Про Мотю

Глава 1

Про Мотю

Глава 1. Как Мотя стала Мотей

Щенок был похож на щетку: во все стороны от больших круглых глаз торчала рыжая шерсть. Мордочка была совсем коротенькая, нос круглый и смахивал на большую изюмину, пониже носа начинались усы и клочковатая борода.

Маленький Костик хлопнул в ладоши и рассмеялся:

- Усатая собачка!

Папа осторожно поставил щенка на пол в прихожей и щенок, робея присел в кругу света потолочной лампы. Костик тоже присел рядом на корточки и принялся разглядывать необычного щенка.

-Почему у него такая мордочка, что не мордочка, а мохнатое лицо?- склоня белобрысую голову на бок, спросил Костик.

- Это порода такая. Усатая- бородатая, - весело сказал папа. - Мордочка у таких собачек короткая и курносая. Поэтому и похоже на лицо.

Щенок посмотрел на папу, запрокинув голову.

-Надо придумать ему имя, -сказал папа. - У тебя есть идеи, Костик?

Малыш покрутил светлый чубчик пальцем, нахмурился, потом спросил:

-А он…этот щенок…он вот дядя или тетя?

Папа рассмеялся и сказал:

- Он- тетя!

Костик тоже развеселился и звонко прокричал:

- Тетя-Мотя-бегемотя!

-О, это же идея, дружище!- сказал папа.- Пусть будет Мотей.

-Пусть!- радостно кивнул Костик.

Так Мотя стала Мотей.

Глава 2. Как Мотя ходила на прививку

Моте нравился ее новый дом. Она даже понемножку стала забывать свою маму, у которой был уютный и мягкий живот. Раньше Мотя спала около нее вместе со своими братьями и сестрами. Там было спокойно и пахло молоком. В новом доме она сначала плакала без мамы, тыкалась мордочкой в теплую тряпочку, которую отдали вместе с ней новым хозяевам. Тряпочка пахла Мотиной мамой, и чуя этот запах, ей было не так горестно в новом доме. В такие моменты ее брала на руки мама Костика. Она гладила рыженькую спинку и говорила всякие успокаивающие вещи.

А если Моте случалось взгрустнуть ночью на своем коврике, то сверху, с высокой кровати (куда Моте вход был воспрещен) спускалась большая добрая ладонь папы. Он ерошил Мотины уши, и ей становилось легче.

Как-то утром, когда ничего не подозревающая Мотя мусолила веревочную косичку, мама взяла ее на руки и посадила за пазуху своей куртки.

-Вот, Мотя, посиди пока тут. Сейчас мы поедем на прививку.

Костик, тоже одетый в теплую куртку и шарф погладил по лохматой голове собачку и прошептал ей:

-Не бойся, Мотька, я знаю, как надо делать, что бы было не страшно у врача. Я возьму тебя за лапу, а ты зажмурься.

Пока ехали в машине, Мотя задремала. Проснулась она от яркого света и незнакомых запахов ветеринарной клиники. Высунув мордочку из маминой куртки, стала все разглядывать. Напротив них сидела тетенька, которая держала кота в какой-то одежке. Рядом с ними на лавочке читал книжку пожилой дяденька с пятнистым бульдогом на поводке. Около дальней двери был живой уголок: в клетках чирикали разноцветные маленькие птички. А рядом стояла большая клетка с двумя шустрыми белыми крысами. Крыски бегали друг за дружкой по подвесным мостикам и гамачкам, и было видно, что им весело. В Костином детском саду тоже была клетка с попугаями, а еще был маленький бассейн с тремя большими золотыми рыбами. Каждое утро Костик подходил к рыбкам и здоровался с ними, а те подплывали к нему поближе и высовывали из воды свои мордочки с круглыми ртами и как будто здоровались в ответ.

Костик размотал шарф, снял куртку и положил рядом с мамой. Потом он прошелся по залу, рассматривая картинки с разными животными на стенах. Больше всего ему понравилась фотография большой бегущей овчарки. Она висела как раз позади тетеньки с котом в одежке.

Костик задумчиво посмотрел на кота. Он был какой-то странный: лежал у хозяйки на руках как ребеночек, животом кверху и выглядел сонным. На кошачьем комбинезончике были нарисованы утята.

- А почему у него такая кофточка?- спросил Костик у его хозяйки.

Женщина погладила кота и ответила:

-Ему сделали операцию недавно. А костюмчик защищает ранку на животе.

Кот протяжно и хрипло мяукнул. Костик еще немного поглядел на него и вернулся к маме.

-Ой, смотри, Мотя дрожит!- удивился он.

Мотя и вправду тряслась. Ее очень взволновали звуки и запахи больницы. Пахло лекарствами и неизвестными животными. Она ощущала и свой страх и страх всех хвостатых пациентов. К тому же бульдог рядом с ними поминутно вздыхал.

Костик принялся гладить Мотю у мамы на коленях, но та все дрожала и дрожала. Тогда он взял ее на руки и стал ходить с ней по залу, показывать зверей на картинках.

-Вот смотри, там нарисован кот с кормом в мисочке. Видишь? А вон там овчарка красивая. У нас на даче такая у соседей. Вот сейчас тебе сделают прививку, а потом пройдет зима, будет лето, и мы поедем на дачу. Ты с ней будешь играть.

Открылась дверь в кабинет и доктор пригласил бульдога. Его хозяин в дверях поздоровался с врачом и сказал, что они на уколы. Костик поежился. Он сам боялся уколов, но хотел казаться Моте храбрым и убедить ее, что ничего страшного в этом нет.

-Ну что же ты все дрожишь? Ой, пойдем птичек смотреть!

Птички весело чирикали и скакали по клетке. Мотя действительно заинтересовалась и на минутку позабыла про свои переживания. У птиц были толстенькие красные клювики, а перья разные: у одной серые с оранжевыми пятнами и такими же щечками, а у другой просто серые.

-Мама, это попугаи?- спросил мальчик.

Мама взглянула на птичек.

-По-моему это амадины. Можно спросить у доктора, когда будет наша очередь.

Как раз в это время вышел на своих кривоватых лапах уколотый бульдог и врач позвал их с Мотей.

-Идем, Костик. -велела мама.

Малыш прижал к себе щенка и быстро шепнул ему:

-Не бойся, я буду с тобой!

Кабинет был небольшой, но очень интересный. Посередине стоял большой железный стол для осмотра животных. Рядом располагались две невысокие тумбочки на колесиках. На их поверхностях было расставлено много стоек с маленькими пластмассовыми пробирками, лежали упаковки со шприцами, коробочки с лекарствами и небольшой стаканчик с электронными градусниками. Мама сказала, что они принесли щенка на прививку. Доктор достал книжечку и стал расспрашивать маму про Мотю и все записывать: какая порода, как ее зовут и когда она родилась. Мотя в это время сидела на большом столе и казалась совсем крошечной. Она все дрожала, а Костик ее гладил и гладил. Лицо у него было очень серьезное, потому что он волновался не меньше Моти.

В это время медсестра достала два шприца и по очереди набрала туда лекарства.

-Это для Моти?- спросил Костик.

-Да, для Моти,- ответил медсестра.- Она у тебя впервые на прививку пришла?

Костик кивнул. Его тревожило, что в специальном лоточке лежало два шприца, а не один.

-А зачем два укола? Ведь мы пришли на одну прививку?

Медсестра улыбнулась.

-Так нужно. Это прививки от нескольких болезней сразу.- она сняла одну голубую перчатку и погладила Мотю по спинке. –А тем пациентам, кто у нас в первый раз приходит на укол и хорошо себя ведет, мы дарим игрушку.

-Да?!- удивился и обрадовался Костик.- Вот видишь, Мотька, еще и игрушку тебе дадут, не бойся!

-А что твоя Мотя больше всего любит кушать?- спросила медсестра.

Костик задумался, потом ответил:

-Она больше всего огурчики любит.

-Огурчики? -рассмеялась медсестра. -Ну надо же!

-Да. Когда мама их режет, Мотька вертится около нее и выпрашивает. А когда мама дает ей кусочек, она очень быстро его съедает.

Костик вдруг вспомнил, что хотел спросить про птиц.

-А что это у вас там в коридоре за птички?

-Это зебровые амадины, –ответила медсестра. -Тебе они понравились?

-Да. Такие носики у них хорошие.

В это время столу подошли доктор и мама. Доктор погладил собачку и поздоровался с ней.

-Ну здравствуй, Мотя. Какая у тебя замечательная бородка!

Костик улыбнулся. Доктор показался ему добрым и веселым.

- А это твой хозяин? Ну что ты так боишься, мы тебя сейчас просто послушаем.

С этими словами доктор принялся слушать Мотино сердечко и легкие. Потом он измерил ей температуру, осмотрел глазки, ушки и ротик и сказал медсестре, что можно делать укол. У Костика от этих слов по спине пробежал холодок.

Медсестра принесла тот самый лоточек со шприцами, на который Костик боялся взглянуть. Она попросила маму придержать щенка, что бы тот не убежал. Мама прижала к себе Мотину мордочку, а Костик, как и обещал, взял щенячью лапу в свою ладошку.

-Зажмуривайся!- шепнул он ей и крепко зажмурился сам.

От укола Мотя даже не пискнула, а просто вздрогнула.

-Уже все?- спросил Костик, не открывая глаз.

-Один - все, - ответила медсестра. - Сейчас второй…оп! Все!

Костик открыл глаза. Мотя казалась повеселевшей. Она словно почувствовала, что больше с ней ничего страшного делать не будут.

-Держи! - медсестра протянула Косте небольшой мячик со разноцветными пупырышками.

-Это для Моти?- спросил мальчик.

-Да, она вела себя очень храбро!- ответила медсестра.

Потом они попрощались и вышли в коридор. Мама снова сунула Мотю за пазуху. Костик тоже оделся и намотал на шею шарф.

В кабинет после них понесли кота. Тот тихо мяукал и Костик мысленно его пожалел.

Глава 3. Как Мотя жила на даче

Моте нравилось жить на даче. Она весь день бегала по травке, рассматривала пчел и жуков в клумбе, обнюхивала цветы. Еще она очень радовалась, что маленький мальчик целый день с ней, что никуда не уходит. Когда в городе Костика отводили в садик, и Мотя оставалась совсем одна, она очень печалилась. Костик на прощание обнимал ее, гладил по рыжей головке и говорил:

- Ты, Мотя жди меня. Я приду после сада и буду с тобой играть.

Собачка усаживалась на красный коврик для обуви напротив двери и смотрела, как Костик махал ей рукой на прощанье. Когда дверь закрывалась, она все продолжала сидеть и прислушиваться. Ждала, что Костик передумает и вернется. Но он обычно не возвращался. Мотя еще немножко ждала, вздыхала и брела дремать на свое место. Во сне время летело быстрее.

И вот теперь, летом все были с ней целый день. В жаркие дни ее брали купаться на реку. Мотя побаивалась плавать, река была большая и вода ей не очень-то нравилась. Пока папа, мама и Костик плескались и ныряли, Мотя бегала туда-сюда вдоль берега и поскуливала. Собачке очень хотелось, чтобы они все поскорее вылезли из неприятной воды и уселись с ней на безопасном песочке.

Еще Мотю брали в лес за грибами. Это ей было по душе гораздо больше, чем поездки на реку. Здесь можно было почти не беспокоиться за свою семью. Разве что иногда мама с папой разбредались в разные стороны, а с кем-нибудь из них и Костик, и Моте приходилось бегать от одного человека к другому, что бы непременно всех проверить и никого не потерять.

Как-то во время такой лесной прогулки Моте повстречалась леснаялягушка. Она была коричневая, как сухой листик и выскочила из-под собачьих лап так неожиданно, что Мотя даже оторопела. Она стала обнюхивать маленькую лесную жительницу, а та замерла, притворяясь, что ее тут и вовсе нет.

-Что там ты нашла?- спросил Костик, подбегая.- Ой, лягушка! Папа, смотри, Мотя нашла лягушку!

Все столпились возле собачьей находки и стали рассматривать.

-Надо же, какая она незаметная,- сказала мама.- Среди листьев на земле ни за что не разглядишь!

-Это у нее такая маскировка, - объяснил папа. -Она так прячется от своих врагов.

- А кто ее враги?- спросил Костя.

- У нее их много, -папа почесал кончик носа. - Она же беззащитная, ни клыков, ни когтей, ни рогов у нее нет. Вот и едят лягушек все, кому не лень. И лисица может схватить, и волк, и даже еж может съесть маленького лягушонка. Да и любые хищные птицы могут ею пообедать. Цапля или сова, например. Вот лягушка и маскируется.

-Вот бедняга, -посочувствовал лягушке Костик. А потом строго сказал Моте:

-Отстань-ка от нее, Мотька, у нее и без тебя хлопот хватает!

У Моти было много смешных привычек. Например, когда она смущалась или волновалась, то шмыгала носом. Если о чем-то задумывалась, то похрюкивала, глядя вдаль, и вздыхала. А если чувствовала себя виноватой – ложилась кверху пузиком.

У Моти был враг – зеленая щетка для подметания пола. И хотя эта подметалка не сделала собачке ничего плохого, Мотя ее норовила покусать.

Стоило маме открыть дверь в кладовку, как Мотя мчалась сражаться со своим злейшим зеленым недругом на длинной ручке. Из-за их вражды мама совершенно не могла подметать. «Мотя, не мешай!» -строго говорила она. Мотя слушалась, держалась, сколько могла, но через несколько секунд снова бросалась на зеленую щетину, вцеплялась в нее зубами и мотала туда-сюда с грозным рычанием. Иногда маме даже приходилось запирать собачку в другой комнате или пользоваться пылесосом. Пылесос Мотя уважала и побаивалась. Когда он оглушительно ревел, она для начала лаяла на него издалека, а потом просто бегала за ним по пятам, навострив уши и подняв шерсть на загривке. Стоило маме повернуть пылесосную щетку в ее сторону, Мотя отскакивала подальше, но никогда не пряталась, потому что была хоть и очень маленькой, но храброй.

Еще она не вполне доверяла электрическому ингалятору, перед которым усаживали дышать Костика, когда он болел. Ингалятор жужжал неприятно, и Мотя наблюдала за ним тихонечко, сидя возле стула Кости. Ее удивляло, почему мальчик не опасается этой жужжалки.

Но сильнее всего Мотя испугалась корову, которую встретила на даче. В тот год был очень большой урожай яблок. Деревья стояли, увешанные этими румяными плодами, как новогодние елки игрушками. Уж чего мама только с ними не делала: и сушила, и готовила повидло, закручивала в банки компоты, варила сок в соковарке. Но яблок как будто меньше не становилось. Иногда они срывались с веток и падали вниз как бомбы, то грохоча по железной крыше погреба, то плюхались на землю, пролетая мимо головы проходящего человека, а однажды яблоко угодило папе прямо в чашку с чаем и застряло там, когда он сидел на скамеечке. Что уж говорить о гамаке в саду, в нем лежать попросту было рискованно.

Утром и вечером папа с мамой брали большие корзины и собирали в них подгнившие яблоки с земли. Эти уже непригодные фрукты они относили за огород и сваливали в кучу. Там то и произошла встреча маленькой Моти с коровой.

Каждый день небольшое стадо проходило по деревне. Пастух сопровождал его изредка, чаще коровы самостоятельно не спеша брели по знакомой тропинке, объедая по пути зеленые полянки. Конечно, от коровьего внимания не ускользнула ароматная яблочная горка. Две неспешные черно-белые коровки подошли к ней поближе и своими большими розовыми носами шумно обнюхали. Затем стали задумчиво поедать неожиданное угощение, отгоняя мух хвостами.

Мотя никогда раньше не встречала таких зверей, но в тот день оказалась в нужном месте в нужное время. Сначала от изумления Мотя только вытаращила и без того большие глаза и беззвучно разинула рот, разглядывая неведомых гостей. Но вот уже через пару секунд она залилась грозным лаем, выказывая коровам все свое негостеприимное отношение. Коровы, повидавшие много собак на своем веку, почти не обратили на старательный Мотин лай никакого внимания. Одна из них, продолжая жевать яблоки, слегка повернула голову и обдала грозную Мотю печальным взглядом. Вскоре, впрочем, она отвернулась.

Мотя от возмущения ринулась в ближний бой: она припала к земле, придавлеваемая страхом и подобралась ближе, подгоняемая отвагой. При этом она, не умолкая, лаяла. Этот ужасный шум, конечно, услышали мама с папой и Костик и прибежали посмотреть, что же случилось. Зрелище вызвало у них смех. Папа даже достал из кармана телефон и стал снимать на видео Мотины старания. Мама на всякий случай все же пыталась подозвать собаку к себе. Но та как будто и не слышала.

- Ой, смотрите, еще корова! – крикнул Костик, указывая в сторону кустов позади лающей Моти.

С хрустом пробираясь сквозь заросли дягиля, шла к своим подругам черная корова. Она шла исключительно к яблочной горке, игнорируя Мотю.

- Ой, Мотя, Мотя! Иди сюда! Ко мне!- закричали все наперебой.

- Мотя, оглянись!- вопила мама, от усилий вытягиваясь в струнку на носочках.

Но целеустремленная собачка этих криков, конечно, не приняла на свой счет.

И только когда черная корова принялась, фыркая, шумно принюхиваться к яблокам и оказалась совсем уж близко от Моти, та наконец оглянулась и на секунду лишилась дара речи. Взметнувшись вверх и в сторону, как пружина, собачка отскочила с каким-то невероятно пронзительным визгом. Тут-то папа и схватил ее на руки и отнес к калитке. С высоты папиного роста Мотя почувствовала себя в безопасности и продолжила лаять уже более сердитым и серьезным голосом. Родители заперли калитку, унесли собачку в сад и стали успокаивать. А она все вытягивала шею, что бы разглядеть врага, все раздувались и раздувались ее ноздри. Но когда хитрая мама загремела собачьей миской на крылечке, все сразу позабылось.

Потихоньку наступил август. Этой осенью Костя должен был пойти в первый класс, и они с мамой понемногу готовились: писали цифры в тетрадке, некоторые нетрудные буквы, много читали книжек. Костя хорошо читал, а вот писать получалось не очень. Промучившись с противными палочками и кружками целых полчаса, он жаловался Моте, посадив ее рядом на садовую лавочку:

- Вот Мотька, ты собака. И нету у тебя ни рук, ни ног. Одни лапы. А лапы тебе для радости, что бы прыгать и бегать. А у меня вот руки есть и приходится писать все эти человеческие буквы. Как же они мне надоели.

Мотя сочувственно глядела на мальчика своими большими круглыми глазами и, казалось, все понимала и сочувствовала.

Потом, когда мама проверяла Костину тетрадку и разрешала ему идти играть, они мчались с Мотей на бугор рядом с их домом. Там Костик бросал собаке мячик, а та разыскивала его в траве и приносила обратно. Правда не сразу отдавала, а сначала нужно было за ней побегать и поотнимать.

Иногда Костя дрессировал свою Мотю. Она придумал, как сделать так, что бы собачка его слушалась. Он просил маму нарезать огурец маленькими кусочками и складывал их в мисочку. Мотя, когда слышала, как хрустит под ножом огурчик, прибегала с радостно высунутым языком и во всю виляла хвостиком, как бы говоря : «Вот я! Я самый большой любитель огурцов на свете! Дайте же мне кусочек поскорее!» Маме вообще казалось, что собачке нравится все, что хрустит при нарезке. Например, когда она однажды резала луковицу для супа, Мотя примчалась и стала выпрашивать.

-Мотя, это же лук! Ты его не будешь, он слишком сильно пахнет.

Но собачка думала по-другому. Она встала на задние лапки, а передними принялась царапать маму по штанине брюк, мол, «дайте, дайте, дайте! Угостите вашу собачку!» Мама с сомнением протянула ей колечко лука, и Мотя слопала его, даже не поморщившись. Такие же удивительные вещи происходили и с редиской, и с кабачками, и с обычной капустой.

Однажды у папы с бутерброда свалился кружок соленого огурца, Мотя съела и его.

-Надо же, как она любит овощи, - задумчиво проговорил папа. Однажды я видел, как кошка ела вареную свеклу, и мне казалось, удивительнее этого уже ничего нет. Но собака, которая обожает лук и соленые огурцы- это совершенно замечательно.

Он со смехом потрепал Мотю по голове, а она смотрела на него светящимися глазами и виляла хвостиком, надеясь на то, что у папы с бутерброда упадет еще что-нибудь.

Зная эту любовь собачки к овощам, Костя и использовал ее в дрессировочных целях. Он брал кусочек огурца и давал Моте какую-нибудь команду, например «Сидеть!». Мотя с радость ее выполняла и получала угощение. Таким способом она быстро выучила команду «Лежать», «Голос» и даже «Кувырок», когда лежа, перекатывалась через спинку на бочок. Мама утверждала, что им досталась прямо-таки цирковая собака, папа говорил, что Мотю можно отправлять охранять границу, что за огуречный салат на обед она переловит всех нарушителей.

Глава 4. Лето кончается

Медленно и немного печально лето приближалось к концу. Вот уже на клумбах увяли летние цветы и повсюду распустились осенние: георгины, гладиолусы, астры. Эти растения у мамы с папой вызывали воспоминания о школьных годах, как они, маленькие шли с высоченными букетами гладиолусов или пышных георгин, в школу.

-Вот и наш мальчик скоро в школу пойдет, - грустно говорила мама, глядя в розоватое вечернее небо. - А казалось, только вчера он научился ходить, говорить, ездил в колясочке.

-Да, -вздыхал папу, обнимая маму за плечи, - Время летит… Но зато теперь у него начнется еще более интересная жизнь. Появится много новых друзей, новых впечатлений.

Вещи были собраны и уложены в багажник машины. Моросил дождик, быстро по небу бежали маленькие серые тучки. Костик сидел в машине на заднем сидении, папа пристегивал его ремень безопасности. Мама запирала двери дома, вздыхала. Ей грустно было уезжать, жаль было кончавшегося лета. Мотя сидела рядом с Костиком и смотрела на маму из окошка.

Казалось, печальное мамино настроение передалось и ей. Она тихонечко проскулила.

-Не грусти, - погладил ее Костик.- Мы ведь можем и в выходные сюда приезжать. Правда, пап?

-Конечно!- отозвался папа.- Осень – прекрасное время года для дачи. Можно шашлыки жарить, желуди собирать для поделок, антоновские яблоки созреют, мама пироги нам будет печь. Можно гулять по лесу, опята скоро пойдут.

Он кинул взглядом окрестности и тоже вздохнул.

-А все равно, жалко уезжать.

Первое сентября выдалось солнечным, радостным и волнительным. Мама все утро бегала по квартире то с утюгом, то с мешком для сменки, то разыскивала папин галстук.

Мотя носилась по пятам за мамой, сильно мешаясь под ногами. Ей казалось, что вся эта суета - ничто иное, как сборы на прогулку в парк. Когда же все обулись, а ее поводок так и остался висеть на крючке, она поняла, что ее с собой не возьмут. Она побрела на свой красный коврик и уселась там и уже с него наблюдала, как папа помогал Костику надеть новенький рюкзак и застегнуть куртку. Мама взяла большой праздничный букет цветов и спросила:

- Ну что, все готовы?

-Всегда готовы! - ответил за них с Костей папа.

-Ну тогда выходим, - скомандовала мама и стала отпирать дверь.

- Вы идите, я сейчас,- сказал им мальчик.

Он подошел к притихшей печальной собачке, обнял ее и сказал.

- Не грусти, Мотя, я скоро вернусь. Из школы я буду приходить даже раньше, чем из сада. Ты главное, жди меня, – он подошел к входной двери и оттуда помахал. Мотя тоже подбежала к двери и повиляла хвостиком. Потом Костик ушел, дверь за ним закрылась, и Мотя догадалась, что снова наступило то время, когда нужно подолгу ждать.

Она немного посидела на своем красном коврике, потом побрела на подстилку и уснула. Ей снилось про то, что ее мальчик вернулся из школы, и они вместе бегают по осеннему парку и больше не расстаются.