Притворишься моей

Глава 1

Annotation

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

- Ты хотя бы знаешь, сколько стоит эта тачка?! - рычит мужчина, нависая надо мной. Я смотрю на разбитую фару его машины и боюсь представить, во сколько встанет ремонт. Меня начинает трясти, не могу вымолвить ни слова. - Судя по твоей развалюхе, с баблом у тебя не очень, - продолжает он, с презрением глядя на мою машину. А после окидывает меня оценивающим взглядом, останавливаясь на губах. - У меня есть идея, чем именно ты отработаешь… Я думала, что хуже предательства жениха уже быть не может. Но, когда ты разбиваешь дорогую машину и оказываешься один на один с опасным мужчиной, который не знает слово «нет», понимаешь, что это только начало… #НЕРАЗВОД #Мат и будет откровенно) Строго 18+

Глава 1

Что вы хотите услышать от мужчины, с которым вы уже три года вместе? С которым пережили взлёты и падения. Который был рядом в трудную минуту.

Логичное продолжение.

Предложение руки и сердца, например.

Я тоже этого хотела, но услышала совершенно другое:

— Маш, ты классная. Мне было с тобой интересно, легко. Но все. Надоело.

— В… в смысле надоело? — спрашиваю я, до конца не осознавая.

— Ну что непонятно? Не дотягиваешь ты до моего уровня. Понимаешь? Я нашел девушку лучше. Хочу жениться, семья там, детишки. У нее родители — в Америке нефтяные магнаты. Поэтому туда лечу. А ты… — и парень оглядывает меня с ног до головы. Придирчиво. — Ты просто деревня. Поэтому тебе лучше своего уровня кого-нибудь найти. Женек, кстати, с автомойки — нормальный парень, всегда по тебе сох. Может, замутишь…

Вот так закончился мой ужин в ресторане. Где я, в красивом платье, получила не предложение руки и сердца, а кучу грязи в своей адрес от человека, с которым прожила три года.

Но давайте все по порядку.

Меня зовут Маша, и мне двадцать три. С учебой изначально не срослось. Я родом из маленького поселка, где были только колледжи. А если университет, то это в город. Поэтому, закончив кулинарный факультет, я отправилась покорять уже город, планируя поступить в университет. Но не вышло. На бюджет не хватило баллов. А на платку у меня попросту не было денег.

Тогда я пошла работать. И на работе как раз познакомилась с Николаем. Парень сразу же понравился мне. Было видно, что он городской. Манеры, речь. Я тоже привлекла его внимание, и мы как-то сразу начали встречаться и жить в квартире, которую ему подарили родители. К сожалению, им я не понравилась, но Коля тут был непреклонен и сказал, что любит меня и отказываться не хочет.

Наверное, тогда окончательно мое сердечко растаяло и я стала его.

Потом мы решили строить свой бизнес. Остановились на автомойке, сейчас это очень востребовано. Люди хотят чистую машину и как можно быстрее, с комфортом для них. И мы давали им это. Пока они наслаждались креслами с массажем, мы приводили их машины в порядок. Вернее, я и еще двое парней. Николай сказал, что не умеет это делать и лучше он будет руководить.

Я не спорила. Сначала главное — все поставить на рельсы.

Было тяжело первое время, я работала по шестнадцать часов каждый день. Руки уже не держали. Кожа сохла и трескалась. От усталости я с ног валилась, и казалось, не будет конца и края этому. Но уже через время мы смогли нанять работников, начали нарабатывать клиентскую базу.

Дела пошли в гору. Уже не нужно было стоять и мыть самим. Но, конечно, были напряженные моменты. Когда кто-то приходил на работу пьяным или не мог выйти на смену, потому что учеба, заболела кошка, собака, черепашка и так далее, приходилось в срочном порядке решать эти проблемы.

Потом начались проблемы с поставщиками химии. С хамоватыми клиентами…

Многое было. Но, главное, мы наконец-то дошли до этой точки.

Сегодня Николай хочет сделать мне предложение. Я это точно чувствую. Он уже несколько дней ходит молчаливый и задумчивый. Попросил мой паспорт, вроде как для страховки. Хотя она заканчивается еще только через месяц. Потом он искал свой паспорт. Спрашивал, куда я хочу поехать.

И я с предвкушением ждала и гадала, как это будет. Скорее всего, он сделает сюрприз и мы поедем куда-нибудь на море. И там, на берегу, он встанет на одно колено, и я…

Скажу «да»!

Конечно, ведь по-другому быть не может. Но происходит совершенно не то. Вечером, когда я сижу на работе и перебираю бумаги по бухгалтерии (да, да, пришлось научиться разбираться с этим, чтобы не платить лишнему человеку), Коля пишет мне СМС: «Увидимся сегодня в десять часов в "Астории"?»

Сердце начинает биться чаще, и я понимаю, что вот он — момент.

«Да, конечно!» — быстро отвечаю, и улыбка становится до ушей.

Я чувствую, что это произойдет сегодня. Он сделает мне предложение. А моя интуиция никогда меня не подводила.

Быстро отодвигаю все дела и решаю, что работы на сегодня достаточно. Мне нужно подготовиться.

Выхожу из автомойки и иду на остановку. Благо ехать недалеко, поэтому я стараюсь не гонять свою машину. Только если куда-то очень нужно.

Еду в салон красоты. Там работает моя подруга Лера. Мы познакомились случайно на той же автомойке. Она приехала с опозданием на один час, а мы уже закрывались. Но девушка слезно просила помыть ей машину, так как она уезжает на месяц и хочет оставить все в полном порядке.

Я решила отпустить ребят и сделать это сама, в принципе же ничего сложного, навык у меня давно есть. За процессом мы разговорились. Оказывается, девушка довольно востребованный парикмахер и визажист и едет на повышение квалификации, которое будет длиться месяц. Поэтому хотела оставить все дела в порядке. Тогда мы очень классно поболтали и она даже подкинула меня до дома. И мы обменялись контактами. И вот теперь я ее клиентка и она всегда находит для меня место. Даже если у нее много клиентов.

Быстро доезжаю и захожу.

Салон у Леры небольшой, но уютный. Тёплый свет, запах кофе и дорогих средств, музыка. На входе звенит колокольчик, и Лера выглядывает из-за стойки, как фея из рекламы шампуня: идеальный хвост, идеальные стрелки, профессиональная улыбка.

— Ма-а-аш! — тянет она, и ее улыбка становится живой. — Ну, иди сюда.

Я снимаю куртку и иду к ней. Мы крепко обнимаемся.

— Так, — подруга уже крутится вокруг меня. — Глаза блестят. Я всё понимаю. Куда идём?

Я улыбаюсь, потому что не могу не улыбаться. Меня распирает изнутри, как воздушный шар.

— С Николаем встречаюсь. В «Астории». Он написал… — я делаю паузу и тихо добавляю, как будто нас могут подслушивать: — Мне кажется, сегодня он сделает мне предложение.

Лера резко замирает. Потом хватает меня за плечи и чуть ли не трясёт.

— Да ладно?! Маш, наконец-то! — с восторгом произносит она. — Боже, вы же столько вместе! Я уже устала ждать, когда он созреет. Всё, сегодня ты должна быть… — она отходит на шаг и прищуривается, — великолепной. Поняла?

— Да я вроде и так… — смеюсь.

— Ага, — Лера закатывает глаза. — Но сегодня — королевой!

Я сажусь в кресло, и она начинает колдовать. Лёгкими движениями выравнивает мне тон, добавляет сияния, рисует стрелки, делает губы чуть ярче. Волосы завивает в мягкие локоны, придавая им объём. Я смотрю на своё отражение и не узнаю себя.

Не потому что стала другой, а просто потому, что вдруг вижу: я правда красивая. Выгляжу как королева, а не «девчонка с автомойки». И на меня немного накатывает грусть. Надо почаще себя так баловать, чтобы поднимать самооценку. А я все говорю, что некогда, да и зачем тратить деньги.

Лера ловит мой взгляд в зеркале.

— Слушай, а ты чего такая задумчивая? Радоваться надо.

— Я радуюсь, — говорю честно. — Просто… немного волнуюсь…

— Нормально все будет, — уверенно произносит она. — Колька твой не дурак. Он тебя любит. Я же вижу, как он на тебя смотрит.

Киваю. Да, надеюсь, она права.

Через час я выхожу из салона с лицом как у актрисы и волосами, которые хочется трогать бесконечно. Лера на прощание шлёпает меня по руке:

— Только если он сегодня не сделает предложение, ты мне звонишь. Я приеду и его сама задушу.

— Договорились, — улыбаюсь я и выхожу на улицу.

До дома доезжаю быстро. Захожу в квартиру своего парня. Своей я все же ее не чувствую. Всегда странное ощущение, как будто я тут на правах… временного жильца. Хотя и живу три года уже.

Но быстро отметаю эти мысли, чтобы не портили мне настроение.

Бегу в спальню, открываю шкаф и достаю своё самое красивое платье.

Красное.

Соблазнительное, дерзкое, с вырезом на ноге и на груди — такое, которое я надеваю редко. Потому что каждый раз внутри голос разума: «Слишком». «А что скажут?» «Куда я в таком?»

А сегодня решаю, что можно!

Даже нужно!

Надеваю и подхожу к зеркалу.

Да! Идеально!

Стою и рассматриваю себя, будто впервые. Красный цвет подчёркивает кожу, глаза, губы. Локоны красиво ложатся на плечи. Вырез на ноге открывает ровно столько, чтобы это выглядело не пошло, а… с интригой.

— Ну, привет, Маша, — шепчу я своему отражению. — Кажется, ты сегодня наконец-то скажешь «да».

Смотрю на себя в зеркало. Мне очень нравится. Потом взгляд падает на часы. Блин, время!

Надо уже спешить.

Я быстро надеваю пальто поверх платья, потому что на улице, вообще-то, зима. Беру сумочку, ключи, телефон. И бегу вниз.

Мой старенький «Поло» одиннадцатого года ждёт меня на стоянке. Мы купили его с Колей у одного знакомого парня. Пробег, конечно, большой, но машинка служит мне верой и правдой уже два года. Иногда, правда, капризничает. Особенно зимой. Особенно в самый неподходящий момент. Но сегодня она заводится с первого раза.

Я считаю, что это хороший знак!

Еду в центр.

Вечерний город утопает в огнях. Яркие витрины, люди куда-то бегут. Стараюсь ехать аккуратно, чувствую мандраж внутри. Надо успокоиться.

Все хорошо, это же мой Коля.

Паркуюсь у ресторана. Сердце стучит так сильно, словно сейчас выпрыгнет из груди. Я выхожу, поправляю платье, расправляю плечи и захожу внутрь.

Сразу же попадают в атмосферу богатства и роскоши. Живая музыка, дорогой парфюм и изысканная еда.

Вокруг люди — красивые, уверенные, явно привыкшие к таким местам. Я на секунду чувствую себя чужой, но тут же заставляю себя выпрямиться.

Не чужая и сегодня отлично выгляжу.

Девушка-администратор сразу же подходит ко мне:

— Добрый вечер. У вас забронирован столик?

Быстро сканирую взглядом зал и сразу же нахожу Николая. Он сидит у окна, в рубашке, с бокалом, и выглядит… тоже по-особенному. Обычно он предпочитает более дерзкий стиль.

— Да, — говорю я и киваю в его сторону. — Вон тот молодой человек. Я к нему.

Девушка улыбается, кивает и проводит меня между столиками.

Я иду, и каблуки стучат по полу, и мне кажется, что это слышат все. Николай поднимает взгляд. Смотрит на меня. Улыбается.

И я наконец-то успокаиваюсь.

— Привет, — говорю я, садясь напротив.

— Привет, — отвечает он спокойно. Смотрит на меня, и я не понимаю, нравится ему мое платье или нет.

— Что за повод? — улыбаюсь я. — Почему ты позвал меня сюда?

Николай пожимает плечами и делает глоток.

— Понял, что мы никогда не ходили с тобой в такие заведения.

— Ну… — я усмехаюсь. — Мы вообще много куда не ходили. Мы же решили, что будем ходить потом, когда достаточно заработаем.

Он кивает.

— Да, но я и подумал: напоследок надо все же сходить.

Замираю.

— Напоследок? — переспрашиваю. Может, мне послышалось? — В смысле — напоследок?

Он кидает на меня такой взгляд, словно ему скучно. Становится неприятно.

— Да, ты должна узнать об этом первая. Я продаю автомойку Арсу и уезжаю в Америку.

Я чувствую, как после этих слов все немеет. Голоса стихают.

Вижу, как продолжают шевелиться его губы, но смысл доходит не сразу.

— В смысле… продаёшь? — я сглатываю. — В смысле — уезжаешь?

— В прямом, Маш, — он раздражённо вздыхает. — В Америку. Там перспективы. Тут… — он обводит взглядом зал, будто и ресторан ему уже мал. — Тут уже никаких перспектив.

— А я? — хрипло произношу, словно голос разом сел. — А как же я?

Николай смотрит на меня так, будто я задаю самый глупый вопрос на свете.

— А при чём тут ты? — спокойно говорит он. — Я еду один.

У меня в груди что-то сжимается, воздуха не хватает.

Это какая-то шутка?!

Розыгрыш?!

Он же наверняка сейчас засмеётся и скажет: «Маш, да ладно, я же прикалываюсь».

— Коль, — я улыбаюсь натянуто, потому что не верю, не могу поверить. — Это шутка, да? Давай ты не будешь так шутить.

Он кидает на меня раздраженный взгляд.

— Это не шутка, Маш, — произносит он холодно. — Я сказал тебе правду. Я уезжаю. Один.

Глава 2

2

— Это не шутка, Маш, — произносит он холодно. — Я сказал тебе правду. Я уезжаю. Один.

И в этот момент я понимаю: у меня не ужин в ресторане, а похороны отношений, которые длились три года.

Я просто в шоке.

Не могу сказать ни слова, просто вздохнуть не могу.

Молчу.

Стараюсь прийти в себя.

Потому что, если я сейчас открою рот, из него вылетит или крик, или унизительная просьба: «Пожалуйста, не надо, остановись!»

Но моя гордость не позволяет мне это сделать. Я не хочу быть жалкой. Не сегодня. Не в этом платье. Не перед ним.

Я сжимаю пальцы под столом так сильно, что ногти впиваются в ладони, практически протыкая кожу до крови.

Больно.

Но сейчас то, что творится внутри, намного больнее.

Невыносимо.

— Почему? — практически одними губами спрашиваю. — Просто… почему?

Николай морщится. Словно ему неприятно на это отвечать.

А мне больно это слышать!

Он этого не понимает?!

— Маш, ты классная. Мне было с тобой интересно, легко. Но всё. Надоело.

Парень словно дает мне пощечину.

Сильно, так, что темнеет в глазах.

Надоело.

Я ему надоела…

Как будто я — сериал, который он досмотрел до середины и выключил.

Я смотрю на него и вдруг вижу: передо мной сидит чужой человек.

Который решил, что уже не хочет связываться с низшим обществом. Теперь оно его недостойно.

— Надоело… — повторяю я тихо и чувствую, как внутри поднимается что-то горячее.

Злость.

На него, на себя!

— Да, — он кивает, будто ставит точку. — Не дотягиваешь ты до моего уровня. Я нашёл девушку лучше. Хочу жениться. Семья, детишки. У неё родители — в Америке нефтяные магнаты.

— Как ее зовут? — резко спрашиваю я, сама не знаю зачем.

— Что? — переспрашивает он.

— Как зовут твою будущую… — сказать следующее слово просто не могу. В горле ком.

— Мэри, ее зовут Мэри, — произносит спокойно он. — Она фрилансер, а еще подрабатывает моделью…

Он говорит это с таким восхищением. Словно уже стоит перед ней.

Мэри и Маша, ну конечно, разница уже очевидна.

Вспоминаю, что у него недавно была командировка. Он сказал, что уехал в соседний город, чтобы посмотреть, как там обстоят дела с местом, мы ведь хотели расширяться. А теперь меня терзают смутные сомнения. Возможно, ни в какой другой город он не ездил.

Он поехал к ней…

От осознания этого во рту появляется горечь.

Дура!

Почему я не видела этого? Погрязла в работе и…

А мой бывший тем временем продолжает меня добивать:

— А ты… — он окидывает меня взглядом с ног до головы. Придирчиво. Мерзко. — Ты просто деревня. Поэтому тебе лучше кого-нибудь своего уровня найти. Женёк, кстати, с автомойки — норм парень. Всегда по тебе сох. Может, замутишь.

И вот это уже не просто удар. Это плевок.

Я резко встаю.

Стул неприятно скрипит подо мной. Несколько голов поворачиваются.

Но сейчас мне плевать!

Потому что сейчас рушится моя жизнь! Мои мечты и планы!

Все!

— Знаешь что, Коля? — стараюсь говорить спокойно, но голос все равно предательски дрожит, я на волоске от истерики. — Лучше быть деревней, чем таким куском говна, как ты!

И я вижу, как он начинает злиться после этих слов. Вижу, как он сжимает ножку бокала, а челюсть ходит ходуном. Парень озирается по сторонам. Словно смотрит, кто именно мог это услышать.

— Маш, давай не устраивать сцен…

— Да пошел ты! — перебиваю громко, а потом наклоняюсь ближе. — Теперь по поводу автомойки! Ты понимаешь, что там и мои силы и вложения есть?!

Вижу, как парень еще больше напрягается. И я понимаю: нет, он не планировал со мной делиться и возмещать что-то! Ведь по документам я никто. И пока я пахала он «руководил».

Дура!

Какая же я дура!

— Маш…

Но рука уже сама отнимает у него бокал. И не успевает он ничего понять, как я лью все содержимое прямо на его голову.

Жаль, там немного. Но я вижу, как на белой рубашке расплывается уродливое розовое пятно. Жалко, что это не его кровь.

— Маша, бля! Ты че творишь?! — орет он, резко вскакивая.

— Это ты натворил много дел! А это так! Малая часть того, что ты заслужил! — говорю я, глядя на него. — А теперь счастливо оставаться!

Кое-как нахожу в себе силы обойти его и с поднятой головой пойти к выходу.

Быстро надеваю пальто и выхожу.

Но у самой двери меня накрывает.

Горячие предательские слезы начинают течь по лицу.

Всхлипываю.

Как же больно!

Невыносимо.

Но я понимаю, что лучше буду одна, чем рядом с человеком, который смотрит на меня так, будто я грязь под его ботинками.

Я выхожу на улицу. Холодный воздух ударяет в лицо. Мерзко, промозгло. Слезы сразу же превращаются в льдинки, царапая лицо.

Но не обращаю на них внимания, практически бегу. В туфли сразу же забивается снег. Я не успела переобуться. А снег, словно специально, начинает валить крупными хлопьями, еще и с ветром.

Ужасно.

Погода еще больше хочется добить меня.

Подхожу к машине. Резко открываю дверь, падаю на сиденье, захлопываю дверь с такой силой, что стекло дрожит. Руки трясутся. Вставляю ключ не с первого раза. Поворачиваю зажигание.

— Ну, давай… — шепчу, умоляя. — Пожалуйста… только не сейчас.

Поворачиваю.

Тишина.

Еще раз, и… тишина.

— Блин… — вырывается сквозь зубы.

Поворачиваю ещё раз. Двигатель заводится, но опять гаснет.

Словно назло, они все сговорились.

— Ну, пожалуйста… — почти умоляю. — Я и так практически лишилась всего… хотя бы ты меня не подведи.

Третий раз.

Двигатель всё-таки оживает.

Выдыхаю.

— Спасибо, спасибо, — благодарю свою машинку и сразу трогаюсь. Подальше от этого места.

Еду. Куда — не знаю. Просто подальше отсюда. Подальше от ресторана, от этого предателя, который решил так низко и подло поступить со мной.

Город плывёт перед глазами. Снег усиливается, дорога становится скользкой, фары встречных машин слепят.

Еду медленно, а сама думаю, что делать.

Куда мне ехать?

Мне некуда идти.

Дом — его квартира. Туда я сегодня точно не вернусь. К родителям? Нет. Они за двести километров, и ехать туда не вариант. И я не готова отвечать на вопросы. Не готова слышать упреки, что они же говорили, что ничего хорошего нет в том, что я уезжаю.

Подруги…

Я судорожно тянусь к телефону.

— Чёрт… — бормочу, не находя его на сиденье.

Где ты? Где ты?!

Одной рукой держу руль, второй шарю по сиденью, по сумке. Дорога под колёсами всё хуже, снег заметает разметку.

Телефон нахожу в сумочке. Беру, и он выскальзывает из рук. Падая с грохотом куда-то под сиденье.

— Блин!

Я инстинктивно наклоняюсь, чтобы поднять его. Всего на секунду. Просто дотянуться.

И в этот момент происходит всё.

Резкий удар.

Толчок такой силы, что меня бросает вперёд.

Глухой металлический хруст.

Я даже не сразу понимаю, что это.

Мир будто замирает.

В ушах звенит.

Руль больно врезается в грудь, выбивая воздух. Машина с рывком останавливается.

— Что… — шепчу, хватая воздух ртом.

Поднимаю голову. Передо мной — огромный чёрный внедорожник. Такой, что моя бедная машина кажется рядом с ним игрушечной.

Гелик.

Сразу узнаю эту дорогущую машину.

Секунду я просто сижу и смотрю.

Не понимаю, что произошло.

Мысли плавают, как в тумане.

Я… врезалась?

Врезалась в гелик?!

Дверь внедорожника открывается, и из него выходит мужчина.

Огромный.

Высокий.

Плечи такие, будто он в дверной проём не всегда проходит. Чёрное пальто, темные классические брюки. Лицо суровое, резкие черты лица.

Он идёт ко мне.

Смотрит.

А у меня сердце уходит куда-то вниз. Я сижу вцепившись в руль и не могу пошевелиться. Даже дверь открыть не могу.

Он подходит и сам дёргает мою дверь. Та со скрипом распахивается, обдавая меня холодным воздухом. Со смесью его парфюма. Что-то дорогое, с восточными нотками.

— Ты что, дура, что ли? — рявкает он. — Куда прёшь на встречку, еще и на повороте?!

Я вздрагиваю. Смотрю на него снизу вверх. Он реально огромный.

— Я… — язык не слушается. — Я не… я… телефон…

— Ты вообще понимаешь, во что влетела?! — перебивает он, оглядывая мою машину. — Ты в курсе, сколько моя тачка стоит?

Я моргаю. Да, знаю, и от этого становится намного хуже.

Это я врезалась в него…

— Я… я не специально…

— Страховка есть? — резко спрашивает он.

— Страховка?.. — я теряюсь окончательно. — Я… не знаю. Наверное… должна быть…

Серьезно, надо посмотреть. Вроде бы у меня месяц есть. Этим всегда Коля занимался.

— Не знаешь, — усмехается мужчина, словно я сказала что-то смешное. — Отлично….

Я чувствую, как к горлу подступает паника. Этот день становится все хуже и хуже.

— Послушайте, — выдыхаю я. — У меня сегодня очень плохой день, поэтому…

— Мне плевать, какой у тебя день, — обрывает меня он. — Ты мне новую тачку разбила. А значит…

И тут он замолкает. Резко достает телефон, что-то смотрит, потом снова переводит взгляд на меня.

— Так, — говорит он уже более холодно. — Ладно. Твоя страховка мне сейчас на хер не нужна. Расплатишься другим способом…

Глава 3

— В… в смысле? — не понимаю я, что вообще происходит.

Но мужчина резко тянет свои огромные руки ко мне и без каких-либо церемоний распахивает мое пальто.

Я даже не успеваю среагировать. А он уже оглядывает меня и останавливает свой взгляд на моей груди. Вернее, на вырезе.

— Да, бля, идеально, — как-то хрипло произносит он и усмехается. Хищно.

И тут я наконец-то прихожу в себя. Резко бью его по рукам, но он уже сам их убирает.

— Вы что себе позволяете?! — возмущенно произношу. —Вы…

— Так, слушай меня сюда, куколка, — перебивает он меня. —Сейчас поедешь со мной.

Я не понимаю, что он несет.

— В смысле — поеду с вами?! Я никуда с вами не поеду!

— Так! — рявкает он. — Ты знаешь, сколько эта тачка стоит и ее ремонт? Ты столько насосать не сможешь даже за всю жизнь. А я тебе годный вариант даю расплатиться со мной.

— Что…

Я даже не знаю, как реагировать на такое. Мужчина, похоже,что-то решил для себя.

— Едешь со мной сейчас, притворяешься моей женщиной. Убедительно только! Чтобы я сам поверил, поняла? — рычит. — Включай там свое женское, актерское. Нормально сыграешь — прощу тебе должок.

Я смотрю на него. Он серьезно сейчас?! То есть ехать неизвестно куда с ним? Да я его боюсь. Особенно когда он бесцеремонно трогает меня!

— Я не поеду с вами никуда! — резко произношу, скрещиваяруки на груди.

Мужчина смотрит на меня. Щурится. Опасно. Хищно.

— Значит, не хочешь?! — хрипло уточняет.

— Нет! Вы с ума сошли!

— Ну, окей. Тачка знаешь сколько стоит. Еще и на встречкусама проехала. То есть это сразу лишение прав, на год или больше. Твоя страховка не покроет ущерб. Рухлядь эту вряд ли нормально продать сможешь, на металлолом если только…

Чем больше он говорит, тем хуже мне становится. Потому что он прав. Мне не только ему возмещать все придется, я лишусь прав. Я выехала на встречку.

А деньги…

Сейчас мне любые траты не по карману. У меня, по сути, теперь нет крыши над головой. Есть кое-какие сбережения, но это на первое время. А Николай явно намекнул, что мне не останется ничего.

Чем больше я это понимаю, тем хуже становится. Хочется опять впасть в истерику. Закрыть глаза и понять, что это сон…

— Так что…

— Я согласна! — резко произношу.

— Еще раз, — произносит мужчина.

— Я говорю, я согласна стать вашей женщиной… — смотрю на него. Боже, что я вообще творю? Но, похоже, другого выхода просто нет.

Мужчина опять усмехается. Уже довольно.

— Ну и правильно, что головой подумала, — произносит он. — Не переживай, сосать не надо будет. Ну, если только будешь плохо играть и придется другими методами отрабатывать…

Если честно, я надеюсь, это шутка. И он не сказал это всерьез. Но по его лицу я не понимаю.

Выхожу из машины. И наконец-то вижу весь масштаб трагедии. Моя «Поло» приняла весь удар на себя. Передний бампер всмятку. И реально чудо, что я обошлась без царапин. У гелика тоже повреждения, но незначительные. Но я понимаю,что его ремонт намного дороже моего.

Мужчина тем временем молча достаёт телефон и что-то быстро пишет. Я стою рядом, всё ещё дрожу — то ли от холода, то ли от адреналина.

Потому что за последний час моя жизнь словно перевернулась с ног на голову.

Мне кажется, это все сон.

Очень хочу, чтобы так и было…

— А машина? — наконец понимаю я. — Моя машина…

Но мужчина даже не смотрит на меня.

— Мои люди всё оформят, — бросает коротко. — Не парься.

И он, скользнув по мне взглядом, добавляет:

— Давай, шевели булками. У нас нет времени.

Мне хочется сказать, что я, вообще-то, не булками тут шевелю, сегодня моя жизнь просто пошла по одному месту, но я молчу. Потому что выбора у меня нет.

Через несколько секунд к нам подъезжает такси. Не «эконом», не «комфорт», а явно что-то намного дороже. Представительского класса. Водитель быстро выходит, открывает дверь.

Мы садимся. Я — на заднее сиденье, он — рядом. Мужчина опять кидает на меня взгляд. Изучающий. И мне становится неуютно.

— Так, — произносит он. — Приведи себя в нормальный вид.

— Что? — не сразу понимаю.

Он наклоняется ближе. И меня опять окутывает запах специй и личный аромата незнакомца.

— У тебя тут… — он проводит пальцем в воздухе возле моего лица, — чёрное что-то потекло.

Я тут же лезу в сумку, достаю зеркальце. Блин, точно!

Тушь размазалась, под глазами тёмные разводы.

Класс.

А ведь готовилась я для совершенно другого человека, а он не оценил…

Хорошо, что у меня в сумочке есть влажные салфетки. Руки трясутся, но я быстро вытираю лицо, привожу себя в порядок. Смотрю в отражение — глаза красные, но макияж не стерся. Спасибо Лере.

— Нормально, — бросает мужчина, глядя на меня. — Сойдёт.

«Сойдёт».

Он еще и оценивает.

Мы едем недолго. Центр города, всё рядом. Машина останавливается у одного из зданий. Я поднимаю голову и понимаю: это не просто ресторан, это что-то люксовое, пафосное, с ковровой дорожкой, охраной и кучей дорогих машин у входа.

— Выходим, — говорит он. — Наша игра началась, — добавляет уже хрипло, но от этого ещё опаснее.

Он выходит первым, потом оборачивается и протягивает мне руку. Я немного медлю в нерешительности. Смотрю пару секунд. Выдыхаю… и вкладываю свою.

На фоне его ладони моя кажется миниатюрной. Хотя я не считаю себя Дюймовочкой.

Мы проходим.

Мужчина уверенно ведет меня по дороге.

Я украдкой осматриваюсь. Вспышки фотоаппаратов, люди в дорогих костюмах, женщины в вечерних платьях. Все очень красиво и так далеко от меня.

Идем дальше, и вдруг…

Я спотыкаюсь, цепляясь за мужчину, чтобы не упасть.

— Ты че? — смотрит он на меня с вопросом.

Я и сама не понимаю. Делаю шаг… но не могу.

Только потом понимаю.

— Блин… — выдыхаю. — Каблук, похоже, застрял.

Смотрю вниз, и да, я наступила на металлическую решётку. И каблук застрял между прутьями.

Дёргаю еще раз ногой — бесполезно.

— Блин, блин, блин… — паникую. Какой позор.

Мужчина рядом со мной смотрит вниз.

— Бля!

А потом резко садится передо мной. Прямо так. На корточки. Перед рестораном и людьми.

Замираю.

А тем временем он уверенно обхватывает мою ногу. Ощущаю, какая у него горячая рука, и от этого прикосновения по коже пробегает табун мурашек. Я даже дышать забываю.

Одной рукой он аккуратно отодвигает решётку, второй освобождает каблук. Делает это спокойно, будто для него это вообще ничего не стоит. Будто это не металлическая решетка…

Ловлю себя на мысли, что ничего у него там силища...

Каблук наконец-то освобождается. И я могу сделать нормальный шаг.

В этот момент я замечаю вспышку. Потом ещё одну. Нас фотографируют.

Блин, почему именно сейчас?!

— Всё? — он поднимается, и мне снова приходится задрать голову, чтобы посмотреть на него.

Не понимаю, зол ли мужчина…

— Ага… — тихо отвечаю.

Он снова берёт меня за руку и ведёт внутрь.

Конечно же, тут очень красиво. Красивее даже, чем в том ресторане, где я была с Николаем. Фу! Больше я туда не приду! Ни за что!

Заходим в холл. Мужчина помогает мне снять пальто, и я ловлю его горящий взгляд на моём вырезе. По телу сразу же бегают мурашки. Хочется прикрыться.

Хотя что ты хотела, Маш, надевая такое платье?!

Сама смотрю на мужчину. Он в костюме. Тёмном, идеально сидящем, подчёркивающем его натренированное тело. Удивительно даже, он бизнесмен и так следит за собой.

— Пошли, — кидает мне мужчина и опять берет меня за руку.

Мы проходим дальше, в главный зал. Музыка, голоса, смех. Какое-то масштабное мероприятие. Я чувствую себя не в своей тарелке, но, на удивление, рядом с ним мне становится легче. Словно мне передается эта уверенность в себе и харизма.

К нам подходит пара. Мужчина с натянутой улыбкой и эффектная блондинка с лицом стервы, которая вцепилась в него. Знаю я таких, не раз видела. Ничего собой не представляют, но ведут себя…. Смотрю на ее лицо, и как будто я ее где-то видела…

— О, какие люди, — говорит ее спутник. — Неожиданно.

«Мой» мужчина усмехается. Ему они тоже явно не нравятся.

— Да, Дим, тебе стоит напрячь свои булки. Думаешь, я не знаю, что именно ты устроил ту хуйню с поставщиками? — холодно отвечает он. — Земля круглая — ответочка прилетит. И на этот кусок даже не скалься. Останешься с голой жопой.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — ухмыляется тот, но эти слова явно его задели. — А это кто у тебя?

Его взгляд скользит по мне. Неприятно. Оценивающе. Липко. Хотя рядом стоит его блондинка.

— Это моя женщина, — резко отвечает мой спутник. — Остальное не твоего ума дело.

И, не дожидаясь ответа, тянет меня дальше.

Да, вот это интеллигентные разговоры

— Это было… — все же говорю я, когда мы отходим, — как-то не очень красиво.

— С такими гондоном только так, — бросает он. — И давай ты не будешь лезть в мои дела.

Я замолкаю.

Да, он прав. Это его игра. А я в ней всего лишь фигура.

Вечер продолжается. На сцене появляется популярная певица, гости аплодируют. Свет, музыка, атмосфера праздника — и я все еще чувствую себя чужой во всём этом блеске.

Мы подходим к ещё одному мужчине. Сразу видно — главный вечерa. Он с женой, которая выглядит милой, или мне так хочет казаться…

— Рад видеть, — говорит он моему спутнику. — Честно, не ожидал.

— Здравствуйте, Роман Олегович, — кивает тот, и они обмениваются рукопожатиями. — Вы же меня пригласили.

— Да, но я знаю, ты не любишь сборищ. Поэтому вдвойне ценно, — улыбается Роман Олегович, потом переводит взгляд на меня. — А это?..

— Моя женщина, — уверенно говорит мой спутник. — Мы планируем пожениться… летом. Потом пойдем за детишками…

Я чуть не поперхиваюсь воздухом.

— Это прекрасно, — искренне улыбается Роман. — Ты же знаешь, я хочу продать эту землю только тому, кто понимает,что такое семья. Сможет построить там качественные дома! Для семей. Чтобы дети бегали, жили…

— Конечно, понимаю, — спокойно отвечает он. — Сам с удовольствием туда перееду со своей… Мы не хотим останавливаться на одном ребенке.

И мой спутник с улыбкой смотрит на меня. Я тоже улыбаюсь. Хотя хочется… бежать!

Какие дети?!

И в этот момент к нам снова подходит тот самый Дима.

— Как неожиданно, — усмехается он. — Все претенденты,можно сказать, в сборе.

При этом мужчина странно смотрит на меня.

Пристально.

Сглатываю. Становится неуютно, и я еще теснее прижимаюсь к своему спутнику.

— Кстати… а как зовут вашего жениха? — неожиданноспрашивает этот Дима, и все взгляды устремляются на меня.

Что…

Что он хочет знать?!

Чувствую, как сердце ухает куда-то вниз. Мозг начинает придумывать хоть что-то…

Я смотрю на мужчину рядом. Человека, которого знаю от силы час. Который шантажировал меня аварией. Который меня пугает…

И я сама еще не до конца понимаю, что несу.

— Пупсик…

Глава 4

4

ОН

Несколько часов назад

Бля, как же я не хочу идти на этот праздник. Вообще не люблю эти сборища. Но приходится играть.

Нет, Роман Олегович — нормальный мужик. Приятно с ним всегда общаться. Но я сам не люблю эти сборища и толпу.

Хожу по своему кабинету. Чувствую, как эти штаны жмут яйца. Сук, портной, который шил это, мерки, что ли, забыл? И решил на свой вкус сделать?! Потому что не знаю, почему он мне мал. Хотя я, когда приезжал на замер, той же комплекции был.

Ладно. В следующий раз задам вопросы. Но, весь вечер ходить в этом костюме точно не смогу.

Смотрю на часы. В принципе, время есть, можно переодеться во что-то нормальное. И не страдать этой херней.

Собираюсь. Выхожу. Люда сидит в своем кабинете и что-то судорожно печатает. Трудоголик до мозга костей. Наверное, это самое ценное. Нашел ее чисто случайно, практически на улице. И девочка хорошо показала себя.

— Люд, я ухожу, ты тоже можешь быть свободна, — бросаю я, пусть уж девочка отдохнет.

— Да, хорошо Алихан Тамерланович, но я еще посижу, кое-что сделать надо… — говорит она, не отрываясь от монитора. Что я и говорю — трудоголик. Любая другая бы уже сбежала.

Короче, я определенно нашел клад. Главное, чтобы ее не переклинило.

Выхожу. Снегопад усиливается. Хотя только сегодня утром все чисто было. Ну, пиздец, точно сейчас пробки начнутся.

Сажусь в свой новый гелик. Дорогой параллельный импорт. Привезли только неделю назад. И да, все еще ловлю этот кайф. С возрастом мало уже что доставляет удовольствие. Но тачки всегда радуют.

Выезжаю на дорогу. Снег усиливается, а значит, общий поток замедляется. Едем медленно, и я реально начинаю думать, не поехать ли так. Пох уже.

Но все решается само собой, когда перед поворотом вылетает какая-то белая машина и врезается прямо в меня. Серьезно, бля, я даже не успел моргнуть.

— Сука… — рычу я. Покатался, бля, неделю…

Выхожу, смотрю. У «Поло», конечно, морда вся разворочена, а вот у меня только фары пострадали. Все же качество.

Иду к этому недоводителю. Которому явно по ошибке права дали.

Открываю дверь и сразу же натыкаюсь на глаза. Светло-зеленые. На меня таращится малышка. Большие глаза. Маленький носик. И губки прям такие хорошие, явно не накачанные, свои. Но, бля, вставляющие не по-детски.

Понимаю, что надо бы спросить, как у нее самочувствие, не поранилась ли она и так далее, но, если честно, мозг занят совершенно другим.

Мне разъебали тачку.

И я определенно уже опаздываю.

И во всем виновата кукла. Которая сейчас явно в ахере. Прикидываю, сколько времени уйдёт на ожидание гайцов и так далее. Удручает. Нет, бля, я не могу похоронить этот контракт. Это уже дело принципа.

Поэтому решаю заставить девочку отработать. А что? Моя последняя любовница с психом свалила, обвинив меня в том, что я так и не проникся к ней чувствами. А мне, честно, было плевать на нее. Она просто удовлетворяла мои потребности, а я дарил ей дорогие безделушки. Ничего нового, и все предельно понятно.

Не нравится? Уходишь. Дверь знаешь где.

На это мероприятие я хотел пойти один. Но тут смотрю на естественную куклу, и в башке уже работают шестеренки.

За что там Роман Олегович топит? Семейные ценности? Да, по-моему, так. Не разделяю его убеждений. Считаю, что даже самый близкий человек может предать. Поэтому не подпускаю к себе никого. Но, чтобы получить контракт, в принципе, можно сыграть на убеждениях Романа Олеговича.

Поэтому куклу беру с собой. Хотя она артачится сначала. Но я бы на ее месте хорошо подумал головой.

Напоминаю, на сколько она накосячила и что за это может быть. И ее запал сразу же пропадает. И все же мозги есть и это радует.

Вызываю такси, чтобы быстрее было. Конечно, не о какой смене костюма речи нет. Придется ходить сегодня так. Обтянутым во всех местах.

Говорю своему безопаснику, чтобы с тачками решил все, а сам уже везу ее на встречу.

Нам нужно сыграть влюбленную парочку. Которая хочет пожениться. Семья там, детишки в планах. Все то, что сейчас модно проповедовать.

Конечно же, на мероприятии присутствует этот слизняк Дима. Уебок пришел со своей женой, расфуфыренной блондинкой, с которой они явно не в библиотеке познакомились. Еще в жены ее взял. Уверен, она сосала ему (качественно) в каком-нибудь клубе. Вот так и познакомились.

И вот прекрасное совпадение, она пригодилась. Когда нужно показать себя как ответственного семьянина и честного бизнесмена.

Кстати, об этом: только вчера он устроил подрыв на моей стройке. Ничего критичного, но пришлось разгребать проблему. А значит, был простой. Крысу быстро вычислили, и заказчика тоже.

Ответочка уже летит, и быстрее, чем он думает.

Не люблю, когда люди начинают играть грязно. Лучше честно и открыто, чем вот так.

Он тоже, как и я, хочет завладеть землей. Но нет, я скорее перегрызу ему глотку, чем отдам ее. Что сразу же обозначаю. Слизняк понял, но все равно решил повоевать. Начал тоже тереться около Романа Олеговича со своей натянутой улыбкой. Но мне похер.

Подхожу к мужчине, мы обмениваемся рукопожатиями. И тут представляю куколку. Она тоже улыбается, жмется ко мне. Правильно делает. Женщина всегда должна быть рядом со своим мужчиной.

Но тут в наш разговор вмешивается Дима. Опять натягивает свою маску. И решает подставить меня. Обращаясь при всех к моей женщине:

— А как зовут вашего жениха?

Сука.

Даже я такой подлянки не ожидал.

Судорожно соображаю, как ответить за нее. Что-нибудь без мата. Но девочка удивляет всех.

Даже меня.

— Пупсик…

Маша

— Пупсик…

Тишина.

И только через секунду я понимаю, что натворила. Маша, что ты несешь вообще?! Какой пупсик?! Ты рехнулась?

Теперь мозг активно начинает думать, что делать. Как исправить ситуацию?

— Конечно, я имею в виду…

— Аха, ой, это так мило! — неожиданно произносит жена того самого Романа Олеговича, до этого молчавшая. — Я тоже своего Ромку называю мишкой, особенно когда он бороду отрастит и в своей телогрейке ходит. Такой настоящий медвежонок.

— Ну, Ириш… — сразу же начинает мужчина, явно смущенный.

— Ну а что? — улыбается она, обнимая его, он тоже обнимает ее в ответ. Явно не злясь уже на свою супругу.

— Мы отойдем, — кидает он и уводит женщину куда-то дальше, что-то шепча ей на ушко.

«Спасибо, Ир, ты спасла меня! От вселенского позора и долга…» — благодарю я женщину мысленно. Все же я не ошиблась в ней.

Вижу, как при этом позеленела другая парочка. Явно ожидавшая моего позора. Ха-ха, выкусите!

— Кхм… ну что ж… — хочет что-то сказать Димасик, но его перебивает мой пупсик:

— Захлопнись! — с рыком произносит он. — Мы пойдем с моей куколкой тоже уединимся…

И мужчина берет меня за талию и быстро тянет в другом направлении.

Сразу же вспоминаю его слова насчет «отсосать», я надеюсь, он не решил, что я плохо сыграла и мне придется отрабатывать…

Мы выходим из главного зала и останавливаемся в каком-то коридоре. Темном. Хотя я вижу его, и его взгляд мне совершенно не нравится…

— Так, значит, пупсик, — хрипло произносит он и делает шаг ко мне. Возвышаясь надо мной.

Я чувствую опять его горячее дыхание.

— Ну, прости… я просто не знала…

— И решила опозорить меня, кукла, — усмехается он.

— Не нужно называть меня куклой! — огрызаюсь, поднимаю подбородок.

— Ну а че? Кукла и пупсик — пиздец как заводит, — хрипло отвечает он.

Сглатываю. В воздухе начинает летать напряжение. Ненормально. Неправильно…

— Алихан, — неожиданно произносит он.

— Что? — не понимаю даже сразу.

— Меня зовут Алихан, — уточняет. — Тебя как, кукла?

— Мария, можно Маша… — выдыхаю.

— Маша, — произносит, словно пробует мое имя на вкус. —Неплохо, мне нравится.

Хочется сказать, что, вообще-то, его никто не спрашивает, но решаю не идти на конфликт. Я тут только для отработки долга,и все.

Алихан…

Имя ему подходит. Как и его внешности. Восточные черты, тяжёлая энергия, агрессия под кожей.

Большой.

Опасный.

И явно привыкший, что всё происходит по его правилам.

Мы идем обратно. Я не сразу понимаю, что происходит. Просто в какой-то момент шум и музыка в зале стихают и раздаётся уверенный, поставленный голос.

— Дорогие друзья, — узнаю Романа Олеговича. — Спасибо каждому, кто сегодня пришёл разделить со мной этот вечер. Для меня это действительно важно. Я рад видеть здесь всех вас.

Люди вокруг начинают улыбаться, кто-то аплодирует. Я тоже это делаю. Но чувствую слишком близко своего спутника,который стоит за моей спиной.

— Давайте завершим этот вечер красиво, — продолжает Роман Олегович. — Прошу всех выйти на улицу. Нас ждёт салют.

По залу прокатывается оживление. Люди начинают двигаться, переговариваться, кто-то уже тянется к выходу. Меня мягко, но уверенно подталкивают вперёд.

Мы тоже идём.

Он — рядом.

На улице холодно. Холодный воздух сразу же окутывает тело. Я непроизвольно вздрагиваю — и в следующую секунду чувствую, как на мои плечи ложится его пиджак.

Поднимаю взгляд.

— Спасибо… — выдыхаю я и искренне улыбаюсь.

Он смотрит на меня коротко, почти невнимательно, будто это ничего не значит. Но мне почему-то становится приятно от этого жеста.

Люди вокруг уже собираются, кто-то достаёт телефоны, кто-то смеётся. Небо тёмное, чистое, будто специально подготовленное для финального аккорда.

Первый залп салюта разрывает тишину.

Я поднимаю голову. В небе расцветают огни — яркие, громкие, красивые до боли. Все вокруг замирают, кто-то ахает, кто-то хлопает.

Я вижу Романа Олеговича. Он обнимает Ирину. Они наклоняются друг к другу и целуются. Красивая пара, они явно очень любят друг друга. Между ними видна эта нежность и химия.

И почему-то именно в этот момент мне становится особенно больно.

Это могли бы быть мы.

Я и Коля.

Через годы…

У нас было бы уже несколько салонов. Мы бы не мыли машины сами, мы бы руководили. Мы могли бы позволить себе такой ресторан. Такой вечер. Такой салют.

Я представляю нас — взрослых, состоявшихся, уверенных.

А потом реальность возвращается резко и больно.

Ничего этого больше нет.

Ни нас, будущего и «потом». Меня жестко предали, ничего не оставив.

— Мы тоже должны это сделать, — вдруг вырывает меня из мыслей голос рядом.

Вздрагиваю и резко поворачиваю голову к Алихану, который смотрит на пару.

— Что? — не сразу понимаю. — В смысле?..

Я не успеваю договорить.

Он делает шаг ко мне. А потом его крепкая рука ложится мне на затылок — жёстко, без возможности отступить. Пальцы зарываются в волосы.

— Алихан… — вырывается у меня в последнюю секунду.

Но он притягивает меня к себе и целует.

Жадно.

Грубо.

Так, будто это не игры и он просто забирает своё.

Глава 5

5

Праздник закачивается, и мы едем домой. Странный вечер.

Странная ситуация.

Все должно было быть совершенно не так. Я думала, буду счастлива в этот вечер. А получилось, что я еду сейчас неизвестно куда с совершенно незнакомым мне мужчиной. Губы до сих пор жжет от его поцелуя. Потому что это было слишком.

Слишком напористо. Жадно…

Николай никогда не делал со мной так. Был более нежен. Всегда спрашивал. И это было нормально. А тут…

Я чувствую, что по телу все еще бегут мурашки. И это очень странно.

— Так мне… мне не нужно будет ничего возвращать? — спрашиваю тихо я.

Между нами вообще повисла странная тишина.

— Нет, ты отыграла свою роль, — произносит он холодно, не глядя на меня.

— Хорошо… — выдыхают я.

Да, это очень хорошо. Потому что еще долга за машину мне не хватало. И так сейчас нужно судорожно думать, что да как. А еще это…

Мужчина довозит меня до дома Леры. Я написала ей, и знакомая с удовольствием согласилась приютить меня. Не хочу просить кого-то другого, явно будут вопросы.

Автомобиль останавливается. Я берусь за ручку двери. Все же поворачиваюсь к мужчине. Смотрю.

— Спасибо, — тихо произношу.

Он наконец-то смотрит на меня. Слишком темный взгляд. Изучающий. Вызывает смешанные чувства.

— Это тебе спасибо… Маша, — на моем имени он акцентирует особое внимание.

— Спокойной ночи, — напоследок бросаю я и выхожу.

Не оборачиваюсь. Но чувствую его взгляд. А через несколько секунд слышу визг шин.

Как-то приходит странная мысль: «Карета превратилась в тыкву…»

Подхожу к подъезду. Нажимаю на домофон. И тут же слышу голос Леры:

— Маш?

— Да, это я, открой, пожалуйста, — прошу, и через несколько секунд дверь открывается.

Поднимаюсь на седьмой этаж. Несмотря на то что знакомая имеет свой салон красоты, у нее маленькая однушка в центре города. Где она проживает с сыном. Бывший муж никак не помогает. Да и сам бракоразводный процесс был тяжелым. Поэтому я благодарна ей, что приютила меня, но понимаю, что затягивать с поиском квартиры не стоит. Мне нужно как можно быстрее искать варианты.

Девушка открывает сразу же мне дверь.

— Маш… — медленно произносит Лера, подозрительно глядя на меня, стоит мне переступить порог. — Что случилось?

Выдыхаю.

— И где кольцо?

Я машинально смотрю на руку. Нет, ничего нет и не будет.

— Лер… — выдыхаю я устало. — Давай завтра. Можно я просто посплю?

Она хмурится, скрещивает руки на груди.

— Ты несчастная, — констатирует. — Это не «просто устала». Это «что-то пошло по жопе».

Я слабо усмехаюсь.

— Скажу тогда коротко, ладно? Кольца не было. Я не дождалась.

Делаю паузу, потому что внутри снова что-то болезненно сжимается.

— И ещё… он уезжает в Америку. К своей новой невесте Мэри. Автосервис продаёт. А я… — пожимаю плечами. — Я остаюсь ни с чем.

Лера замирает на секунду. А потом морщится:

— Вот сука, — цедит она сквозь зубы. — Гнида!

Я даже не спорю. Нет сил. Да и смысла.

— Согласна, но ничего уже не поделаешь, — вздыхаю. —Мне просто уже хочется уснуть и забыть все это…

Хорошо, что Лера понимает. Она молча указывает мне на кухню. Сама достаёт с антресоли раскладушку и раскладывает её между столом и окном.

— Не дворец, — бурчит. — Но должно быть норм. Когда покупала, кроватей не было.

— Лер… спасибо, — говорю я искренне.

Она отмахивается.

— Да не за что! Не переживай! Прорвемся!

Киваю. Умыться бы и раздеться. Но сил нет.

Я падаю на раскладушку, даже не раздеваясь до конца. Тело ноет, голова гудит, но стоит закрыть глаза — и я проваливаюсь в сон.

И, конечно, мне снится он.

Тот мужчина.

Алихан.

Он стоит слишком близко. Так же, как в коридоре. Я чувствую его тепло, его запах. Его рука снова на моей талии, собственнически держит меня. Я хочу отстраниться, но ноги будто не слушаются.

— Пупсик, — слышу я его голос, низкий, хриплый. — А ты— кукла. Моя кукла…

Его пальцы скользят по спине, оставляя после себя огонь и табун мурашек. Медленно. Уверенно. Он скользит по голой коже, спускаясь вниз…

— Ты дрожишь, — произносит хрипло.

— Это не из-за тебя, — отвечаю я, хотя прекрасно понимаю, что вру.

Он наклоняется ближе. Его губы почти касаются моих. Я чувствую его горячее дыхание. Воздух словно наэлектризованный.

— Ты лжешь, Маша, — усмехается он.

А потом берет меня за шею и притягивает к себе. Целуя.

Все так же.

Грубо.

Жадно.

Так, что внизу живота становится влажно. Трусики намокают. И он словно знает это. Ведет рукой вниз, чтобы проверить.

— Нет… — прошу, молю, сжимаю ноги. Но для него это не преграда. Он все равно касается меня там. Где все влажно.

Он размазывает влагу.

Потом его пальцы входят и…

Просыпаюсь резко. Открываю глаза. Сердце колотится так, словно вот-вот выскочит из груди, дыхание сбивается.

Я жадно глотаю воздух. Прихожу в себя, говорю, что это просто сон.

— Блин… — шепчу я, проводя рукой по лицу.

Потом, когда немного успокаиваюсь, понимаю, что тело ломит, будто я не спала вовсе. Горло немного саднит.

Прекрасно!

Только заболеть мне сейчас и не хватало.

Я сползаю с раскладушки и залезаю в шкаф, нахожу в аптечке Леры таблетки от простуды, витамин С и так далее.

— Ты жива? — выглядывает Лера из комнаты, скорее всего слыша мое шуршание.

— Более-менее, — хриплю я. — Но ощущение, будто меня переехал каток. Я надеюсь, что ты не против, если я воспользуюсь твоей аптечкой? Обещаю, я потом все куплю.

— Конечно нет! Бери, бери! — тут же произносит она, и я благодарю ее еще раз. — Так, а теперь давай, рассказывай всё. С самого начала и с подробностями!

Приходится рассказывать. Про ресторан. Про «уезжаю один», про «деревню». Про аварию и Алихана решаю не говорить. Потому что сама не понимаю, что это было…

Лера слушает молча. Но я вижу, как она сдерживается. Очень старается не материться: всё-таки в соседней комнате играет сын.

— Если коротко, — подытоживаю я, — жизнь пошла по пиз… — ловлю её взгляд, — по наклонной.

— Вот что, — наконец говорит Лера. — Во-первых, мы найдём тебе лучше мужика, зачем такие нужны, как мой бывший муж и твой Николай? Даром такие не нужны! Во-вторых, насчёт работы не переживай.

— Да все равно…

— Устрою тебя в свой салон, — говорит она уверенно. — Научу парикмахерскому делу. У тебя руки из правильного места, я давно это подметила.

Смотрю на нее и понимаю, что не все так плохо. Не все люди такие подлые, как Коля. Есть и такие — верные и добрые, готовые прийти на помощь, несмотря ни на что.

— Лер… — у меня образовывается ком в горле. — Ты серьёзно?

— Абсолютно, — кивает она. — И даже не вздумай отказываться!

Я не выдерживаю. Глаза щиплет, и я всё-таки начинаю плакать.

— Спасибо… — выдыхаю. — Я… я правда не знаю, что бы без тебя делала.

Она фыркает, обнимает меня.

— Всё, хватит сопли разводить. Собирайся. Жизнь продолжается.

На следующий день я еду к бывшему.

В его квартиру за своими вещами.

И с очень плохим предчувствием. И почему-то мне кажется, что это будет не просто визит.

Но успокаиваю себя тем, что хуже уже быть не может.

Выхожу.

Снега по колено. Так как и вчера, и сегодня он активно шел. Взгляд падает на мою «Поло». Бедная моя машинка стоит на стоянке. Я видела, что ее еще вчера привезли. Наверное, Алихан подумал, что я живу тут.

Смотрю на нее и понимаю, что ей нужен большой ремонт. А с финансами у меня сейчас туго.

— Прости меня, придется позже… — обещаю я ей. Но пока я безлошадная. Поэтому вздыхаю и иду к остановке.

Автобус приезжает быстро. И уже через полчаса я стою на пороге квартиры бывшего.

Ключ в замке поворачивается легко. Коля не сменил его. Хотя у меня была мысль, что он может это сделать.

Я захожу в квартиру и на секунду замираю в прихожей. Тихо. Пусто. Понимаю, что его нет. И это… даже хорошо.

Не хочу его видеть.

Не сейчас.

Разуваюсь, прохожу дальше. Здесь всё знакомое до боли. Этот диван мы выбирали вместе — он ныл, что «слишком мягкий», а потом засыпал на нём первым. Кружка на столе — его, с треснутым краем. Я всегда хотела её выкинуть, а он говорил:«Да норм, не треснет уж дальше».

Треснули наши отношения быстрее, чем кружка.

Я иду в спальню и открываю шкаф. Мои вещи — аккуратно с краю. Как будто я всегда была тут… временно. Почему-то раньше об этом не задумывалась.

Достаю чемодан из-под кровати и начинаю складывать всё подряд. Платья, футболки, бельё. Чемодан быстро наполняется. Руки двигаются автоматически, а внутри будто кто-то медленно вынимает сердце и воспоминания.

Я натыкаюсь на его рубашку. Ту самую, в которой он был,когда признался, что любит меня.

Пальцы сжимают ее.

— Лгун! — выдыхаю и всё-таки останавливаюсь.

Глаза щиплет.

Не просто щиплет — жжёт.

Слёзы катятся по щекам. Всхлипываю.

Три года.

Три года жизни — вот так, в чемодан.

Я сажусь на край кровати, закрываю ладонями лицо.

Как же так?

Где я ошиблась?

Когда он перестал быть моим?

Ответа нет.

— Хватит, — говорю вслух сама себе и резко встаю. — Я ни в чем не виновата! Еще винить себя за это!

Быстро иду в ванную. Умываюсь холодной водой, смотрю на себя в зеркало.

— Соберись, Маша, — тихо приказываю отражению. — Он этого не стоит.

Возвращаюсь в комнату, хватаю последние вещи. Документы. Зарядку. Косметичку. Проверяю ящики — ничего не забыть. Не оставить здесь ни одной причины вернуться.

И в этот момент…

Шорох.

Я замираю.

Сначала кажется, что показалось. Но нет.

Чёткий, узнаваемый звук.

Шуршание ключа в замке.

Сердце падает вниз.

Он пришел…

Глава 6

6

Через несколько секунд в квартиру заходит Николай с пакетами из супермаркета. Ставит их, поднимает голову и встречается с моим взглядом.

— О! Привет, ты пришла, очень хорошо, — произносит он с довольной улыбкой. А мне хочется дать ему пощечину.

Гнусный предатель!

— Забираю свои вещи! — холодно произношу я.

— Отлично, сюда скоро приедут новые жильцы, — кивает он и проходит на кухню.

— В смысле ты… — хочу спросить, неужели он продает родительскую квартиру. Но прикусываю язык. Зачем мне это знать?! Все в прошлом!

— Продаю квартиру, — говорит он. — Мне нужны будут деньги там. На развитие бизнеса, свадьбу… Ну, ты понимаешь…

Я? Конечно понимаю. Понимаю, что нужно было не быть такой дурой и тратить деньги, а не экономить до лучших времён и доверять этому человеку.

— Не понимаю! И не хочу понимать! — бросаю я, разворачиваюсь и беру ручку чемодана. Уже иду в сторону выхода. Но тут слышу:

— Маш, насчет машины… — начинает он, и я разворачиваюсь. — Мы же твою машину пополам же купили… так вот… мне реально нужны деньги… — начинает мямлить мой бывший. Избегая моего взгляда.

Серьезно? Он вспомнил о моем стареньком «Поло», который и так был не слишком дорогим, в отличие от его автомобиля.

Становится смешно и жалко. Наверное, я должна сказала спасибо судьбе за то, что я узнала этого человека сейчас. Не через год, не через два, когда бы вышла замуж и родила от него ребенка.

Тогда бы мне было вдвойне сложнее пережить предательство.

Поэтому да, я благодарна.

Натягиваю фальшивую улыбку. И достаю из сумочки ключи. А потом подхожу к нему.

— Знаешь, я отдам тебе ее просто так. Мне от тебя ничего не нужно. Заработаю сама, а ты… все потеряешь, — медленно, но с чувством собственного достоинства произношу. — Удачи.

Кидаю ключи. И он даже не ловит их. Ну ладно, че. Разворачиваюсь и иду обратно к чемодану. Но потом, напоследок, оборачиваюсь:

— Можешь взять ее во дворе дома Леры.

«Если сможешь ее завести», — но об этом не говорю. Пусть будет «приятный» сюрприз, какой он мне сам преподнес.

Открываю дверь, выхожу и с грохотом закрываю ее.

Да, так лучше. Пусть вся эта грязь останется в прошлом! У меня обязательно все будет хорошо.

Вызываю такси и еду обратно к Лере. Оставляю там вещи, а потом еду на работу. Там мне тоже надо разобраться.

Уже на пороге слышу голоса.

— Я не буду это делать! — узнаю Настю, девочку с автомойки. Очень хорошую и трудолюбивую. Она ненамного младше меня, и мы сразу нашли общий язык.

— Будешь! И не только это… — рык. — Теперь я твой босс!

Быстро выхожу из-за угла и вижу Арсения, который склоняется к девочке, которую прижимает к стене. Что тут происходит?!

— Кхм, привет, Арс, — говорю я, решая обозначить свое присутствие.

Парень отрывает взгляд от девочки и смотрит на меня.

— Привет, Маша, — кивает он.

Да, мы знаем друг друга. Пересекались на разных мероприятиях. Я знаю, что у него своя сеть автомастерских. И, похоже, он решил теперь заняться автомойками.

— Можно тебя на пару минут, поговорить? — прошу я и смотрю на Настю.

Парень отрывает руку от стены, давая проход девочке, а потом кидает ей:

— Потом поговорим.

Она ничего не отвечает и быстро уходит. Очень непонятно, но интересно, что происходит. Арс подходит ко мне.

— Что хотела? — спрашивает он. — Ты же знаешь, что Коля мне продал автомойку?

— Да, знаю, — выдыхаю я. — Об этом и хотела поговорить. Я была как зам управляющего. Подбирала персонал, составляла расписание…

— Хочешь продолжить заниматься этим? — спрашивает он, перебивая меня. — Я не против. Мне нужен проверенный человек тут. Хотя планирую поменять концепцию и оборудование. Может, заменить несколько человек…

И судя по его тону, он явно о Насте.

— Нет, я не хочу, — отвечаю я.

Потому что, еще когда ехала, приняла решение, что все. Эта страница для меня закрыта. Если останусь, буду грызть себя, вспоминая все моменты. А я точно этого не хочу. Потому что еле держусь, чтобы не расплакаться и не жалеть себя.

— Я просто хочу попросить сильно не жестить с персоналом. Люди тут хорошие. Я их сама отбирала и знаю историю каждого. Прошу, если что, сохранить коллектив как есть, — говорю я искренне. Мне и правда ценны люди, которые тут работают.

Парень смотрит внимательно на меня. Потом усмехается.

— Неожиданная просьба, — наконец-то произносит он. — Но ничего обещать не могу. Если некоторые не будут меня слушаться и станут позволять себе лишнее… я вправе сделать с ними все, что я хочу…

И он задумчиво смотрит куда-то вдаль. Явно думая о ком-то конкретном…

— Конечно, это твое право. Но простая просьба, я буду благодарна, если ты прислушаешься, — все же говорю. — Я заберу документы и вещи, которые у меня тут остались. Если ты не против.

— Нет, забирай, — кидает он мне и уходит.

Ну и хорошо. Поднимаюсь на второй этаж. У нас тут вроде как комната отдыха для персонала и моя маленькая комнатка справа. Захожу. Такое смешанное чувство. Вроде бы и грустно, но одновременно я понимаю, что так и должно быть. Потому что это как пройденный этап. И возвращаться после случившегося не хочется…

Собираюсь. Беру только самое необходимое и дорогое для себя. И постепенно комната пустеет. Потом выхожу и натыкаюсь на Настю. Девушка, вся покрасневшая, заходит в комнату отдыха.

— Насть, все хорошо? — спрашиваю я, потому что правда беспокоюсь о ней.

— А… да, да, — она только сейчас замечает меня. — А ты… ты уходишь? Он уволил тебя?

Она сразу же начинает злиться, словно уже сейчас готова пойти к Арсу и дать ему за это по башке.

— Нет, нет, я сама, — сразу же уверяю ее я. — Ты же знаешь, Николай продал все…

— Да, неожиданный, — вздыхает, — сюрприз…

Ага, хотя смысл этих слов для нас точно разный. Мы еще немного говорим, а потом она помогает мне спустить вещи и мы прощаемся.

По кому я точно буду скучать, так это по коллективу. Мы сроднились, и я надеюсь, Арс прислушается к моим словам.

Еду обратно в квартиру Леры и понимаю, что не могу сдержаться. Слёзы всё равно выступают из глаз. Не поток, не истерика — просто предательские капли. Потому что все же это моя жизнь и сейчас она разрушена.

Стараюсь моргать чаще, чтобы скрыть это все. А потом плюю.

Пусть. Я же не робот.

Главное — я сделала правильно. Я ушла. Я не унижалась, не цеплялась за Колю. Я не дала ему увидеть, как мне больно. И не осталась там, где меня, оказывается, не ценят.

А боль… боль от предательства я переживу.

Квартира Леры встречает меня запахом еды. Подруга уже дома, в спортивных штанах, с хвостом на голове. Вот она — женщина, которая не сломалась из-за мужа-козла, а продолжает жить. Воспитывать сына.

— Ну? — спрашивает она, едва я переступаю порог. — Все забрала?

— Забрала, — киваю я и швыряю сумку на пол. — И ключи от машины отдала. Пусть подавится.

— Умница, — коротко говорит она. — Снимай куртку. Сейчас будем обедать.

— И искать жильё, — добавляю я.

Вкусно обедаем. А потом садимся на диван. Лера открывает ноутбук, я — телефон. Начинаем листать объявления. И чем больше мы ищем, тем сильнее хочется материться.

— Да они охренели, — выдыхает Лера. — Однушка на окраине за такие деньги? Это что, с золотыми батареями?

— Перед праздниками, — мрачно говорю я, — все цены взвинтили. Нацелены на туристов.

— Это не цены взвинтили, — бурчит она, — это совесть умерла.

Я смотрю на экран. Комнаты в коммуналках, квартирки-студии размером со шкаф, где кровать стоит в метре от раковины, — и всё это за суммы, за которые раньше можно было снять нормальную двушку.

— А вот это… — Лера тычет пальцем в экран. — Смотри. Нормально вроде. Район неплохой, цена не космос. Владелец пишет: «Срочно». Может, договоримся.

— Давай, — киваю я. — Завтра с утра схожу.

Мы ещё час сидим, выписываем адреса, номера, отмечаем, где «без животных», где «без детей», где «без мужчин».Последнее Леру особенно веселит.

— А если я мужика в шкафу всегда буду прятать? — улыбается она.

— Угу, но нет. Больше никаких мужиков! — решительно произношу я. — Точно не в ближайшее время!

Да и вообще…

Ночью я ворочаюсь. То Николай мерещится, то Алихан…

Засыпаю только под утро.

И просыпаюсь от звонка.

Номер незнакомый. Беру.

— Алло? — хрипло произношу.

— Мария Александровна? Доброе утро. Вас беспокоит страховая компания, — звучит вежливый, но ледяной женский голос. — Уточняю информацию по зарегистрированному ДТП. Вы понимаете, что ваша страховка не покрывает ущерб в полном объёме?

Я моргаю. Резко вскакиваю, окончательно просыпаясь.

— В… в смысле? — голос садится. — О чём вы?

— По вашему полису лимит выплаты — до трёхсот тысяч, — объясняет женщина. — Однако предварительная оценка ущерба по второй машине значительно выше. В связи с чем возникает вопрос: как вы планируете компенсировать разницу?

Я резко сажусь на кровати. Чувствую, как перехватывает дыхание.

— Подождите… — выдыхаю я. — Но… там… владелец машины… он сказал, что всё решено.

— Я не располагаю информацией о владельце другой машины, — сухо отвечает она. — Я говорю о фактах. ДТП оформлено. Ущерб зафиксирован. Ваша ответственность подтверждается. Вам потребуется оплатить разницу.

— Но это… это невозможно, — чувствую, как тело леденеет. — Я… у меня нет таких денег.

— Понимаю, — голос у неё не меняется. — Но нужно что-то решать.

— Можно… можно я завтра вам перезвоню? — выдыхаю я почти шёпотом.

— Хорошо, — недовольно отвечает она. — Один день на раздумья. До свидания.

И она первая кладет трубку.

Я смотрю на экран телефона и не понимаю, как это вообще возможно.

Алихан сказал: «Долг прощён. Ты отыграла роль».

Значит…

Он соврал?

Или… он не соврал, но что-то пошло не так…

Меня накрывает сразу двумя волнами.

Первая — паника.

Она начинается где-то в животе, поднимается к горлу, и мне кажется, что я сейчас просто перестану дышать.

Вторая — злость.

Обманщики!

Ну правильно, он же не обещал это в письменной форме! Просто сказал. А как мы знаем, мужское слово, оказывается,ничего не стоит!

Даже для такого мужчины.

Ненавижу!

Ненавижу их!

Руки трясутся.

Я встаю, прохожу пару шагов по кухне и снова сажусь на диван. Меня будто выключают. В голове пустота, а внутри — холодно-холодно.

Ладно, плевать на них, главное — что делать?

Откуда взять деньги?

Продать что-то?

У меня, кроме телефона и пары украшений, ничего нет.

Спросить у Леры? Нет. Я не могу. У неё сын, своя жизнь, и она уже делает для меня слишком много.

Работа? Да, но это не сегодня. И не завтра. А страховая говорит: «Завтра».

Я чувствую, как под кожей расползается страх.

И в этот момент раздаётся звонок в дверь.

Вздрагиваю. Кто это может быть?

Лера на работе. Сын в саду. Я одна.

Звонок повторяется.

Я медленно поднимаюсь. Иду к двери. Может, соседи? Не смотрю в глазок. Открываю.

И застываю.

На пороге стоит...

Алихан.

Он самый. И это не моя больная фантазия.

Застываю, не могу осознать, что это правда.

Но нет. Это все же он.

Чёрное пальто, холодный взгляд, руки в карманах.

Он смотрит на меня секунду. Две. Три.

Потом делает шаг вперёд — и я машинально отступаю назад, впуская его, хотя не собиралась.

Мужчина подходит ближе. Останавливается так, что между нами остаётся совсем мало воздуха. А потом произносит:

— Ты едешь со мной!

Глава 7

7

Алихан

— Алихан, как дела? — слышу я голос Романа Олеговича. — Какие планы на ближайшие выходные? Долго же отдыхаем…

Бля, странное начало разговора. И мне это совершенно не нравится. Я жду подписания контракта на покупку земли, и начало разговора предполагал другое.

— Да ничего такого, — отвечаю я, посматривая на город. Скоро пробки начнутся, надо все успеть дела до этого.

— Понятно, ну, слушай, предложение у меня к тебе есть, — начинает мужик. И мне уже не нравится. Чувствую, бля, не по моему вопросу будет это предложение. — Мы тут с женой решили гостей пригласить. Деревянный домик, банька. Лес и тишина. Что скажешь?

Что скажу? Что отдохну только тогда, когда мы с ним контракт подпишем! Ох, чувствую, земля эта мне дорого встанет, и совсем не в финансовом плане, как обычно бывает. Но это уже дело принципа — дожать. И так уже много чего вытерпел. Окупиться должно.

— Были планы… — начинаю, но Роман Олегович перебивает:

— А еще хотел сказать, я же Диме позвонил, он согласился и приедет со своей женой.

Сука!

Пиздец.

Ну куда же без этого? Сучоныш быстро сообразил.

Вспомнил, что у него жена есть. И давит на то, что у меня ее нет. Пока…

Бля, бесит, когда начинаюсь ебать тебя, не снимая штанов. А это выглядит именно так. Потому что этот Роман Олегович явно специально про Диму сказал. Только не понимаю, зачем эти посиделки. Опять эти проверки? Чтобы земля в хороших руках осталась?

Конечно, можно послать нах, сказать, что планы и так далее. Но тогда земли точно не видать. А это уже дело принципа. Она должна быть моей по-любому!

— Ну, раз Дима тоже будет, — сквозь зубы произношу я,— то и я приеду.

— Отлично! — произносит Роман Олегович, не понимая подвоха. — Ждем тебя и твою Марию. Пообщаемся в приватной обстановке.

Сука!

А вот это точно неожиданный поворот. Я планировал, что куколка сыграет один раз свою роль и уйдет в закат. Но, похоже, нет.

И где мне ее искать?!

Но все равно приходится ответить, скрипя зубами:

— Хорошо.

Отключаюсь.

Бля!

Мне нужно срочно найти эту Машу. Да, есть вариант, что девочка не согласится, но у неё нет выбора.

Усмехаюсь.

Кукла слишком хорошо сыграла свою роль. Слишком…

Вспоминаю те глаза и манящие губки. Было в ней много настоящего. Чего сейчас практически не найти. Возможно, поэтому зацепила…

Ладно, мне похрен. Главное, она должна снова сыграть. Просто нужно найти правильную мотивацию.

Даю своим безопасникам задание нарыть информацию о ней. Все, что известно. Как можно быстрее, вместе с адресом, где она живет. И уже ближе к вечеру я получаю все о девочке. Оказывается, она работает на автомойке. Есть парень, с которым живет. Но последние дни обитает в другом месте. Интересно.

Даю задание копнуть больше об этом. А уже на следующий день еду к ней. У нас нет времени, и я надеюсь, Маша не глупа и согласится без каких-либо вопросов. Потому что у нее нет выбора…

Паркуюсь. Обычная панелька. Я тогда высадил ее тут. Хотя, по моим данным, она жила не здесь. Тут непонятно.

Выхожу.

Мне везет. Проскакиваю в подъезд без звонка. Какая-то старушка решила прогуляться со своей собачкой.

Поднимаюсь на нужный этаж. Звоню. Жду, и сначала тишина. Сук , вот это будет сюрприз, если ее нет. Звоню еще раз и уже потом слышу шаги. Отлично.

Через несколько секунд я вижу куклу. В задрипанной футболке. С какой-то хренью на голове.

Смотрит на меня.

«Ну что, Маша, готова снова играть? Потому что я заставлю».

Делаю шаг к ней. Она инстинктивно отступает, и я прохожу внутрь. Вижу на ее лице шок. Ну да, сам в ахере. Не думал, что спектакль придется продолжать. Но придется, более сложную роль.

— Ты поедешь со мной, — говорю я, сразу же обозначая, зачем пришел.

Она смотрит. Смотрит. А потом я сам не понимаю, что происходит. Она резко вскидывает руки и предпринимает попытку меня оттолкнуть.

Хорошо, что она маленькая и силенок у нее, конечно же, не хватает.

— Ты! Ты лгун! — неожиданно кричит она, смотря на меня зло. Даже яростно.

Я в первые секунды даже прихуел.

Ничего себе заявочки. С какого это?

— В смысле? Нормально объясни? — предельно спокойно прошу.

— Не понимаешь?! Ты сказал, что я оплатила долг! Но сегодня мне звонят из страховой и говорят, что я не покрываю страховку и должна тебе крупную сумму! Ты обманул меня!

А вот это вообще максимально странно. Я и правда не собирался ничего подавать. Разошлись как в море корабли, как говорят. Все, она мне ничего не должна.

— Ты… — она опять хочет что-то сказать, но теперь я останавливаю. Уже грубо.

— Успокойся и следи за языком, — холодно произношу. — А теперь нормально объясни, что там у тебя случилось. Какого хрена ты меня обвиняешь?!

— Какого… — выдыхает зло она, сжимая кулачки. — Сейчас!

И она быстро убегает, чтобы через пять секунд принести свой телефон.

— Вот, на! Читай! — протягивает.

Смотрю на экран и на сообщение. От страховой реально. Что она должна крупную сумму. Так как виновата.

Сначала хочу сказать, что это ошибка. Но потом в голову приходит идея. Вот он — рычаг давления на нее, чтобы она поехала со мной и продолжила притворяться.

Простыми разговорами ее явно не убедить. А вот долгом…

Да, мне пох, как это выглядит. Я иду к своей цели, и, если мне нужно, я беру.

Отдаю ей телефон и усмехаюсь.

— Ну, раз тут написано… — медленно произношу я, смотря на нее сверху вниз, — значит, ты мне должна…

— Ты сказал, что мой долг прощен!

— Ты слишком хорошо сыграла, Маша, — усмехаюсь и делаю шаг ближе. — Мне нужна невеста на выходные. Ничего сложного. Но теперь на более длительное время. И ты сыграешь для меня эту роль.

— Нет! — тут же отвечает она. Как я и предполагал. — Я же сказала…

— Я сказал, Маша, — уже более грубо беру ее за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Мне нужна фиктивная невеста. Раз уж ты начала, ты и закончишь. Отработаешь долг так или другим способом…

Я вижу, как расширяются ее глаза. Куколка явно подумала об этом.

Даже становится смешно. Если бы мне нужен был секс, я бы точно пошел к более сговорчивой пассии. Но тут роль сложнее.

— Какова гарантия, что потом мне не придется все же отрабатывать этот долг? — спрашивает она.

Умная куколка. Мне нравится, что в ней сочетаются красота и ум. В наше время это редкость.

— Я могу поклясться, и как только мы поедем, я сделаю звонок в страховую. Но предупреждаю, если ты меня обманешь, у тебя будут проблемы не только со страховой, — обещаю. Хотя ничего такого, конечно же, не собираюсь делать.

Между нами воцаряется тишина. Она смотрит на меня. В ее глазах настоящая борьба. Послать меня… или подчиниться.

— Хорошо… — выдыхает она. — Я согласна.

Прекрасно, куколка. С этого момента ты становишься моей… невестой.

Всем спасибо кто остался с нашими героями

— Спасибо, — кидает Алихан и ставит наши сумки на пол. Я тоже благодарю.

Дверь закрывается, и только теперь я понимаю…

Кровать в комнате одна.

Большая. Двуспальная.

Я медленно перевожу взгляд на Алихана. Который тоже видит это.

— Ты же понимаешь, — говорю я тихо, — что будешь спать на полу?

Он усмехается.

— Размечталась, куколка. Я буду спать нормально.

— Нет, — резко отвечаю я, скрещивая руки на груди. — Или я отказываюсь играть твою невесту!

Он смотрит на меня. А потом делает несколько шагов ко мне. Все так же не отрывая взгляда. Еще шаг, и мне приходится задрать голову, чтобы посмотреть на него.

— По-моему, — говорит он спокойно, но в голосе появляется сталь, — мы договорились.

Я чувствую его дыхание.

Слишком близко.

Слишком неправильно.

— Или ты хочешь, — продолжает он тише, но так, что по телу начинаю бежать мурашки, — чтобы я включил в наш договор ещё и ночные услуги?

Глава 9

9

Напряжение между нами нарастает в геометрической прогрессии. Хочется ответить что-то язвительное. Хотя от его взгляда по телу идут мурашки, и я понимаю: он не шутит.

— Ты… — набираю побольше воздуха, но тут мы слышим стук в дверь. Одновременно оборачиваемся.

— Да, — рявкает Алихан раздраженно.

Дверь приоткрывается, и в комнату заглядывает Ирина.

— Я хотела сказать, чтобы, как расположитесь, спускались. Маш, поможешь на кухне?

На кухне? Да с удовольствием. Так даже лучше, а то не знаю, к чему это все приведет.

— С удовольствием, — произношу я, а потом смотрю на мужчину, с улыбкой. — А ты можешь пока разобрать наши вещи, пупсик.

Вспоминаю прозвище, которым назвала его тогда. Вижу, как у мужчины сжимаются челюсти. И если бы взглядом можно было убить… я бы уже точно была мертва.

— Ой, отлично, пошли, — произносит Ирина и уводит меня. А я посылаю Алихану воздушный поцелуйчик.

Мы же влюбленную пару изображаем. Он, кстати, мой поцелуй не поймал. Плохо!

Спускаемся вниз и идем на кухню. Тут уже стоит Ольга и копается в телефоне.

— Мы с Ромой отпустили прислугу, поэтому накрывать будем сами. Думаю, вы не будете против? — она смотрит на нас.

— Нет, — качаю головой я. Не говорю, что у меня вообще никогда не было прислуги.

— Вообще не против, я, наоборот, люблю готовить своему Диме, он любит все домашнее и свежее.

Придирчиво оглядываю ее. Ну очень сомнительно. Особенно глядя на ее маникюр с длинными ногтями, которыми она явно может убить, если ее разозлить. В общем, очень сомнительно…

— Ну и отлично, — произносит Ира. — Тогда ты занимаешься картошкой, а Маша — морковью и луком.

Киваю. Беру все. Режу морковь ровными ломтиками. Руки заняты делом, а мысли совсем не о том. Что я тут делаю? И как моя жизнь могла так резко поменяться?

Краем глаза замечаю Ольгу. Она возится с картошкой так, будто держит в руках что-то опасное. Нож скользит неправильно, вот-вот порежет ее. Длинные ногти ей явно мешают. Она ковыряет кожуру, морщится, перекладывает нож, снова ковыряет.

Я усмехаюсь про себя.

Ну да. Очень «люблю готовить» для любимого мужа.

Поднимаю взгляд и ловлю взгляд Ирины. Она тоже всё видит. И в её глазах мелькает едва заметная улыбка.

Ну, это определенно одно очко в нашу пользу.

В какой-то момент между нами завязывается разговор. Про погоду, про дорогу, про дом. Оказывается, Ирина и Рома построили его давно, но особо не приезжали сюда, а когда дети разъехались, они стали чаще тут бывать.

Ирина так красиво это все рассказывает, что постепенно я расслабляюсь и не чувствую напряжения, как в начале. Хотя понимаю, что расслабляться не стоит. Я все же невеста. Фиктивная…

Когда все готово, мы накрываем стол. И зовем мужчин, которые были на улице.

Мы собираемся все вместе. Большой стол, тёплый свет. От запаха еды просыпается аппетит, и я понимаю, что, вообще-то, не ела с утра.

Сажусь рядом с Алиханом — как и положено. Он тут же берёт меня за руку и сжимает пальцы.

— Ох, — вырывается у меня шёпотом. — Осторожнее…

Он не отпускает. Только слегка ослабляет хватку. Но все так же демонстрирует свои касания.

Роман и Ирина усаживаются напротив друг друга, как хозяева. Дима с Ольгой — напротив нас. Они тоже милуются, переглядываются, улыбаются. Но я почему-то вижу, что это наигранно. Слишком идеально и показательно.

Неужели никто больше этого не замечает?

— Алихан, — вдруг говорит Дима, откидываясь на спинку стула. — У тебя же была невеста раньше. Что с ней случилось?

Вилка замирает у меня в руке.

Я медленно поворачиваю голову к Алихану. Он смотрит на мужчину напористо. Взгляд тяжелый и напряжённый. И я чувствую, как он злится. Его челюсти снова сжимаются, взгляд холодный.

И опять понимаю, что нужно спасать ситуацию. Срочно!

— Я знаю, — говорю я спокойным голосом, хотя внутри всё дрожит. — Но думаю, не очень красиво обсуждать такие вещи за общим столом.

На секунду повисает тишина.

— Да-да, — тут же подхватывает Ирина, поддерживая меря. — Согласна. Это уже личное.

Роман кивает. А вот Дима и Ольга явно недовольны. Их лица зеленеют, но парочка быстро берет себя в руки.

— Мы вот, кстати, — начинает Ольга слишком бодро, — ездили в детский дом. Смотрели малышей.

— Да, да, мы ведь очень хотим детей, — добавляет Дима. — Пока не получается… но мы стараемся.

Серьезно?! Какие дети тем, кто даже нормально картошку не может почистить?

Но тема попадает в точку.

Ирина оживляется, Роман поддерживает разговор. Все начинают обсуждать тему детей, семьи, забот. Приходится тоже кивать, улыбаться, вставляю пару фраз. Вроде бы всё нормально.

Почти.

Пока эта веселая парочка опять не решает перевести тему.

— Мария, — вдруг обращается ко мне Ольга, — а почему у тебя нет помолвочного кольца? — Она наклоняет голову и смотрит сочувствующим взглядом. — Или твой мужчина решил, что тебе это не нужно?..

Сучка.

Мне кажется, теперь я могу убить взглядом. Я вроде знаю эту пару всего ничего, но они уже меня раздражают.

Мысли носятся в голове с бешеной скоростью. Ответов — миллион, но ни один не идеален. Хочется прям удавить сучку. Но в этот раз Алихан принимает удар на себя.

— Потому что мы не выставляем личное напоказ, — говорит он спокойно. — И я поддерживаю Машу в этом. Счастье должно быть тихим, не правда ли?

Он переводит взгляд на Диму и его жену. Прямой. Холодный. И те явно не ожидали такого ответа.

— Да, да, согласен, Алихан, — поддерживает Роман Олегович.

— И еще, — продолжает мой фиктивный жених. — Зная, сколько у меня недругов, я предпочитаю, чтобы её лишний раз не обсуждали.

Он делает паузу. Потом добавляет:

— Но поверьте, свадебное кольцо будет таким, что его увидят все.

Ирина улыбается. Роман одобрительно кивает. Мне тоже почему-то становится… приятно. Глупо, но приятно.

Когда хозяева дома начинают обсуждать другую тему, я наклоняюсь к Алихану и тихо говорю:

— Спасибо.

Он чуть поворачивает голову.

— Пожалуйста, куколка, — отвечает так же тихо. — Мы теперь в одной команде.

Ну да, теперь так. На эти дни. Я уже собираюсь выпрямиться, когда он добавляет, более хрипло:

— Кстати… я разобрал вещи, как ты просила.

Пауза. И я впадаю в шок…

— И нашёл один очень красивый комплект белья.

У меня перехватывает дыхание.

— Надеюсь, — продолжает он, практически касаясь моего уха своими горячими губами, — ты сегодня мне его продемонстрируешь…

Глава 10

10

— Что?! — шиплю я, потом быстро соображаю, что мы тут не одни, и понижаю голос. — Ты… ты лазил в моих вещах?!

Мужчина только усмехается. И явно ни капли не сожалеет о содеянном! Уму непостижимо! Ужас!

— Ребят, вы что там шепчетесь? — спрашивает Ирина, когда мы слишком долго болтаем.

— Ничего, — тут же отвечаю я и убийственно смотрю на Алихана. А он как ни в чем не бывало разговаривает с Романом.

Обед заканчивается, и хозяева предлагают осмотреть территорию их дома, а потом выйти в лес прогуляться.

Не протестую. Нам и правда… нужно остыть. Но уже в нашей комнате происходит заминка. Потому что я категорически против переодеваться при мужчине.

— Отвернись! — командую я.

— Куколка, ты ведешь себя как девственница, ей-богу, — усмехается он, вообще без какого-либо смущения начиная снимать при мне свитер. И да, конечно же, я смотрю. На его великолепное тело. С тугими мышцами пресса и темной дорожкой, уходящей вниз под брюки.

Мысленно облизываю губы, а внизу живота начинает образовываться тепло…

Да, у моего бывшего не было такого великолепного тела, как у этого мужчины. Хотя Коля тоже появлялся в зале. Но тут… только сниматься для какого-нибудь взрослого журнала с горячими мужчинами…

Когда Алихан тянется к ремню, я быстро отворачиваюсь.

Так, все, не смотреть!

Слышу смешок. Ему явно смешно. Судорожно думаю, что делать и как переодеваться. Вроде бы дальше есть ванная…

— Жду тебя внизу, куколка… — слышу хриплое.

Оборачиваюсь — Алихан уже стоит собранный и одетый. Мысленно чувствую радость и… немного… сожаление.

— Хорошо, — тоже отвечаю тихо, потому что голос словно охрип. Он выходит, и я наконец-то вздыхаю спокойно.

Быстро переодеваюсь в более теплое и удобное и тоже выхожу.

Мы все выходим на улицу. Холодный воздух сразу ударяет в лицо, но после душного дома он даже приятный. Снег под ногами хрустит, вокруг — тишина, лес темнеет впереди, огни дома остаются позади.

Мы идём вместе.

Я — рядом с Алиханом. Он — слишком близко. Его плечо почти касается моего, и я ловлю себя на том, что подстраиваю шаг под его. А еще мне словно тут спокойно.

— Красиво у вас, — говорит Ольга, оглядываясь. — Мы с Димой всегда хотели дом за городом. Чтобы лес, тишина… семья…

— Семья — это главное, — кивает Роман Олегович. — Ради этого всё и затевалось. Хотя дети не любят сюда ездить.

Я чувствую, как Алихан слегка напрягается рядом. Но молчит.

— А вы, — вдруг женщина переключает внимание на нас, — уже обсуждали, где будете жить после свадьбы?

Я медленно поворачиваю голову.

Опять.

— Пока нет, — спокойно отвечаю я. — Мы не торопимся.

— Да ладно, — усмехается Дима. — Когда мужчина уверен, он не тянет.

Я чувствую, как пальцы Алихана сжимаются. Резко. Почти больно.

— Поверь, Дима, — холодно говорит он, — у меня есть варианты, куда я привезу свою семью. И это будет то место, в котором я полностью уверен. Где будет комфортно моей женщине и моим детям.

Дима приподнимает бровь.

— Конечно, — тянет он. — Просто, возможно… нужно было задуматься раньше, и первая невеста не ушла бы…

Тишина.

Как же они раздражают!

— Дима, тебя слишком волнует личная жизнь Алихана, не находишь это странным? — тут же вмешивается Ирина, поддерживая нас.

Дима только невесело усмехается, но наконец-то затыкается вместе со своей женушкой.

Мы идем дальше. Воздух морозный и свежий, и я понимаю через некоторое время, что начинаю подмерзать, и Алихан словно чувствует это.

— Пойдёмте обратно, — спокойно произносит он. — Прохладно.

Прогулка заканчивается. Хотя повисает какое-то напряжение. Оно словно парит в воздухе. Мы возвращаемся в дом, поднимаемся наверх. Все расходятся по комнатам.

И вот мы снова здесь.

Наша комната.

Наша единственная кровать.

И я вспоминаю, на чем мы остановились утром.

Что я буду невестой, даже ночью…

Алихан захлопывает дверь ногой. Щелчок замка звучит слишком громко. И я чувствую, как учащается дыхание.

Я делаю шаг назад. Потом ещё один — и упираюсь бёдрами в край кровати.

— И что дальше? — выдыхаю я.

Алихан молчит. Просто идёт ко мне.

Медленно. Без суеты. Как хищник, который знает: добыча никуда не денется.

Он уже без свитера. Я вижу его натянутые мышцы. Пресс двигается при дыхании.

И я опять смотрю. Не могу оторвать взгляд. И ненавижу себя за то, что смотрю.

За то, как пересыхает во рту.

А внизу живота опять становится тепло…

— Я сказал, — тихо произносит он, — что ты будешь моей невестой…

— На людях, — добавляю я. — Мы это обсуждали.

Он усмехается. Коротко.

— Я думаю, нам стоит пересмотреть договор, — делает шаг ближе.

Он наклоняется ко мне. Так близко, что я чувствую его дыхание на коже. Горячее. Медленное.

Я сглатываю. Пытаюсь оттолкнуть его ладонью в грудь, но он перехватывает мою руку. Легко. Слишком легко. Сжимает пальцы и прижимает к кровати.

— Не дергайся, — говорит спокойно. — Я ещё ничего не сделал.

— Пока, — шиплю я.

— Пока, — соглашается он. И от этого «пока» внутри всё сжимается.

Он наклоняется ещё ниже. Его губы почти касаются моего уха.

— Ты сегодня хорошо сыграла, — говорит он тихо. — Очень хорошо.

— Я должна отработать долг, — выдыхаю я.

— Ты обязательно это сделаешь, — он усмехается.

Я чувствую, как его ладонь ложится на мое бедро. Сжимая, но не сильно. Словно он напоминает, кто здесь главный.

— Алихан… — произношу его имя хрипло.

Он отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза.

Взгляд тёмный.

Жадный.

Голодный.

— Ну что, невеста, — медленно говорит он, — ты правда думала, что я позволю тебе просто лечь спать?

Он наклоняется снова. Медленно. Опасно. Касается моей щеки.

— Готова показать, насколько хорошо ты играешь свою роль даже ночью?..

Глава 11

11

Он не оставляет между нами расстояния. Я чувствую горячее дыхание на губах. Еще немного…

Понимаю, что это неправильно. Это уже не игра, ведь мы так не договаривались. Я не хотела. А сейчас чувствую жар его тела и хриплый голос…

Тело предательски сдается. Я понимаю, что стою на краю бездны и еще один шаг — и все. Я провалюсь. В объятия этого мужчины. Горячие, жадные.

А нужно ли мне это?!

Меня только что предали. Родной человек, от которого я никак не ожидала этого. Думала, что мы, наоборот, будем вместе. И что получила?..

А тут? Этого мужчину я знаю несколько дней и сейчас готова отдаться ему, но ради чего? Почувствовать себя желанной? Что нравлюсь именно ему? Но это мимолетно, а потом меня ждет горькое разочарование? Надо мне это?!

Определенно, нет! Не хочу больше разочаровываться и испытывать боль.

Хватит!

Алихан уже задирает мой свитер. Но я словно наконец-то прихожу в себя.

– Нет! — резко отталкиваю его. — Я не буду!

Мужчина явно не ожидал этого, поэтому резко отшатывается, делая шаг назад. Хмурится.

— Маша… — произносит хрипло, пытается опять подойти.

— Нет! Я не хочу! — говорю более твердо. — Я только твоя фиктивная невеста! При людях. Все! Больше не требуй ничего у меня… пожалуйста…

Больше ничего не говорю. Между нами воцаряется тишина. Я не знаю, что еще сказать. И резко чувствую, как устала. Все же этот день вымотал меня. Слишком много событий, и не только за этот день, но и в моей жизни в целом.

— Хорошо, — через некоторое время произносит он. — Я не трону тебя… пока сама не попросишь.

С губ срывается усмешка. Он серьезно думает, что я посмею попросить? Я надеюсь, что скоро это все закончится и я уеду обратно к Лере искать квартиру, вернусь к своей нормальной жизни и забуду все это.

— Не думаю, что это произойдет, — все же отвечаю.

— Посмотрим, — усмехается он. — Я в душ.

И через несколько секунд, он выходит из спальни.

Выдыхаю.

Так, надо успокоиться. Да, мужчина определенно с харизмой и умеет очаровывать женщин. Но я-то не должна быть наивной дурочкой! Поэтому надо перестать так реагировать!

Пока Алихана нет, я быстро одеваюсь и ложусь на кровать. Вернее, делаю кое-как баррикаду, потому что, кто ляжет на пол, мы явно не договоримся, и, чтобы хотя бы как-то быть защищенной, я делаю забор из подушек. Удостоверишь, что все более-менее хорошо, я наконец-то успокаиваюсь и ложусь. И как только моя голова касается подушки, я сразу же проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь оттого, что мне жарко. А что-то тяжелое лежит на моем бедре. Не давая мне перевернуться. Открываю глаза. Щурюсь. Уже светло, и комнату озаряет солнце. Сразу же вспоминаю, что происходит, и прихожу в ужас.

Медленно опускаю взгляд вниз. И вижу, как наглая рука без зазрения совести лежит на моем голом бедре. Алихан прижимает меня к себе, и я чувствую его горячую голую грудь.

Что?! Он вообще, что ли?!

«Забора» не видел?!

Уже хочу повернуться и высказать ему все, что думаю, но тут чувствую, как между ног мне начинает упираться кое-что…

Ладно, я уже не девочка и прекрасно знаю, что это. И да, не только руки у него большие…

Боже, там какой размер-то?! Серьезно, я хочу…

И тут резко одергиваю себя: «Маша, о чем ты думаешь?!»

Я хочу отстраниться от него, но оказывается, это не так просто. А его член все теснее и теснее прижимается между моих бедер…

— Ты специально это делаешь, куколка? — слышу хриплое прямо около уха.

— Нет! А ты специально проигнорировал мой «забор»?! — отвечаю.

— Забор? — звучит вопросительно.

— Да, я сделала его из подушек!

— А-а, эта хуйня. Я пришел, ты уже спала, и эти подушки мне мешали, я выкинул все на пол.

Ого! Какой он молодец!

— И ты решил прижаться ко мне?

— Мое тело решило, чистая физиология — реакция на красивую женщину в постели, — произносит он, и я чувствую его горячее дыхание на моем ухе, он добавляет: — Если бы ты еще была голая… мой член обязательно бы оказался в тебе.

— Так, все, я встаю! — перебиваю.

Я слышу мужской смех, и он сам дает мне пространство. И я резко встаю, смотря на него. Алихан раскинулся на кровати, и на нем только боксеры, из которых сейчас выпирает... Опять я не могу оторвать взгляд от его мускулистого тела, рук…

— Так и будешь смотреть? Или мы продолжим?

Алихан ловит мой взгляд. И ему явно смешно.

Маша соберись!

— Продолжения не будет! Я же сказала! — строго произношу. — Короче, я в душ. Надеюсь, к моему приходу ты оденешься!

И больше не говорю ни слова, выхожу. Иду прямиком в ванную. Закрываюсь и прислоняюсь к двери.

Фух!

Мне не нужно так реагировать. Хотя тело предательски горит. Это физиология, как он сказал. Да, у меня тоже так сейчас. Реакция на красивое мужское тело, только и всего.

Включаю воду, раздеваюсь и встаю под струи теплой воды. Успокаиваю себя и возвращаюсь в комнату, надеялась, что Алихан внял моим словам.

Но мужчина не только внял, но и ушел. Поэтому я спокойно одеваюсь и спускаюсь вниз.

Я спускаюсь на первый этаж. Тут уже все: Алихан стоит у окна с чашкой кофе, Роман Олегович что-то говорит ему, Ирина хлопочет у стола. Дима с Ольгой тоже здесь, опять обжимаются и воркуют. Слишком наигранно.

— О, прекрасно, все собрались, — улыбается Ирина. — Я тут подумала… может, сходим на каток? Погода отличная, лёд залили вчера. Нам Петрович из соседнего дома сказал.

— Ой, да с удовольствием! — тут же подхватывает Ольга. — Мы обожаем кататься, правда, Дим?

Дима кивает с энтузиазмом. Конечно, еще бы.

— Конечно. Мы, кстати, на катке и познакомились, — добавляет он, бросая на меня взгляд.

Ну конечно. Прямо лавстори века.

Я смотрю на Алихана. Он молчит, но уголок губ едва заметно дёргается. Похоже, он тоже, как и я, думает, что это очередное вранье.

— А вы? — спрашивает Ирина уже у нас, глядя на меня и Алихана. — Пойдёте?

— Да, — отвечаю я и перевожу взгляд на него. — Почему нет.

На самом деле я даже рада. Свежий воздух, движение. Всё лучше, чем снова оказаться в замкнутом пространстве рядом с ним…

Мы собираемся быстро. Куртки, шарфы, перчатки. Каток оказывается совсем рядом — небольшой, ухоженный, с гирляндами и музыкой. Настоящая зимняя открытка.

Я сажусь на лавочку и начинаю надевать коньки, которые мы взяли напрокат. Очень удобно, и народу не много.

Надеваю коньки и вспоминаю, как меня учили в школе кататься. Многие мои одноклассники прогуливали, а я ходила на занятия, и теперь определенно нужно сказать спасибо.

Надеюсь, я ничего не забыла.

Выхожу на лёд осторожно, но уже через пару метров понимаю: да, тело помнит. Движение за движением. Ноги слушаются. Баланс на месте. Это правда как велосипед. Один раз поедешь — и больше не забудешь, даже если давно не ездил.

Я делаю круг, потом ещё один. Холодный воздух щиплет щёки, музыка играет, коньки скользят по льду — и впервые за долгое время мне просто хорошо.

И тут я вижу их.

Ольга выходит на лёд, вцепившись в руку Димы так, будто это не каток, а палуба тонущего корабля. Они делают пару неловких шагов, почти сразу спотыкаются, снова хватаются друг за друга.

Я не выдерживаю. Улыбка расползается сама собой. И кто где познакомился?

— Осторожно! — кричит Ирина у бортика.

— Да мы нормально! — отзывается Ольга, тут же едва не падая.

Я отворачиваюсь, чтобы не засмеяться в голос, делаю ещё один круг и вдруг чувствую, как рядом кто-то выравнивает скорость.

— Ну что, — раздаётся сбоку знакомый голос, низкий и уверенный, — покатаемся, красавица?

Глава 12

12

Поворачиваюсь. Передо мной стоит Алихан. На коньках, уверенно держась на них, в отличие от Димы и Ольги.

Улыбаюсь. А потом, сама не до конца понимая зачем, произношу:

— Ну, если сможешь догнать…

А потом отталкиваюсь от него и быстро отворачиваюсь, еду в противоположную сторону.

Разгоняюсь на максимум, надеясь, что он не сможет догнать. Но чувствую его рядом уже через несколько секунд, даже не глядя. Блин, он сейчас точно догонит! Понимаю, что это вообще глупо. Но по венам уже сочится адреналин, сердце бьется как ненормальное.

Я делаю резкий вираж, ускоряюсь, ухожу вперёд и на секунду верю, что получилось.

Глупая.

Он догоняет не сразу. Он ждёт.

И в следующий миг его рука перехватывает меня за талию. Резко. Уверенно. Меня разворачивают, конёк скользит. Я уверена, что сейчас упаду. Но нет, секунда — и я уже прижата спиной к бортику.

— Поймал… — хрипло выдыхает мой «жених» прямо мне в лицо.

Слишком близко. Непозволительно близко.

Я чувствую его горячее дыхание. Чувствую, как его грудь под курткой поднимается. Ладонь всё ещё держит меня, не давая сдвинуться ни на сантиметр. По телу снова пробегают мурашки, а внизу живота становится влажно.

— Ты с ума сошёл… — шепчу, но голос предательски дрожит. Но не от страха…

— Покатаешься со мной, — говорит он. И это не вопрос, это приказ.

Он берёт меня за руку — не грубо, но так, что сразу ясно: вырываться бессмысленно. И ведёт на лёд.

Мы едем рядом, как парочка. Уже более медленно. Подстраиваясь под ритм друг друга. Удивительно, он так легко катается, намного лучше, чем я. Хотя опять ловлю диссонанс: такой внушительный мужчина и так уверенно катается.

— Где ты так научился кататься? — спрашиваю, чтобы хоть как-то отвлечься.

Он усмехается.

— Отец хотел сделать из меня хоккеиста, — отвечает спокойно. — Хоккейная школа, тренировки, режим. Я ходил исправно, все же спорт. Но это было не мое.

Удивленно смотрю. Хотя с его ростом и комплекцией… Он бы точно смог стать неплохим хоккеистом.

— А сейчас нравится то, чем занимаешься?

— Это строительный бизнес, Маша, — бросает он и смотрит на меня слишком внимательно. — И да, он определенно мне по душе. Если только не нужно изображать из себя клоуна.

Понимаю, о чем он. Ему явно уже надоедает этот спектакль, и он не привык к такому. Меня тоже уже раздражает. Особенно глядеть, как неумело играют Ольга и Дима. И как они пытаются задеть нас.

— А ты где научилась кататься? — спрашивает Алихан.

— В школе, — отвечаю. — У нас был хороший учитель. Злой, но справедливый. Многие брали справки, чтобы не ходить на его занятия. А я ходила.

— Понятно… — произносит он и хочет сказать что-то еще, но не успевает.

Потому что я чувствую сзади толчок.

Такой сильный и резкий, что просто не получается устоять.

Ноги разъезжаются, и я лечу вниз.

Слышу чье-то испуганное «ой» и чувствую, как лёд больно бьёт по копчику.

— Маша! — рычит Алихан, не успевая схватить меня.

Боль накрывает волной. Не смертельно, но резко и неприятно. Я пытаюсь вдохнуть, перед глазами на секунду темнеет.

— Вы совсем охуели?! — взрывается над головой голос моего спутника.

Он поднимает меня за плечи, держит крепко, прижимая к себе. А я хватаюсь за его куртку, все еще ощущая боль в копчике.

Я поднимаю голову и вижу Ольгу, стоящую перед нами с виноватым лицом. Рядом с ней муж.

— Мы… мы не видели вас… так увлеклись… — мямлит она.

— Хватит пиздеть! — жёстко обрывает Алихан, и я чувствую, как мужчину трясет от злости. — Вы ни хуя кататься не умеете!

Дима открывает рот, явно собираясь возмутиться в ответ на такое заявление и на то, что мужчина рычит на его жену. Но Алихан переводит взгляд на него. Ледяной. Предупреждающий. Жесткий.

— Только вякни, — тихо говорит он.

И Дима явно чувствует опасность. И закрывает рот.

Алихан снова смотрит на меня.

— Идти можешь? — уже мягче.

— Да… вроде, — выдыхаю.

— Всё, — зло бросает он в сторону. — Катание окончено!

В этот момент к нам подъезжают Рома с Ириной.

— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Ирина, глядя на меня.

— Ничего хорошего, — коротко отвечает Алихан. — Тут рядом есть травмпункт?

— Да не надо… — пытаюсь возразить я. — Мне уже легче.

— Надо, — отрезает Алихан.

В травмпункте врач осматривает меня, говорит, что, скорее всего, ничего серьёзного, но на всякий случай лучше сделать снимок.

— Едем, — сразу решает Алихан.

— Нет, — упрямо качаю головой. — Правда, всё нормально. Я уже не чувствую боли.

Ну правда. Если бы это было что-то серьезное, боль бы не прошла так быстро.

Мы смотрим друг на друга долго. Очень. И я выдерживаю этот взгляд.

— Ты невозможная, — выдыхает он. Сдаваясь.

Ура! Маленькая победа.

— Знаю, — с улыбкой отвечаю.

Он скрипит зубами, но хотя бы не тащит в город.

Мы возвращаемся в дом уже затемно. Я устала до предела. Тело ноет, копчик немного побаливает.

Поэтому решаю, что на сегодня с меня хватит.

Ни разговоров. Ни прогулок. Ни этих натянутых улыбок за столом. Я устала так, будто меня переехал не один конёк, а весь каток целиком.

Поэтому буду отдыхать!

Алихана почти сразу утаскивает Роман Олегович — «поговорить по делу». Он хмурится, но кивает, кидает на меня короткий взгляд.

— Я скоро, — бросает.

Я только машу рукой. Если честно, мне даже легче, что он уходит. Можно спокойно побыть одной. Собраться с мыслями. Прийти в себя.

Сначала лежу, а потом понимаю, что хорошо бы принять душ перед сном.

Быстро встаю и выхожу из комнаты. Иду в ванную, благо она свободна, и закрываюсь. Раздеваюсь, включаю воду. Захожу в кабинку. Тёплые струи бьют по плечам, смывая усталость, холод, липкое напряжение этого дня. Стою под душем дольше, чем планировала. Дышу. Думаю ни о чём. Но мне и правда становится намного легче.

Выключаю воду, вытираюсь и, не заморачиваясь, заворачиваюсь в полотенце. Хочу быстро проскользнуть в комнату, одеться и лечь.

Открываю дверь.

И тут же замираю.

В коридоре стоит Дмитрий. Напротив нашей комнаты. Но, услышав шум, поворачивается. Смотрит на меня с испугом.

Он явно не ожидал меня увидеть. Секунду просто смотрит. Ошарашенно. А потом его взгляд медленно скользит вниз по мне.

По шее. По плечам, груди.

А меня будто ледяной водой окатывают. От его взгляда становится мерзко.

— Добрый вечер, Мария, — тянет он, и в голосе появляется что-то липкое.

— Добрый, — коротко отвечаю я и делаю шаг в сторону, чтобы пройти.

Но он тоже двигается. Преграждает путь.

— Мне кажется, — говорит он, не отрывая взгляда, — мы с вами где-то уже встречались…

Чувствую, как все каменеет, от страха, что он мог видеть меня на автомойке и что мы сейчас одни в коридоре. Понятно, что он ничего не сделает мне, зная, что тут его жена. Но все же даже от его взгляда мне неприятно.

— Вам кажется, — резко отвечаю я. — Дайте, пожалуйста, пройти.

Стараюсь говорить уверенно и спокойно. Но внутри все равно напрягаюсь. Полотенце вдруг кажется слишком тонким и коротким. Блин, неужели нельзя было одеться! Хотела проскользнуть незамеченной.

Мужчина моей просьбе не внемлет и даже не двигается.

— Подождите… — говорит он тихо.

И этот тон мне совсем не нравится.

Он продолжает смотреть. И от этого взгляда становится мерзко, холодно, противно до дрожи.

— Дмитрий, — снова предельно вежливо прошу я. — Пожалуйста, можете пропустить меня?

Но он, наоборот, делает шаг ближе.

И в этот момент коридор разрезает низкий злой рык:

— Отошёл от неё! Быстро!

Глава 13

13

В коридоре появляется Алихан. Его массивная фигура закрывает практически весь проем. В глазах злость, и она направлена именно на Дмитрия.

— Ты меня не понял?! — с рыком спрашивает он. И надвигается на мужчину.

И Дима наконец-то понимает всю опасность ситуации.

— Ну что уж ты, Алихан, я просто мило поговорил с твоей невестой и сказал, что она мне напоминает кое-кого…

Кусаю губу. Не дай бог он что-то вспомнит. Это будет фиаско, и у этой пары будет козырь в рукаве.

— Тебя не должен волновать вопрос, где ты мог видеть ее! — отвечает зло Алихан. — Пошел отсюда!

— А ты мне не угрожай! — неожиданно повышает голос Дмитрий. — А то мало ли как обернется…

— Сука, и все же ты меня, по ходу, не понял!

Алихан надвигается на Диму. И я понимаю, что нужно что-то делать, пока у них не завязалась драка.

— Нет! Алихан, стой! Пошли, пожалуйста, в комнату, — прошу я и быстро обхожу Дмитрия. И становлюсь напротив него.

— Не вмешивайся, кукла, он уже давно нарывается! — продолжает рычать мой спутник. Но я беру его за руку. Останавливаю. Мне нужно его успокоить.

— Нет! Ты понимаешь, что он тебя провоцирует специально? — уже тише произношу я, чтобы Дима не услышал. — Он понимает, что они ничего не получат. Специально злят… ты понимаешь?

Не знаю, действуют ли мои слова на Алихана, но он еще секунду смотрит на своего соперника, а потом делает шаг назад, выдыхает, разжимая кулаки.

— Ладно, — это уже мне, и потом Дмитрию: — Пошел на хуй!

(автор картинки Lenor)

Дмитрий криво усмехается, но всё же отступает. Не потому, что согласен, а потому, что понимает: ещё один выпад — и между ними произойдет драка, которая явно будет не в его пользу.

— Ты ещё пожалеешь об этом, — бросает он напоследок и уходит по коридору.

Я выдыхаю только тогда, когда он пропадает из поля нашего зрения.

Но облегчение длится ровно секунду.

Потому что Алихан резко разворачивается ко мне.

— Пошли, — бросает он.

— Куда? — растерянно спрашиваю.

— В комнату. Сейчас же!

Он берёт меня за запястье. Не больно. Но так, что спорить не приходит в голову. Я почти бегу за ним, стараясь не потерять полотенце и остатки достоинства.

Дверь закрывается за нами с глухим стуком.

Щёлк.

И он опять поворачивается ко мне.

В глазах злость. Можно сказать — бешенство.

— Какого хрена ты так ходишь? — резко бросает он.

Я вздрагиваю. От тона. От того, как он это говорит. С явно претензией.

— В смысле «так»? — переспрашиваю я, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. — Я шла из душа, это не специально!

— Ты была в одном полотенце, — отрезает он. — В доме, где полно посторонних мужиков.

— Я не специально! — тоже повышаю голос, потому что не понимаю, почему он меня обвиняет. — Я не планировала с кем-то сталкиваться! И уж точно не рассчитывала, что на меня будут пялиться!

Он делает шаг ко мне. Глаза тёмные, злые. Алихан не планирует останавливаться.

— Ты вообще думаешь головой? — бросает он. — Или тебе нравится, когда на тебя смотрят левые мужики?! Хочешь внимания?

А вот это уже выстрел. Сама не понимаю, как моя рука поднимается вверх и встречается с его щекой.

Машинально.

Потому что я зла.

Очень.

Он приравнивает меня к каким-то шлюхам. Хотя даже не знает меня. Я никогда не позволю себе опуститься до такого уровня, и он смеет меня обвинять!

Я вижу, как он в шоке смотрит на меня. Словно не верит, что я это сделала.

— Да пошёл ты! — вырывается у меня. — Не смей так со мной разговаривать! Я не вещь и не твоя собственность!

Он касается своей щеки. А потом усмехается. Зло. А затем делает шаг ко мне. Вынуждая отступать.

— Пока ты моя невеста, — тихо и одновременно твердо произносит он, — поэтому ведёшь себя соответствующе!

— Фиктивная, — подчёркиваю я. — Не забывай!

— Ты отрабатываешь долг! Тоже не забывай это! — рычит он в ответ.

Между нами повисает тишина. Тяжёлая. Давящая.

Он смотрит на меня ещё секунду, а потом кидает:

— Одевайся. Нас зовут к ужину.

И больше не говоря ни слова, он уходит. Тем самым ставя точку.

Дверь закрывается. С грохотом.

Я остаюсь одна.

Стою посреди комнаты, всё ещё в полотенце, и чувствую, как к глазам подступают слёзы. Глупо. Обидно. Унизительно. Я не сделала ничего плохого, но ощущение, будто меня отчитали.

Смешали с грязью.

Практически назвали шлюхой.

Вдох-выдох, Маша. Еще немного потерпеть. Еще чуть-чуть, и ты все это забудешь, как страшный сон.

Быстро одеваюсь. Даже не смотрю в зеркало. Просто хочу, чтобы этот вечер уже закончился.

Спускаюсь вниз.

За столом уже все. Я сажусь рядом с Алиханом. Он даже не смотрит на меня. Ну и хорошо.

Напряжение ощущается физически.

Ирина что-то рассказывает, Роман Олегович смеётся. Дима делает вид, что всё прекрасно. Но я ловлю взгляд Ольги.

Пристальный. Холодный. Недовольный.

Она явно знает, что произошло. Неужели ревнует? Или обижена за своего мужа, который явно все ей рассказал. И не так, как было на самом деле.

«Ещё тебя мне не хватало», — думаю я, опуская взгляд в тарелку. Еда кажется безвкусной. Или у меня просто такое настроение.

Алихан молчит весь ужин. Отвечает односложно. Наконец ужин заканчивается.

Роман Олегович поднимается первым.

— Алихан, пойдём, — говорит он. — У меня есть хороший ром. Надо обсудить кое-что.

— Я с вами, — тут же добавляет Дима. Хотя его и не звали.

Отлично.

Просто прекрасно. Не хочу сейчас находиться в одной комнате с Алиханом.

Он тем временем встаёт, даже не глядя на меня.

Мужчины уходят. Я помогаю Ирине убрать все со стола (благо она ничего не спрашивает) и иду обратно в нашу комнату.

В комнате тихо, спокойно.

Ложусь, даже не раздеваясь полностью. Укрываюсь одеялом. Сворачиваюсь в клубочек. И чувствую, как слёзы всё-таки катятся по моему лицу. Тихо.

Мне обидно, и я снова чувствую себя ненужной и униженной.

Закрываю глаза.

И почти сразу проваливаюсь в сон.

Потому что сил на этот день больше просто нет.

Утро проходит натянуто.

Мы завтракаем почти молча. Я ковыряю еду, Алихан сидит напротив, отвечает Роману Олеговичу односложно. Взгляд у него собранный, закрытый. Ни тени вчерашней злости — будто он совсем не тут, а на каком-то совещании.

После завтрака Ирина предлагает прогуляться по посёлку. Свежий воздух, красиво, снег хрустит под ногами. Все соглашаются.

Алихан делает шаг ко мне.

— Пойдём, — спокойно говорит он, будто между нами ничего не было.

Я демонстративно замедляюсь, делаю вид, что поправляю шарф, и отстаю. Пусть идёт вперёд. Мне нужно побыть одной. Подумать.

Сегодня последний день. Нашей фиктивной пары. Этой странной, нервной игры.

Завтра мы уедем. Я начну искать квартиру. Работу. Начну с нуля. И всё это закончится.

Я иду, глядя под ноги, и не сразу понимаю, что рядом со мной кто-то есть.

— Я тебя вспомнила… — раздаётся тихий голос сбоку.

Я вздрагиваю и поднимаю голову.

Ольга.

Она идёт рядом, слишком близко. Привычной улыбки нет. Взгляд перед собой.

— Вспомнила, откуда ты, — продолжает она спокойно.

У меня внутри всё замирает.

— Ты девка с мойки, — говорит она почти шёпотом. — Та самая, что драит машины.

Я останавливаюсь.

— Ты несёшь бред, — говорю я ровно, хотя сердце начинает бешено колотиться. — Ты меня с кем-то путаешь.

Она усмехается. Язвительно.

— Нет, Машенька. Я очень редко ошибаюсь. Ты — нищебродка. А никакая не невеста Алихана. Всё это — фикция.

Я чувствую, как холод проходит по позвоночнику. Нет. Это все бред…

Как она могла узнать?!

— У меня есть доказательства, — продолжает она, наслаждаясь каждым словом. — Тебя уволили, и теперь тебе некуда идти. Он подобрал тебя из жалости, чтобы ты сыграла роль.

Она делает шаг ближе.

— Но играешь ты, если честно, отвратительно. И сегодня всё вскроется.

— Ты больная, — выдыхаю я, отхожу. — Ты просто завидуешь!

— Конечно, — усмехается она и кивает на хозяев дома, которые идут дальше вместе. — Но все, все вскроется!

— Ты…

Я тянусь, хочу схватить её за руку, остановить, но Ольга резко ускоряет шаг.

— Уже поздно, — бросает она через плечо. А потом догоняет Диму, берёт его под руку, будто ничего не произошло.

А у меня в голове только одно: «Надо предупредить Алихана. Срочно!»

Я ускоряюсь. Сердце грохочет в ушах. Я почти бегу.

— Алихан! — хочу позвать.

Но не успеваю.

Ольга резко останавливается и громко, почти торжественно произносит:

— Ирина, Роман Олегович, думаю, вам стоит знать правду.

Все останавливаются. И хозяева дома тоже. Я смотрю на Алихана. Хочу хотя бы взглядом предупредить.

— Ваша идеальная пара, — продолжает торжественно Ольга, — совсем не пара.

Все замирают.

— Алихан взял эту нищенку с улицы, — продолжает она. — Они играют фиктивную пару, чтобы получить вашу землю.

Тишина падает мгновенно.

Я в панике смотрю на Алихана. Он стоит спокойно. Ни злости. Ни удивления.

Роман Олегович медленно поворачивается к нему.

— Это правда? — спрашивает он жёстко.

Глава 14

14

Все смотрят на Алихана. Я чувствую, как начинаю дрожать от страха. Теперь все всё знают.

Быстро соображаю, что делать. Ведь доказательств нет! Можно сказать, что это ошибка! Уже хочу открыть рот, но тут начинает Алихан. Спокойно.

— При всем своем уважении, Роман Олегович и Ирина, но мне реально заебал этот цирк. Да, Дима и Ольга правы. Мы не помолвлены и даже не пара. Я заставил Машу подыграть мне, не думал, что все так выйдет, — спокойно произносит он, глядя на них. — Хотел получить землю, ведь вы любите повторять про семью и эти семейные ценности. А я не верю в них. У меня был довольно плохой опыт, когда меня предали, и я в это все уже не верю. Но не будем об этом.

Потом он переводит взгляд на меня. Уверенный и даже успокаивающий.

— И да, даже если мы не пара, — потом он переводит взгляд на парочку, и его тон становится более грубым, — я не позволю унижать Машу! Ни в какой форме! Поэтому завалили свои поганые рты! Или это сделаю я!

— Но… — хочет возмутиться Ольга, но ее неожиданно останавливает Роман Олегович.

— Ольга!

— Рад был погостить у вас, Роман Олегович, но мы уезжаем, — продолжает Алихан. Потом кивает и идет ко мне.

А я так и стою, ошарашенно раскрыв рот, и не верю до конца, что это происходит. Что мужчина берет меня за руку и тянет за собой. Под ошеломленные взгляды парочек. А я иду, чувствую, что ноги словно ватные.

Мне хочется броситься к нему и наорать. Спросить, что он натворил! Ведь мы практически победили! Земля бы была у него. А он рассказал правду и заступился за меня…

Мы отходим от всей компании на несколько шагов, и только сейчас я начинаю нормально дышать. В груди всё колотится, в ушах звенит, пальцы леденеют — то ли от холода, то ли от того, что только что произошло.

Но меня все равно прорывает.

— Зачем ты это сказал?! — спрашиваю я, когда мы отходим на достаточное расстояние. — Зачем, Алихан?! Они ведь… они ведь, получается, выиграли!

Он идёт, ещё шаг, будто не слышит. Потом резко останавливается и поворачивается ко мне.

Лицо не выражает никаких эмоций.

— Мне уже похрен, — говорит он глухо. — Я реально устал от этого цирка.

— Но ты же… ты ради этого всё затеял! — голос начинает дрожать. — Ради земли, сделки!

И тут он наконец-то проявляет эмоции — холод.

— Да, но я тебе уже сказал, меня заебал этот цирк. И я не позволю смешивать тебя с грязью, — произносит он медленно, жёстко. — Никому. Поняла?

От этих слов в горле встаёт ком. Потому что это звучит нереально. С учетом того, что произошло вчера.

— Тебе, значит, можно, а другим нельзя? — вырывается у меня само собой. Да, я до сих пор зла и обижена на него из-за вчерашнего. Его злость и то, как он кинул: «Какого хрена ты так ходишь?» — нескоро удастся забыть.

Алихан замирает.

Секунда — и я вижу, как у него ходят желваки. Он будто переваривает мои слова, а потом медленно делает шаг ко мне. Сокращая между нами расстояние.

Встает близко.

Слишком.

Возвышаясь. Заставляя запрокинуть голову и смотреть на него.

— Мне тоже нельзя, — произносит он хрипло. — И да, я вчера переборщил. Признаю.

Я моргаю. Неожиданно, что он признался в этом. Сам…

Он подходит ещё ближе, и от его тепла по коже снова бегут мурашки — злые, нервные, неправильные.

— Меня выбесило, как на тебя смотрел этот ублюдок, — продолжает он, в голосе металл. — И… эти странные эмоции, которых я давно не испытывал...

Он делает паузу. Смотрит прямо в глаза. Не отводит взгляда.

— И это, блядь, пугает, — добавляет он.

Я опять замираю. В ушах его слова о том, что это пугает. Что он имеет в виду? Ловлю его взгляд — тяжёлый, внимательный. И он смотрит на меня, не как на «куколку» и не как на инструмент, а… иначе.

Молчание тянется.

Я не нахожу слов.

Никаких.

Ни дерзких, ни колких. Потому что это не по плану.

То, что происходит между нами… явно уже не игра…

Алихан еще минуту смотрит на меня и, не дождавшись моего ответа, бросает.

— Пошли, Маша. Спектакль окончен.

Он берёт меня за руку и тянет к дому. Я послушно иду, хотя ноги ватные, а внутри полный хаос.

Мы садимся в его машину, которая стоит на улице. Он заводит двигатель, и салон наполняется горячим воздухом.

Я сижу и пытаюсь собрать мысли в кучу. Слишком много эмоций, слишком много всего за последние дни. Смотрю в окно, но ничего не вижу. Снег, деревья, двор — всё будто в тумане.

Проходит несколько минут, и к машине подходят Роман Олегович и Ирина. Димы и Ольги нет.

Алихан выходит и подходит к Роману Олеговичу. Они о чем-то говорят. Я не слышу о чем, но по лицу мужчины вижу: он явно недоволен. Ирина стоит рядом, напряжённая, но молчит.

Алихан отвечает коротко. Кивает. Потом они вместе заходят в дом.

Я остаюсь в машине одна и сглатываю. Мне становится противно от самой себя. От того, что всё это, по сути, произошло из-за меня…

Через несколько минут дверь дома открывается. Алихан выходит с нашими вещами. Мой чемодан, его сумка, ещё пакеты. Молча кидает всё в багажник, обходит машину и садится за руль. Лицо всё такое же жёсткое.

— Что они сказали? — спрашиваю я.

Он выезжает со двора и только потом отвечает, не глядя на меня:

— Негодуют, что мы соврали. Но ничего. Переживут.

Мне становится ещё хуже. Ведь если бы Дима и Ольга не видели меня тогда на мойке, ничего бы не было. Роман Олегович и Ирина ничего не узнали бы. Становится особенно стыдно перед Ириной. А ведь женщина была так добра ко мне…

— Прости… — выдыхаю я. — Это всё из-за меня. Я и правда… не слишком подходящая…

Я даже не успеваю закончить.

Алихан резко бросает на меня взгляд. Жёсткий. Опасный.

— Чтобы я больше этого не слышал! — рычит он. — Поняла?

Ошарашенно смотрю на него. Но решаю не спорить.

Мы выезжаем на трассу. И почти сразу начинается метель.

Едем молча.

А метель усиливается с каждой минутой. Снег бьёт в лобовое стекло, фары выхватывают только белую стену. Машину слегка ведёт. И я чувствую, как внутри уже паника, оттого, что на дороге почти ничего не видно. Смотрю на Алихана, который держит руль обеими руками и явно напряжен. И его напряжение передается мне.

— Дорога все хуже, — наконец говорит он. — Ветер усиливается, и сейчас еще темнеть начнет. Нам ещё часа два ехать.

— И… и что делать? — спрашиваю, обнимаю себя руками.

— Надо остановиться и переночевать, — продолжает он. — Иначе рискуем слететь с трассы.

— Хорошо, — тихо отвечаю.

Я согласна. Не хочется рисковать ради нескольких часов.

Через несколько минут в свете фар появляется вывеска заправки, а рядом — маленький мотель.

Алихан съезжает с дороги и останавливается. Мы выходим и идем в сторону здания. Заходим, за стойкой импровизированного ресепшена сидит пожилой мужчина, лениво листает журнал.

— Здравствуйте, два номера, — говорит Алихан. — Любых.

— Добрый вечер. Остался только один, — отвечает тот, пожимая плечами. — Двухместный. Народу много, метель, никто не хочет рисковать.

Мы переглядываемся. Опять с ним вдвоем…

— Берём, — кивает твердо Алихан.

Мужчина оформляет, проводит предоплату и достает ключ.

Мы берем вещи и поднимаемся на второй этаж. Номер небольшой. Чистый. С одной большой кроватью.

И да, мы опять вдвоем на одной кровати. Но я ничего не говорю. Лучше и правда перебдеть.

Когда дверь в комнату закрывается, я понимаю, как сильно устала. Алихан бросает ключи на тумбочку и смотрит на меня.

— Иди первая в душ, — говорит он спокойно. — Тебе нужно согреться.

Я киваю. Спорить не хочется. Сейчас вообще не хочется ни спорить, ни думать.

— Хорошо.

В ванной тепло. Пар быстро наполняет маленькое помещение. Я стою под струями, закрыв глаза, становится легче. Напряжение постепенно спадает.

Выхожу и понимаю, что забыла вещи! Дура! Опять на те же грабли!

Приходится туго завернуться в полотенце. Быстро сейчас выйду, возьму вещи — и обратно!

Выдыхаю и выхожу. В комнате темно. Только ночник на тумбочке освещает пространство.

Алихан стоит и смотрит в окно. Но как только слышит мои шаги, оборачивается.

Взгляд скользит по мне.

Медленно.

— Ты опять… — усмехается он тихо.

— Сейчас переоденусь, — торопливо говорю я, делая шаг в сторону сумки. — Забыла… я просто не привыкла… сейчас…

Чувствую, как краснею. Дура! Дура! Дура!

— Не надо! — неожиданно произносит он.

Я замираю.

— Что?… — ошарашенно спрашиваю. Может, мне послышалось…

Он делает шаг ко мне. Потом ещё один. Медленно. Без спешки. Слово хищник, который знает, что добыча всё равно будет его.

— Мне нравится, — говорит он низко. И подходит близко ко мне. Слишком.

Сердце начинает биться быстрее. Я ощущаю его горячее дыхание.

— Алихан… — шепчу я, даже не понимая, предупреждение это или просьба.

Но его руки уже касаются моей голой кожи. Горячие пальцы проходят по ключице, вызывая табун мурашек.

— Ты же сама этого хочешь, Маша, — произносит он хрипло, словно змий-искуситель.

Я не отвечаю.

Но это громче любых слов.

И он действует.

Он наклоняется и целует меня. Резко. Жадно.

Руки сжимают мои бедра. Прижимая к крепкому мужскому торсу. Но я не отстраняюсь — наоборот, цепляюсь пальцами за его плечи, словно могу упасть.

Полотенце соскальзывает с моего тела…

Глава 15

15

Он продолжает жадно целовать меня. Кусая губы. Вызывая у меня стон. Который он проглатывает.

Алихан отрывается на мгновение. Взгляд становится темнее, опускается вниз, по моему обнаженному телу. Останавливается на груди, ведет дальше…

— Охуенная, кукла, — его голос низкий, хриплый от желания.

По моему телу опять бегут мурашки. Хочется прикрыться. Но он не дает. Подхватывает мои бедра. Сжимая. Губы находят мою шею. Прикусывая нежную кожу. А я ощущаю, как внизу живота становится влажно.

Я тоже хочу этого мужчину.

Через несколько секунд я чувствую спиной прохладный матрас. Он кладет меня. Отрываясь.

— Согни ноги, — приказывает он. — Раскройся. Хочу тебя видеть!

У меня горят щеки, но я все равно это делаю: бесстыдно раздвигаю ноги и остаюсь перед ним полностью обнаженная.

Он усмехается. И начинает раздеваться сам.

Я вижу, как он срывает с себя свитер. Как при свете одной-единственной лампы переливаются его рельефные мышцы, идеально очерченные кубики пресса... Он расстегивает брюки и стягивает их вместе с боксерами вниз.

Сглатываю.

В этот раз я бесстыдно смотрю на его член. Крупная головка направлена на меня.

Ощущаю, как во рту все пересохло, а внизу живота начинает пульсировать. Я хочу его. Хочу почувствовать в себе…

Тем временем Алихан достает из кармана брюк темный квадратик. Разрывает упаковку зубами. И растягивает латекс по всей длине. И я слежу за каждым его движением.

Потом он идет ко мне. Словно хищник. Кровать продавливается, и он нависает надо мной.

— Хочешь меня, Маша? — спрашивает он. Ладонь ложится на мой подрагивающий живот.

Я чувствую, как от его тела идет жар.

— Ты знаешь, у тебя охуенная грудь… — хрипло произносит он, наклоняясь, и берет один из сосков в рот, немного сжимая зубами, заставляя меня вздрагивать всем телом.

Тем временем его пальцы скользят ниже по животу. Туда, где уже все влажно.

Он еще шире раздвигает мои бедра. Раскрывая для себя.

Я уже давно не девственница, но тело все равно дрожит. А сердце стучит от волнения так, словно этой мой первый раз.

Он отрывается от моей груди. Приподнимается на локтях и встает медленно у моих ног. А через секунду я чувствую, как он входит в меня, давя на вход.

— Смотри на меня, Маша! — рычит он, беря меня за шею, и одним резким толчком входит до самого конца.

— А-а-ах! — вырывается из моего рта. Тело выгибается дугой. Пальцы сжимают простыню.

Он большой. И растягивает меня практически до боли.

— Блядь! — рычит он, замирая во мне. — Ты пиздец узкая…

— А ты… большой, — шепчу я, чувствуя, как постепенно боль отступает. — Очень…

— Сочту за комплимент, — усмехается он.

Он начинает двигаться. Сначала медленно, выходя практически до самого конца, а потом резко погружается на всю длину. И так снова и снова…

Каждый его толчок заставляет меня выгибаться. Чувствую, как он заполняет меня до предела, растягивая.

— Да, бля… вот так! — рычит он, находя определенный ритм.

Комната заполняется моими стонами и влажными шлепками. Мне хорошо. Хорошо как никогда.

Алихан тянет руку и сжимает мою грудь. До боли. И это приятная боль. С каждой секундой толчки становятся все более быстрыми. Он уже не сдерживается и входит в меня до упора.

— Сука, сводишь меня с ума! — хрипит он, ускоряясь.

Мужчина наклоняется. Руки по обе стороны от моей головы. Я уже не сдерживаюсь. Цепляюсь за его мощные плечи, чувствуя, как с каждым толчком нарастает давление внизу живота.

Он тоже чувствует это. Рука опускается на мою шею, сжимая. Перекрывая кислород.

— Кончишь только со мной! — приказывает он, продолжая совершать последние толчки. — Кончай!

И волна удовольствия накрывает меня с такой силой, что мир словно уплывает. В глазах темнеет. Ртом жадно ловлю воздух.

Сжимаю его член внутри, и мужчина издает рык. Его тело напрягается, а затем он тоже кончает, изливаясь.

Наваливается на меня. Мы тяжело дышим, приходя в себя. Все влажные. Я слышу, как громко бьется его сердце, в унисон моему. Тело словно желе. Я думаю, что на этом все. Но через несколько минут он встает с меня. А потом его руки ложатся на мои бедра и он резко переворачивает меня на живот.

— Мы еще не закончили! — с рыком произносит он, раздвигая и приподнимая мои бедра, надавливая на спину, заставляя прогнуться.

Кончик члена опять у входа, и он входит опять до упора. Заставляя сладко застонать.

Его ладонь ложится на мои бедра, сжимая. И я знаю, завтра там обязательно останутся синяки. Он удерживает меня, продолжая входить. Сразу же увеличивая ритм.

— Бля, как же хорошо…

Его толчки отдаются глухими шлепками его бедер о мои ягодицы. Я стону, комкая простыню. Чувствую, как мышцы ноют в болезненном удовольствии.

Не знаю, сколько это длится.

Он берет меня снова и снова.

Кончаю столько раз, что под конец у меня просто дрожат ноги, а тело словно в невесомости.

Последний оргазм — и я просто вырубаюсь. Чувствую сладкую негу и то, как он укрывает меня одеялом и прижимает к своему твердому, горячему телу.

Утром просыпаюсь первая. Погода утихомирилась, и даже выглянуло солнце. А я смотрю на мужчину. Чувствую, как щемит в груди, а на глаза наворачиваются слезы. Потому что я понимаю, что мы не сможем быть вместе.

Мы слишком разные.

У нас разные социальные статусы.

И да, теперь я не верю в историю Золушки. Она закачивается рано или поздно. Оставляя горькое разочарование. А я больше не хочу испытывать это унижение и боль. Было. Проходили. Больше не позволю.

Хотя где-то внутри понимаю, что я не до конца честна с собой и Алихан не Коля…

Но все равно не хочу.

Не сейчас точно.

Через некоторое время мужчина просыпается и смотрит на меня.

— Доброе утро… — хрипло произносит он. Вижу, как его рука инстинктивно тянется ко мне, но останавливаю.

— Не нужно, — бросаю холодно.

Отодвигаюсь от него.

Я вижу, как в его глазах появляется непонимание.

— Маш… — хмуро произносит он. Но я уже встаю.

— Отвези меня домой.

Глава 16

16

Мы едем домой. Молча. Напряжение так и сквозит между нами. После того как я попросила Алихана отвезти меня домой, мы не разговаривали. Молча собрали вещи и поехали, благо метель утихомирилась и можно спокойно ехать дальше.

Заезжаем в город. Хочу напомнить адрес Леры, но он сам едет в правильном направлении. Значит, помнит, откуда меня забирал.

Через несколько минут подъезжаем к подъезду. Смотрю на знакомый двор, и словно в другой жизни все это было. Хотя всего лишь четыре дня прошло. Но они были очень насыщенными и очень сильно пошатнули мою жизнь. Надо опять возвращаться в реальность.

— Спасибо, — хрипло говорю я, наконец-то разрывая нашу тишину. — Я что-то тебе должна?

— Нет, — резко отвечает он.

— Хорошо, — киваю. Уже хочу выйти, но он хватает меня за локоть, останавливая. Поворачиваюсь и удивленно смотрю на него.

— Маша, — хрипло произносит он. Взгляд серьезный, даже, можно сказать, злой. Секунду он смотрит на меня, а потом продолжает: — Ты можешь звонить мне, если тебе понадобится хоть какая-то помощь. В любое время.

Смотрю на него. Серьезно? Я так хорошо играла, что он решил оставить мне чаевые?

— Спасибо, но вряд ли мне что-то понадобится, — качаю головой. Отворачиваюсь.

— Маша! — Теперь в его голосе сталь. Он явно недоволен, а я недовольна тем, что он останавливает меня. Потому что мне и так почему-то горько в душе. Хотя я все сделала правильно.

— Я сказала спасибо! Но можешь меня отпустить… пожалуйста, — добавляю уже тише.

Секунда. Потом он шумно выдыхает. И я чувствую, как хватка на локте исчезает. Берусь за ручку двери. Тяну от себя и выхожу.

Поворачиваюсь в последний раз.

— Спасибо и всего доброго!

Потом беру свои вещи и, больше не оборачиваясь, иду в сторону подъезда. Чувствую, как он смотрит. И только когда вхожу и железная дверь закрывается за мной, выдыхаю, разрешая себе больше не сдерживаться.

Поднимаюсь на третий этаж, как во сне. Лифт тут есть, но мне нужно… не знаю... Выдохнуть. Прийти в себя. Проглотить этот ком, который стоит в горле с того момента, как я захлопнула дверь машины.

Останавливаюсь у двери Леры. Нажимаю на звонок. Надеюсь, подруга дома. Я ведь даже не предупредила.

Секунда, и я слышу шаги, щелчок замка, и дверь открывается. На пороге стоит Лера. Немного растрепанная, сонная. Смотрит на меня, в глазах удивление, а потом она произносит громко:

— Маша! Наконец-то! Ты где была?! Ты вообще в своём уме? — начинает сыпать вопросами. — Я уже…

— Пустишь? — перебиваю я хрипло. — Я… не хочу на пороге…

Лера сразу же замолкает.

— Конечно, конечно. Заходи, — она отступает, даёт мне пройти.

Вхожу. Ставлю чемодан. И как только дверь захлопывается — всё, я не выдерживаю.

Слёзы сами начинают катиться по щекам. Горькие, неприятные. Я пытаюсь вытереть их ладонью, но только размазываю по лицу.

— Эй, эй, — Лера тут же притягивает меня к себе, крепко обнимая. — Маш, ну всё… всё… ты дома. Ты в безопасности. Дыши. Дыши, слышишь?

Я всхлипываю. Упираюсь лбом ей в плечо. Да, я наконец-то дома, но от этого не легче.

— Что случилось? — мягко спрашивает она, когда я чуть успокаиваюсь. — Рассказывай давай все. С самого начала!

Киваю, вытирая лицо. Снимаю куртку, а потом мы проходим на кухню, чтобы не пугать сына подруги, который играет в соседней комнате.

Лера ставит передо мной чашку чая. И я начинаю рассказывать.

Все с самого начала.

Про Николая. Про то, как после ресторана я попала в аварию. Про Алихана. Про эту чёртову роль, и что мне пришлось играть ее в эти выходные. Рассказываю, как нас потом раскрыли и Алихан сам признался. Потом мы уехали, но пришлось заночевать в мотеле. Про ночь, от которой у меня до сих пор по телу бегут мурашки. Как он довёз меня сюда и сказал, что я могу позвонить ему, если буду проблемы, а я… я отказалась, потому что гордость и потому что страшно.

Я говорю долго. Сбивчиво. Местами замолкаю, потому что голос ломается. Лера слушает молча, только брови хмурятся всё сильнее и сильнее.

Когда я заканчиваю, на кухне повисает тишина.

Каждый думает о своем. А я чувствую, что мне стало немного легче. Лера теперь тоже знает и явно скажет мне, что делать и как забыть, но она произносит совершенно другое:

— Ну и дура! — выдаёт она.

Я даже сначала не понимаю.

— В смысле? — спрашиваю я.

— В коромысле, — Лера упирает руки в бока и недовольно смотрит на меня. — Видно же, что мужику ты небезразлична! А ты нос воротишь, как принцесса на горошине!

— Лер… — я нервно усмехаюсь. — Ты понимаешь, что мы не пара? Что это всё было… фиктивно? Кто я и кто он?

— А кто ты? — резко спрашивает она. — Скажи мне. Кто ты, Маш?

— Ну… — я теряюсь от своего же вопроса. — Я…

Никто теперь, хотя это не совсем так.

— Вот! — она стучит кулаком по столу. — Ты опять! Уже, наверное, себя в «деревню» записала, да?! Послушала своего Николая — тупого козла?!

Вздрагиваю. Ведь так и есть. Хотя сама говорю, что это совершенно не так. Но те слова задели глубже, чем я думала.

— Он… он же прав в чём-то, — тихо отвечаю, опуская взгляд. — Я правда… не уровня этого мужчины…

— Нет! — Лера даже не даёт мне договорить. — Твой бывший — идиот и осёл! И ещё кучу эпитетов могу добавить, но тут ребёнок, так что держусь. И он кардинально отличается от мужчины, о котором ты мне рассказала. Твой Колька просто нашёл богатую дуру с папой-магнатом и решил, что теперь он король мира. Да он без тебя даже автомойку бы не вытянул! В первый месяц сдулся бы!

Я молчу. Хочется верить, что она права и я все это накручиваю. Лера наклоняется ко мне ближе, заглядывая в глаза.

— Маш… — говорит она уже мягче. — Я видела, как ты пашешь. Я знаю, какая ты. И если этот Алихан такой, как ты говоришь… то ему реально похрен, откуда ты и кто ты по бумажкам. Понимаешь? Это у Николая ты была «никто». А у этого мужика… другое.

— А если я себе просто придумала? — шепчу я. — Он же… грубый. Властный. Он мог просто… Привык получать всё, что хочет.

— Может, — пожимает плечами Лера. — Но ты сама сказала: он мог бы выиграть землю и промолчать. А он встал и всё признал. Ради чего?

У меня снова начинает щипать глаза.

— Я не хочу, чтобы мне опять сделали больно и вытерли об меня ноги, — выдыхаю я.

— Я понимаю, — Лера кивает. — Но не дай козлу из прошлого перечеркнуть твою будущую жизнь. Поняла?

Не отвечаю.

Но внутри становится чуть легче.

Так проходят три дня.

Я почти не встаю. Лежу на диване, смотрю в потолок, листаю телефон, смотрю смешные рилсы, хотя мне не до смеха.

Аппетит пропадает. Лера пытается меня растормошить, но я словно пустая. Апатия накрывает так, будто меня вынули из жизни и поставили на паузу.

Наверное, это и есть тот самый откат. Когда держалась-держалась, а потом всё рухнуло.

На четвертый день я наконец говорю себе: «Хватит!»

Встаю.

Умываюсь.

Собираю волосы, сажусь за ноутбук и открываю объявления по аренде квартир.

Цены перед праздниками — ад. Просто ад.

Я уже почти опускаю руки, когда мне попадается объявление.

«Срочно. Сдам квартиру. Центр, недорого. Нужен человек, который будет поддерживать чистоту. Хозяин уезжает».

Я даже не верю.

Пишу сразу. Потом созваниваемся.

Через час я уже еду смотреть. Потому что не верю в такую удачу. И что это реально. Может, картинки отфотошопленные?! Но нет. Все как на фотографиях. Маленькая уютная квартирка. Светлая. Реально в центре. Хозяин — мужчина лет пятидесяти — суетится, объясняет, что уезжает на неопределенный срок и ему нужно, «чтобы просто жили и не устраивали тусовок и погромов, всё».

Цена… смешная.

— Я согласна, — говорю я не раздумывая. — Могу предоплату прям сейчас дать!

Я выхожу оттуда с договором и ключами и впервые за долгое время чувствую: всё не так страшно. И вообще, жизнь налаживается!

Следующий пункт — работа.

Я составляю резюме, рассылаю в несколько компаний. Даже не надеюсь на быстрый ответ. Но в тот же день мне приходит приглашение на собеседование.

Соглашаюсь, и правда ни на что не надеясь.

И самое странное: меня берут! Сразу, без танцев с бубном. Как будто так и должно быть.

Я сижу вечером на новой кухне, в пустой квартире, с чашкой чая и ощущением, что жизнь начинает складываться.

И вроде бы надо радоваться.

Но внутри странная мысль: «Слишком много совпадений…»

Слишком удачных.

Глава 17

17

Алихан

Все вроде бы нормально. Да, землю, я не получил. Но стало похрен уже. Я все же не клоун и опускаться до уровня уебка Димы не хочется. Надо было сразу об этом подумать. Но включился какой-то азарт и принципы. И к чемувсе привело?

Теперь я сижу и думаю, что делать дальше. Как подступиться к женщине? Смешно. Они раньше сами вешались на меня. Помани просто пальцем — и она сама прибежит. А сейчас что? Мне приходится думать о том, что сделать, чтобы Маша мне позвонила.

Стала зависима от меня.

Реально смешно, бля.

Докатился.

Кукла и правда ничего не хочет. Понимаю, что изначально наши отношения пошли по одному месту. Признаю, шантаж не самый лучший вариант понравиться девушке. Но изначально я и не думал об этом. Не думал, что зацепит так. Что захочу продолжения. И буду думать каждый день о том, как подступиться.

Короче, уже неделю меня все раздражает. В один момент хочется наплевать на все и приехать к ней, просто схватить и сказать, что все, теперь она моя женщина — и точка! Но потом рациональная часть говорит, что так можно сделать еще хуже и, возможно, еще больше оттолкнуть.

Вот так, бля, и живем.

— Алихан Тамерланович, к вам тут пришли, — слышу я голос Люды по громкой.

— Кто? — слишком нервно спрашиваю.

Бля, успокойся уже!

— Роман Олегович, — отвечает Люда.

И я немного охуеваю. Думал, мы уж не свидимся, после того что произошло. И вообще, окажусь в списке нежелательных партнеров. Но, похоже, я где-то ошибся.

— Пусть войдет, — разрешаю. Встаю, чтобы поприветствовать его.

Мужчина входит, все с такой же дружелюбной улыбкой. И я опять напрягаюсь. Серьезно, что-то не вяжется у меня.

— Рад видеть тебя, Алихан, — произносит он и сам тянет руку для рукопожатия. Отвечаю.

— Здравствуйте Роман Олегович, — киваю. — Какими судьбами?

Решаю не ходить вокруг да около. Потому что мне реально все это странным кажется.

— Да вот, насчет земли пришел. Когда будем договор подписывать? — спрашивает он.

И вот тут я еще больше охуеваю.

— В смысле… вы продаете ее мне?

— Ну а кому же еще? — усмехается он. — Ты хороший кандидат. Херню не построишь уж.

Серьезно?

Я в ахуе!

— Кхм… я, конечно, рад этому, — начинаю. — Но немного не понимаю, с чего вдруг. Вроде Дима был идеальным кандидатом.

— Дима… скользкий тип, — морщится Роман Олегович. — Он мне никогда особо не нравился. Ты более надежный и прямолинейный в этом плане. А насчет того, что произошло...

Он делает паузу и опять улыбается.

— Знаешь, вы были даже не парой. Но от вас веяло таким настоящим огнем, что многие супружеские пары могут только позавидовать, — говорит он, опять удивляя меня. — Вы были живыми, и между вами была химия. Было интересно наблюдать за вашим взаимодействием. И то, что ты признался и заступился за Марию, о многом говорит.

Смотрю на мужика и понимаю: не врет. Искренне говорит, и это пиздец как приятно на самом деле. Они увидели фальшь уебка Димы. А значит, для меня ничего не потеряно.

Химия между нами? Да, есть, сильная. Потому что, стоит признать, меня тянет к этой девочке. Как никогда не тянуло к другим. Даже к своей сбежавшей невесте я такого не испытывал.

И это реально пугало. Злило. Что я даже тогда сорвался, о чем жалею.

— Так что? Когда организуем сделку? Хочу все до праздников сделать, — выводит меня из мыслей Роман Олегович.

— Можно, сейчас позову своих юристов, — киваю и даю указание Люде.

Через пятнадцать минут мы вовсю обсуждаем сделку. Намечаем дату. А потом отпускаем юриста и просто разговариваем.

— Так что у вас с Машей сейчас? — интересуется Роман Олегович. — Общаетесь?

— Бля, да как сказать, — вздыхаю. — Сложно все…

— И что же там такого сложного? — вопросительно смотрит он на меня.

Рассказываю все с самого начала. Конечно, без подробностей, но суть объясняю.

— Эх, молодёжь! Только и ищете проблемы из-за мелочей! — качает он головой.

— Да, бля, не хочу давить на нее! — злюсь, сам не зная на кого. — И так, по сути, шантажировал, и сейчас опять…

— А кто сказал, что опять-то? Ты нормальные отношения должен предложить, — отвечает Роман Олегович.

Смотрю на него.

— А если не захочет? — потому что такой вариант точно есть. — Она ясно дала понять, что больше ничего не хочет.

— Слышал поговорку? — усмехается он. — Когда женщина говорит «нет», это значит «да».

Смотрю на него. Слышал, но всегда считал это бредом. Да и вообще не слишком задумывался.

— То есть на самом деле она хочет?

— Конечно! — кивает Роман Олегович. — Поэтому дурью не майся. Бери ее в охапку — и в берлогу. Потом она сама «да» много раз скажет. Поверь моему опыту, — и он подмигивает.

Усмехаюсь. Неужели все так просто, оказывается?

— Ну ладно, спасибо, попробую.

— Ну и отлично, жду вас потом вместе к нам, — мужик встает. — Моей Иринке твоя Маша понравилась, хорошая девочка.

Ну, это бесспорно.

— Хорошо, будем, — твердо произношу.

Мы прощаемся. А потом я решаю, что нужно действовать. И так заебался ждать.

— Люд, отмени все дела на сегодня, — говорю секретарше и сам собираюсь.

— Но… у вас еще…

— Все, я сказал! Сегодня для всех меня нет!

Сегодня я есть только для одной. Которая решила, что нам не по пути.

Но нет, куколка, очень даже по пути, и я тебе это сегодня буду доказывать. Много, много раз…

Собираюсь. Не беру водителя и еду сам. Да, я знаю, где она живёт. В каком-то смысле я сам поселил её в этой квартире. Случайность? Я надеюсь, что она так поняла. И по поводу работы тоже договорился. Я хотел, чтобы хотя бы тут у нее было всё хорошо, так как знаю, что она переживает. И это самое малое, что я мог для нее сделать.

Дорога занимает десять минут. Что тоже очень удобно. И вот я у ее подъезда. Хороший комплекс, а главное — охраняемый.

Захожу без каких-либо препятствий. Поднимаюсь на ее этаж. Внутри тревога и одновременно предвкушение. Бля, надо было раньше, только время потратили.

Подхожу к двери, звоню.

Сначала ничего не слышу. Неужели нет или вышла куда-то? Но через несколько секунд слышу шаги. А потом дверь открывается.

Она на пороге. По глазам вижу: не ожидала.

Рассматриваю. Немного растрепанная, в домашней футболке и шортиках. Вроде ничего сексуального. Но, бля, заводит не на шутку. Так что член каменеет и в штанах становится тесно.

— Ты… — хрипло произносит она, а я уже делаю шаг к ней. Так что ей приходится отступить.

Пахнет чем-то домашним. Пирогом. Неужели готовит? Хочу позже попробовать, когда утолю свой основной голод.

— Ты мне не позвонила, — произношу и делаю еще шаг вперед. Тесню ее к двери.

— У меня нет проблем, — отвечает хрипло, смотря на меня.

— Хочешь, чтобы они появились? — усмехаюсь. И прижимаю ее к стене. Ставлю руки по обе стороны от ее головы. Загоняю в ловушку.

— Ты опять… — опять хочет возмутиться, но я не даю.

Беру ее за подбородок, сжимая.

— Нет, ты будешь со мной по доброй воле! И я больше не намерен ждать!

Больше не даю ей ничего сказать. Впиваюсь в пухлые губы. Рычу, чувствую опять этот вкус.

Хочу эту куклу.

Как никогда не хотел.

Беру ее за попку. Прижимая к холодной стене. Нахожу грудь. Сжимаю через ткань футболки. Она без лифчика и идеально помещается в моей руке.

Сука, идеальная женщина, созданная для меня. Сжимаю, чувствую, как между пальцами твердеет сосок.

Глотаю ее стон. Отрываюсь от ее губ. Смотрю. Она опять хочет что-то сказать. Но не даю.

— Молчи! — рычу, спускаюсь ниже, к шее, оставляя влажную дорожку. — Больше никаких разговоров! Всё, что ты сегодня получишь, — это мой член в тебе!

Добираюсь второй рукой до ее шортиков. Грубо собираю ткань и тяну ее вниз. Практически разрывая. Девочка вскрикивает, больше от неожиданности. А мои руки уже ныряют в ее трусики. Чувствую, что она уже намокла.

Ее заводит эта грубость.

Моя девочка.

— Уже течешь, — усмехаюсь и вхожу в нее сразу двумя пальцами, надавливая на клитор. И она выгибается, протяженно стонет. Красиво. Не наигранно.

Имитирую толчки. Хотя у самого уже скоро от напряжения яйца лопнут.

Поэтому больше не хочу ждать. Быстро расстегиваю брюки. Спуская их вместе с боксерами. Убираю пальцы и прижимаюсь к ее входу. И одним резким толчком вхожу в нее до самого конца.

Девочка вскрикивает, царапая мои плечи, а я матерюсь. Потому что она опять сжимает меня практически до боли. И это, бля, приятная боль. Замираю на секунду, чтобы привыкла.

А потом начинаю выходить, чтобы в следующий момент опять вогнать глубоко в нее.

— Ты моя! — рычу я, ускоряя темп. — Вся моя! Чувствуешь, как я глубоко в тебе?

Мои бёдра бьются о её плоть, каждый толчок создает пошлые звуки, которые заполняют квартиру. Наше дыхание смешивается. И это опять на грани удовольствия. Раньше для меня секс был механикой, так, спустить пар. А сейчас все по-другому, с ней. Потому что хочется ее, постоянно. Вот так любить и смотреть, как ей охуенно. Как стонет на мне. Выгибается.

Маша.

Моя девочка.

Одной рукой держу её за бедро, продолжая входить. Другой снова нахожу её грудь, сжимаю сосок между пальцами. И чувствую, как она сжимает меня. Подходя к пику.

— Кончай! — приказываю я, чувствуя, что сам уже на грани.

Ускоряюсь ещё сильнее, темп становится яростным, почти животным. Моя рука скользит по ее бедру. Сжимаю. Хочу оставить на ней свои следы.

Наклоняюсь к ее шее, прохожусь зубами по нежной коже, там, где бьется пульс, оставляя метку.

— Скажи, чья ты! — требую я, вгоняя глубоко в неё член.

Но она только бессвязно мычит, жадно хватая ртом воздух. Нет, меня это не устраивает.

Я выхожу из нее почти полностью и снова вхожу, медленно, мучительно, заставляя прочувствовать каждый сантиметр. Не даю дойти до пика.

— Скажи! — требовательно повторяю. Проделывая так снова и снова. Не даю ей кончить.

— Твоя… — наконец вырывается у неё сдавленный шёпот.

— Громче!

— Твоя! — почти кричит она, и её тело содрогается в удовольствии.

Кончаю вместе с ней, уже ментально. А потом довожу себя до удовольствия. Миную сопротивляющиеся мышцы и следую за ней.

Прижимаюсь к стене.

Выдыхаю в ее волосы. Чувствую, как темнеет в глазах.

Блядь. Хорошо, с ней!

— А я думала, сначала разговаривают, а потом уже… — нарушает она первая тишину.

Усмехаюсь. Отрываюсь от нее. Выхожу.

— Как оказалось, разговариваем мы не всегда хорошо, — усмехаюсь я. А потом подхватываю ее под попку и несу в спальню.

— Ты… — она хватает меня за шею и опять прижимается. Ох, чувствую, что скоро нужно будет делать второй заход.

Заваливаемся на ее постель. Я — на спину, она — на меня.

— Вот сейчас можно поговорить, — выдыхаю и смотрю на нее. Взлохмаченная после секса. Мм… одно удовольствие.

— И о чем мы будем говорить? — хмурится она.

— О чем хочешь. Главное, чтобы ты поняла, что больше ждать я не буду. Теперь мы вместе!

— И кто это сказал? — фыркает она.

Ох, по-моему, кто-то прям напрашивается на порку.

— Я! — рычу, сжимаю ее бедра. — Я тебе неделю дал! Чтобы цивилизованно все было, но ты не послушала — значит, все по моему будет, — твердо произношу. — Друг от друга больше бегать не будем. Хватит!

— Да я и не бегала… — смущенно произносит она. — Просто понимаю, что мы разные и что не соответствую я тебе по статусу.

Бля, это че вообще за хрен в ее голове?!

— Это кто тебе такую хрень сказал?! — рычу. Серьезно, бля?

— Да как-то сама…

— Это хуйня, Маша! — беру ее за лицо, чтобы на меня смотрела. — Мне пох, кто ты и что имеешь. Я сам зарабатываю за нас двоих. Это мои проблемы. Ты просто должна согласиться и быть рядом со мной. Все. Поэтому чтобы я больше этой хрени не слышал. Поняла?!

Она немного молчит, чем раздражает. Похоже, нужно будет всю эту хрень выбивать из нее другим способом. Но потом все же берется за ум и выдыхает:

— Хорошо…

— Ну вот и умница, — довольно произношу и нахожу ее губы.

Целую уже нежнее. Чувствую, как у меня опять встает. И я уже беру ее за попку и хочу насадить на себя, но она останавливается, упираясь.

— Нет! У меня тоже есть вопросы! — произносит она.

Сука! Серьезно? Она моей смерти хочет?

— Какие?!

— Ну, во-первых, квартира эта и работа — твоих рук дело? — смотрит с прищуром. Даже врать не хочется.

— Ну, допустим…

— Блин! Так и знала! — выкрикивает она, и я думаю, что все, вопросы закончились, но она опять упирается: — А что с твоей бывшей?! Я хочу знать!

Ой, бля! Неужели это нельзя обсудить в другой раз? А не когда у меня член колом.

— Что конкретно? — выдыхаю сквозь зубы.

— Что у вас было?! Почему она сбежала?!

— Потому что дурой была. Потом сама пожалела, но уже ничего не вернешь…

Да и вообще, сейчас ни о каких бывших даже вспоминать не хочется. Она только есть.

— А конкретнее!

— Бля, у меня была невеста. Мы планировали пожениться, но она убежала с моим другом, так как они были влюблены друг в друга с детства. И он наплел ей, что они будут жить долго и счастливо, главное — от меня сбежать. Эта дура повелась. В итоге осталась одна, беременная, так еще и свою семью опозорила.

— В смысле он ее бросил?! — в шоке спрашивает она. — Беременную?!

— Да, ребенок не от меня, если что. У нас ничего не было до свадьбы! И да, она меня подставила, за это и поплатилась.

— Так, значит…

Нет, все! Так точно не пойдет!

Резко переворачиваю нас и оказываюсь сверху.

— А теперь я буду тебя трахать, Маша! — рычу, раздвигая ее ноги. — И хочу слышать только твои стоны и крики!

И резко вхожу…

Эпилог

Два года спустя

Весна в этом году пахнет по-особенному.

Тепло, влажная земля, молодая зелень, цветущие деревья. Я иду по парку, медленно, не спеша, вдыхая этот запах. Солнце мягко греет тело, хотя еще довольно прохладно. Улыбаюсь сама себе, а потом слышу:

— Ма-а-аш!

Вздрагиваю.

Голос кажется знакомым, но будто немного… не тот. Быстро оборачиваюсь.

И вижу, как ко мне бежит мужчина.

И только через пару секунд я понимаю, кто это.

Николай.

Я даже не сразу его узнаю. Он сильно изменился. Потолстел, заметно облысел, лицо какое-то помятое, усталое, не тот ухоженный «городской парень», каким он когда-то мне казался.

Он добегает до меня, останавливается, переводит дыхание.

— Привет, Маш, — улыбается он немного неловко. — Я сначала даже подумал, что обознался… А нет, ты. Классно выглядишь!

Я спокойно улыбаюсь в ответ.

— Привет, Коль. Спасибо.

Смотрю на него и прислушиваюсь к своим чувствам. Внутри ни боли, ни злости. Только лёгкое удивление. Как будто смотришь старый фильм, который когда-то был важным, а теперь просто… фильм.

— А ты как тут? — спрашиваю. — Ты же в Америке должен быть.

Он криво усмехается.

— Да не срослось, — бурчит. — Кинула меня, короче, Мэри. Нашла она себе какого-то бизнесмена богатого. А с бизнесом… ну ты понимаешь. Папка же её должен был помочь. А раз я не зять — хуй мне, а не помощь.

Он раздражённо машет рукой.

— В итоге пришлось обратно в Россию ехать. Вот так вот.

— Сочувствую, — говорю я искренне, без яда.

Он смотрит на меня внимательно.

— А ты, Маш? Как дела? Чем занимаешься? — делает паузу и добавляет: — Может, сходим куда-нибудь? Я сегодня свободен!

Я уже открываю рот, чтобы вежливо отказаться, когда слышу за спиной знакомый голос. Низкий. Уверенный. Немного даже злой.

— Маш!

Улыбаюсь ещё шире. Чувствую, как по телу бегут приятные мурашки.

Оборачиваюсь.

Ко мне идёт мой мужчина.

Мой муж.

Алихан.

Взгляд у него свирепый, ревнивый, направленный чётко на Николая. Он катит перед собой коляску и держит в другой руке стойку с двумя стаканчика. Муж подходит ко мне, не отрывая взгляда от Коли.

— Твой лавандовый раф, — говорит он и протягивает мне стакан.

— Спасибо, — принимаю и делаю глоток.

Боже! Какая вкуснотища! Еще несколько месяцев назад мне было нельзя, из-за беременности, а сейчас я наверстываю упущенное, конечно в умеренном количестве.

Николай стоит открыв рот и смотрит на нас.

— Маш… — выдавливает он. — А это кто?

Я опять смотрю на него и спокойно отвечаю:

— Это мой муж. И сын, — киваю на коляску.

Маленький Карим сладко спит, сопя носиком. После утренних игр с папой он сразу же заснул, а мы решили прогуляться.

Николай бледнеет после моих слов. А Алихан переводит взгляд на него. Медленно. Оценивающе.

— А ты кто? — спрашивает он с нажимом.

— Я… э… знакомый, — мямлит Коля.

— Бывший, — поправляю я.

Алихан приподнимает бровь.

— Бывший, говоришь? — усмехается, и взгляд становится более хищным, угрожающим. — Вот ты, значит, какой.

Он делает шаг вперёд, чуть наклоняется к Николаю.

— Рад познакомиться, бывший. А я — нынешний. И будущий, — медленно произносит он. — И если я ещё раз увижу тебя рядом со своей женой — кости переломаю. И это не шутка.

Голос у него ровный. Спокойный. От этого ещё страшнее.

Николай сглатывает, явно пугаясь.

— Я… ну… рад был повидаться, — лепечет он. — Пойду я…

— Давай быстрее! — бросает Алихан с рыком.

Николай разворачивается, больше не говоря ни слова, и почти убегает. Смотрю ему вслед. И не испытываю ничего.

Потом поворачиваюсь к мужу и прижимаюсь к нему.

— Можно было и не так грубо, — говорю я тихо.

Он фыркает.

— Это я ещё был очень милым. Надо было его в порошок стереть.

Я смеюсь.

— Нет, не надо. Он и так, оказывается, не слишком счастлив.

Алихан усмехается, обнимает меня крепче, собственнически.

— Ну ладно, пусть еще походит, — бурчит он. — Не бросил бы он тебя тогда — не стала бы ты моей!

А потом он наклоняется и целует меня. Глубоко. Жадно. Опять напоминая, что я его. Так, как целуют не «добычу», а свою женщину.

— Люблю тебя, — шепчу, я отрываясь.

— И я тебя, — отвечает уверенно он.

В этот момент из коляски раздаётся недовольное кряхтение.

Карим просыпается.

Я смеюсь, наклоняюсь к сыну, поправляю плед. И в этот момент понимаю: мне повезло.

Упасть и потом подняться вновь. Встретить своего мужчину и быть счастливой…