Попаданец в 1981 - реальность - 2

Глава 1

Я заметил, как мы свернули внутри здания с красной дорожки "основного маршрута" куда то в сторону, на маленькую прокуренную лестницу, поднялись на один этаж. Сопровождающая охрана гулко топала за нами. Пономарев неожиданно повернулся и включил маску "своего парня"

- Куришь?

- Так точно, тащ полковник, но курево сдал. Обещали принести, но видимо забыли.

- МАРТЫНОВ - зычным голосом полковник приглушил шум улицы через открытое окно. Принеси нашему ГОСТЮ сигареты, НОРМАЛЬНЫЕ, спички, и всякое

Так, кажется полковник решил поиграть в доброго и меня прокачать. Пусть, я не против, такая работа у них.

Тем временем Пономарев чуть щегольским движением фокусника выбил из пачки Мальборо пару сигарет сразу, предложил угощаться, прикурил. - А ты не дурак, пришелец, бросил он, все правильно сделал. Тебе это зачтется. Приятная волна от этой похвалы почувствовалась, сказано было как то искренне, но при этом было понятно что сказано это специально именно в расчете на такую реакцию. Полковник за этой реакцией внимательно наблюдал. Тот факт что я себя поймал на этой рефлексии был им замечен, он чуть удовлетворенно кивнул. Ну и что ответить? Я просто промолчал. Полковник курил, думая, как вернуться в нужный тон. - А как ты насчет этого?, - он щелкнул себя по горлу - А это вопрос, или предложение, тащ полковник, - ответил я вопросом на вопрос. Тот расхохотался, снова чуть переигрывая.

Я в уме пытался проанализировать. Если я все понимаю правильно, полковник, личный порученец Чебрикова, вытащил меня из конвеера, где заслуга была бы приписана начальнику Иноземцева. Теперь это будет заслуга Пономарева, и немного Иноземцева. Меняет ли это что то в моих планах? Нет, наоборот. Способствует им. Выход на Чебрикова, а потом Андропова, пойдет по упрощенному и укороченному маршруту. А Иноземцев? Скорее всего сбитый летчик, за какие то прегрешения, несущественные, сосланный в дежурку, получает шанс вернуться к нормальной службе. Стоит ли обижаться, на то что полковник не на самом деле испытывает ко мне теплые дружеские чувства, а только изображает их, чтобы сблизиться с ценным информатором? Нет, нисколько. Такая у него работа и делает он это отлично, если бы не опыт будущего, если бы не умение разбираться в людях, полученное за много лет работы с клиентами, я бы этого и не понял. Что это меняет для меня?

Впрочем, у Пономарева, явно был и личный интерес. С той же черной лестницы мы прошли в небольшой коридор. Звякнули ключи, распахнулась стальная тяжелая дверь. Комната с тусклым освещением, столик, диван, уборная. - Тут у нас помещение для особых гостей, которых не нужно показывать - Полковник теперь изображал доверие и откровенность. Мартынов быстро вошел с пластиковым пакетом Олимпиада 80, где явно что то позвякивало. Полковник, изображая радушного хозяина, стряхивал пыль со стола, споласкивал и без того чистые тарелки из шкафа в туалете под раковиной. Впрочем, в его поведении было кроме игры и предвкушение обычного нашего мужика что он сейчас выпьет и закусит. Один из охранников, не Мартынов, видимо исполнявший роль адьютанта в привычных обстоятельствах, рванулся помочь, но Пономарев начальственным жестом вышиб его из комнаты, оставив нас наедине. - Виктор Михайлович (Чебриков) сегодня, к сожалению, занят. Завтра он сможет с вами встретиться. Сегодня просим вас переночевать у нас

Вот и стала понятна его суетливость. Боится, что я буду недоволен изоляцией. Хотя... он наверное со мной как с интуристами, боится как бы не задеть мои нежные чувства. Да господь с тобой, я бы и без твоей компании принял на грудь и отлично выспался, я же сразу сказал что сам понимаю необходимость изоляции. Или он так перестраховывается, чтобы я зла не держал? Ну хорошо, проблем нет.

Водка была теплая, столичная. Никогда не понимал водку, и не любил ее, но был не в том положении чтобы ставить условия. Копченая скумбрия, копченая горбуша, майонез, лук, крупно порезанный тупым ножом черный хлеб - душистый, ноздреватый, ароматный. Такая вот скромная пирушка, хотя горбуша явно из спецраспределителя. Первую мы пили за мир во всем мире. Вторую за социализм. Третью за Победу в Великой Отечественной. После пятой я попросил активированный уголь и янтарную кислоту. Пономарев подарил мне долгий, совершенной трезвый пристальный взгляд, но не стал звать охрану, а вышел сам. Я же, пользуясь спокойствием, щедро намазывая майонезом принесенную сверхдефицитную горбушу горячего копчения, пытался думать. Пономарев явно отмечает победу. Он на то и порученец, чтобы перехватывать такие горячие кейсы из приема посетителей... да откуда угодно. Это его победа, его ставка сыграла, он через свою агентуру (к которой явно относится Иноземцев) узнал о моем появлении раньше, чем люди Цвигуна (номенклатурная линия внутри Госбезопасности, к которым по сути и относилась приемная КГБ). Увел добычу у них из под носа. Удачная охота.

Благодаря книжкам про попаданцев я примерно представлял себе расклад, замом Андропова является Цвигун, человек Брежнева. Он покончит с собой вскоре после смерти Брежнева, но пока бдит. Если бы дело пошло по стандартной лестнице докладов, он был бы в курсе. Но сейчас я под рукой одного из выдвиженцев Андропова, точнее его человека. Бобков, начальник 5 управления, и Чебриков, зам Андропова, это люди Андропова. Так что я попал в нужную струю и теперь достаточно плыть по течению. Надо будет только поинтересоваться потом, за что Иноземцева сослали в дежурную группу. Думаю его злоключения кончились

Вернулся жизнерадостный Пономарев, с таблетками что я просил, и еще одной бутылкой Столичной, намекая на продолжение банкета. Я выпил только одну рюмку, сославшись на усталость и хмель, и сказал что я кажется все. Полковник попытался меня подначивать, что мужики у вас в будущем хилые, но я делал вид что пьян сильнее чем на самом деле, и он ушел, скрывая сожаление. Вероятно, хотел напоить меня как следует и о чем то спросить, но я когда пьяный просто вырубаюсь. Впрочем, таблетки я выпить не забыл, 5 янтарки и 5 угля, так что утром был свеж и даже тени похмелья не было. Интересно, что телефоны так и остались лежать на маленьком холодильнике у туалета. Любопытно, халатность, или изображение доверия.

Впрочем, в дверь деликатно постучали через 10 минут после того как я проснулся и встал отлить, значит никакого доверия не было. Наблюдали внимательно за моим поведением. Дальше пришла девушка, лет 25, в форме, разве что юбка показалась мне сильно короче стандартной формы. Быстро прибралась, стреляла глазками на поражение. Ну, ребята, я и без того сотрудничаю, зачем вы мне медовую ловушку дополнительно устраиваете? Да и не люблю я проституток, хоть со званием сержанта КГБ, хоть без звания. Или это гостепреимство так демонстрируют? Или проверяют меня, как я себя поведу? В любом случае, я попросил ее принести газеты. Она ушла, кажется, чуть разочарованной, чуть виляя крепкой задницей, а газеты мне принес блондинистый здоровяк, сообщив что разговаривать с ним мне запрещено. Одним словом, штамп на штампе.

Тем не менее, ближе к часу дня, тот же здоровяк сообщил, чтобы я собирался, скоро придет машина. Принес зубную щетку, зубную пасту, полотенце и кусок мыла. Кое как умылся и растерся водой над унитазом, душа в этом "номере" не было. Однако, повезли меня не к товарищу Чебрикову, а сразу к Андропову. По пути мне сообщили, что товарищ Чебриков счел полученную информацию достаточной. Однако, на садовом кольце машина остановилась недалеко от Красных Ворот и меня попросили пересесть в одну из трех другую черных волг, что стояли одна за другой. Охранник нес в сумке телефоны, передал их отдельно на переднее сиденье. Там и я познакомился с товарищем Чебриковым. Пожилой, лысоватый мужик с умными глазами, максимально отстраненный, несмотря на внешнюю вежливость. В отличие от Бобкова, про которого я читал, про Чебрикова я не знал ничего, кроме того что он был ставленником Андропова. И то, читал это в одной книжке про попаданца, впрочем тот автор отличался проработкой деталей (автор Квинт Лициний). Виктор Михайлович, не смотря на свое звание, повел себя совершенно нормально. У меня сложилось ощущение, что я присутствую на встрече посла другой страны, где он - принимающая сторона, а я, соотственно, и есть посол. Полный достоинства, отстраненный, тем не менее подчеркнуто вежливый и доброжелательный. Сообщил что мы едем в одинцово, на дачу Андропова, попросил показать телефоны, включить их, но видно было, что его больше волнует предоставить все доказательства иновременного происхождения аппаратов, чем сохраненная на них информация. Он охотно поддерживал разговор о погоде и новинках кино, но как только речь коснулась будущего, он сам меня мягко прервал. Сказал, - Александр, мне сказали что вы проявили очень правильное здравомыслие, сохранив всю информацию для Юрия Владимировича, и это очень правильное решение. Если я скажу вам, что мне неинтересно узнать будущее, это будет неправдой. Однако же приказ Юрия Владимировича не допускает других трактовок, он просил проконтролировать чтобы до встречи с ним вы не разговаривали о будущем ни с кем, и я следую этому исключению. Если он сочтет нужным, он даст мне допуск. И я, и мои сотрудники, пока не уполномочены иметь доступа. Как ни странно, у меня сложилось мнение что ему и правда не так интересно что будет в будущем, мне показалось что он в голове прокручивает политические последствия моего появления здесь, а не мучается незаданными вопросами. В этом он отличался от Пономарева, Пономарев явно хотел эти вопросы задать, но не имел права.

Три черных волги неслись по Кутузовскому под сотку в сторону области, под колесами шуршал грубый асфальт Спорить с ним, я, разумеется, не стал.