Приключения Любочки и Сашеньки.

Глава 1 (кукла Наташа.)

Любочка и Сашенька сидели в песочнице и разговаривали. Любочка держала в руках резиновую куклу Наташу, расчёсывая ей волосы. Сашенька сидела рядом, стуча лопаткой по песку.

– А давай твою куклу супом накормим? – предложила Сашенька.

– А суп где взять?

– Мы сами приготовим! Вот вода из лужи есть, одуванчики, веточки! Всё есть, чтобы накормить куклу! – Любочка посмотрела на свою куклу, потом посадила её на песок. Посмотрела на Сашеньку и пошла с ней за одуванчиками.

– Пошли готовить. – Сказала она. Девочки набрали в ведерко воду из лужи, нарвали букет одуванчиков и подобрали с земли опавшие веточки. В ведро с водой полетели собранный букет цветов и ветки. Суп для куклы Наташи был готов. Любочка взяла лопатку и набрала суп, а потом поднесла ко рту куклы.

– Открой ротик. Я буду тебя кормить. – Лопатка выскользнула из рук, и… Ой!.. Упала на платье Наташи, оставив грязное пятно. Любочка взяла куклу на руки, и начала водить ладошкой по платью куклы, пробуя стереть пятно.

– Не получается. – Пятно стало больше.

- Нам надо постирать её! – Выкрикнула Сашенька. – У меня дома есть хозяйственное мыло! Я его сейчас принесу, а ты тащи полотенце! Будем мыть Наташу! – Сашенька сорвалась с места, и побежала к своему подъезду, Любочка побежала к своему.

Девочки вынесли всё на улицу, и Любочка спросила у подруг.

– А где же её мыть будем?

– Как это “где”? в луже конечно! – Сашенька, не раздумывая, кинула куклу Наташу в лужу, водя ей из стороны в сторону. – Сейчас будет чистая-пречистая! – Сашенька взяла мыло, и начала мылить ей платье, волосы, а заодно и лицо, чтобы умылась. Любочка стояла рядом, держа в руках полотенце. Кукла не стала чище, наоборот, на её лицо налип листочек, ей в рот затекло много воды, и она стала тяжелее, волосы спутались и намокли, и платье промокло и стало темнее от грязной лужи. Сашенька и Любочка перепугались, положили куклу на полотенце и начали растирать её. Они думали, что если полотенце чистое, и о него потереть мокрую куклу, то кукла станет чистой и сухой. Но кукла Наташа испачкала полотенце, намочила его волосами, и не стала чище. Любочка подняла Наташу и посмотрела на Сашеньку.

– Может отнести её маме? Мама поможет постирать Наташу!

– А чего ты раньше молчала?

– Забыла. – Прошептала Любочка, и понесла куклу к себе.

Мама Любочки посмотрела на испачканную куклу, и тяжело вздохнула.

– Ах, где вы её так запачкали?

– Мы её в луже купали, у Наташи было платье грязное. – Сказала Любочка, кладя резиновую Наташу в тазик. Мама залила её чистой водой, взяла у Сашеньки хозяйственное мыло, и начала стирать куклу, шоркая её платьице на руках. Закончив стирку, Наташу положили на полотенце, а платье повесили на батарею.

– Скоро всё высохнет, и будете играть с Наташей опять. А пока, можете поиграть у Любочки в комнате. – Сказала мама, и ушла на кухню. Любочка и Сашенька пошли в комнату, и стали играть с другим пупсом и плюшевым зайцем. Кукла высохла к вечеру, её одели, заплели косичку, и после этого девочки стали относиться к резиновой Наташе ещё бережнее, и старались больше не пачкать её платье.

Глава 2 (Курица)

Любочка и Сашенька были на всё лето у бабушки на деревне. Любимое занятие девочек было собирать малину в ведёрко, и относить домой, чтобы бабушка Сашеньки сделала для них пирожки. Девочки очень помогали бабушке: они кормили утят, гладили добрых телят, кормили козлят молоком, собирали малину и клубнику! Но больше всего подружки любили заходить в курятник, потому что там были маленькие цыплята, которые, при виде девочек, начинали громко пищать, прыгать и бегать вокруг них, отчего Любочка и Сашенька смеялись.

Спустя две недели в курятнике появилась новая курица. Она была большая, с большим хохолком, и рыжими крыльями! Она была крупнее большинства курочек в курятнике, и была очень активной. Она постоянно бегала по углам, могла склевать всё зерно, пила воду из мисочки, макая туда лапки, а если ей что-то не нравилось, курица начинала кричать и клевать всё, что видит.

Однажды Любочка и Сашенька зашли в курятник, неся ведро с зерном. Они поставили ведёрко на землю и начали разбрасывать зерно ручками. Цыплята клевали быстро, бегая и врезаясь друг в друга. Курицы мамы и петух клевали медленно, не торопясь. Зачем им торопиться? Они всё успевают, а малышам надо ещё поиграть, побегать и прыгать на всех! Но большая курица клевала больше всех. Она не подпускала к себе других, отталкивала клювом цыплят, и махала крыльями на Любочку и Сашеньку, словно она пыталась взлететь. Любочка это не понравилось, и она подошла к курице.

— Какая невоспитанная курица! — Сказала она. — Нельзя у маленьких отбирать еду! Ты должна делиться, ты некультурная. — Курица посмотрела на Любочку, потом громко вскрикнула и расправила крылья, и побежала на девочку. Любочка испуганно запищала и побежала по всему курятнику от неё. — Помогите! Спасите! — Кричала она. — На меня курица бежит! Мамочка!

Сашенька испугалась не меньше. Она видела, как за её подругой бежит эта громкая птица, и поняла, что возможно она будет следующей. Сашенька взяла в ручки горсточки зерна, и начала кидать возле курицы, шмыгая носом.

— Уходи! Уходи, птичка! На кричи пожалуйста... —говорила Сашенька. Курица подошла к разбросанному зерну и принялась его клевать. Цыплята убежали к своим мамам, прячась им под лапы. Любочка и Сашенька опрокинули ведро зерна и выбежали из курятника, вытирая слёзы на бегу. Девочки прибежали домой, и спряталась под старую кровать, оставив ноги торчать из-под кровати.

Бабушка пришла домой вечером, поставила пакет с продуктами на стол, и прошла в комнату. Она увидела две пары ножек, торчащих из-под кровати, и крайне удивилась. Бабушка подошла ближе, наклонилась, и взяла девочек за ноги, ласково вытягивая их под кровати.

— Милые мои, — Начала бабушка. — вы в прятки что ль играете? Почему вы под кроватью?

— Бабушка! — Начала Сашенька, громко шмыгнув носом. — Там курица не пришла?

— Какая курица?

— Большая такая! — Продолжила Любочка. — Рыжая! Громкая! Она кричала на нас, и бегала за мной! А Сашенька спасла меня!

Бабушка взяла за руки обточку и Сашеньку, и посадила из на диван.

— Курица? Кричащая? — улыбнулась бабушка. — А вы знаете, почему она за вами бегала?

— Конечно, она хотела клюнуть Любочку! — Сказала Сашенька.

— Ты ошибаешься, деточка. Она не просто хотела клюнуть. Она хотела с вами играть! И кричит она, не потому что злая, а потому сто не умеет говорить, но я уверена, что она хотела сказать вам: "Я здесь, я вижу вас! Давайте вместе играть!"

— Но она же большая курица! А играют только с цыплятами. — Надулась Сашенька.

— Почему? Большие и взрослые часто не против поиграть с кем-нибудь, а возраст - это неважно. — Сашенька и Любочка переглянулись, и посмотрели на бабушку. Она точно не будет врать. Бабушка продолжила. — Давайте завтра опять сходим к ней, и вы попробуете поиграть с ней? — Девочки радостно улыбнулись и начали кивать, решив, что надо курицу узнать лучше.

Следующим утром бабушка повела Любочку и Сашеньку в курятник, и встретила ту курицу. Курица подошла ближе, и раскрыла крылья. Сашенька и Любочка очень осторожно подошли ближе, держась за бабушкино платье, и, Сашенька, набравшись смелости, протянула ручку и потрогала её перьевую грудку. Курица остановилась, моргнула, и поддалась вперёд, нетерпеливо прыгая на месте, ожидая ласки. Сашенька почесала её ещё, курица тихо квокала, щурилась и вертелась. Любочка тоже гладила курицу, и теперь она не выглядела опасно, а очень доброй и спокойной. После нескольких минут поглаживаний и чесаний курица громко закудахтала и похлопала крыльями по бокам, а потом пошла и села на своё место.

Вечером курица снесла два яйца, и, когда вылупились два цыплёнка, бабушка назвала их Любочка и Сашенька.

Глава 3 (Куда делось солнышко?)

Любочка и Сашенька сидели на скамейке у дома бабушки и играли. Сашенька плела Любочке косичку, а она играла плела косичку кукле Наташе. На дереве чирикала синичка, прыгая с одной ветки на другую, листья изредка качались от ветра, и солнце постепенно заходило куда-то очень далеко...ещё дальше...и ещё дальше, пока не ушло совсем.

Бабушка вышла на крыльцо и позвала девочек домой. Любочка и Сашенька побежали в дом, и Сашенька подошла к бабушке с вопросом.

— Бабушка, а куда ушло солнышко? — Спросила она.

— Солнышко...— Задумалась бабушка, поглаживая бок. — А солнышко в прятки играет! Оно прячется, а потом снова приходит. Такая вот игра у него!

— Значит нам надо найти его? — Спросила Любочка. — Оно прячется, а мы ищем?

— Не надо искать, оно само всегда придёт. У него игра такая: когда солнышко прячется, все должны ложиться спать, а утром оно само придёт. Вы же ложилась спать, а просыпаетесь - и светло.

Девочки подумали над этим. Действительно, солнышко появляется только когда они просыпаются. Они побежали переодеваться в рубашечки, чтобы быстрее залезть в кровать и ждать солнышка. Но сон не приходил, и сейчас не пришёл, и потом. Любочка легла и так, и Сашенька легла эдак, и подушки они помяли, и одеяла роняли, и с головой накрывались, но не пришёл этот сон! Как можно спать, когда знаешь, что солнышко где-то прячется?

Тогда девочки подумали над словами бабушки, но не о сне, а о прятках! Они любили играть в прятки с другими детьми, а солнышком ещё не играли!

— Надо его найти! — Прошептала Любочка со своей кровати, садясь на одеяле.

— Подождём, пока бабушка уснёт, и пойдём искать! — Согласилась Сашенька, тихо вставая с кровати и подходя к двери, прислушиваясь. Тишина. Никто не ходит по дому, не слышно шороха тапочек, звука, с каким ставят чашку молока на стол, нет звука перелистывания страниц книги. Только тиканье часов и жужжание холодильника.

— Тишина. — Сказала Сашенька. — Бабушка в своей комнате, она наверное уже легла спать. Пойдём, только тихо поищем, чтобы не будить бабушку. — Сашенька взяла Любочку за ручку и пошла из комнаты.

Выйдя в гостиную, девочки начали на цыпочках ходить по комнате, открывая ящики, пытаясь нащупать в них что-нибудь тёплое и жёлтое. Ничего жёлтого не было, только альбомы с фотографиями, бабушкины вязанные носки и клубки со спицами. Любочка включила маленькую лампу на столе, и начала искать на столе и под столом солнышко. Под столом не было ничего, кроме пыли и коробки с калошами. На столе была скатерть и книга со сказками. Солнышка не было.

— Нет его здесь. — Сказала она. — Пошли искать на кухне.

— Только не урони ничего. — Сказала Сашенька, беря в ручки маленькую свечку, она понадобится.

— Сама не урони!

Любочка и Сашенька пошли на кухню. Сашенька открыла духовку, и начала светить внутрь свечкой, но ничего, кроме противня и блюда там не было. Любочка искала в ящике, и случайно кастрюля упала ей на голову. Теперь Любочка с кастрюлей, как в шлеме.

— Ой! Темно! Саша, ты где? — Пискнула Любочка, мотая головой туда-сюда. Сашенька подошла и сняла с её головы кастрюлю.

— Ты чего шлем надела? — Удивилась Сашенька. — Ничего же не видно!

— Я случайно...

— За случайно - бьют отчаянно! — Сашенька дёрнула Любочку за косичку, хихикнув. Любочка громко ойкнула и дёрнула Сашеньку в ответ. Потом девочки подошли к холодильнику, Сашенька подставила табурет и встала на него, открыла холодильник.

— Я трогать ничего не буду...только поищу солнышко. Совсем ничего не буду трогать.

В холодильнике стояла открытая банка варенья, и оно было таким манящим, таким сладким на вид, что Сашенька не удержалась, и взяла банку.

— Нет солнышка... Варенье есть! Солнышко подождёт! — Сказала она, ставя банку на пол, и открутив крышку, достала две большие ложки. Одну она протянула одну ложку Любочке. Девочка взяла ложку и принялась есть варенье вместе с подругой, но потом подумала, и тихо сказала.

— А есть сладкое ночью можно?

— А почему нельзя?

— Мама сказала, что это вредно, на ночь сладкое не едят.

— Ну это у тебя мама не ест сладкое ночью, она же мама! А мы Любочка и Сашенька, мы можем! И мамы тут нет, значит можно!

Девочки съели полбанки варенья, измазали рубашечки, ручки, щёки и умудрились заляпать банку. Было очень вкусное варенье. Они довольные уселись на пол, погладив животики.

Любочка и Сашенька сидели на полу, а потом Сашенька посмотрела на окно. Небо было не тёмными...оно было... Синим! А потом оранжевым!

— Смотри! — Сашенька показала на окно, откуда появлялся большой, жёлтый и тёплый круг.

— Солнышко! — Выкрикнула Любочка, но прикрыла ротик ладошкой. — Надо тихо... Солнышко пришло к нам... Мы нашли его?

— Нет... Это оно нас нашло. Я поняла! Солнышко не просто в прятки играет, а тоже ложится спать, чтобы потом прийти к нам бодрым!

— А мы... Мы не спали... И что теперь делать? — спросила Любочка, потирая глазки. Солнышко то пришло, оно выспалось, а они нет. Сашенька зевнула во весь рот, и легла на бочок, прямо на полу.

— Солнышко пришло, мы его ждали. Значит оно и нас подождёт. Я спать. — Прошептала Сашенька, и закрыла глаза. Любочка пожала плечами, и легла рядом, обняв подругу за спину.

Спустя пару часов бабушка вышла на кухню и ахнула. Полу пустая банка варенья стоит на полу, а рядом спят липкие от варенья Сашенька и Любочка. Бабушка вздохнула, но не от усталости, а от нежности к этим двум шаловливым, активным, и счастливым девочкам.

Глава 4 (Банка конфет)

Была в городе восьмилетняя Марина, которая постоянно спорила со всеми. Она искала повод для спора во всём: турник во дворе — Кто дольше провесит! Горка во дворе зимой — Кто быстрее заберётся на верх! На дереве повесят шину с верёвкой — Кто сильнее раскачается!

Один раз Любочка и Сашенька сидели на лавочке во дворе, и к ним подбежала Марина.

— А вы прямо подруги? — Хитро спрашивала Марина.

— Подруги. — Сказала Любочка.

— Вот прямо подруги?

— Ну да, вот прямо подруги! — Уверенно сказала Сашенька, беря Любочку за ручку.

— И прямо всё вместе делаете?

— Вместе делаем. — Сказали обе.

— И друг с другом на всё соглашаетесь?

— Конечно.

— Хорошо... Тогда давайте поспорим. Кто добежит от этой лавочки до соседнего двора первым, тому я дам... Я дам... Целое ведро конфет! — Предложила Марина, улыбаясь. Любочка и Сашенька подумали над этим предложением. Вроде бы такое настроение, что бежать не хочется... А с другой стороны конфеты... Целое ведро конфет... Ещё и за бег! Да легче лёгкого! Конечно они согласились!

Девочки встали и приготовились бежать. Как только Марина выкрикнула "марш", обе соскочили со своих мест, и побежали кто как мог! То Сашенька спотыкается о собственные ноги, то Любочка сбегает то вправо, то влево, но обе забежали в соседний двор. И... Они прибежали за одно и тоже время, думала так Марина, видя, как они прибежали, но каждая девочка думала иначе. Любочка думала, что прибежала первой она, а Сашенька думала что она была быстрее. Девочки отдышались, переглянулись, и Любочка показала на себя.

— Я первая пришла.

— А чего это ты? — Удивилась Сашенька. — Я быстрее была!

— А вот и нет! Я здесь стою уже... Десять секунд! Это долго, а ты только пришла!

— Это я тут столько стою, ты позже прибежала!

— Ты врёшь!

— А вот не вру! Ты просто медленная! Как... Как... Черепаха!

— Черепаха? — Возмутилась Любочка. — Сама ты черепаха! Сама ты медленная.... И... И старая тоже! И ты слишком.... Ты просто слишком!

— Ах, это я слишком?! Всё, уходи, больше не буду с тобой дружить! Ты плакса!

— Ну и пожалуйста! — Сказала Любочка, и ушла во двор, сжимая в кулачках край платья. Сашенька повернулась к Марине, которая уже подошла.

— А ты отдавай банку конфет. — Сказала Сашенька, торжественно вытянув ручки.

— Какие конфеты? — Наигранно удивилась Марина.

— Ну как же? Ты обещала банку конфет, если я приеду первой.

— Я? Обещала? Не помню такого. — Сказала Марина, сложив руки на груди. Она не только любит спорить, ещё и обманывать!

— Ты же обещала!

— А докажи! — Ухмыльнулась Марина. Сашенька остановилась, опустила глаза в землю. Она не может доказать свои слова без Любочки, а с ней она поругалась.

Марина хихикнула, и потрепала макушку Сашеньки. — Я бы тебе и так не дала конфет, у меня нет их, а тем более банки!

— Зачем ты тогда это говорила?

— Для забавы, конечно. Просто так хотела посмотреть, как вы будете за конфеты драться. Ну а ваш спор... Бред какой. Из-за конфет ругаться, ну вы и глупые!

— Ах, это мы глупые?! Ты сама виновата! Ты пообещала конфеты нам, и поссорила нас из-за конфет! — Крикнула Сашенька. Любочка нахмурилась, и толкнула девочку.

— А вас никто и не заставлял соглашаться на спор. Сама виновата. Вот и сиди теперь одна, без своей подружки! — Марина развернулась и ушла, недовольно топая ногами по траве. Сашенька осталась одна в чужом дворе. Она смотрела как уходит Марина, потом туда, куда ушла Любочка, и поняла, что потеряла подругу из-за дурацкой шутки другой девочки. Сашеньке стало так грустно, что она пошла домой. Дома был старший брат Игорь, которого сегодня мама оставила за старшего. Игорь увидел грустное лицо Сашеньки, и подозвал её к себе.

— Ты чего это такая кислая? — Спросил Игорь, выглядывая на сестру из-за книги.

— Это всё Марина! Она нас с Любочкой поссорила!

— Как так?

— Она предложила добежать до соседнего двора, а первый кто прибежит, получит банку конфет. А конфеты я так и не получила, ещё и с Любочкой поссорилась!

— Вот гадюка, та Маринка! — Разозлился Игорь, громко хлопнув книгой и положи её на диван. — Она так всех ссорит, поэтому с ней и дружить не хотят! И ты с ней не общайся больше, а то она вообще всех против тебя и Любочки настроит! — Игорь поднял Сашеньку на колени, обняв её. — Не бойся, я тебе помогу построить с Любой.

— Как?

— Вот так! — Игорь достал из кармана штанов... Десять копеек! — Ты купи в ларьке эскимо, и отдай его Любочке, и попроси прощение! Я так со своим другом помирился! — Сашенька взяла монетки в руки и крепко обняла Игоря.

— Ты самый лучший! Спасибо, я всё сделаю!

— Я тебе помог, и ты мне когда-нибудь так же поможешь. Иди уже!

Сашка как выбежала на улицу и побежала в соседний подъезд. Из подъезда вышла Любочка, остановилась и глянула на Сашеньку. Девочки замерли, только моргая глазками. Сашенька выкрикнула вдруг.

— Люба, прости! Я не хочу ссориться больше! Давай снова дружить, как раньше, и без конфет, и без Маринки, и без споров!

Любочка замерла, а потом улыбнулась широко-широко! Она подбежала ближе и крепко обняла Сашеньку, хватая за всё, до чего дотянется!

— Давай снова дружить! Навеки! Я хочу дружить с тобой! — Радостно пропищала Любочка. Сашенька обняла подругу в ответ, и потом взяла её за ручку.

— Мне дали денег, пошли покупать мороженое!

— А мне тоже дала мама, семь копеек!

— Значит купим две порции мороженого!

Любочка и Сашенька купили в ларьке две порции, сидели на лавочке, ели, смеялись и разговаривали. Зачем им банка конфет, если нет друг друга? Ни за какие сокровища они не перестанут дружить! Или до следующего спора...

Глава 5 (Как Игорь сидел с братиком. Рассказ на вырост)

В гости к родителям Игоря и Сашеньки пришли тётя Настя и дядя Володя. Тётя Настя зашла и сразу пошла обниматься с мамой и папой, а потом прошла в комнату к детям.

— Игорёк, родной ты мой! — Выкрикнула тётя Настя, разводя руки. — Ну как подрос! Прямо великан! Давай, рассказывай, как дела? Хорошо учишься? Мамку с папой слушаешься? Иди ко мне! — Она притянула Игоря к себе, зажимая его голову объятиях. Игорь немного поморщился. От тёти Насти опять пахло перегаром, пропахло даже её платье, смешиваясь с запахом духов. Игорь похлопал тётю Настю по спине, и тихо сказал.

— Здравствуйте... Рад вас видеть. Хорошо я учусь.

Потом тётя Настя увидела Сашеньку на кровати, и подхватила её на ручки.

— А вот и моя малышка! Привет, моя радость, привет, моя птичка! И ты как выросла! — Тараторила тётя, едва успевая облизывать губу от слюны. — А у меня подарок для тебя! — Сашенька удивлённо моргнула. Она не помнит тётю Настю, не помнит дядю Володю, но её резкий запах заставил девочку немного поморщиться.

— Подарок?

— Ну конечно! — Тётя Настя порылась в сумке, и достала из неё кубик Рубика. Это скорее подарок для Игоря, а не для шестилетней Сашеньки. Конечно она поблагодарила тётю, и когда та ушла, Сашенька подошла к Игорю и протянула ему кубик.

— Игорь, на...

— Зачем? Тебе же подарок.

— А мне зачем? Я не умею.

— Научишься.

— Ну на, я делюсь с тобой! — Капризно сказала Сашенька. Игорь взял кубик и поставил его на стол. — А ещё кто пришёл?

— Дядя Володя пришёл. Муж тёти Насти. Лишь бы он опять не принёс свою пахучую водку.

— Какую водку?

— Свою, Сашенька, свою, вонючую и горькую. Тебе точно нельзя её, ты ещё маленькая.

— А тебе можно? Ты уже большой, тебе пятнадцать!

— А я не буду пить тоже, я с тобой лучше посижу. Хочешь, поиграем с юлой?

— Хочу! — Оживилась Сашенька, и побежала доставать юлу из-под кроватки.

Каждое застолье с тётей Настей и дядей Володей проходило по одному сценарию: приходят они, дядя Володя с папой, как слышала Сашенька, "хлещут водку", тётя Настя с мамой громко смеются, ругаются, мирятся, тётя Настя курит рад столом, и вся еда пахнет сигаретами больше чем обычно. Дядя Володя начинает ругаться с папой, они ссорятся, нередко они начинали драться за столом, мама и тётя Настя разводили им по разным комнатам и оставляли спать, а сами допивали водку. В это время всегда Игорь и Сашенька находились дома, слышали, как папа дерётся с дядей, как смеются мама с тётей, Игорь закрывал Сашеньке ушки, чтобы не слышать драку, вкладывал спать её, спал с ней рядом, а вместо пионерского галстука брал в кровать и Сашеньку, и складной нож.

Но сегодняшний вечер был на удивление тихим. Не было горького запаха водки, ре было дыма сигарет, никто не дерётся. Только смех и тихие разговоры. В комнату к детям зашёл дядя Володя, держа в руках свёрток из пелёнок и тряпок.

— Игорёк, иди сюда, — Подозвал дядя, — Знакомься с братиком.

Игорь подошёл ближе, взял свёрток из рук мужчины и открыл плёнку. Внутри лежал маленький человечек, пухленький, розовый, сморщенный от тихого хныканья.

— Это Сёма. — Сказал дядя Володя, поправив рубашку. — Будете сидеть с ним сегодня. Он мальчик у нас тихий, вы просто его покормите, может поиграйте, и спать уложите.

— Куда мне его уложить? — Спросил Игорь и оглянул комнату. Ну не на ковёр же ребёнка класть, а с обычной кровати он может упасть.

— Ну не знаю. Придумаешь, ты же умный у нас. Давай, верю в тебя. Не подводи только. — Отмахнулся дядя Володя, похлопав мальчика по плечу, и вышел. И как только он вышел, Сёма зашевелился в плёнках и запищал. Игорь положил его на кровать, и начал развязывать из тряпок.

— Сейчас, маленький. Подожди, сейчас вытащу. — Шептал Игорь. Сашенька подбежала к кровати, забралась и постарела на Сёму.

— Привет, Сёма. Я Саша. А рядом Игорь. Ты наш братик, живи теперь с этим. — говорила Сашенька, глядя малыша по головке. Когда Сёму развязали, малыш перевернулся на животик, и рассматривал новых людей перед собой, пыхтя и забавно шевеля носиком.

— А он таким останется? — Спросила Сашенька у старшего брата, показав на малыша.

— Ну нет конечно, он ещё вырастет.

— Я тоже была такой маленькой?

— Ага. Я помню, а ещё помню ты была такой маленькой, и орала постоянно.

— Неправда!

— Правда, правда. Я тебе что, врать буду, по-твоему?

Пока Сашенька и Игорь говорили, Сёма уже начал опять хныкать. Что случилось? Голодный? Устал? Скучно? Животик болит? И ведь неё спросить у него, что не так! Игорь взял братика на руки и начал качать, похлопывая ладонью по животику.

— Тихо, тихо, родной. Не кричи только, ты же у нас мужчина, а мама говорит, мужчины не плачут. — А потом Игорь увлёкся и начал рассуждать: — Ну то есть я не верю в это. Почему "мужчины не плачут"? Я видел, как мой одноклассник плачет, и его поругали. Глупость. Если я родился мальчиком, это не значит, что я не могу показать, что мне нравится, а что меня расстраивает. Но тебе пока можно, ты же маленький, а я вот, уже большой. — Сёма не понимал, что говорит мальчик, и просто мычал и изредка взмахивал руками. Сашенька подошла к Сёме и поцеловала его в щёчку.

— Он маленький такой... Тако милый. А мы будем его кормить?

— Будем. На кухне бутылочка с соской, я принесу всё, а ты посиди с братиком. Сказал Игорь, передав сестре малыша, а сам ушёл на кухню. Сашенька сидела на кровати, неумело схватившись за распашонку Сёмы. Хныканье переросло в громкий плач, сопровождаемый икотой. Сашенька зажмурилась от крика, отвернувшись. Через пару минут Игорь влетел в комнату, взбалтывая бутылочку с молоком. Он взял Сёму на руки и приставил соску к губам.

— Ну давай ты... Ешь. — Сёма зачмокал соской на бутылочке и начал есть, громко засопев. Игорь выдохнул, решив, что теперь будет тихо, но теперь заплакала Сашенька. Она не плакала громко, просто слёзы текли по щекам, губки дрожали и шмыгала носом. Игорь держал одной рукой Сёму, а второй рукой взял Сашеньку за плечо, придвигая к себе.

— Что такое, Сашуль? Головка болит от крика? — Спросил он. Сашенька кивнула, и снова шмыгнула. — Понимаю, родная. Потерпи, сейчас уложу малыша и посидим тихонько. Я тебя чаем напою. — Тихий голос брата успокаивал Сашеньку, и она пыталась дышать глубже, чтобы успокоиться.

Сёма доел, срыгнул, и только после этого начал клевать носом. Глазки стали сонными, движения менее активными, дыхание стало ровнее. Игорь понял, что пора укладывать его спать. Но куда уложить младенца, если нет детской кроватки? Игорь обошёл комнату взглядом, пока глаза не упали на тумбочку. Идея!

— Сашуль, — Позвал он, — Открой ящик, пожалуйста. И вытащи оттуда все тетради и книги. — Сашенька открыла нижний ящик и поставила на пол все тетради, учебники и рисунки, которые достала. Игорь застелил дно ящика пелёнкой, и положил туда Сёму. Накрыл его Игорь маленьким одеяльцем.

Сашенька подошла к Игорю, и обняла его за ноги, ещё всхлипывая.

— Игорь... У меня голова болит.

— Знаю, птенчик, знаю. Потерпи немного, полежи. — Тихим голосом сказал Игорь. Сашенька легла на его кровать, уткнулась носом в подушку, и задремала. Игорь ещё немного посидел у тумбочки, изредка поворачиваясь на дверь, но усталость взяла вверх, и он лёг на кровать, приобнимая Сашеньку.

Можно сказать, что Игорь не спал, просто лежал с прикрытыми глазами и прислушивался к шуму из соседней комнаты. Но вдруг открылась раздался щелчок замка, кто-то зашёл в комнату, закрыв за собой дверь. Это был дядя Володя. Он был пьян, едва стоял на ногах, рубашка вылезла из штанов, а сам он держался за дверной косяк. Стоял дядя Володя долго, потом шатающейся походкой подошёл к кровати Игоря, остановился. Игорь сдался в кровати, прижимая Сашеньку ближе к себе, но продолжил лежать с закрытыми глазами. Дядя Володя наклонился, и провёл тяжёлой рукой по волосам мальчика, зачем ещё и ещё. Он даже не подозревал что мальчик ещё не спит.

— Спасибо, Игорёк, выручил. — Дядя Володя погладил и Сашеньку, девочка во сне немного улыбнулась. — Вы не думайте, что мы злые такие... Мы с тётей Настей очень любим вас, но не умеем по-другому. — Затем дядя Володя подошёл к тумбочке, сел на пол и взял на руки спавшего Сёму. Малыш почувствовал тепло папы и прижался к нему, немного морщась от неприятного запаха. Мужчина качал сына на руках, говоря что-то неразборчивое.

В комнату зашла тётя Настя, выглядя ещё хуже. Волосы спутались, рукав блузки порвался о острый угол стола, губная помада была на подбородке, и от неё пахло сигаретами. Она прошла в сторону Игоря, и плюхнулась на свободный край, у ног детей. Она подползла и обняла Игоря.

— Мой золотой... Мой маленький... Мы вас очень любим, но я не могу показать это по-другому... Когда мы уедем домой, то будем очень по вам скучать... Приходите к нам в гости, почаще... — Говорила тётя Настя, вытирая глаза, и уснула под боком, повернувшись в сторону мужа. Дядя Володя уснул в кровати, сидя, держа на руках младенца.

Потом в комнату прошли мама и папа Игоря и Сашеньки, так же не в лучшем состоянии. Они подошла к столу и положили кулёк из газеты. Потом они молча сели у стола, и отключились. Игорь слышал всё, потом повернулся, увидев всех взрослых, выпивших, спавших, и довольных. В глазах мальчика стояли слёзы, которые капали на подушку. Он понял, что все родители любят своих детей, но не всегда способны это показать так, как ожидается. Дядя Володя и тётя Настя добрые люди, просто судьба у них сложилась, вот и выпивают, а мама и папа просто за компанию, и дядя Володя с папой дерутся, потому что никак эмоции больше не могут показать, но они же всё равно помирятся. Игорь шумно выдохнул и уткнулся лицом в подушку, всхлипывая... Прошло пару минут, и он уснул. Так и закончился вечер с гостями и новым членом семьи.

Глава 6 (Рисунок)

Сашенька сидела у Любочки в гостях, но сегодня день был очень… Сонный. Сашенька весь день ходила и клевала носом, засыпая при любом удобном случае. Спала пока чистила утром зубы, спала во время завтрака, и упала лицом в кашу, спала пока была с мамой на рынке, и потерялась там дважды, даже в коридоре на коврике уснула! Игорь прошёл мимо, так рассмеялся, что начал икать и перекладывать её в кровать. Сейчас Сашенька за столом у Любочки, держа в ручках кружку молока. Любочка взяла у Сашеньки кружку из рук, и поставила её на стол.

– Аккуратно, прольёшь же… – Сказала Любочка. – Мама ругаться будет… Ты меня слушаешь? – В этот момент Сашенька открыла глаза.

– А? Да, да, я слушаю… – Отмахнулась она, потерев щёки.

– Ты не слушаешь! Ты спишь! Что ты вообще ночью делала?

– Я? Ночью?.. – Задумалась Сашенька. Она уже и забыла, что делала ночью. А чем она занималась? – Не помню… Ну раз не помню, значит не важное было дело. – Сашенька опять над чем-то подумала. – Слушай, а во что будем играть?

– Можно поиграть в дочки-матери, можно во дворе поиграть, можно ещё… – Но Сашенька уже не слушает, она спит. Любочка вздохнула и села рядом, но долго сидеть слишком скучно. И Любочка решила развлекать себя сама.

– Ну и спи дальше, я и без тебя поиграть могу. – Она пошла в комнату, взяла куклу Наташу, и начала играть в дочки-матери.

– Так, буду тебя кормить, а потом играть будем. – Любочка посадила Наташу на стул и взяла кукольную тарелочку. Она налила туда воды из крана, и покрошила кусочек мела. Вода помутнела, и это не просто грязная вода, нет! Это была молочная каша! По крайней мере Любочка назвала это именно так. Она зачерпнула ложечку каши и поднесла ко рту куклы, размазывая ей по губам грязную воду, приговаривая:

– Давай, кушай. За маму ешь, за папу ешь, за Сашу ешь… – Говорила девочка. Но было как-то тихо. Очень тихо. С Сашенькой было бы точно веселее, они бы шутили, смеялись. Но она спит. Когда кукла наелась, Любочка надела ей на голову чепчик, обула сандалики, и вышла из квартиры, не закрыв дверь? А зачем? Сашенька же осталась! Она будет караулить!

Любочка посадила Наташу на качели, и начала её раскачивать. Раз, кукла упала на землю. Любочка отряхнула и опять начала качать. Ещё, и кукла Наташа снова упала! Так и продолжалось, пока Любочка не подумала над тем, что если бы тут была Сашенька, игра бы пошла веселее, или может кто-нибудь из них сидел, а кто-то раскачивал. Любочка вздохнула, и, взяв куклу за руку, пошла домой.

Зайдя в квартиру она увидела что Сашенька ещё спит на кухне. Будить подругу было бесполезно, она так, отмахнется и снова уснёт. Тогда Любочка подумала: её подруга спит, просыпаться не хочет, а одной играть скучно. Что тогда делать, чтобы было весело? Думала Любочка, думала… А потом как выкрикнула!

– Точно! Рисовать! – Любочка аж подпрыгнула от радости, и, оставив куклу Наташу в коридоре, побежала за бумагой и карандашами. Потом она пришла на кухню, села напротив спящей Сашеньки, и взяла карандаш. Она рисовала траву, небо, звёзды, потом себя и куклу Наташу, но чего-то не хватило на рисунке… Точно! Сашеньки нет! На рисунке появилась Сашенька, держащая за руку Любочку. Любочка нарисовала домик, цветы, кошку со двора, и, довольная своим творчеством, положила рисунок перед Сашенькой, и сама не заметила, как уснула.

Сашенька проснулась спустя пару часов, потянулась и зевнула.

– Хорошо… – Выдохнула она. Её взгляд упал на лист бумаги. Рисунок! Сашенька взяла лист, и увидела там себя и Любочку, и куклу Наташу, и кошку. Она посмотрела на спящую рядом подругу и улыбнулась. Она тихо прошептала. – Спасибо… – Сашенька достала из кармана сарафанчика конфету и красной обёртке и положила её перед Любочкой, а сама тихо собралась и ушла домой. В этот момент Сашенька подумала, что сегодня они с подругой совместили приятное с полезным. Ведь спать тоже полезно, а рисовать приятно и весело.

Глава 7 (Космонавты)

Любочка и Сашенька сидели дома и рисовали. На календаре было написано: Четверг. Двенадцатое апреля. День космонавтики. Всемирный день авиации и космонавтики.

Рядом с датой была нарисована ракета и луна. Любочка смотрела на ракету, долго смотрела. А потом спросила у Сашеньки.

– Саш, а что в космосе делать?

– Летать. – Ответила Сашенька.

– А ещё что?

– … Не знаю.

– А что там есть? – Сашенька задумалась. Действительно, а что там? – Мама говорила там звёзды, луна есть… Папа сказал там камни какие-то летают… И там очень холодно.

– Я не о том спросила. Туда же люди летали, а ели они что?

– Наверное… – Задумалась Сашенька. – Они ели какую-то космическую еду… Да, определённо космическую.

– А что такое космическая еда? – Поинтересовалась Любочка.

– Не знаю… Может быть это котлета? Или каша?

– Котлета?! – Засмеялась Любочка, положив карандаш. – Так мы же котлеты и дома едим, а не в космосе! И кашу дома, и суп, и конфеты!

– Подожди, у меня где-то был журнал про космонавтов. – Сашенька встала и пошла в гостиную. Она открыла ящик в шкафу, и начала шуршать альбомами и рисунками. – … Нашла! – Крикнула Саша, и прибежала с журналом. Она начала листать страницы, вдруг остановилась и ткнула пальцем в лист. На нём был нарисован тюбик, как от зубной пасы, и подпись: пюре мясное. – Вот! У них были тюбики!

– Здорово! А давай тоже будем есть из тюбиков, как космонавты?

– Давай! – Радостно подхватила Сашенька. – У меня на плите котлеты есть, и борщ!

– А тюбик где брать будем?

– У мамы в ящике есть тюбик крема, его возьмём! Только перельём всё в банку, крема там много.

Девочки побежали в комнату родителей и взяли из тумбочки большой тюбик крема. Любочка достала пустую банку из-под кровати и Сашенька выдавила туда весь крем. Потом девочки пошли на кухню. На плите стояла кастрюля борща и сковородка с котлетами.

– Вкусно! – Сказала Сашенька, наколов котлету на вилку, и откусила большой кусок. Любочка взяла тюбик и подошла к борщу.

– А чем наливать?

– Этим! – Сашенька достала из ящика большую поварёшку и протянула Любе. Люба заполнила тюбик борщом так, что начало вытекать.

– Всё, теперь у нас есть комический борщ! – Любочка положила его на стол, а потом посмотрела на котлету.

– Больше тюбиков нет, всё на ушло на суп. – Сказала Сашенька. – Может тогда не будем делать котлеты космическими?

– Как не будем? – Удивилась Любочка. – Ещё как будем! Смотри… – Она взяла котлету рукой, и побежала к окну. Люба открыла форточку. – Поехали! – Крикнула она, и отправила котлету прямо на улицу, выкинув её через форточку! – Всё, котлета космическая! Полетела!

– Люба, она вниз полетела! – Воскликнула Сашенька и подбежала к окну, а котлеты… А котлеты и не видно. На асфальте её нет, на клумбе тоже, и возле машин нет. – Где котлета?

– Может кот бездомный забрал? Или собачка?

– Ну нет, они не могли так быстро забрать. – Вдруг их разговор нарушил звук, с каким открывается дверь с помощью ключа. Саша выглянула в коридор… Там стоял Игорь. Он стоял с каменным лицом, а в руке держал свою кепку.

– Саш. – Позвал Игорь, его голос дрожал. – Объясни, что это?

– Как что? – Удивилась она. – Кепка твоя.

– А в кепке что лежит? Посмотри. – Сашенька подошла к брату и глянула вниз. Там лежала котлета.

– … Ой.

– Вот тебе и “ой”! – Выкрикнул Игорь, проходя на кухню. Там он увидел и Любочку. Он повернулся к Саше. – Вы что, сдурели обе? Едой бросаются они с окна! Мама, по-твоему, для этого готовила?

– Нет… Мы просто хотели сделать космическую еду, а котлета… Она сама.

– Ах, сама значит, - Игорь потёр лоб. – А это что? – Он увидел тюбик с кремом, открыл крышечку и заглянул внутрь. Там его встретил борщ. – … Борщ. Тут суп. Вы серьёзно? – Игорь не смог даже разозлиться полностью на девочек. Ну как злиться на них? Они же не со зла. Игорь положил тюбик на стол. Посмотрел на девочек и сказал тихо. – Выливайте суп из тюбика. Бегом, пока родители не пришли. Котлету… Коту во дворе отдам, а вы больше так не делайте. Ясно?

– Ясно! – Хором ответили Любочка и Сашенька, и побежали выливать эту “космическую еду”. Игорь вынес коту колету, вернулся домой, зашёл в свою комнату, и на всякий случай проверил, не использовали ли девочки что-нибудь из его вещей для своих приключений. Вроде нет.

Глава 8 (Мама, посмотри! Рассказ на вырост.)

Утро началось с акварельных мазков по бумаге и крашеной воды в стакане. Это не художник пишет картину, а Любочка рисует подарок для мамы на день рождения, ведь самый лучший подарок – это тот, который сделан своими руками. Рисунков на столе было много, были и цветочки, и зайчик с сердцем, и портреты мамы, которые Люба рисовала с особым старанием. В коридоре прошла мама на кухню, наверное готовить завтрак. Люба взяла нарисованные картинки и, даже не глянув в зеркало, побежала к маме.

– Мама! Мама! – Кричала девочка, размахивая бумагой. – С праздником тебя! Смотри, что я для тебя сделала! – Люба протянула маме рисунки. Мама вытерла руки о полотенце, повернулась и ахнула, не от рисунков, а от того, как выглядит её дочка. Маленькая, лохматая, с грязными руками и лицом девочка смотрела своими огромными глазами на мать и тянула ей стопку изрисованной бумаги, уже измарав пару листов своей чумазой ладошкой. Это всё, что волновало женщину. Ни рисунки, ни улыбка, ни глаза, полные детского восторга, всё это гасло на фоне грязных вещей и участков кожи.

– Люба, ты вся грязная. – Сказала мама. Люба надула губы.

– Ну и что? Смотри! Тут я тебе нарисовала цветочки… И тебя…

– Нет. Это не «и что?», это ты грязная. – Строго перебила мама. Она взяла бумагу из рук дочки и положила на стол, даже не взглянув. Люба убрала руку и нахмурилась. Мама даже не заметила, ей было не до этого, у неё была одна задача – если дочь грязная, значит её надо помыть, причесать, одеть. Отказы не принимаются.

Мама взяла Любочку за ручку и повела к ванной комнате. Девочка упёрлась ногами в пол и попыталась вырваться.

– Не хочу! Мама, не хочу! Не буду! Посмотри рисунки! – Визжала девочка, топая ногами. Мама остановилась, опустила голову на Любу и сильнее сжала её ручку.

– Не упирайся. Веди себя как девочка, а не как… Как нехочуха! – Ответила мама. Девочка замолчала на мгновение, посмотрела на мать и закричала ещё громче.

– Не буду! Не буду! Не хочу! Посмотри, мама! Посмотри! Я старалась! – Кричала она, вытирая слёзы руками, измарав лицо ещё больше. Тут мама взяла дочку на руки и понесла к умывальнику. Она открыла кран и набрала воды в железный тазик, стоящий в раковине. Вода была холодной, и когда мама промокнула руку и провела по лицу дочери, та заплакала снова.

– Холодно! Мама, холодно!

– Ничего страшного, потерпи. – Мама умыла лицо и руки девочки от краски. Вода в тазике стала серой. Потом Любочку вытерли полотенцем и посадили на кровать в свою комнату. Люба посмотрела на маму из-под полотенца, в больших глазах ещё стояли слёзы, но уже не от злости, а от той детской, но такой горькой обиды.

– Мамочка… – Позвала её Любочка. – Ну посмотри же, пожалуйста. Я так старалась. Я хотела тебя поздравить… – Последние слова выходили глухо, будто бы Люба задыхалась от полного носа и слёз. Мама повернула голову на кухню и ушла.

На кухне она села за стол. На плите кипел суп, с протёкшего крана капала вода, а холодильник жужжал. Мама взяла бумаги. Рисунки были кривые, кривой заяц с большим красным пятном в лапах, что, скорее всего и было сердцем. Разноцветные пятна на листе с зелёными палками, мама предположила что это цветы. И портреты, который ни один не похож на маму. Где-то один глаз больше другого, в другом рисунке волосы другого цвета, потому что краска закончилась, на третьем нос картошкой. Глаза мамы блестели. Рисунки неаккуратные, кривые, грязные, но такие родные. Их рисовала тот, кто ещё ничего не умеет без мамы сам, кто очень маленький, с характером, и сейчас сидит в комнате с полотенцем на голове и плачет, потому что мама не посмотрела рисунки раньше. Каждая точка, каждое пятно и палка пропитаны любовью насквозь, что если бы рисунки были тряпочкой, то эту любовь можно было из рисунка выжимать и затопить пол. Мама вытерла глаза платком и положила рисунки на стол.

В комнате Любочка сама уже причесалась и села на стульчик. К краскам она больше не притрагивалась. Мама вошла и присела на корточки напротив дочки. Любочка не подняла глаз.

– Доча… – Начала мама и оборвалась. Она не умела просить прощения. Никогда не умела, ведь всегда думала что права во всём, потому что она мама. А раньше, когда мама была маленькой, и у неё была мама, бабушка Любочки, она тоже не умела извиняться. Бабушка всегда была права, как говорила она сама, а мама не могла спорить, потому что бабушка старше и знает лучше что и как делать. Сейчас мама выросла и она теперь мама Любочки, но за всю жизнь она так и не научилась определять кто и где прав, значит и просить прощения у Любочки мама не может. Она посидела, подумала, и взяла лист бумаги со столика. Она взяла кисточку, обмакнула её в краску и начала что-то вырисовывать на бумаге. Любочка посмотрела через плечо и увидела рисунок, как мама стоит на рисунке и обнимает девочку. Любочку. Мама обнимает Любочку! И цветы рядом, и зайчик, и солнышко! Люба вдруг широко улыбнулась и бросилась маме на шею. Мама обняла дочь в ответ и облокотилась спиной о стену. Люба прошептала.

– С днём рождения, мамочка. – Мама только кивнула, потому что не находила слов, как отблагодарить свою дочь. Она была рада что доченька её простила, но ещё больше обрадовалась тому, что поняла, детство – это то, что делают взрослые своими руками для детей. И это должно быть самым ценным подарком.

Глава 9 (Чьи это вещи? Семейное чтение.)

Дело было на даче. Игоря должны были отправить в лагерь этим летом, но в последний момент, по словам родителей, путёвка пропала. Ну и пусть пропала, Игорь особо не расстраивался, он же уже взрослый, зато его на всё лето к бабушке отправили.

Игорь сидел в комнате, листал журналы, но в журналах, перечитанных уже наверное раз сто, ничего нового не появилось! Тогда Игорь вспомнил, что Сашеньку не отправили с ним к бабушке. По словам мамы, от Саши «хлопот меньше, и вообще, иди собирай вещи, и не мешай.» И ушла готовить обед. Папа же молчал и листал книгу. Что значит «хлопот меньше»? А кто котлеты из окна кидал? Кто в детском саду ругается с девочками и бьёт мальчиков? Ну уж точно не Игорь! Игорь ведёт себя хорошо, учится нормально, помогает маме и папе, а тут «мешается» он. Чушь!

Игорь захлопнул журнал и откинул его на подушку. За окном светило солнце, освещая пыль в комнате, где-то в комнате жужжал комар, а Игорь в майке валяется в комнате. Скука смертная. Игорь думал о том, чем себя занять. Бабушке уже помощь не нужна, с утра уже всё сделали, в магазин не надо, друзья в деревне выходят только вечером. Чердак. Точно, чердак дома! Там Игорь ещё не был! Мальчик подпрыгнул на кровати и пошёл к выходу из комнаты.

На чердак было два входа. Вход с улицы, и вход в доме, надо только найти лестницу. Игорь знал всё, что было в доме, и где оно лежит, а лестница была в кладовке. Игорь открыл дверь и громко чихнул. В маленькой комнатке пахло пылью и нафталином, темно и сухо. Игорь искал на ощупь, уронил себе на ногу большую книгу, а потом ударился головой о полку.

– Ой! – Крикнул Игорь, потирая голову. Лестница стояла у старого сундука, в котором должны были храниться детские игрушки. Игорь посмотрел на сундук, а потом взял его за ручку сбоку и потянул на себя. Сундук протащился до коридора, оставив за собой полосу их потёртых досок. Игорь сел на пол, отдышался и открыл защелки. Внутри лежали не игрушки, а фотография людей, очень много одежды, серебряные ложки, часы на цепочке и круглая коробочка на ножках. Игорь нахмурился.

– Чьи это вещи? – Спросил он у воздуха. Никто не ответил, и мальчик взял первое из сундука. Это была шаль с бахромой. Игорь расправил её, и начал рассматривать узок. Шаль была пожелтевшей от времени, но Игорь понял, что когда-то она была белой, а на ней была вышита голубая птичка на ветке. Игорь накинул шаль себе на голову и увидел отражение в зеркале, которое висело в коридоре.

– Я похож на бабушку. – Сказал он сам себе, а потом улыбнулся. – Зато голову в теньке держу, и птичка красивая. Как Сашенька, глазастая. – Игорь повернулся дальше на сундук и достал ложки. Серебряные ложки блестели на свету, и на ручках были выведена буква «С», с завитками и стразами. Ложки остались лежать на полу, потому что Игорь уже доставал коробочку на ножках. Она была круглой и зелёной, с серебряными линиями и завитками, похожими на аккуратные лозы винограда. Нужен был ключ, но в сундуке его не было, и Игорь положил коробочку в карман. Потом он взял фотографию. На одной стороне стояли люди, а на обратной стороне была дата. Тринадцатое июня, тысяча восемьсот восемьдесят девятый год. Игорь перечитал дату трижды, и всё больше его глаза округлялись, ведь фотографии уже семьдесят пять лет. Она старше его бабушки. На фотографии были женщины в платках и горжетках, мужчины в шинелях и пятеро ребят. Три девочки и два мальчика лет пятнадцати. Один мальчик был очень похож на Игоря, одно лицо. Те же серьёзные глаза, тонкие губы, густые брови. Только мальчик одет был в фуражку, брюки и шинели до колен. Мальчик был похож на милиционера, который по городу ездит и осматривает улицы.

Игорь поднялся с пола и побежал в комнату бабушки. Бабушка сидела в кресле и вязала. Игорь вбежал без стука и протянул ей фотографию.

– Бабушка. – Сказал Игорь. – А это кто?

Бабушка взяла фотографию и надела очки. Она долго смотрела, а потом её руки начали мелко дрожать и заблестели глаза. Она посмотрела на Игоря и спросила.

– А ты где нашёл фотографию, птичка моя?

– В сундуке в кладовке. Я хотел на чердак сходить, а сундук увидел, и думаю, дай гляну. Вот.

Бабушка показала пальцем на того мальчика в фуражке. Губы задрожали, а по морщинке у глаза стекла слеза.

– Это прадедушка твой, мой папа. Он тут маленький совсем, родной мой. Это они с семьёй фотографировались у дома. – Улыбалась бабушка. – Ты на него очень похож. Я на тебя смотрю, и сразу папу вспоминаю.

Игорь почувствовал, как у него задрожали пальцы. Он сжал руки в кулаки. Прадедушка, значит. Игорь вправду похож на него, наверное и по характеру похожи были. Мальчик сел на табурет, положив руку на подлокотник кресла.

– Бабушка, а расскажи ещё про прадеда. И кто рядом стоит? – Попросил он. Бабушка вытерла глаза платком и показала на других ребят.

– А это его брат и сёстры. Вот Анастасия, самая маленькая, вот Надюша с веснушками, а вот и Наташенька с косичкой. А братика звали Антошей, Антоном. Я когда маленькая была, они были моими тётями и дядей, самыми лучшими. Были всегда с нами. – Бабушка водила пальцами по фотографии, громко высморкалась в платок и рассказала. – Когда война была, дядю Антона с папой на войну забрали. Дядю Антона там… – Бабушка говорить не стала. Игорь и так понял. Он сжал руку бабушки. Которая показала на девочек. – Тётя Настя узнала что случилось с дядей, и заболела. Она не справилась с болезнью. Тётя Надя потеряла мужа на войне, и осталась с дочкой, и со мной. А тётя Наташа работала в госпитале, лечила солдат. – Бабушка закрыла лицо руками и заплакала. Громко, вытирая слёзы, ойкая и приговаривая то, какие они все были хорошие. Игорь не мог смотреть, как его бабушка плачет. Он чувствовал, как давит ком в горле, но он мужчина, а мужчины не плачут. Мальчик придвинулся и обнял бабушку, притянув её к себе. Сидели они долго.

Когда бабушка успокоилась, она расцеловала внука и ушла на кухню за таблетками. Игорь на ватных ногах вышел из комнаты, затащил сундук в кладовку и ушёл в свою комнату. И только он лёг на кровать, вдруг почувствовал, как что-то укололо его в бок. В кармане осталась коробочка, это была музыкальная шкатулка. Игорь так и не нашёл ключа, но нашёл у бабушки шпильку. Надо было завести шкатулку, и Игорь долго не возился с механизмом, ведь ему как можно скорее хотелось услышать музыку. Как только он её завёл, шкатулка открылась, и там стояли пять маленьких человечков, как те ребята на фотографии. Заработал механизм, и человечки закружились, а музыка заиграла писклявой мелодией. Сначала она показалась Игорю неприятной, но потом стала лучше. На внутренней стороне крышки был текст, который шёл к мелодии. Это была колыбельная. Игорь прочитал текст и тихо запел.

– Засыпай, милый друг.

Дом наш весел и ярок.

Нет печалей и мук.

А шкатулка – подарок.

Разделит нас года,

В неизвестность отправят,

Встречу вновь я тебя,

Время ждать не заставит.

Игорь пел фальшиво, никогда у него не был голос такой высокий, но песенка ему так понравилась, что он пел её ещё и ещё, и так до того, пока он не заснул. Хорошая вещь, эта шкатулка.

Глава 10 (Снег на траве, и одна роза.)

В детском саду Сашенька дружила с Катюшей и Лидочкой, и пока Любочка была в младшей группе, Саша играла с ними. На ковре стояла гора из кубиков, рядом сидела игрушечная лисичка, а с ней рядом сидел плюшевый медвежонок, которого Лидочка принесла из дома. К девочкам подошёл семилетний Саша, который уже закончил подготовительные к школе занятия, и скоро пойдёт в первый класс. Гришка подбежал к Сашеньке, взяв её за ручки.

— Саша. — Начал он. — Ты мне нравишься, очень. Давай будем вместе играть? — Сашенька замерла. Нравится? Она нравится Гришке? Этому Гришке, который отбирал игрушки у других детей и кусал девочек? Этому Гришке, который кидался манной кашей в неё и на сон часе не спал и бил подушкой соседа? Да ни за что! Не хочет Сашенька играть с этим Гришкой! Но Сашенька хитрая девочка, и она выдвинула условия.

— Я буду играть с тобой, только если... Если... Если летом снег пойдёт, во! А если не пойдёт - не буду играть! Понял?

— Понял! — Радостно взвизгнул Гришка и убежал.

Воспитательница сидела в группе. Она была занята, решала кроссворды, и к ней подошёл Гришка.

— Марья Игнатьевна! — Громко сказал Гришка. — А когда летом снег пойдёт?

— Какой снег? — Удивилась Марья Игнатьевна. — Гриша, ты же умный мальчик, и ты уже давно знаешь, что снег не пойдёт летом, летом жаркое солнышко и дождик, а снег зимой. — Гришка замер. Действительно, он уже был большой мальчик, и знал, что летом снег не должен идти, он же растает! Гришка нахмурился и заговорил уже тихим голосом.

— А как мне тогда с Сашей играть? — Спросил он.

— Ну как играть? Подходишь, предлагаешь играть, и играете вместе.

— А она мне сказала что играть будет со мной, только если снег летом пойдёт. — Марья Игнатьевна улыбнулась уголком губ, подумала немного и предложила.

— А давай я тебе помогу снег сделать летом?

— А как? — Изумился мальчик.

— Мы сегодня, когда пойдём на прогулку, с тобой и нянечкой, рассыпим кое-что на траву, но чтобы далеко, чтобы остальные ребята не знали, а ты никому не говори. Хорошо?

— Здорово! — Подпрыгнул Гришка — А что сыпать надо?

— Секрет. Скоро пойдём обед, потом тихий час, и после полдника будем гулять. Иди, позови остальных на обед и идите мыть ручки.

Гришка выпрямился, как палка, грудь выпятил и крикнул.

— Обед! Все руки мыть и на обед! — На его крик в группе началась возня. Кто-то уже бежал к ванной, кто-то остался играть и пошёл потом, кто-то вообще не хотел идти, но Гришка сам взял их под руки и повёл мыть руки. — Быстрее пойдём!

На первое подавали капустные щи, на второе было картофельное пюре и котлета, и компот. Это был редкий случай, но Гришка съел всё без капризов, быстрее всех, и даже тарелку отнёс сам, и сел ждать. Рядом сидела Сашенька, и он непрерывно смотрел на неё, а потом взял горбушку хлеба, которую геройски отвоевал у Егорки, и положил её рядом с Сашей. Сашенька глянула на Гришку, потом на хлеб, и осторожно взяла его и съела.

— А ты чего не ешь хлеб? — Спросила она.

— Да так, не хочу. — Ответил Гришка. Наступил тихий час, все дети лежали по кроватям, а Гришка ещё не спал. Что же за секрет, который Марья Игнатьевна сделает?

Марья Игнатьевна сидела в группе с нянечкой. Они уже обо всём договорились, и принесли всё, что пригодится: хозяйское мыло, зубной порошок, кусочек былого мела и старая тёрка, которую уже на кухне не использовали для готовки. Нянечка натёрла мыло на тёрке, а Марья Игнатьевна добавила туда порошок, мел и чуть-чуть воды. Всё размешали, и получилось что-то рыхлое, пахнущее порошком и мылом, белое, но вполне выглядящее как снег.

После тихого часа детям подали коржики и стакан кефира. Сашенька отдала свой коржик Лидочке, та с радостью умяла да обе щёки, а Сашеньке отдала свой кефир. На этот раз она на Гришку даже не посмотрела. Когда детей одели и вывели на улицу, Марья Игнатьевна с нянечкой принесли тазик с тем, что успели смешать за два часа. Оставили за главных Гришку и Егорку, а сами ушли за ограду детского сада, намазали немного травы и ветки дерева этой белой штукой, и, действительно, с далека это было похоже на снег, который уже тает. Гришке воспитательница сказала, что можно звать Сашеньку, но чтобы снег не ели и, если будут его трогать, то после этого пусть обязательно помощь руки, трава грязная.

Гришка пришёл на веранду, где играла Сашенька. Он взял её за ручку и улыбнулся.

— Пошли, покажу снег. — Сказал он, поглаживая ладошку пальцем.

— Снег? Летом? Ты не шутишь? — С сомнением спросила Сашенька. — Я же про инег шутила.

— А я не шучу. Пошли, он там выпал. — Обиделся Гришка. — Быстрее пойдём, пока не растаял.

Сашенька пошла с Гришей одна, Лидочка и Катюша убежали на горку. Они подошли к воротам детского сада и прислонились к решётке. И, действительно, на траве и на ветках лежал тот самый снег, и Сашенька обомлела. Как это? Снег летом? Да быть не может! Но в этот момент об этом она даже не думала, а размышляла о том, что её условие, пусть и шуточное, выполнено, и надо будет играть с Гришкой. Тогда Сашенька вздохнула и приняла взрослое решение: сказать правду прямо сейчас. Она взяла мальчика за руку и сказала ему.

— Гришка. Я пошутила про это условие, прости, но я просто не хотела с тобой играть.

— Почему? — Искренне удивился Гриша. В его голове даже не было мысли о том, что кто-то не хочет с ним играть, он же такой взрослый теперь.

— Ты грубый, кидался в меня кашей, ругался со всеми, бил подушкой другого мальчика, а ещё портил наши игры. Я не хочу с тобой играть. — Сашенька опустила руки, развернулась и ушла, а потом тихо всхлипнула. Гришка замер в забора. Он никогда не думал о том, что его поведение так имеет значение, и думал, что его все любят за его пакости. Но когда ему сказали в лицо всё, что думали, он не знал, что и ответить. Вместо слов он чувствовал, как у него заболела голова, а болела только когда он нервничал. Но не так, как слёзы на глазах и хочется кричать, эта была смесь обиды, грусти, и ужасно большого стыда.

— Я не знал, Саш. — Проговорил Гришка уже в пустоту. — Не думал. Я больше не буду. — И тоже ушёл от ворот.

Вечером, когда Игорь пришёл забирать Сашеньку, он открыл её шкафчик, и оттуда выпал листочек. Игорь глянул, а там была нарисована роза, алая, с зелёными листочками и стеблем, и снизу была подпись, написанная детской рукой, криво, но без ошибок.

"Прости меня, Саша. Я так больше не буду. Давай будем дружить? Твой Гриша". Игорь отлал Сашеньке листочек. Сашенька посмотрела, на следующий день поговорила с Гришкой и пришла с ним к перемирию. Гришка начал следить за своим поведением, и заметил, как после этого остальные дети к нему тоже потянулись. После того рисунка Сашенька и Гришка стали иногда играть вместе.

Глава 11 (Наряды)

Была у Любочки страсть к нарядам. Каждый раз, когда мама уходила по делам, и Любочка оставалась одна – она спешила в комнату, открывала шкаф, и время останавливалось. В шкафу на полке лежали мамины шляпки, на вешалках висели блузки и платья, а из коробки в дальнем углу выглядывали её туфли. Любочка взяла самую большую шляпу, она была зелёная, обмотанная голубой лентой. Она отвязала ленту и повязала её на руке, завязав бантиком.

– Ну красота. – Сказала Любочка, крутясь у зеркала. Она надела шляпу на голову, и она сползла на глаза. В дверь постучали, и вошла Сашенька.

– У тебя глупый вид. – Сказала она.

– Не глупый – а красивый. – Сказала Люба. – Я ещё сейчас найду мамино платье и буду самая красивая.

– Ну давай. Тогда и мне найди что-нибудь, пожалуйста. – Девочки заглянул в шкаф, и Сашенька достала голубую блузку с белыми звёздами на рукавах. – Ах, какая мягкая блузка. Но она большая мне, и не моя. Я буду выглядеть в ней глупо.

Люба копалась в вещах дальше, и нашла розовое платье с большими цветами на плечах. Вот же оно, то самое мамино платье! Девочка так обрадовалась, что надела его сверху своего сарафанчика. Выглядело это... Не ахти. Платье было большое, цветы висели не на плечах, а в ладошках, подол волочился по полу, а шляпа и лента выглядели здесь совершенно неуместно. Сашенька посмотрела на подругу и повторила.

– У тебя правда глупый вид.

– Ничего и не глупый! – Возмутилась девочка. – Я думаю, что выгляжу очень красиво!

– Платье слишком большое для тебя. – Не унималась подруга. Любочка нахмурилась и ответила.

– Оно мне на вырост!

– А шляпа не подходит.

– Это – контраст!

– И что ты будешь делать в таком наряде? – Поинтересовалась подруга.

– Я в нём буду сидеть, – Начала она. – И чувствовать себя красивой. Очень красивой.

– И всё?

– Ну да. А что же ещё? – Пожала плечами Любочка. Сашенька задумалась. А что ещё можно делать в платье, шляпке и ленточкой на руке? В нём нельзя играть, потому что неудобно. В этом наряде нельзя сходить на прогулку или в магазин, потому что одежда большая. Даже рисовать было нельзя! Это же не её вещи, вдруг Любочка их замарает? И Сашенька тогда поняла, что делать ничего и не остаётся. Можно сидеть, любоваться в зеркало и чувствовать себя красиво. И плохо ли это? Ни в коем случае! Иногда всем надо сделать что-то приятное для себя, чтобы чувствовать себя счастливыми.

Сашенька посмотрела на блузку ещё раз, потом на Любочку, и решила.

– Надену ка я эту блузочку. – Подумала Сашенька. – Я тоже хочу чувствовать себя красивой.

Блузка действительно была велика. В целом, ничего удивительного, но как только девочка взглянула в зеркало, то всё остальное для неё остановилось. Из зеркала на неё смотрела та же самая девочка, но на ней была блузка со звёздами, и эта блузка выглядела так смешно, так нелепо и такой мягкой и теплой, что всё остальное стало неважно. Саша подошла к табуретке и села напротив зеркала.

– Что ты делаешь? – Спросила Любочка.

– Я любуюсь собой. – Ответила подруга.

– И что ты чувствуешь?

– Я чувствую себя красивой. – Любочка улыбнулась и села рядом. Они вместе долго сидели у зеркала и любовались.