Ростовские этюды

Глава 1

Если идти со стороны памятника святому Димитрию и, миновав два квартала, повернуть налево, в самом сердце Центрального рынка, в тени павильонов, можно найти прилавок, где продаются самые вкусные в этом городе жердёлы. Наберёшь, бывало, целый кулёк этих жердёл - и, весь в предвкушении, идёшь дальше, от ларька к ларьку, чтобы закупиться к обеду. Вернёшься домой - и закружат домашние хлопоты, поэтому ты забудешь про пакет с этой спелой покупкой, а она будет ждать тебя и лопаться от спелости.

Ах, какие фрукты! Шкурка бархатистая, а цвет… Цвет - как у балтийского янтаря! Ты перекусишь ими, готовя себе салат - а какой же салат без синеньких? Синенькие - главный гость на столе, ведь из них получается столько блюд.

Минутку, а как же тютина? До сих пор ни слова про эту замечательную ягоду?

Пускай иногородние называют её шелковицей или тутовым деревом - любой уважающий себя ростовчанин только поморщится, услышав такие разговоры. К чему формальности? Тютина - она и в Африке тютина, если вам, разумеется, удастся сыскать тютину где-нибудь в Египте. Обычно её ягоды берут у бабушки на улице: такие плоды чище и как-то сочнее. Продавщица свернёт тебе небольшой стаканчик из старой газеты, насыплет туда покупку - и дело сладилось.

Жердёлы съедены, синенькие тоже, что осталось? Правильно, шелковица. (Так и быть, вспомним про это название.) Садишься у себя дома на диванчик, высыпаешь ягоды на тарелку, берёшь полную жменю - и в рот. Пускай под окном спешат машины, стремятся в Аксай или Таганрог - тебе торопиться некуда. Можно пережидать послеобеденную жару дома, в залитой солнцем гостиной. Включишь телевизор - что у нас там? Ростовские новости. Они заканчиваются в три, что же делать дальше? Отдыхать, расслабляться. Можно тряхнуть стариной и пересмотреть все сезоны "Игры престолов" от начала до конца - почему нет? Губы чернеют от ягодного сока, зима на экране подступает к подножью Железного Трона, и ты невольно задаёшься вопросом: в каком-нибудь из фэнтезийных романов, скажем, во "Властелине колец" или "Песни льда и пламени", описана чарующая сладость тютины? Наверное, нет. А ведь она рядом, растёт на Парамоновских складах у донской набережной, а не где-нибудь в Средиземье или Семи Королевствах.

Но ягоды кончаются, а это значит, что снова пора в дорогу - на барахолку возле Часового завода, там важное дело. Нужно купить чувяки к холодам, пока распродажи не закончились. Вот на соседнем прилавке одиноко притаилась вязаная шапка с огромным бубоном, сплетённым из разноцветных нитей: белой, синей, жёлтой и красной. Это цвета флага Ростовской области. Ты покупаешь и её: пусть будет, хотя вещи, с которыми эта шапка сочетается, в твоём гардеробе вряд ли найдутся.

Когда ты наконец добираешься до двора, тебя подстерегает новый сюрприз: муляка. Нога падает в лужу, которая обитает во дворе с тех самых пор, когда закончилась постройка дома. Со дна поднимается муть - это сердце лужи. Муляка.

Из кушерей выскакивает кутёнок и начинает протяжно выть: ему не нравится, что лужа расплескалась и затекла в его убежище. Кутёнок маленький, так и хочется взять его на руки. Вздохнув, поднимаешься на свой родной этаж и впотьмах орудуешь ключом. Только открыв дверь, догадываешься, что в тамбуре можно было включить освещение.

Родня из Таганрога приезжает в девять вечера. Ты ждёшь их у подъезда (через лужу уже перебросили несколько досок) и всматриваешься в темноту в затянувшемся ожидании. Объятия, поцелуи, поздний ужин - и спокойной ночи.

Они совсем не знают города, твои родственники, и просят экскурсию. Ты ведёшь их по Пушкинской до знаменитого книжного развала, потом - мимо Библиотеки, все вместе вы сворачиваете в один из переулков, ведущих к Дону, и спускаетесь к речной прохладе.

- А хорошо бы съездить в Танаис! - говорит твой дядюшка.

- Можно и так, - отвечаешь ты. - Только надо взять что-нибудь с собой в дорогу. Фрукты какие-нибудь или бутерброды.

После долгих прений решено взять с собой яблоки и несколько бутылок воды.

- Постойте! - говоришь ты. - А как же абрикосы? Я знаю, где купить хорошие.

- Жердёлы, ты хотел сказать? - переспрашивает твой дядюшка. - Ну, веди, раз знаешь…

* * *

Над Танаисом разливается тишина, такая густая, что, кажется, её можно резать ножом. Узкая каменистая дорога ведёт к отмели - там можно ловить рыбу. Дядюшка хочет сварить юшку, а для юшки, как известно, нужна сула.

- А я однажды рыбу поймал, - в этом месте он разводит руками до предела, - в-о-о-т таких размеров!

- Выбражаешь!

- Да ни в жизнь! Только это не здесь было, а ближе к Азовскому морю.

- А, ну, море - это совсем другое дело.

Вот удача! Пойманные жирные рыбины весело болтаются на верёвке. Наверное, точно так же греки - чьим городом Танаис и был - тысячи лет назад отправляли свой улов - засоленный, разумеется - вниз по реке, до Азовского моря (тогда Меотиды) и дальше, на свою историческую родину, чтобы какой-нибудь жадный до экзотики сицилийский тиран отведал донской рыбки. Глубокая древность - и всё же загадочно близкая к нашему времени.

* * *

Ростов - это книга, которую нужно уметь читать. Поймёшь неправильно или не поймёшь вовсе - пропадёшь, потеряешься! Поэтому - вслушивайся в речь, прочувствуй её переливы! Двести семьдесят лет Ростову-на-Дону, а говор ростовский - всё такой же молодой…

Хотите тютину? Да вон бабуся в ларьке на перекрёстке продаёт целыми жменями, ещё и кулёк даёт в придачу, любовно скрученный из "Пионерской правды" за май 1968 года…

Донской словарь

Бубон - помпон.

Выбражать - хвастаться, быть слишком высокого мнения о себе.

Жердёлы - абрикосы.

Жменя - горсть.

Кулёк - пакет.

Кутёнок - щенок.

Кушери - заросли.

Ларёк - киоск.

Муляка - грязь.

Сула - судак.

Тютина - тутовое дерево, она же шелковица.

Чувяки - мягкая кожаная обувь без каблуков.

Юшка - уха, вообще жидкое блюдо из рыбы.