Приснится же

Глава 1

- Что это? – недоумённо спросил шеф, картинно вскидывая брови.

Надо заметить, брови у Петра Андреевича выдающиеся – а вместе с массивными надбровными дугами, так и вообще козырёк от солнца и прочей любой непогоды, включая град и метеоритные дожди.

- Во сне увидел, - отвечаю, чувствуя, что рот сам собой расплывается в идиотской улыбочке. Ещё бы! Наконец-то! Спящему Ньютону на голову упало яблоко, и сэр Исаак спросонья открыл закон всемирного тяготения. Менделееву приснилась периодическая таблица химических элементов его имени. Кейтсу Ричардсу привиделся посреди ночи рифф знаменитой "The last time" – и "роллинги" стали известны на весь мир, в дальнейшем кропая хиты по наработанной схеме. Франц Киншер нагрезил нуль-переход. Илья Рофф разобрался с антигравитацией – опять же во сне. А братья Садковы? Те вообще на пару наспали миру практическое осуществление вечного двигателя – дешёвой, да что там – бесплатной энергии уже более четверти века вырабатывается и потребляется такое количество! А её всё равно - достаточно! Предкам такое и не снилось.

Вся наука (а искусство – так тем более!) уже более двухсот лет держится исключительно на людях, близко общающихся с Морфеем. В любом уважающем себя ВУЗе теперь помимо теории и практики и обычных фундаментальных дисциплин и традиционных подходов, непременно существует обязательный гипнокурс. Призванный, между прочим, не только обучать, но и выявлять людей, способных к "снаходкам" – открытиям, сделанным во сне.

Про обучение во сне, в принципе, и говорить нечего – у меня самого две специальности "выспанные". Кто там предкам запрещал спать на лекциях? Сейчас втыкаешь диск с полным курсом, вырубаешь себя на три дня, установив программу на аппарате искусственного питания, вводишь внутривенно особые, специально разработанные "катализатор" и "закрепитель" (тоже, кстати, приснённые в своё время) – и втыкаешься. Просыпаешься без трёх часов доктор очередных наук. Три часа – это время на сдачу стандартного экзамена.

Витька тот вообще решил стать самым умным – усыпил себя, подпитку и катализ с закрепителем подвёл – уже вторую неделю качает в себя всё, что доступно и недоступно в И-нете, как по наукам, так и вообще – по жизни. Проснуться хочет Супермозгом – даже запрос заранее послал на смену паспортных данных. Был скромный физик Витька Кувиков, станет Супермозг!

Вставляю диск со своими "снаходками" в рабочую машинку. Разумеется, дома я всё уже проверил и просчитал, но на институтской технике всё же куда как шире возможности.

Ну, и что мы думаем по этому поводу?

"Реально осуществимо при современном уровне развития технологий. Рекомендуется к внедрению. Рекомендации по доработке…" Ну, это нам не интересно.

Радуюсь – ведь подспудно боялся, что институтская аналитика отвергнет. Приняла, как миленькая. Только гложет меня мелкая мыслишка: вот Ньютону, которого яблоком разбудило, заикнулся бы кто о рекомендациях по доработке его Закона… Впрочем, кто бы ему это сказал? Разве что, то же яблоко.

Запрос на доступ в Лабораторию. Там всё строго – изоляция, сверх-защита… А-то один попробовал раз реализовать в лабораторных условиях приснившийся ему накануне принцип овеществления множественности миров… Страшно вспомнить, что там было потом внутри. Болтают о сфере с жутким числом слоёв-матрёшек, толщиной с атом. А в каждом слое – мир: с мириадами живых существ, разнящимися чудовищно законами природы, разной химической основой, а иногда и вовсе не понятно какой… Бр-р! И тот парень – в самом центре. И каждая клеточка тела – тоже мир. И, разумеется, война миров. Спасла нас простуда этого первооткрывателя – она в нём банально убила все чужие миры. А, учитывая, что он и сам стал легионом миров – и его за компанию.

С тех пор в Лаборатории – абсолютная защита. И доступ с таким числом нулей и через столько инстанций… Не каждому дано.

Но мне, я верю, дано.

Мне сон был. А сон в руку – это как пропуск.

***

Андреич, хмурясь, читает справку, выданную нашим компьютером по моей "снаходке".

- Лучше бы ты "Satisfaction" сочинил, Мик.

Это он подкалывает – моя любовь к "стоунсам" всем известна, а рот у меня – Джаггеру сгореть со стыда. Ещё говорят, пою неплохо, но неплохо – это, к сожалению, не хорошо.

- А чем это плохо? – спрашиваю.

- Тем, что на гитаре такое не сбацаешь, Миша, - отвечает сурово шеф. – И табличку не нарисуешь. И…

- И яблоком по голове не отделаешься, - договариваю за своего любимого и уважаемого руководителя. Андреич вообще с подозрением относится ко всему, что открыто через сон – адепт чистой науки. Но всё же понимает, что сейчас простейшие гипнотехники дают куда больше, нежели тупое зачитывание до дыр пыльных фолиантов и лабораторные опыты, которые все давно уже проведены до нас.

Порой мне кажется, что Петр Андреич нам – сноходцам – в душе завидует. И сам себе признаться боится. А стоит с ним заговорить об этом (я ведь и психоаналитик – через ту же гипнотехнику обучения), так у него один ответ:

- Мне давно уже ничего не снится, Миша.

Вот так-то. Ничего не снится.

- Да-а, - поджимает губы Андреич, в сотый раз, должно быть, проглядывая аналитическую справку. – Написал бы ты "Satisfaction", удовлетворился на скорую руку…

- Ричардс во сне "The last time" сочинил, - бурчу себе под нос, недовольный сомнениями в голосе шефа.

- Последний раз, то есть? – ехидно вскидывает козырьки своих солнце- и вообще всезащитных бровей Андреич. – А дальше всё руками? По грифу пальчиками, по струнам медиатором?

Молчу и обиженно поджимаю свои джаггеровские губы. Раскатал, называется – чтобы шеф сразу так и одобрил? Но как же он не понимает? Это же…

- Ответ на запрос из Лаборатории пришёл? – интересуется.

- Нет ещё, - отвечаю. – Через день-два…

- Дадут зелёный свет, Миша, - вздыхает старик, предвидя согласие Лаборатории на реализацию. – Непременно дадут. Но ты всё же подумай ещё разик. Может лучше уже "Satisfaction", чем "Last time"?

- В смысле – пальцами по грифу? Наугад неделями бренчать опостылевшие аккорды, ища новое сочетание давно истрёпанных в лохмотья звуков? Нет уж! Мне сон был! Понимаете, Андреич? Сон! В руку!

- Лучше б тебе гитара в руки попалась, Миша, - бросил на прощание шеф.

И ушёл, оставив меня досадовать на его непонимание. Хотя, что со старика взять? Ему давно ничто не снится.

Жаль Андреича.

***

В тот день произошло несколько событий кряду.

Первое – мне прислали допуск в Лабораторию.

Второе – проснулся Витька Супермозг.

Третье – умер Андреич. Ну, практически умер. Подключился к "Морфею", вкатил себе слоновью дозу катализатора с закрепителем – и всё. Ему же ничего не снится. А если это ничего ещё и спровоцировать на бурную реакцию, а потом "закрепить"… В общем, его ничто закрепило в нём намертво. Говорили, ещё что-то пытаются сделать в реанимации, но уже просто автоматически – всё уже ясно.

Наверное, стоило остаться, проводить – я ведь любил старика. Да и с Витькой пообщаться – каково быть самым умным?

Но меня ждала Лаборатория.

Сон в руку…

***

- Это счастливая случайность, - говорил первый кандидат на замещение должности Андреича. – То, что всё так одновременно случилось. Витька этот, дурак набитый… Если бы не Миша со своими идеалами из Золотых Шестидесятых…

Коллеги согласно кивали. Случайность. Счастливая. И главное – одновременно. То есть, вовремя.

Виктор, закачав в себя все знания мира, стал не много не мало, Богом. Просто Богом – всезнающим, всеведущим, всемогущим. Один минус – чистое знание само по себе – зло. Ту же атомную бомбу создали учёные, мечтавшие облагодетельствовать человечество новым источником дешёвой энергии. А тут вообще чистое знание – без малейших эмоций, если не считать бессмысленных "смайликов". Только холодный расчёт и абсолютное знание, помноженное на фактическое всемогущество.

Витька Супермозг – новый, величайший из богов, строго взглянул на доставшийся ему мир, измерил его и оценил за миг. И понял, что мир этот плох, и плох весьма. И решил изменить его единственно возможным, с точки зрения чистого знания, способом. Уничтожить – и создать новый, лучший…

А идеалист Миша, повёрнутый на "Rolling stones", лёг в это самое время на лабораторный стол (в переносном смысле, конечно – там оборудование куда сложнее стола), намереваясь реализовать выведенный им Принцип Всеобщей Любви. И напевал себе под нос "All you need is love", не особенно заботясь тем, что песня из репертуара главных конкурентов его любимцев. К тому же, Джаггер с Ричардсом там подпевают "битлам" в составе сводного хора, а Брайан Джон, кажется, даже подыгрывает на чём-то.

"Лабораторный стол" весьма вовремя реализовал этот Мишин Принцип, противопоставив его Абсолютному Знанию, овеществлённому в Витьке.

И Знание столкнулось с Чувством, холодному Разуму противостояла пламенная Любовь.

Гремучая смесь, грозящая миру гибелью без надежды на возрождение из пепла – потому что не останется никакого пепла.

Но именно в этом миг возникла где-то нигде и никогда абсолютная пустота, вместившая в себя всю чудовищную мощь обрушившегося на мир катаклизма, которым стало столкновение Абсолютного Знания со Всеобщей Любовью.

И столкновение это было страшно – но минуло безболезненно для мира.

Потому что Петру Андреевичу давно ничто не снилось. И в том ничто хватит места укротить любую катастрофу. Хватило…

А потому всё будет хорошо.

Петру Андреевичу давно ничто не снится.

И по-прежнему недостижимы Абсолютное Знание и Всеобщая Любовь.

Но это ничего.

Это – ничего.

Ведь просто знание и любовь остались.

Просто – знание.

Просто – любовь.

***

- И главное, как вовремя! – восхищался новый шеф.