Последний сын

Глава 1

ПОСЛЕДНИЙ СЫН

1

Тускло и холодно светили далекие звезды. Их слабый свет тысячи лет мчится в безбрежном черном пространстве космоса, чтобы наконец-то дать о себе знать кому-нибудь. Бывает и так, что звезда давно уже погасла, а свет от нее все идет и идет, продлевая ее жизнь.

Огромный экран на командном пункте «Ориона» был наполовину закрыт изображением планеты Немо.Восемь молодых астронавтов пытливо всматривались в незнакомую планету. Эта была их первая самостоятельная экспедиция, состоящая лишь из выпускников академии, и все, включая капитана, были одного возраста. А сейчас их немного удивлял тот факт, что этот сектор не описан, не изучен и не фигурирует ни на одной самой подробной космической карте, хотя находится совсем рядом, в какой-то сотне парсеков от их базовой планеты.

Антон щелкнул тумблером: в кабине стало темно и тихо, лишь басовито жужжал синхронизатор и мерно отстукивал корабельное время хронометр, высвечивая зелеными цифрами 28-ой день с момента старта звездолета. Изжелта-бурый диск планеты медленно поворачивался на экране, открывая астронавтам свои мертвые просторы. Если верить легендам, блуждающим по длинным коридорам академии Дианы, первым, и пока единственным побывавшим здесь давным-давно был легендарный капитан Том на своем, не менее легендарном, «Арго». История космоплавания знавала и более далекие марши, а планета Немо почему-то оставалась в тени. Но теперь экипажу «Ориона» предстояло произвести высадку и подробную разведку. Составить карту и отчет обо всем, что может иметь интерес для науки.

- Ну что же, давайте рассмотрим поближе то, по чему нам предстоит ходить. Вадим, включи увеличение.

Голос Антона звучал громко и непривычно. Впервые за время полета на корабле было так тихо. Не мигал разноцветными глазками пульт управления двигателями. Не горела шкала расхода топлива, шкала скорости и еще много-много всевозможных индикаторов. Темнота космоса прокралась в кабину, и только слабый сребристый свет, отражаемый планетой, проникал сквозь экран, падал на пульт и пол, растягивая до невероятных размеров черные тени кресел и астронавтов, пришедших разгадать сущность новой планеты.

Весь экипаж, те, что сидели в мягких удобных креслах, и те, что стояли рядом, повернулись к экрану монитора. Вадим включил увеличение. Экран слабо засветился, постепенно стали появляться темные очертания плоскогорий и огромные впадины.

- Планета Немо – странное название, - прошептала Марина. Ее огромные глаза с грустью и тревогой смотрели на это рыже-черное месиво.

Она, совсем еще девчонка, два года назад окончившая академию и получившая почетное звание «Астронавт-археолог», мечтала совсем о другом космическом путешествии на голубую планету Земля. Ту, откуда пришли ее родители. Хотелось своими глазами увидеть все то, что было изображено на слайдах, на красочных блестящих открытках, в фильмах по истории далекой планеты. На Совете выпускникам академии обещали, что самые достойные получат возможность... Но вместо этого – планета Немо, с ее грядущими тайнами и скучным ландшафтом, где нет ни шумящих лесов с щебетом птиц, ни голубых озер с плеском рыбы на вечерней заре. Обо всем этом мечтала Марина с тех пор, как стала понимать звезды. С тех пор, как они сталиманить к себе с непреодолимой силой, тайной далеких неразведанных миров. Но больше всего манила Земля. Марина обязательно отличится. Она добьется права... Она умная, старательная. Она... иначе не может быть

Звездолет вошел в зону тени. Мгновенно стало абсолютно темно. Медленно, чтобы дать время глазам привыкнуть, зажглись светильники, и Марина вспомнила капитана Тома. Теперь он преподает «Теорию космоса» в академии Дианы. Два года назад она слушала его лекции, смотрела на его открытое волевое лицо, овеянное всеми космическими ветрами и испещренное глубокими морщинами. Время не щадит даже героев. Но глаза Тома всегда были молоды. Эти глаза первыми воспринимали далекие миры. Они видели очень многое, серые молодые глаза первопроходца, рожденного на звездолете и всю жизнь проведшего в космических экспедициях. Кроме прочих легенд поговаривали, что капитан Том может проходить сквозь закрытые двери и ненавидит зеркала. Но это только слухи, и сегодня они ни к чему. Ей вспомнилось другое. Перед самым стартом легендарный капитан Том подошел к ней,несмело, как мальчишка, тронул за плечо.

- Когда вернетесь, зайди ко мне, расскажи все, как было.

- Вы все сможете прочесть в наших отчетах, - ответила Марина.

Он смутился, опустил глаза.

- Если тебе трудно...

Сейчас она знала, что обязательно придет, обязательно расскажет. И не только потому, что личное общение с легендарным астронавтом тешит самолюбие любого жителя Дианы. Нет. Просто она почувствовала... что-то защемило в груди. А с какой грустью он смотрел вслед экипажу, пересекающему взлетное поле космодрома. Как ему хотелось вновь стать молодым, почувствовать тяжесть перегрузок, скорость, ощутить в своих руках силу управления огромным звездолетом, летящим сквозь глубины бездонного океана, и ступить на поверхность неизвестной планеты, первым, и поведать об этом остальным. В этом вся его жизнь. Марина понимала, но до самого донышка не могла прочувствовать. Слишком молода.

2

Планета хранила след цивилизации. Руины городов, заводов и даже подобия примитивного космопорта. Покореженные металлические фермы, поблескивающие остатками стекла и груды камня. Тишина неприятно давила на уши, порождая в глубине души все ужасы одиночества. Чтобы отпугнуть это угнетающее ощущение, Марина включила внутреннюю связь и тут же облегченно вздохнула. На фоне легкого шипения послышался знакомый голос Антона.

- Ну как тебе планета, археолог? Достаточно материала для первой экспедиции?

- Тут всю жизнь прокопаться можно, - неопределенно ответила Марина.

- Всю жизнь нельзя, - бодро возразил командир. – Нас другие звезды ждут. А ты куда пропала? Мы тут все впечатлениями делимся, а тебя не слышно.

- Я была на внешней прослушке...

- О-о-о, - затянул Антон, - тут уже нечего слушать. Капитан Том не обнаружил здесь признаков жизни. Да откуда им взяться. Атмосферы нет.

- Но была же она, - возразила Марина.

- По всейвидимости, - согласился Антон, - да вся вышла. Думаю, здесь не обошлось без ядерной войны, так что следи за радиацией.

- Радиация в норме, - бесцветным служебным голосом отозвалась Марина.

- Далеко не заходи, - в командирском голосе послышалась приказная нотка.

- Ладно, - согласилась Марина. Она бросила взгляд на табло картрикса: четыре красные точки мигали в правом верхнем углу. – Я обойду здание и присоединюсь к вам.

- Хорошо, только будь осторожна. Возможны обвалы. Здесь все очень ветхое, зато притяжение – ого-го!

- Ладно, командир, - Марина выключила связь и вновь включила внешние микрофоны. Тишина навалилась на уши. А что она ждет? Откуда здесь, на вымершей планете, пустой, бездыханной, звуковые волны. Она шла вдоль разрушенной стены, сложенной из белых прямоугольных камней. Множество их валялось рядом. Марина тщетно пыталась уловить звук своих шагов и даже когда подняла тяжелый осколок и уронила его, то ощутила удар лишь ступнями ног. Ленивое облако белесой пыли, приподнялось, настороженно замерло и стало медленно оседать. Правой рукой Марина провела по шероховатой стене, но из-за толщины перчатки ничего не почувствовала. Кто и когда сложил эту стену? Кто и куда спешил этой дорогой? Кто и зачем оборвал все это? Она археолог. Она пришла дать ответы на все существующие вопросы. Она, совсем еще девчонка. И тут впервые Марина почувствовала бессилие. Она запрокинула голову: черное небо, яркая звезда. Стекло мгновенно потемнело. «Планета Немо, - тихо прошептала Марина, – Космос, космос, тебе нет предела, а я лишь пылинка... молекула... световая волна. Наверное, я еще не готова к встречи с дальним космосом. На своей планете все знакомо, легко и просто. А здесь...» Марина опустила голову, чтобы взглянуть на дорогу и когда забрало вновь приобрело прежнюю прозрачность, она увидела перед собой череп. Он лежал посреди дороги, припорошенный толстым слоем вездесущей пыли, и смотрел на Марину снизу вверх круглыми дырами пустых глазниц. Без сомнения он принадлежал представителю иной цивилизации. Об этом говорили более скромные размеры черепной коробки, круглая форма, толстая кость, ярко выраженные надбровные дуги, мощные челюсти с большими зубами.

- Здравствуйте, - автоматически произнесла Марина, словно встретив живого представителя иной цивилизации. – Я пришла к вам с миром.

Процессор комбинезона озвучил эту информацию, но, сообразив, что при отсутствии какого-либо проводника, эта затея бесполезна, мудро продублировал сообщение бегущей световой строкой и радиоволнами.

Но череп не ответил. Он по-прежнему лежал на своем месте и смотрел на Марину. Две черные дыры, в которых... из которых уже ни что не вырвется. А ведь когда-то это был кто-то. Чувство скрытой тревоги охватило Марину. Она развернулась и заспешила к друзьям, то и дело сверяя курс по экрану картикса, но даже свернув за угол, она не могла отделаться от ощущения взгляда бездонных глазниц. И даже дома, уцелевшие прибежища не уцелевших существ, походили пустыми окнами на исполинские черепа многоглазых чудовищ.

3

На практике это оказалось намного сложнее. Неудобство скафандра, ставшего второй кожей, ограниченное пространство поискового катера и тяжелая физическая работа. Сила тяжести на этой планете была вдвое больше, чем на родной Диане. Астронавтов спасали антигравы, но каждый камень весил... а их за день раскопок приходилось перекладывать с места на место не один десяток. Даже техника выбивалась из сил.

По косточкам Марина собрала целый скелет. И каждый раз, когда ей приходилось брать в руки ту или иную косточку, на несколько секунд она замирала в замешательстве. Ей казалось, будто пальцы обжигает электрический разряд.

Заметив это, Антон усмехнулся:

- Будь смелее, это просто пустая кость. Точнее – уже камень.

Она и сама понимала, но не могла избавиться от странного ощущения. И потому старалась побыстрее переложить находки в специальный ящик. А уже в лаборатории, там она чувствовала себя намного увереннее, провела анализ и выяснила принадлежность скелета женской особи. Вообще, костей попадалось много, но тот первый череп Марина так и не осмелилась тронуть. Он остался лежать посреди дороги, прикрытый толстым слоем космической пыли, словно ожидая неведомого путника.

За ужином, обсуждая тему собранного скелета, Антон, в шутку, предложил назвать его Таней. Экипаж, большинством голосов, одобрил эту затею. На следующий день Марина не пошла в экспедицию. Она засела за компьютер, и к обеду ей удалось воссоздать внешний вид Тани, женщины погибшей планеты. Пришедшие подкрепиться друзья долго и бурно обсуждали ее внешность.

- Великанша!

- Дикарка!

- А что это у нее на голове?

- Посмотрите, какие зубы!

- Просто ужас!

- Уродина!

- Да она...

- Нет, - подвел черту капитан, - с нашими девчонками ни в какое сравнение, - и он многозначительно посмотрел на единственную девушку экипажа.

- Не забывайте, что это другая цивилизация, и, по всей видимости, у них иные критерии красоты, - вступилась за аборигенку Марина.

Она прониклась жалостью к Тане. И даже, когда они были одни, разговаривала с ней. Совсем недавно, по меркам Вселенной, она гуляла по этой планете. У нее были свои дела, свои мечты. Она к чему-то стремилась. «Умирать молодой, наверное, страшно», - подумала Марина.

Ей стоило радоваться. Ведь их экспедиция первая. Ведь она первая, кто обнаружил и обследовал останки чужой цивилизации. Ее имя навсегда останется в учебниках академии. Но радость не шла. Марина не представляла, что первый выход в космос произведет на нее такое удручающее впечатление. Здесь кругом следы смерти.

Теперь Марина старалась реже покидать катер. Все время она проводила за компьютером, пытаясь воссоздать характер и линию поведения нового и уже исчезнувшего вида. Это, разумеется, не входило в ее обязанности. Есть специалисты... Но ей хотелось, хотелось узнать самой. Друзья силой выводили ее на короткие прогулки, но при первой возможности она сбегала. И даже находясь среди развалин космопорта, она мысленно обращалась к Тане, пока однажды не услышала голос. Он был тих и полон боли, скорби, обиды.

- Мне больно...

Марина вздрогнула.

- Кто здесь? – она обернулась и тут же поняла, что работают внешние микрофоны. Этого не могло быть.

- Мне больно, - повторил голос. – Они сожгли нас...

А ночью она увидела все, что случилось на этой планете. Огромное зарево, волна, сметающая все на своем пути, ровняющая города с землей, горящие тела и крик. Крик миллионов живых существ, слившийся в один. Еще она видела старт множества кораблей. Еще она видела падение многих из них. Они опоздали на долю секунды. Серый пепел, мрак и холод.

Марина проснулась в ознобе и уже до утра не сомкнула глаз. Она смотрела в иллюминатор. Серые унылые развалины простирались до самого горизонта. Но Марина знала, что там они не кончаются. Вся планета – огромное кладбище. Все это было залито неестественным светом отражения спутника планеты Немо, висящего над самым горизонтом. От этого черные зловещие тени стали длиннее и хищной поступью подкрадывались к катеру, хотели захватить его в плен. Она вышла в ходовую рубку и включила внешнее освещение. Тьма шарахнулась прочь. Марине стало легче, и она уснула в кресле второго пилота.

За завтраком Антон заметил ее подавленно состояние. Она смотрела одну точку перед собой, а к еде так и не притронулась.

- Марина, - потормошил ее капитан, - что с тобой? Сегодня твой любимый завтрак, а ты не притронулась.

- Я слышала голос. Он кричал от боли.

Антон озабоченно взглянул на врача, испрашивая его мнение.

- Я не хочу здесь оставаться, - вдруг заявила Марина.

Врач с минуту внимательно смотрел на археолога, потом что-то шепнул капитану. Антон кивнул и сказал:

- Хорошо, я свяжусь с кораблем. После обеда катер заберет тебя.

4

- Я знал, что ты придешь. Спасибо.

Она смотрела в его серые грустные глаза и в них была тревога. Далекая, еле уловимая. Она с усилием вытолкнула из себя слова, стоящие поперек горла.

- Учитель, меня списали.

- Жаль, - тяжело вздохнув, ответил он, - Космос дается не всем. Найди в себе силы смириться. Ведь живут же другие...

Марина чуть не заплакала и медленно, сдерживая дыхание, произнесла:

- Я все понимаю. Но как же Земля? Я не достойна. Я никогда не увижу планету предков. Ведь все молодые только и мечтают увидеть море, сады, горы.

Его глаза...

- Ты уже была там. Первая из всех самых достойных, - перебил ее капитан Том.

Она лишилась дара речи. Она забыла обо всем. Округлила глаза, и смотрела на него не мигая. Что он говорит? Он сошел с ума! Но подвергать сомнению слова легендарного капитана Тома?!

- Поскольку мы с тобой теперь береговые крысы, так на Земле называли тех, кто не летает и не плавает, я хочу показать тебе кое-что интересное. Пусть герои справляют победу. Тем лучше для нас. У тебя есть время?

- А-а-а, да, - наконец-то выдохнула Марина.

Они прошли по длинному белому коридору и остановились у полевой двери. Над которой светились красные буквы «Исторический архив. Посторонним вход воспрещен». Марина остановилась.

- Что случилось? – обернулся капитан Том.

- Посторонним вход воспрещен, - пояснила Марина.

- Твое назначение подписано вчера. Стало быть, ты уже не посторонний. А это, - он указал на табло, - всего лишь буквы. Условность, - выдержав паузу, и посмотрев на девушку испытующе, капитан Том произнес тихо, но твердо, слова, заставившие девушку очень сильно задуматься, - Чтобы хоть что-то узнать, здесь требуется не меньше отваги, чем в дальнем космосе.

- А как же дверь? Ведь у нас нет ключа

- Дверь – это условность. На самом деле ее нет. Мы сами создаем непреодолимые препятствия, - после этих слов он прошел сквозь голубое свечение и уж с той стороны улыбнулся и махнул рукой. – Стоит лишь поверить. Иди сюда, не бойся.

Это не слухи. Он действительно проходит сквозь двери. Марина зажмурилась и шагнула. Она верила капитану Тому. Его авторитет был непоколебим. Даже теперь, когда его слова шли вразрез с логикой, она поверила ему.

- Тебя ждет самое великое открытие в твоей жизни. Нет. Даже во всей истории вашего народа.

Он так и сказал «вашего».

Голос был совсем рядом. Марина поняла, что действительно прошла сквозь дверь и открыла глаза.

- Вот видишь, - улыбнулся капитан Том, - это намного проще, чем ты могла себе представить.

- Но как же так?! – удивилась Марина.

- Ты все поймешь, но чуть позже. Идем.

Табло над следующей дверью сияло пределом строгости и лаконичности: «Вход воспрещен». Коротко и ясно. Никаких привилегий ни для каких рангов. Марина опять остановилась. Эта дверь светилась красным.

- Это самый секретный кабинет в галактике, - пояснил капитан, - Там спрятано много интересного.

Девушка остолбенела. Ноги отказывались повиноваться.

- Учитель, но как можно?!

- Там спрятана правда. Горькая правда о тебе и обо мне. Я хочу, чтобы ты узнала ее. Да ты сама этого хочешь. Первый шаг уже сделан. Смелее, Марина, идем.

Он взял ее за руку, и они вместе прошли сквозь полевую дверь. За ней был просторный кабинет с большим экраном на стене, двумя удобными креслами у пульта и большой стеклянной капсулой. Капитан подошел к ней и нежно погладил прозрачную поверхность.

- Посмотри, это тебе ничего не напоминает?

Под стеклом Марина увидела скелет, очень похожий на Таню, только значительно крупнее.

- Я читал твой отчет и знаю о твоей находке, первом скелете представителя иной цивилизации, но как видишь, он оказался не первым.

- Вы были до нас на планете, учитель, и вы первый нашли скелет. Это так?

- Да, я действительно был на планете Немо. Но я не смог взять оттуда ни одной косточки, - признался Том.

- А как же это? – не поняла Марина

- Сядь в кресло, - вместо ответа предложил капитан, - хоть история, которую я хочу рассказать тебе, совсем не длинная, но лучше ее слушать сидя.

Предчувствуя приближение великой тайны, Марина вся затрепетала и послушно опустилась в кресло.

- Я попрошу тебя только об одном: не торопись с выводами, дай мне рассказать все. Потом... потом... Это... – учитель закрыл глаза, - это скелет легендарного капитана Тома.

Марина похолодела и смогла выдавить лишь самый короткий вопрос:

- А вы?

- А я всего лишь его сознание. Чтобы не путать тебя, все по порядку.

Десять тысяч лет назад с главного космодрома Земли стартовал первый сверхсветовой звездолет. По расчетам ученых он должен был пронзить пространство и время, и, достигнув немыслимых далей, вернуться всего чрез год. Отважного капитана Тома провожали друзья и любимая женщина. Он помахал им на прощание рукой и обещал скоро вернуться. К тому времени он был уже достаточно стар, и это был его последний полет. Так решили в Управлении. Так оно и получилось.

Поначалу все шло хорошо, но на обратном пути... при выходе из подпространства... Пространство и Время, две вещи, которые нам никогда не постичь. То ли в расчеты прокралась ошибка, то ли завихрение какое на этот момент случилось. Капитан Том вынырнул точно в назначенном мест, но.. десять тысяч лет спустя. Его родной Земли уже не было. Просто камень в ночи Космоса. Не было никого. Он один на своем «Арго». Ты была там, ты знаешь. Ты смогла ощутить боль чужого мира. Мира ушедшего. А каково было мне? Полгода я болтался на орбите, - капитан Том не заметил, как перешел на «я», - Потом все же решил спуститься на Землю. Еще полгода я искал... искал, - ему стало тяжело говорить. Он помолчал, вздохнул и продолжил, - Но никого не нашел. Только кости давно вымерших соплеменников. Потом все кончилось. Еда, вода, энергия. С орбиты меня сняли маленькие человечки с синей кожей и четырьмя пальцами на руках. Они уловили мой сигнал «SOS». Посылая его, я не верил, что где-то кроме меня есть цивилизация способная прийти на помощь.

К тому времени мое тело пришло в полную негодность. Сказались прежние ранения, болезни, радиация и голод. Тогда человечки переписали мое сознание на мозг клона.

Проснувшись, я долго не мог понять, почему у меня такая кожа? Почему только четыре пальца? И почему я с трудом забираюсь в кресло своего звездолета? Еще долго рука тянулась к несуществующему уху, чтобы почесать его. По привычке, выходя из дома, хватался за расческу. Я возненавидел зеркала. Но теперь уже смирился. Только потом я узнал, что с Земли успели уйти несколько десятков кораблей. Беженцы обосновались на маленькой планете без атмосферы и назвали ее «Дианой». Построили города под колпаками и стали жить. Но под влиянием внешних факторов их тела мутировали, и вот теперь мы видим… - капитан посмотрел на свою четырехпалую руку и сокрушенно вздохнул, - приходится довольствоваться тем, что есть. Это дань космосу за право… существовать.

Он посмотрел на Марину. Плоское тело, безволосое яйцеобразная голова, четыре мелких желтых зубика во рту, да и те через пару тысяч лет отпадут за ненадобностью. Вместо ушей – просто две дырочки. И это самая красивая девушка в академии. Насмешка судьбы, но его любовь, его Земную женщину тоже звали Мариной. Он помнил ее белозубую улыбку, мягкие волны волос, спадающих на плечи. Они пахли цветами, они щекотали лицо, когда он отыскивал маленькое ушко и нежно прикусывал мочку. Он помнил тугое сильное тело в объятиях… горячий поцелуй. А у этих и губ-то нет. Да и вообще нет ничего, что делает женщину женщиной.

Он включил экран.

- Я понимаю, что сразу поверить в это невозможно и потому не тороплю тебя с выводами. Вот, смотри. Слева, карта снятая вами, а справа – карта, заложенная в компьютер моего корабля «Арго» за неделю до старта. Ей десять тысяч лет. Посмотри на очертания материков и морей. Ошибки быть не может. В компьютере моего корабля хранится вся информация о Земле. Тысяча самых красивых женщин, столько же мужчин. Тысяча самых прекрасных мест. Кое-что вам уже показывали. А это – капитан Том.

С экрана смотрел голубоглазый улыбающийся великан. Под бронзовой кожей покоились бугры мышц.

- А теперь он маленький и синий, - заключил учитель.

- Значит, мы никогда не увидим Землю?

- Какой она была во время моего старта, ее уже никто не увидит. Какая она сейчас – ты видела.

- Значит, я могла...

- Да. Ты могла быть Земной женщиной...

- Но зачем тогда обманывать? Зачем обещать?

- У каждой цивилизации свои легенды. Ни в одном справочнике ты не найдешь координат Земли. Они специально закрыли этот сектор, чтобы кто-нибудь нечаянно не наткнулся.

- А как же мы?

- Во время передачи дел последнему Правителю, я вошел в Центральный Мозг и сместил координаты запретной зоны.

- Разве так можно?! – ужаснулась Марина. – Центральный Мозг!

- Это всего лишь нагромождение сложной техники, призванной служить человеку. Не стоит его бояться, а тем более поклоняться. Двери в этом мире – условность. Надписи над ними имеют значение лишь для того, кто в них верит. А мое сознание старше тела на десять тысяч лет. Оно принадлежит человеку, которого ты можешь видеть лишь на картинке. Дети мои, дети детей моих. А я среди вас последний сын Земли.

2003г.

- - - / / - - -