Природа непоследовательного

Глава 1

Несколько столетий назад человек вдруг решил, что не может себе позволить жить в непредсказуемом неподвластном и непонятном ему мире. Это решение как-то связано с постепенным уходом из власти людей бесстрашных и красивых, с постепенной заменой их на людей жадных и трусливых.

Испуганное и взалкавшее невиданных польз человечество не сменило один мир на другой. Оно просто сменило одну картину мира на другую. Навело на себя мираж предсказуемости, управляемости и познаваемости мира вокруг себя.

Институт рациональных описаний мира (наука) естественно и неуклонно механизировал восприятие, что успокаивало и вдохновляло (механизмы управляемы). Любой выверт прежде чудесного мира (опасный ли прекрасный) получал на шею строгую цепь причин-следствий. Уже не пугал, и обещал реальные блага по освоении.

Но сам прекрасный и ужасный мир наш при том не изменил себе. Просто человек (в массе) отказался воспринимать непоследовательное. Зажмурил один глаз и приставил к другому латунную трубку. Вокруг той трубки по прежнему бездны безумия, а в окуляре только ночной столик, книжка и пепельница — хорошо.

К счастью, в каждом поколении рождаются люди, осязающие чуть больше, чем разрешает удобная практичному трусу картина мира. Люди эти одним глазом смотрят в латунную трубку вместе со всеми, а другим в бездну непоследовательного, каждый сам по себе.

Если эти люди что-то излагают в терминах латунной трубки, их называют «метафизики». Если они что-то излагают в терминах религиозных, их называют «богословы». Если они ничего не излагают, то их как бы и нет. В любом случае, картину мира детям нашей планеты формирует отрабатывающая госзаказ одноглазая одноглазость.

Какое нам дело до детей нашей планеты? - спросит тот, кому нет до них дела. Как же сделать доступным каждому (легко изучаемым в школе) скрытое вне поля зрения ужасное и прекрасное непоследовательное? - спросит бесстрашный и красивый метафизик.

Здесь нами будет произведено несколько метафизических опытов, определен метод топологической аналогии и выполнено упражнение по изменению восприятия мерности мира.

По дороге мы (может быть) осознаем сущность времени, поймем, что такое жизнь, материя, пространство, человек. И даже попытаемся прикоснуться к Причине всего сущего, конечно, оставаясь в рамках метафизики. Проще, здесь мы честно попробуем добыть максимально научную картину мира.

А чтобы каждый из живущих мог не спеша и с удовольствием пройти за нами след в след, будем во всем математически точны и всегда безапелляционно беспощадны к бездоказательным фантазиям.

(1) Где прячется непоследовательное? (опознание области интересов метафизики)

Метафизический опыт отличается от физического тем, что не требует сложной аппаратуры и специального образования. Его может произвести каждый, в любой момент своей жизни. Если этот опыт каждый раз и у каждого дарит один и тот же результат — значит мы имеем дело с абсолютно объективной (вполне научной) данностью и с легким сердцем требуем внесения этого результата в школьные учебники.

Первый опыт будет заключаться в попытках обнаружить себя в настоящем. Просто и честно поместите свой ум в «сейчас». Не в неподвижный дрейфующий в прошлое снимок, а в реальное настоящее, в ноль, в геометрическую точку бегущую впереди протяженности «прошлое».

Взаимопониманию здесь может помешать слово «ум». Не все называют этим словом одно и то же. Но все мы обладаем тем, что можно назвать «воспринималка» или «самофиксатор». Конечно, самофиксация не единственное, на что способен человеческий ум, но зато единственное, без чего он мертв (не существует).

Поместим же основу своего ума (самофиксатор) в место не являющееся ни «прошлым», ни «будущим».Чем больше живых попыток сделать это мы совершим, тем яснее для нас станет простой факт, самофиксация - процесс регистрирующий возникающее из «ниоткуда» прошлое. То есть ум человека существует только «пост фактум» (как следствие) и нуждается в прошлом, как в протяженности, в которой он себя опознает и которой манипулирует.

То, что этот простой опыт принесет один и тот же результат при каждом своем повторении у каждого из способных читать дает нам право опереться на результат этого опыта, как на абсолютно объективную исходную данность. Да и область интересов метафизика (наших интересов) теперь математически безупречно заключена в абстрактную геометрическую (не имеющую протяженности) «точку бегущую впереди растущего прошлого».

Карл Максимилианович Бэр, вполне научно изучавший развитие цыпленка в яйце, озвучил метафизику цыплячьей физики совершенно пленительным образом: «Абсолютное начало любого процесса неуловимо».

В дальнейшем «первым метафизическим опытом» мы станем называть пережитое нами вышеизложенное. Уму же, недоуменно взирающему на «протяженность» (область наших интересов) заключенную в «отсутствие протяженности» (геометрическую точку) подарим несколько пугающих картинок. Назовем этот подарок вторым и третьим метафизическим опытом.

Кто знает, каков зазор между максимально близкими друг другу мгновеньями самофиксации ума? Они (мгновенья) бегут фоном и опознаются как непрерывное существование. Но давайте попытаемся себя самофиксировать осознанно.

Если, при осуществлении второго метафизического опыта ум будет достаточно упрям, он узнает, что как бы кратко не было «я есть1!» (осознанное мгновенье) его всегда можно разделить на две вдвое меньшие протяженности «я есть1/2!» и «я есть1/2!». А одну из них еще раз разделить. А одну из полученных ещё раз. И ещё раз.

То есть второй метафизический опыт помещает нас в реальность перехода физиологических ощущений в математическую абстракцию (бесконечно сходящуюся последовательность). Точно так, в бесконечно сходящуюся воронку вырождается при бесконечном делении и любая пространственная протяженность.

Средой проведения опыта выбрано самоощущение ума во времени потому, что это самоощущение присуще всем. Даже парализованным от рождения слепым и глухим инвалидам без кожи.

Бесспорно, на каком шаге дробления реальности ум прекратит опыт и заявит: «Все, мельче ничего нет. Я постоял на границе физики и лирики!» зависит от того, что выше названо «обладание достаточным упрямством». То есть какова будет протяженность мельчайшего акта самоосознания, совершенно не зависит от того, что может быть еще меньшая.

Как и обнаружение очередных элементарных частиц материи с помощью весьма дорогостоящих экспериментов вовсе не гарантия отсутствия еще более элементарных. Сам подход, который можно назвать «расчлененкой», подразумевает идейную предвзятость: «Обязательно существует самая элементарная из частиц, до которой крайне необходимо добраться и тем навсегда разделить сущее и фантазийное».

Нам не нужен коллайдер, чтобы заниматься этим в свое удовольствие и совершенно бесплатно (своим умом в своем времени). Только человека, который полезет в математическую бесконечность, в надежде дойти до конца, трудно назвать разумным. Назовем его доверчивым.

Упомянутая выше идейная предвзятость (вера) входит в реестр бездоказательных фантазий. А мы, насколько я помню, собирались быть безапелляционно беспощадны. На данный момент у нас нет ни какой доказательной модели материи. Нет ни какой доказательной модели времени. Нет ни какой доказательной модели пространства. Счастливую невинность мира нарушают только два метафизических опыта.

Результаты этих опытов демонстрируют нам (как и результаты любых опытов вообще) исключительно свойства нашего восприятия и к свободному от нашего восприятия ( чистому) миру не имеют ни какого отношения.

Но если я гляжу на мир через громоздкую оптику, достаточно поводить этой оптикой из стороны в сторону, чтобы понять, что циферки дальномера не принадлежность мира, а принадлежность фильтра, через который я этот мир вижу.

Этот пример дарит нам не слабую надежду и говорит о бессмысленности последовательного изучения мира без предварительного тщательного изучения свойств своего восприятия. Ну а чтобы наш ум с математической точностью всегда определял, где же локализует себя бездна уму непостижимого, проведем третий (и последний) метафизический опыт.

Вывернем мир наизнанку.

Ум не способен обнаружить себя в абстрактной геометрической точке «настоящего», но ум способен постичь, что любая абстрактная геометрическая точка очерчивает, ограничивает собой все существующее (существующее для этого ума).

Проще, если мы поднатужимся и вывернем точку не содержащую ни какой протяженности наизнанку, то получим известный мир (вообще все-все милые нашему сердцу протяженности), вокруг которого ничто без кавычек.

Третий опыт заключен в осознании отсутствия разницы между «внутри» и «снаружи» на границе, за которой ничто. Третий опыт локализует бездны неведомого в каждой геометрической точке личного времени ума и в каждой геометрической точке того, что наш ум называет «пространство».

Утверждение: «Там ничего нет, потому, что я там ничего не вижу» - перифраз: «Оставьте меня примотанным скотчем к моей пыльной оптике и не смейте толкать, чтобы циферки дальномера не покинули ту горку».

Ну, если бы пленяющие тебя идеи не сжирали так беспощадно и безвозвратно наш общий ресурс, мы бы тебя не тревожили. Однако неторопливое (и торопливое) самоуничтожение, причиной которого является трусливое нежелание снимать (и протирать) очки, грозит не только «отрабатывающей госзаказ одноглазой одноглазости», но и всем на этой планете.

Нежелание открывать второй глаз и изучать непоследовательное понятно. Мартин Хайдеггер, вполне методично расположивший безумно много слов вокруг «ничто» (по сути вокруг наших «геометрических точек»), как-то заметил: «При ужасе сущее в целом становится шатким». Мы безусловно согласны. Когда сущее в целом становится шатким, многие испытывают ужас.

Этот ужас как раз и называется «ужас познания».

(2) Как познать непознаваемое?(определение универсального метода познания)

Первый метафизический опыт дарит нам простую топологическую модель, о которой можно сказать, что она единственно существующая (не фентезийная): «Перемещающееся ничто, которое дарит уму растущее прошлое (среду обитания)».

Ум наш, безусловно, опознаёт много чего еще (ну вот как здесь, например), но жизнь ему дарит именно непрерывное перемещение недоступного «настоящего» по некой траектории. По другому (инверсия) - абстрактная геометрическая точка (бездна неведомого настоящего) генерирует из себя среду обитания ума (непрерывно растущее, легко познаваемое прошлое).

Поскольку мы избрали не жаркий тракт вдохновучего (и бездоказательного) синтеза, а ледяную тропу сурового (и очень доказательного) анализа, то вышеизложенная модель - единственное, что мы можем назвать реальностью.

И реальность эта говорит нам, что ум опознает только два класса реалий. Протяженности и их отсутствие. То есть в границах растущего прошлого различает и использует топологические цепочки (комбинации) только этих двух классов (и только в обязательных парах «что-то\ничто»).

Собственно первый метафизический опыт дарит нам образ «элементарного топологического кирпича» из которого собраны все замки и акведуки нашего ума.

Здоровый ум, сразу по возникновении, получает в свое распоряжение крошку прошлого, что ограничена с одной стороны «абсолютно неуловимым началом данного процесса», а с другой стороны стеной «убегающего настоящего». И сразу, особо не заботясь о «убегающем» и «неуловимом», начинает составлять топологические модели из доступного прошлого.

Познает протяженности: тепло, твердо, холодно, страшно, вкусно, зелено, голодно, весело, темно, громко и бесчисленные прочие. И, что абсолютно естественно, ограничивает каждую опознанную протяженность «отсутствием этой протяженности».

Только опознав отсутствие, узрев абстрактные геометрические (не имеющие собственной протяжённости, веса, цвета, объёма, вообще любой наполненности точки, линии, плоскости, сферы) человек способен опознать всё вот это вот «тепло, твердо, холодно, страшно, вкусно, зелено, голодно, весело, темно, громко и прочее прочее».

Можно сказать, что класс «ничто» абсолютно естественно равноправен (и обязателен) в процессе познания мира. Можно даже позволить себе грубость типа: «материализм невозможен без идеализма». И поставить здесь смайлик.

По мере роста (накопления) прошлого, усложняются и накапливаются топологические модели отражающие пережитое осваивающим это прошлое умом. Например, пережитый нами первый метафизический опыт подарил внимательному и честному уму новую топологическую модель под названием «единственная несомненная общечеловеческая реальность».

Эта новая модель составлена из большого количества старых (опознанных и названных ранее). Из «убегание», «невозможность проникнуть в», «доступность», «линия», «траектория», «опознание» «сам» и многих многих других.

Каждая из этих старых топологических моделей также имеет весьма сложную внутреннюю структуру (составлена из опознанных и названных ранее). Такой вот «объектный» у нас ум. Ум составляющий новое из объектов хранящихся в библиотеке прошлого (аналогия для программистов).

То есть «новое» это всегда необычное сочетание «старого». Ум активно «сочетающий» разное старое, в принципе способен находить ответы на стоящие перед ним вопросы. Ум вяло «сочетающий» обходится без ответов.

Если собранное из старого «новое» пленяет умы большинства авторитетов и не часто попадает в условия разрушающие его достоверность, это «новое» называют «объективной данностью» (вносят в картину мира, как нечто независимое от человеческого восприятия).

Топологическую модель этой «новой данности» ум сохраняет и использует совершенно беспорядочно при попытках ответить на очередные вопросы. Включает ее там и сям в «следующие новые» модели.

Если какая-либо из этих «следующих новых» впишется в «известную» картину мира, пленит умы большинства авторитетов и не сразу попадет в условия разрушающие ее достоверность, то все составляющие ее «уже старые модели-блоки» вообще выпадают из зоны критического осмысления.

Таков процесс построения картины мира умами не желающими познавать себя. Этот процесс неизбежно накапливает критическую массу несуразностей, что абсолютно фатально не распознаваемы для «прогрессивно» мыслящих одноглазых. И однажды приходится все начинать сначала. Ну, собственно, этим мы тут и займемся.

Единственно доступный уму метод постижения нового — метод топологической аналогии. Потому планеты так напоминают яблоки, а ДНК российские железные дороги. Потому в букварях гусь изображается в виде буквы «г», а мост в виде буквы «м».

Любой процесс обучения ума - это процесс описания ему какой-либо новой топологической модели с помощью имеющихся у него старых. Созидание топологической аналогии. Это наш метод.

Способ применения этого метода здесь будет отличать от обычного упрямое нежелание искажать картину мира особенностями своего восприятия. Для чего, собственно, знать эти особенности и нужно.

В реестр неизбежных для каждого ума особенностей восприятия входят две общие нам всем топологические реалии. Вскрытые первым метафизическим опытом условия существования (жизни) ума и трехмерность воспринимаемых умом протяжённостей.

Лишить ум возможности существовать (жить), оставаясь в рамках метафизики, мы не можем. Ум выключается за пределами «познаваемого прошлого». Зато мы легко можем снять с него (с ума) очёчки трехмерности.

Дело в том, что для метафизика (и математика) возможность одномерного, двумерного и трехмерного мира вполне логичное основание для существования четырехмерного, пятимерного и так далее. А вот для практичного физика, увеличение мерности мира на очередную (перпендикулярную всему на свете) ось - это крах некоторого количества стройных теорий и тяжкая нужда созидать новые «объяснялки» наблюдаемому.

Но будем безапелляционно беспощадны. Свободный от диктата трехмерного ума мир - это максимально доступное, на сегодняшний день, «объективное». Смею думать, что свободный (чистый) мир n-мерен для n-мерного ума и m-мерен для m-мерного.

Именно этот свободный и чистый мир (наш, наш мир!) мы станем изучать используя метод топологических аналогий.

В наличии у нас только единственная несомненная общечеловеческая реальность - вскрытые первым метафизическим опытом условия существования (жизни) ума - простая и внятная топологическая модель, которую мы в чистый мир и заселим.

То есть мы станем наблюдать за приключениями топологической модели нашего ума в среде свободной от его трёхмерности.

(3) Упражнение по изменению восприятия мерности мира (опознание природы непоследовательного)

Модель представляет собой абстрактную точку, что перемещается по линии и имеет ум фиксирующий это перемещение (полная топологическая аналогия первому метафизическому опыту).

Среда же да будет пуста. Начнем с мира нуля (отсутствия) измерений. Нет ни одной пространственной оси вдоль которой ум может опознавать протяженности.

Старт (время явилось). Финиш (время исчезло). В 0-мире родился и умер маленький ум. Никаких топологических моделей он себе не создал (вокруг нечего осязать). Тела не имел и (соответственно) никуда не перемещался в пространстве (некуда). Просто был и опознавал рост своего прошлого: «я есть!», «я есть!», «я есть!». Занимался исключительно самофиксацией.

Мы же, из своего трехмерного высока, можем внимательно и со всех сторон рассмотреть его траекторию - отрезок оставленный на линии геометрической точкой — случившееся с ним прошлое (от начала и до конца).

Обрела рельеф основная топологическая характеристика нашего (любого) ума: он (ум) связывает собой два мира. (n)мерный и (n+1)мерный.

В случае с рожденным и убитым нами маленьким умом можно сказать, что геометрическая точка начертившая в одномерном мире (мире линии) отрезок, породила прошлое (среду обитания) для 0-мерного ума.

Среда эта была чиста от впечатлений, а непознаваемыми и крайне непоследовательными для 0-ума были мы, его родители и умертвители. Только мертв он теперь лишь сам для себя, а для нас он всегда под рукой в любой момент своего короткого века.

Идеальная теория не умножает сущности, от того сформулируем следующее: Перемещение по времени (n)мерного ума (нарастание прошлого) - это перемещение в пространстве вдоль (n+1) пространственной оси того, что дает ему (уму) жизнь.

Иначе: Каждое событие «следующий акт самофиксации ума» (следующее осознанное мгновенье) взрывает «не имеющую объёма» геометрическую точку «настоящее» вполне объёмным и очень даже не маленьким миром.

Данное чудо полностью схоже с приключениями (n)мерного ума, который перемещается по неосознаваемой им пространственной оси (оси n+1). Топологическая аналогия ))

Получение по ходу жизни «всего» из «ничего» - растущего прошлого из недоступного уму, абстрактного, «пустого настоящего» (первый метафизический опыт) получил замечательную геометрическую иллюстрацию. Приятно иметь простую математическую модель своих чувственных (метафизических) изысканий.

Мы вынуждены признаться: «Время — это перемещение (n)мерного ума вдоль (n+1) пространственной оси».

Такое определение времени сильно упрощает и дисциплинирует картину мира. Лишает ее фантастических противоречий и делает универсальной. То есть включающей в себя все наблюдаемые явления целиком без натяжек и недоговоренностей. А ещё это определение времени точно иллюстрирует общий всем нам первый метафизический опыт.

Кстати, для обретения именно такого определения времени вовсе не обязательно было совершать метафизические опыты и созидать топологические аналогии. Достаточно было честно ответить на вопрос: «Существует ли в обозримом мире время без движения в пространстве?» И все дела.

Но наши цели круче. Вопрос: «Какова природа отрезка оставленного на линии тем, что давало жизнь 0-уму? Что из себя представляет траектория жизни ума?»

Этот вопрос вышибает нашу модель из математического рая в реальный мир. Из мира идей в мир под ногами. А под ногами лужа. А в луже битком жизнь. Уроним в эту кипящую жизнь наш маленький 0-ум. Перенесем в толщу заведомо существующего упражнение по изменению восприятия мерности мира.

Можно назвать это обратной топологической аналогией. Вообразим зеленый, живой и заведомо существующий отрезок вдоль которого перемещалось «то, что давало жизнь» 0-уму. Траектория жизни 0-ума обретет плоть (такую же как у нас). И можно будет внимательно ее изучить.

Только вот вообразить этот отрезок живым не получается рассматривая лишь его родной 1-мир (мир линии). Чтобы зеленая черточка задёргалась туда-сюда, она должна обрести свой 1-ум (ожить). А для этого ее «настоящее» должно побежать перпендикулярно ей в 2-мире. В плоском мире двух пространственных осей. Необходимо включить время.

Старт (время пошло). Финиш (время стоит). В 1-мире, мире линии, возник и пропал 1-ум. В отличие от 0-ума, у него есть возможность опознавать протяженности. Есть тело и две точки, которыми оно соприкасается с миром. 1-ум способен созидать топологические аналогии, накапливать и использовать топологические схемы.

Единственный тип «мозаинок» из которых он строит картину мира - это разница ощущений на концах своего тела. Вполне самодостаточная база для одномерной науки. Мы же, из своего трехмерного высока, можем внимательно и со всех сторон рассмотреть его траекторию — ленту спрессованную из зеленых отрезочков.

Откуда они взялись? Зеленая черточка разма-азывалась по времени от чего-то изменяясь или «настоящее» находило 1-уму на каждый миг новое (другое) тело? Очень серьезный вопрос для чистого мира: Все уже есть и просто открывается уму по ходу бега «настоящего» или ничего нет и все создается (фонтанирует) для ума из неподвижного «настоящего» прямо сейчас?

Продумаем одномерную позицию еще раз. Сам для себя 1-ум всю жизнь владел одним «обязательно меняющимся» телом. Никогда не было у него двух моментов самофиксации с одним и тем же (абсолютно идентичным) телом. Сам себе изменения в своем теле он разъяснял опираясь на свой одномерный, наверняка очень-очень научный детерминизм.

Опровергнуть положения одномерной науки легко. А создано уже все и навсегда в чистом мире или создается непрерывно для каждого свое — вопрос о сущности и свойствах нашей неугомонной геометрической точки. Нашего «настоящего». Нам предстоит вернуться к этому вопросу после завершения упражнения по изменению мерности мира.

Сейчас же усложним себе жизнь и осмыслим оба варианта.

Для 1-ума это означает:

1) Что его «настоящее» перемещается по уже существующим (ни одной одинаковой) зеленым черточкам «прозванивая» их одну за другой, даруя 1-уму возможность соотносить свое перемещение по времени с изменениями в теле и с обоих концов его.

2) Что его «настоящее» создает зеленые черточки (ни одной одинаковой), и тем дарует 1-уму то же самое.

Очевидно, что упражнение по изменению восприятия мерности мира адекватно и без скоропостижного выбора между «креационизмом» и «солипсизмом».

Сейчас важнее обратить внимание на то, что прозванивая ли создавая, но «настоящее» 1-ума включает по ходу его жизни множество 0-умов. Точнее столько, сколько отличных друг от друга 1-мерных телец мы можем наблюдать в «ленте спрессованной из зеленых отрезочков».

Можно сказать, что одна полная 1-жизнь составлена из стольких полных 0-жизней, сколько мельчайших «уникальных состояний» своего тела пережил 1-ум. Поздравляю, отогнанный вторым метафизическим опытом призрак «дискретности» всего на свете, вернулся в новом качестве. В качестве «мельчайших уникальных состояний» отличающих одно мгновенье 1-ума от другого.

Что же, мы очутились на пороге осознания механизма мерности мира. А заодно и на пороге осознания того, что же сшивает в одно целое жизнь во вселенной.

Дискретной (скачкообразной) способна быть только самофиксация различающего протяженности ума. То есть на абсолютно непрерывной (дарующей жизнь) траектории «настоящего» 1-мерным, 3-мерным или 100-мерным делает ум фоновая частота самофиксации.

Проще, одно мгновенье 1-ума состоит из всех мгновений текущего 0-ума (одной из зеленых черточек, что спрессованы в ленту).

Стоит обратить внимание на то, что мерность воспринимаемого умом пространства прямо зависит от частоты его самофиксаций на траектории счастливого бега «настоящего». То есть характеризуется величиной наименьших целых интервалов самофиксации этого ума. Чем реже ум себя самофиксирует, тем большее количество пространственных осей ему внятно.

Бесконечно гениальная огромность такого мира зовет нас к продолжению упражнения. Вернемся к «ленте спрессованной из зеленых отрезочков», получившей возможность осознать себя где-то на крохотном участке траектории «настоящего».

Чтобы миг самоосознания превратился в непрерывный поток жизни, необходимо «включить время», двинуть ленточку перпендикулярно самой себе вдоль неосознаваемой её умом пространственной оси, предоставить «настоящему» возможность прорисовывать плоскость за плоскостью являя нам некий объем.

Старт (время есть). Финиш (время вышло). Прожил свою судьбу двумерный ум. 2-ум осязает протяженности по периметру, от того его топологические схемы весьма сложны.

И возможностей выбирать направление освоения мира у него много больше, чем у 1-ума. Чудесный скачок от двух жёстких векторов к бесконечности направлений подарен ему не его (и не нашим) упорным трудом и всегда вызывает у меня благоговейный ступор.

2-ум живет непрерывное осознание себя и очень надеется на неприступность своего периметра. Ну, для двумерных соседей (на одной с ним плоскости) его периметр вполне неприступен.

Мы же видим теперь, что и непрерывность его самоощущения так же условна. Сквозь нее из не имеющих субъективной протяженности (геометрических) точек шелестят о разницах на своих концах 1-умы, что сами безотчетно и неизбывно переполнены далеким яканьем слепеньких 0-умов.

Проще, слепой интервал между самофиксациями наполнен жизнью умов меньшей мерности, которые проживают последовательно опыт, который ты получаешь «одномоментно». Мерность пространства — это умение ума получать одновременно (за раз) опыт прожитый умами меньшей мерности последовательно.

Стоит обратить внимание на то, что периметр тела 2-ума составлен из концов тел 1-умов. То есть шелест из «несуществующих» субъективно абстрактных точек личного времени плоского ума несет в себе жизненно важную информацию (является полем деятельности).

Но самым замечательным в этой картинке является общее и единственное для всех умов, составляющих гудение жизни, «настоящее». Оно загадочным образом генерирует прошлое (среду обитания) для стройной иерархии умов, каждый из которых по сути является всего навсего «средством одномоментной фиксации множества последовательных моментов». То есть созидателем пространства.

Отсюда мерность ума математически точно обуславливает не частота самофиксаций на абсолютно сплошной траектории «настоящего», а количество ступеней иерархии поставляющих ему свой опыт живых самофиксаторов (умов меньшей чем у него мерности).

Эта стадия нашего упражнения интересна тем, что делает рельефным второй метафизический опыт. Иллюстрирует живую (физиологическую) связь конкретного объемного (физиологического) мгновенья нашего личного времени с абсолютным, для 3-ума, «ничто».

Связь с опытом умов проживших это мгновенье, как длительность. Чужой умный опыт (цепочки топологических схем) приходят «ниоткуда» и «мгновенно». И мы опознаем каждый миг, как объем. Такая «нематериальная» у нас физиология восприятия собственной мерности.

Единственное, что загадочным образом позволяет нам этот чужой опыт получать, это побывавшее в каждой точке нашего тела (без исключения) «настоящее».

Помните ли ту замечательную лужу, в которую мы уронили беззащитный 0-ум? Это наполнило нашу топологическую модель «реалиями жизни». Сделало упражнение иллюстративным. Но мы до сих пор не знаем точно, куда же на самом деле мы поместили нашу крошку модельку. В объективную реальность или в абстрактную соборную топосхему?

Мы не знаем, что наполняет субъективное «ничто» 0-ума. Что клубится меж мгновений, опознаваемых им как непрерывные? По топологической аналогии там клубится то, чем последовательно начертаны (прописаны) все протяженности нашего мира.

Является зеленая лужа иллюзорной умственной схемой или конкретным материальным объектом, можно сказать только определив что же питает бесчисленные 0-умы на «просторах» чистого мира.

Путь голого анализа ужасно утомляет, но самоограничение, в данном случае, продуктивно. Заметим лишь, что отложенный нами выбор между «креационизмом» и «солипсизмом» усложнился еще одной развилкой: Созданное (или создаваемое по ходу) является умственной схемой или независимой материей?

То есть уже сейчас мы можем навялить мирозданию минимум четыре разные бирки.

Чтобы составленный из сложенных неровной стопочкой плоских лент (набитых из спрессованных зеленых отрезочков) объемчик ожил (обрел ум) необходимо организовать познавательное движение в 4-мире. Мире четырех пространственных осей. Нужно включить время.

Включили. Выключили. 3-ум родился и помер. Что же можно о нем сказать? То же, что и о уме каждого из нас.

Смею думать, что если бы мы заселили 0-ум не в лужу, а в мое сердце, то это был бы мой ум. В любом случае интерес представляет 4-мерное тело составленное из «неподвижных 3-мерных сечений». Стоит не спеша изучить его.

Допустим, что мне известна моя траектория в пространстве, относительно того, что мы называем «центром галактики». Значит, мне известна «относительная» форма тела 4-ума, которому я поставляю весь свой топологический опыт для одного единственного мгновенья 4-мерного самоопознания.

3-ум способен вообразить растянутую спираль (траекторию Земли). Моя же отличается от Земной внятным количеством оборотов вокруг Солнца (чья траектория - дуга). И тем, что каждый полный оборот вокруг звезды завит из 365 мелких (Земля вращается вокруг оси).

Длинна и форма 4-тела впечатляют.

Новым для нас здесь будет факт «относительности формы». Если за «неподвижную точку» принять центр Солнца, то 4-тело окажется плотным кольцом много раз пропущенным (по ходу движения Земли) само через себя.

То же самое увидим «привязав неподвижную точку осмотра мира» к центру Земли. Просто «кольцо» станет много плотнее и меньше в диаметре. Безумно интересную форму можно получить, «привязав точку осмотра мира» к поверхности Луны, или Марса. Если кто не знает, непрерывное перемещение «точки осмотра мира» в уме, называется «хаос».

Что характерно, простой хаос ни как не меняет сущность мира и физические характеристики тела принадлежащего впавшему в это безумие уму, лишь неимоверно усложняет жизнедеятельность.

Анализ же слуга порядка. От того можно смело требовать, чтобы «точка осмотра мира» была неподвижной и находилась там, где всего удобней для нас. Для нас же всего удобней, когда 4-тело само себя не пересекает (а Земля сама с собой не сталкивается). От того мы и разместили эту важную точку в центре галактики.

Внимательный взгляд на «растянутую спираль» 4-тела, дарит еще один вопрос. Это тело беззастенчиво оплетает собой то, что можно назвать четырехмерной планетой. А наша 4-планета синей спиралью завита вокруг сияющей нити четырехмерного Солнца. Вопрос: Можем ли мы включить в наш анализ добытую не здесь и не нами топологическую схему - традиционную схему небесной механики? Можно ли ей доверять?

В принципе, плоский 2-ум оглянувшись на прожитое может опознать свою траекторию, как изогнутый и зауженный к концу столбик, а соседей, как по разному расположенных таких же. Но для опознания того, что вместе они составляют дерево, 2-ум должен иметь топосхему «дерево» в своем багаже.

По топологической аналогии и каждый 3-ум обречен наполнять всей своей жизнью один миг 4-ума не претендуя опознавать (4)(5)(6) и более сложные топосхемы.

Мы можем наблюдать движение светил, но что оно такое на самом деле - всегда открытый вопрос. Только согласие на топологический (без претензий знать истинную суть) подход делает научным дальнейшее познавательное движение.

При условии помещения точки осмотра мира в «центр галактики», траектории небесных 3-тел являют нам форму небесных 4-тел без траекторий.

Что за «тела без траекторий»? А спросите у любого астронома, как он локализует точку осмотра мира то там, то сям, думая, что описывает один непротиворечивый мир. Мы живем в астрономическом хаосе, друзья. Но нам по силам привести все в относительный порядок. У нас точка осмотра мира станет последовательно и закономерно (вынужденно) перемещаться вслед за изменением (ростом) мерности мира.

Чтобы 4-тела обрели траекторию, а 4-умы жизнь, необходимо установить точку осмотра мира туда, откуда можно внятно умозреть траекторию нашей галактики. Внятно умозреть ее всю, подозреваю, мы не можем, но достаточно и малого кусочка, чтобы 4-ум нажил немного прошлого.

А я осознал, что моя жизненная 4-спираль в 5-мире плотно прижата двумя другими. Предыдущим и следующим 4-мигом.

Допустив, что галактика движется, я усложнил мир неимоверно. Вспомним «ленту спрессованную из зеленых отрезочков». По топологической аналогии, сейчас 0-ум тужится представить себе 2-ленту. Представить 5-«ленту» в подробностях (вообразить) наверное может хороший художник. Мы же ограничимся общими замечаниями.

Например, можно констатировать «распахнутость настежь» всех (n)поверхностей по ходу движения вдоль (n+1)оси. По аналогии с плоским тельцем, которое противостоит суровому миру надежным периметром, а невидимыми 2-уму дырами обращено к предыдущему и следующему мгновенью.

Как поверхность 3-тела состоит из 2-периметров, так и поверхность 4-тела состоит из 3-объемов.

То, что в прошлом (и в будущем) я себя вижу трехмерным, уже не мешает мне знать, что и там и там я сплошной, спиралеобразный и ужасающе длинный 4-змей. Внутри этого змея все 3-поверхности разомкнуты и устремлены по ходу жизни.

При включенном ходе галактики я живу уже два абсолютно слепых для меня направления. И являю собой некий гигантский (гораздо больше солнечной системы в 3д), сложно изогнутый слоёный шлейф распахнутых поверхностей с красивенькой, надеюсь не лиловой, бахромой по краям. Господи, помилуй физиологов.

Можно утверждать, что если галактика движется, то в ней неизвестны ни межзвездная пустота, ни черный космос. 5-мир набит битком разноцветным содержимым, и набит довольно плотно.

5-звезды — это сверкающие стены (в спиральных галактиках - разомкнутые пузырчатые трубы, занавешенные тюлем планет). Такой вот рулет. Какие законы размыкают (замыкают) и наливают светом (гасят) эти трубы? Не трехмерные точно.

Если же мы допустим на секунду, что движется и то, вокруг (вдоль или поперек) чего движется наша галактика, то и межгалактические «пустоты» сразу окажутся грустным плодом тихих странностей 3-ума, а не живой реальностью. Господи, помилуй астрофизиков.

Спешу напомнить, что 4-змеи хвостами уходят в мам, а мамы в бабушек, а те в прабабушек, а те дальше. И топосхему «дерево» 3-ум в своей библиотеке имеет. Значит в состоянии опознать 4-человечество, как один живой организм.

То есть в 4-теле я 4-волоконце. А 4-ум опознает себя целиком, как человечество (не имея ни малейшего понятия о том, что такое человек).

Этот живой 4-ум непрерывно, по ходу галактики, примеряет на себя человечество за человечеством, созидая один миг существования 5-телу. Телу, которое можно назвать «все человечества нашей галактики».

Занимательней же всего вышесказанного то, что 4-ум этого 5-тела, так же как и мой, томим жаждой быть в «настоящем» и «настоящее» это у нас одно. Оно одно у всех умов, не зависимо от их мерности.

Только при таком условии возможен «один общий мир» для множества совершенно не подозревающих друг о друге, но тем не менее замечательных существ. Этим утверждением можно завершить упражнение по изменению восприятия мерности мира.

(4) Что в чистом мире абсолютно невидимо любому уму? (попытка опознать содержимое «настоящего»)

Наш честный и внимательный ум благополучно пережил выход из 3-шкурки в чистый мир. 3-ум посмотрел на себя со стороны и увидел провинциальную несуразность большинства своих традиционных «аксиом восприятия». Увидел свое место в стройной иерархии отличных от него умов и опознал свою связь со всеми этажами мироздания.

Ещё он отчётливо понял, что технический прогресс использует реальность совершенно не соображая, что же она из себя представляет на самом деле. Можно посчитать сколько свободных человеко-часов (и других ресурсов) обнаружит в себе человечество для насущных нужд, осознав, что все 3-эволюции не имеют своей причиной 3-реалии, а элементарная частица в мире всего одна, и она везде, и абсолютно не расчленяема.

Интересно увидеть и понять, чем же являются в (4)(5) и 6-мире наши управляемые и нет цепные реакции (и в «материи», и в социуме). И получить справку-гарантию от важных ученых в том, что сейчас какой-нибудь 5-хирург не воткнул уже свой 5-нож в 5-тело чтобы удалить паразита, раковую опухоль гордыни и алчности (нас).

Лирика вдохновляет, но вернемся к анализу. Наши манипуляции восприятием мерности мира были основаны на простой топологической реальности - самоощущении ума во времени. Основное и единственное занятие ума — освоение прошлого. Уму удобно, когда время (настоящее) бежит (идет, течет), а прошлое лежит в «багаже» в виде упорядоченных топосхем.

Эта позиция, как и все в чистом мире, относительна. Сменив ее на противоположную, увидим время (настоящее) которое стоит, и прошлое, которое фонтанирует из него разнообразными протяженностями. Ум, как теннисный мячик, что пляшет в этом фонтане пытаясь прикоснуться к его устью. Но легковесен суть и ленив зело, от того из двух озвученных позиций неизбежно избирает удобную.

Мы же намеренно не станем потакать дурным привычкам и пресечем традиционный хаос, установив интересующую нас точку «настоящего» в центр мироздания. Теперь Источник всех источников всегда прямо перед нами и не «убегает», а «наполняет» нас нашим прошлым.

Рядом с нами в этом чудесном многомерном фонтане опознают себя все. И 1-отрезочки, и 5-хирурги, и ?-незнамо что. Все умы получающие прошлое из Настоящего являют собой физиологическое единство, сохраняя при том личную уникальность и обособленность.

Все они получают жизнь из одной, абсолютно непроницаемой, Точки. Каждый своей, строго отмеренной долей, через свой, строго отмеренный, интервал. 0-умы часто и по слепой капельке, 5-умы безумно редко и галактическими порциями.

У всех у них (нас) «пространство», «время» и «ум» существуют только вместе, как соборное, триединое приложение к неуловимому «настоящему». Точнее, к акту Его встречного движения.

Технология получения и усвоения жизни проста, но нам нечего сказать о технологии ее порождения. Ум обречен локализовать Настоящее вне мироздания (вне доступного умозрению) и допустить существование «не мерного» способа быть невидимым. То есть допустить, что топологическая схема добытая первым метафизическим опытом - не единственный способ бытия.

Этот «другой способ бытия», самое интересное из существующего и совершенно не опознаваем голым умом. Метафизик на этом рубеже мямлит несвязное, а суровый богослов возглашает: «Подобное познается подобным!»

Ну что же, познавать мир ума мы начинали с трех метафизических (умных) опытов. По топологической аналогии и богопознание необходимо начинать с опыта богообщения (молитвы). Господи, помилуй.