Попаданец в 1981 - реальность - 5

Глава 1

Проснулся я поздно, часов в 11. Потянулся, повалялся в постели. Походил по дому, вытащил из холодильника бутылку боржома. Странно, я точно помню что вчера был только сок и пиво. На кухонном столе обнаружил буханку черного и любимые мной с детства горчичные булочки. Позавтракал, и тут в дверь постучали. Оказалось, я зря насиловал себя булкой и боржомом, привезли завтрак. Не стал расстраивать охрану и поел еще раз, уже с удовольствием. Охранник, видя недоеденную булку и недопитый боржом, указал на кнопку электрического звонка над дверью, сказал - если что то надо, нажмите Следом появились двое уже знакомых мне в этом мире, Иноземцев, и Михаил Семенович. Иноземцев сиял как начищенный медный чайник, Михаил Семенович тоже излучал радость

- Извините, -выдавил я, - мне запрещено общаться с кем либо кроме определенного круга

Старший охраны одобрительно кивнул. - мы идем к товарищу Андропову за допуском. Он меня уже предупредил, но вы правы, он должен сообщить вам. 200 метров по солнечной, заросшей травой дорожке настроили меня на оптимистичный лад. Андропов сидел за тем же деревянным столом, без скатерти, и работал с документами. Быстро и внимательно проглядывал лист, ставил какие то пометки. Нас подвели к нему только когда он поднял голову, при нашел приближении он привычным движением отложил документы, перевернув их, поставил на них небольшое пресс папье в виде бюста Дзержинского

- Доброе утро, Александр, произнес он бесстрастным голосом. С капитаном Иноземцевым вы уже знакомы, с Михаилом Семеновичем тоже. К вам присоединится еще один человек, его зовут Бахтияр. Его вам представит начальник охраны. Я подумал, что не знаю даже как зовут начальника охраны. Он сделал мне знак приблизиться, остальным громко сказал, - Подождите у ворот. - Разрешаю ставить в курс дела капитана Иноземцева и Михаила Семеновича. Но без персоналий и конкретики. Ничего из того, что им не нужно знать. Капитан Иноземцев, вероятно, будет вас курировать, можете с ним общаться на личные темы, но не обсуждайте...- он сделал в воздухе неопределенный жест рукой - чувствительные темы. С Михаилом Семеновичем - по технике. Можете общаться и наедине, и в присутствии капитана Иноземцева, но исключительно под запись. Чуть подумав он добавил - не отключайте запись, даже если разговор пойдет на личные темы. Это не важно. В протокол это не пойдет. Если вы будете трепаться о бабах и выпивке, это нас не интересует. Но записи должны быть. Записи капитан Иноземцев запечатывает и передает лично мне. Вы расписываетесь на конверте. Если заметите несоответствие в числе кассет, немедленно доложите мне лично. На этом все, идите.

Я поблагодарил и уже вознамерился было уйти, но он продолжил. - Есть еще один вопрос, который я бы хотел задать. Вы не служили в армии, не являетесь частью нашей системы, никогда не служили в органах безопасности в вашем времени. У вас есть четкое понимание субординации в распределении информации. Откуда это?

Я почесал подбородок. То, что казалось мне естественным, вызвало вопросы. - Пожалуй, у меня есть версия, товарищ Андропов. Будучи системным администратором.... - я наткнулся на непонимающий взгляд второго человека в стране. - будучи специалистом по компьютерным... вычислительным сетям, я отвечал в том числе и за выдачу прав доступа пользователям... - снова непонимающий взгляд - людям, которые работали на вычислительной технике, и в мою задачу входило ограничивать их права до минимально допустимых, для выполнения их работы. Мне кажется, что это очень близко к работе спецслужб в этом плане.

Андропов немного помолчал, потом уточнил - Это что то вроде ОГАС? Вам знаком этот термин? - Да, товарищ Андропов, знаком. Это академик Глушко прорабатывает теорию. Но в жизнь ее, ну не ее, а что то похожее, можно будет воплотить не раньше 90х. Материальной базы не хватает. Андропов, сделав в уме какие то выводы, произнес, хорошо, идите. Сейчас вам предоставят помещение для съемки. Ваша задача подобрать режимы для съемки и продемонстрировать результат. Начните с исторических книг и попробуйте составить список литературы на вашем устройстве - Он явно избегал слова телефон, в его сознании телефон был чем то другим.

У ворот меня ждали Иноземцев и Михаил Семенович. Начальник охраны подошел и сообщил, что к нам присоединится узбекский фотограф, Бахтияр. Бахтияр не говорит по русски, и неграмотен, но при этом хороший фотограф. Он вырос в дальнем кишлаке в Кашкадарьинской степи, Узбекской ССР. Работает там фотографом. Задача Бахтияра наладить процесс фотосъемки объекта, при необходимости что то сообщить ему, нужно снять трубку телефона, ничего не набирать. На том конце переводчик. Нужно произнести фразу по-русски, дать трубку Бахтияру, он услышит перевод на узбекский. Туалет в помещении есть, обедом обеспечат. Для проявки и сушки пленки и фотографий оборудована отдельная комната.

Мы прошли в строение, которое раньше видимо исполняло роль гостевого домика. Окна с обеих сторон были забиты досками. На столе был установлена примитивная подставка для телефона, где лежал кусок толстой фанеры размером с телефон. Видимо, ориентировались на этот макет. Рядом стоял штатив с Зенит -19

Мы с Иноземцевым понимающе переглянулись. Тем временем, начальник охраны, привел, как ребенка, за рукав, колоритно выглядещего восточного человека, в чистом, хотя и поношеном халате. Показал аппарат, вскрыл ящик с пленкой Микрат 300. Протянул мне небольшой, запертый на ключ дипломат, попросил расписаться, поставить дату и время. В дипломате ожидаемо оказались оба телефона, и почему то брелки с моих ключей. Ночью кто то сшил бархантные кармашки и проложил внутренности поролоном, каждый артефакт лежал на своем месте, так что теперь аппаратура должна была чувствовать себя на седьмом небе от счастья, если бы конечно она умела чувствовать.

Я поставил телефон вместо фанерки, Бахтияр вышел на минуту, зарядить пленку в темной комнате и вернулся. Для начала я выбрал книгу Квинта Лициния, шрифт сделал очень мелким. Выключили свет и поехали. Я перелистывал страницу, говорил вслух Да, Бахтияр щелкал затвором камеры. Через несколько снимков и говорить Да не потребовалось, он щелкал страницу как только я ее переворачивал и убирал палец. 35 страниц, и пленка кончилась. Наш восточный человек ушел ее проявлять, через полчаса уже хвастался влажными, но качественными фотографиями. Результат был отличный, текст, не слишком четкий, хорошо читался и не оставлял вариантов ошибиться. Но вот затраченное на 35 страниц время меня разочаровало. Иноземцев умчался со стопкой фотографий докладывать Анропову, я задумался. При этом шрифте в книге 217 страниц, если на каждую книгу мы будем тратить столько времени, у нас уйдет год. Михаил Семенович, скромно стоявший в углу, как то робко спросил, может быть использовать модицифицированный ФЭД? У КГБ есть такие, туда заряжается сразу рулон, 300 кадров. И пружина сразу протягивает пленку, только кнопку нажимай. Несколько минут мы ждали Иноземцева, чтобы сразу отправить его решать вопрос с автоматическим ФЭДом. К счастью, Чебриков, забрав к себе капитана из дежурки, снабдил его номером секретариата, так что достаточно было одного звонка Иноземцева, с названным кодовым словом (так как звонил он при нас, я услышал как называется наш проект - География. Интересно, это что то закодировано, или как американцы, по списку из словаря по очереди названия дают)

Тем временем меня, одного только меня, позвал Андропов. Совершив уже привычную прогулку до его дачи, пройдя в который раз личный обыск с ощупыванием всего самого ценного (каждый раз неприятно все сильнее), очутился перед будущим генсеком. Андропов выглядел... чуть раздраженным. Он указал на 35 еще влажных листов фотобумаги и спросил - это вот этой макулатуры у тебя сотни книг?

Нда, кажется Квинт Лициний ему не зашел. Но у меня за много лет тоже сформировался определенный опыт общения с разочарованным руководством. Вытянувшись в струнку, бодро (еще Петр 1 отмечал, что подчиненный, перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый) оттарабанил - Нет, товарищ Андропов! Остальное куда хуже!

Он устало вздохнул. Ну а чо, способ то у меня рабочий.

- Никакой Синтии в польстве США в СССР никогда не работало. НИКОГДА, понимаешь? Я только что звонил тем кто курирует американское повольство

Стоп. Это он что, решил что книга историческая, что ли? Или...

- Понимаю, товарищ Андропов. Там куча информации вымышлена. Про того же Калугина - последнее слово я произнес шепотом. Ну то есть предать то он предаст, но уже где то в 90м году, остальное - фантазия автора.

- Ладно, иди. - Андропов, кажется, смирился с тем что его надежды на какую то структурированную информацию из будущего пошли прахом. - Хотя стой. Что ты знаешь про Калугина. Лично ты, отдельно из книг и из реальности. И откуда у тебя эта информация.

Вот жеж блин. Кажется, сейчас мне придется объяснять товарищу Андропову очень сложные для него вещи. Хотя может и пронесет, дай бог....

- Генерал Калугин, ваш ставленник, - я начал шепотом, но очень бодро, - в конце 80х имел какой то конфликт с кем то, после чего сбежал в США и вроде как кого то сдал, товарищ Андропов. Информацию читал в официальных источниках, после прочтения этой книги, было интересно. Насколько я помню, в Российской федерации лишен наград, званий и заочно к чему то там приговорен. Как и Резун.

На последнем слове Андропов оживился. - Интересно. А что ты знаешь про Резуна? тут ответ я знал. - Дипломатический разведчик, сколько я помню женевская резидентура ГРУ, перебежчик, сейчас кажется в Лондоне, пишет антисоветскую книгу, будет иметь огромный успех как писатель.

Кажется, даже мое появление в 81м году не вызвало у Андропова такого удивления, как этот ответ. Он удивленно моргнул несколько раз, и на секунду за маской умеющего себя держать второго лица проступил живой человек.

- Он.... пишет книги? И будет успешен?

- Так точно, товарищ Андропов (ээээ, и чего это меня понесло в армейское обращение? Я же никогда не служил?

Андропов тем временем взял себя в руки. И с непередаваемым сарказмом, при соверешенно бесстрастном лице спросил, - и про что же он пишет?

- в основном про товарища Сталина, товарищ Андропов. Про автострадные танки, что Сталин хотел напасть на Гитлера, очень хорошо пишет

Андропов все еще смотрел неверяще, - какой бред, - едва слышно произнес он. И люди верят?

- Верят товарищ Андропов - очень бодро, следуя выбранной линии поведения произнес я.- Потому что хорошо пишет. Ну то есть в 90е верили, сейчас, в двадцатые, почти нет. Я сам верил. Потом пошел в Ленинку, с одной книгой, цитаты проверять, обнаружил что почти все цитаты или перевраны или из контекста выдернуты с изменением смысла *

Андропов сидел несколько ошарашенный. Известие о трагической судьбе страны и то не удивило его настолько, насколько зацепила человеческая глупость. И Андропов совершил совершенно человеческий поступок, он попытался через меня спорить с Резуном. - Но ведь Сталин не хотел войны, делал все чтобы ее избежать! Это сумасшествие.

Я про себя подумал, что Андропов - это человек Структуры, это очевидно. Термин используется в некоторых психологических направлениях. Он очень болезненно воспринимает даже не удар по себе, а удар по его логике понимания реальности. Я это хорошо понимаю, я и сам такой же в этом плане.

- Распечайте мне его книги. - Андропов внутри почти что кипел, и хорошо что эта ярость была направлена не на меня. Внешне он оставался спокойным, - сразу после самого важного. Хочу лично ознакомиться.

- Хорошо, товарищ Андропов, сделаем. - я решил что время уносить ноги. Принесу сразу, как только закончим вот этот опус, что вы начали. И потом про грядущую войну Британии и Аргентины за Фолкленды. В этом году будет, кажется. Ну, в течение года.

Андропов кивнул, я счел за лучшее ретироваться. За живое его зацепило. Впрочем, он не прошел закалки форумных войн, когда отвечать по сути некому. Он привык к дискуссиям по правилам, когда оппоненту некуда деваться от ответа. Странно, неужели он не читал того же Солженицына? Или тема оболганной ВОВ его так зацепила? Или просто мое появление нервы расшатало?

Я вернулся, когда Бахтияр, с помощью дяди Миши, прикручивал присланный модифицированный ФЭД к штативу. Дело пошло быстрее. Сменяясь, по 20 минут каждый, Иноземцев, дядя Миша и я, мы перелистывали страницы, а Бахтияр фотографировал. Закончили Лициния, первые три книги Плетнева (АИ, серия про ПКР Петр Великий провалившийся в войну на Фолклендах), Полковник ставший капитаном, Бушкова. И тут я понял, что ничего реально исторического у меня нет. Почти все попаданцы норовят попасть в 41 год. Посмотрел на телефон, осталось 38% зарядки. Телефон держался лучше, чем я предполагал. Кажется, мне предстоит неприятное объяснение с руководством, которое рассчитывает на одно, а получает совсем другое. Ну извините, что я могу поделать, не удосужился закачать нормальную историческую литературу. Странно, но чувствую себя почти виноватым. Чтобы не давать аппаратуре простаивать, отфоткали Ледокол, Аквариум и Последнюю Республику Резуна-Суворова. Попытка провести инвентаризацию книг не особенно помогла. То что было скачано, сплошной худлит, и очень много книг было скачало с флибусты, а там чтобы посмотреть название нужно заходить в папку, тратить время. Ну вот кто мне мешал разобраться с библиотекой на телефоне пока был интернет? Зато Лукьяненко, Дивов, Никитин - все это в полном объеме

Ну а как вы хотели? Все как в реальности. Все что есть на телефоне. **

* это правда про меня. Был фанатичным резуноидом, пока где то в 96м году не захотел проверить цитаты, которыми он пользовался. Цитаты из Последней Республики брал.

** для достоверности проверил список книг на обоих устройствах. Был уверен что есть что то реально историческое, оказалось что все только на компе. На телефонах сплошь художка по истории