Серое на белом – Евгений Алексеев

Глава 1

- Бар­чук! Где бар­чук? – Это прис­лу­га ищет ма­лень­ко­го Ко­лю, сы­на по­мещи­ка Со­болев­ско­го. Ко­ля ти­хонь­ко си­дит в чу­лане и при тус­клом све­те све­чи лю­бу­ет­ся ко­леч­ком стар­шей сес­трен­ки Олень­ки. Из­го­тов­ленное из зо­лота с ин­крус­та­ци­ей мел­ки­ми брил­ли­ан­та­ми - оно ска­зоч­но кра­сиво и свер­ка­ет да­же при та­ком сла­бом ос­ве­щении.

- Вот ты где! – Стар­шая Олень­ка, как всег­да, че­рес­чур до­гад­ли­ва. – Ма­ма! Он в чу­лане! Ой, ма­мень­ка! Он мое ко­леч­ко уво­лок, ко­торое па­пень­ка на рож­дес­тво по­дарил! От­дай!

Ко­лень­ка, на­супив­шись, за­жима­ет ко­леч­ко в ку­лач­ке и за­бива­ет­ся в угол.

- Не от­дам, Оль­ка! У те­бя этих ко­лец на все паль­цы хва­тит! Это мне, зна­чит! Па­пень­ка по­нарош­ку его те­бе по­дарил! – Бур­чит он не­доволь­но, от­бры­кива­ясь но­гами от стар­шей сес­тры.

Но тут «по­дош­ла ка­вале­рия» в ви­де ма­мень­ки и гу­вер­нан­тки и ко­леч­ко бы­ло не­мед­ленно отоб­ра­но, а Ко­лень­ка по­лучил на­гоняй. Все по­пыт­ки оп­равдать­ся с трес­ком про­вали­лись и да­же усу­губи­ли си­ту­ацию, ибо в де­ло вме­шал­ся лич­но Ин­но­кен­тий Фе­доро­вич Со­болев­ский (отец се­мей­ства), ис­поль­зо­вав­ший ве­сомый ар­гу­мент – пор­ку роз­га­ми. Под уг­ро­зой рас­пра­вы Ни­колай мо­мен­таль­но глу­боко рас­ка­ял­ся и слез­но про­сил сес­тру, ма­туш­ку и, в пер­вую оче­редь, от­ца прос­тить его ра­ди Хрис­та и при­нять клят­венное за­вере­ние, что ни­ког­да боль­ше по­доб­ное бе­зоб­ра­зие не пов­то­рит­ся. За сим был про­щен ес­ли не су­ровым пат­ри­ар­хом се­мей­ства, то рас­чувс­тво­вав­шей­ся от ис­крен­ности и соз­на­тель­нос­ти ча­да ма­терью. Но урок впрок не по­шел.

Ни­колай вы­рос, но пос­то­ян­ная тя­га к чу­жим ве­щам прев­ра­тилась в сво­его ро­да пот­ребность. И все шло как по сце­нарию: во­ровс­тво, ра­зоб­ла­чение, на­каза­ние и глу­бокое тро­гатель­ное рас­ка­яние.

Да­лее, пов­зрос­лев, Ни­колай был преп­ро­вож­ден в гим­на­зию при гу­берн­ской уп­ра­ве. Вот тут мо­лодой че­ловек во­шел во вкус! У од­ноклас­сни­ков, да и у учи­телей весь­ма ско­ро об­на­ружи­лись про­пажи мел­ких пред­ме­тов оби­хода - рас­чески, пу­гови­цы, пряж­ки. Мас­терс­тво Ко­ли по прис­во­ению чу­жой собс­твен­ности дос­тигло не­быва­лых вы­сот! Прав­да, ров­но до той по­ры, ког­да Ни­колаю приг­ля­нулись кар­манные ча­сы Ди­рек­то­ра гим­на­зии.

Тут уж в де­ло вме­шались "ком­пе­тен­тные ор­га­ны" и, как ни ло­вок был ма­лец, Ни­колай был ули­чен в хи­щении и при­мер­но на­казан, а ро­дите­ли не­мед­ленно опо­веще­ны о зло­де­яни­ях от­прыс­ка. Де­ло гро­зило обер­нуть­ся скан­да­лом, но Ин­но­кен­тий Со­болев­ский был да­леко не пос­ледний че­ловек и де­ло до­воль­но быс­тро за­мяли взят­ка­ми, уг­ро­зами и прось­ба­ми к ко­му на­до в "выс­ших кру­гах". И, как всег­да, тра­гичес­кое ис­полне­ние Ни­кола­ем ро­ли из­можден­но­го му­ками со­вес­ти пра­вед­ни­ка, ос­ту­пив­ше­гося на пу­ти к свя­тос­ти, бы­ло весь­ма убе­дитель­но.

В сту­ден­ческие го­ды юно­ша убе­жал из до­ма, быс­тро прим­кнув к "от­ча­ян­ной ком­па­нии", про­мыш­лявшей по но­чам гра­бежа­ми и раз­бо­ем. В пос­ледс­твии был схва­чен влас­тя­ми и су­дим вмес­те со всей бан­дой. На су­де Ни­колай клял­ся и бо­жил­ся, что его ра­зум был по­мут­нен бе­сами, что был под­не­воль­ным ис­полни­телем всех при­хотей гла­варя шай­ки. Сдал всех по­дель­ни­ков, от­крыл мес­то­нахож­де­ние во­ров­ско­го хра­нили­ща бан­ды. В об­щем, сот­рудни­чал со следс­тви­ем как мог, по­тому как в ос­трог уж очень не хо­телось. Но суд моль­бам и сле­зам Ни­колая не внял и наз­на­чил на­каза­ние в ви­де пре­быва­ния в ос­тро­ге сро­ком на два го­да.

В ко­лонии жи­лось пло­хо и го­лод­но, да­же не смот­ря на бла­город­ное про­ис­хожде­ние и свя­зи от­ца. Ни­колай Ин­но­кенть­евич от­мо­розил ру­ки на чер­но­вых ра­ботах зи­мой и чуть бы­ло не умер от грип­па, но все обош­лось не­боль­шим ос­ложне­ни­ем на ды­хатель­ные пу­ти. Раз­го­вари­вал он те­перь с прис­вистом как бы­валый уго­лов­ник, что ему нес­коль­ко ль­сти­ло.

Но вот од­нажды Ни­колая в прек­расный зим­ний день на­вес­ти­ла ма­туш­ка с сес­трой Олей. Про­сидев с ни­ми до­поз­дна, быв­ший бар­чук, а ны­не уз­ник про­водил близ­ких до­куда поз­во­лено и, в оче­ред­ной раз ути­рая сле­зы, поб­рел на­зад в ба­рак. У вхо­да Ни­колай за­метил Гриш­ку Бе­лого, си­дев­ше­го за кар­манные кра­жи, ко­торый, наг­нувшись, что-то вы­ковы­ривал из сне­га. Он хо­тел бы­ло гор­до про­шес­тво­вать ми­мо - не прис­та­ло бла­город­но­му с без­родным як­шать­ся! Но Гриш­ка, за­метив Ни­колая, за­нер­вни­чал и, быс­тро под­няв что-то, воз­на­мерил­ся дать стре­кача. Ни­колай ус­пел-та­ки ух­ва­тить про­ныру за во­рот­ник и дер­жал креп­ко.

- Ты че­го там от ме­ня пря­чешь, кры­са без­родная? - Про­сипел он в ухо Гриш­ке. Тот сно­ва дер­нулся, но без­ре­зуль­тат­но. - По­кажи.

Гриш­ка за­мер.

- По­кажи, а то сей­час же ко­мен­данта по­зову! - Приг­ро­зил Ни­колай.

Гриш­ка, смор­щившись от до­сады, раз­жал ку­лак. На ла­дони ле­жало ко­леч­ко, то са­мое! Зо­лото мяг­ко пе­рели­валось в све­те лу­ны, а брил­ли­ан­ти­ки та­инс­твен­но мер­ца­ли.

- Дай! Это сес­тры! - Вы­дох­нул Ни­колай.

И тут, по­чу­яв, что хват­ка мо­лодо­го че­лове­ка вне­зап­но ос­ла­бела, Гриш­ка рва­нул­ся со всех сил, но пос­коль­знул­ся и упал на чет­ве­рень­ки. Ни­колай же, пре­бывая в стран­ном зат­ме­нии ра­зума, схва­тил пер­вое по­пав­ше­еся под ру­ку (ока­залось, по­лено), и со всей си­лы уда­рил по го­лове уп­рямца Гриш­ку. Глу­хо хрус­тну­ло. Гриш­ка мед­ленно за­валил­ся на бок и зас­тыл. Из ба­рака один за дру­гим вы­бега­ли зак­лю­чен­ные, со сто­роны ко­мен­да­туры спе­шили ох­ранни­ки. Ни­колай ни­чего это­го не ви­дел, он смот­рел на коль­цо сес­тры, ле­жащее у не­го на ла­дони...