Решение съезда в жизнь!

Глава 1

Много чего у нас сохранилось с тех добрых старых советских времен. Из «нематериальных активов» — привычно разъезжать по аулам, разъясняя очередное Послание президента, партийные программные документы, особенно перед выборами. В такую очередную предвыборную поездку по сельским округам отправились и мы со старым депутатом Мухтаром Жакишевым.

Маке (как мы его уважительно называли) был человек своеобразный, из старой партсовноменклатуры. Из тех, кто до сих пор партбилет где-то дома прячет, но обычно по старой партийной привычке он всегда поддерживал действующую власть. Хотя довольно часто, весьма деликатно, но конструктивно не прочь был и покритиковать.

В следующий созыв он не собирался баллотироваться, сославшись на возраст. Чем ближе подходил конец полномочий депутатов нашего созыва, все больше критических замечаний высказывал в адрес власти.

Про Маке одни говорили: «Всю жизнь молчал и голосовал, сейчас что-то раздухарился». Другие — наоборот: «Он много видел, много пережил, пусть передает опыт. Правильно делает!». Некоторых раздражало то, что он довольно часто вспоминал советский опыт.

Вот похвалится аким:

— Мы в этом году сдаем 300 тысяч квадратных метров жилья!

— Это, конечно, хорошо, но в 1988 году мы сдали 500 тысяч квадратных метров. А тут в год по чайной ложке сдавали, до 100 тысяч квадратных метров. Только научились 300 тысяч квадратных метров сдавать... Очередь на жилье уже за 10 тысяч человек!

Правда, потом молча голосовал за решение, которое озвучивал аким...

За глаза его в шутку называли «коммуняка», а некоторые подправляли: «В подполье». По жизни это был тихий, скромный, интеллигентный старикашка в очках, в потертом пиджаке. Говорят, в лихие 90-ые работал даже в комитете по приватизации, но, похоже, себе ничего не наприватизировал: жил себе тихонечко в старой «хрущевке», единственным из депутатов ездил на старом «Москвиче». Номенклатура!

Когда мы уже из города выехали за двести километров, решили остановиться в придорожном кафе чаю попить. Тут Маке и вспомнил:

— Похоже, я свой доклад забыл. Старуха что-то перекладывала в сумке, наверное, выложила...

— Маке, но не поедем же мы назад? Я вообще без ничего еду. Накидаете тезисы потом. Выступайте как знаете или как понимаете, — успокоил его я.

Старик явно огорчился: он привык выступать официально, с согласованным докладом. Потом за чаем успокоился:

— Тезисы так тезисы! Поможешь мне написать? Нам же все равно завтра вместе выступать...

— Конечно, Маке, помогу. Я почти наизусть помню последние программные документы.

— Вы молодые, вам легче, — констатировал он.

Через три часа мы уже были в доме у акима поселка. Встретил он нас по-казахски, с бешбармаком, водочкой, чаем и прочими яствами. Редкий ресторан может похвалиться таким столом. Растет благосостояние народа! Аким исключением не был...

Позже мы заезжали в дома нескольких простых сельчан. Все предлагали чай, но к чаю полагался бешбармак, манты, куырдак. Многим приходилось отказывать в застолье, что их искренне огорчало. Мы же казахи!

С акимом мы долго говорили о возможности развития горного туризма в их сельском округе — местность была гористая, живописная. Маке, похоже, устал: поковырялся во внушительном книжном шкафу и удалился на диван в другой комнате. Чуть позже я заглянул к нему и спросил:

— Маке, будем что-то писать для доклада?

— Да нет, не надо. Я уже сам все тут нашел и накидал.

— Извините, что-то мы с акимом заболтались...

— Да ничего страшного. Обсуждайте, может, что-то получится. А я, наверное, лягу спать, устал с дороги!

Я ему пожелал спокойной ночи и пошел дальше пить чай с акимом...

На другой день в актовом зале школы собрались активные жители поселка — как говорят, актив. Я рассказал о возможностях развития бизнеса на селе, о поддержке, которую может оказать НПП «Атамекен», о госпрограммах по поддержке бизнеса. Поделился мнением о развитии местного туризма. После получасового цикла «вопрос-ответ» меня отпустили.

Следующим выступил Маке, он должен был рассказать о перспективах развития местного самоуправления. Начал он просто и толково. В какой-то момент заглянул в книжку перед собой и зачитал:

— «…в решении ряда вопросов местного значения возможности советов ограничены. Существует чрезмерная централизация в таких делах, которые далеко не всегда видны из центра и гораздо лучше могут решаться на местах…»

"Вроде в тему, но где он это вычитал?" — лихорадочно вспоминал я. Тут он привел пару неудачных «решений из центра» и опять выдал из своей книжки:

— «...и эффективнее проводить сессии советов, усилить аналитическую и контрольную деятельность постоянных комиссий, улучшать практику депутатских запросов…»

Меня насторожило слово «советы». У нас это сейчас называется маслихатами.

Маке уже громко и торжественно провозглашал:

— «Звание депутат — не приложение к должности, не почетная привилегия, а большая нелегкая работа в совете среди населения...»

Потом привел пару примеров решения вопросов через депутатский запрос. Опять уткнулся в книгу или блокнот и начал:

— «Дальнейшее укрепление демократических начал… Строгие жесткие требования к уровню работы аппарата … Ведомственность, местничество, безответственность, бюрократизм, равнодушное отношение к людям … Ослабление контроля за работой аппарата со стороны трудящихся … Общественных организаций…»

Вроде бы то, но что-то не то, и все время про советы и трудящихся. Как бы «Слава КПСС!» не крикнул...

Он все громче и торжественней продолжал:

— «Каждому гражданину реальную возможность активно влиять на выработку управленческих решений... Проверять их выполнение…»

Слова «Мы говорим: молодым везде у нас дорога! Это верно, но нужны постоянные усилия, чтобы слова эти не тускнели, а дорога была действительно широкой» утонули в бурных и продолжительных аплодисментах. В зале было много молодежи, школьников, но вопросы ему почти не задавали — так хорошо он зарядил их положительной энергией своих призывов.

Когда вышли, я его похвалил:

— Молодец, Маке! Замечательное выступление. А вы говорили, что доклад забыли... Хорошо сказали своими словами.

— Не совсем своими, — мрачно изрек он.

— Да, что-то формулировки немного другие, вы все по-старому: советы, трудящиеся...

— Вы вчера долго засиделись с акимом со своим туризмом. Я у него на полке нашел вот эту книгу, с утра у него выпросил, он мне ее подарил. Оказывается, от его отца осталась.

Маке развернул сверток из газеты. На красной обложке было написано: «Материалы ХХVII съезда Коммунистической партии Советского Союза».

— Мы еще решения XXVII съезда не претворили в жизнь! Посмотри...

Я перелистал старые пожелтевшие страницы, посмотрел все места, которые он подчеркнул. Действительно, ничего нового, мы сейчас почти то же говорим.

— Ничего же плохого не предлагали, но видишь, что получилось, — грустно вздохнул Маке.

Больше он в депутаты не баллотировался…