Сборник конкурсных рассказов ППЗ10

1. Максим Рыбак, "Почти человек" (заявка №34)

Заявка №34

Жанр – Фантастика. По желанию автора - другие.

Примерный сюжет – Конец 19 века. Спелеологическая экспедиция, отправленная исследовать недавно найденную пещеру, находит в ней странное сооружение, в котором размещен банк, архив, склад (чего - то??? - на выбор автора) и непонятной аппаратурой. В ходе обследования один или несколько участников экспедиции, под влиянием (??? - на выбор автора) изменяются. Дальнейшее и финал - на выбор автора.

Персонажи – Выбор автора.

Примечания – Единственный запрещенный жанр - мистика.

________________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/reader/436398/4143669

2. Пашка В., "Все дело в…" (заявка №36)

Заявка №36.

Жанр – дизельпанк или стимпанк, остальное на вкус пишущего.

Примерный сюжет – в старом соборе, на самых верхних его площадках, поселились старики и дети. Они занавесили окна холщовыми тканями, чтобы едкий дым не разъедал глаза. Они не верят в старых богов и новых властителей. Они что-то тайно мастерят. Что же прячут эти люди? Как вернуть их в общество и нужно ли это делать?

Персонажи – все в руках автора

Примечания – вплетите в историю динозавров как незначительную и милую или, наоборот, одну из ключевых деталей.

_______________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445150

3. Павел Крапчитов, "Спасительная пустота" (заявка №28)

Заявка №28

Жанр – Любой.

Примерный сюжет – На Землю нападают злобные пришельцы из другой реальности, их миллиарды - уничтожение человечества их цель, абсолютно недоговороспособные. Но сами они выглядят как плюшевые игрушки и очень слабы физически, а всё их супероружие вызывает у людей лишь приступ икоты.

Персонажи – На усмотрение автора.

Примечания – В рассказе должна быть хорошо описанная крупная битва, одна из сторон должна проиграть.

________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/428263

4. Ольга Морох, "Цена таланта" (заявка №23)

Заявка №23

Жанр – Любой

Примерный сюжет – Художник-портретист заключил сделку с демоном, в результате которой стал изображать людей настолько реалистично, что они на портретах словно живые. Проблема только в том, что сделка оказалась с подвохом, и, когда художник заканчивает портрет, душа его натурщика оказывается заточённой внутри картины. Также, в первый раз взявшись за кисть после сделки, художник нарисовал дорогого ему человека (с ожидаемыми последствиями).

Персонажи – Художник (либо художница), остальные на усмотрение автора.

Примечания – Время и место действия - на усмотрение автора, не обязательно это современность.

______________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочесть по ссылке: https://author.today/reader/426979/3958832

5. Летиция Павлова, "Нездешняя" (заявка №9)

Заявка №9.

Жанр – любой оптимистичный, то есть без дарка, хоррора, триллеров и тп

Примерный сюжет – герой/героиня спасают жизнь или оказывают иную услугу могущественному существу (волшебник, фея, инопланетянин, единорог, фейри - любой возможный вариант на выбор автора). В благодарность это существо обещает выполнить любое желание героя/героини, причем желать можно что угодно, без ограничений. Единственное неудобство - желание выполняется действительно любое и немедленно. То есть подумает, например, герой: "Хорошо бы пивка холодного...", - его желание тут же исполнится и долг за оказанную услугу будет оплачен. В итоге, герой/героиня вынужден ничего не желать, даже самой малости, пока не решится и не загадает самое важное для себя желание. Это завязка рассказа, а сам рассказ именно о том, как сумел герой/героиня прожить это время, когда ничего нельзя было желать, и что он/она все-таки выбрал для самого главного желания.

Персонажи – возраст, профессия, герой это или героиня - все на усмотрение автора.

Примечания – место и время, когда происходят события, также на усмотрение автора; в финале желателен хэппи энд.

_________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445963

6. Мышык Лев Федорович, "Мое желание" (заявка №12)

Заявка №12.

Жанр – фэнтези (возможно панк-фэнтези или русское фэнтези) приключения, маха-седзе, элементы трагикомедии.

Примерный сюжет – Однажды в некоем фэнтезийном государстве, занимающем ни много ни мало целый материк, героями было побеждено все зло. Под руководством богов было построено идеальное общество. С тех пор прошло несколько веков, и боги вдруг осознали что общество стало "слишком идеальное". А раз так, то, по мнению богов, развитие в таком обществе неминуемо остановится. Для того, чтобы исправить положение боги решают призвать из нашего мира школьницу с сильным элементом хаоса. После призыва девочку наделяют магией исполнения желаний.

Персонажи – боги (появляются в самом начале повествования), девочка лет 12-14.

Примечания – Нужно постараться изобразить "идеальное", но застывшее в развитии, общество основанное на магии или магии и технологии. После переноса боги не должны напрямую вмешиваться в происходящее. Боги не объяснили девочке зачем ее призвали, так сказать что бы дать ей свободу действия и возможно не до конца объяснили как пользоваться магией исполнения желаний. Другая магия девочке недоступна. Про элемент хаоса - "бардак в голове" тоже забывать нельзя.

_________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445285

7. Ирина Солак, "Сумеречные глаза" (заявка №14)

Заявка №14.

Жанр – повседневность, мистика, юмор (по желанию).

Примерный сюжет – одна полуслепая девушка получает амулет, или устройство пришельцев (неважно), которое позволяет ей при соблюдении определенных условий получить зрение какого-либо животного на одни сутки, до восхода солнца. Первое животное зрение которого она получает, ее домашняя кошка...

Персонажи – девушка, кошка. Остальные персонажи по желанию автора.

Примечания – нет

_____________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445248

8. Смотритель Даль, "Палиндром" (заявка №48)

Заявка №48

Жанр – Фантастика + что-нибудь ещё

Примерный сюжет – Герой по каким-либо причинам попадает во временную петлю и живёт в бесконечном Дне сурка. Однако он наслаждается жизнью, смотрит все любимые сериалы, пробует множество хобби, путешествует, ну и т. д., словом, ему очень хорошо. Однако скоро появляются некие силы, которые по вполне разумным причинам хотят героя из его бесконечного рая вытащить.

Персонажи – Герой (мужчина, женщина, может ребёнок или подросток, или пенсионер вообще), противники его образа жизни (боги, спецотряд, супергерои, кто угодно)

Примечания – Без открытой концовки: либо вытащили гг, либо он от всех отбился, либо сам передумал или погиб насовсем.

________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочесть по ссылке: https://author.today/work/432312

9. Екатерина Белозерова, "Трактир “Орущий вепрь”" (заявка №6)

Заявка №6.

Жанр – лит- или реал- рпг, юмор – по желанию.

Примерный сюжет – Герою достался очень редкий квест, но весьма непонятный, и без пояснения, как его выполнять. Квест: свидание с эльфийкой (она же – владелец трактира). Герою предстоит простой или же не столь простой путь по выполнению этого на вид простого квеста.

Персонажи – ГГ, нпс – эльфийка, другие.

Примечание – нет

__________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/441146

10. Агнешка Норд, "Наверное, в следующей жизни..." (заявка №22)

Заявка №22.

Жанр – Фэнтези.

Примерный сюжет – Заклинатель пленит душу профессиональной до мозга костей работницы сферы услуг и помещает её в три разных тела в трёх разных мирах. С тех пор девушка живёт в бесконечном дне сурка, но, когда она заработает достаточно (чего именно - на усмотрение автора, не обязательно деньги), будет свободна.

Персонажи – Бывшая работница сферы услуг, любые другие.

Примечания – Три мира должны быть разными: имитирующий низкий уровень развития (можно в стиле постап), приблизительно наш современный (а можно его и задействовать) и высокотехнологичный, футуристический.

______________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445151

11. Стеклова Анастасия, "Синий Клейна" (заявка №20)

Заявка №20

Жанр – мистика

Примерный сюжет – Каждое утро героиня встречает одного и того же мужчину у своего подъезда. Есть нюанс – он стареет с каждым днем. И если в начале осени ему на вид было лет 35, к зиме он стал похож на человека за 60. При этом каждое утро он ведет себя одинаково, идет ей на встречу, заметив ее начинает улыбаться и едва заметно кивает. Не заговаривает вслух, не здоровается, не меняет пути своего передвижения. Героиня несколько раз пыталась за ним проследить, но ее что-то отвлекало (поливочная машина, громкие уборщики, соседка с вопросами) и мужчина исчезал. За несколько месяцев она привыкла видеть этого мужчину всякий раз, как выходит из дома, причем не зависимо от того, выходит ли рано на работу, или в выходной в обед в магазин или на прогулку. Он все время идет ей на встречу. Но вот в феврале мужчина пропадает, его больше нет. Прождав несколько дней, героиня решается на поиски, обращается к художнику, с его помощью рисует «фоторобот» молодого мужчины и того, каким он стал в последние дни и начинает розыск.

Персонажи – героиня – девушка лет 22, только окончила вуз и куда-то устроилась на работу стажеркой, работа важна, нельзя прогуливать или заниматься другими делами, но…

Примечания – хотелось бы очень неожиданную развязку. И чтобы по ходу расследования было страшно, но закончилось все хорошо

________________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445339

12. Джон Доу, "Эль Президенто" (заявка №15)

Заявка №15.

Жанр – на усмотрение автора

Примерный сюжет – сдав дела новому президенту, экс-президент страны возвращается к прежней работе.

Персонажи – на усмотрение автора

Примечания – до президентства экс-президент работал(а) на не самой примечательной работе: мерчендайзер, зоотехник, оператор станка, горный рабочий и тому подобной.

________________________________________________________________________________

Яркое солнце, как всегда было особенно жарким. Пожилой мужчина в легкой одежде стоял посреди банановой плантации и х, смотря в ясное небо. Наконец все закончилось. Последняя встреча была позади.

– Знаешь что самое главное? – обратился мужчина к тихо подошедшему сзади гостю. – Самое главное это понять когда следует остановится. И уступить место молодым.

– Мудрые слова господин Михаэль. Но вы не боитесь, что вас постараются убрать. Вы ведь до сих пор весьма уважаемый человек. А ваши действия на посту президента были иногда весьма жесткими. Много обиженных осталось.

Молодой человек, в отличии от хозяина фазенды, был одет в дорогой строгий костюм. На загорелом лице проскользнула улыбка.

– Ну ты ведь отказался быть палачом?

– Я у вас в долгу, но я не единственный. Нет незаменимых людей, не так ли?

– Возможно ты и прав, но я хочу посвятить оставшееся мне время любимому делу…

Утро начиналось как обычно. Сперва надо обойти участок. Проверить все ли в порядке. Потом небольшой завтрак. Ну а затем начинался сбор уже созревших плодов. Уже пол года как прошло после ухода в отставку. За это время ассортимент фруктов и овощей был существенно расширен. Да и земли стало больше. Пришлось нанимать помощников. После обеда собранный урожай погружался на старенький грузовик и все это добро Михаэль лично отвозил в город. Доставить надо было вовремя, ведь на следующее утро несколько лавочек на крупном городском рынке должны были выставить все это добро на продажу.

Вот только в этот раз что-то пошло не так. Примерно посреди пути скрытые в земле шипы пробили колеса. Пришлось вызывать механиков из ближайшей автомастерской, чтобы заменить колеса. График поставки был сорван. Ждать пришлось достаточно долго. Странное ощущение возникло на душе бывшего президента, когда вдалеке показался фургончик автомеханика. Михаэль всегда доверял своей интуиции. Взяв с заднего сиденья пикапа верный АК и поместив на водительское место мешок, набитый овощами, мужчина надел на муляж свою длиннополую шляпу и накинул поверх пончо. Сам бывший президент, соскользнув на обочину, и спрятался за ближайшим валуном, пробурчав под нос:

– Я уже слишком стар для этого.

Фургон, почти не сбавляя скорости, промчался мимо грузовика и, резко развернувшись дверьми багажного отделения в сторону пикапа, затормозил. Дверь почти сразу отъехала в сторону, и началась пальба. Судя по звуку, работало четыре ствола. А исходя из следов на несчастном автомобиле, патроны были бронебойными. Изрешетив грузовик, трое вышли из недр фургона, чтобы проверить свою работу. Один остался внутри для подстраховки. Водитель тоже был готов к любому повороту, чтобы моментально стартовать прочь.

Когда троица убийц уже почти подошла к пикапу, экс президент показался из-за своего укрытия и выпустил очередь, убив двоих сразу и тяжело ранив третьего. Четвертый наемник, выпрыгнув из фургона и в слепую выпустил очередь в стрелявшего, но Михаэль уже снова спрятался за камнем. Неподалеку раздался шум еще одного двигателя. Вскоре на дороге появился мотоцикл, сидящий на нем поднял руку со скорпионом и дал очередь по фургону. Убив четвертого наемника и ранив водителя, который конвульсивно вжал педаль газа и вылетел вместе с фургоном на обочину, после чего моментально заглох.

– Господин президент Вы не ранены? –раздался молодой женский голос.

Сняв шлем с головы, девушка расправила волосы. Скорпион уже покоился на плече.

– А как же Мартина. Чтобы меня убить, не достаточно шпаны с автоматами.

– Папа стал беспокоиться что вас долго нет, и отправил меня к вам на встречу. Похоже я вовремя подоспела. С вами все в порядке?

– Да, все в порядке, но вот поставка увы сорвана. Надо вернуться на плантацию, заедешь в гости?

– Да нет, надо отца предупредить что сегодня свежих овощей и фруктов не будет. А вы берегите себя и будьте осторожны.

До дома Михаэль добрался поздним вечером. Пришлось попотеть, переставляя колеса с фургона на пикап. К счастью, двигатель нападавшие не задели. Но ремонт кузова влетит в копеечку. А из-за срыва поставок прибыль в ближайшее время сильно пострадает. Впрочем, все равно надо будет в город отправляться. На Фазенде мастерская есть, но там можно лишь обслужить сборочную технику. Семья встретила главу очень эмоционально. Все переживали. Так что после ужина отпраздновали благополучное возвращение. Эта ночь оказалась спокойной.

На следующее утро прибыли гости из города. Отец Мартины Серхио поприветствовал главу семейства и вместе с дочерью присоединились к утренней трапезе хозяев.

Когда завтрак был окончен, Махаэль и Серхио уединились на веранде, чтобы обсудить дальнейшее сотрудничество и возникшую проблему.

– Рад что с вами все в порядке Эль Президенто.

– Перестань друг мой, я уже в отставке. Надо дать дорогу молодым. Лучше скажи что удалось выяснить о вчерашнем?

– Это была банда Мачете. Они недавно объявились в наших местах. Но почти сразу же вызвали недовольство у населения. Грубо работают. У нас уже множество жалоб от подопечных. Обычно эти отморозки заявляются в торговые точки и размахивая стволами предлагают свое покровительство. При этом навязывают свои цены на бананы и иной ходовой товар. Ну а если им отказывают, устраивают погром.

– Вот как? Пробовали поговорить с этими уродами? Или это бессмысленно?

– Да пробовали выйти на главаря, но пока неудачно. Никто никогда его не видел. Скрытный подлец. Улицы стали похожи на поле боя. По хорошему они ведь не понимают. А в последнее время банда нацелилась на поставщиков. Пока что только небольших, но аппетиты у них растут. Вчера вот на вас попробовали напасть.

– А это точно связано с поставками урожая? Уверен что это не отголоски прошлого?

– Да нет это их стандартная тактика. Они нападают на доставку всех убивают, а потом обращаются к поставщику с предложением защитить маршрут от разбойников.

– Понятно, действительно, отморозки. Совсем не ценят человеческую жизнь.

– У меня появилась идея, но мне неудобно к вам обращаться. Хотя я уверен только вы и сможете помочь в этой ситуации…

После встречи прошла спокойная неделя. Нападений больше не было. Пикап отремонтировали и модернизировали, а поставки были восстановлены. Но Михаэль все это время оставался на стороже и готовился к новому столкновению. И вот этот день настал.

Во время очередного маршрута пикап с установленным пулеметом и стрелком на борту вез урожай в город. На встречу выскочило сразу три автомобиля, полностью заблокировав проезд. Стрелок взвел пулемет и приготовился дать отпор, но неожиданно заметил у себя на груди красную точку лазерного прицела. Стало понятно. пошевелись и получишь пулю.

Из головного автомобиля вышла троица бандитов и вальяжно направилась к водителю грузовика. Подойдя к кабине, главный среди послов достал золотой магнум и аккуратно постучал в дверное стекло стволом. Михаэль, приспустив окно, выжидающе посмотрел бандиту прямо в глаза, от чего тот занервничал. А следом бандит заметил ствол ружья, смотрящий в его грудь.

– Будьте любезны убрать оружие, – облизнув пересохшие губы осклабился нападавший. – Численное превосходство явно на нашей стороне. К тому же вы угрожаете представителю закона.

Едва уловимое удивление проскользнуло во взгляде бывшего президента. Но затем злобный прищур смыл непрошеную эмоцию с лица.

– И чем же мы обязаны вниманием представителей властей? – жестко произнес Михаэль.

– Ну во первых, я вижу незаконное вооружение гражданской техники, – нахально ухмыльнулся бандит. – а, во вторых, нам поступил сигнал о том что ваша фазенда игнорирует уплату налогов на землю. И конечно же не стоит забывать о незаконной поставке овощей и фруктов, в обход торгового картеля.

Наглость «представителя закона» едва не вывела из себя бывшего президента. А бандит, окончательно ощутивший себя, уверенно продолжил:

– В качестве жеста доброй воли, мы готовы принять оплату долгов в виде этого транспорта со всем что находится в кузове. И тогда на первый раз ограничимся лишь устным предупреждением…

Выстрел прозвучал резко. Точка с груди пулеметчика исчезла. Заработал пулемет, разбивая автомобили впереди вдребезги. Кровь и ошметки тел бандитов полетели во все стороны. Голова представителя закона тем временем разлетелась как перезрелый арбуз. Золотой магнум бандит так и не выпустил из рук. Двое его сопровождающих растерялись по началу, но затем быстро скрылись за ближайшими автомобилями. От пулемета это их не спасло, конечно, но попытка была хорошей..

Вернулся на плантацию Михаэль лишь поздно вечером. Но расслабится и отдохнуть бывшему президенту никто не дал. Около полуночи начался пожар. Жители и работники фазенды постарались его потушить. Однако это был лишь отвлекающий маневр. К территории подъехала колонна из пяти броневиков. А чуть поодаль расположился танк, купленный у американской армии еще два года назад. Эту технику бывший президент знал хорошо, ведь именно он заключил сделку через премьер-министра. Но и о слабых местах этих бронированных монстров он тоже знал. Быстро достав однозарядный гранатомет с кумулятивным снарядом, хозяин плантации тут же выцелил старенький Абрамс и дал залп. Громкий взрыв озарил вражеские ряды.

Тем временем обитатели фазенды начали оборону. Загремели выстрелы с обеих сторон. Из хаммеров высыпала пехота и, выстроившись цепью, под прикрытием своих пулеметчиков двинулась в сторону обороняющихся. Первая же очередь со стороны Плантации разорвала в клочья пулеметчика на одном из броневиков. Это лишило прикрытия широкий сектор нападавших, и началась локальная перестрелка между пешими с обеих сторон. Один за другим бандиты падали, захлебываясь кровью. Со стороны оборонявшихся тоже без жертв не обошлось. Среди бандитов были снайперы, которые старательно выцеливали огневые точки в обороне Плантации. Только хорошо подготовленные укрепления как раз на такой случай пока что спасали защитников. И все же перевес в силе был на стороне нападавших.

Большая часть плантации утонула в огне. Багровые отблески пламени освещали множество трупов, разбросанных тут и там. Пролитая кровь и зола станут отличным удобрением - подумалось экс президенту. Кураж и возбуждение от боя придали Михаэлю сил. Он словно скинул лет десять. Наблюдая за сражением, хозяин уже давно вычислил автомобиль, где расположился главарь. Нужный транспорт стоял поодаль от всех. Весело оскалившись, старик взял тяжелый пулемет наперевес и с радостным криком, выпуская длинные очереди во встречных врагов, направился к нужному хаммеру. Несколько снайперов, заметив такой безумный прорыв, стали выцеливать смельчака. Первая вражеская пуля попала в плечо Михаэля. Но бывший президент не остановился ни на миг, словно не замечая ранения. Выпустив новую очередь, он по касательной задел поразившего его врага. Следующая пуля попала ему в ногу. Но и это не помешало движению. Старик продолжил бежать к цели, попутно отстреливая все замеченные огневые точки, что пытались его остановить.

– Бывшего президента никто не в силах остановить! – прокричав это, Михаэль безумно рассмеялся и только ускорил свой бег.

Позади, со стороны плантации, охваченной пламенем боя, раздались возгласы защитников, прославляющих своего хозяина. Выбранная Михаэлем цель становилась все ближе. Выпущенные стариком пули уже рикошетили от корпуса бронированного автомобиля, оставляя глубокие вмятины. Ветровое стекло не выдержало и треснуло, разлетаясь радужными осколками.

Водитель был моментально разорван в клочья крупным калибром. С заднего сиденья выскочил испуганный главарь. Прикрываясь корпусом автомобиля, он стал огрызаться из позолоченного автомата, сверкающего в свете пламени. Рожок почти сразу опустел, но раззадоренный и раненный Михаэль лишь улыбался, надвигаясь на главаря, словно неотвратимое стихийное бедствие. Внезапно лента пулемета в руках бывшего президента закончилась. Рассмеявшись, хозяин сгоревшей фазенды отбросил бесполезное оружие и, оскалившись, медленно достал из ножен мачете.

Испуганный главарь развернулся, чтобы убежать, Но Михаэль в два прыжка настиг труса.

– Что же ты за командир такой раз решил бросить своих бойцов на поле боя одних. – презрительно выплюнув слова, бывший президент взмахнул смертоносным лезвием и снес голову главаря одним точным ударом, словно разрубая непослушную ветку.

Разочарованно вздохнув, хозяин прокричал, перекрывая шум боя:

– Ваш предводитель сдох! Теперь вы можете гордо сложить свою голову вслед за ним отбросы что посмели поднять руку на мирных фермеров и торговцев этого города…

Огонь почти полностью погас, оставив после себя лишь пепел и дым. Земля была обильно пропитана кровью падших. Останки боевой техники, обгоревшие и чадящие, стояли на границе выжженной плантации. А возле виллы уже подготовили столы, чтобы отпраздновать победу и почтить память погибших защитников. Над землей поднималось солнце, предвещая новое будущее, свободное от тирании и беззакония. На фазенду прибыло несколько гостей из города, чтобы поддержать бывшего президента. Среди торговцев и владельцев других плантаций был и Серхио с дочерью.

После приветствий и обмена любезностями с гостями, Михаэль пригласил Серхио в свой кабинет, чтобы поговорить наедине.

– Рад что с тобой все в порядке эль президенто. – улыбнувшись начал разговор Серхио держа в руке стакан с текилой. – Впрочем как и ожидалось от бывшего диктатора.

– Хватит любезностей, мой друг. Жаль что я в тебе ошибся. – мрачно ответил хозяин сгоревшей плантации. – Меня мучает только один вопрос. Зачем?

– Догадался значит. – холодно произнес торговец. – Ты все такой же проницательный, как и раньше.

– Было странно видеть Абрамс, который ты же и купил, пока был моим премьер-министром. Только у тебя могло быть достаточно связей, чтобы достать этот танк. А еще я заметил звезду шерифа на отморозке, что организовал недавно засаду по дороге в город. Кто как ни глава города может дать такую должность. А ведь мэром города у нас являешься ты. Так вот я повторяю свой вопрос. Зачем?

– В отличие от тебя эль Президенто. Я не готов был уступать место молодым…

Договорить Серхио не успел. Сзади раздался приглушенный выстрел. Голову бывшего премьера разнесло в клочья, а Мартина, опустив пистолет с глушителем, поправила волосы и улыбнулась хозяину.

– GEdit

13. Mija Lo, "Метод воздействия" (заявка №17)

Заявка №17.

Жанр – Мистика

Примерный сюжет – Отец сбегает от своей молодой жены и новорожденного ребёнка в санаторий, чтобы хоть немного перевести дух. Чуть позже обнаруживается, что место оккупировала нечистая сила, которая жаждет крови/плоти/душ. Но эти монстры даже не представляют, на что способен уставший человек ради покоя и тишины.

Персонажи – Главный герой, нечистая сила, все остальные.

Примечания – Службы экстренного реагирования не помогут.

____________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/426633

14. Эл Рой, "Реванш" (заявка №46)

Заявка №46.

Жанр – Фантастика, можно плюсом киберпанк и/или детектив

Примерный сюжет – Недалёкое будущее. Появилось такое явление как цифровое наследство — после смерти человека накопленная им цифровая информация (видео, архивы, картинки, фото или что-то полезное) могут перейти по наследству к другому человеку.

Главная героиня однажды получает такое цифровое наследство от неизвестного ей недавно умершего человека. В целом оно как будто бы бесполезно, но есть там то, что заинтересовало героиню. Тем не менее она хочет разобраться, как так произошло и нет ли в этом ошибки.

Персонажи – Героиня, возможно — сотрудники, которые отвечают за передачу цифрового наследства и настоящие наследники.

Примечания – Сюжет любой, можно спокойную повседневность, можно хоть боевик с погонями, можно интриги за обладание ценной информацией (была такая загадочная штука NFT)

_________________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/446017

15. Мартовский Кот, "Важность миллиметров" (заявка №27)

Заявка №27.

Жанр – Любой.

Примерный сюжет – Одинокий мужик, родственников нет, друзей нет, работает на заводе и каждую пятницу вечером в одно и тоже время напивается до отключки у себя дома. Однажды под конец застолья из шкафа выходит двадцатисантиметровый таракан и начинает с ним болтать о жизни. Мужик не испугался, подумал, что глюк. С тех пор так было каждую пятницу, пока мужик по странному стечению обстоятельств не оказался в это время трезв, но таракан всё равно пришёл.

Персонажи – Мужик, таракан, любые другие.

Примечания – Любое логическое объяснение происходящего(таракан не глюк).

_______________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/446022

16. Казанцева Наталья, "Экспресс в Альхельм" (заявка №30)

Заявка №30.

Жанр – Любой

Примерный сюжет – Затерянные где-то. Группа людей (от 2-х и более) оказываются в результате катастрофы (или других внешних обстоятельств, или чьей-то ошибки) в изоляции. Это может быть пещера, дом в лесу, другой вариант). Опасности и прочее – на усмотрение автора, но желательно, чтобы были. Главный герой (героиня) (желательно) испытывает скрытые сильные чувства к кому-то из группы (любовь, ненависть или что-то ещё).

Персонажи – адекватный главный герой (героиня), в которого веришь.

Примечания – Хотелось бы увидеть, как они смогут спастись, преодолев обстоятельства. Общение в группе хотя бы минимальное. Если возможно – какой-то героический поступок – неважно кого из группы.

____________________________________________________________________________

«Есть мир. В мире есть пути…

Выбор есть. Но куда пойти?

Как узнать, где погибель ждет?

А какой к счастью приведет?

Ты смел – не боишься идти,

Аккуратно выбирая пути.

Знай в ловушку тот попадет,

Кто на месте от страха замрет!»

Сегодня особенный день! Легкий освежающий ветерок с тонким ароматом весенних цветов так и побуждает сделать глубокий вдох. Не смотря на утреннюю суету, хочется замереть буквально на мгновение, чтобы на прощание окинуть взором знакомый мир, прежде чем спуститься в «подземку» и отправится в неизвестность.

Сердце заходится в груди от волнения, как только представлю, что скоро я впервые пересеку границу миров и увижу Альхельм – техногенный мир третей Ступени. И это при том, что наш родной Террос расположился аж на шестой. Он аграрный и далеко не так богат, как другие миры Коалиции. В целом переход по Ступеням семи миров процесс достаточно сложный и поэтапный. Обычно он связан с карьерным, культурным или политическим ростом, привлекая самых амбициозных. Отношусь ли я к этой категории? – Сказать тяжело. Скорее у меня просто есть свои цели, которые заставили меня встать на этот путь. И не просто встать, а совершить практически невозможное.

Я в очередной раз нащупала спрятанный во внутреннем кармане билет. Выдохнула, успокоившись, и подошла ко входу в «подземку». Так называли станцию, куда прибывал межмировой экспресс.

Итак, о чем я? Ах, да… Следует заметить, что шанса на прыжок через Ступени практически нет. Редким исключением, бывают художники, музыканты или ученые, поднимающиеся благодаря своей популярности и открытиям, распространяющимся на высшие Ступени. Но я не отношусь ни к одной из этих категорий. И все же – я смогла! Рискнула и прыгнула так высоко, что и не мечталось!

Конечно поверить в это тяжело. Поэтому окружающие думают, что мне удалось это лишь благодаря личной связи с герхардом Дэроном Вайном. Но я–то прекрасно знаю, что это не так! Так что подобные мысли ничуть не преуменьшает ценности моего достижения. Хотя обидно конечно. Ведь люди судят, ничего не зная обо мне. Никогда не понимала такого. Зачем распускать пустые слухи. Но у нас ведь свободное общество. Именно так, оно совершенно свободно от совести и моральных принципов. Возможно поэтому деликатных, добрых и отзывчивых людей на Терросе дифицит. Надеюсь, хоть в первых мирах у людей чуть больше добродетелей. И скоро я буду среди них! Хотя есть, конечно, один момент, который не дает мне покоя. Но о нем я уж точно никогда и никому не решусь рассказать.

Будем считать, что это просто великое везение и мое нереальное трудолюбие открыло путь к Ступеням. Вчера герхард Вайн выбрал меня в качестве своей помощницы. Ни о какой личной связи с этим потрясающим мужчиной, конечно, и речи быть не может. Кто он, и кто я. Так что пусть болтливые языки помолчат. Им неведомо, сколько времени я корпела над учебными материалами, чтобы стать лучшей в потоке выпускников Высшей дипломатической академии. Они не подозревают, скольких нервов мне стоило пройти в Корпорацию по конкурсу с ничтожным шансом среди почти полусотни конкурентов. И никого, естественно, не волнует, чем мне придётся пожертвовать ради возможности побывать в Альхельме. И уж конечно, никто не должен догадаться о том, что за чувства я на самом деле испытываю к герхарду Вайну и зачем я так стремлюсь в мир третьей Ступени.

– Йори, подожди! – уже спускаясь в «подземку», услышала я за спиной, голос единственной подруги.

– Лета, что ты здесь делаешь? – удивилась я, оборачиваясь.

– Узнала, что ты покидаешь нас и решила попрощаться. Ведь ты как всегда в своем амплуа – скрытная Йориэн Лоран. Опять никому ничего не сказала, – упрекнула подруга. Но, что поделать, если я с некоторых пор изменилась. Нет больше той открытой и веселой девчонки, какой я была раньше. И вообще не переношу прощаний. Все силы сегодня потратила на то, чтобы устоять и не отказаться от заслуженного билета, из–за слишком теплых родительских объятий. Моя семья – это все, что у меня есть. Ради своих родных я готова пройти хоть все миры и найти для них самый лучший! Однако расставание с семьей сейчас – для меня неимоверно тяжелый шаг. Поэтому, несмотря на блестящий итог вереницы моих стараний и достижений, я такая печальная сегодня. Хотя для Леты всегда готова сделать исключение. Поэтому постаралась натянуть на лицо счастливую улыбку и прониклась искренней благодарностью к подруге. – Спасибо, что пришла. Извини, что не сообщила. Вчера только узнала о назначении. Да и не думала, что ты сможешь вырваться с рабочей смены.

– Я тоже, – потупив взгляд ответила она, – но, как видишь, получилось, – и явно смущаясь, спросила, – Ты ведь увидишь там его?

Кого – уточнять не требовалось. Конечно же она имела ввиду Райара, моего старшего брата, тоже непонятно каким чудом, оказавшегося в Альхельме. Не спрашивайте! Сама знаю, что это не реально, поэтому и окружают меня мириады сомнений. Но ему повезло даже больше моего – он прыгнул по персональному приглашению. Очередная загадка, ведь оно может быть только от кровного родственника. Но брат так и не признался мне, от кого он его получил. Уж не знаю, что он сказал родителям. Они бы может и не пустили, но такими шансами не разбрасываются. Никто и никогда! И самое печальное, что никто и не возвращается. Да и "подъем" начинается с совершеннолетия. Двадцать первый цикл взросления для каждого из нас решающий, тут уже никто запретить не может. Исключительно собственный выбор. Только если ты решил приступить к "подъему" по Ступеням миров, то должен быть готов уйти. Для меня это оказалось самой большой жертвой. Ведь, может быть, я больше никогда не увижу своих родных и друзей. Если мне не удастся заработать на персональное приглашение для них, когда–нибудь. А уж с Летой мы точно прощаемся на всегда. Жаль, что связь между мирами есть лишь у избранных. И, если бы не брат, я бы ни за что не решилась на это. Но после его отъезда я словно разрываюсь на куски. Райар всегда был для меня примером. Сильный, умный и ответственный, готовый поддержать в любой ситуации. Он отправился в Альхельм три цикла назад, а я словно лишилась опоры. Но хуже всего то, что я чувствовала – ему необходима моя помощь. Сейчас, как никогда! Я могу и должна быть рядом! Родители, конечно пытались меня отговорить, успокаивая, что он взрослый, сильный и разумный мужчина и сам справится, если даже появятся сложности. А я в это время между строк читала: "Зачем ты там нужна – маленькая, несмышленая девочка?" Это необъяснимое ощущение собственной бесполезности и заставило меня шевелиться.

Тогда я полностью изменила курс в жизни. Больше не было пустых детских мыслей о сцене в местном театре. Об уютном будущем уголке под крышей родительского дома. Простые мечты сменились сложными целями. Но я знала, что должна справиться, если хочу добиться лучшего будущего для своих любимых родителей и помочь брату. Я определилась с местом учебы, однозначно выбрав путь дипломатии. Выучилась на отлично и, несмотря на все сложности, получила место в Корпорации. Ибо путь на верх лежал исключительно через нее. И вот, благодаря своему трудолюбию, ответственности и целеустремленности, я все же добилась своего. Доказала герхарду Вайну, что достойна и получила свой билет на экспресс в Альхельм. Только смогу ли я найти Райара – не знаю, но очень на это надеюсь.

– Возможно мы с ним увидимся. Не могу ничего обещать Лета, – честно ответила я подруге.

– Тогда передай ему, если сможешь, что он очень дорог мне. Я… я не успела сказать… – последнее предложение она произнесла уже едва слышно.

– Конечно, – согласилась я, и крепко обняла на прощание. – Извини, мне уже пора. Я буду скучать. – сказала я отстраняясь. Затем прошла через пропускной пункт и спустилась на перрон. Осмотрелась в поисках герхарда Вайна. А заметив его у дальней колонны, направилась туда.

Дэрон Вайн – молодой, привлекательный и в то же время очень ответственный герхард. Единственный, кого я знаю из этой избранной касты представителей второго – закрытого магического мира. Он был моим непосредственным руководителем сейчас. Но даже не зная об этом, в первую встречу, я сразу почувствовала его неукротимую силу и уверенность. Она проявляется во всем: прямом взгляде, ровной осанке, раскованных движениях и густом обволакивающем тембре голоса. По правде говоря, ему бы подошла легкая улыбка, скрывающая излишнюю надменность. Но за все время работы я так ни разу ее и не заметила. Дэрона Вайна спустили к нам совсем недавно, назначив главой межведомственного сектора. Уж не знаю на чем обычно специализируются герхарды. Но его профессиональные навыки были настолько высоки, разительно отличая его от остальных руководителей, что стало загадкой, отчего он согласился на эту должность. И пусть на краткий срок, но возглавил работу подразделения в мире шестой ступени. Я бы однозначно определила его в верхние миры. Собственно, там и было его место по умолчанию. Сейчас он сосредоточенно изучал что–то в своем планере.

Когда я подошла, Дэрон наградил меня неопределенным кивком и вновь погрузился в работу. А я задумалась, нашлось бы мне место рядом с ним, если бы я была из его мира. Но что толку мечтать, если судьба сложилась иначе.

Наш экспресс пришел ровно по расписанию. К стальному корпусу локомотива крепился единственный вагон на восемь пассажиров. Мы прошли в промежуточный фильтр, и после стандартной процедуры идентификации по сетчатке глаза, первыми попали внутрь. Кресла расположились парами, примыкая к стенам вагона. Окон не было, но на стенах находились небольшие имитирующие их визоры, сейчас зияющие чернотой. Меня передернуло, я почему–то ощутила себя крошечным насекомым в стальной банке. И хотя вроде бы никогда не боялась замкнутых пространств, в душе поселилось беспокойство. С другой стороны, я никогда еще и не пересекала границы миров. Даже не представляла, как выглядит межмировой экспресс. Заняв свое место в первом ряду у стены, я наблюдала за тем, как заполняется салон. Вот двое крепких молодых людей заняли места через проход от нас, а за ними сел пожилой мужчина и девушка, на вид даже моложе меня. Интересно, они едут на совсем или просто туристы. И еще одна пара в возрасте позади нас. Вагон задрожал, и, кажется, я вместе с ним. Но усилием воли заставила себя успокоиться. Ничего, поездка должна быть короткой. И оказавшись в новом мире, я с улыбкой буду вспоминать свои глупые страхи.

На центральном экране во всю стену появилось короткое инфо–видео о правилах поездки. А визоры стали транслировать красивые космические виды. От этого возникало нереальное ощущение полёта сквозь просторы галактики. Хотя путешествие было вовсе не космическим, экспресс шел сквозь подпространство.

"Вот бы хоть раз взглянуть на Изнанку", – размечталась я.

Вдруг транспорт резко остановился, словно угодил в расставленную сеть. Нас ощутимо встряхнуло. На центральной стене появилось сообщение, дублируемое голосом из динамиков.

"Внимание! Угроза третьего уровня! Движение остановлено! Защитное экранирование снято!"

На борту поднялся гул голосов, с нарастающим уровнем паники. Герхард Вайн медленно поднялся и гул сразу же стих.

– Сохраняйте спокойствие! Необходимо решить проблему. Тогда экспресс продолжит движение, – проговорил он так, будто все было в норме.

– А в чем проблема? – первым спросил мужчина позади нас.

– Сейчас будем разбираться, – спокойно ответил Вайн. – Если из присутствующих кто–либо не в курсе, то на время экстренных ситуаций, представителем закона на борту единолично становится присутствующий герхард. – Он взглядом указал на своё предплечье, где мерцала голограмма, отличающая их касту от остальных. И продолжил. – В связи с этим принимаю главенство до прибытия в Альхельм на себя.

В этот момент двое парней с первого ряда подскочили и, изобразив военное приветствие – приложив сжатый кулак к грудной клетке и чуть склонив голову, слаженно отрапортовали: "Резервисты к вашим услугам, Командующий".

– Вольно. Представьтесь, – строго на военный манер отозвался герхард.

– Жатье, – громко ответил первый.

– Кйон, – продолжил второй.

Герхард на мгновение задумался. Я же просто пока не могла отойти от шока. Погружаясь в него еще больше от непонимания происходящего. Но нужно взять себя в руки и начать мыслить логически. В том, что Вайн принял на себя бразды правления, ничего удивительно нет. Герхарды – особая каста стражей Эвирона – единственного магического мира. Каждый представитель является избранным и считается приближенным к роду Правителей Коалиции. Поэтому место Вайна по умолчанию было в первом мире, хотя домом вероятно является все же второй. К слову, именно там и был изобретен экспресс. Основным требованием, к перемещению которого, указано присутствие одного из герхардов на борту. Либо специально назначенного на маршрут, либо же, как в нашем случае, путешествующего по собственной необходимости. Прочитав об этом в путеводителе перед поездкой, я удивилась такому странному правилу. Теперь же понимаю, что оно имеет под собой определенные основания. В том, что резервисты, узнав о появлении высшего командования, тут же доложили о своем присутствии тоже ничего необычного. Скорее всего это закреплено в уставе.

– Отлично. Жатье, твоя задача найти в инфо–сети все имеющиеся сведения по нашей проблеме. Расшифровка угрозы, время и возможные пути решения.

– Принято, – сев на место, резервист тут же полез в инфо–сеть, достав свой планер.

– Кйон, проверь исправность входного фильтра. Он должен быть разблокирован. Так же осмотри служебные помещения на предмет чужеродного присутствия. Очень сомневаюсь, но проверить необходимо.

– Есть, – Кйон направился к центральной стене, и что–то нажав сбоку открыл проход в соседнее помещение, о наличии которого я даже не догадывалась, так как вход туда практически сливался со стеной.

Остальные пассажиры, очевидно, пребывали в такой же растерянности, как и я. Мы во все глаза следили за происходящим. А герхард, окинув нас строгим взглядом, слегка усмехнулся. Надо же, не думала, что увижу его улыбку, тем более в таких обстоятельствах. Только она была на столько опасной, что сердце, итак находящееся на грани уже готово было остановиться.

– Итак, вопрос, – строго заговорил Командующий, – кто готов чистосердечно признаться в нечестивых планах?

– О чем вы? – после затянувшегося гробового молчания, воцарившегося на борту, все же решил уточнить пожилой мужчина с соседнего ряда.

– Дело в том, что незапланированная остановка экспресса связана с работой системы безопасности межмировых перемещений. На границе миров установлена защита, которая благодаря высокоуровневому сканированию, позволяет определить угрозу, исходящую от кого–либо из пассажиров на борту. Если я правильно помню, то третий уровень означает угрозу правящей династии, – в подтверждение он посмотрел на Жатье.

– Вы правы, – подтвердил тот, лишь на мгновение оторвавшись от поиска.

– Хочу напомнить, что при покупке билета на экспресс каждый подписывал соглашение, где вас проинформировали, что вся информация, полученная о работе экспресса, является конфиденциальной и распространение ее противозаконно. Сведения о наличии защиты в подпространстве так же относится к секретной информации. Разглашать ее вы не имеете права. Это понятно, или есть вопросы? – вопросов ни у кого не нашлось.

Тогда продолжим, есть желающие признаться? – его взгляд, словно выискивающий жертву сканер прошелся по лицам. – Обещаю снисхождение при добровольном признании вины, – произнес он, хотя его хищный взгляд свидетельствовал об обратном.

– Что ж, – он вновь посмотрел на Жатье, – сколько у нас времени?

– Немного – всего пол ранта по исчислению Тероса.

– Ясно. Значит придется действовать быстро. Выведи таймер на центральный экран. Сейчас все, кроме Жатье и Кйона, по очереди должны будут пройти персональную детальную проверку на содержание в мыслях ЗУ.

– А что такое ЗУ? – почти шепотом спросила я, но Вайн услышал.

– Злой умысел, – расшифровал он и, возможно, мне показалось, что его взгляд, задержавшись на мне, немного оттаял. Хотя нет, показалось, конечно.

– Я лично проведу проверку. Но хочу предупредить, чтобы заглянуть в мысли каждого из вас и проанализировать их на предмет скрытой угрозы, потребуется время. Которого у нас слишком мало, – он указал на центральный экран, где уже запустился таймер. – Вряд ли я успею охватить более трех человек из пяти. И если нам не повезет, и виновник не будет найден, то всех нас ждет печальная участь. Никто уже не попадет в Альхельм. Энергетический источник отключится, и мы просто превратимся в пыль Изнанки.

– А что будет, если Вы найдете виновного? – тихонько спросила девушка.

– Необходимо будет нейтрализовать угрозу и тогда экспресс продолжит движение.

– А как нейтрализовать? – снова пролепетала она.

– Это от многого зависит. Посмотрим по обстоятельствам, – жестко ответил Командующий.

О, Великий Рассвет, как же могло произойти так, что мы оказались заперты посреди Изнанки? И что Дэрон в самом деле умеет читать чужие мысли? Так умеют все представители их мира или только герхарды? И вдруг, словно всего произошедшего было мало, я четко осознала, что мне не ни в коем случае нельзя показывать свои мысли. Особенно ему!

Командующий присел рядом с Жатье, что–то обсуждая.

Кйон обошёл все помещения и сообщил, что посторонних лиц, а также иных сущностей, не обнаружено. Что он имел ввиду под иными сущностями, даже подумать страшно. Ибо я не знала, что здесь может быть кто–то кроме нас.

Таймер на центральной стене продолжал отсчитывать мгновения до неизвестного конца. От чего сердце забилось еще быстрее.

Закончив разговор с Жатье, Вайн поднялся и прошел ко входу в соседнее помещение.

– Итак, сейчас каждый входит ко мне по одному согласно нумерации мест в билетах. Жатье и Кйон проследят за порядком.

– А почему Вы не проверите их? – вдруг возмутился мужчина, сидящий позади, указав на резервистов.

– Они постоянно под контролем. В этом нет необходимости. Так что нам еще повезло с количеством подозреваемых. – И вновь эта прошибающая пот ухмылка. – А теперь прошу, кто первый?

Девушка на соседнем ряду сдавлено всхлипнула.

– Не стоит переживать, если Вам нечего скрывать от меня или от закона, – заметил Герхард, испытующе взглянув на нее.

– Давайте, я пойду первый, – отозвался пожилой мужчина, сидящий рядом с ней, – страшных тайн не имею.

– Хорошо, – сказал Командующий и скрылся в проходе.

А вот мне стало страшно как никогда. Изо всех сил пытаясь успокоиться вспомнила его последние слова. Он сказал, что можно не переживать, если нечего скрывать от него или от закона. Получается, мне идти третьей. А ведь мне есть, что от него скрывать. Только возможно ли будет это скрыть, если он проведет свою проверку. Сомневаюсь. Но ведь тогда он все узнает. Узнает, что я люблю его. Что он словно луч света ворвался в мою унылую и зацикленную на долге жизнь. И я уже не смогу так просто смотреть на него, иногда вдыхать его терпки аромат, когда он нечаянно оказывается слишком близко. И работать с ним я уже конечно тоже не смогу. Да и он, скорее всего, узнав о моих чувствах этого уже не допустит. Но что же делать? Как сохранить мою глупую влюбленность в тайне? Может можно избежать проверки, ведь в моих мыслях не злого умысла. И тут вдруг меня пробил настоящий озноб. «А что, если? – от промелькнувшей догадки мне стало на столько не по себе, что, если бы не сидела, наверное, не удержалась бы на ногах. Голова закружилась и дыхание перехватило.

Меня накрыло подозрением. Вдруг, причина остановки экспресса как раз во мне? Конечно, у меня нет злого умысла. Но недавние события в моей жизни окутаны вполне оправданными сомнениями.

Ведь примерно через пол цикла после отъезда брата ко мне подошли двое неизвестных. Естественно, я не собиралась с ними разговаривать, но кто–бы меня спрашивал. Они поймали меня в тупике между старенькими домами на окраине города, куда я ездила на ярмарку за продуктами. И сказали, что от моего брата. Я конечно сперва им не поверила, он они показали мне одну вещь. Это по сути была простая запонка, если бы только я не узнала ее. Это был мой подарок Райару на совершеннолетие. Я наткнулась на необычные запонки в одной антикварной лавке, где они лежали, словно ничего не стоящие безделушки. Помню, как безумно обрадовалась находке, ведь особо сбережений у меня не было. А ровно на них хватило. Больше всего меня привлек маленький самоцвет ярко синего оттенка на каждой из запонок. Раньше я таких, никогда не видела. И вот одну из них и предъявили мне незнакомцы. Сообщив, что брату требуется моя помощь, в точности повторяя мои мысли. И если я готова, то они обещали помочь мне попасть в Альхельм. Единственным условием был простенький браслет, который они в тот же момент зафиксировали на моем запястье и запретили снимать до момента встречи с братом. После этого именно они упомянули, что подъем по ступеням возможен лишь через Корпорацию и я должна отлично учиться, чтобы попасть туда. Но встречу с ними, я должна сохранить в тайне, иначе брату будет грозить смертельная опасность. Рисковать и откровенничать с кем–то я, конечно, не стала. Да и вовсе с тех пор закрылась наедине с учебой и своими стремлениями. Надеясь, что я на верном пути. И опасаясь, что чье–либо вмешательство собьет меня с него.

А теперь я здесь. Даже без понятия где. Затеряна и поймана в сети на просторах Изнанки. На правом запястье по–прежнему находится чужеродный браслет. Он не снимается, я проверяла неоднократно, периодически мучаясь сомнениями. Но так и не решилась никому рассказать. А что, если он и есть угроза. Некоторое время я еще сидела, размышляя. За спиной о чем–то шептались женщина с мужчиной. Девушка на соседнем ряду сидела и как загипнотизированная смотрела в дверь за которой проходила проверка. Страх читался на ее лице. Может все же не во мне причина? Но как узнать. Мне тоже было нереально страшно. Но, просто сидеть и ничего не делать я себе позволить не могла. Поэтому спохватившись, быстро подключила свой планер к инфо–сети экспресса и стала лихорадочно искать информацию. В это время вернулся первый проверенный мужчина. Он вытер взмокший от волнения лоб и тяжело опустился в кресло. Едва слышно сказав своей соседке, – Иди девочка, ничего страшного. Тяжеловато только. Но это просто возраст и мысли…

Она в испуге перевела взгляд на центр, а к ней уже направился Кйон.

– Пойдемте, – сказал он, помогая девушке подняться. В это время в проходе, вновь показался Вайн.

– Ну что так долго? Я же объяснил, время для нас критично, – строго сказал он, указывая на таймер, отсчитавший уже почти треть отведенного нам времени.

Четко осознав, что выхода вообще нет и сейчас самый лучший момент, хоть что–то сделать. Я встала, и обратившись к герхарду попросила отлучиться, немного привести себя в порядок.

Он окинул меня цепким взглядом и кивнул, разворачиваясь, чтобы вновь скрыться в служебном помещении.

Я медленно прошла к дверям, расположенным у задней стены пассажирского салона. Никто не обращал на меня особого внимания, я постаралась проследить за этим незаметно поглядывая назад. Две закрытых двери были передо мной и слева раскрытый проход в промежуточный фильтр к выходу.

Вдруг меня осенило. Кажется, я знаю, как всех спасти и не выдать глупости моего поступка тому, чьё мнение для меня неизмеримо важно. Может даже важнее жизни, которая заставляет скрывать свои чувства. И вообще, как так случилось, что я смогла полюбить незнакомца на столько сильно, что теперь смертельно боюсь разочаровать его? Но об этом размышлять уже поздно. Теперь главное, чтобы все получилось. Ведь дело уже не в нем и не в моих чувствах, а в других людях, что могут пострадать. И я тихонько проскользнула в промежуточный фильтр. И закрыла за собой проход.

В инфо–сети я нашла информацию, что на время остановки входной шлюз находится в разблокированном состоянии. И даже защитная оболочка активируется лишь в момент начала движения. Поэтому нам и грозит разрушение, если мы не начнем двигаться в ближайшее время. Но самым удивительным, оказалось то, что на Изнанку можно взглянуть. Это не космос, в ней нет невесомости. Но, если утратить точку привязки, которой сейчас для нас является транспорт, то Изнанка поглотит раз на всегда.

Теперь надо сделать не такой уж сложный выбор, если подумать. Я нажала на кнопку открытия входного шлюза и передо мной раскрылась потрясающая своей красотой изнанка. Завораживающая, безгранично глубокая тьма с крохотными мерцающими, словно пылинки, частицами. А в ней закручивающиеся и переплетающиеся между собой световые потоки. Недавняя мечта увидеть Изнанку сбылась. Не будь я так напугана сложившимися обстоятельствами, могла бы насладиться моментом.

Итак, выбор. Либо я отдаю себя этой красоте "добровольно", как выразился герхард. Избежав при этом, наверное, заслуженного, позора и ненависти в его глазах. Либо я иду к нему и, скорее всего, итог будет таким же, только с его помощью и презрением ко мне и моей глупости и неосторожности. Либо же, тяну время, трусливо пытаясь спрятаться. И тогда кроме меня пострадают и другие.

Последний вариант точно не для меня. Знай я о том, что на самом деле кроется за моими неосмотрительными действиями, ни за что бы так не поступила. Я всегда считала себя честным человеком. Но, чтобы таким остаться в наше сложное время, нужно иметь не только чистую душу, а еще острый ум, силу и уверенность в себе. Видимо, где–то здесь моих качеств не хватило, и злоумышленники обвели меня вокруг пальца. Так что даже хорошо, что сработала защита. Ибо я не успела никому навредить. Теперь моя задача, спасти остальных. И самое важное, Его... Наверное, все же жаль, что Дэрон никогда не узнает о моих чувствах. А Райар о чувствах Леты. И увы, я уже не смогу помочь своей семье обрести счастье в новом мире. Неужели я все–таки оказалась на столько бесполезной? Но времени на сожаления уже нет... мне пора решиться! На кону жизни людей! А я должна отвечать за свои поступки!

"Пусть, это будет быстро. Ведь я смелая, правда? Надеюсь, хоть в этом я не ошиблась..." – подумала я, уже занося ногу для следующего шага. Последнего в этой жизни.

Но вдруг кто–то схватил меня со спины и заключил в стальные объятья.

– Решила опробовать свободный полет, птичка? – спросил бархатный голос, согревая дыханием. Он был взволнован, но так мягок, что я в начале даже не узнала его, испугавшись.

Из глаз невольно брызнули слезы.

Я так мечтала о его объятьях и услышать нежность в голосе. Но неужели для этого обязательно было решиться на последний шаг? А вдруг узнав обо всем, он сам решит мне помочь его сделать? Еще одна неправильно сбывшаяся мечта. Или это я не умею мечтать? "Бойтесь своих желаний" – правильно говорят!

"Что теперь будет?" – видимо от волнения я вслух проронила эту мысль. Даже не обратив внимание на то, что Дэрон уже давно развернул меня к себе и аккуратно вытирает мои слезы.

– Теперь все будет хорошо малышка, – ответил он.

– Не будет! Из–за меня! Это у меня злой умысел, неужели ты еще не понял, – нарушив всякую субординацию и переходя на личности, на эмоциях выкрикнула я. Теперь он возненавидит меня. Но вопреки моим мыслям, его взгляд не очерствел. А голос не стал строже.

– Неужели ты хочешь причинить кому–то вред?

– Нет! Конечно, нет! – воскликнула я.

– Тогда в чем причина?

– В этом, – я вытянула руку с браслетом. – Он не мой, но я не могу его снять. Возможно, когда–нибудь он кому–то причинит вред.

– И ты решила пожертвовать собой из–за этого? – в голосе прорезались стальные нотки. Он злится? И правильно, ничего другого я не достойна.

– Да, – уже не так уверенно ответила я. – Но я же должна была спасти остальных.

– То есть для тебя было проще лишится жизни, нежели рассказать мне об этом и попросить о помощи? – видно было, что он едва сдерживает свой гнев, но хочет услышать мой ответ.

– Наверное, но это ведь ничего бы не изменило. Только заставило бы тебя разочароваться.

Он слегка приподнял мой подбородок и заставив смотреть прямо в глаза строго сказал.

– Запомни раз и на всегда!!! Все можно решить и со всем справиться, но только пока ты жив. Жизнь высшая ценность и прежде, чем решить пожертвовать ей, необходимо испробовать все возможные варианты! А уж, если рядом, есть другие люди, никогда не стоит пренебрегать ими.

– Но… – хотела защититься я. А потом до меня дошел смысл его слов. Я не только рисковала собой, а еще готова была поставить под удар счастье своей семьи, ведь не только я люблю их. А я даже не подумала о последствиях. Вот эгоистка. Да по сравнению с моей подмоченной гордостью, их боль утраты, была бы настоящей трагедией. Но благодаря Дэрону я жива. И если удастся вернуться с Изнанки обещаю себе, думать прежде всего головой, а не страхами, переживаниями и эмоциями.

Дэрон, аккуратно сжимая меня в объятьях все это время молчал, давая время осмыслить то, что произошло и чем могло закончится. А затем продолжил.

– Просто надо было довериться мне. И все могло бы решиться намного проще, и без особых жертв.

– Это оказалось слишком сложно, – призналась я.

– Сложнее, чем пожертвовать собой?

– Видимо, да, – ответила я, понимая на сколько глупо сейчас все это звучит.

– А вообще ты молодец – решительная, хоть и безрассудная малышка, но мы над этим поработаем, – и он улыбнулся по–настоящему, тепло и открыто.

– Йори, а теперь мне не необходима информация. Позволь, взглянуть на твои мысли. Нам срочно необходимо найти решение.

Обреченно кивнула, понимая, что выхода нет.

– Вспомни все, что касается браслета.

Я сосредоточилась на воспоминаниях и приготовилась сама не знаю к чему. Совершенно не представляю, как происходит чтение мыслей. Но ничего особенного не происходило.

А через несколько мгновений Дэрон вновь посмотрел на меня каким–то совершенно иным взглядом. Даже не знаю, как описать. Словно на долгожданный подарок, который еще предстоит развернуть. Но это длилось буквально миг, а потом он вновь стал серьезным.

– Спасибо, а теперь мне нужно, чтобы ты предельно честно ответила на два вопроса. – Сказал он, потянувшись к кнопке закрытия шлюза. И Изнанка в последний раз мелькнула перед моим взором, когда герхард аккуратно оттеснил меня к стене, подальше от входа. И продолжил. – А самое главное, ты должна верить в свой ответ.

– Первое, ты ведь больше не собираешься вредить себе?

– Конечно нет, я усвоила урок. Постараюсь не рисковать зря. Жизнь нужно ценить, ибо она важна не только для меня.

– Верно, и вполне возможно, что, сохранив ее, ты в будущем принесешь куда больше пользы этому миру.

– И, второе. Теперь, когда ты знаешь о том, что твой браслет опасен, по прибытии в Альхельм ты позволишь мне помочь снять его?

– Конечно, буду очень благодарна тебе за помощь.

Не успела я договорить, как мы ощутили едва заметную вибрацию и экспресс явно пришел в движение.

– Нам надо занять свои места. Пойдем, – Дэрон повел меня к месту, слегка приобняв за плечи. В салоне все уже сидели по местам. На удивление никто не проронил и слова, когда мы вернулись.

– А ты мне потом расскажешь, почему экспресс продолжил движение? – полушепотом спросила я у герхарда, когда мы сели.

– Конечно, когда останемся наедине, – ответил он и улыбнулся. А я от чего–то смутилась.

Вскоре экспресс прибыл в Альхельм. Вокруг было столько всего интересного, что я не переставая крутила головой и пыталась охватить взглядом как можно больше нового раскинувшегося передо мной мира. Он ждал меня, а я дышала им, ощущая эту жизнь так остро и сладко, как никогда ранее. Теперь я знаю она бесценна на столько же, как и любовь!

17. Анна Агатова, "Лук, стрелы и цена" (заявка №45)

Заявка № 45.

Жанр - Любой подходящий (фэнтези, фантастика, мистика)

Примерный сюжет – ГГ – суперзвезда, которому/-ой нет равных в пении/танцах/охоте на крокодилов/пилотировании межзвездных лайнеров и т. п. Но никто не знает, что успеха ГГ добился/-лась не благодаря своему таланту, а потому, что заключил/-а сделку с некоей таинственной силой. Эта сила поставила только одно условие: она придет к ГГ, когда тот/та будет на пике славы, и попросит об одной вещи, и ГГ не откажет ей. Таинственная сила вот-вот явится, и ГГ пытается избежать этой встречи, задействуя все ресурсы, которые теперь есть в его/ее распоряжении.

Персонажи – ГГ, таинственная сила (пол и сущность обоих на выбор автора)

Примечания – Избежать встречи может и не получиться. Мотивы и цели таинственной силы любые, вплоть до юмора/стеба/абсурда, но и серьезная драма тоже подойдет.

___________________________________________________________________________________

Жаркое желание успеть всё мгновенно, как по щелчку, сменилось апатией.

Ещё вчера он требовал отчеты от брокеров, финансовых управляющих, комиссионеров, получившими в управление его недвижимость в разных уголках планеты, нервничал из-за переменчивости курса ценных бумаг и цен аренды, а сегодня всё это было абсолютно безразлично. Он стоял у своего шкафчика в раздевалке и не находил в себе сил даже переодеться.

– Марриел! Ну же! – Заорал жизнерадостно тренер, Дэниэл Рорк, а попросту Дэнки, влетая в раздевалку. – Где тебя носит? Сейчас включат гравиком, а ты ещё даже не надел форму!

Тяжелая лапища опустилась на плечо, но Марриел даже не дрогнул – тренировал его этот коротышка отменно, и сбить с ног будущего чемпиона не смог бы ни за что на свете.

– Слушай, Дэнки. – Говорил Марриел тоже с заметным трудом. – Давай отложим тренировку, а?

– Да ты с ума сошел, Марриел! – Снова жизнерадостно проорал тренер. – Давай, давай! У нас только финал остался! У тебя такие высокие шансы! Нельзя их упускать, так что давай, вперед на тренировку. Не оставить ни единого шанса на поражение!

В этом-то и была проблема: у Марриел были все шансы выиграть и ни одного – проиграть. В груди потянуло и заболело, и он сморщился.

– Я… я плохо себя чувствую. – Пробормотал слабо и потер грудину.

– Всё ты врешь! У тебя отличные показатели, медкапсула не врёт! – Радостный тренер вытащил из внутреннего кармана тренировочного костюма хрустящий пластик распечатки. – Сердце – во! Сосуды – во! Вестибулярка – во!

Каждое «во» неугомонный Дэнки сопровождал всеобщим знаком восхищения – растопыренными пальцами.

– Да и просто подумай! Выиграешь и на призовые сможешь пол-Луны скупить! Ну?! Все долги, какие есть, раздашь.

Ну да. Если выиграет, то сможет. А если Марриел сможет купить пол-Луны, то сам Дэнки – как раз вторую половину…

Вот только когда Марриел встретится с тем, кому должен, с каждой новой победой рисовалась всё четче, и от этого становилось так страшно, что шевелились волоски на плечах и на копчике. Это только по началу он боялся, что отдать придется волосы…

– Всё же я хочу сняться с соревнований, – выдавил он из себя.

Да, Дэнки не согласен, но нужно попробовать ещё раз, один последний раз.

Жизнерадостный Дэнки ещё пару мгновений рассматривал Марриела, а потом ловким, почти незаметным движение оттолкнулся от пола, плавно, но быстро подплыл к нему вплотную, в мгновение превращаясь в холодного дельца, господина Д. Рорка, и жестко отчеканил:

– Слышь ты, тряпка с ушами. А ну собрался, переоделся и вышел в гравиком! Или ты не выйдешь отсюда вообще.

Марриел сглотнул, глядя в эти холодные, не обещающие ничего хорошего глаза. Печень ощутимо дернулась, будто могла сама по себе помнить жестокие удары, и руки сами потянули тренировочный комбез.

Сущность млела от странного ощущения, которое грело изнутри и от которого она расплывалась во что-то совершенно прозрачное. Она возьмет своё, обязательно возьмёт! Но и вот это ожидание было таким вот… приятным, теплым изнутри и сладостным. Наблюдение за донором, за его судорожными попытками улизнуть, избежать, увернуться было отдельным видом… Пожалуй, сущность уже хорошо научилась чувствовать, и это чувство можно было назвать удовольствием. Да, наблюдение за донором приносило у-до-воль-стви-е. Удовольствие!

Сущность перекатывала это слово в сознании и так, и эдак, связывала его с внутренним теплом, и расплывалась ещё сильнее.

Этот слизняк боится? Хочет спрятаться? Ах-х! Как же хорошо. У-до-воль-стви-е!

***

Началось всё давно, несколько лет как.

В мечтах Марриел взмывал на своей гравидоске под купол, мощные лучи света скрещивались на нём золотым сиянием – не серебряным, не бронзовым светом, а именно золотым как на победителе, – он слегка покачивался на легком ветерке, что обычно гуляет под самым куполом базы, длинные волосы развевались, приоткрывая эльфийской формы уши, а сам он гордо улыбался, и был невероятно счастлив своей победой.

Но то в мечтах, а на деле свернулся, словно эмбрион, и завис под потолком в раздевалке. И страдал. Слезы отчаяния и безнадеги накапливались в глазах, отрывались маленькими подвижными шариками и взлетали в воздух – невесомость бережно держала и слезы, и самого Марриела, в своих мягких ладонях. И Марриел мысленно костерил свою подружку, которая уговорила его немного подстричь волосы над ушами, чтобы недавно сделанная пластика была видна лучше. И именно вчера, прямо накануне соревнований!

– Говорили же мне, говорили… – Бормотал Марриел, жмурясь, чтобы выдавить из глаз лишнюю влагу. – Не стригись перед соревнованиями! А я… Какой же я идиот… Доверился… поверил… И кому? Дуре криворукой! И всё, проигрыш…

Да, выпущенная из лука стрела полетела куда надо, набрала не лучший, но и не плохой балл, вот только сам Марриел не удержал равновесия, навернулся с гравидоски и нелепо забултыхался в воздухе, размахивая своими «идеальными рычагами для стрельбы» – руками и ногами, – вовсе не идеально. И за эту часть выступления баллы полностью сняли. Потому что нашлось много парней, не имевших таких прекрасных эльфийских ушей, но выполнивших кульбит после выстрела идеально и обогнавших его по очкам, а потому занявших призовые места.

Это именно их сейчас награждали, освещая лучами призового цвета, для них играл гимн их лунных баз, а он, неудачник Марриел, под потолком раздевалки собирал свои слезы в большой подвижный шар.

Желание победить, быть первым душило и разрывало изнутри.

– Да я бы стричься перестал вообще, да что угодно отдал бы за первое место, за то, чтобы быть лучшим! Что угодно!.. – Отчаянно кричала его душа в пространство.

Сущность уже очнулась. Её сознание долго-долго бродило вокруг отдельными мыслями, пытаясь собраться воедино. Вот наконец собралось, и сущность испытала непереносимое… что-то, что заставляло её метаться по бесконечному космосу и молча вопить. Позже сущность, прозрев, назвала это жаждой, а тогда она ощущала: ей нужен кто-то… для чего? Для чего-то!

Дергаясь от одной галактики к другой, она мучительно корчилась, но никак не могла избавиться от того страшного ощущения, что гнало и гнало её неведомо куда.

И вдруг…

Вдруг она почувствовала вибрации, созвучные своему ощущению. Тому самому ощущению, от которого бежала и не могла сбежать. И сущность метнулась туда, откуда шло это чувство.

Вибрации успокаивали страшное чувство, гнавшее неизвестно куда. И едва коснувшись сознания того, что создавало родственные вибрации, сущность будто прозрела. Она поняла, что она – Сущность, и что источник вибраций – человек. И ещё: она может обменяться с ним. И поняла ещё кое-что: она не беспомощна. Вот перед ней че-ло-век, который вообще ничего не может сам, абсолютно, а то, что ему надо, она могла бы дать мгновенно.

Но Сущности нравилась исходящая от че-ло-ве-ка слабость. От этого у неё в глубине разливалось тепло – она сильная, она могучая! И обещания человека!.. О! Она… Она могла бы…

Сущность вздулась, распахнулась, да так, что вселенная вздрогнула. Едва заметно, но всё же, всё же…

– Я сделаю тебя лучшим стрел-ком из чего хочешь, – коснулась она своим распахнутым сознанием сознания че-ло-ве-ка. – Да, самым лучшим. Хочешь?

Откуда в ней взялась мягкость, она не знала. И откуда эти слова, и вкрадчивые интонации, которые вливались в сознание человека тонкими, не различимыми почти струйками, размягчая его, делая податливым, готовым воспринять её предложение, тоже не понятно.

– Да! Хочу из лука! На гравидоске! В невесомости! – Кричало и рвалось что-то внутри у че-ло-ве-ка, успокаивая жажду Сущности, наполняя и напитывая её. – И чтобы все мною восторгались!

– И готов заплатить? – Всё так же мягко стелила мысли Сущность в сознание слабого че-ло-века.

– Стричься перестану… Да что угодно! – вибрировал тот в ответ.

Что такое «стричься» Сущность не имела представления, ну пока, поэтому пропустила мимо себя.

– Ты станешь успешным, обещаю. И тогда я приду, и ты отдашь мне самое дорогое, – Сущность не прошептала, а выдохнула, невесомо вложила в самый центр вибраций че-ло-ве-ка эту мысль.

И че-ло-век завопил на всю вселенную:

– Да! Согласен!

Именно сейчас Сущность поняла, что до этого момента была слепа, даже когда считала, что всё познала и поняла. Потому что вдруг увидела и звезды, и черный космос, и маленького лысого и кожаного червяка – че-ло-ве-ка. И посмотрела ему в глаза. И человек тоже её увидел. И завопил, насыщая Сущность ещё более приятными вибрациями:

– НЕТ!!!

Мгновенно её выкинуло из человечьего сознания, но поздно – слово было сказано, и было это слово согласием, и было оно клятвой.

Сущность отхлынула мягко, тихо растворилась в космосе, просто перестав быть видимой. Ничего больше не причиняло сущности неприятных ощущений, даже наоборот – ей было хорошо. А всё потому, что у неё будет донор, и теперь у неё есть важная цель: сделать так, чтобы донор ей полностью соответствовал.

Марриел проснулся, обливаясь потом, его трясло от ужаса, руки и ноги свело судорогой, дернулся, и от этого движения крупный шар слез, что так и висел над головой, разбился о лицо, снова залив глаза и защипав кожу.

Таких ярких кошмаров Марриел не помнил. Глаза, которые глянули на него из пустоты, были чудовищно, омерзительно ужасны, от их взгляда не хотелось быть, не хотелось чувствовать, потому что всё вокруг было мукой. Защищаясь, сознание не позволило вспомнить то, что ещё было во сне. По крайней мере не сразу, хотя мысли как раз были приятными и наполняли душу восторгом.

Слова эти всплыли в памяти позже, когда его тренер Дэнки, – не самый лучший на Луне, наверное, но какой уже есть, – бросил ему на тренировке прямо в лицо:

– Мне надоело твоё вечное нытьё. Если ты сегодня же не покажешь результат, я вышвырну тебя с базы. Понял?

Марриел знал, что тренер так может – ярость в его глазах не была наигранной. На Луне же жизнь и так непроста, а уж если ты не базовый, то и вовсе коротка – работа на рудниках обычно не длится долго. И Марриел выложился на той тренировке так, как никогда раньше. И наконец показал результат. Дэнки прищелкнул языком, когда Марриел восьмой раз подряд устоял на ногах, отпустив тетиву лука, прищурился, прощупал взглядом фигуру длинноногого почти-эльфа и вкрадчиво сказал:

– А ты ведь можешь стать лучшим стрелком…

И вот после этих слов ледяная волна ужаса окатила Марриела от шеи до копчика – и интонация, и взгляд, и слова показались до судорог знакомыми, и он вспомнил!..

С того дня Дэнки взялся за него всерьез. И Марриел работал, выкладываясь на тренировках: и на силовых, и на выносливость, и в гравикоме. Тренер всё поглядывал на него оценивающе, мол, кажется или в самом деле?.. Марриел молча считал, что кажется: ну какой только бред не приснится, если уснуть в невесомости в неловкой позе? Но с заданиями тренера справлялся, тренировался не за страх, а за совесть, и вскоре получил призовое место в соревнованиях на своей базе. Не первое, правда, а только пятое. Но стоял в лучах призового розового света, волосы, которые он и в самом деле перестал стричь, легко волновались на ветру, гулявшему под куполом базы, и приоткрывали эльфийские уши, а внизу шумело человеческое море – болельщики восторженно приветствовали победителей.

Странно, но казалось, что этот успех не такой уж и сложный: то, что раньше не удавалось совсем, теперь стало получаться. Пусть и не без труда, но намного легче, чем раньше: лук лежал в руке так, будто был её продолжением, тело чувствовало движение воздуха всей кожей и мгновенно реагировало, а инерция выстрела уже не опрокидывала навзничь.

Успех казался случайным и в одном соревновании, и в другом, опять и опять. Но лишь до тех пор, пока Марриел не заметил, что инерция, с которой он не мог раньше сладить, теперь не опрокидывает его вообще никогда. Даже когда он не прикладывал усилий. А самое страшно – даже когда он сам, нарочно старался опрокинуться, у него не получалось.

Марриел продолжил тренировки, но после своего ужасного открытия уже не выкладывался – зачем? Ведь и так всё получится. И вершина за вершиной покорялись ему: третье место, второе, а потом и первое на его родной лунной базе.

Тренер, снова оценивающе щурясь, смотрел на него, выставляя на соревнованиях уже между куполами. Марриел был уверен, что главное – не стричься. Он мог напиться после соревнований, прогулять почти весь свой гонорар, спустив всё на девиц, но даже в самом чумном угаре не забывал про волосы и даже в самом невменяемом состоянии никому не позволял к ним прикасаться.

Соревнование за чемпионский титул всея Луны Марриел получил играючи: он не только положил все пять стрел в цель, но сделал такие кульбиты после каждой, что болельщики встали как один и аплодировали стоя почти десять минут, скандируя его имя.

Когда отзвучал гимн их купола, и чемпионы в лучах наградного света спустились на своих гравидосках к поверхности, Марриел был бледен, а взгляд неподвижен. Тренер Дэнки, раздаривая улыбки направо и налево, поволок своего чемпиона в закрытую раздевалку.

– Что стряслось, Марриел? – Спросил, когда бледный чемпион привалился к стене, а дверь плотно прилегла к коммингсу.

Марриел смотрел перед собой остановившимся взглядом. Он был страшен, как страшны люди, увидевшие свою смерть.

– Волосы… – Пробормотал Марриел едва слышно. – Беречь… Нельзя стричь…

Стоя там, на пьедестале почета, Марриел понял, что он, кажется, получил то, к чему стремился – он лучший стрелок из лука на Луне и вот-вот тот кошмар, что снился ему когда-то, явится прямо сейчас и потребует самое дорогое. А что ценного у него есть? Только волосы.

Сущность наблюдала за своим будущим донором и чуть заметно вибрировала от удовольствия. Какой же он!.. Какой смешной и глупый!

***

– Марриел, мы летим на Землю! – В новую, шикарную квартиру Марриела, почти-эльфа и лучшего лунного стрелка из лука, весёлым шариком влетел его тренер. Он потрясал коммом, на котором видны были стандартные бланки межпланетной транспортной компании. – Вот. Смотри! Это на ближайший рейс до Земли.

Дэнки сиял. Он тоже многого достиг: поменял жилье на более просторное, женился и даже прикупил небольшой бизнес – пару прикупольных химчисток, на каких обычно лунные бусы проходили обработку перед проходом в купол. Марриел посматривал на это иронично и подумывал о том, что и ему бы нужно куда-то вложить деньжата, которых теперь у него было почти столько же, сколько внимания поклонников. Но поклонников и поклонниц – особой категории любителей его таланта – было так много, и он был настолько для них притягателен, что подумать о чем-то другом, у чемпиона просто не было времени.

– Зачем на Землю? – Марриел теперь даже говорил медленно, будто и говорить-то ему лень. Теперь всгда, когда не предавался веселью, как сейчас, он был ленив и вальяжен.

– Мы будем участвовать в межпланетных соревнованиях!

– Да-а? А зачем тогда на Землю? Земляне всё равно в космос вылетают на соревнования. У нас же такой вид спорта, что…– протянул Марриел, апатично почесал длинное ухо, зевнул и, кое-что прикинув, слегка удивился. – Слушай, Дэнки, так соревнования же почти через год? Да и потом… Ну кто с землянами будет тягаться в стрельбе из лука?

Марриел осекся – в глазах тренера промелькнуло то самое выражение, когда жизнерадостный и добродушный Дэнки вмиг превращался в жесткого и даже жестокого Дэниэла Рорка. Но это было лишь короткое мгновенье, и душка-Дэнки тут же вернулся.

– Думаешь, почему землян считаются непобедимыми? Потому что они тренируются в неблагоприятных условиях Земли, где гравитация ого-го-го, стрела летит по параболе, а не по прямой, мешают ветра, и сила тяжести шпарит – будь здоров! Это тебе не наш гравиком, смешная имитация трудностей.

Дэнки говорил восторженно и увлеченно, отчего страх в душе Марриела понемногу отступал, позволяя увлечься разворачивавшейся перспективой.

– Вот сделаем сенсационное заявление, что лунит тоже будет участвовать в этих соревнованиях! Ха, что там начнётся! – Дэнки даже зажмурился от восторга. И восторг этот на его пухлом лице смотрелся прекомично. – Поездим по земным городам, дашь несколько интервью, помелькаешь там и сям. Понимаешь, нам надо привлечь внимание, чтобы все следили за соревнованиями. Заодно посмотрим их тренировочные базы и под шумок потренируем тебя в этих их жестких условиях.

Осторожно, чтобы не вызвать гнева Дэнки, Марриел высказал сомнение:

– Да кто там про наш вид спорта знает? Один из тысяч…

– А-ха-ха! Это на Луне каждый тысячный – немного, а на Земле это ого-го-го, силища! А много людей – это ставки, Марриел, а значит, денежки. Это успех в межпланетных соревнованиях, а это тоже денежки.

– А если я не смогу победить? – Поинтересовался Марриел легко, стараясь, чтобы тренер не увидел его косого, испуганного взгляда.

– Да и ладно. Не победишь, так хоть популярным станешь. Ну же, Марриел! Соглашайся!

Чемпиона отпустило внутренне напряжение – всё же мнение тренера для него много значило. Да ещё полудетская мечта вновь всплыла в памяти: он, Марриел, стоит на покачивающейся гравидоске в луче золотого света, волосы на ветру развеваются, приоткрывая эльфийские уши, астеничная фигура только подчеркивает сходство с эльфом, а внизу… Внизу бушует не мелкое озерцо поклонников-лунитов, а море, огромное море землян!.. Марриел сглотнул жадную слюну и, глядя на тренера, кивнул:

– Полетели.

Сущность мелко вибрировала – то ли смеялась, то ли мурлыкала: ей нравилось происходящее. Но всё можно было сделать ещё лучше и получить ещё больше удовольствия. И Сущность приложила немного усилий, самую малость, едва большую, чем полувзмах крыла земной бабочки.

На Земле лунный лучник почему-то вызвал невероятный ажиотаж.

Повлияло ли заявление, что он будет соревноваться с землянами, что само по себе было небывалой дерзостью: всё же земляне всегда были настоящими асами в этом спорте, непререкаемым авторитетом, и соревновались только сами с собой, а тут какой-то выскочка из колонии…

Или так сработала его необычная внешность, отстраненный, чуточку надменный вид, «типично эльфийский», как кричали во всех новостях, и общая загадочность, усиленная неразговорчивостью лунного стрелка.

А может, вмешалось ещё что-то и потом сложилось всё вместе.

Но где бы ни появлялись жизнерадостный и кругленький Дэнки и флегматичный высокий Марриел, их встречали толпы поклонников и, что особенно радовало почти-эльфа, поклонниц.

Этим нельзя было не воспользоваться, и Марриел, уделявший немало времени тренировкам в условиях повышенной силы тяжести, так же набирался опыта и впечатлений в общении с противоположным полом, что в тех же условиях повышенной гравитации играло новыми красками.

Он, страдая от тяжести собственного тела, неутомимо веселился с новыми знакомыми и приятелями, кутил и гулял на всю ширь кармана, а потом брал себя в руки, снова погружался в глубочайшую флегму и налегал на тренировки.

Толпы поклонников росли, популярность самого Марриела, стрелка-лунита и почти-эльфа, тоже росла – всё больше молодых людей отращивали длинные волосы, меняли их цвет на блонд и вытягивали пластикой уши. Стрельба из лука на гравидоске в невесомости набирала нездоровую популярность: и дети, и взрослые осваивали лук, а принтеры не успевали печатать для них стрелы и гравидоски.

Эта бешеная популярность коснулось и организаторов соревнований. Им пришлось срочно пересматривать проект космической спортивной базы – поток желающих купить зрительские места всё рос и рос, и даже огромная цена билета не отпугивала, и приходилось срочно расширяться.

Ловкий Дэнки во всю пользовался ситуацией и снимал процент за рекламу соревнований. Заодно и у Марриела на счете то и дело появлялся новый нолик, отчего ему сносило крышу, и почти-эльф снова пускался во все тяжкие.

Как-то земляне предложили луниту «дружеский» матч, пояснив, что игра просто на победителя, без ставок. Такое было непонятно жителю Луны, и Марриел намерен был отказаться, но Дэнки… Дэнки увидел в этом ещё одну возможность «продать лунную пыль», как он выражался, то есть снять ещё немного денег с публики, жаждущей зрелищ, и вот уже Марриел парит над травой земной спортивной базы на своей гравидоске и целится в мишень.

Вокруг лес, сверху припекает солнце, и от волос жарко спине, ветерок шелестит листьями ближайших деревьев, тонко стрекочут в их ветвях птицы – странные животные, умеющие летать. Нет, Марриел знал о том, что такие животные есть, даже видел в сетевых роликах. Но вживую они поразили его, и продолжали поражать всякий раз, как он их видел.

Но Марриел был спортсмен, умел собраться и игнорировать всё, что отвлекает: и солнце, и птичьи трели, и земной ароматный ветер, к которому никак не мог привыкнуть. И, пружиня ногами и удерживая равновесие, лунит усилием воли отрешился от окружающего, прицелился, без труда взял поправку на ветер, на силу тяжести (он неплохо приспособился к земным условиям), на отсутствие отдачи и пустил стрелу.

Другую.

Третью.

Все легли в цель, близко одна к другой. И едва оперенье на последней перестало качаться и замерло, как вокруг раздались ликующие крики – Марриел как гость стрелял последним, а его результат оказался лучшим.

Болельщики зашумели, подхватили Марриела и принялись его качать, а потом поставили на какую-то тумбу и неистово хлопали, продолжая скандировать что-то восторженное. И вот стоя на этой непонятной тумбе, чувствуя остро, тревожно пахнущий земной ветер на своем лице, слыша слаженные вопли болельщиков, он понял, что соревнования на космической спортивной базе он выиграет. Земляне там будут или титанцы, марсиане или венерианцы, он выиграет лишь потому, что просто не способен проиграть.

И тогда его кошмар, от которого он просыпался в холодном поту, это чудовищное нечто, в глазах которого плескалось обещание бесконечных мук, придет наяву и заберет самое ценное. И волосы, которые Марриел считал своей ценностью, вряд ли привлекут того, кто снился ему в страшных снах.

Если не волосы, то… Что? Титул чемпиона? Славу? Ловкость? Дыхание Марриела остановилось: в голове ярко вспыхнула картина как он, безногий, карабкается по коридору лунной базы, цепляясь за потолочные поручни. А потом ещё одна вспышка, и он уже лежит беспомощный, не способный двинуть даже пальцем, никому не нужный, в собственных испражнениях и блевотине, гниёт заживо, и всё потому, что даже сиделке заплатить нечем.

– Марриел, Марриел! – Вдруг он услышал, как кто-то зовет его, почувствовал, как его трясут за плечо. – Марриел!

Марриел повернул голову и невидящим взглядом нащупал Дэнки. Но разглядел его не сразу, и не сразу сообразил, что тренер тащит его куда-то, мимо кричащих людей, вертит головой и бормочет что-то про особые методики тренировок и спортивный транс. Открыть рот, чтобы сказать хоть слово, сил у Марриел не было. Самое большее, что он смог, – слабо улыбнуться и приподнять руку, чтобы махнуть толпе.

Дэнки затащил его в какой-то закуток, почти нору, только вертикальную, настолько маленькую, что Марриел чувствовал запах пота и ужаса, исходящий от тренера.

– Марриел, Марриел! Да что с тобой?! – Жалобно и одновременно зло бормотал Дэнки, тряся за плечи, дергая за уши, хлопая по щекам.

– Ну хватит, хватит, – вяло отмахивался слабыми руками Марриел. – Нормально. Всё нормально.

Наконец, ему удалось опуститься на что-то твердое – стул или пень. Он посидел, приходя в себя, встряхнул головой и наконец слабым голосом спросил:

– Дэнки, так куда ты говорил надо вкладывать деньги?

Дэнки, который всё теребил Марриела, замер и посмотрел ему в глаза.

– С чего это тебя вдруг пробрало?

– Поумнел, – чуть заметно улыбнулся Марриел.

***

Больше в кутежи Марриел не срывался, с головой ушел в тренировки, поручив тренеру не только свой спортивный режим, но и управление своими финансами. Теперь денежки разумно и рационально шли на приобретение самой выгодной недвижимости, акций корпораций, добывающих самые ценные ископаемые.

А тренировки всё больше превращались из наращивания силы и ловкости в умение прятать свои нечеловеческие умения стрелять и выделывать на гравидоске изящные кульбиты. Изнутри сжигала жажда движения – всё время казалось, что он потерял слишком много времени, и каждую минуту было жаль, если она не работала на приумножение капитала.

В какой-то момент Марриела осенило: если он не станет участвовать в соревнованиях, то не станет самым лучшим стрелком из лука, сохранит имеющиеся капиталы и сможет спокойно жить дальше.

– Дэнки, слушай, – сказал он, когда они оба уже собирались на космодром, чтобы стартовать к космической спортивной базе, – а что будет, если я снимусь с соревнований?

Весело насвистывавший Дэнки замолчал, медленно повернулся к Марриелу. Лицо его было страшным, почти таким же как те жуткие глаза из пространства, и тренер без замаха зарядил чемпиону в печень, вложив в удар всю свою немалую массу. Марриел не ожидал такого и моментально сложился пополам, а Дэнки продолжал бить его, даже когда он упал.

– Я… тебя, собаку… – выдыхал он, между замахами ногой, – своими руками… убью…

Растерявшийся от напора, от внезапности нападения, Марриел наконец вывернулся из-под кулаков Дэнки, откатился, вскочил. Спиной вжался в угол. Дыхание срывалось, зрачок почти перекрывал радужку, и голос хрипел, когда Марриел спросил:

–- Ты чего, Дэнки? Ты чего? Успокойся. Тебе может отдохнуть нужно? Я же просто спросил…

– Это тебе, собака, лунный кратер тебе в печенку, отдохнуть нужно!

Марриел только сильнее вжался в стену, а Дэнки снова был Дэниелом Рорком со своим страшным, выворачивающим внутренности взглядом, и то, что был он на голову ниже и глядел снизу-вверх, только добавляло страха.

– Ты выступишь, Марриел, слышишь? Выступишь! Или… – И тренер, зло стиснув губы, сделал шаг к своему подопечному. Его рука снова была сжата в кулак.

Марриел ссутулился, будто кулак вновь больно врезался ему под ребра.

– Выступлю, выступлю, Дэнки. Успокойся, – пробормотал, не открывая глаз.

Почему, почему он, непобедимый спортсмен, боится этого коротышки? Да он его сам может скрутить и в узел завязать. Разве нет? Марриел приоткрыл глаз и бросил короткий взгляд на Дэнки, раздувающего в бешенстве ноздри и мнущего пальцы в кулаках. Надо подождать немного, пока тренер успокоится, и попытаться ему рассказать…

А пока будет ждать, Марриел подумает, что именно рассказывать. Стоило лишь представить, что нужно будет говорить о непонятной твари, которой нет, но которая смотрит в самое нутро чудовищными глазами, как у Марриел перехватывало горло. Наверное, признаться в убийстве было бы не так жутко, как в таком вот знакомстве. И, главное ведь, не объяснить кто это или что!

Но Марриел в самом деле попробовал.

Они уже летели в космопорт, и Марриел с совершенно отрешенным лицом спросил:

– Дэнки, скажи, есть же правила соревнований? Ну там одна весовая категория, парни с парнями, равнозначные технические условия…

– Есть. – Дэнки смотрел строго перед собой и пил что-то из жестяной банки. Он вообще после того разговора, перешедшего в драку, молчал и не смотрел на Марриела, будто это его избили, а не наоборот.

– Ну вот… Наверное, в них же есть запрет на соревнования более сильны со слабыми, верно? – Мягко подводил Марриел к одной простой мысли.

Дэнки всё так же не глядя пожал плечами, будто не знал, но и не отрицал такую возможность.

– Понимаешь… В моей жизни произошло одно событие… – Марриелу было очень неудобно говорить, не видя реакции другого человека. Понимает он или нет? Согласен или возражает? Но Марриел хотел, чтобы его тренер, его друг понял его. – И после него… В общем, может, ты не заметил, но меня теперь невозможно обыграть. – Выпалил.

Тот молчал, все так же глядя строго перед собой.

– Но я должен расплатиться за это… Чем-то очень дорогим.

Он, Марриел, молодец, хороший аргумент придумал! Против такого Дэнки не сможет возражать, он всё и всегда просчитывает, и лучше других знает, что за всё надо платить.

Дэнки резко повернулся, и схватил Марриела за комбез на груди и дернул на себя, почти утыкаясь носом в нос.

– Вот выиграй межпланетные соревнования, и расплатишься. Ясно? Ты читал контракт? Там такая сумма, что…

Марка сглотнул и после короткой паузы моргнул.

В знак согласия.

– Вот и хорошо, – отодвинулся, расслабляясь, Дэнки. Отпустил комбез, погладил ткань на груди Марриел, чтобы она расправилась от человеческого тепла. Улыбнулся, глядя наконец в глаза своему чемпиону. – Вот и правильно.

И тут же открыл свой коммуникатор и принялся неспешно в нём рыться. Кажется… Кажется, Дэнки не понял… Он не понял, что Марриелу нельзя участвовать в этих соревнованиях.

Теперь уже Марриел смотрел перед собой. Что же делать? Что ему делать?! Чудовищные глаза жуткой твари из ниоткуда с каждой милей, которую покрывал их флайер, становились всё ближе, осязаемее и ужаснее.

***

В космопорту было шумно и так светло, что глаза заслезились. И Марриел отстал, а потом и вовсе потерялся. Проморгавшись, заозирался, увидел кассовый терминал и вызвал виртуальную панель с ближайшими рейсами. Рейс на Луну отбывал через полтора часа. Это хорошо, можно будет пойти в туалет и побыть там до посадки. Плохо, что это был небольшой шаттл на сто человек, в таком трудно затеряться. Но другие варианты были ещё хуже, и Марриел приложил коммуникатор к считывателю, чтобы расплатиться. Терминал издал писк, и на виртпанели появилось сообщение: «Ваши счета заблокированы и недоступны для использования. Обратитесь в ближайшее отделение банка ЛунаСити!»

Что за?.. Марриел нахмурился и вновь приложил коммуникатор к панели. Писк повторилась, надпись всплыла снова.

– А куда это ты собрался, Марриел? – Раздался радостный голос за его спиной.

Марриел сглотнул и медленно обернулся. Дэнки. Улыбается доброжелательно, а в глазах лед и космический холод.

– Я отстал, потерялся, – неуверенно улыбаясь, ответил Марриел.

Не будет же Дэнки его бить на виду у всех? Тем более, что его, кажется, узнали, и вокруг собираются люди, тихо переговариваясь.

– Ты же мой драгоценный! Как хорошо, что я управляю твоими финансами и успел заблокировать все транзакции! Спортсменам не стоит волноваться о своих деньгах накануне важных соревнований. – С теплым чувством и доброй улыбкой сказал Дэнки. – А чтобы ты не терялся в толпе, у меня есть кое-что интересненькое.

И нежно прикоснулся к запястью Марриела своим, и тут же жесткое магнитное поле охватило и будто склеило их руки.

– Идем. Незачем тут стоять. У нас рейс скоро. – И Дэнки потянул его за собой.

Марриел нацепил на лицо обычную маску прохладной надменности и двинулся следом за тренером. Его тошнило от ужаса и паники, в мозгу зрели и тут же лопались, как пузыри, идеи сбежать, спрятаться, укрыться и не попасть на соревнования – неудавшаяся попытка побега вызывала желание рыдать в голос.

Уже сидя в самых роскошных креслах челнока, следующего на спортивную космобазу, Дэнки прошипел сквозь добрую улыбку:

– Только дернись ещё раз, только попробуй… И я гарантирую тебе несчастный случай. Это же космос, тут что угодно может произойти. У некоторых получается даже выпасть за борт без скафандра. Представляешь? Какая ужасная смерть! Лопнувшие сосуды, вытекшие глаза, застывшее, словно ледышка, тело. А-яй-яй!

***

Ну вот и всё. Это было закономерно – он выиграл.

Марриел сиял в золотом луче света, его гравидоска парила выше других – он победитель, чемпион Солнечной системы. И всё было как в его мечтах: и волосы развеваются, и эльфийские уши видны, и бушующие от восторга люди внизу, и он – лучший. Непобедимый стрелок из лука в невесомости, первый лунит, победивший в самом популярном спорте, кумир миллионов, которому подражают и кем восхищаются. Всё как ему и обещали. А значит, миг расплаты настал.

И чудовищные глаза появились.

Марриел зажмурился и перестал дышать. Он понял, как был смешон, желая популярности, как был жалок, беспокоясь о волосах как о самом ценном, как глуп, считая свой достаток чем-то важным для твари, глаза которой снились ему в ночных кошмарах. Ведь самое дорогое, что у него есть – не волосы, не руки-ноги, не деньги, а его жизнь, его душа.

Нет! Только не это! Нет, нет, пожалуйста!..

Одинокая слеза скатилась по щеке: опять он кого-то молит… Сколько можно трусить? Хоть раз в жизни нужно посмотреть в глаза своему страху, хоть в последние мгновения жизни…

Сущность, дрожавшая от предвкушения и удовольствия, смотрела на своего донора и собирала себя в один ком. Какой же этот червяк глупый, какой трусливый! Как приятно ощущать своё превосходство!

Марриел сглотнул и глянул в чудовищные, леденящие своей нечеловечностью, противоестественные в своем существовании глаза.

– Требуй.

Голос сорвался и захрипел. Марриел откашлялся и повторил твердо:

– Требуй. – И гордо приподнял подбородок.

Сущность уже была видна, став плотной, чтобы ворваться, втиснуться, ввалиться в этого че-ло-ве-ка, стать им, чувствовать им, жить им, и не отрываясь смотрела ему в глаза.

– Я хочу, – вложила Сущность в голову Марриелу своё пожелание, – я хочу, чтобы ты…

Ветерок взметнул длинные белые пряди и швырнул их прямо Марриелу в лицо, залепив глаза, скрыв донора от взгляда Сущности, и она, так потешавшаяся над его глупыми страхами и желаниями, сейчас, за секунду до цели, вдруг рассвирепела:

– Да постригись ты уже!!! – Прорычала, провыла, проклацала она.

Марриел вздрогнул от сотрясшего его импульса. Не веря себе, отвел волосы от лица и потрясенно всмотрелся в глаза твари. Эти глаза, глаза Сущности, медленно наполнились ужасом осознания: единственный шанс забрать добровольно отданные тело и душу, она… Она использовала, чтобы потребовать у этого червяка… постричься?!

Импульс ещё большей силы сотряс всю космическую станцию, внизу, среди болельщиков кто-то стал заваливаться, кто-то закричал, кто-то заметался, началась паника. И ещё один импульс, невероятной силы, казалось, вогнул прозрачный купол станции внутрь, у всех заложило уши и выдавило глаза, и если бы это продлилось ещё хотя бы миг, то погибли бы все. Но всё прекратилось, внезапно, мгновенно, резко.

А Марриел стоял на своей гравидоске под куполом и плакал от счастья.

18. Евгения Рарог, "Услышать зверя" (заявка №33)

Заявка №33.

Жанр – Становление личности, фэнтези

Примерный сюжет – В племени (клане) фэнтезийной расы (на выбор писателя) приходит время провести обряд взросления, но прежде молодым "нелюдям" предстоит пройти испытание и доказать свою силу и навыки.

Персонажи – Главный герой(-ня), его близкий друг, ну и антононисты противники.

Примечания – Всё это время за ними следят наставники, но они не знают об этом.

__________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/532310

19. Jain Solvaty, "Эура" (заявка №44)

Заявка №44

Жанр – Любой (хоть фэнтези, хоть фантастика, хоть реализм)

Примерный сюжет - Чиновник средней руки едет по делам через глухомань и нарывается на грабителя/грабительницу. Грабитель/грабительница в результате погибает. Чиновник приезжает в небольшое поселение, где как раз готовится пышная свадьба дочери/сына мэра, и обнаруживает, что погибший грабитель/погибшая грабительница как раз и был/-а ее женихом/его невестой.

Персонажи – Чиновник (пол на усмотрение автора), дочь/сын мэра, жених-грабитель/невеста-грабительница

Примечания – Легких выходов из ситуации нет (чиновник не может просто взять и замять случившееся, жених/невеста не может просто воскреснуть).

_____________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/426430

20. Казанский Геннадий, "19’72" (заявка №25)

Заявка №25.

Жанр – Реализм, (+по желанию: романтика, драма)

Примерный сюжет – Человечество перешло к производящему хозяйству уже несколько десятков поколений назад. Новые люди строят небольшие поселения. В одно из таких поселений, из страшного неизведанного леса, где человека не встретить - выходит некто. Пришелец вынужден остаться работником у одной из семей. Так ещё и зима, неурожай, голод. А вместе с голодом - болезнь.

Как чужак может помочь своей любимой/любимому и ее/его семье? Выживет ли поселение, и что нужно для этого предпринять?

Персонажи – Чужак, жители поселения, судьба/природа

__________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/459586

21. Малеев Алексий, "Неслучайные случайности" (заявка №32)

Заявка №32.

Жанр – Космоопера или научная фантастика

Примерный сюжет – ГГ хочет вернуться домой, к семье, после войны или опасных приключений, в ходе которых он стал знаменит, но происходят случайности, которые ему мешают и задерживают. В финале оказывается, что все случайности были тщательно спланированы и подстроены одним из его родственников, который объясняет свое вмешательство тем, что хотел для ГГ только добра.

Персонажи – желательно, чтобы в тексте были не только люди.

Примечания – хотелось бы, чтобы в сюжете не было безумцев.

_______________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/426812

22. Edward Nashton, "13-й Экспедиционный" (заявка №13)

Заявка №13.

Жанр – Фантастика, боевая, космическая с элементами юмора

Примерный сюжет – Межпланетное государство - Империя, опираясь на промышленную мощь своих мега-корпораций проводит политику завоевания. И вот, один из многочисленных имперских флотов, после, более чем десятилетнего, победоносного завоевательного похода возвращается на центральную планету империи. Здесь его ждет переукомплектование личного состава и пополнение запасов. Но прежде – захватывающий дух парад космических кораблей. Все жители планеты- столицы в ожидании, а на огромных табло ведется обратный отсчет до начала парада...

Персонажи – 1 ГГ - курсант военной академии наблюдает парад непосредственно с космодрома. 2 - ГГ молодой повеса, наследник одной из мегакорпораций. Наблюдает парад из Vip ложи корпорации на крыше здания. 3 - ГГ случайный прохожий не собирался смотреть на парад но был захвачен толпой, и смотрит парад с одной из площадей мегаполиса.

Примечания – В космическом флоте широко используются корабли дроны-носители дронов и подпространственные прыжки в атмосферу.

_________________________________________________________________________

Инициализация

Последняя экспедиция Тринадцатого торгово-разведывательного флота длилась более десяти лет. По определенным еще на заре освоения космоса нормативам, настало время для регулярной процедуры профилактического обслуживания и замены личного состава. Ближайший обитаемый форпост находился достаточно близко, и именно туда флот и направился.

Сумерки командирского мостика нарушил мягко засветившийся экран:

«Флагман тринадцатого торгово-разведывательного флота „Гнев Империи“ отправил запрос на построение дельта»

«Принято… запускаю протокол возвращения на ближайшую точку сборки»

«Протокол запущен…»

…

«Построение выполнено!»

«Установка навигационного маршрута…»

«Установлен новый маршрут, примерное время прибытия … две недели стандартного универсального времени»

«Запуск маршевых двигателей…»

Гордыня

В столовой военно-космической базы на планете Вавилон сегодня было очень людно. За длинными столами расположились почти все курсанты. Однако до обеда было еще очень далеко. Старший офицерский состав собрал здесь всех подопечных, чтобы сделать важное объявление.

— Внимание! — громогласный призыв коменданта базы заставил заткнуться молодежь и вопросительно взирать на старшего в ожидании продолжения.

— Как стало известно, к нам направляется Тринадцатый торгово-разведывательный флот. Прибытие ожидается менее чем через двое суток. В связи с этим наша база переходит в режим повышенной боевой готовности. Нам необходимо встретить корабли для профилактических работ и переукомплектации личного состава. Недавние экзамены помогли нам выявить самых лучших среди вас. Именно они пополнят экипажи кораблей после технического обслуживания и отправятся завоевывать новые космические просторы.

Последняя фраза утонула в восторженных возгласах и радостном шуме. Однако комендант не спешил с наведением порядка. Понимая радость молодняка. Когда все немного поутихло, он продолжил:

Вечером будут вывешены списки героев Империи, которые приведут нас к новым космическим достижениям и еще больше укрепят авторитет Императора! А пока все свободны…

***

Вечером действительно вывесили списки курсантов, которые займут места ветеранов Тринадцатого торгово-разведывательного флота. Но далеко не все лучшие выпускники туда попали. Особенно разочарован был Тадеуш Галицкий, наследник командора флагмана "Гнев Империи". Его на борт не отправляли. С этим вопросом он обратился к суперинтенданту Вавилона, но тот просто проигнорировал запрос, чем очень расстроил курсанта. Лишь позже, почти перед самым прибытием флота, пришло сообщение от знакомого в командном составе, что это приказ самого коммандоса Тринадцатого флота. Такое положение дел Тадеуша не устроило, и он организовал тайную встречу с такими же недовольными, что получили отказ.

Темный ангар аварийного оборудования находился в самом дальнем конце базы. Сюда личный состав почти никогда не заходил. Только если возникали какие-либо чрезвычайные ситуации на планете, требующие спасательно-ремонтных работ. В остальное время здесь лишь изредка появлялись патрули.

— Пак Вон Хо, прибыл.

— Матиас Каррера, прибыл.

— Николай Волков, прибыл.

— Энтони Доусон, прибыл.

— Рад вас видеть друзья. — Тадеуш пожал руку каждому прибывшему.

Его товарищи были столь же хорошо обучены и являлись, можно сказать, элитой базы на Вавилоне. Каждый из них, не смотря на юный возраст, уже имел звание младшего офицерского состава и имел в своем подчинении от пяти до десяти курсантов, но, как и наследник командора, не попали в списки нового состава тринадцатого флота. Все собравшиеся желали одного и того же и именно по этому собрались сегодня в этом почти заброшенном помещении.

— Каждый из нас обладает исключительными личными и боевыми навыками. И все это предназначено не для того, чтобы сгнить на захудалом форпосте человечества, а для того, чтобы приносить блестящие победы в дальнем космосе. Именно по этому здесь и сейчас мы собрались. Пора брать нашу судьбу в свои руки. — уверенная, но эмоциональная речь Галицкого не оставила ни одного из товарищей без нужного настроя. Придя сюда, каждый из них уже был готов к предстоящим событиям. Риск был велик, Но кто не рискует, тот не добивается ничего.

Алчность

В спальне шикарного пентхауса самой высокой башни Вавилона, на кровати с шелковым бельем лежали двое. В тонированные окна заглянул закат. Недавнее сообщение о прибытии тринадцатого флота все никак не выходило из головы хозяина башни. По началу Реджинальд Фон Майер младший даже обрадовался такому событию. Они с матерью хорошенько отпраздновали возникшие перспективы, что, как обычно, закончилось в постели. Но когда голова прояснилась, наследник одной из семи великих корпораций с говорящим названием Фобос, наконец-то стал размышлять трезво.

На самом деле его корпорация занималась в основном военными технологиями, а за космос отвечала другая компания из Великой Семерки. И даже несмотря на то, что флот прибудет на такую захолустную планету на самом краю человечества, как Вавилон. Это не гарантирует отсутствие других представителей Семерки. В конце концов, даже здесь есть и другие филиалы, помимо Фобоса. Однако разработанный им план должен помочь. Усмехнувшись и осторожно вылезая из кровати, чтобы не потревожить женщину, Реджинальд отправился в свой кабинет, чтобы еще раз проверить все необходимые для рейдерского захвата флотилии документы.

***

— Господин Реджинальд. — Дворецкий Джон Доу, как всегда, вошел в кабинет совсем незаметно, не издав ни одного звука.

Впрочем, наследник Фобоса уже давно к этому привык. Дворецкий был единственным, кому Хозяин доверял безоговорочно. Хотя и должность то была лишь номинальной. На Неизвестном держалась почти вся служба безопасности Младшего. При этом с обязанностями слуги и телохранителя Джон тоже справлялся тоже идеально.

— Что тебя привело ко мне в столь поздний час? Мне надо подготовится к завтрашней встречи. Ты же знаешь, как для меня это важно!

— Именно! По этому я и здесь. Мои люди доложили, что парад Тринадцатого флота будет крайне опасным мероприятием! Позвольте мне самому заняться всеми формальностями. Вам же с матушкой не следует покидать Вип ложу и встречать прибывших лично, вместе с делегацией города.

— Уверен? — Хозяин был все еще в сомнениях, но, зная Доу достаточно давно и полностью ему доверяя, решил последовать совету. Спросил он лишь для проформы, чтобы не терять лицо. Как бы Фон Майер младший не был жаден до всего чужого, жить он собирался и дальше. Хотя желание лично отобрать что-то у одной из семи корпораций сильно обуревало душу наследника.

— Абсолютно, господин Реджинальд! Доверьтесь моим людям. Спасибо.

Зависть

Подземный город, а точнее технический этаж города Вавилон, чем-то напоминал поле боя. Пока на поверхности и в небе жители удаленного форпоста человечества готовились к празднику по случаю прибытия тринадцатого торгово-разведывательного флота, внизу разверзся ад. Конечно, и в спокойное время эту часть мегаполиса вряд ли можно назвать нормальным, но именно сейчас у парий появился шанс отомстить всем нормисам.

Особенно сильно приложил руку к беспорядкам и боевым действиям в недрах планеты один небезызвестный детектив, что тоже был выродком, но стоял на защите покоя обычного населения. Пока не получил задание от руководства на уничтожение группировки, скрывающейся на технических этажах.

Противостояние этих двух тупиковых ветвей эволюции длится уже многие годы. Когда-то эти мутанты были гордостью цивилизации, расправившей крылья и начавшей покорять далекий космос. Но управлять людьми сложнее, чем автоматикой. И вот семерка великих корпораций обзавелась послушными и высокоразвитыми ИИ. Специально выведенный вид Homo sapiens больше оказался не нужен. Более того, он оказался опасен. И вчерашние герои дальнего космоса оказались выброшены на обочину цивилизации, всячески гонимые и презираемые нормальными людьми. Это, естественно, вызвало со стороны выродков ненависть к нормисам.

***

— Ты какого хрена делаешь? — крик детектива Януша застал одного из бойцов «подземки» врасплох. — Если ты так небрежно будешь обходиться с этим, то взлетишь на воздух и всех вокруг еще заберешь с собой. Ты хочешь оправдать звание самого тупого? Нормисы только порадуются, потирая руки.

— Простите шеф. — Понуро опустив голову, пробурчал Коллинз. И аккуратно поправил только что небрежно поставленный ящик. Остальные боевики только ухмыльнулись. Неопытный новобранец, что взять с молодняка.

— Навигатор, все готово, — влез в перепалку Маккензи, потрескивая статикой вокруг себя. — Можно выдвигаться хоть сейчас.

Грузовой глайдер стоял на платформе, готовый взмыть в высь вдоль центральной вентиляционной шахты Вавилона. Радиационный фон здесь зашкаливал. Это было неудивительно, поскольку главный реактор города находился метрах в пятистах ниже по стволу шахты. Но париям это было не то чтобы сильно опасно. Геном этих мутантов был рассчитан и на более жесткие условия.

— Отлично, я отправляюсь к «кроличьей норе», — отозвался детектив, — Коллинз идет со мной, как захваченный глава террористической группировки. Его болевой порог позволит немного потянуть время. Как только флот войдет в атмосферу, я подам сигнал..

Небесный парад

— Доброе утро, Вавилон! Отличный денек у нас намечается! — Радио и голоэкраны во всю надрывались, передавая в прямом эфире оживленную атмосферу в студии Центрального канала. —С вами я, Мэтью Фаррел, ведущий студии Вавилон Эйр. Сегодня ожидается прибытие из самых глубин космоса нашего доблестного тринадцатого флота Дальней Разведки. Всего в состав флота входит тринадцать кораблей. Символично, да? Как всегда, во время особых мероприятий у нас ожидается большой наплыв весьма примечательных гостей!.

***

«Внимание! Всем боевым единицам. Разрешение получено. Подготовится к перемещению в атмосферу планеты. Статус… объект имеет третий индекс опасности. Кораблям подготовится к боевому маршу…»

***

Закрытый радиоканал зашипел. А затем все собравшиеся в ангаре бойцы услышали сигнал.

— Начинаем! — Пак Ван Хо, находящийся в центре телеметрии и связи, достал пистолет и выстрелил в голову оператора, который только что передал тринадцатому флоту разрешение на переход в атмосферу. Вся техника давно автоматизирована, а наличие старшего офицера в центре координации вместе с оператором - лишь дань традициям и когда-то составленным инструкциям.

Вооруженный отряд под командованием Тадеуша в боевом порядке направился к докам.

***

— Дорогой, а тебе разве не нужно ехать? — молодая дама, возраст которой, уже давно не соответствует внешности, обратилась к Реджинальду Фон Майеру.

— Нет матушка, сегодня мы наслаждаемся шоу из первых рядов. — Отвечая, глава корпорации Фобос непринужденно кивал головой, приветствуя все новых гостей.

Здесь, на сто пятидесятом этаже центральной башни мегаполиса, собиралась элита, чтобы собственными глазами наблюдать прибытие тринадцатого флота. В комнате, расположенной в неподалеку от зала, расположилась съемочная группа Вавилон Эйр.

***

Несмотря на недавние достижения, Януша отправили патрулировать городские улицы. Людей у полиции, конечно, не хватает, но чтобы детектива назначить в патруль. Впрочем, чего еще ожидать от нормисов, что с презрением смотрят на всех выродков. Однако именно на это он и рассчитывал. К тому же его ценная для органов правопорядка особенность позволяла охватывать при наблюдении огромные пространства. Вероятно, это еще одна причина, по которой его отправили на улицы.

***

Появление флота, как и ожидалось, было впечатляющим. В начале возник сильный электромагнитный сигнал. Затем над городом прокатился оглушительный гул, завершившийся целой серией громких хлопков. Это корабли, вынырнув из подпространства, как по волшебству материализовались в небе над улицами. Однако дальше все пошло не по плану. Флагман "Гнев Империи" сразу же направился к военно-космической базе. Остальные двенадцать кораблей рассредоточились, выстраиваясь в оборонительную конфигурацию.

По центру расположился координационный центр, похожий на огромный волчок. Он начал с огромной скоростью вращаться. Постепенно усиливающееся свечение закончилось яркой вспышкой, сопровождаемой сильным электромагнитным импульсом. Вся электроника в городе, не имеющая специальной защиты, вышла из строя. Дальнейшая пульсация космического корабля создала помехи для оставшихся целыми защищенных средств связи.

Вокруг центрального объекта выстроился тетраэдр из материнских кораблей. После вспышки Координатора шлюзы этих носителей были открыты, и многочисленные беспилотники разного назначения вырвались наружу, словно рой разъяренных пчел. Росчерки лучевого оружия и вой электромагнитных орудий создал какофонию звуков, несущих смерть и разрушение. Зачистка была начата.

Семь оставшихся кораблей составили сферу, защищая внутренне пространство от возможной угрозы. После этого вся эта небесная конструкция последовала за флагманом, который уже почти достиг доков военно-космических сил человечества.

Разбор полетов

Земля. Метрополия.

Просторный конференц-зал был полон. Здесь собрались представители всех колоний. Совет Семи в полном составе тоже присутствовал. Все, кроме главы Фобоса, который пока что считался без вести пропавшим. Но вероятность того, что он выжил в аду, который поглотил Вавилон, была ничтожно мала. Собрание было спешно созвано именно из-за инцидента на том самом форпосте человечества.

— Дамы и господа! Прошу тишины! — Председатель заговорил, как только все разместились на своих местах и приготовились к тяжелым обсуждениям кризисной ситуации.

— Согласно полученным от аналитического центра данным. Мы столкнулись с чужой цивилизацией…

23. Mennad, "Ушаковы и развод" (заявка №7)

Заявка №7.

Жанр – любой, юмор приветствуется

Примерный сюжет – В недалеком будущем люди делятся на четыре типа, для каждого типа есть свое цветовое обозначение: желтые - во всём видят радость, неисправимые оптимисты, оранжевые - педанты и реалисты, зелёные - пессимисты и бесконечные добряки одновременно (можно добавить свои качества, супер способности всё что угодно каждому цвету на усмотрение автора). Правительством рекомендуется заключать браки только со своим типом, чтобы избежать большого количества разводов. Главные герои создали семью не обращая внимание на рекомендации, в результате в их семье собрались все типы. Показать быт такой семейки, как они преодолевают трудности, катятся к разводу. Концовка на усмотрение автора, приветствуется счастливый конец, но не обязательно.

Персонажи – пара, создавшая семью, их дети и любые другие персонажи на усмотрение автора.

Примечания – нет

__________________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/reader/367201/4214363

24. Добромуд Бродбент, "Аромат зла или психолог по принуждению" (заявка №47)

Заявка №47.

Жанр – Тёмное фэнтези, можно юмор

Примерный сюжет – Главный герой (или героиня) — психолог у Тёмного властелина/ Злой королевы, которым всё-таки удалось захватить власть. Характер у них тяжёлый, штат дьявольской прислуги большой, работы много, надо ещё как-то и самому крышей не поехать.

Персонажи – Психолог, его злодейский владыка, прислуга, возможно какие-то призраки прошлого. Персонажи необязательно люди.

Примечания – Психолог когда-то хотел быть Великим Героем/Героиней. Разочаровался он или проиграл – решать автору. Единственное условие — психолог не хочет убить или занять место злодея, он верен своему слову.

___________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/429045

25. Анна Таира, "Сон" (заявка №31)

Заявка №31.

Жанр – Любой

Примерный сюжет – Один день (час, минута), который поделил жизнь Главного Героя на «до» и «после».

Персонажи – интересный главный герой (героиня), у которого есть «внутренний мир» - мысли, чувства, может быть какой-то треш и прочее. Остальные герои или их отсутствие на усмотрение автора.

Примечания – Хотелось бы проникнуться историей героя (героини).

_____________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445174

26. Лилия Дедова (Данина), "Передышка" (заявка №39)

Заявка №39.

Жанр - драма, любой другой дополнительный

Примерный сюжет - женщина застаёт своего мужа за изменой, классически придя домой раньше с работы, но в процессе конфликта выясняется, что "любовница" не только внешне копия женщины, но и зовут её так же, и паспорт у неё точно такой же, и позиционирует она себя точно так же, как "жена"

Персонажи - женщина, муж, "любовница"

Примечания - решение конфликта обязательно в духе дополнительного жанра(фэнтези, научная фантастика, мистика и т.д.), но без счастливых внезапностей.

______________________________________________________________________

Ханна никогда не любила выяснений отношений и в принципе отношений с надрывом. И за пятнадцать лет относительно счастливого брака, во многом потому что спокойного, искренне считала, что с выбором партнёра, с кем можно строить семейную жизнь, ей повезло. И Малик тоже неоднократно уверял её, что всегда искал именно такую спокойную и рассудительную женщину, и никакие высокоградусные отношения на стороне ему совершенно не интересны. И она верила. Все пятнадцать лет.

И вот теперь стоит за дверью их спальни и слушает сладострастные стоны своего благоверного и его любовницы. А ведь приди она на какие-то пару часов позже, то ничего бы не узнала. И хотелось ли ей вообще что-то узнавать? Ведь если бы не этот “казус”, она бы продолжила существовать в своём идеальном иллюзорном мире, где всё хорошо. По крайней мере была бы спокойна.

С трудом поборов порыв так же тихо и незаметно уйти, Ханна отошла от двери спальни, вернулась в гостиную и прошла к бару. Нашла початую бутылку бренди и стакан. За льдом пришлось идти на кухню, и это оказалось даже хорошо – до кухни не долетали посторонние звуки из спальни.

Устроившись за кухонным столом, женщина пригубила напиток, пытаясь обдумать и структурировать ситуацию. Малик ей изменяет. Подло, да. Учитывая, что об этом они тоже договаривались, что все претензии и желания сначала обсуждаются в кругу семьи, она упорно не понимала причин, побудивших его к этому шагу. Скучно стало? И это совершенно не похоже на обычно замкнутого домоседа, крайне редко покидающего их уютную квартиру в центре Стокгольма.

Горло сдавил болезненный спазм, стоило вспомнить, с каким удовольствием и энтузиазмом они обустраивали своё гнёздышко, как Малик подбирал интерьер, а она носилась по городским магазинам в поисках нужных вещиц. Да, может у них и не всегда всё было гладко, но идеальных семей в принципе не существует, и любой конфликт или спор можно решить словами. Без походов на сторону. Что же сейчас пошло не так? Почему? Эти, и не только, вопросы крутились в голове женщины, и она не сразу услышала стук каблуков в коридоре. Вернее, даже не каблуков, а острых шпилек.

– И что же ты тут прячешься, глупышка?

На пороге кухни остановилась стройная миниатюрная брюнетка в ярком зелёном платье, чёрные кудряшки она собрала в небрежный высокий хвост, в тёмных выразительных глазах прыгали озорные чёртики. Весь её образ дышал весной и неуёмной энергией, бьющей через край. Сияющее лицо почему казалось знакомым, словно Ханна только недавно на него смотрела, но совсем в иных обстоятельствах.

– Не узнаёшь? – изобразила грусть наглая гостья. – А если так?

Она нахмурила лицо, сжала пухлые алые губы в тонкую линию и сдвинула брови, изобразив строгий взгляд.

Ханна как сидела за столом немым изваянием, так и застыла, потрясённо смотря на практически свою копию. Или, что уж прикидываться, лучшую версию – более молодую, более яркую и агрессивную.

Ханна никогда не считала себя красавицей, правда, и уродиной не слыла. Обычная, ничем не примечательная внешность, как считали по большей части светловолосые и рыжие родственники, досталась ей от кого-то из совсем далёких пращуров. Непослушные чёрные кудри, торчавшие по утрам жёсткой проволокой во все стороны и никак не желавшие укладываться в элегантные причёски, она чаще носила в простом пучке, практически не красилась и избегала вызывающей одежды, предпочитая утончённую классику. Да, к сорока двум годам она успела смириться и со своим лицом и с тем, что красавицей никогда не была и уже не станет.

Но именно сейчас на неё смотрела самая настоящая красавица с её лицом, странное отражение несбывшейся жизни, которой у Ханны никогда не было.

– Не издевайся, Миле, – раздался из коридора голос Малика. – Это же твоя подопечная. И твоя вина. Прояви сострадание.

Спустя мгновение угрюмый мужчина тоже зашёл на кухню. Бросил на Миле осуждающий взгляд, но плутовка обворожительно улыбнулась ему, словно ничего не делала. Малик посмотрел на окаменевшую в шоке Ханну, но быстро отвёл взгляд, не выдержав укора в блестящих от подступающих слёз глазах женщины.

– Малик, – с трудов выдавила Ханна, – что происходит? Я не понимаю…

– Прости, Ханни, – в голосе мужчины прозвучала вина, – я не хотел, чтобы всё так закончилось, особенно для тебя. Ты такого точно не заслужила.

– Закончилось? – не спуская с него напряжённого взгляда, переспросила Ханна.

– Да всё просто, дорогуша, – Миле прошла к столу и устроилась напротив Ханны.

Хорошо, что хотя бы улыбаться перестала, взгляд её тоже посерьёзнел.

– Малик мой муж, и я его искала очень и очень долго. Он сбежал от меня… а ты помогла мне его найти, – светло улыбнулась Миле.

– Как?

– Понимаешь ли… Несмотря на то, что у нас были некоторые разногласия, – Миле покосилась на вставшего у окна мужчину, – он меня всё равно любит. В любом, так сказать, виде. Даже если это будет моя копия. Да, с тобой вышел косячок, ты из всех копий меньше всего оказалась похожа на меня. А твой характер просто бррр. Но это, похоже, и сработало. Непонятно, да? Гхм, ладно… В роддоме я подмешала тебе и ещё нескольким девочкам свою кровь. Это трансформировало тебя в мою копию. И чтобы вы представляли, кого из мужчин нужно искать, я добавила к крови ещё парочку своих воспоминаний о Малике. Это был только эксперимент, я даже не рассчитывала на то, что он может сработать. И тем более, что Малик может на это клюнуть, – нервно хохотнула она, но тут же посерьёзнела. – Но я тебе, правда, очень благодарна.

– Что это за бред? – перевела недоверчивый взгляд на мужчину Ханна.

– Увы, – скупо улыбнулся он. – Боюсь, что это правда, Ханна. Думаю, дальше нет смысла скрывать. Мы не люди в обычном понимании. Выглядим похоже, но истоки по своей сути ближе к ангелам. Нас было восемь пар – мужи и жёны. Наши браки старше, чем некоторые звёзды. Я оставил Миле, когда она стала совершенно невыносима. Было делом времени, когда бы она обнаружила меня.

– Но ты хорошо спрятался, – заметила Миле. – Мне пришлось постараться, чтобы найти тебя.

– Ты испортила Ханне жизнь, – строго посмотрел на жену Малик. – Ей и ещё сотням других детей.

– Ой, не драматизируй, – отмахнулась Миле. – У большей части уже есть свои семьи и даже детишки, с ними всё нормально – я проверила. И вообще, им сказочно повезло обладать моей красотой. Сюда добралась поздновато, да. Не ожидала, что тебе понравится такая ледышка. Она даже кровь истока умудрилась застудить!

– В последнее время я стал ценить спокойствие, – флегматично ответил Малик.

Ханна отметила, что его обычно моложавое лицо неуловимо изменилось. Теперь он не просто казался молодым, но и был. Перед ней стоял тот самый Малик, какого она встретила пятнадцать лет назад. Долговязый, худощавый, с широкими плечами и узкой талией, в круглых очках, совершенно не портящих породистое лицо, с копной чёрных густых волос. Да, именно такое сочетание всегда ценила Ханна в мужчинах. Теперь понятно, почему.

– Значит, твоя настоящая жена – это она? – кивнула на Миле Ханна.

– Да.

– А я? Кем была я все эти годы?

– Передышкой, дорогая, – просветила женщину Миле, так как Малик молчал. – Ты была передышкой от меня.

– И что было бы, если бы она тебя не нашла? – спросила Ханна, продолжая смотреть только на Малика и отчаянно стараясь взять себя в руки и не разрыдаться, хотя очень хотелось.

– Мы бы с тобой прожили долгую совместную жизнь, – грустно улыбнулся Малик. – Со стороны наш брак казался бы идеальным, я бы приложил все силы, чтобы ты тоже так думала. Своих детей у нас не было бы – истоки бесплодны. Но я бы в итоге уговорил тебя взять ребёнка из приюта.

– Зачем? – глухо спросила женщина, закрыв глаза и сразу почувствовав, как по щекам покатились слёзы. – Чтобы и ему сломать жизнь?

– Вовсе нет, – не спешил соглашаться с ней Малик. – Мы с тобой ушли бы в мир иной либо вместе, либо друг за другом. Я вскоре после тебя. Мне не привыкать инсценировать свою смерть, я уже давно живу в этом мире. Да, я увидел в тебе образ Миле, но в конце концов оценил твою личность, индивидуальность и уже давно не воспринимаю тебя её копией. И твой характер пришёлся мне по сердцу. Мне было хорошо рядом с тобой. И мне, правда, жаль, Ханна, что я не смог дать тебе даже такой малости. Но все эти пятнадцать лет… ты же была счастлива.

– Да, – горько усмехнулась Ханна. – Для передышки и этого довольно. Проваливайте. Оба. Пожалуйста…

Щёку похолодило лёгкое дуновение ветра, Ханна открыла глаза и потрясённым взглядом оглядела пустую тёмную комнату. Судя по темноте за окном и затёкшей спине была уже глубокая ночь. Сколько же она просидела за столом?

Кое-как водрузив себя на ноги, женщина проковыляла до ванной. Очень сильно хотелось по маленькому. Освободив едва не лопнувший мочевой, Ханна подошла к раковине и, подняв взгляд на зеркало, коротко вскрикнула, отскочив и таращась на такое же испуганное отражение, в котором почему-то застыла длинноволосая блондинка с голубыми глазами. Лицо тоже изменилось. Сейчас Ханна сама себе больше напоминала мать – весьма эффектную женщину с неувядающей северной красотой, на которую всю жизнь и старалась быть похожей хотя бы характером.

Вернувшись на кухню она включила свет и только тут заметила лежащий на столе сложенный вдвое лист бумаги. Судя по неровному кривому почерку, писал Малик.

“Прости нас, Ханна. Мы постарались всё исправить. Возможно, какое-то время ты ещё будешь вспоминать обо мне. Вряд ли удалось убрать все следы крови Миле, но в этом тоже есть своё преимущество – ты стареешь медленней других человеческих женщин. Стирать память мы не стали. Я подумал, что потерять пятнадцать лет жизни будет хуже, чем помнить. Твои новые знания помогут со временем преодолеть эту зависимость. Ты ещё молода и можешь завести свою семью, детей. Главное, не оглядывайся на прошлое. И будь счастлива.

С любовью, М.”

Прошло десять лет

– Малик, отойди от парапета! Два метра от меня, ты помнишь?!

По набережной неспешно прогуливалась высокая роскошная блондинка, толкая вперёд детскую коляску со спящим младенцем. Лёгкий дневной макияж подчёркивал большие и чуть раскосые голубые глаза. Длинные густые волосы были распущены, закрывая изящные плечи и спину почти до поясницы. Пляжная белая шляпа с широкими полями прятала нежную кожу от палящего солнца. Когда её взгляд останавливался на спящем младенце, строгое холодное лицо становилось по-матерински мягким и светлым.

Впереди бежал маленький мальчик четырёх лет от роду, то и дело норовящий вылезти за ограждение, и, когда не видит строгая мама, просовывал с широкие проёмы не только любопытный нос, но и голову, любуясь накатывающими на берег волнами и белыми гребешками пены.

Эффектная женщина приковывала заинтересованные мужские взгляды, и кто-то даже решился подойти познакомиться, несмотря на двух маленьких детей, но красотка продемонстрировала золотое кольцо на безымянном пальце и, подозвав сына, той же неспешной походкой двинулась дальше.

За прогулкой семейства наблюдала ещё одна семейная пара, расположившаяся на крытой террасе маленького приморского ресторанчика. Истоки провожали взглядом женщину, пока она не скрылась из виду.

– Всё-таки она тебя не забыла, – заметила Миле, пригубив свой коктейль, поморщилась и отодвинула, тут же сцапав бокал мужа.

– Пятнадцать лет жизни сложно вычеркнуть из памяти. Хочется надеяться, что простила, – улыбнулся Малик.

– Я её недооценила, должна признать, она не дура. Очень мудро перенесла свою привязанность на сына. Надеюсь, со временем и мужа сможет полюбить. Скажи честно, Мал, скучаешь по ней?

– Не знаю. Это были совершенно другие чувства. Рядом с ней было спокойно. Жизнь казалась простой и понятной, с её простыми радостями и трудностями.

– Хах, – задорно улыбнулась Миле, – не то что в наших отношениях, да? Ладно тебе, Малик, не сердись. Вообще-то это я должна обижаться, ты меня оставил, исчез. Что я должна была думать? Ну, я в итоге и думала. И очень испугалась за тебя. Разделённые пары ведь слабеют. Вдруг ты сгинул, как Лит? Или тебя Ибрис нашёл и пожрал твою душу? Или ещё что ужасное случилось.

– Я же оставил тебе письмо, – хмуро напомнил Малик, поняв, что загоны жены с его исчезновением не прекратились.

– “Дорогая, прости, я больше не могу нести ношу ответственности за твои выходки”? – подняв глаза к небу, будто вспоминала, процитировала на память Миле. – Отличное письмо, очень информативное. Ты побоялся нести ответственность.

– Да, за твои поступки, – подчеркнул Малик. – Пустой разговор. Сколько раз это можно ещё обсуждать…

– Пока ты не поймёшь, что сделал мне больно. – Миле помолчала и уже более спокойно продолжила: – Я знаю, что была невыносима, милый. Но я исправилась, правда. С кошки пятен не сотрёшь, это верно, но я стараюсь. Я поняла, что могу потерять тебя. И испугалась.

Малик, наконец, улыбнулся и притянул жену к себе, обняв за плечи.

– Обещаю, больше не буду сбегать от тебя.

– Отлично, – просияла Миле, прильнув к нему и заглядывая в глаза, – я тоже обещаю, что стану спокойнее.

– Может, что-то более реалистичное пообещаешь? – засмеялся Малик.

– Да, ты прав, – спохватилась Миле. – Обещаю теперь советоваться с тобой и не спорить… Ладно-ладно! Меньше спорить и чаще прислушиваться к твоему мнению. Так лучше?

– Лучше, – ответил Малик, закрыв рот своей взбалмошной возлюбленной долгим поцелуем.

27. Александра Айрин, "Игра в «человечность»" (заявка №19)

Заявка №19.

Жанр – любой

Примерный сюжет – показывается обычная размеренная жизнь разных людей, семей и одиночек, на первый взгляд не связанных между собой. Но, когда случается что-то (любое: уход на работу, болезнь, падение метеорита, явление Сталина) - все меняется и оказывается, что между ними есть связи.

Персонажи – просто люди. При желании - люди на первый взгляд.

Примечания – Очень хочется, чтобы развязка прям Бум! Вау! Вот это да!

___________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/445939

28. Чудо В Перьях, "Непокорный Нож" (заявка №2)

Заявка №2.

Жанр – Мистика, детектив, альтернативная история.

Примерный сюжет – Студентку юридического факультета арестовывают за кражу музейной ценности государственного масштаба. В камере СИЗО девушка находит предмет, по которому устанавливается связь с её дальней родственницей из 13-14 века, причастной к созданию ценности. Предмет был создан для действующего правителя, византийского ставленника на троне Ордынской Руси. Вместе женщины должны понять, кому в современном студентке времени выгодно похищение ценности.

Персонажи – Студентка, обвинëнная в краже, женщина из прошлого, создавшая ценность, другие по желанию автора.

Примечания – Желательно магическое решение преступления в духе "родовое проклятье на двадцать колен вперëд", но гораздо проработаннее.

_______________________________________________________________________

(1.1)

Пробираясь меж ярких прилавков, мальчишка выцепил взглядом следующую цель. Перемахнул через пухлый мешок, толкнул в бок пышную тетку и, стуча тощими ножками по мостовой, устремился к ней.

– Он сказал тебе передать. – Двое в синих плащах повернули головы, – Там, в конце улицы. Дядька дал монетку, медную. Сказал, чтоб я вот это, – Он поднял повыше плотно стянутый бечевкой сверток размером с предплечье – передал тебе. И что ты тоже дашь монетку.

Главный в процессии скривил свое рыбье лицо и вопросительно дернул квадратным подбородком. Один из синих плащей, моложе и ниже – на полторы головы, приподнялся на цыпочки и зашептал мужчине на ухо, заставляя взгляд карасиных глаз проясниться.

– Господин Фотий спрашивает, что в свертке и почему это ему что-то передали. – Голос у переводчика высокий, почти писклявый спугнул вышедшую на снижение ласточку, и та, выписав пируэт, скрылась за сопками.

– Дык откуда ж мне знать? Внутрь не заглядывал. Дядька не велел, сказал уши поотрывает.

– И ты не полез? – не дождался писклявый слов от самого Фотия. – Идикась сюда, покажи, чего принес.

Почуяв угрозу, мальчишка метнулся в сторону. Выронил сверток, гулко грохнувший о каменистую дорожку. Взвизгнул и завертелся угрем. Оттянутое Синим Плащом запястье, вмиг налилось красным.

–Ай! Ай-ай-ай! Что ж я вам сделал?! Пусти, ну отпусти меня!

Другой поднял сверток и развернул. Внутри обнаружилось тонкое березовое полено. Мужчина взвесил его в руке, повертел и не слишком торжественно уложил поверх ближайшей из бочек.

Толпа зашевелилась, полнясь скучающими зеваками и продавцами, переставлявшими перед долгим днем товар.

Обманывать господина Фотия. Да за такое высечь тебя будет мало! Тебя и всю вашу шайку. Пойдем-ка, расскажешь, где прячутся дружки. – распалившийся пискля набрал еще воздуха в грудь и сдулся под пристальным взглядом начальства.

– Угх! – Решивший не сдаваться мальчишка, напрягся всем телом, оттолкнулся от земли и пнул пленителя под колено. Не помогло. Разве что чуть, давая ему мгновение на попытку. – Идите к лешему!

Неудачливый плутишка шлепнулся на камни. Отполз и вскакивая на свои две побежал, поднимая в воздух мелкие пылинки. Молоденький гончар соскочил со своего места, двинулся следом, но не успел – мальчишка поднырнул под локоть и скрылся прежним путем.

Торговые ряды перетекали один в другой, и люди стремились с краев к центральным площадям, как травинки, сорванные бурным течением реки. От крепостной стены дул ветер, свежий и влажный, разбирая каштановые кудри Фотия. То и дело к нему выходили лавочники, или их дети бегло кланялись и возвращались к товару. Некогда им видите-ли слушать мудрых людей, нужно спасать тело, а не душу.

Ступень наспех сколоченной и так оставленной сцены. Одна, потому что кого надо – того занесут. Воспитанники храма играли незамысловатый, веселый мотив, предлагая людям не разбегаться.

В танцевальный мотив ворвался стук барабанов. Обернулись простые прохожие. Фотий вышел к центру, поманив притихшего переводчика. Толпа уплотнилась, оформилась нарастающей человеческой массой.

– Братья и сестры Новгородцы! Опомнитесь! Неужели вы не видите, что мир катится в бездну греха? – Поверх бархатистого и глубокого голоса проповедника лег второй, поплоше и звонче. – Нас окружает обман и хитрость, затронувшие и детские души. Только вставшие на ноги, еще не окрепшие птенцы нагло лгут, воруют и поднимают руку на старших. Уподобляются окружившим священную землю…нехристям. Во.

Заинтересованных глаз стало больше. Вещающий взял паузу и властно оглянул новоприбывших.

– Но кто же учит их тому? Все наш пример, пример – взрослых. В сложные времена люди сближаются или становятся злей. И стоит вам задуматься, люди. Задуматься над той историей, которую поведал сам Сын Божий.

Задрожали струны, взрывая напряженный воздух. От дальнего края сцены двинулся мерным шагом богато одетый актер. На него налетели двое, принялись трепать за полы рубахи, стянули плащ на завязках и не туго закрепленный пояс, подтолкнув к краю. Тот покачнулся и рухнул плашмя, заслоняя улыбчивое лицо просторным рукавом…

Мимо пошли актеры в дорогих тканях, с тюками – изображая купцов, вместо привычного богословам левита. Упавший вяло повернулся, демонстрируя толпе заранее подкрашенную красным спину и разрыв рубахи меж лопаток. Заскулил, прося о помощи. Толпа ахнула.

Актеры в ролях купцов прошли мимо, театрально отводя полы накидок. Следом за ними и женщина с детьми, потянувшими было руки к страдальцу. Отчаяние отразилось очередным поворотом страдальческого лица к зрителю.

Фотий выцепил в толпе прижатую к помосту женщину. Простая шамшура из красной ткани, украшенная бисерным шитьем и светлые волосы – саамская кровь. Одна из множества, она смотрела с некоторым недоумением на благостного Саморитянина, осуждающих действо актеров-купцов и трактирщика, охотно принявшего втрое большую плату.

(1.2)

Короткая челка спуталась, завязалась в несколько узелков, и тонкие темные волоски впились в пальцы. Те ожидаемо покраснели, налились кровью, а у кутикулы, под ногтями, проявился след в виде синего полумесяца.

– Хоть бы покурить дали, прежде чем запирать, — плечо распухло и давило, словно поверх положили два, а то и три мешка с крупой. – Впрочем, о правах человека после первого же зачета все пытаются забыть.

Отблеск зеркала побежал по краю раковины. В тонкой пластинке стекла отражалась лишь одна из двух – кровать, стол и полка. Люстра – пластиковое корыто под потолком, гладкое. Вход преграждала тяжелая металлическая дверь с рабицевыми вставками. Мимо проходили люди. Поодиночке – бубнили вполголоса, торопились, катили тележки.

– Как на рынке, — голос изменился вместе с положением, приглох.

На соседней койке сгрудились как воробушки, заснули в обнимку жрицы любви. Патруль забрал их с трассы чуть раньше, чем выловил выпавшую из салона пьяную Алю. И оформляли их вместе, только у дремлющей двоицы отобрали не только сумочки, но и туфли на шпильке. А Але, босой и немного хромой вручили одноразовые гостиничные тапочки.

– Проявите уважение, и встаньте, Алевтина Игоревна. – Мужичок по ту сторону решетки выспался и поэтому, упирая руки в полукруглые бока – все улыбался и хохмил.

– А таблеточку обезбола можно?

– Не потерпите? Или от боли вешаетесь.

– Не получится, люстра неподходящая. – Аля натянуто улыбнулась и сползла на пол, поднимая руки на уровень лица. – Но все равно спасибо.

В голове бегал чертик со скалкой и стучал во все стенки, желая срочно выбраться. Тот самый черт, которого брали на «слабо» и откармливали сплетнями на галерке. Тот самый чертила, который согласился красить заборы ночью на кладбище, а потом возвращаться попутками.

Веселый дядечка по ту сторону угрожающе потряс наручниками. Будто собирался заковать в них низенькую круглолицую Алю и пронести как знамя.

***

Решетки в переходах. Однотонные стены и почетный караул из двух молчаливых мужчин в форме.

В кабинете следователя было два огромных окна. Одно с решеткой, а другое без – для пожарной безопасности. Скрипнул стул, и вот напротив расположилась растрепанная секретарша, разложила ворох бумажек. Уронила ручку, засуетилась. Попыталась все поднять сама и уронила гору макулатуры сверху.

– Привязывай к запястью, — Лысоватый следователь сощурился пристыженный игривым лучом и внимательно всмотрелся в лицо Али – Вы мне на экзамене клялись и божились, что я вас больше никогда не увижу. Алевтина Игоревна, как вы себя чувствуете?

– Нас свела сама судьба. – Она посмотрела на пыльные джинсы и не решилась снимать комья засохшей земли прямо здесь – Ощущения средней паршивости. Зафиксируйте, пожалуйста, сразу нарушения при задержании.

– Трассу перекрыли, а вы шли по ней босая и в измененном сознании. Разве это достойное поведение для девушки?

– Задержали меня без предъявления документов и на просьбу представиться вывернули руку до хруста. Мерзкий человек этот ваш – Горбушка.

Адвокатесса в очках-половинках, мелким почерком внесла несколько слов в протокол.

– И усы у него странные. Кто в наше время вообще носит усы-щетку?!

Адвокатесса задумалась и в протокол это не внесла. Мумриков почесал свежевыбритую шею и, покопавшись немного в ящике стола, положил на него камеру.

– Вообще, задержали вас не только по этой причине. А еще и потому что можете обвиняться по статье сто восемьдесят восьмой уголовного кодекса республики. Или можете пройти опрос как свидетель. Вам что больше нравится?

– Ситуация мне пока вообще не нравится.

–Из двух зол всегда выбирайте меньшее, Алевтина.

– Это вы на меня давите, преподнося только два варианта. Но лучше быть свидетелем, которому выслали повестку, а не существовать с приводом в личном деле.

– Вам звонили на сотовый.

– Я не беру с незнакомых номеров, а еще это не повестка, как и электронное письмо.

***

Шариковая ручка на столе. Диктофон справа от адвоката, пронумерованный. Камера на треноге. Формальные приветствия, знакомство и согласие на опрос, обработку информации – все стандартно. Просто.

– Правильно ли я понимаю, что вы были в Музее семнадцатого числа, с восьми утра, до трех часов дня?

– С девяти и до двенадцати, потом у меня пары. Я не готова ими жертвовать, даже ради реконструкции. А утром попала в пробку, от хлебозавода почти час ехать. Организовывал встречу Тамерлан, поэтому отметил, что все на месте когда приехал сам.

– Чем вы там занимались? Вы, ваши коллеги?

– Было две группы. Первая – моя, занималась демонстрацией материальной культуры, ремёсел. На мне было прядение и ткачество. – Она словно бы обхватила тонкую шейку веретена с нижним пряслицем.

–Не могли бы вы назвать конкретных людей?

–Список имен у вас очевидно был еще до того как меня прикрыли. Сам Тамерлан, фамилию не знаю. Инка. Должны были приехать еще двое, но вместо них приехала Регина, моя соседка. Привезла сумку, и себя любимую.

Мумриков промедлил, проводил пальцем по распечатке – не сложно с личного номера пробить и место проживания и тех кто снимает квартиру.

– Вам нужна была поддержка?

– Администрация обещала заинтересованных взрослых, а мне досталась куча школьников. Третьеклашки. Между: внимательно слушать и тихонечко играть – они выбрали бить друг-друга сменкой и с воплями носиться по залам. Единственная девочка, которая согласилась меня слушать, ковыряла в носу и активно размазывала сопли о штаны. – Поддержка была необходима.

– Вы говорите, что только демонстрировали некоторые умения посетителям. До этого вы прогуливались по выставке?

– Скорее во время и после. Нас не привязывали к конкретной точке, просто попросили находиться в пределах второго этажа, пока идет презентация.

– Регина все время была с вами?

– Разок отходила в туалет, но из кабинки прекрасно видно ноги.

– Нам поступила анонимная записка о том, что вам приглянулся один из экспонатов, и вы приблизились к стеклу.

– Что значит “приглянулся”? – Выверить каждое слово и интонацию, поймать тот момент, когда попробуют приманить на сочного опарыша.

– Заинтересовал сильнее прочих.

– В целом тема выставки была мне интересна, период насыщенный. Полезно видеть реальные предметы, а не зарисовки или фото на сайте… И автора записки угадать не сложно. Минут через сорок, детища меня доконали, и я со всей силы саданула по стеклянному куполу над мечом. – Кулак неприятно загудел, словно вновь под ним дрожало закаленное стекло, – Смотрительнице воспитательные методы – не понравились.

– И вас не выгнали?

– Попросили успокоиться вне зала, пальцем погрозили. Но в целом – экспонат я не повредила. Сложно исцарапать разбитым стеклом калёную сталь.

– Владение подобными предметами в каком-то смысле доставляет вам удовольствие? Вы ведь создаете одежду, аксессуары, утварь.

– Это наводящий вопрос. – Наталья неодобрительно качнула головой.

Грязный приём, в ответ на который Аля почувствовала подкатывающее вязким комком к горлу раздражение.

– В клубе обучают владением холодным оружием, верно? – Мумриков терпеливо зачеркнул что-то в блокноте на кольцах.

– Реконструкция боя. Хорошие мечи с безопасным краем, доспех – дорогое удовольствие, к тому же достаточно громоздкое и тяжелое. Гораздо проще сделать фестивальный костюм на зажиточного ремесленника, и социалить.

– Вы бы хотели подержать настоящее оружие в руках?

– Нейтрально отношусь к этой теме.

– Почему?

– Понять, как оно сделано. Подержать в руках можно копию. Налёт историзма интересен, если его можно применить, научиться. И для того чтоб научиться не обязательно лезть в витрину государству или частным коллекционерам.

– Частный коллекционер…Вы знаете Сречко Анатолия?

Следователь встрепенулся, отведя в сторону чашку с утренней минералкой. Ассистентка постаралась удержать кружку на столе. Трещины на ручке добродушно сообщали окружающим о том, что она уже падала, а неудачно вылезшие капли клея – ее правда ценили.

Аля отрицательно замотала головой, так отказываясь от любой связи с Анатолием. Тяжелый воздух свернулся кольцом над висками, заставляя откинуться назад. С десяток фамилий, столько же отрицания и тихое попискивание.

Аккумулятор на камере сел. Видимо рассеянная помощница тут же осаженная тяжёлым взглядом следователя – забыла его зарядить. Диктофон затих. И «взрослые» вышли за дверь. Следствию нужно было что-то отрыть, адвокатуре – заработать репутацию.

Тонкая раскаленная нить согнулась дугой. Аля потянула салфетку из упаковки, за ней в сторону скользнули бумаги, с шорохом рассыпаясь по полу.

– Не вставайте, я соберу.

Пересохшая банковская резинка истерлась и раскрошилась, оставив зеленое оперение поверх папочных внутренностей. Веером разложилась стопка фотографий. С десяток листов с черно-белыми кадрами.

Кадры у входа. Видно северный проход в зал от центральной лестницы. Кадр со странной вытянутой тенью. Блик от фонаря.

Кадры из центра зала – прямо над пустым колпаком. Справа пустая подушечка без стекла. Момент установки нового стекла – лица рабочих отдельно увеличены, обведено количество винтов. Ниже через белую полоску несколько кадров с сотрудниками. На людях бейджи и перчатки, только лица странные: у одного брови нахмурены, мужчина сосредоточен, а женщина отрешена, и кисти рук расслаблены. В этих расслабленных руках даже клинок, будто готов, соскользнуть вниз на клетчатый пол.

Угловая камера. Несколько сцен с большим временным разрывом. Бабулька в глубоком кресле смотрителя. Закутавшись в плотные шали: на первых кадрах дремлет, а после внимательно всматривается в окружение – работает.

(2.1)

Широкий двор не отличался особой живописностью – вокруг серые стены изолятора и высокая застава с колючей проволокой по контуру. Наблюдатели в форме, небольшие группы женщин, тихие разговоры и движение по кругу. В наручниках только двое, да и те сидят на бетонной лестнице, жадно вдыхая плотный майский воздух.

Сигареты вернули вскрытыми, оторвали клапан, и пачку распотрошили настолько, что сбоку болталась всего пара тонких палочек и зажигалка. Аля высмотрела узкую полоску тени, прямо под облезлым орешником. Половину ветвей спилили, а остальные тянулись голыми сухими концами вверх.

Молчаливые кивки вместо приветствия. Щелчок и вверх устремилась еще одна ниточка дыма. Дым расслоился, пропитывая рукава, ногти и кору старого дерева. Забирался в щели и расслоения, под старые скобы. Раньше на дерево кто-то вешал объявления или флажки.

Фильтр вспыхнул желтыми искрами. Аля растерла его в пальцах, пожалев многострадальный ствол. Подошла ближе и подковырнула один из отошедших металлических прутиков, бросила на землю. Затем еще несколько поблизости.

С табаком смешалась рыжая корка ржавчины. Окрасила таинственные линии на подушечках пальцев. Как влажная кладбищенская земля, или сладкая апельсиновая газировка.

– Что это ты там делаешь? – Беззлобно тявкнул смотрящий.

Аля сделала шаг назад, но на дерево смотреть не перестала. Несколько раз обошла орешник и выцепила взглядом среди редкой зелени шляпку старого гвоздя. Рубленую, плотно засевшую, манящую. Более настоящую, чем перила в свежей серебристой краске, или скрепки на столе в допросной. Настоящий металл.

Курильщики сменились, перемешались друг с другом. Часы на той стороне главного входа встали, и стрелка в конвульсиях дергалась все пытаясь продвинуться дальше шестерки.

– Тебе табуретку подставить или подбросить? – Женщина годилась ей в матери, и улыбалась одним лишь уголком рта, тем, со стороны которого не было кровоподтёка.

Пьянящее желание потекло по венам. Аля обняла орешник, плотно прижалась щекой к коре. Прямо под слоем тонкой черной чешуи прокладывал свой путь полосатый жучок. Рыл лабиринты, роняя стружку и пыль в глубину коридоров.

И только бы толкнуться от пыльной земли, пара движений – воспарить над землей, босыми ступнями витым ветвям. Идти и чувствовать шершавое, тянуться в то пастельно-синее небо с ватными растяжками облаков. И в момент нащупать резонацию жаром. Ощутить, как скользит стержень, и из свежих ран изливается золотистый сок.

Мелькнула тень. Аля гортанно взвыла, сползла на землю. Между холмами большого пальца и мизинца – залегла полоска ожога.

(2.2)

Неула окунула клинок в бадью. Вода забурлила, лаская разъяренное жаром железо. Не удержала бы щипцами тело большого леуку – чёрное дно с радостью бы забрало тяжелую стать, но сорвало закалку. Ожесточило бы мягкую сердцевину, загрубило обрамляющую сталь.

Старший из Ждановых сыновей вновь растянул меха разогревая печь, и смахнул со лба пот. Да только зря, кузнечика качнула головой и согнала его с места – открывать короб.

– Разгорячишь печь, узы в металле перетянешь. Так мало – еще и лишние дрова переведёшь. Лучше дверь отвори, дай пару оттянуться.

Перевалило за полдень, у стен кузни Иири мыкала шерсть. Тянула прядку за прядкой, укладывая вычищенные от сора пучки на платок, расстеленный на лавке.

Неула подошла, положила плотную руку ей на макушку, растрепала светлые кудряшки и заглянула в глаза.

–У тебя нехорошее предчувствие?

–Ухо моё остро, – единственная из дочерей слабо, как гаснущая лучина, улыбнулась, –Не сладилось у меня. Страх напал великий. Несу яйца, близенько ещё не подошла, только-только показалась, а жена Белянова как заорёт! Будто она кошка, а я ей хвост отдавила. И в сторону смотрит, будто зрит чего.

– Не донесла?

Иири стыдливо уткнулась носом в материнскую грудь. Поёрзала немного, всхлипнула, размазывая по лицу сажу с фартука.

Корзина грелась в ногах. Она накренилась, но ни скорлупки не треснуло, только одно из яичек – самое крупное, в пятнах, укатилось и спряталось в пучке свежего сора.

Много зелёных холмиков торчало вдоль мощеных дорог. Не уследишь – и укатится монета, или между досок у пристаней, или под прилавок, а повезет – так в траву. Тётке соседской – не повезло. Сварливая старая женщина последние пять лет ходила, только скрючившись, опершись об палку. Не повезло и тем, что искорёжило ее большое горе – смерть старшего ребенка. Болезнь пришла незаметно, сначала в виде трясущихся рук, а потом жуткой рези в коленях и пояснице. Так она и ходила – носом чуть не в землю, роняя всякого по мелочи.

С вечера Белян не мог найти бирку. Значит – мать перекладывала.

Весь дом с женой и с невесткой перерыли. Перепугались, но не нашли. Уже к вечеру решили собрать свидетелей и восстановить дощечку. Полночи гудели, а к утру – отъехали исполнять.

Неула присмотрелась к трубе. От соседской кузни вверх тянулась тонкая лента голубоватого дыма, ведь разогреть горн вновь – та ещё задача.

Отворенные двери – заходи, кто хочешь, бери что вздумается, и две женщины то и дело мелькающие независимо друг-от друга. Встречаясь друг с другом, соседские невестки скрещивали тяжёлые взгляды и долго смотрели, пока одна не уступала, чаще младшая. Совсем тонкая девочка в богато расшитом сарафане, оттопыренном спереди, на животе.

***

– Дай помогу. – Корзинка повисла на жерди, – Дрова в дом так нужны, что и дождаться никого не можешь?

– Ёль в отказ ушла. А матери, да Беляну, равно не захотела или не смогла. Не поругают ее, не полы мыть притрудят. Грозились на днях, что обратно в деревню родную отправят, а кому она там нужна?

– Действительно, там же никто не пожалеет, как ты. Не даст сесть себе на шею и свесить ноги. – Две половинки полена разложились по разные стороны от колоды, – Сама родишь вот-вот, а еще не поняла, что беречься надо?

Бронзовая уточка блеснула на солнце, а девица расцвела, закрыла лицо руками и сквозь преграду забубнила:

– Благословение я получила, ем отменно, так чего же еще надо?

– Тюки не тягать, не пугаться, лишний раз с неприятными людьми не общаться, чтоб не расстроили, иль не сглазили. Есть еще чего по дому сделать?

– Есть, – Мила пискнула и немного погодя, проглянула тихонько, через щель между пальцев. – Воды принести.

Коромысла в Ждановом доме было два. Одно длинное, потертое – для рослых детей и чернавки, и совсем другое, коротенькое, но резное – для самой Неулы. С соседским она смотрелась скорее смешно, оно превосходило во многом длину плеч, а ведра почти волочились про земле, то и дело, роняя на дорогу и пол избы холодные капли.

На соседском пороге ее встретил добродушный пес. Он ткнулся в колени черным носом, заскулил, прося нежности. Покружил немного, и, завидев хозяйку, потрусил к ней. Бросился в ноги и почти сбил тяжело идущую Милу.

Рубила капусту Мила так же медленно и сосредоточенно, то и дело, смиряя взглядом расстояние между лезвием и рукой. Морковь взялась чистить – положила тесак, но еще разок проверила, не пропал ли.

– Недавно резалась?

-Да, разок не уследила. Так больно было и крови много. Думала, палец отняла, а он на месте остался. Пришлось, правда, кольцо снять. – Белянова жена показала белесый рубец, на тонком и длинном пальце.

– А чего сейчас не носишь, кольцо? Разонравилось? Оберег ведь хороший.

-Да, я бы носила, только закатилось куда-то.

Неула покачала головой, все-таки, мать учила, что нательное нельзя так легко оставлять, надо все равно вблизи держат. Не в сундуке, не у идола за пазухой, а хоть бы на ниточке, на груди.

У печи Миле плохело, начинало шатать и мутить. До того сильно, что не выдержав кузнечиха отогнала ее подальше и сама принялась дотапливать, подбрасывая ласковому огню мелкие подношения – дрова. Отошла, лишь поняв, что огонь разошелся, обтряхнула метёлку в углу, рядом со штопаной шубой.

В свете очага беличьи шкурки на отвороте заиграли медными искрами. Неула подошла поближе, вспоминая родную деревушку у самого края мира.

Там, где ветры пели, сталкиваясь со скалами, а под ногами похрустывали черные камни. Она помнила, как совсем маленькой прыгала крохотную, обтянутую гулкой шкурой лодочку, толкалась от берега веслом и плыла по течению притока вниз, на мелководье сходя и вытягивая челночок. Там, внизу ее всегда ждал единокровный братец. Ловил и словно пушинку забрасывал на плечо, вместе с гребком и вязанками хвороста.

Там, на берегу она встретила Ждана. Сбежала холодная, только увидев чужих людей. Мало ли бед приносят они? А тот еще не скрывая носил поперек губ толстый рубец, уходящий под рубаху до пупа.

Там, где она встретила последний детский рассвет и распробовала первую флягу вина. Отец отдал ее в знак дружбы слишком рано, обменял на такую же девочку для дядьки, разрешил увезти, упрятать за Новгородские стены.

Мила прервала поток памяти, уронив очередную плошку и принявшись впопыхах ее поднимать. На шум из своего угла вышла старшая невестка, взглянула на горе, и скрылась, унося с собой носатую тень. Тень метнулась, схватилась цепкими пальцами за липкую темноту под порогом.

– Ель, значит… – горшочек в печи заскрипел, постепенно нагреваясь, зашкворчало сало, медня луковые кольца.

Белянова жена подошла к красному углу, смахнула с липовой иконки пыль. Повела по лику святой пальцем и взвыла волком. Протяжно и звонко. Выгнулась в спине, загоняя под ногти золоченые пластины нимбов и мягкую светлую стружку.

Короткий вопль, тряска, и оглушенная Мила повалилась на бок.

***

Лежнем пролежала Мила на лавке, пока рагу не сготовилось. Пыталась подняться, мутным взглядом поводя по избе, раз-другой, но подходила Неула, давила тяжелой рукой на грудь. Только когда ухват преодолел свод горнила дважды, разомкнула она губы и попросила напиться.

– Вот заметила я, что у вас все хлебная лопата пылится, а кочергу кто под полог отшвырнул, давно это? Иль без хлеба наедаетесь?

– Как же без хлеба наесться, – на дне деревянного ковшичка, в виде лошадки тонким слоем осела пленка. Мила и не заметала, Неула же пролила в горсть, пощупала, признавая сажу. – Печём, утром еще хлебушки достала, помнится, я ее вместе с заслоном отставила, а как она загрязнилась – понять не могу.

– Что еще от тебя убегает?

– Всякое. Ночью иду – так раз за разом спотыкаюсь о сундук, или лавку. Запоминаю куда поставлю или сдвину, а они каждый раз в другом месте.

Подковка над входом не колыхнулась. И вновь подвешенная полочка на красном уголке осталась на месте, ликом чужих посланников бесстрастно взирала на дым из горшочка.

– Давно все началось?

– Когда…– Мила стушевалась. Заговорила в ворот, – Когда Некрас захлебнулся печным ядом. Белян думал сначала, принесли чего – но нет, ни лаптей чужих, ни волос, ни кукол. Священника звали, так мне от дыма поплохело, а вещи пропадать лишь на время перестали. Стихло всё и началось опять.

– Ты тогда же и кричать начала?

– Сначала Ёль, а потом только Я.

***

Если теряется ребенок в лесу – страшное дело. Или зверь заберёт, или река. Только на милость духов надежда остаётся. Так и пошла Неула вокруг домины с дымящим пучком.

Раз обошла, другой. Шепча под нос – камлая, как учила праматерь. Подбирая слово за словом, сплетая наговор с воем полыни и горечью белой завесы.

Под ногами журчала вода. Холодная грязная вода, скользящая по чешуйкам древнего змея. Каждый раз, вытягивая из горнов руду, она знала – снимает слой за слоем старые шкуры, выделывает как кожемят, вместо кошеля или сколь бы удобных сапожек – получая о́берег.

Оберег от человека и силы, которую не спрятать в шапку.

Домина заскрипела, натужилась, разошлась в блоках, роняя мшочки из прорех. Кузнечиха встала у приступки, приготовила закопчённую сбором щепину. Замахнулась, и самим кулаком вогнала под ставенку.

Священная тишина раскололась надвое. Голосом нечеловеческим кричала уже не Белянова молодуха. Кто-то другой. Видно выпрыгнула кликуша, на ворожея перескочила.

Огляделась Неула и увидела: затряслась всем телом, смяла подол и повалилась наземь Ёль. Упёрлась сначала локтем в бочку, попыталась встать и снова завыла диким зверем. Лицо ее исказилось, до того мягкое и приглядное сложилось как лежалая ткань, рот широко открыт, так что и дырку среди белых зубов видно.

Так волнами на нее и накатывала дурость, терзала тело ее же собственными руками, сдирая по одной нитки бус и накидки, царапая лицо и шею с которой, наконец, слетело заветное колечко.

Неула спрятала его под пяткой, растеряла как упавшие в сухую листву угли, чтобы не возгорело. Перехватила дымящую полынь, а там и старшую из жен за платок и волосы на темечке.

–Не получится. – Голос кузнечихи заметно охрип, загрубел как руки от долгой работы, – Изводила девочку, воспитывала, накликала беду, да только изобразить не умеешь. Лицо собственное располосовать в кровь – жалко, потерла ведь только. Свекровь вернётся, узнает, в чем дело было, от синевы не отмоешься.

Крики тут же стихли. Осталась только дрожь и молчание в ответ. Время настало – перехватить злодеицу под пояс, затащить в дом и оставить так, на лавке. С пучком трав в ногах.

***

От самого Детинца по Неревскому концу, не пропуская ни дома, двигалась процессия. Треугольный колокол без язычка, по которому счетовод стучал плоской с утолщенные наконечником, – замолкал, когда из лавки выходили хозяева, вынося серебро с натурой.

Подборщик съехал вниз, спускаясь на улицу кузнецов, где вдоль реки расположились широкие бревенчатые дома. Те, что поменьше – располагались вплотную друг к другу, сливались хозяйствами. Большие – отступали, щетинясь забором и водной мельницей движущей молот.

Белянов двор отдал долг двумя мешочками гвоздей по гривенке, да стремёнами с удилами. Выложил все в берестяной лоток, да при нём и опечатали.

Не стали больше стучать по колокольцу , подошли к дому Жданову пятеро. Трое своими ногами , а совсем ещё юный, черноусый сын боярский на коньке подъехал , да боком засел, только шапку перед хозяином и стянул.

–Здравствуй мастер, здравствуйте хозяйка.

Священник, видно что с говором не справившийся, склонился к поборщику, шепнул, да тот и заголосил поверх.

– Мастер, пришло время уплаты. Велено мне с тебя брать как с искустного кузнеца, достаточного. Не колодок и гвоздей, не замков амбарных. А топоров десяток, потоков на лошадей с три дюжины, да чтоб половина крупных, и крестов.

–Вестимо, что жёнка с дочерью , да раздают так, на рождение не освещёнными.

Опешил Ждан, нахмурился, так что параллельно шрамам залегла ещё трещина.

– Положим, подков наберу, и для стрел есть наконечники, о них мне говорили, не о топорищах, которых может восемь наберу, а остальные два колуна где брать – знать не знаю. За что наказываешь, больше не для себя ли берёшь?

Сын боярский, на коне призадумался, головой повертел удивлённо рассматривая спутников. Видно не ожидал что они сотворят такое. Только рот открыл, да его опередил писклявый толмач:

– Время опорочить улицу ворожейским шагом, трав насушить – было, а платить нечем?

Он и проповедник узнал Неулу, столь же отрешённо глядевшую на приехавших, как на площадные проповеди. Ждан преградил ему путь своим телом.

–Нехорошие слухи ходят.

–Не верещи, – сын боярский спешился – Разошелся не на шутку. В правду не колдунья твоя жена кузнец? Нам у соседей о другом сболтнули.

– Не досуг ей, всё мне помогает то в кузне, то в лавке, так ещё и хозяйство на ней.

Византиец сощурился, и без писклявого спутника улавливая суть.

–А что про ведовской шаг говорят, так она соседке с печью помогла, не дала угореть.Вовремя нашла где в печном ходу сажевая пробка осталась.– Ждан потянулся к поясу и снял с него длинный нож в кожаном чехле. Обнажил, и протянул. – Взгляни, уважаемый, разве может человек злом науськаный такое сотворить.

–Хорош клинок – Взял сын боярский нож, на свет посмотрел кромку, к руке примерил. Дёрнул у поборщика из бороды длинный волос, подбросил. Коснулся волос лезвия , да надвое разделился.

–Возьми , раз по нраву пришелся. А ты посланник краёв дальних...– потянул он руку назад , и прямо под нее поднырнула мышью Иири, раскрыла ладошки, а мож ними оказалась небольшая из металла выбитая иконка.

Клинок Федор приладил на пояс, засмотрелся, а как глаза поднял снова влип.

Вслед отъехавшей телеге Неула не махала, не смотрела даже , только прошептала Ждану на ухо:

–Не серчай. Правильно заточенное лезвие отсечёт лишних людей, да ещё детям наших детей покажется.

(3.1)

–Вселенная схлопнется?

Регина залила пахучий цикорий, размешала и почти торжественно выставила на стол рядом с расписными блюдцами. Обошла Алю со спины и забралась пальцами под футболку, словно под кожу – потирая и почесывая.

– Да! Регин, сверху была разнорядка. Не найдут в сжатые сроки, дней за пять – начнут подбирать просто наиболее вероятного виновника. Кого бы без последствий закрыть. Меня уволят, посадят. На зоне я в коллектив не впишусь, я же стучать буду... А ты – останешься одна, найдешь ещё соседей, они будут наркоманами и выселят тебя на улицу. Ты найдешь общину Хиппи, соберёшься в Европу, но тебя не пустят.

–Почему?

– У тебя шенгена нет. Придется работать в полях, где бригаде соврут и не заплатят, ты сядешь бастовать у складов и замёрзнешь.

–Насмерть?

–Насмерть.

– Спасибо, за веру. Очень ценю. – Объятья не прекратились, а совсем наоборот, стали крепче. – Ладно, с выселением угадала, за тебя просили конский залог.

–Сколько?

Воздушная, больше похожая на облачко в ситцевом платье, Регина замялась и вывела число ближайшим карандашом, прямо на столешнице. Вокруг царил непривычный хаос. За время обыска полицейские вывернули наружу шкафы и раскидали одежду равномерными кучками.

–Сколько-сколько?! Они считают, что у меня есть возможность скрываться среди Польских иммигрантов? Нам хотя бы на месяц хватит? – Травяная жижа оказалась горькой, больше похожей на замазку,– Из института звонили?

–Ещё нет.

–Наверняка вежливо попросят не позорить заведение… Придется брать Академ. –Аля откинулась назад вдыхая запах вечно тлеющих у алтаря сандаловым палочек – Люди-кукарачи! Насколько надо быть жадным, чтоб спереть меч!

– Может у него, или у них, болезнь такая. Все что плохо лежит – все в карман ыть-ыть. – Регина свела глаза к переносице и кося под дурочку пару раз схватила воздух, на третий поймав в кулак жирную муху.

– Неееет. Клептомания – это малость другое. Мыло, пирожки в столовке, броши, крестики – возможно, а тут – клинок. Весил, судя по виду, грамм семьсот. К тому же, следак спрашивал меня про некого Сречко. Значит у них основная версия – заказ. Выкинь ее в окно!

– Живодёрка. – Плюх и кучка белья примята к полу. Грязного постельного белья.

–У своих ещё ладно. Тут заплатишь – там помолчат. Да, мерзко. Да, скорее всего дети потеряют крупицу собственной истории. Зато никакой дядя в ящике не обещает помощь в виде "космонавтов".

– Все-таки злишься?

– Они меня бесят! Бесят и пугают. Смотри только – уворачивайся от наковален. Нет, я этого так не оставлю!

За горстку монет и пару голубых бумажек тетушка из ларька благодушно протянула новую сим-карту. Сосед лишь пожал плечами, отдавая раскладушку. Его прошлая владелица обклеила крышку стразами.

На экране высветился кружок загрузки, а затем появилась приветливая белая кошечка с бантом. Она держала на лапке значок планеты в паутинках.

Аля задумалась и вбила запрос: имя и название бренда. Перешла от делового профиля в личный. Хозяин с окошка-аватара приветливо улыбался, обнимая весьма симпатичную женщину. В первую очередь нашла ее в друзьях и переписала адрес, и столкнулась с замочком.

Следующей после самой женщины в "друзьях" числилась девочка-подросток, вероятно дочь. У нее нашлась фотография с пляжа, выброшенная в общее пространство недавно.

В поиске, в общем доступе высветилось ряды мелких фотографий с деловых встреч, зданий с красными лентами и всего пара личных фотографий. На последних обнаружились копии мелких ножей, зарисовки и стол, рядом с которым стоял рыжий долговязый мужчина в мятом свитере.

–Учились с женой в ГДР, на управлении финансов, и так управлялись, что купили купили завод. Завод продали – вложились в акции. Акции окупаются, нефть качается, а обустройство квартир – это для души и бизнес его жены. Вангую – примут их аэропорту с распростертыми объятиям.

–Ой, а вот этого чудика мы видели! Вокруг тебя все время терся.

– И имя ему Козырь.

Новостные сводки. Торчащие корешки вкладок – зелёные и голубые. Статьи дозированно политы мнением. Приторно-сладким, усредненно позитивным.

Сортировка по датам. Прошло каких-то десять дней. И в первые из них – приглашение на выставку, снимки сверху и сбоку от наплыва посетителей. Снимки сверху и сбоку. Дирекция в коротком ролике просит ставить решетки и прикреплять имена собачками как канцелярскими кнопками.

Заметка про разбитые витрины и незначительную травму одного из мальчишек в первый же день.

Лекции. Мнения экспертов. Ни слова про кражу.

– И продлили ограничения по выезду. – Аля уверенно хлопнула ладонями по столу, – Натягивая штаны, Регина. Мы едем штурмовать Белый дом.

***

Свет изливался с полукружных гор, проникал сквозь прозрачные листья вязов, витражными бликами окрашивая кирпичную кладку.

– Вывеска уродливая, – Регина расшаркалась и нырнула в куст. Вишни как от стыда раскраснелись и набухли кислыми шариками.

– Но-та-ри-ус. Тебе надо, чтоб они всеми цветами радуги горели? – Аля взвизгнула и отскочила, назад подпрыгивая на одной ножке, словно черт на пружинке. – Вылезай! И ничего не трогай, там наверняка кто-то ширял, блевали и клещи!

– И собаки с бешенством, вызывай отлов. – Очередь из костей полетела на землю.

Свистнули хлесткие зеленые веточки, и Регина выскользнула, как пробка, под подъездный козырек. Встала в пол оборота, поводя плечом. Она прижимала к груди, словно любимое дитя старый ботинок. Тупоносый, истертый, с полукругом каблука. Без стельки, вместо которой насквозь торчал прозрачный пласт.

– Сокровище помоешное.

– Не слушай ее, моя прелесть. Вот сослужишь хорошему делу, и будет у тебя маленькая уютненькая квартирка.

Аля зажала рот в приступе тошноты. Что-то хуже грибка и вони тянулось от бурой лодочки. Электрическими разрядами приходилось от кончиков пальцев солью по языку, спускаясь колючкой чертополоха куда-то в желудок.

Под закрашенной черным фрамугой красовался код – три цифры, старательно выведенные мелом.

Проходная с широкой лестницей и две двери друг напротив друга. С номером семь, в черном дерматине. На металлической раме красовался след от ботинка. Большой, шипованный, со смазанным краем. Западающая кнопка звонка. Шевеление и немедленные шорохи.

Аля отпрянула и затопотала, прячась в пролёте. Регина же белым облачком заплыла за стойку щитка, вдохнула и исчезла. Как исчезают все люди, попав под страшное излучение атомных реакторов, или мифических предметов.

Было у нее – у Регины это странное свойство, исчезать. Она исчезала, слыша неудобный вопрос, когда на нее падали касканы, пропадала в толпе и даже в первую их встречу – появилась не сразу. Пришла на летнюю террасу и затаилась под столом, пока Аля вся не извелась, и не пообещала уйти.

Козырь возник на пороге в момент – человек немолодой, долговязый, в очках и домашних тапочках. Оглянулся и, заприметив лишь Алю, поманил рукой.

– Клуб «Бездна»?

– Ага.

Шарканье ног о коврик, и тапочек о блестящие половицы. Как во всех старых домах – в этом не поскупились на паркет. В коридоре, висело пальто, а еще стояло несколько пар туфель, кроссовки и желтые резиновые сапоги.

Дверь в зал закрыта, а на тумбе плетеная корзинка с пряжей и множеством мелких бумажек.

Старенькая кухонька, стиральная машина и вялая герань на окне. Регина двигалась след-в след, пробиралась каждой клеточкой холодных рук под кожу.

–Отформовали. Темир просил комментарии. – Аля вновь ощутила непреодолимое желание отодвинуться. Сдержалась и высыпала из холщового мешка не закреплённые ножничные лезвия. Еще час назад – это был целый набор ножниц, которые она отобрала у главы клуба, расковыряла и запаковала обратно.

– Повезёте на фестиваль? – Оценщик откинулся на спинку единственного стула, повертел дугу в руках и положил.

Аля кивнула, Периферическим зрением захватившая полоску тени, поползшую по потолку и дальше, в сторону жилых помещений. Справа ее встретил суровый холодильник без единого магнита, белый, начищенный. Черная плазма, низвергнутая со стены, контрастировала.

Регина вылепила себя вновь, собралась из невидимого пластилина и с кошачьей грацией двинулась прочь. В ванной включилась вода. Козырь встрепенулся:

– Жеваный крот.

Лужа медленно, но верно переросла в океан.

– Кран сорвало? В ванной?

– Нет! У раковины! – Козырь влетел в ванную не включая свет и оттуда рявкнул – На балконе ведро, принесите!

***

Между дворами нижнего города были короткие участки лестниц. Взлетев по одной из них – Аля запнулась о свою же ногу, покатилась и уткнулась носом в вялую траву. Развела руками и между пальцев ощутила металл. Нагретый солнцем, немного шершавый.

– Ты вся убилась, или частями?

– Не мешай. – Переворот дался с трудом, но зрелище сверху компенсировало и боль в распухших коленях, и тяжесть в голове. – Прости.

Между девятиэтажек, с цветастыми муралами на спинах, тянулись провода. Птицы на них жались друг к другу, пушили хвосты и грудки. Перелетали, роняя перья. Перья летели вниз, кружились, оседая в лужи и на асфальт, а одно приземлилось прямиком в ботинок, скользя по осколочному боку.

– Знаешь, я только сейчас заметила насколько он толстый. – Регина плюхнулась рядом, вынула из бездонной сумки маленький красный термос, – Бьется пока бегу, катается.

-Толстый… Ты все время несла туфлю в руках? Даже когда мы бежали? Роняла?

– Не-а. Почти.

– Ты претендуешь на остатки бутылки, или что это было?

– Вообще из него можно сделать бусы, но так уж и быть. Особенно если расскажешь зачем.

Чуть не изрезав пальцы о края, Аля резким движением вытянула остатки чьего-то окна. Оценила изгиб. Уперла его широкой стороной в плоский камень, и надавила, легким движением вгоняя гвоздь в средний из трех слоёв. Паутинка трещин разошлась внутри.

Удар слабей. Трещина глубокого слоя, но тоньше, заметная, если стекло наклонить.

Аля закрыла глаза. Солнце подсветило сеточки артерий внутри века. Замычала, уподобившись буддийским монахам, пытаясь вспомнить ощущения из допросной.

Шаги отражались затухающим эхом от стен. Красноватая дымка силуэтов медленно проплывали из стороны в сторону, задерживаясь у полупрозрачных стен. Раскачивались, наклонялись к силуэтам поменьше, едва доходившим большим до пояса. Количество их было произвольно, и, приложив сознательное усилие, Аля смогла развеять почти все. Почти, оставив только те, что гуляли на периферии.

Она пробежалась по телу, ощупывая его границы. Становясь с каждой секундой все плотней, ощущая и кафельные клеточки на полу, и швы между ними. Раскинула руки и сделала первый шаг. Воздух в музее был сухой, настолько, что в носу сушило и хотелось все время его тереть.

В таком воздухе много пыли, ведь как бы не мыли технички – им не добраться до перхоти на головах посетителей и пыльных детских сандалий. Не заставить каждого мыть голову и вытирать ноги. Обилие людей и слепые зоны камер.

Внутренний взор направился, вверх зажигая три точки. Три глаза обязательно с карими радужками, ведь красные линзы органичны им.

Она сделала еще шаг и всем телам уперлась в большой стеклянный куб, который разлетелся на части. Вспомнила блик лампы сверху, откосы. Три из пяти пластин – верхняя и две на поддержке – светились западающие борозды плёнки. Аля повела пальцами, сопоставляя размер, и распахнула глаза, вновь прокручивая ролик на экране.

–Поделись сакральным знанием, жреческий потомок.

–Если предположить, что: некий человек подбил стекло, которое от минимального воздействия сложилось карточным домиком. Экспонат унесли где-то между сборкой нового купола и выносом обратно в зал – спёрли. Значит фото которые я видела имеют значение. Они банально подтверждают, что выносящие или причастны, или в своём деле не разбираются абсолютно.

Регина отпила, и вновь распухла, словно люфа в лужице. Даже волосы интенсивней , чем ответов сместились переплетая концы.

– Женщина с бейджем вероятно историк и мальчик-реставратор. Они, если не сразу, то минут через пять отличили бы подмену. Он же прямой, к тому же длинный и со странным для новгородского раскопа узором. Нужно просто понять с каким из звеньев цепи меня могут попытаться связать.

(3.2)

Пастозное небо желтыми мазками летних дождей нависло над трактом. Караван продвинулся на несколько верст и вошёл в очередной перелесок. Сосновые ветви коснулись гривы мышастой кобылы , и она порываясь в сторону затормозила телегу.

Парящие птицы со своих высот могли разглядеть, как с десяток груженных обошли застрявшую двойку и неспешно двинулись дальше вдоль ручья. В тенистой чаще, вперед по узким дорогам направлялись молодые парни – разведать, не ждёт ли впереди западня.

Они ныряли, словно ласточки, в зелень. И только хотел возничий повернуть не туда – из-за куста появилась красная полоса шапки, предупреждая о бездорожье, или заячьей петле.

Федор сблизился с отставшим возом. Оглянулся и взглядом зацепил маячащий впереди "хвост". Махнул, рукой, что сейчас они их нагонят.

Красные шапки все удалялись, ведя караван по одинокой тропе.

– Кобыла взбрыкнет, и плакала поклажа. – Человек на козлах взмахнул вожжами, и лошадь тревожно двинулась вперёд. – Могли бы выйти и на тракт шире.

– Лихой человек говорят, бродит там. Для того на два и разделили.

Бородатый и уже седой возничий только головой покачал.

– Не дело. Баскак пожалел людей – путь расчистить, а мы для того изгаляемся. А если топь разошлась – обратно повернем, на нехорошую дорогу? Не лучше-ль всем скопом помять ватагам бока, а потом спокойно ездить?

– Может и лучше. Да, кажется, дань – не столько иго кормит, сколько развлекает. Интересно сволочи взглянуть сколько вообще дойдёт... Ускорь шаг.

Накрапывало. Тяжёлые облака не решили ещё излить на землю всю накопленную силу, но постепенно красили дороги и витые стволы.

Человек сидел на замшелом валуне, чем-то проходившем на истёртый заморский ковёр. Сальные волосы спадали на лицо, и сам он одет был не очень опрятно. Продирался сквозь чащу, полз по оврагам больше месяца и тут – присел отдохнуть.

– Помоги, мил человек.

Федор сжал костяную рукоять дарёного клинка. Короткий, больше похожий на нож, с одной стороной заточки – клинок внушал уверенность своей толщиной, и грозным переплетением стальной волны.

Человек напряг жилы, как дикий зверь для прыжка. Кобыла повела носом, вскинулась. В вышине сверкнуло, стянулось ветровым свистом.

(4.1)

Загрузка длилась еще дольше, чем с утра. Отложив на колени экран, Аля плотно задумалась.

В цепочке шесть помещений и три лестницы. Одна и из них ведет из подвала, где находится мастерская реставрации и склад. Два коридора и заловых ответвления.

Мастерская и хозяйственные наверняка занимают все северное крыло, расположение их неизвестно, даже плана эвакуации нигде кроме самого музея – нет. Но если вспомнить про правила хранения: антивандальная тара, в которой и вынесли подмену, контроль периметра. Подмена должна была произойти или там, или в узком коридорчике у выхода. На лестнице. Не в залах.

Экран потемнел, но строка ввода успела проклюнуться.

Благовония дотлели, оставшись горкой пепла на расписном блюдце. На длинном коробе, поверх множества мелких иероглифов торчали наклейки с названиями. Менять сандал на кедр или мяту – значит вызвать тошноту резкой сменой тональности. Аля выбрала тяжело горящие пачули и закурила от одного с алтарем пламени. Завалилась на диван.

– Кто бы мне помог… – гвоздь приятно запульсировал.

Вялая женщина на распечатках в рядах музейных работниках не числилась. Состав группы сопровождения – никто не публиковал.

Аля провела ладонью по лицу и вздрогнула от осознания – она не запомнила лицо настолько, чтобы найти в толпе.

На периферии мелькнуло яркое пятно. Простынь натянулась и пошла волнами расходясь длинными лучами складок от лежащих поверх тел.

Аля скосила серые глаза влево. Стена осталась неизмененной. Такие же ромбы в обрамлении зелёных полос и фигурные плинтуса со странными пятнами, у темноте обретающими причудливое сходство с когтистыми мартышечьими лапами.

Больше всего у входа, там где красовался пустой хозяйский сейф. Там гипотетическая обезьяна постаралась – наверняка цепляясь всеми конечностями за сходящиеся у угла стены, взобралась вверх, на хвосте удерживая ведёрко с краской. Повернулась , ослабила хват. У соседей упал металлический шар. С угрожающим гулом прокатился.

–Они что в комплекте с антресолями идут? – по открытому полу, тех же соседей, спешно затоптали две пары ног. Катание прекратилось.

Регина тревожно засопела. Пятно вновь попало в поле зрения, и оказалось достаточно близко и велико, чтобы его рассмотреть.

Помесь гиены и воблы. Небольшое, с буханку хлеба существо сидело у изголовья. Тянуло вниз удлиненные передние поверхности, запуская руки в многочисленные косички и завитки. Конечности – с клочками волос. С короткой тонкой шеей и чешуйчатым лысым хвостом.

Оно развернулось к Але чуть ли не всем корпусом. Глаза оказались яркие – кислотно зелёные, а от движения в воздух поднялась взвесь пыли и древесной стружки. Между островками псевдокожи вздумалось и перетекало цветастое психоделичное марево.

К утру в холодильнике стухли яйца. И сколько бы Аля их не разбивала – все желтки оказывались плотные, с комками зеленой гнили. Туфля пропала.

(5.1)

Осень пришла быстро. Навалилась тяжёлыми плечами туманов и засела в оврагах и у реки окончательно. Яблочко-солнце зависло над синей полосой горизонта. Красное, как раскаленный металл. Капнуло и кануло на дно реки. Вымылось к чужим берегам и осталось шпигорём в не самых умелых руках.

***

Хозяин постарался на славу, обмазал стены корчмы, покрыл белой известью. Утеплился и не тратил лишних дровишек, кроме тех, что шли на рыбный увар. За одним из столов сидели трое бородатых мужиков из Плотницкого конца.

– Эй, хозяин! Налей-ка нам медовухи! Да покрепче, чтоб душа развернулась!

– Верно говоришь, братец! А то что-то зябко сегодня. Видать, зима близко.

– Слышал я, князь опять на торговцев налоги поднял. Совсем совесть потерял.

– Да уж, не сладко нам живется. А купцы-то, те себе все загребают.

– А ты слышал, что варяги опять в Ладогу пожаловали? Говорят, товар диковинный привезли.

– Диковинный? Да они только и умеют, что наши меха да воск увозить!

Они басили, и бас этот тяжелыми волнами отражался в кружках и пьяных головах. Человек за дальним столом вылил последние капли сладкого пива в кружку. Задумчиво покрутил крынку в руке, взвесил – всяко тяжелее Непокорного Ножа.

Человек не вёз с собой товар к зимнему торгу, припас совсем немного денег и вышел из лесов. Он умылся в руке и здесь в теплой кадке. Он прошел через Великий мост, над Волхвом, не рухнув вниз. Река его не взяла.

Человек встал со скамьи, подошел к шумной компании ближе, и что есть сил, огрел самого громкого из них по затылку. Жена корчмаря не дрогнула, только отбросила льняной расшитый убрус и через дом, через заднюю дверь метнулась за стражей. По залу корчмы разнеслись ее шаг и глухой звук удара лбом о крышу стола.

Крынка не треснула. Человек провел по ее горлу ладонью. Собрал силу в кулак. Товарищи поверженного, опомнившись от внезапного удара, вскочили со скамей. Корчмарь подтянул блюдо с рыбой поближе, и прикрикнул:

– Велю жене не пускать, так еще, кого на входе приставлю. А-ну рассядетесь.

Тяжел был новгородский плотник один, а когда собиралось их двое – сил хватало и сруб перетягать, и домину отстроить. Первый замахнулся раз, только человек от оплеухи увернулся. Поднынул под руку ершом, согнулся. Не ожидал, что второй тот же кулаком по хребтине.

Еще удар, пяткой поддых, лениво и отходя, пока корчмарь собирал из подпола осколки льда, и лил холодную воду поверженому на лицо.

***

Неула накинула капюшон шерстяной накидки. Печь не остыла, время настало перегнать привезенные пласты песка, очистить и получить крупицы металла. Повела взглядом, привечая соседку, та махнув корзинкой, вновь позвала молодежь на посиделки. Обещала особого гостя из самого Смоленска, подмигивала, и все шептала на ухо – как же Иири за год подросла.

Её малышка зашумела ведрами, подгоняя холопов по деревянным скатам к начавшей дубеть воде. Ещё летом, до злополучной встречи она бы с восторгом смотрела вверх, припрыгивая, пытаясь дотянуться до странного солнца. Теперь – прошла не обернувшись.

Боярский сынок все испортил. Приходил стремена заказать, чтоб свидеться. Раз пряник принёс, встретил у церкви и вложил теплый после причастия. Другой, поманил к забору и долго что-то кружил на руках. Планировал встречи, пробирался понемногу, а потом пропал. Вернулся караван – без тела, без сапог. Иири потухла.

***

К месяцу-грудню торговые ряды засияли еще ярче, оттеняя мрачное небо и далекий гул снежных дождей. Ждана вперед вел вихрастый парень, лет пятнадцати на вид. Он петлял меж людей, раздвигал не великими плечами толпу и тащил кузнеца все ближе к помосту.

На помосте стояли: писарь, с пером, но без берестяной грамотки, которую подхватил и унес ветер, посадник с охранной – видный, да только не терпеливый человек притопывающий ногой в такт собственным мыслям и Человек.

Человека было видно сразу. Как бы не хотел он сойти «за своего», он выделялся волчьим взглядом. С виду спокойный, он то и дело тянул носом, приподнимался на неверных ногах, как делают битые звери и путник, идущий дурной тропой.

Увидев Ждана всходящего на помост, посадник чертыхнулся, пригладил бородку и зычным голосом вопросил:

– Долго идёшь, отчего так?

– Не гневайся, мил человек.– Ждан поклонился, приложив ладонь к груди – Не мог я горн без присмотра оставить. Летом горели – затушить никто не смог, а к зиме я не себя, и соградцев с пепелищем не оставлю.

– Верно, говоришь, – потеряв интерес к напутствиям, посадник вновь уселся в кресло и закинул ногу на ногу, – Кузнец Ждан Завидов сын, даешь ли ты слово о том, что ответишь правдиво?

Ждан молчаливо поклонился.

– Знаешь ли ты, что за клевету и ложь, положено платить виру?

Ждан снова кивнул.

– Чтож, тогда ответь кузнец, знаешь ли ты этот клинок? Продавал его, терял.

-Дарил. – даже не увидев клейма на пятке ножа, Ждан его узнал, по внезапному теплу, которое разлилось по телу, – Дарил его Фёдору, боярскому сыну.

(5.2)

Осталась только соль дорожками застывшая на поверхности тела. Движение и корочка треснула, осталась белой пылью за шиворотом. Смятый чек, который мог бы сойти и за билет остался в кармане. В кармане вообще оказалось много всего на первый взгляд бесполезного. Бесполезного как разогнутые цветные скрепки, или пустая зажигалка.

Белая махина музея потеряла своё величие с потоком людей. Тонкие линии отделяли обычных, толпящихся у входа людей от точек наблюдения. Черно-желтая лента за пихтами – перекрыли служебный вход, поэтому сотрудники то и дело ходят через главный. На стоянке – только одна машина с инверсивным номером, а среди гражданских ещё пара старых AN-ок, с регионом.

У входа толпилась экскурсия. Школьников оказалось не сложно узнать, ведь даже без формы кто-то додумался отделить их от общей человеческой массы треугольными платками завязанными на лямки, рюкзаки, и ременные петли.

Билет стоит как четыре раза проехать на метро. Турникет опущен и только служба безопасности суетится, просит открывать большие сумки на входе и выходе.

Алю в спортивном тоже притормозили. Она вынула из кармана раскладушку, и в ответ на вытянувшееся лицо СБ-шника протяжно, для верности на секунду закатив глаза ответила:

– Цифровой детокс. Не, не слышали?

В холле первая развилка. Аля вынула не потраченую монетку, подбросила её, и получив решку улыбнулась одними ушами – ее ждало хронологическое повествование, от алопеции обезьян до солярных знаков на флаге.

За стеклами черепа с широкими надбровьями и гигантскими челюстями сменились. Зубы под некоторыми собирались в кучки, и с появлением в жизни человека инструментов – в симпатичные бусы. Рядом с бусами раскидали продырявленные ракушки и остатки костей с насечками.

В центре комнаты – композиция доисторической трапезы. На пластмассовой траве и камнях, вокруг пластмассового огня, пластмассовые манекены с реалистичными пластами силикона поверх голов и лиц – жарили на пластиковых палках резиновое мясо.

Аля присмотрелась к ребёнку с псевдо-глиняной фигуркой коровки, к его раскрытому рту и кучке хвороста из которой могли спрятать клинок.

Обошла не огражденных предков и заглянула собирательнице в корзину – единственно настоящую, на вид из лозы. Заботливые сотрудники набросали внутрь муляжей: блестящих яблок, виноградных гроздей, пшеничных колосьев. Одно из яблок неравнодушный посетитель вкусил – обнажив пенопластовое нутро.

У мужчины Аля присела на корточки, заметив как приподнимается накидка из искусственной шерсти. Сощурилась и заглянула под нее. Между ног торчало что-то широкое, с закругленным концом, плотно прилегающее к штырю.

Вспышка камеры. Загрузка. На экране отобразилось обыкновенное крепление.

– А я-то думала, реализм.

За следующими дверями началась эпоха металла. Потолок в два этажа, не давал никаких шансов мельком взглянуть на впаянные в стену на нескольких уровнях. Украшения и орудия стали симпатичней, для антуража на плитке расклеили пленки со следами животных и их изображения, а в начале зала детям выдавали брошюрки в которых нужно карандашом отметить расположение каждого зверя. Взрослых как всегда обделили.

Потенциально уязвимое место – яма с инсталляцией погребения. Вокруг перил столпились посетители, разглядывающие сверху полочки с горшками и стопки тканей разложенные вокруг настоящих останков. Макетов коней на втором возвышении рядом с парой – стало меньше. Демонтировали за день простоя.

Визг и оханье. Через край наполовину свесился непоседливый мальчишка, почти слетел и уронил на защитный пласт тиранозавра с пищалкой. Если бы кто-то и полез прятать клинок в такую композицию – ему бы пришлось преодолеть огромный путь, или сигануть в яму.

Эпоха сменилась, находки прикрутили винтами к стенам. А в зале в случайном порядке стояли одноногие столики с макетами древних городов. Охране по углам только и оставалось, что гонять посетителей то и дело прилипающих носами к витринам.

На выходе из зала сразу начиналась лестница. По бокам, между пилястр под прицелом жужжащих камер расположились полотна в рамах. Позади, из-за массивности рамы, наверняка можно было по примеру натяжных клиньев загнать в подрамник лезвие.

Тяжелый выдох. Для того чтоб пронести по такой лестнице краденое прямо из зала, нужно чтоб свет отключили на несколько суток. Да и вниз, в хранилище не вело ни одного следа.

***

Простую выставку от привозной отделяло вытянутое помещение с гравюрами монгольских завоевателей. Коронация Чингисхана с поднятием на белой кошме. Над пластинчатой броней – длинная сцена с кузнецами в восточном городе.

Аля остановилась напротив боевой сцены. Полководец завис слетающим с холма, дальняя линия только натягивала луки, а передняя успела выпустить стрелы закрывшие небо как грозовое облако. В проёме раздались аплодисменты. Аплодисменты и попискивание микрофона. Тихие вопросы и четкие ответы седого знатока.

– Вот тебе и обратная связь. От колонки.

– Он увлечен, и как все гении не замечает мелких неудобностей. Приходите через час, будет еще одна лекция. Сейчас прошла про военные формирования и порядок в дружине, а потом будет про особенности икон.– из проёма выглянула высокая женщина с узким лицом и спокойным, даже гипнотическим голосом, – И на саму выставку можете зайти. Там сейчас никого, если стесняетесь.

Голос ее наполнился материнской заботы. Где-то Аля его уже слышала, и силуэт показался знакомым. Знакомым и немного странным из-за красного свитера с высоким горлом. Не типичная одежда для жаркого южного мая.

– Во время открытия я там была, развлекала посетителей. Он прошел мимо, сказал, что я неправильно держу веретено.

– Исправились?

– Приняла к сведению. Приятно когда специалист обращает внимание, но если он грубо шепчет на ушко, – Аля понизила тон, – “неудивительно, что наука здесь загибается” – это уже хамство. Мнение, знаете ли, имеет доказательную способность ниже, чем записи с камер, например.

– Это не умаляет его знаний.

– Это снижает коэффициент человечности.

Женщина улыбалась, покачиваясь из стороны в сторону словно убаюкивая себя под песни крашеного стекла. Витраж ,покрасил ей волосы розоватым бликом, а на щеке у самого глаза оставил капельку желтовато-рыжего света.

– Жаль, что в средневековом Новогороде никто не записал на доисторическую камеру как прясть. Или например правильно готовить тушеную медвежатину.

– И как же хорошо, что сейчас пересказ соседки не играет главенствующую роль. Не хотелось бы платить за курицу которая утопилась в ближайшей бочке, или не знать чьим топором зарубили мужа.

– Тогда у слов была цена. Инфляция под действием времени – женщина подошла ближе и поправила Алин капюшон, – Хотя я и понимаю, о чем вы. Вопрос рисков и выгод. Может индивидуальную экскурсию?

– Они заменили нож какой-нибудь древней, но все-же секирой?

Женщина мелко, одним подбородком кивнула. В задумчивости наклонила голову, опустила бессильные руки, обращая их ладонями вперед. Будто Варвара Иллипольская, сошедшая с образца.

– Он не был центральным элементом. Укради кто икону – вот незаменимый экспонат, но не все знают толк в оружии, покажи людям искусственно состаренную рукоять – и они рады.

-Он был центром чьей-то жизни. Подарком от жены к мужу.

– Его подарили византийскому ставленнику, за снижение налога за содержание складов Неревского Конца. По официальной версии. И стал центром еще одной жизни.

– Существуют те, за кого вы готовы заплатить словами?

– Мальчик реставратор, у меня сын его возраста. Ходил с тубусом, рисовал здание на макеты. К нам вошел и помог всего раз.

Аля так и не вошла вслед за благостной женщиной в зал чужой экспозиции. Только присмотрелась к тревожной кнопке. На ней руку, как на пульсе держала смотритель – значит, сигнализацию в залах так и не включили.

***

Приезжие отличались особой суетливостью и красной полоской на бейдже. Местные – вместо имени на отвороте кармана носили маленькую камеру.

Алю сбил с ног местный. Грузчик не выглянул из-за коробки, не обернулся на звук падающего тела. Задрожал столбик ограждения. Задрожали колени и губы. Весь мир задрожал и промок от резкой вспышки боли.

–Кто обидел? – Из ниоткуда над ней возник темноволосый и смуглый мужчина, протянул руку и даже порвался присесть.

– Сначала усатый такой лапал. Теперь уда-ударили. – Ошиблась Мерлин и два оружия вполне сработались.

В невнятном бормотании обиженного ребёнка, большой человек услышал что-то своё. Поднял, отряхнул и повел вкоморку. Сам он в ней еле помещался и рядом со множеством мониторов и экранов, с крохотным рыжим стаканчиком кофе, больше всего был похож на огромного Тедди в охранничей форме. Широкими плечами охранник перерыл обзор почти на половину комнаты, но зато организовал чай и доступ к столу с множеством кнопок.

Под напульсники, где покоился гвоздь – зазудело.

– Скорая не подъедет моментом, а вот обидчика может и найдём. Задержки и ближайшему патрулю сдадим.– Замелькали монохромные картины, где человечки с задержкой, будто телепортировалась от точки к точке. – Тебе же точно не показалось, как этим самым...

– Как кому?

– Ну, есть женщины, которым лишь бы обвинить кого. Ходят в открытом, к ним просто внимание проявляешь, а они сразу жаловаться. – Мех у метафорического медведя в раз потускнел.

– Ммм... Нет. Зачем кого-то обвинять. Просто. Просто там у ворот. – Аля огляделась выцепляя взглядом детали: кольцо на столе, небрежно висящая прямо на двери куртка, шкафы с полками. – Там где арка. Он меня зажал и лапал. У него противные, – В голове всплыл образ Горбушки, – Усы, как щётка. Он был выше меня, хотя, это и не сложно. С рубашкой, такой синей, и накладками на плечах.

Она чуть надула щеки, чтоб казаться еще меньше.

– Так к тем записям у нас доступа нет, сейчас подойдет Каринка меня заменить, попросим у нее, если тебя не увезут.

– Как думаете, меня сильно пришибло?

– Сидишь же – значит нет, вот на Формуле, иногда болид заносит, особенно если стратегии идиот составлял. Вот тогда у – мозги по стенке. – Охранник откинулся, и спинка компьютерного креста стала параллельна полу. – Вот ты знаешь, что в прошлом сезоне произошло?

– Они ввели Искусственный Интеллект и тот всех победил? – Теперь уж Аля могла разглядеть, не только очертания предметов, а полноценные коробки с торчащими из них: бутылками, подошвами и разноцветному свертку зонта.

– Да какой там, все машины улетели в кювет, она в столб на полной скорости!

Ценой удачно выброшенного слова Аля заняла человека еще минут на десять. Примерилась к кнопкам на клавиатуре, посмотрела, как женщина в свитере протягивает особо активным участникам свертки и почти так же как она сама идет гулять по залам. Как опера в штатском опрашивают смотрителей, и даже Мумриков паркует новенький черный внедорожник.

Снаружи попросили ключ от подсобки, охранник встал и играючи пригрозив пальцем вышел. Время пришло.

Журнал посещений – обыкновенная тетрадь с потрепанной синей обложкой. Независимо от сотрудника, проставлено стандартное начало смены, росписи у половины идентичны – произвольная закорючка. На корешке следы лака с блёстками.

Аля пролистала пару страниц до вечерней смены. В здании оставались шесть человек и студент. Его отметили отдельно, красной пастой, как ошибку первоклассника. Так ещё и перед самим именем вывели – "практ".

Охранник оперся о дверной косяк, отчего дверь со скрипом приоткрылась. Аля замерла, продвигалась и на стульчике, не поднимая таз, прокатилась к шкафу с ключами.

Сам ящик из дерева, возможно дуба, цельный. Задняя стенка отделана потертым красным бархатом. Стекло в створках старое, однослойное и по краю след от пожелтевшего клея.

Тот, кто взял ключ от хранилища – ничего не ломал.

На крючках висело по одному экземпляру ключей. Небольшие, однотипные, они различались только пломбой и количество пазов на стержне. Единственная индивидуальность – ключ от хранилища. Массивная связка из трёх штырей с пластинами на концах.

–Сколько же он должен был тогда пройти? – Аля потерла виски, проехала ещё немного, к планам и вздрогнула всем телом.

Чайник стоял недалеко, но прижатым к полустенку. Припекало и жгло что-то другое. Ныл гвоздь под напульсником, врезался кривой шляпкой в кожу. Пульсация и запах запеченного мяса. Под тканью пузырились, закипая капельки крови.

Резким движением она сдернула нить, ногтями содрала первые корочки с кожи вместе с гвоздем. От линолеума, повалил едкий черный дым. В попытке затушить, она перевернула чашку. Жидкость, не успев расплескаться иссякла.

Горло продрал кашель. Аля метнулась в угол, попыталась снять огнетушитель. Пнула коробку. Зонт накренился изогнутой ручкой вниз, соскользнул, и коснувшись земли раскрылся – не выдержала липучка.

Красный баллон, подозрительно легкий, с сорванной пломбой – зашипел и выплюнул маленькое облачко пены. Оно липкой каплей приземлилось поверх – тот потух.

Охранники смолкли. Дверь открылась шире. В полоске яркого дневного света блеснуло лезвие.

***

Мумриков сидел, молча постукивая пальцами по рулю. По его лицу сложно было понять, недоволен он, или просто задумчив – брови в таких случаях сходились к переносице одинаково.

Задняя панель панель раскладушки поддалась коротким, остриженным ещё в приёмнике ОВД ногтям – с третьего раза. Бочковатая батарея выскочила сама. Аля подглянула в карман: там, в глубине блестела броня из укреплений на плате. Развернутая розовая скрепка тоже оказалась, кстати, ей она поддела СИМ-карту, и плотнее прижала CDD к внутренностям. Свернула в трубочку чек, и, собрав телефон обратно – плотно зажала его между половинками телефона. Ни один страз так и не отпал.

– Экспертиза просмотрела память устройств и все подозрительные переписки. Никаких подтверждений вины. Из списка подозреваемых вас можно было бы, и исключить, но…есть в этом что-то дьявольское. Вы пропажу руками не трогали?

– Как будто-бы мне должно быть стыдно, но я была в ярости, принимая решение. А зло не думает – зло действует. – Аля неловко почесала затылок, – Ни руками, ни ногами. Даже не дышала. Плюнула раз, и то не сама.

– Есть реальный шанс присесть по четыреста седьмой.

– До сорока суток за препятствование следствию – это уже не повреждение культурного наследия и кража.

– Это повод для исключения.

– А вот и не правда, у меня еще будет летний семестр. К тому же на входе меня досмотрели, а в каморке камера работает.

– Следственный комитет обрадуется, увидев причину возгорания. Взрыв зажигалки сопровождается громким хлопком.

– Это была электромагнитная атака.

Мумриков с недоумением повернул зеркало. Аля в отражении подтянула к себе обожженную руку и внимательно рассматривала повязку наложенную поверх. Баюкала, раскачивая покрытый сажей гвоздь, словно маятник.

– И ради чего? Что хоть надумать успела?

– Проверяла версию, по которой меня, скорее всего, могли привлечь. Из музея периодически пропадали мелкие экспонаты – бусины, косточки, черепки. Наибольшую ценность они представляли как раз для историков, а не для коллекционеров. Деньги крутятся рядом с большими находками, но любители присваивают и крохотные черепки. Разбирают их из раскопа, а когда наиграются – возвращают музеям, находки сложнее датировать и описать, поэтому стенды закрыли. Полноценные артефакты – государственная ценность, чтобы ее забрать нужно, быть “близким к телу”. Козырь знал, что клинок можно продать, даже покушался на него еще на представлениях в Новгороде, но в итоге влип его подельник. Он выдвинул на форуме музея идею привозной выставки, отследил маршрут и договорился с охранником, который очень нуждался в деньгах…А Козырь это кличка?

– Это фамилия. И как он это, по-твоему, понял? – Мумриков смеялся одними глазами больше похожими на капли подсолнечного масла.

– По татуировкам, наверное. У Охранника на пальце шрам от лазерного сведения, свежий. А еще у него есть дочка – на столе в рамке фото. Фото старое, она моя ровесница, я думаю. В общем, финансовое положение него не ахти. Ему нужны были деньги, возможно на обучение этой девочке, или ремонт сделать, в стране, где продукты покупают в кредит – деньги так или иначе неплохая мотивация.

– Ага, продолжай.

– Так вот. Они договорились, скорее всего, лично. Козырь заплатил аванс, пришел на выставку и потыкал спицей в стекло. Сигнализация, как у нас водится, включается только ночью. Стекло слегка треснуло, и когда оно окончательно разобьется, стало только вопросом времени, как вариант при включении сигнализации оно бы сработало и клинок все равно отнесли бы в хранилище. Из хранилищ, ночью его вынес Охранник, припрятал на территории, чтоб когда суматоха уляжется – вынести. Я думаю, вы рассматривали эту версию, поэтому проверяли сотрудников, а он выносил его во внутреннем кармане сумки, а потом вернул и спрятал в зонт.

– Вообще не угадала.

– Что?!

– Версия интересная. Но бредовая в деталях.

– Я хоть что-то угадала?

– Что-то да, но это – тайна следствия. А тебя, завтра попрошу явиться на допрос, этот разговор мы опустим. Пока что…Нам анонимно передали чек, который может сыграть против Козыря.

29. Конорева Вероника, "Never in life" (заявка №38)

Заявка №38.

Жанр – любой.

Примерный сюжет – Живет успешный мужчина с социальным рейтингом 1100 из 1000 возможных очков. В один момент ему подкидывают ребенка с подтвержденным отцовством, а в строке мать прочерк. Ребенок вне брака разрушит его рейтинг. Нужно за три дня решить ситуацию так, чтобы рейтинг сохранился и с деткой ничего не случилось плохого.

Персонажи – любые.

Примечания – При желании мужчина мб не человеком.

____________________________________________________________________________

Рассказ можно прочитать по ссылке: https://author.today/work/449505