Обложка Пробуждение Хранительницы

Пробуждение Хранительницы

Дмитрий Седов

0% прочитано
Стандартный
Дмитрий Седов

Пробуждение Хранительницы

Глава 1

Снег и неожиданность

Снегопад, казалось, намертво прибил Военвед к земле. Черные, словно заплесневевшие, многоэтажки тонули в густой пелене невидимых спор, а редкие машины, как шанс выиграть в лотерею, медленно пробирались по разбитым дорогам. Кристина, сжимая в руке подмокший смартфон, брела по двору, стараясь выкинуть из головы то, что буквально через двадцать минут она снова вернется в одинокую гавань, так она называла свою квартиру, пустую и холодную. В рюкзаке, мрачной вуалью, шуршала теплота её медицинского халата, в котором она трудилась почти восемь лет, каждую секунду жизни, спасая детей от страшных болезней. И вот теперь, в эту суровую, морозную погоду, её сердце, удаленное от родного педиатрического отделения, должно было предстать перед ядовитым взглядом одиночества.

Кристина ненавидела снег. Он казался ей отражением её внутреннего льда, постоянной борьбы с холодом стен и окон, даже летом. Он смешивал краски, делал все серым и тревожным, словно её собственное отражение в зеркале. Она вздрогнула, чуть не выронив телефон, и в этот момент её взгляд упал на что-то живое, торчащее из-за мусорного бака, в бельевой корзине. Это был младенец, девочка. Спокойная, в крошечной мантии, заваленная листьями и насекомыми. Девочка, которая словно выпала из пучины зимы, пропитания загадочной неожиданностью. Кристина невольно замерла, забыв о мыслях и накатывающей тоске.

Кристина расторопно приблизилась, взяв младенца на руки. Она была намного легче, чем казалась на первый взгляд, почти невесомая, а волосы, горели изумрудами от влаги. Профессионально осмотрев её, Кристина поняла, что состояние ребенка находилось в норме, странным, волшебным образом, словно она была полностью защищена от зверского мороза, какими-то мистическими силами. На тоненьких запястьях были нарисованы яркие чернильные фигуры, похожие на астрономические карты, но с неизвестными созвездиями и загадочными символами. Что-то внутри Кристины шевельнулось, словно невидимые нити связывали её с этой загадочной малышкой.

Загадки мусорасжигательного

Встреча с мрачной горечью квартиры была отложена. Кристину, словно магнитом тянуло к тайне скрытой в этом спящем тельце. Она искала значение татуировок, пытаясь расшифровать хоть один символ, хоть одну причудливую завитушку, но все попытки оказались тщетными. Поиск в интернете не дал результата. Но чем больше она всматривалась в калейдоскоп незнакомых фигур, тем сильнее ее охватывало чувство, что за этим событием кроется что-то, нечто более таинственное и значимое, чем просто брошенный младенец. В корзинке, которую она забрала с собой, Кристина обнаружила небольшой, свернутый в свиток пергамент. Развернув его, она увидела написанный в славянском стиле адрес — окраина соловьиной рощи, где до сих пор стоит заброшенный мусорасжигательный завод. Завод, о котором ходят легенды, где когда-то собирались религиозные фанатики, проводившие жуткие ритуалы.

Кристина, после долгих объяснений и просьб, уговорила соседку Лидию Петровну посидеть с малышкой и, не тратя времени, отправилась по указанному адресу. Солнце, итак едва различимое за вьюгой, медленно уплывало за горизонт, и микрорайон заволокла густая вечерняя пелена. Мусорасжигательный встретил её сонным молчание, словно затянул хрупкую барыню. Разноцветные граффити тянулись, как кислотные змеи, а некогда белоснежная штукатурка обвалилась, обнажив закопченный бетон. Вокруг, по каким-то странным ощущениям царил хаос запустения, словно, ни один человек не ступал сюда лет двести. Это было не так. Бездомные подростки, подозрительные и весьма опасные личности, шараё... бродили по этим этажам каждый день. Но Кристину это не пугало, она, ведомая скрытой в полумраке песней, тянулась к разгадке и понимала, что именно здесь, в этом на удивление популярном месте, кроется ключ к ответам.

Она осторожно шагнула в пространство полувыгоревшего помещения. Внутрь, сквозь оконные проемы без рам, заливался полумрак и высохший запах трав пустыря. Кристина, подсветив фонариком телефона, медленно прошагала к прямоугольной дыре загрузочной шахты, ощущая, как все её нутро напрягается от необъяснимого предчувствия. В правом боку шахты, прикрытом старой железной дверью, она обнаружила тайный ход, ведущий глубоко под землю, в подвал. Спустившись по скрипучим ступеням, она оказалась в небольшом, каменном помещении. В центре комнаты стоял старый письменный стол, заваленный книгами, свитками и какими-то неизвестными ей медицинскими инструментами. И здесь, среди этого средневекового антуража, она нашла дневник.

Дневник Верховной Матери.

Дневник был исписан теми же символами, что и на запястьях младенца. Это был рассказ о жизни Верховной Жрицы ордена знахарей Матери Природы , которую звали Авгушка, и её записях о страшном безумии богини Сияны и её попытках поглотить новорожденную друидку — будущую хранительницу лун. Авгушка была не только ученной, как поняла Кристина, но и философом, размышлявшей о смысле владения силами природы и их месте во вселенной. Она писала на старославянском, но с добавлением символов и знаков их ордена, которые, как она считала, связывали её с древними знаниями предков. Она зашифровала в своем дневнике послание, надеясь, что когда-нибудь её изречения послужат подсказкой к усмирению богини с помощью новорожденной. Дневник, который нашла Кристина, стал ключом к этому шифру.

Кристина проводила долгие ночи за изучением дневника, переписывая символы и пытаясь найти закономерности. Малышка, казалось прибывавшая в заколдованном состоянии, так и не просыпалась. И Кристина поняла, что её главная задача — пробудить младенца. Постепенно ей начала открываться тайна языка Авгушки. Она понимала, что она не просто писала, а создавал целую систему методов пробуждения, основанную на древних знаниях друидов и алхимии. Маша была поглощена этой работой, забывая про все на свете. Ее работа, извечная пустота в сердце, весь ее привычный мир отступили на второй план. Она чувствовала, что находится на пороге великого волшебного приключения, которое изменит не только ее жизнь, но и все вокруг.

В поисках эликсира

По мере того, как Кристина расшифровывала дневник, она понимала, что Алушка не просто описывала состав эликсира для пробуждения, она искал способ донести до нашедшего хранительницу, информацию по её воспитанию и обучению. Хоть её методы были схожи с программой школы волшебства, и она понимала, что эти методы не должны попасть в руки богиня, она все ровно описала место, где был спрятан рецепт эликсира, а также предупреждение о последствиях его использования. Кристина понимала, что теперь она не просто посторонняя наблюдательница, которой просто выпала честь, она такая же хранительница, как и девочка, только древней тайны, а не лун, и от ее действий зависит будущее, возможно, всего мира.

Она следовала указаниям Авгушки, отыскивая скрытые подсказки и ключи. Это были загадки, зашифрованные в символах, которые вели ее через лесные опушки, заброшенные деревни и тайные места о которых, она даже не имела понятия. Ее путешествие было полным опасностей и неожиданностей, но она не отступала, понимая, что ее цель стоит того. В итоге, она нашла рецепт эликсира, но он был не тем, что она представляла. Это была не просто формула для пробуждения, это был ключ к пониманию самой природы, к ее хрупкости и неповторимости.

Дилемма

Кристина столкнулась с дилеммой: а не выпить ли эликсир самой и пробудиться вечной жизнью и могуществом, или использовать эликсир на той, кому он предназначается? Она долго размышляла над этой проблемой, понимая, что от её решения зависит многое. Она пришла к решению, что не имеет права получить такую огромную силу и ответственность и очень злилась на себя за то, что такие мысли вообще пришли ей в голову. Она не стала пить эликсир, а приоткрыв крохотные губки залила его в младенца, передав ей власть над звездами и свою собственную заботу.

В итоге, девочка пробудилась и стала хранительницей, но под чутким руководством Кристины и рекомендации Верховной Матери, из дневника. Силы Катюши, как её назвала Кристина, став ей настоящей матерью, стали воплощением благодарности природы. А жизнь самой Кристины круто изменилась, и снег, когда бесивший её, стал символом судьбы, символом неожиданных открытий и удивительных приключений.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге