Сборник рассказов

Размытые силуэты надежды

Две тени на любовь бросали взгляд:

Один запоминал души полёт,

Другой лишь внешней красоте был рад.

Им вместе быть, увы, не суждено судьбой.

Поздний вечер. В зеркале луж скользят размытые силуэты. Она – хрупкий, нежный цветок, требующий беспрестанной заботы и защиты. Он чем-то напоминал преданного щенка, готового вечно следовать за своей хозяйкой.

Её очаровательная головка полна девичьих грёз о модных нарядах и красивых парнях. А он… его мысли – о тепле и любви, о той единственной, что сейчас рядом. Идёт с ним, беззаботно перепрыгивая лужи, – его дивный цветок. Девушка, по которой он сходил с ума долгие годы, и сейчас он наконец готов открыть своё сердце…

Остановив её, он мягко коснулся ладонями её лица, заглянул в глаза и прошептал:

— Эмили… я давно хотел сказать… Знаешь, ты… ты для меня больше, чем просто друг или знакомая. Твой смех подобен солнцу, он согревает меня от рассвета до заката, а твой голос… он нежнее шёпота ветра. Ты прекрасна, твои каштановые локоны – сама нежность. Я хочу делить с тобой каждый проклятый дождливый день. Скажи, Эмили, ты чувствуешь хоть искру того пламени, что пылает во мне?

— Прости, Тейлор… ты замечательный, но… ты мой друг и не больше.

Он разочарован, его надежду на взаимность растоптали.

— Почему? — прошептал он, впиваясь взглядом в глубину её глаз. В этих серых омутах он отчаянно искал спасение.

— Ты… ты не он… — прошептала Эмили, пряча озябшие руки в карманах куртки.

"Не он…" Эти слова вонзились в самое сердце, больно отражаясь от бешено колотящейся груди. Имя не прозвучало, но Тейлор всё понял. Пустота, ледяная и всепоглощающая, накрыла его с головой, медленно топя в осколках разбитой надежды.

Эмили почувствовала, как сгущается воздух вокруг них.

— Тейлор, успокойся, мы же друзья, всё хорошо.

Девушка потянулась к нему, чтобы успокоить, но он резко сделал шаг назад.

Он прекрасно понимал, что дружбы больше нет. Перед ним стояла чужая, далёкая незнакомка. Сердце кричало, рвалось наружу, и слова, которые он так долго копил, хлынули в ночь:

— После всего, что было между нами? Почему он? Чем он лучше меня? Чем?! — крик Тейлора разорвал ночную тишину.

— Ну… у него такие голубые глаза, и… он крутой, он всем нравится.

В этот момент Тейлор понял, что говорить больше не о чем. Да и был ли смысл в словах?

Он развернулся и пошёл прочь, спиной чувствуя её взгляд, её тихое "Тейлор…". Но он не остановился, впервые не обернулся.

Мысли, словно стая голодных волков, терзали его изнутри.

— Ей нравится "крутой голубоглазый качок"… А ты? Твои глаза – не океан, а грязные лужи, жалкие и безнадежные… — шептал он, бредущий под моросящим дождём, не зная, куда идти…

Тысяча ликов одиночества

Ты суть свою и лик утратил свой,

За маской прятал свой оскал порой.

Теряя с каждым днём себя всё больше,

Ты душу предал по своей же воле.

Кто я? Что я? Вопрос, что терзает душу каждого. Зачем я живу? Для кого? Скажете – для себя? Ложь! Мы – марионетки чужих слов, жадные до улыбок, опьяненные вниманием и похвалой. Мы зависим друг от друга, порой ломая чужие жизни, словно хрупкие игрушки.

Я, наверное, был одним из тех, кто отчаянно искал смысл, кто раз за разом разбивался о пустоту, не находя ничего настоящего.

А люди… О, эти люди! Я одаривал их фальшивыми улыбками, шептал приторные слова любви, восхищался мнимой красотой и пустым умом. А в душе зрела лишь черная, всепоглощающая ненависть. Назовете меня лицемером? Скажете, противна вам эта игра? А знали ли вы, что я пытался любить? Пытался быть верным… Но был ли в этом хоть какой-то смысл?

Друзей у меня никогда не было. Скорее, это были метеоры, вспыхивающие на миг, озаряющие мою жизнь кратким, теплым светом, а затем стремительно гаснущие, унося с собой осколок сердца. Отрывая по кусочку, они словно наблюдали, сколько еще я смогу отдать, прежде чем окончательно растворюсь в своей боли. А я винил себя, копался в себе, словно безумный, выискивая слабости и недостатки. И нашел бездну, сотканную из ошибок и недочетов. Я не был идеален, но тогда не понимал, что все мы – лишь сосуды, полные трещин. Исправить себя было не под силу. И тогда я решил: легче подстраиваться под каждого, утолять их жажду во мне. Так началась моя коллекция масок. Фарфоровые, деревянные, улыбающиеся, печальные – за ними похоронено мое истинное лицо. С каждым днем я теряю себя, рассыпаюсь на осколки, обретая тысячи новых ликов. Для кого-то я – вечный, беззаботный весельчак, заливающий все смехом, для кого-то – тихий романтик, шепчущий стихи луне.

Но это существование грызло меня изнутри. Людей становилось все больше, роли сложнее, а я оставался все таким же пустым и одиноким. Я видел, как трескаются маски, предательски выдавая истинное лицо, но старательно крепил осколки, собирая их воедино.

И вроде бы пора отступить, позволить жить настоящему себе, но я заигрался. Теперь невозможно найти себя среди тысячи масок.

Я запер себя в этой клетке лжи и обрек на страдания. Теперь каждое утро, встречаясь взглядом с зеркалом, я вижу не отражение человека, а уродливую тень с прогнившей душой…