Последнее дело

Начало

Океан семи течений ласково журчал волнами о борта парусной лодки. Яркое солнце пронизывало лучами ярко – зелёную воду, играя весёлыми бликами по поверхности. Барнул сидел у кормы, твёрдо зажимая правой рукой рулевое весло, а левой расслабленно попивал медовуху из круглой, немного заляпанной чем-то, бутылки.

Он был среднего роста и обладал как внушительной мускулатурой, так и не менее внушительным брюхом, которое игриво выглядывало из-под не до конца застёгнутой рубахи. Изредка он бросал взгляд на компас, лежащий на коленке, стараясь не сбиться с курса.

Не то, чтобы он был хорошим моряком. Скорее всего, пересади его на другую посудину, то даже самый зелёный юнга оказался бы лучше. Но, малышка Соня прощала практически все ошибки и терпела любые косорукие поползновения. Более идеального и послушного кораблика мужчина ещё не видел.

Барн, ты когда оливки сожрать успел?!

Резкий и недовольный женский голос быстро развеял всю медитативность.

— Сколько можно жрать, свинота! – небольшой лючок в палубе с жалобным скрипом распахнулся.

Из темноты на свет показалась сперва шерстяная шляпа с маленькими полями, а потом и её обладательница. Недовольное лицо с вечно усталым прищуром, тонкие губы и непонятная татуировка, растянувшаяся от подбородка до левого уха.

— Столько, сколько нужно. – хриплый, немного порыкивающий голос Борнула не сильно контрастировал низким голосом спутницы. – В конце – концов, мы с Соней уже вторые сутки в напряжении.

— Это корыто с самого рождения в напряжении. У нас опять на носу доски вспучило. Чудом не на дне всё ещё. Жратвы осталось на пару дней.

— Не ной, уже почти приплыли, вроде.

Борнул отставил бутылку и вытащил из широкого кармана штанов влажный зажеванный листок. Развернув его, он, сосредоточенно насупившись, повертел в руках.

— Думаю, ещё сутки и будем на месте.

— Тогда ладно. – спутница немного успокоилась и вылезла из трюма.

Она была высокого роста, худощава. Немного запачканные, потёртые кожаные штаны, высокие сапоги и вязанная жилетка придавали авантюрный вид.

— Надеюсь, дело действительно выгорит. — женщина, больше по привычке, чем ради результата, попробовала вновь отряхнуть коленку и села рядом с напарником. — Мы ведь ещё никогда так далеко не ходили.

— Всё бывает в первый раз. – Борнул сунул ценную бумажку в карман и снова сверился с компасом. — Расслабься. Ты только посмотри, какая погодка! Не многим так везёт.

— Вот это то меня и напрягает. Сколько с товаром не ходили, вечно какое-то говно, а тут – тишина.

Она достала из кармашка жилетки небольшую трубку и коробочку табака. Набив её, взяла в рот и щёлкнула над ней пальцами. Табак тихонько пошипел, выдавливая из себя влагу и задымил.

— Думаю, у нас всё впереди. – грустно улыбнулся Борнул. – Вот будь уверена, Вис. Уверена и бдительна.

— Ага, как и всегда.

Прибытие

Этот скалистый берег не был обозначен на картах. То есть, конечно же, был, но он лежал вдали от корабельных маршрутов и побывало здесь, от силы, парочка исследователей и сгинувшая где-то в недрах этого континента экспедиция. Чистая водная гладь мягко переходила в песчаный пляж, который резко обрубался скальной стеной.

— А это разве было нарисовано в той бумажке? – Виса с сомнением смотрела на, казалось, уходящий в небо камень.

Она теперь выглядела собранней, чем во время плавания. По карманам были распиханы полезные в хозяйстве артефакты и бусины с заклинаниями, купленные ещё перед отплытием, а пояс утяжелился гранённым кинжалом.

— Нет, но нам не зря же посоветовали взять побольше верёвок.

Барнул ненадолго высунул голову из трюма. На песке перед лодкой уже валялась пара заплечных мешков и несколько мотков уже упомянутой верёвки.

— Где-то здесь должен быть штырь, за который очень удобно зацепиться.

Ловко выпрыгнув из лючка, он спустился на пляж. На его поясе уже красовался небольшой топорик. Крайне полезная, между прочим, вещь. Им можно было и щепок для костра настругать, и отбиться от непонятных засранцев, позарившихся на товар.

— Слушай, если этот твой знакомый так уверен, что здесь много ценного, то что же он сам не пошёл? – в голосе напарницы промелькнуло сомнение. – Мог бы, на худой конец, с нами пойти. Врёт ведь, кусок говна. Или не договаривает.

Барнул, уже взваливший на спину свой мешок, немного призадумался. Об этом говорила приподнявшаяся левая бровь и немного прикрытый правый глаз.

— Не, в этом, думаю, ему можно поверить. – мужчина, взяв в руку второй мешок, подошёл к напарнице и протянул его ей. – Он с нас долю получит. А с морем он завязал. Не уверен, есть ли хоть что-то, что заставит его хотябы подойти к большой воде.

— Да этот алкаш за бутылку куда угодно готов полезть. Хоть бы раз жопу поднял и сделал полезное дело. - Виса надела рюкзак и снова посмотрела на скалы. – Если мы после этого не озолотимся, то я лично куплю в его любимом пабе лучшего бухла и засуну его ему в жопу.

Шёл уже второй час пути. Справа бескрайняя гладь океана, а слева всё те же скалы. Сверху потихоньку припекало солнце.

— Блин, мы как будто по пустыне идём. – Виса стоя на одной ноге, вытряхнула из сапога целую горсть песка и попыталась отряхнуть от него портянку. – Вроде должны уже на месте быть.

— Возможно немного южнее причалили, чем нужно. – на носу Барнула висела огромная капля пота, и чёрную шапку давно уже можно было выжимать. – Но ничего страшного. Я уже вижу что-то похожее на то, что нам нужно.

Виса надела обратно сапог и проследила за взглядом напарника. Там, впереди, пляж сворачивал, а на скалистой стене, словно труп старого паука, лежали развалины. Странные конструкции, свисающие в стороны, напоминали его безжизненные лапы. Идти осталось не долго.

Вблизи странная постройка казалась ещё более непонятной. Мешанина из серого камня и ржавого металла была как будто изорвана. Зияющие в стенах дыры, из краёв которых торчали куски металлолома, свистели в порывах ветра. От крыши осталось одно название, как и от лестницы, которая, видимо, когда-то была вмонтирована в скалу рядом. По пляжу от самых развалин до кромки воды тянулись ряды поеденных временем и водой каменных столбов.

— Ни хрена себе. Это что здесь такое было?

Виса подошла к одному из столбов и прошлась по его поверхности ладонью. Несмотря на её рост, их верхушки были вдвое выше.

— Да тут кто-то основательно обустраивался. Эту хрень за недельку не отгрохаешь.

Барнул же, подойдя к подножью скалы, прямо под нависающие развалины, высматривал что-то, на что можно закинуть верёвку.

— Борбор назвал это разрушенным причалом, так что, врятли здесь жили. И уж можно быть уверенными, что до нас тут очень давно никого не было. Вон, смотри, тут действительно есть удобный штырь. — он указал на кусок изогнутой ржавой балки, выступающий из камня.

Несмотря на кажущуюся простоту, закинуть петлю на балку оказалось не просто. Пришлось соединить аж две верёвки, чтобы общей длинны хватило, а потом десять минут попыток забросить наверх.

Влезали осторожно, по очереди. Было слышно, как скрипит балка, но всё обошлось, и напарники удачно покорили эту вершину.

Оказавшись на верху, они повалились на землю. Руки у обоих немного подрагивали. Виса, тяжело дыша, раскуривала свою трубку, а Барнул жадно присосался к фляге.

— Эй, хорош хлебать, она не бездонная! – Виса возмущённо вырвала флягу прямо изо рта напарника, из-за чего тот поперхнулся и закашлялся. – Ты тут не один. – и тоже сделала несколько больших глотков.

Откашлявшись и отдышавшись, Барнул обвёл взглядом окрестности. Здесь, наверху, всё поросло жиденьким лесом и ковром мягкой зелёной травки. Завалившиеся в обрыв руины оказались всего лишь пристройкой. За ними грузно стояло что-то особенное. Это был хоть и невысокий, но весьма широкий каменный дом. Или не дом, а что-то техническое, но почти не развалившееся. Оно было построено из того же серого камня, но выполненного с причудливыми узорами. Зелёный оттенок на оконных рамах и крыше буквально кричал, что здесь повсюду медь.

— Охрененно! – не смогла сдержаться Виса. – Как я поняла, мы на месте?

— Ага. Осталось только собрать ценности и подумать, как их переправить к лодке. Думаю, просто попробуем её сюда подогнать.

— А какого хрена мы сразу сюда не приплыли?

— Не знаю. – Барнул пожал плечами. – Борбор сказал, что надо там причаливать.

— Вернёмся, настучу засранцу по репе.

Виса с облегчением скинула с плеч лямки мешка и начала доставать свёртки с припасами. Напарник последовал её примеру. Добыча уже никуда не убежит, заняться ей можно и после небольшого отдыха. А может и не совсем небольшого…

Сокровища

Здание вблизи оказалось больше, чем можно было подумать, глядя на него со стороны. Гладкие стены из цельного монолитного камня когда-то покрывала штукатурка, от которой сейчас почти ничего не осталось. Высоко поставленные окна из позеленевшей от времени меди удивляли причудливостью форм. Большие массивные двери пестрели интересными гравировками. На каждой их створке разыгрывалась какая-то миниатюра. Возможно даже из жизни бывших жильцов.

Подойдя к ним, Барнул попытался толкнуть одну из створок и, к его удивлению, она поддалась. Со скрипом и не сразу, но получилось широко распахнуть обе сворки. Виса же, всё это время стояла рядом и настороженно оглядывалась.

За дверьми напарникам открылся большой, освещённый солнечными лучами, залетающими из множества окон, холл. Он был обставлен покрытыми пылью диванчиками и журнальными столиками, а по центру стояла статуя непонятного существа. Оно имело странную безносую и безухую голову, плавно переходящую в массивное тело, из которого, по кругу, росло шесть щупалец. Но четыре из них оно опиралось, а два других, по-видимому, выполняли функции рук. В одной такой была зажата непонятная конструкция, о предназначении которой напарники могли только догадываться.

— Не хило, да тут только в первой комнате столько товара, что мы охренеем его перетаскивать. – Виса ходила по помещению, внимательно его рассматривая. – Тут нужна будет далеко не одна ходка.

— Да, на первое время придётся сосредоточиться на мелких вещах. – Барнул взял с одного из столиков что-то похожее на кружку, но с обвивающими её ручками. – Понятия не имею, как из этого пить, но за сам материал можно выручить довольно неплохую деньгу. Давай пройдёмся по другим комнатам и перенесём всё ценное сюда.

Из холла, помимо двери на улицу, было ещё множество других проходов, и напарники начали обшаривать их один за другим. Все они вели в комнаты разного назначения, каждая следующая удивительнее другой. Возле многих дверей стояли металлические статуи на небольших постаментиках. Они выглядели как огромные стальные пауки, размером с большую собаку с острыми загнутыми жвалами и, как и всё здесь, покрытые толстым слоем пыли. А если её стереть, то можно заметить, что брюшке каждого такого, что-то тихонько мерцает голубоватым светом.

Куча добра в центральном зале росла вместе с настроением мародёров. Причудливые предметы быстро оценивались на глаз и те, что казались наиболее ценными, отбирались в эту самую кучу. Никаких замков не было, пока в одной из комнат напарники не наткнулись на решётки.

— Тут явно что-то классное. – Виса указала на мерцающие кристаллы, буквально скандирующие “Мы стоим кучу бабла. Огромную кучу”. – Надо отжать прутья, ты же брал ломик?

— Да, щас вскроем.

Барнул, немного покопавшись в рюкзаке, вытащил стальной, немного загнутый и заточенный с концов прут. Пара минут усилий, и решётчатая створка сходит с петель, с грохотом падая на пол. Виса тут же подскочила к кристаллам и цапнула один с постамента. Оторвавшись с ложа, он тут же перестал мерцать.

— Да ладно! – Виса вертела безжизненную стекляшку в руках и разочаровывающе смотрела на продолжающую мерцать верхушку постамента. – Это просто красивая подсветка!? Чтоб его в жопу четырьмя конями!

— Погоди, я что-то слышу. – прервал её возмущение Барнул и оба прислушались.

Где-то в коридоре что-то лязгнуло. И ещё, и ещё… Частое и торопливое металлическое лязганье по каменному полу.

— Что это за херня? – перешла на шепот Виса.

Обида напарницы сменилась на непонимание и настороженность. Барнул тихонько, стараясь не шуметь, засунул ломик в наплечный мешок и медленно поместил его на плечо. Оба моментально превратились в четыре чутких уха. В доме продолжало что-то лязгать.

Подобравшись к двери, контрабандисты осторожно, встав по краям дверного проёма, выглянули в коридор. Он был пуст. Шум доносился из главного зала, кусочек которого просматривался в самом конце. Напарники стояли неподвижно и выжидали. Но вот в просвете что-то мелькнуло, а потом снова. По холлу с лязганьем бегали те самые пауки. Бегали, быстро перебирая лапками.

— Пиздец! – тихо, с хрипотцой, вырвалось у Висы.

Барнул чувствовал, как по спине бегает табун мурашек, а волосы встают дыбом даже на жопе.

— Пиздец.

Это тупик

Закрыв дверь по плотнее, Барнул и Виса отошли от неё подальше.

— Что за херня? Мы же просто взяли стекляшку. – Виса шептала быстро, а в интонации сквозило недоумение. – Да мы уже почти вынесли кучу золотого барахла! Какого хера! Да как через этот пиздец выбираться теперь…

Барнул же в панике думал, как можно выбраться из дома.

— Надо открыть окно. – прервал он словесный поток Висы. – Зря, конечно, заранее не обошли здание.

— Нахрен мы вообще попёрлись сюда? Лучше бы и дальше провозили в Вирас траву с Тирупа! – продолжала по инерции напарница. – Окно? В принципе можно попробовать.

Напарники тихонько подошли к ближайшему окну. Их в комнате было три, и все располагались довольно высоко.

— Давай пододвинем. Только тихо. – Барнул кивнул на стол м какими-то непонятными предметами.

Чтобы выполнить задуманное, пришлось аккуратно разгрузить необычный резной предмет интерьера. Несколько раз зловещий лязг за дверью приближался, но потом начинал отдаляться, что заставляло поторапливаться. Сам стол оказался довольно лёгким. Когда стол встал на нужное место, Барнул взобрался на него, поморщившись от лёгкого скрипа, и выглянул в окно.

Снаружи виднелся запущенный садик, окружённый каменным забором. Рама у окна была только одна, с небольшой фигурной ручкой, но при этом открыть обычным способом не получалось. Ушло несколько минут, прежде чем мужчина понял, что оно открывается, сдвигаясь в сторону.

Ухватившись за ручку, он с силой потянул раму вправо. Она поддавалась тяжело и при этом начала дико скрипеть.

— Тише, дебил!

— Тише не получается!

Рама очень медленно сдвигалась в сторону, щель становилась всё больше. Лязг тоненьких лапок за дверью снова начал приближаться.

— Чтоб их кони вчетвером драли. – прошипела Виса, вскакивая на стол рядом с напарником и тоже начала тянуть раму.

Та стала поддаваться лучше и в образовавшуюся щель уже можно было пролезть. Напарники быстро выкинули наружу наплечные мешки. Лязг уже был практически у двери. Барнул ловким движением запрыгнул на оконный проём и спрыгнул наружу. Вслед за ним на улицу сиганула и Виса. В последний момент в дверь что-то ударилось, приоткрыв её, и в щель, с жутким грохотом стал протискиваться паук.

Уже стоя внизу, напарники слышали, как по комнате, беснуясь, бегает, как минимум, пара таких пауков. Быстро накинув мешки на плечи, они двинулись к забору. Он был не слишком высок, и, если один сможет подсадить другого, его можно будет перелезть. Но уже на пол пути справа послышался металлический шоркающий звук. Не сговариваясь, оба контрабандиста рванули в противоположную сторону, к небольшому каменному сарайчику без двери. Залетев внутрь, они быстро метнулись за какие-то контейнеры и затаились.

Звуков снаружи стало больше. Они вразнобой передвигались по двору, то приближаясь, то отдаляясь.

Внутри сарайчик оказался заставлен большими медными баками и какими-то непонятными устройствами, покрытыми пылью и ржавчиной. Под невысоким потолком висели уже более знакомые инструменты, в которых угадывались лопаты, секаторы, грабли. Также здесь было небольшое окошко, видимо для того, чтобы свет проходил. Виса осторожно, не разгибаясь, подползла к нему и выглянула наружу.

Там, снаружи, по садику передвигались человекообразные механизмы. Они шустро ездили по садику, умудряясь жестко балансировать на одном колесе, без малейшего пошатывания. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что убегать от них бесполезно. По бокам торчали руки, на которых, вместо кистей, были лезвия и трубы, похожие на дула порохового оружия, которое так любят в Кринтских замках. Их было штук десять, и они методично прочёсывали садик.

— Вот теперь точно пиздец. – прошептала Виса, вернувшись в укрытие. – Их там до хрена, и они ищут нас.

Выход в сарайчике был только один, вечно сидеть здесь не получится. Надо что-то делать.

Тайный склад

Механизмы – стражи снаружи скрипели всё ближе. Справившись с волной паники, резко накатившей после поспешного побега, Барнул начал оглядываться по сторонам. Он тихонько, на корточках, стараясь не высовываться, ходил между баками, стараясь найти хоть что-то. И вот, в самом дальнем углу, на пыльном полу, он заметил очертание сего-то плоского и квадратного. Подойдя ближе, мужчина рукой разметал пыль в стороны.

В небольшом каменном сарайчике, в самом углу, скрытый за множеством баков, был люк. Помахав Висе, Барнул вытащил из наплечного мешка ломик, вставил его в щель между полом и крышкой и надавил. Люк со скрипом приподнялся.

— Блин, опять. – сокрушённо прошептала Виса и прислушалась.

Металлический шорох снаружи резко сменил направление и начал приближаться. Барнул с диким хрипением налёг на люк и тот, с ещё большим скрипом, поддался.

— Готово! – уже не стараясь скрываться, крикнул он и Виса, не думая, сиганула внутрь.

Напарник живо последовал за ней, по дороге цепляясь пятернёй за крышку. В обратную сторону она поддалась неожиданно легко и с хлопком опустилась на место, защемив мужчине попутно пару пальцев. Люто матерясь, Барнул с грохотом слетел вниз, пересчитав копчиком дюжину железных ступеней. Уже в самом низу его лицо болезненно искривилось, а рот раскрылся в диком вопле.

— Чёрт! Чтоб вас всех драли!… Больно – пиздец!

Пальцы на левой руке горели, будто их окатило кипятком, а в копчик, казалось, вонзилась сотня кривых гвоздей.

— Не ори, дебил! – панически шептала Виса. – Сейчас сюда вообще всё вокруг сбежится!

— Ух. – мужчина резко перешёл на шепот. – Да, сейчас. Больно то как! Ты права, всё, если выберемся, больше никаких авантюр. Будем тихо, мирно возить наркоту, может закупим пару партий палёных артефактов на перевозку. Но больше никогда… Никаких авантюр… Никаких руин… Почему же так не везёт, почему всё так плохо? Впервые, ведь, решили просто сплавать на забытый континент за никому уже не нужным барахлом! Никого не обокрали, ничего хренового не продали! Почему всё так плохо?

Барнул сидел на полу и усиленно баюкал руку. Боль стреляла аж до слёз, а всё тело трясло, то ли из-за копчика, то ли из-за накопившейся за все предыдущие годы обиды на весь этот мир. Виса села рядом и взяла его повреждённую руку в свою. Она щёлкнула пальцами у себя над головой и в воздухе возник крохотный огонёк, окутавший небольшое пространство вокруг мягким светом.

Ногти на среднем и безымянном пальцах безжизненно болтались на крохотном кусочке кожи. Из раны сочилась кровь. Скинув со спины заплечный мешок, Виса, немного в нём покопавшись, вытащила небольшой моток бинтов и бутылочку с розоватой жидкостью. Под жалобные причитания Барнула, она облила повреждённые места антисептиком, заставив мужчину немного поморщиться, и стала аккуратно бинтовать.

— Но ведь мы с тобой пытались. – всё текло негодование из Барнула. – У нас была хорошая ферма. Потом пробовали разводить лошадей. А пекарня в Вокоре… Твой отец нам на неё двести золотых натунов дал. Делали, ведь, отличные крендели. Но нет, князю денег дай, банде Рола – дай, налоговой – дай, Вокорской мафии – тоже дай, стражникам – дай, информаторам – дай, барыгам долю – дай, как и Борбору – куску говна. Только дело, вот, сделай сам. Яблоки вырасти, лошадей купи и откорми, булок отсыпь и бабла заодно. Кушевую траву привези, через границу протащи, всем на лапу дай и чтоб не отсырела по пути, а ещё долю отстегни. А если что, то они не при делах. Он, значит, после этого всего, просто всё продаст с наваром, раз в сто большим, чем было изначально, а вы хер посасывайте и радуйтесь, что вообще заплатили.

Виса закончила бинтовать и откусила остатки бинта. Скрутила их в рулончик и засунула вместе с бутылочкой в наплечный мешок. Барнул, выдохнувшись, смотрел на руку. Перебинтованные пальцы глухо пульсировали, но уже не отдавали такой острой болью.

— Так, а что с теми машинами? – вспомнил он и прислушался.

Со стороны люка никаких звуков слышно не было. Видимо, преследователи не смогли открыть люк и куда-то ушли.

— Не знаю. Они за нами не полезли. – подтвердила Виса. – Идём, нам надо выбраться отсюда, а заодно, всё же прихватить что-то поценнее. Иначе всё это будет зря. Не забудь, что ты ещё и жопу отбил, осторожно вставай.

Барнул с кряхтением встал. Копчик действительно побаливал, но, по ощущениям, ничего серьёзного, мужчина чувствовал, что это скоро пройдёт. Он был уверен, что даже бегать нормально сможет.

— Извини, расклеился маленько, миг слабости, бывает.

— Забыли.

Виса тоже поднялась и накинула мешок на спину.

— Но всё же, пироги у тебя выходили охрененные.

От люка, в глубину темноты уходил коридор. Низкий потолок, ровно такой, чтобы под ним, едва его не касаясь, мог пройти высокий человек. Зато стены раздавались в стороны так, что в них могла протиснуться крупная телега. Огонёк Висы выхватывал пространство на несколько шагов вперёд, но за этой границей виднелась лишь чернота.

Идти в полнейшей тьме долго не пришлось. Коридор резко обрывался очень слабо освещённой небольшой комнатой, в которой стояло несколько стеллажей. На полках беспорядочно лежали кристаллы. Они были похожи на те, что стояли наверху на постаментах и тихонько мерцали различными цветами. На этот раз по-настоящему.

Барнул взял один из них. Он легонько пульсировал. Создавалось ощущение, что в ладони лежит маленькое сердце.

— Судя по всему, это то, что нам нужно. – Виса довольным голосом озвучила мысли напарника.

Предложение Борнула

Напарники стояли на верхушке железной лестницы прямо под люком. Наплечные мешки немного потяжелели от набранных кристаллов. Барнул упёрся в люк, приготовившись его открывать. Сердце стучало от волнения, нужен был всего один рывок до стены, а дальше свобода. Мужчина бросил короткий взгляд на Вису. Полностью собранное лицо могло обмануть кого угодно, но в глазах читалось волнение напополам со страхом, да и у него самого по спине бегал целый табун мурашек.

Резко вдохнув, Барнул налёг на люк. Тот открылся значительно быстрее, чем раньше, с коротким, но громким скрипом. Быстро вынырнув наружу, напарники ринулись к выходу из сарайчика. Оказавшись в саду, мужчина быстро оглядел местность. Вокруг были неприбранные дорожки, а трава примята тяжёлыми колёсами стражей, которые застыли тут же, между деревьев. Завидев нарушителей, они тут же развернулись и ринулись к ним.

Но напарники уже устремились к ограде. Сзади что-то прогрохотало и по бокам от беглецов резко вздыбились фонтанчики земли. Оказавшись у подножия каменного забора, Барнул присел, сцепив руки замком. Виса, не думая, тут же встала в импровизированное стремя, и мужчина одним резким движением подбросил её вверх.

Подтянувшись, и оказавшись на вершине, напарница тут же легла вдоль забора и свесила вниз руку. Барнул прыгнул. Ухватившись за протянутую ладонь, он подождал, когда она слегка его приподнимет и повис уцепился за край, повиснув на кончиках пальцев. Виса же уже перевалилась на ту сторону забора и смотрела наверх.

Стражи уже были рядом и снова наводили на нарушителей стволы странных орудий. Не обращая внимания на боль в пальцах, мужчина подтянулся, закинул ногу наверх и, оказавшись на другой стороне, свалился вниз. Приземлиться на ноги не получилось, и он плашмя рухнул на землю. В глазах немного потемнело.

— Быстрее! – Виса уже была рядом, хватая мужчину под плечи. – Нам щас таких пиздюлей навешают…

Барнул поднялся на ноги и, стараясь не упасть снова, побежал. Они бежали в сторону пляжа, не останавливаясь. Время летело, как камешек-попрыгунчик, брошенный по воде. В мозгу мимолётными кадрами отпечатывались ухабы, хлопки за спиной, щекочущий нервы металлический скрип. Спуск вниз с обрыва по оставленной верёвке, содранная на ладонях кожа, бег по пляжу до лодки. Контрабандисты уже не помнили, как спихивали лодку в океан, как забирались на палубу, как ставили парус.

Сознание начало проясняться только ближе к вечеру. Негостеприимный берег уже плавно скользил к горизонту. Болело абсолютно всё. Напарники лежали рядом на палубе, у кормы, прислонившись друг к другу. Барнул на остатках сил придерживал рулевое весло, а ветер нёс их домой.

Погожий денёк был в самом разгаре. Ласковое солнце освещало уютную комнату в трактирчике, а с улицы доносился мерный гомон людей, скрип повозок и цокот копыт. Где-то прозвонил корабельный колокол. Обычные звуки для порта Кросс Бо. Большая двуспальная кровать напоминала филиал хаоса с всклокоченными простынями, одеялами и валяющейся на ней одеждой. У стены же стоял практически пустой шкаф. Только нарядная красная шляпа скрашивала его одиночество.

Посреди всего этого, в большой кадке с тёплой водой, расслабленно расположилась Виса. Её глаза были закрыты, только веки слегка подрагивали. Полежав так ещё пол часа, она потянулась, расплескав часть воды на пол, и лениво вылезла из кадки. Накинув на себя первую попавшуюся рубаху и натянув штаны, она расположилась у столика с большим зеркалом. Она никогда не пользовалась косметикой, но сейчас ей было сложно не намазаться чем-то приятно пахнущим. Расчесав волосы и заколов их заколкой в форме бабочки, Виса слегка подкрасила брови. Когда-то давно, ещё в юности, они поражали чистотой цвета. Но теперь они поредели и в них появились белые волоски, как, в прочем, и на голове.

Прошло уже полгода с момента, когда они с напарником сплавали в те руины. Думать о будущих поездках не хотелось. Хотелось хорошенько насладиться моментом отдыха.

Дверь с лёгким скрипом открылась и в комнату с деловым видом вошёл Барнул. Та шерстяная шапка и пошарпанные ботинки отправились в утиль, как только была получена плата за кристаллы. Борбор, на удивление, не обманул, и заплатил золотом в трое превышающим вес самих кристаллов. Теперь на нём красовалась красивая лёгкая синяя рубашка, поверх которой был накинут обшитый узорами жилет. Потёртые штаны сменились элегантными брюками. Виса уже успела забыть, какой на самом деле он пижон.

— Я всё. – улыбнулся мужчина, поднимая руку с котомкой. – Сегодня поужинаем яичницей с зеленью. Сегодня встретил на рынке одного торговца, у него в продаже просто божественный зелёный лук.

— Да, и где же ты собрался это готовить? – поинтересовалась Виса, не отрываясь от зеркала. – Насколько я помню, хозяин тут тот ещё жлоб. Врятли пустит на кухню.

— Я… — он немного замялся. – Я тут подумал, может начнём всё заново.

Он подошел к столику и встал рядом с напарницей. У нас теперь есть деньги, сможем купить здесь дом.

Виса обернулась и растерянно на него посмотрела.

— Снова попробуем открыть пекарню, я снова возьмусь за тесто, а ты сможешь снова составлять меню. Каждую неделю новое, как тогда.

— И у нас опять всё заруинится? – с трудом, горько ухмыльнувшись, выдавила из себя женщина.

Барнул сунул руку в карман и вытащил наружу. В кулаке было зажато что-то маленькое. Он раскрыл его. На ладони лежала два серебряных кольца. В каждом из них, в изящной оправке, мерцало по две сиреневых точки. Виса взяла то, что поменьше. Камешек в нём пульсировал. Создавалось ощущение, что в пальцах бьётся маленькое сердечко.

— Но мы всё равно можем попробовать. – мужчина держал на ладони своё и ждал ответа.

Когда-то давно, ещё в юности, он заказывал для них похожие у ювелира, только с крохотными рубинчиками.

— Да, давай.

Виса твёрдо надела кольцо на палец. Барнул тут же надел своё, а его лице расцвела счастливая улыбка. Он нежно обнял Вису.

— И больше никаких ходок?

— Никаких, я продал лодку. Купил нам квартирку.

— Значит всё же яичница?

— Да, с луком и перцем.