Робин Гуд vs Вильгельм Телль №1

Выстрел Робина Гуда

Самая лучшая часть данного произведения – это пролог. Оно написано хорошим языком, вызывает желание читать не отрываясь. Со стилем и речью у автора тоже все хорошо. Можно только похвалить. Структура изложения мыслей соответствует структуре профессиональных авторов, которые занимаются писательством значительную часть своей жизни. С такими задатками ожидалось прочитать нечто замечательное, не только по исполнению, но и по смыслу. Однако в основе, в фундаменте произведения лежат три вещи из которых вытекают многие недостатки.

1. История про вампира.

Вампиры - это очень старый, затертый и много раз пережеванный образ. За счет него теряется эффект новизны произведения. Исчезает интрига, любопытство читателя. Всё, чем читателей могли заинтересовать вампиры – они давним-давно почерпнули и узнали. Многие части произведения и особенно первая глава – в большей мере посвящены опровержению, и «обнулению» имеющихся у читателя знаний про вампиров, чем описанию чего-то любопытного и увлекательно нового.

2. Используя в своем произведении мистическую сущность, что имеет свойства, соответствующие мистическому пониманию природы мира – автор натягивает ее на научно-фантастический глобус. В итоге псевдонаучные объяснения выглядят не убедительно и порождают больше вопросов, чем дают ответов.

Это и необъяснимое сходство с человеком без биологического родства с ним.

Это и то, что вампиры внешне и физиологически приспособлены к охоте в определенной условиях человеческого общества, которые возникли лишь пару тысяч лет назад, да и то на ограниченной территории.

Это и природа красоты вампиров для всех. Ведь известно, что каноны человеческой красоты меняются не только во времени, но и в пространстве. Быть красивым для всех – вампир в принципе не может.

Это и непонимание как постулат «общей культуры» для вампиров и людей соотносятся с её игнором - вампир в бога не верит, моральным принципам не следует, законы презирает. («абсолютно аморален»).

Возможно именно по этой причине, в произведении полностью опущена история вампиров, что по идее помогает раскрытию образа.

3. Повествование идет в виде интервью. А значит некий герой с определённой и четко обозначенной жизненной высоты и пережитого опыта (341 год) обозревает свое прошлое. Однако оценки людей и места вампиров среди людей, в ходе интервью, меняются таким образом, будто герой не рассказывает свое прошлое журналисту, а проживает все в реальном времени. (Речь рассказчика). В итоге финал книги плохо соотносится с тем пренебрежением к людям, которое сквозит на протяжении всего «интервью».

Например в начале интервью вампир не сомневается в своем праве на убийство людей. Даже их желание жить дольше кажется ему крамольным и заслуживающим смерти. Рассказчик зациклен на обвинении человечества, делая общие выводы из частных случаев. В конце же интервью: вампир удерживается от негативных оценок. Рассказывает о том, как увиливает продолжительность среднюю продолжительность жизни человечества за счет борьбы с болезнями. Декларирует отказ от убийств, переходит на человеческую мораль взаимоотношений.

Помимо названного, в тексте очень небрежное отношение к деталям – многие моменты откровенно противоречат друг-другу, доводя картинку до абсурда.

Пример: герой-вампир, в доме своего учителя, при свидетелях, убил человека и теперь его ищут по всему городу, и знают в лицо. Но со своей яркой внешностью, вампир спокойно селится по соседству и НИКТО из всех соседей, из всех улицы не узнает в нем бывшего ученика художника, кроме одной приютившей его женщины. При этом к маскировке не прибегает. Местами не знаешь, как относится к написанному – как к стёбу автора или написанному на полном серьезе.

Также у героя очень труднопроизносимое имя, которое трудно запомнить - Эльфлауэр. С таким именем герой вряд ли запомнится читателю и не станет именем нарицательным. При всем желании.

Сюжет состоит из отдельных событий личной биографии связанных между собой лишь временной последовательность и ходом изменения пищевых предпочтений. Основные вехи, поначалу, состоят из эпизодов: где и как вампир-герой питался; как именно добывал еду; как боролся с потенциальными конкурентами – людьми которые только-только вступали на эволюционный путь употребления человечины; как и какие люди и при каких обстоятельствах были скушаны, а какие люди и по какой причине наоборот - были отвергнуты в качестве пищи, - что как бы не особо разделяется читателями имеющими другие пищевые предпочтения. Сопереживать этому и проникнутся этим трудно если ты не маньяк. Наиболее частая задача, которую постоянно решает вампир – «жрать или не жрать» данного человека основываясь на личных предпочтениях и качествах предполагаемой жертвы.

По идее, главный конфликт данного произведения заключается как бы в том - что сильнее: культура, воспитание или врожденная предрасположенность? Именно ответ на этот вопрос мы видим в финале произведения. Но ценность этого ответа снижается тем, что ответ получен не для человека, а для вампира – мистического существа. Поэтому для удобства будем считать, что разум вампира равен человеческому.

Итак главный конфликт произведения - может ли узко-специализированный но обладающий человеческим разумом и человеческой внешностью облигатный паразит, чьи инстинкты заточены на одно: питание человеческой кровью - под воздействием человеческой культуры и воспитания преодолеть свою врожденную природу? Вступить с человечеством во взаимовыгодный симбиоз? Из биологии мы знаем, что потенциально может, но какова возможная история этого?

Главный герой - вампир Эльфлауэр родился в те далекие времена, когда человеческая культура не везде противоречила образу жизни вампиров. И хотя употребление человеческой крови в пищу чаще не поощрялось - убивать людей людям и существам похожим людей - не воспрещалось. Родись герой где-то в Австралии, он наверняка и до наших дней не испытывал бы проблем с человеческой моралью. Но герою не повезло. Он родился в местах с бурно развивающейся и меняющейся культурой.

Первым учителем, попытавшимся приобщить вампира к богатствам человеческой культуры, морали, прочее - был художник Бонифатио. Неизвестно: почерпнул ли хоть что-то молодой вампир за 15 лет ученичества у глубоко верующего человека и выдающегося художника эпохи, помимо умения рисовать и использовать свой статус художника в охоте на людей? Маркеров будущего духовного преображения героя мы здесь не наблюдаем. Зато есть куча маркеров превращения героя в более опытного и изощренного убийцу. Особенно тех, кто нарушает заповедь «Не прелюбодействуй».

Коренные изменения в личности и мировоззрении нашего героя начали происходить лишь после того, как он сам будучи охотником на людей, вдруг превратился в их жертву, в научный артефакт для исследований, что он совершенно не заценил. Мне не понравилось, как описано прохождение всех стадий принятия неизбежно. Первая и четвертая стадия (Неверие и Депрессия) На мой взгляд отсутствуют.

Вампир довольно убедительно пожинает горькие плоды сожаления. (Люди не понимают. То как он убивает – это совсем другое). Это неправильно. Ведь он хищник, а они жертвы. Однако его хищническая деятельность, к тому времени, оценивалась людьми уже настолько мелко, (в масштабах всего человечества), что люди даже потеряли всякую веру в существование вампиров.

За свои триста с лишним лет жизни - герой много раз мог наблюдать, как люди охотятся и истребляют всех хищников, которые еще недавно сами охотились на человека. Не было поблажек даже для былых тотемных животных, которым ранее строили храмы и которым поклонялись. Наивно и самонадеянно было полагать, что вампирам подобная участь не грозит. Следовало сообразить – стоит только людям поставить задачу выловить всех вампиров – как они очень быстро с ней справятся. Красота вампира и вечная молодость – это как метка на лбу.

Герой оказался морально не подготовленным к неизбежным ударам судьбы после того, как до него дотянулись пытливые лапы ученых.

Много боли и отчаяния пришлось пережить герою пытаясь ответить на насущный вопрос «А меня за что?» прежде чем его осенила идея пойти на уступки и найти компромиссы с человечеством. Перед обычными хищниками, вампир имел то преимущество, что обладал разумом подобным человеческому и имел шанс договориться.

Свои пристрастия к свежей человеческой крови пришлось менять на гарантии дальнейшего своего существования, как редкого биологического вида и переходить на питание донорской кровью. Пришлось смирится с заточением пока люди-ученые окончательно не удовлетворят свой научно-познавательный голод, и не найдут вампиру надлежащее место в биологической систематике, не напишут на по нему кучу всевозможных диссертаций. Давалось это не просто. Пришлось столкнулся с обоснованным недоверием к себе и способностям своего разума контролировать инстинкты.

Сломать барьер и выйти из тупика помог ученый, который уже удовлетворил любопытство в вопросах биологии и физиологии вампира, и вплотную подошел к его интеллектуальным мощностям.

Как говорится - с добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто с добрым словом. Никогда ранее добрые слова и поступки людей – не приводили к таким поразительным результатам в изменении личности вампира, как добрые слова в сочетании с жесткой дисциплиной и с огнеметом постоянно приставленным к его телу. Под воздействием этих факторов мысли и поступки начали подвергаться особо строгому отбору. Лишние естественным образом отсеивались. И с героем начала происходить удивительная, для вампира, духовная эволюция и внутреннее перерождение. На исследовательском столе, под скальпелями ученых изучавшим его анатомию и физиологию было достаточно времени чтобы покопаться в себе и ощутить те невиданные ранее глубины и ценности которые крылись в простых, на первый взгляд, человеческих отношения. Пришло время переосмысления и поиска нового места и смысла в жизни:

«Тысячи лет все было правильно. С тех самых пор, когда они строили в лесу хижины из бревен, а мы бродили вокруг этих хижин как волки вокруг стада оленей, все шло закономерно. В нормальном природном режиме. И если стадо убивало кого-то из нас – неудачника, бедолагу, не приспособленного к борьбе за существование – это выглядело справедливостью. Но сейчас то?».

«Нам, вероятно, придется искать компромиссы и приспосабливаться – а расквитаться можно будет потом».

«Тогда я решил стать дипломатом вампиров среди людей, хоть это и могло бы показаться унизительным».

Вампир уже тогда интуитивно почувствовал – что быть жертвой-мясом для существ обладающих высоким разумом - крайне непродуктивно. Что это не приводит ни к каким хорошим впечатлениям и не дает никакого интеллектуального удовольствия. Как бы он не обвинял людей в слишком жестоком к себе обращении, но именно такой разворот - превращения человечества из жертв вампиров в охотников за вампирами – помог герою сломать прежние стереотипы. Натолкнутся на альтернативные путы обеспечить себя питанием, чем просто охота на людей.

«Их (людей) можно было бы разводить как свиней – они бы даже не заметили, если взяться умеючи».

Хорошие идеи не приходят в одну голову. Похожая идея очевидно пришла в голову и людям в военной форме.

В произведении автор детально описывает чудесные возможности регенерации, востановления вампиров (буквально из крошева), но не отвечает на самый животрепещущий вопрос который сразу задаст любой военный – если разрезать вампира пополам, можно ли получить двух целых вампиров? Каким еще способом можно провести быстрое размножение вампиров для нужд армии?

В финале произведении так и не сформулировано – что именно столь резко повлияло на сознание вампира. Ясно, что этому предшествовали все вышеизложенные факты. Ясно, что вампир больше не может безнаказанно воровать налогоплательщиков, сотрудников фирм, учреждений, организаций и членов их семей. Ясно, что вампир не смог дойти до формулировки простой истины: люди спокойно могут спокойно обойтись без вампиров, а вампиры без людей нет. И как бы не ставил вампир себя выше людей – именно люди решают, какое место на планете будут занимать вампиры в будущем.

Окончательный ответ, что же переломило вампира предстоит додумывать самому читателю. Возможно причиной стала радикальное распространение технологий консервации.

Возможно произведение даже не про духовный рост и перерождение, а про Стокгольмский синдром среди вампиров. Данное произведение хорошо тем, что каждый может получить свой собственный ответ.

Выстрел Вильгельма Телля

Первое, что приходит в голову с первых же страниц книги – вторичность.

Интервью, говоришь, с вампиром, говоришь?

Тот же набор – журналист, смутно понимающий, что что-то идет не так, томный красавец-вампир, который не вполне мертвец, но в этой версии не боящийся света и не человек изначально.

Сразу же идет попытка уйти от мистики – герой рассказывает нам, что он представитель редкой, непонятно откуда взявшейся расы. И все его сверхвозможности – это расовые умения. Он быстрый, сильный, хитроумный – чисто Джеймс Бонд, но только с тремя сердцами и клыки побольше. Кроме того у него значительно ниже температура тела, реже сердцебиение, он может неделями не вкушать крови, а обычную еду не ест, да вроде и не особо склонен пить что-то кроме крови, чисто для вида… Он выдерживает расстрел из винтовок с последующим добиванием штыками, ему это больно и неприятно, но не смертельно. Он впадает в целительную спячку, за время которой радиация от которой он только что чуть ли не светился выводится из организма – опаньки снова здоров. Он сильнее пятерых здоровых мужчин, держите его шестеро! Марти, почему ты представляешься Эльфлауэром? Верните нам мистику, кричит мне мозг.

Эта попытка уйти в псевдореализм с сохранением всех магических плюшек действительно разочаровывает. Животные с холодной кровью не конкуренты теплокровным, увы и ах. Да, гепард быстрее, да шимпанзе сильнее, но они платят за это выносливостью. А кровь – так себе по содержанию питательных веществ. Период полураспада радиоактивных веществ, образующихся после взрыва атомной бомбы – это не несколько лет, а больше. Ну и без активного обмета веществ в организме, эдакого вымывания их, они из организма не выйдут, как бы он не был совершенен. Пищеварительной системы у тебя нет? А куда ты закачиваешь выпитую жалом-хоботком кровищу? Прям в кровеносную систему? Логично, чо.

То, что вампиры мимикрируют под людей конечно прекрасное объяснение, но тратить несколько процентов массы тела на бесполезые не-млекопитающему сиськи? Хороший пример мимикрии, похотливая аргонианская дева полностью одобряет, например.

Но все-таки лучше верните нам мистику.

Логичности много и в питании ГГ. Он утверждает, что страх портит вкус крови жертвы и парой глав позже рассказывает нам, что прям кипятком писает от восхитительного коктейля гормонов в крови маньяка, которого не спеша так кушает. То есть маньяка вообше не пугает, что его медленно убивают? Ну ок, логично, соглашусь.

Что касается языка. Язык неплох, но книга написана небрежно, много совершенно нелепых недоработок.

«Мне было не привыкать стать замечать, что…» «Тоже отзывало маньяком» и et cetera, et cetera, раз уж автор любит латынь. Не стану разбирать все косяки, но категорически рекомендую автору вычитать книгу или найти кого-нибудь, кто ее внимательно прочитает. И укажет автору на ошибки.

При этом язык ГГ полон жаргонизмов весьма примитивного пошиба, но он заявляет о себе как о любителе побеседовать с интеллектуалами. Это несколько выбивается из образа.

Честно говоря, близость психологии этого существа к человеческой просто обескураживает. Это тварь, которая жрет людей, которую убить труднее, чем хищника, терминатора и чужого вместе взятых и при этом думает почти как человек?

Но он хотя бы думает временами.

Ученые – это полный капут. Сборище маньяков + одинокий вампирофил, который, занимаясь практическим изучением вампиров НЕ ЗНАЕТ что они умеют говорить. Хотя, мать вашу, ребятки ходившие на захват выслеживали ГГ, наблюдали за ним, как-то его вычислили. И не удосужились сообщить коллеге, что вампиры разговаривают? Либо доктор включил режим «злой доктор/добрый доктор» и упырь моментально раскололся – за конфеточку, за таблеточку…

Вообще страдания «робота Вертера»… Нет, не так. Страдания робота Вертера вызвали у меня сопереживания на порядок больше, чем страдания вампира. Вообще в этой главе автор переборщил с одноногими собачками. И тебе ручки, сожженные до костей и вожделеющие вампирского попца извращенцы. Они заполонили, не поспорить.

Если доктор не гениальный психолог и актер, который руководит всей шарагой, одновременно играя с вампиром, понемногу дрессируя его, приручая, с риском для жизни, опасную тварь, чтобы узнать о вампирах побольше, а является рядовым сотрудником, то вся эта история полная херня. Рядовой сотрудник, орущий на всех, вплоть до руководителя проекта и добивающийся от них выполнения своих требований? Ну да, разумеется, у нас же тут реалистичность, а не сказка.

Прям умиление берет от описания трогательной дружбы вампира и ученого. ГГ, эдакий моцный и зацный пан периодически говорит «Пше, быдло!», подразумевая, что человечество это стадо еды, но за друга дорогого… И за полведра студеной крови (тм), готов на многое.

Очередной выверт – вояки, которые приходят в лаботаторию, мочат всех подряд, а потом сливают своих же на корм вампиру. Просто потому, что кушать не могут, как хотят сделать из него супер-пупер-дупер оружие. Херово контролируемое. Хотя бы потому, что ставить жучок с электрошокером просто вшив его под шкуру существу, которое пулей хер убьешь, даже не присобачив его на внутреннюю сторону лопатки, например?

Переход от «вы былостадо жрат» к «я теперь вегано-вампир» не убедителен.

Зацикленность вампира на убиенном военными докторе заставляет думать, что вся эта гомонекробдсмэротика с нежными укусами в вену работала в обе стороны. Ну или он просто от радиации мутировал и заразился совестью.

В целом ощущение – хочешь марти сью – придумывай магию. Ну и душевные терзания абсолютного хищного паразита – не верю.