить эту высокородную фамилию.

Закладка:

Два дня мне понадобилось, чтобы окончательно понять, что мое место не здесь, не среди аристократов и тем более темных. Тогда я и приняла решение, что покину Нилек, как только все разрешится.

А дальше все закрутилось с такой скоростью, что я только и успевала менять наряды для встреч с новыми представителями власти.

Новоиспеченный король назначил нам с братом аудиенцию, и, как не сложно догадаться, отказаться мы не могли. Да и не хотели. У брата было и без того по горло проблем: Западные земли охватила лихорадка темных, женщины срывались все чаще, а на границах из-за этого начались волнения. Простые люди больше не хотели соседствовать с сумасшедшими чудовищами и бежали подальше от проблем, бросая свое хозяйство и жилье.

От ордена Тьмы осталась в лучшем случае треть. Я слышала от брата, что управление взял на себя Эйден и вполне неплохо с этим справлялся. Но темных и тем более ловцов было слишком мало, чтобы сдерживать охватившие Западные земли волнения. Нам были нужны союзники, и как можно скорее.

Однако перемены настигли не только земли темных, но и все Литтайское королевство. Новость о смерти короля поблекла на фоне раскрытого сопротивлением заговора. Только ленивый не слышал о дочерях Тьмы и предательстве Марнера Первого. И в этом была заслуга советника нового короля. Обширная сеть информаторов разнесла эту весть в каждый уголок Литтаи. Я прекрасно понимала, что сделано это было не для восстановления чести и достоинства Августы и ее соратниц, а скорее для уничтожения репутации Марнеров.

Новым королем стал молодой и амбициозный представитель одной из влиятельных семей Литтаи. Почему именно он? Я не знала ответа, мы с ним никогда не пересекались ранее, и я совершенно не имела представления о нем как о человеке. Среди других известных мне аристократов он выделялся только цветом волос, которые подозрительно отливали в рыжину. И все это было бы лишь моими пустыми домыслами, ничем не подкрепленными на деле, если бы советником при молодом короле не стал Артур. Тот самый неприметный мужчина, возглавляющий сопротивление.

При первой нашей встрече он молчал, позволяя королю разводить демагогию о дружбе наших народов. Я слушала его вполуха, не сводя глаз с советника, который делал вид, что видит меня и Вениру впервые.

Итогом этой встречи стало заключение предварительного договора о взаимопомощи в такое сложное для Литтаи и Западных земель время. Конечно же, на словах. Словам я не доверяла. Однако мы почти сразу же получили в свое распоряжение несколько сотен солдат для наведения порядка в темных землях. Еще одним жестом доброй воли со стороны новой власти стало освобождение Лейн. И все это взамен на старый свиток с фамилиями предателей, который я украла у собственного отца.

После этой результативной, но набитой пафосными речами аудиенции короля я больше не видела. И на следующую встречу нас пригласил советник Артур лично. Вот от этой встречи я не ждала ничего хорошего, впрочем, как и мой брат.

— Мира, ты мне доверяешь? — спросил Ролан. За прошедшее время брат сильно изменился, стал более жестким и решительным. Но все еще не растерял свое милосердие и чувство справедливости. Я гордилась им.

— Конечно, — ответила я, не задумываясь. — Думаешь, нам стоит готовиться к войне?

— Войну мы не потянем. Не сейчас, когда от ордена почти ничего не осталось, а наши женщины в таком тяжелом положении. И Артур бы с радостью добил нас, если бы королевская казна не была в такой сильной зависимости от Западных земель. И самое главное, он боится оступиться и проиграть. Но будь уверена, как только он просчитает все риски… в общем, к этому моменту мы должны быть готовы.

Я кивнула, прекрасно понимая, что он имеет в виду.

— Возможно, сегодня ты услышишь то, что тебе очень не понравится. Но ты должна довериться мне. Я никогда не наврежу своей семье.

— Я понимаю. Ты ведь в курсе, что Артура я знаю не понаслышке. Тот еще тип. Действуй, как считаешь нужным. Если нужно врать — ври, не задумываясь. Против него невозможно играть по правилам. Ну, не мне тебя учить.

— Это непривычно, — ответил Ролан, задумчиво смотря в окно кареты. — Знать, что от твоих решений зависят судьбы такого большого количества людей, как будто держишь в собственных руках их жизни. Это пугает и развращает. Власть развращает. Что, если однажды я превращусь в отца, отдающего приказы убивать неугодных женщин?

— Ты справишься. Я точно это знаю! — ответила я и взяла его за руку. — Ты никогда не стремился к власти, скорее делал все, чтобы ее избежать. Именно поэтому из тебя получится прекрасный глава. Помни об ошибках наших отцов и найди свой путь.

Мы ненадолго замолчали, погрузившись в собственные мысли.

— Спасибо, сестренка, — через некоторое время проникновенно ответил Ролан. Я кивнула головой и легко улыбнулась.

В старинном кабинете собрались представители всех трех семей основателей. Род Вэй представлял уже знакомый мне отец Ники, а от лица Эйров присутствовали Эйден и Венира. Райнера не было. Я одновременно и хотела, и не хотела его сегодня увидеть. Часть меня до последнего надеялась, что ловец придет хотя бы ради меня. Но этого не случилось, и мое настроение, вопреки здравому смыслу, резко ухудшилось. Я ведь должна радоваться? Мой план по отдалению друг от друга работал, и Райнер, должно быть, медленно, но верно освобождался от навязанной связи. Было ли мне от этого легче? И да, и нет. Я сильно по нему скучала.

Помимо Артура на этой встрече присутствовал Лестер с отцом и еще несколько неизвестных мне личностей. Я была готова на что угодно поспорить, что все они имели прямое или косвенное отношение к сопротивлению.

В переговорах по сути участвовали только три человека: брат, Эйден и Артур. Остальные лишь вежливо молчали, изображая мебель. Когда через несколько часов споров и торгов официальный мирный дорогой был все же составлен, Артур предложил скрепить его клятвой на крови.

— Нет! — жестко ответил Ролан. От его голоса с меня даже слетело полусонное состояние. Все обернулись на моего брата. — Моя семья однажды уже имела неосторожность принести подобную клятву, я не собираюсь повторять их ошибку.

— Поддерживаю, — ответил Эйден и впервые за время встречи посмотрел на меня.

— Вы должны понимать, что король и так во многом вам уступил. Клятва крови — лишь малая толика того, чем вы ему обязаны. К тому же, как еще вы подтвердите то, что не замышляете ничего против нас? — спросил Артур.

— Нашего честного слова будет достаточно. В противном случае договор придется пересмотреть. Вы не доверяете темным? И к слову о долге. Мне казалось, что темные уже сполна расплатились за вашу помощь. Мы вам безмерно благодарны и заверяем вас в своих дружеских намерениях.

— Что помешает вам или вашей сестре напасть на короля? Я не привык полагаться лишь на слова.

— Но вам придется, — жестко сказал Ролан и подал мне тайный знак. Я незамедлительно выпустила силу, и густая удушающая тьма мигом заполонила все пространство вокруг стола. Я отринула все эмоции и мысли, погружаясь в боевой транс, чтобы продемонстрировать своим лицом наши самые серьезные намерения. Где-то сбоку подавился вздохом отец Аники, Эйден замер, не отводя от меня взгляда. — Как вы уже могли заметить, моя сестра расстраивается, когда речь заходит о клятвах. У нее уже был печальный опыт. Но не сомневайтесь, в трудный для Литтаи час она с радостью придет вам на помощь. Из чувства долга, конечно же.

В кабинете повисла оглушающая тишина. Я лениво потянула силу обратно.

— Действительно впечатляет, — сказал Лестер. Артур бросил на него предупреждающий взгляд, и Рыжик понимающе замолк.

— Что ж, думаю, к этому вопросу мы сможем вернуться позже, — выдавил Артур.

По его лицу было понятно, что эту демонстрацию силы он нам еще припомнит, но я предпочитала доверять решениям брата.

Глава 21

Полгода спустя

Вопреки желаниям, мне пришлось задержаться в Нилеке еще на несколько месяцев. Западные земли лихорадило, и я просто не решалась бросить брата одного на растерзание другим семьям темных. А желающих прибрать его место к рукам нашлось неожиданно много, и среди прочих там затесалась семейка Вэй.

Закладка:

Когда с распрями и устрашением несогласных было покончено, встал новый вопрос: как помочь темным женщинам, у которых проявилась сила? Кто-то справлялся самостоятельно, кому-то помогала поддержка семьи и ордена. Но людей на всех не хватало, и к тому же далеко не каждая семья принимала проблемную родственницу.

За несколько месяцев случилось несколько холодящих душу историй с самосудом и последующим убийством обычных темных женщин, которые даже не были на грани безумия. Расследование этих дел взял лично под свой контроль орден Тьмы и Эйден в частности. Виновных показательно казнили прямо на центральной площади Нилека, как в старые недобрые времена. О новых расправах мы больше не слышали, но это совсем не значило, что их не было.

В один из дней к нам с братом заявились Элайза и…моя мать. Честно говоря, я не была готова к этой встрече.

— Лорд Рид, как долго вы собираетесь бездействовать? — почти с порога начала сыпать претензиями Элайза.

— О чем вы? — спросил ее брат.

— Разве вы не видите, что ваши методы не работают? С каждым днем гибнет все больше темных женщин! Семьи отказываются от девушек, а бедняжкам даже некуда идти! — экспрессивно вещала темная. Мирия безмолвно стояла в стороне, лишь изредка бросая на меня взгляд.

— Ближе к делу! — прервал темную Ролан.

— Нам нужен приют для женщин! Если вы дадите разрешение, я самолично возьму на себя организационные вопросы и управление. У меня двадцатилетний опыт в уходе за темной!

Мы с Роланом мигом переглянулись. И как я сама до этого не додумалась?

— Я согласен. Приступайте, леди.

Должна признать, что это было отличным решением. Элайза управилась в рекордно короткие сроки. Я даже начала подозревать, что здание для приюта она присмотрела еще до нашего разговора. Моя мать помогала ей во всем.

У судьбы было хорошее чувство юмора, и теперь, когда насущный вопрос с организацией приюта был решен, я вслед за Венирой отправилась в рейды по выявлению темных. Подруга уже два месяца колесила по Западным землям в паре с Риком. Как последнего угораздило так влипнуть, я не представляла. Зато хорошо представляла, как они проводят свободное время вместе. Слухи об их неприязни к друг другу порождали все новые и новые сплетни.

Лин, временно оставшийся без напарника, слонялся по Нилеку как неприкаянный, выполняя различные поручения брата. Именно поэтому я без долгих размышлений позвала его с собой.

Мы направились в северную часть наших земель и за месяц обнаружили больше проявленных, чем любая другая группа. Лин, конечно же, был уверен, что все дело в его неотразимости и профессионализме, и на каждом привале не забывал об этом напоминать. Я смеялась над ним до колик в животе, особенно когда узнала, что его полное имя переводится с древнего языка как «ландыш».

Но если подходить к вопросу серьезно, то никакое везение и бандитская физиономия Лина не были причастны к этим заслугам. Все дело было в моих увеличившихся способностях, я просто напросто чувствовала своих сестер по силе, даже не прикасаясь к ним.

Когда очередная партия девушек была направлена нами в Нилек, я вспомнила о своем давнем обещании навестить родной приют. Лина долго уговаривать не пришлось, наоборот, он даже воспарял духом, услышав о доме, где обитают одни девушки.

Через несколько дней я стояла напротив полуразвалившегося и пустующего здания и чувствовала в душе пустоту. Где искать Инес? Что стало с Клариссой и другими девчонками?

Ответы на эти вопросы не заставили себя долго ждать. Ландыш завалился в местную таверну и за пару минут узнал все о моем бывшем приюте. В том, что темный не такой простачок-дурачок каким пытается себя выставить, я поняла уже давно, а теперь еще и воочию увидела методы его работы. Теперь понятно, почему Райнер так дорожит своей командой.

Райнер. Уже несколько дней я не вспоминала о ловце, хотя до этого раза продержалась почти неделю. Сначала сны о нем чуть не сломали мою выдержку, хотелось наплевать на все предрассудки и просто жить… Но усилием воли мне удалось задавить все свои желания. Правда, с мыслями дела обстояли гораздо хуже, но со временем и они почти сошли на нет. Как он там? Уже нашел себе новый объект для преследования? А впрочем, это не мое дело…

После моего отъезда приют просуществовал еще два года. Перед очередной проверкой Кларисса просто исчезла, прихватив с собой все деньги, предназначенные для возведения нового здания. Ее так и не нашли. Сильвия и Инес успели выпуститься годом ранее, а оставшихся девушек перераспределили в другие приюты.

Отыскать Сильвию не составило большого труда. Она умудрилась выскочить за престарелого владельца аптеки и после его смерти в обход других его родственников прибрать к рукам все имущество. Честно? Я даже не удивилась, услышав эту историю. Сильвия всегда была пробивной.

Старинное здание аптеки находилось в самом центре нашего небольшого городка. Я толкнула тяжелую дверь, и в нос ударил запах настоек и трав. За прилавком обнаружилась какая-то незнакомая девчушка лет четырнадцати.

— Здравствуйте, — пролепетала она, с ужасом рассматривая мое облачение и перевязь с клинком на бедре. — Вааам что-то подсказать?

— Да. Могу я увидеть владелицу?

— Гггоспожу Сильвию? — продолжила побледневшая девушка. Она растерянно обернулась на приоткрытую дверь за ее спиной и, сглотнув, повернулась ко мне. — Она… ее сегодня нет.

Это была ложь. Надо же, она меня до заикания боится, но все же соврала, выгораживая хозяйку.

— Лира, приготовь чай, — сказала появившаяся из-за той самой двери Сильвия, и девчонка от неожиданности подпрыгнула. Я еле сдержала смех. — Мне нужно переговорить со старой знакомой.

— Нооо, — глаза Лиры метались между хозяйкой и моим клинком. Девчонка явно была настроена защищать Сильвию до самого конца.

— Иди, все нормально, — более сурово ответила моя старая знакомая, и Лира наконец-то послушалась.

Сильвия всегда была симпатичной, а теперь же превратилась в настоящую красавицу. Она вышла из за прилавка и встала напротив меня, окидывая заинтересованным взглядом. Я ответила ей тем же, и тут мой взгляд зацепился за внушительных размеров живот.

— Поднимемся в мой кабинет? Там нам никто не помешает, — она приглашающее махнула рукой в сторону лестницы, и я не нашла причин для отказа.

На втором этаже находилась небольшая комната с кроватью и письменным столом. Убранство комнаты не пестрило роскошью, но выглядело все чисто и аккуратно.

Как только мы уселись за стол, в помещение влетела Лира и бухнула перед нами поднос с чайником и какими-то печеньями. Управилась девчонка в рекордные сроки.

— Спасибо, можешь вернуться за прилавок, — распорядилась хозяйка, и Лире ничего не оставалось, кроме как послушаться, Она поджала губы и медленно поплыла в сторону лестницы. Цирк.

— Забавная.

— За последнюю неделю на нас дважды покушались. Она приняла тебя за наемницу, — спокойно сказала Сильвия, а я чуть не поперхнулась чаем.

— Проблемы с новоиспеченными родственниками?

— Надо же, ты всего пол дня в городе, а уже все успела узнать.

— Откуда ты знаешь про полдня? — переспросила я, отпивая чай. Сильвия лишь загадочно улыбнулась.

— Так зачем ты здесь?

— Была в рейде неподалеку и решила узнать о судьбе приюта. Расскажешь, что случилось?

— Раз ты обо мне все выяснила, то и о истории Клариссы наверняка знаешь, — я утвердительно кивнула. — Мне нечего добавить к общеизвестным фактам, я к тому времени уже покинула приют, как и Инес.

— Ты знаешь, где она? — нетерпеливо спросила я, а Сильвия не выдержала и заливисто рассмеялась.

— Ты ни за что не поверишь! — сказала она, утирая слезы. — Твоя блаженная подружка попала в богатый дом экономкой и через полгода выскочила замуж за сына хозяина. Папаша подарил новобрачным кучу денег на открытие своего дела, и они счастливые укатили в соседний город. Мы всю жизнь над ней смеялись, а она взяла и вышла замуж за красивого и молодого, да еще и по любви. Я видела их пару раз, когда бывала на закупках. Они отвратительно счастливы.

Закладка:

— Да уж… — у меня не было слов. Жизнь моей приютской подруги сложилась так, как она всегда мечтала, и это не могло не радовать. Я чувствовала себя глупо, вспоминая то, что наговорила ей в последнюю нашу встречу.

— Но ты, конечно, переплюнула нас всех. Каким образом тебя занесло к темным?

— Потому что я тоже темная, — подняла руку, призывая немного тьмы для демонстрации, и не сводила с нее взгляда, ожидая реакции. Ей удалось меня удивить.

— Ясно. Ты всегда была странной, — вот и все, что сказала она.

Мы помолчали, допивая чай. Я все никак не могла уложить в голове новости о Инес. О чем думала Силь, трудно было сказать.

— Ты была права, — внезапно сказала она. — Это Кларисса разнесла обо мне слухи. Не Инес.

— Мне жаль, — искренне ответила я, и разговор увял.

Чай был допит, неловкая тишина, повисшая в комнате после ее признания, напрягала с каждой минутой. Кларисса умудрилась искалечить нашу детскую невинную дружбу, и я не представляла, как все исправить.

— Так ты здесь живешь?

— Временно. Это вынужденная мера, — она выразительно поморщилась. — Завтра состоится слушание по моему делу. Закон на моей стороне, и от меня требуется только дожить до этого времени.

— Все настолько серьезно? Тебе нужна помощь? — серьезно спросила я.

— У меня все под контролем, но спасибо, что спросила. Однако у меня есть встречное предложение. Вы остановились на постоялом дворе у Марты? Можешь не отвечать. Скажу только, что там на редкость отвратно, но другого постоялого двора у нас, как ты знаешь, и нет. Предлагаю вам погостить в моем новом доме. Там гораздо лучше.

— И за дно тебя прикроем? — с усмешкой спросила я. У Марты и правда было отвратно, и я с радостью приму щедрое предложение Сильвии, просто хотелось бы узнать, насколько все плохо.

— Мне удалось пережить несколько нападений, так что на свою защиту я не жалуюсь. Но к чему упускать такой шанс? Думаю, список желающих снять мою голову, значительно уменьшится, как только они увидят тебя рядом со мной.

— Что ж, мы с напарником не против размяться.

Мы не собирались задерживаться в этом городе надолго и планировали отбыть в Нилек уже на следующий день. Но нашим планам не суждено было сбыться. Лин, попавший под чары Сильвии, каждый день придумывал новую причину, из-за которой нам непременно следует задержаться. В первую же ночь он умудрился покалечить какого-то наемника и, продержав его еле живого в подвале до рассвета, притащил на суд.

Это обстоятельство сыграло на руку Сильвии, она показательно разрыдалась на суде, все время поглаживая свой округлый живот, и у присяжных просто не осталось выбора. Оба сына ее почившего мужа в тот же день были приговорены к ссылке на каторгу.

Но Лину этого было мало, он хотел убедиться, что больше не осталось желающих навредить этой беззащитной прелестной девушке. Я смотрела во все глаза на прожжённую хитроумную Сильвию и никак не могла понять, о чем он талдычит. Эта барышня имела связи и доносчиков во всех злачных местах города, скорее она представляла опасность для окружающих, а не наоборот.

Через две бесконечные недели мне все же удалось вытащить его из-под ее каблука, и мы наконец-то отбыли домой.

К тому времени, как мы вернулись домой, в Нилеке уже во всю бушевала весна. В воздухе витал особенный запах, какой бывает только после пробуждения природы. Серые унылые пейзажи наполнялись яркими красками, а звуки природы прекрасно дополняли эту картину. Я обожала весну и лето, эти времена года вселяли в меня вместе с солнечными лучами надежду и вкус к жизни.

Приют для темных уже давно открыл свои двери для всех обездоленных девушек и во всю процветал. Элайзе даже пришлось выбивать из брата деньги на постройку еще одного здания. На практике оказалось, что у темных не так уж и мало женщин. Конечно, их все еще было гораздо меньше, чем мужчин, но, судя по все вновь и вновь прибывающим, дела обстояли не так плачевно, как мы привыкли думать.

Не мудрено, что вслед за девушками в Нилек стали съезжаться мужчины брачного возраста. Ролан был рад, что Калеб своей политикой не успел серьезно навредить общей демографии темных, и недальновидно дал разрешение на ухаживания за подопечными Элайзы. Последняя, в свою очередь, как только узнала об этих новостях, чуть не разнесла наше родовое поместье. Эти девушки заменили Элайзе собственных детей, и она готова была рвать на куски всех, кто покушался на ее гнездо.

Ролану пришлось отступить. Не то чтобы Элайза была полностью против брака этих несчастных девушек. Просто она справедливо считала, что для таких разговоров еще слишком рано, поскольку они не в полной мере освоили контроль над своей новой силой. К слову, моя мать точно так же теперь проживала в приюте на постоянной основе и была одной из наставниц по воспитательной работе.

Калеб исчез. Эту шокирующую новость я узнала от Вениры, которая вернулась из рейда гораздо раньше меня.

— Как это возможно? — оторопело переспросила я у нее. Мы обосновались на берегу небольшого озера, которое находилось недалеко от приюта темных. Элайза выбрала поистине потрясающее место. Приют находился в нескольких часах езды от города, здесь почти не бывало посторонних. Это было необходимо для безопасности, ведь темные девушки даже сами того не желая могли навредить обычным людям.

— Не знаю, Лестер сказал, что в один из дней он просто исчез из камеры, — ответила подруга, откусывая булочку.

— Лестер сказал? Вы общаетесь?

— Он пишет мне письма, — немногословно ответила темная и засунула побольше выпечки в рот, чтобы не отвечать на невысказанный вопрос.

— Ясненько. Что-то я не верю в его внезапное исчезновение.

— Я тоже.

— Слушай, давно хотела спросить. Однажды рыжий засветил передо мной клинок темных. Он случайно не твой?

— Догадалась, да? — тяжело вздохнув, ответила она. — Мой. Пожалуйста, не спрашивай, почему он у него.

— Ладно, — ответила я, и разговор плавно перетек на обсуждение наших рейдов.

Рассказы о страданиях бедняги Рика, которому выпало тяжелое испытание сопровождать в рейдах Вениру, можно было слушать бесконечно.

Так же она рассказала, что какое-то время гостила в поместье родителей. С ее слов я поняла, что с Малией у нее установились довольно теплые отношения. Как и с наставником темных, который также являлся ее дядей, но, судя по тому, сколько времени он проводил возле ее материли, она не исключала, что рано или поздно он станет ее отчимом.

— Ты простила ее?

— Знаешь, это сложный вопрос. Есть ли за что ее прощать? Ей и так досталось. Я всю жизнь думала, что мать меня бросила, но все оказалось не так просто. Мне в какой-то степени жаль эту женщину, она только поправилась, и тут же один из сыновей практически отрекся от нее, а второй вообще шляется неизвестно где.

Я затаила дыхание, стараясь не упустить ни одной детали. Райнер пропал? Именно этот вопрос я ей и задала.

— А я все думала, когда же ты спросишь. Не то чтобы пропал. Он уехал полгода назад, никому ничего не сказав, и так и не появлялся. Только в раз месяц шлет матери пару строк о том, что жив и здоров, и даже обратный адрес не указывает. Говнюк.

— А с Эйденом что?

— Я не знаю, как ты терпела его все это время. Он невыносимо упертый, как баран. Сказал, что никогда не простит матери измену. Хотя, справедливости ради, они с Солтом ведут себя крайне прилежно, да и вообще я считаю, что Калебу она ничем не обязана.

Время близилось к закату, и воздух заметно посвежел. Мы собрали свои вещи и остатки еды в корзину и медленно двинулись в сторону приюта. Это был один из самых приятных вечеров в моей жизни.

— Кстати, забыла тебя предупредить кое о чем. Здесь Аника Вэй.

До этого момента.

— Что она здесь делает? — изумилась я. Семейка Вэй потрепала нам с Роланом немало нервов, а отец Аники вообще находился на данный момент под следствием.

— Сбежала из дома. Как только услышала, что ее снова хотят отдать замуж за Эйдена. Вообще-то она не плохая.

Закладка:

— Ты серьезно? Я ведь рассказывала, как она меня унижала и смешивала с грязью.

— Она раскаивается. После того, как ее сила пришла в норму, она стала более уравновешенной и многое осознала. Я еще кое о чем хотела тебе рассказать, — Венира замерла напротив меня с серьезным лицом. — Ее уровень силы гораздо больше, чем у остальных. Думаю, если она будет упорно тренироваться пару лет, то достигнет моего уровня. И я считаю, что нам с ней нужно отправиться к маяку. Я хочу коснуться накопителя.

— Зачем? — удивленно протянула я.

— Потому что хочу увидеть все своими глазами. Я имею такое же право узнать правду, — твердо ответила она, и я поняла, что спорить с ней бесполезно.

— Ну ладно ты, а Анике то это зачем?

— Она Вэй.

— Значит, вы уже все решили. Не думаешь, что доверять эту тайну Анике не самая лучшая идея? — с намеком сказала я.

— Я чувствую, что так будет правильно.

— Ладно. Тогда я поеду с вами.

— Нет. Останься здесь. Не хочу оставлять их без присмотра. Да и мы сразу же вернемся обратно.

До отъезда Вениры я пару раз видела Анику. Она действительно выглядела более уравновешенной, но все равно не внушала мне доверия. Однако спорить с подругой не было желания.

Эпилог

Наступило лето. Яркие солнечные дни сменялись короткими теплыми ночами. Изредка чистое бескрайнее небе затягивали сизые тучи, обрушивая на нас освежающий ливень.

Здесь, в дали от городов и пыли дорог, буйство красок как никогда бросалось в глаза. Казалось, все в этом времени года было прекрасным. Все, кроме моего одиночества, которое я впервые ощущала так остро.

И это было странно, ведь меня каждый день окружали различные люди. Будь то старые постоялицы приюта или вновь прибывшие, наставницы, Элайза, моя мать…

Но никто не мог заполнить пустоту, образовавшуюся у меня в груди. И дело было даже не в Венире, хотя по ней я тоже скучала. Райнер. За последний год мысли о нем то отступали, то накрывали оглушающей волной. Временами мне удавалось обманывать саму себя. Я позволяла себе верить, что справилась с этой зависимостью. Но все неизменно начиналось снова и снова.

В последнее время я постоянно перебирала воспоминания Рид об эрии и все больше склонялась к тому, что в нашем с Райнером случае эта связь вышла какой-то неправильной. Я то уж точно не должна была страдать.

Тяжелее всего было в такие дни, как сегодня. У меня был заслуженный выходной, и с самого утра я была предоставлена сама себе. Полюбившееся озеро встретило меня утренней прохладой. Я скинула верхнюю одежду и, оставшись голышом, нырнула в воду.

Я абсолютно не боялась быть обнаруженной в таком непристойном виде. В округе на много миль не было других обитателей, а приютские на озеро не ходили. Тем более, я раскинула вокруг поисковую сеть, которая должна была защитить меня от незваных посетителей.

Но не защитила.

Когда обернулась к берегу, на миг у меня перехватило дыхание от неожиданности и страха, ведь моя сила пропустила этого гостя, не оповестив хозяйку. Однако я быстро поняла причину. На берегу, опершись на локти, полулежал Райнер Эйр и пристально следил за моими действиями. Я собралась с духом и, сглотнув образовавшийся нервный ком в горле, двинулась к нему навстречу.

Заминка произошла лишь когда вода уже не могла скрыть моей наготы, а мне как-то нужно было добраться до одежды. Райнер молча наблюдал за моими потугами, жуя какую-то травинку, и не сводил с меня наглого взгляда. Или жадного. Кто его разберет.

— Не хочешь отвернуться? — намекнула я.

— Нет? — то ли спросил, то ли ответил Райнер хриплым голосом.

— Как знаешь, — я стремительно вышла из воды. Повернувшись к нему спиной, надела сорочку, старясь унять дрожащие руки и колотящееся о ребра сердце. Райнер здесь. Он жив. Он приехал.

Вдох. Выдох. Вдох…

Когда я обернулась к ловцу, на моем лице уже была маска спокойствия. Райнер встал, отряхнул одежду и замер напротив меня. Мы стояли так целую вечность, будто в нашем распоряжении было все время мира, и нам совершенно не нужно было торопиться жить эту жизнь.

— Я кое-что привез, — ловец вытащил из кармана сверток и передал мне.

Наши пальцы чуть было не соприкоснулись, но он резко отдернул руку, словно боялся обжечься. Я с трудом вчиталась в написанное и через минуту подняла на Райнера недоуменный взгляд.

— Это письмо, — озвучила я и так всем известную истину. — От моего брата.

— Да. Точнее, это приглашение на их с Лейн свадьбу. Скорее всего, ты в курсе.

— Я в курсе, — как болванчик кивнула я, не отрывая от него взгляда. — Ты что, теперь подрабатываешь разносчиком писем?

Хотелось вцепиться в него и вытрясти всю душу. Он издевается? Приехал только ради какого-то письма.

— Проезжал мимо и решил завезти. Мне не сложно.

Проезжал мимо? Радость от встречи с ним медленно таяла. Мира, он просто проезжал мимо, а ты уже напридумывала.

— Понятно, — выдавила я из себя.

— Я пойду, — не дожидаясь ответа, он развернулся и двинулся в сторону приюта.

Я уткнулась в письмо, пытаясь скрыть свою боль, но буквы расплывались, не желая складываться в слова.

— А пошло оно все к драховой матери! — вдруг зло выкрикнул Райнер. Я подняла на него мутный взгляд и увидела, как он, яростно чеканя шаг, возвращается ко мне. — Ты! Ты задолжала мне объяснения! И мы оба не сойдем с этого места, пока ты не объяснишь мне, чем я тебе не угодил. Если объяснения меня устроят, я, так и быть, исчезну из твоей жизни навсегда, но не раньше.

Исчезнет навсегда? Эти два простых слова отравляли воздух, мешая дышать. Я вспомнила все те нелепые причины, которые придумала для себя и окружающих, чтобы оправдать свою трусость, но язык прилип к небу и отказывался произносить это вслух. Что мне ему сказать? Что год назад я до смерти испугалась своих чувств? Что проще бросить первой, чем со временем увидеть в глазах любимого человека разочарование и ненависть?

— Молчишь? — Райнер навис надо мной, подавляя. Взгляд острый, скулы натянуты от злости. — Молчи. Обдумывай каждое слово и только посмей заикнуться об эрие.

Я резко выдохнула от неожиданности и отшатнулась.

— Откуда ты…

— Оттуда же, откуда и ты. Я коснулся тебя тогда, у накопителя. Но воспоминания приходили ко мне слишком медленно, месяцами. Только недавно я смог выудить информации об этой драховой связи. Ну и недавняя встреча с сестрой закрыла все мои вопросы.

Венира меня сдала. Злилась ли я на нее? Скорее нет.

— И то, что она рассказала, мне совершенно не понравилось. Мира, я считал тебя одной из самых умных девушек. Но тебе удалось меня удивить.

— Ты о чем? — я нахмурилась, пытаясь переварить его слова.

— С чего ты взяла, что нас связывает какой-то эрий? Ты чистокровная лиэрийка?

— Ннет, — промямлила я.

— Я, по-твоему, чистокровный лиэриец?

— Нет, — кажется, я начала понимать, куда он клонит.

— Тогда какого…

— Постой! — я выставила между нами руку, потому что с каждым вопросом Райнер все сильнее надо мной нависал. — Я уловила смысл. Если это не эрий, то что? Ты — ловец, ты вообще не должен чувствовать! И та последняя ночь, это было слишком… ненормально… я испугалась.

— Ты права, я не должен чувствовать, — он зло усмехнулся, закидывая лицо к небу. — Но ты меня заставила. Ты думаешь, это просто какая-то вшивая похоть? Нееет. Это гораздо, гораздо хуже. С похотью я бы справился. Думаю, эрий мутировал вместе с первыми темными и теперь связывает не только тела. Зачем ты так со мной? Сначала даешь надежду, а потом душу выворачиваешь?

Не знаю почему, но я не смогла сдержать слезы. Соленая вода покатилась по лицу, прорывая плотину из моих чувств. Я шмыгнула носом, и Райнер наконец-то опустил взгляд обратно на мое лицо.

— Прости, — прошептала я непослушными губами. Лицо ловца перекосилось, словно от боли, и он стремительно прижал меня к своей груди.

Закладка:

— Давно. Не плачь.

Мы стояли, крепко обнявшись, и мне впервые в жизни показалось, что я на своем месте, там, куда судьба вела меня с самого первого вздоха. Я дома.

— Люблю тебя, — признался Райнер.

— Я тоже тебя люблю, — ответила, подставляя губы для поцелуя. Он легко к ним прикоснулся и вдруг широко улыбнулся.

— Я и не сомневался. Все же я лучший ловец из тех, что ты когда-либо встречала.

— Ничего, — Аника опустила руку, ощущая в душе жгучую злость.

— Будешь тренироваться, и у тебя обязательно получится. Думаю, дело в уровне силы. Мы с Мирой обе можем призывать клиндар. Когда освоишь технику, приедем еще раз.

— Она лучше меня буквально во всем!

Венира прикоснулась к накопителю первой и теперь пыталась сложить в голове разрозненные картинки прошлого, которые переплелись с настоящим. Она прошлась по полянке, куда несколько веков назад приземлились ее предки, и кроме этой здоровой махины из темного металла, ничего интересного не нашла. Мира сказала ей, что Рид закопала обломки глубоко под землю, а маяк переместила выше, на ближайшую гору. Искать его сейчас не было смысла, скорее всего, он давно вышел из строя.

— Ну, может, и лучше, — ответила Венира, и Аника поперхнулась воздухом.

— Ты разве не должна меня утешать? Сказать, что я не так уж и плоха?

— Ты не так уж и плоха, — согласилась темная. Леди Вэй надулась.

И Венира не лукавила, она и правда считала, что у Аники есть все шансы стать нормальной. Нужно лишь стряхнуть с нее аристократический налет наглости. И процесс этот доставлял ей особое удовольствие.

Начинало темнеть, и девушки двинулись в сторону дороги, где привязали своих лошадей. Противно каркнула ворона, и Венира задрала голову к сумрачному небу. Она проследила глазами полет птицы, но так и не заметила, как на склоне горы сверкнул сигнальный огонек маяка.