Последнее желание

Глава 1

В затемненном помещении, где отсутствовали окна, как и другие проёмы, кроме железной двери, за столом сидели трое мужчин. Двое из них были в похожей друг на друга форме, третий же расположился напротив них, и руки, надежно заключенные в наручники, находились за его спиной.

Судя по всему, всё это действо происходило в подвалах какого-либо исправительного учреждения, которое простым языком можно назвать тюрьмой.

Двое мужчин представляли из себя дознавателей, один из которых не отрывался от заполнения документа, когда второй же задумчиво разглядывал не подающего признаки волнения заключенного.

Заключенным его можно было назвать уже по причине того, что он находился в наручниках, и уже явно не в суде, но здесь совсем не играет роли то, кем он является, и какими судьбами оказался здесь, в сыром подвале «тюряги».

Сверившись с предоставленной дознавателями других смен информацией об этом заключенном, от себя они добавили единственный и последний пункт в этом бланке - это последнее желание, а точнее, выбор блюд на заключительный приём пищи, романтично называемом в народе «последним ужином».

Не отводя холодный, словно пронзающий насквозь пространство взгляд, заключенный, недолго думая, ответил:

- Сигарета.

Обменявшись недоумевающими выражениями лица, дознаватели хмуро посмотрели на визави, и один из них выпалил: - чего?!

- Я сказал сигарета.

- Вы что, шутки шутить тут собрались? - не выдержав такой наглости, сказал, вероятнее всего, старший по чину надзиратель - вы не в том положении, выберите что-нибудь съедобное, иначе я назначу вам блюдо на свой вкус!

- Тогда я выбираю ничего.

Тяжело вздохнув, и поставив за своего коллегу прочерк в документе, он засунул руку в карман, и вынул оттуда самую обычную сигарету со словами: - Держи. У тебя есть пять минут.

Его коллега быстро смекнул, что к чему, и освободил бедолагу от наручников. Глаза заключенного наполнились чувством облегчения, его веки скатились вниз, чуть не укрыв собой глаза.

Взятая в руки, а затем и в рот сигарета была наскоро зажжена, и пошёл отсчет.

Первая затяжка была особенно трудна для заключенного, он, закрывая рот кулаком, другой рукой держа сигарету, сильно закашлял.

Ты что, в первый раз куришь? - с ухмылкой сказал дознаватель.

- И в последний. - отдышавшись, ответил незнакомец в робе.

Вдыхая табачный дым в больших объемах, раздражение стало проходить, и теперь он, если выйти за рамки обстоятельств, почти ничем не отличался от заядлого курильщика.

Единственное, что могло смутить любого внимательного человека, так это то, что курил он с неимоверным удовольствием, будто сигарета была для него источником жизни, продляющей её еще на 5 минут…

Сделав последний горький вдох, он потушил сигарету о стену. Всё, что ему оставалось сделать, так это рассмотреть окурок и сообщить об окончании курения. Его заключили в наручники и вывели из комнаты.

Спустя несколько часов, заключенный теперь был по-настоящему заключен, а скорее прикован к кушетке, подвязывающей его конечности. В глазах его читалось спокойствие и умиротворение.

Проведя все нужные процедуры, человек в белом халате наполнил шприц жидкостью, которая находилась в одной из ампул, наполняющих шкаф с предупреждающим знаком о биологической опасности.

Подойдя к прикованному, он на секунду остановился, и, проглотив тяжелый ком, начал подготавливать руку прикованного к инъекции.

Пересекшись глазами перед введением препарата, заключенный молча кивнул «доктору», и, закрыв глаза, ощутил, как его руку протыкает обычная медицинская игла. Через некоторое время он не смог открыть глаза, его тело было погружено в состояние эйфории, а разум мутнел с каждой секундой…его последней попыткой движения была попытка улыбнуться уходящему миру.