Похолодание

Глава 1

Наступило холодное утро. Четверокурсник Паша с шикарным телом и физической подготовкой по привычке проснулся раньше будильника и сразу же позвонил любимым родителям.

- Добрейшее утречко, любимые мои! Как у вас делишки? – спросил, разминаясь, Паша.

- Доброе утро, Пашуля! У нас всё хорошо, только встали, идём чай пить. А ты всё разминаешься, да? Почему эта привычка не заразна?

- Не знаю, не знаю, может, потому что девочки у нас слишком озорные, когда не надо, и ленивые в важные моменты? Кстати, они встали? - со смехом спросил студент, зная, что близняшки никогда не встают по утрам.

- Без тебя совсем вставать не хотят, папа пошёл будить их, - тоже смеялась мать.

- Бедняжки. Есть новости какие-нибудь?

- Только хотела посмотреть, но ты позвонил. Секунду.

Пока мать хмыкала, смотря новости, у Паши уже стоял чайник, а сам студент чистил зубы.

- Батюшки! – воскликнула мать. – У вас отменили занятия, ты в курсе?

- То есть? – студент с лёгкой тревогой и радостью закончил с водными процедурами и посмотрел сообщения в группе с куратором, а затем и ленту новостей. - Действительно, объявили, что ни в коем случае нельзя выходить из дома, так как на улице аномальный холод, дистанционного обучения тоже не будет.

- Эх, зря малыши проснулись.

- Зато помогут с завтраком.

- Ага. Что будешь делать?

- Не знаю, но, наверно, почитаю или к тёте Тамаре схожу, спать не хочется. Вы?

- Ну, раз на работу идти не надо, можно фильм посмотреть. Можешь что-нибудь посоветовать?

Паша на ходу вспомнил парочку фильмов и попрощался с родными. Он сытно позавтракал и пошёл к любимой соседке. С гостинцем, разумеется.

- Добрейшее утречко, тётя Тамара, вы уже видели новость?

- Какую? Что-то случилось? – всполошилась тётушка, так как недавно проснулась.

Паша, дабы не ошибиться, достал телефон, открыл ленту новостей и стал читать:

- В стране объявлен лок-даун из-за аномального холода. Убедительная просьба для всех – выходить на улицу только при крайней необходимости, укутавшись в толстенный слой одежды.

- Ужас какой! И долго это будет?

- Пока неизвестно, зато лишние выходные, - оптимистично сказал Паша.

- Приятно, конечно, но я ведь привыкла работать. Что делать-то не знаю. Ой, а как там мои муж и сынок? Так, надо срочно позвонить, - всполошилась Тамара.

Из-за любопытства Паша решил остаться и узнать о делах семьи Тамары. К сожалению, ни муж, работавший на севере, ни сын, учившийся в Москве, не взяли трубки.

- Может, у них связь оборвалась из-за холода? – предположил Паша, дабы взбодрить соседку.

- Хоть бы так и было, не дай Бог, чтобы с ними что-то случилось...

- Не волнуйтесь, тётя Тамара, - Паша обнял соседку, позже к ногам хозяйки пристроился и кот Барсик.

- Спасибо, Пашенька.

- Может, сыграем в шахматы? Отвлечёмся от гнусных мыслей.

- Да, давай. Я пока чай поставлю.

Когда фигурки были расставлены на доске, Паша решил посмотреть реакцию одногруппников. В основном все радовались, планировали сходить куда-нибудь, кто-то, конечно же, спать пошёл, а студенты, проживающие в общежитии жаловались, что даже в куртке холодно.

- И кто-то ещё собирается идти куда-то... – вздохнул с разочарованием Паша, - ладно, Бог с ними.

- А вот и я, - пропела Тамара, неся поднос с чаем и печеньями. Барсик гордо сел на диване, готовясь лицезреть захватывающую игру.

- Кстати, что с соседями будет? – посреди игры вспомнила Тамара.

- Которые уехали неделю назад?

- Да. Они же вроде на север поехали работать.

- Думаю, скоро всё узнается, пока нет новостей.

- Твоя правда. Кстати, шах и мат!

Паша вскинул руки и голову, признав поражение.

- Я, наверно, пойду готовить что-нибудь. Вдруг мои приедут. Хоть бы, хоть бы.

- Вам помочь, тётя Тамара?

- Нет, нет, - отмахнулась тётя, - иди, отдохни от учёбы пока что.

- Ну, хорошо, если что, зовите.

Паша вышел в коридор. И тут же одна крайняя дверь отворилась, пропустив упитанного отца в коридор.

- Давайте быстрей, пока не стало слишком холодно, - говорил отец, подгоняя жену и дочку.

- Здравствуйте, соседи, вы куда? – спросил Паша.

- Да вот доченька заболела, в другой город на лечение надо.

- А разве не сказали всем сидеть дома?

- В крайней необходимости можно, - сказала мать, одевая дочку, - посмотри, как ей плохо.

- Как бы хуже не стало... – заволновался студент, но сосед похлопал по плечу.

- Я и не в такие морозы ехал, парень, так что не переживай.

- Ну, ладно...

Семья скрылась в коридоре, их шаги становились всё тише и тише.

В квартире всё так же стоял холодок, хотя на термометре показывало довольно нормальную температуру: -25 °С на улице и 20°С дома. Смирившись, Паша достал из богатой библиотеку научную фантастику, заварил чай и принялся читать. Иногда он отвлекался, так как шум из соседней квартиры был таким же назойливым и раздражающим, как всегда.

К половине книги уже наступил вечер. Новости в интернете не изменились, зато куратор сообщила страшную весть: кто-то из преподавателей замёрз насмерть, когда шёл ранним утром на работу, не зная о новостях. Паша сначала не поверил, точнее, не хотел верить.

Он сразу принялся представлять варианты, как в такой умеренный холод можно было замёрзнуть... были варианты, что машина заглохла, что буран усилился, так как во время чтения был так же шум ветра.

Чтобы успокоиться, студент пошёл к Тамаре. Долго соседка не хотела открывать дверь, поэтому Паша только сильней напрягся.

Дверь открыла плачущая Тамара, спустя десять минут непрерывного стука.

- Что случилось?!

Всхлипывающая Тамара лишь показала телефон. На севере, где работал муж Тамары случилась страшная метель и почти все работники погибли, в том числе и супруг соседки. Оставшиеся не знают, как спастись. А сынок не отвечал на сообщения, даже с утра не был в сети.

Вот теперь Паша поверил, что тот летальный исход более чем правдоподобен.

Студент обнял Тамару. Пока тётя не успокоилась, они стояли так. Затем, когда Тамара наконец смогла сказать хоть что-то, Паша повёл её на кухню и заварил чай.

- Говорила я ему «пожалуйста, найди другую работу, не езжай на север, достаточно у нас денег», нет! Он всё равно ехал туда, чтобы обеспечить меня и Сашеньку... мы ведь с ним месяц не виделись! Месяц! А теперь я его и вовсе не увижу!!!

Паша никогда не видел такую горюющую женщину. При виде её и осознании трагедии самому хотелось плакать...

Паша не знал, что сказать, поэтому просто был рядом, как и Барсик. Чуть позже Тамара утомилась, поэтому студент отвёл соседку в кровать. Она с горьким выражением лица уснула. Барсик улёгся рядом.

Вернувшись в квартиру, Паша медленно сполз по двери, схватился за голову. В голове проносились те сообщения, воображение даже представило картины, как первые жертвы умирали... вдобавок соседи нагнетали криками, в которых из-за неразборчивости слышались речи о потерях близких... он так бы и сидел до конца дня в бездвижном шоковом, даже тревожном состоянии, если б не звонок родителей.

- Ало, Пашуля, как ты? – стараясь не выдавать тревогу, спросила мать Паши.

Паша молчал, собираясь с мыслями.

- Почему ты молчишь? Что-то случилось?

- Мам... у тёти Тамары муж умер, и сын не отвечает... один наш преподаватель тоже замёрз насмерть...

- Батюшки...

Пару минут висела гробовая тишина. Минуты молчания, так сказать.

- А ты как?

- Я в порядке... но становится холодней...

- Попей чай и тепло оденься, хорошо? Мы тоже в свитерах и болоньевых штанах сидим, всё равно холодновато...

- Вы тоже чай попейте, нагреватели включите, пожалуйста...

- Конечно...

На этом кончился звонок. Шатаясь, Паша дошёл до кухни, поставил новый чайник и сел, склонив голову к рукам. Беспокойно выпив чай и вымотавшись эмоционально, студент лёг спать и незаметно для себя заснул.

Конец первого дня.

На следующее утро Паша проснулся рано не только в надежде узнать, что привычный ход дня наконец вернётся, но и из-за ощущаемого пониженного градуса. На термометре красовались ужасающие цифры: -30°С на улице и 10°С дома.

Как обычно, Паша поставил чайник и позвонил родителям.

- Ало, как вы там? У вас всё хорошо?

- У нас всё хорошо, но на нашем этаже тоже кто-то замёрз на смерть. Помнишь того дедушку, который иногда присматривал за тобой? Вот он открыл окно, чтобы пустить воздух, но ветер был слишком сильным, поэтому не смог закрыть и выбило...

- Какие весёлые новости по утрам... – вымученно и с сарказмом сказал Паша.

- И не говори. Сколько у тебя показывает градусов?

- Минус тридцать.

- У нас тоже... что будем делать?

- Не отчаиваться! Вы ведь сами учили, что надо биться до последнего. Пока еды и одежды хватает, надо пытаться жить!

- Правильно, сынок! Ты тоже не хворай, а я пока пойду готовить суп.

- А остальные?

- Они пока спят все вместе. Девочки очень папу любят, как и он их.

- Конечно, один брат уж надоел, а тут папа в отпуск приехал с работы!

Мать Паши рассмеялась.

- Ладно, всем привет от меня.

- Тёте Тамаре тоже. А ещё... мои соболезнования...

- Я передам, пока. И мои тоже... всё-таки, тот дедушка тоже многому меня научил... он ведь ещё одиноким был... ещё страшнее так умереть...

- Ага, я помню, как ты рассказывал с горящими глазами о том, чему он тебя научил... мы будем скучать по нему... пока.

Очередные крики соседей за стеной подали идею Паше проверить, как там остальные.

У его соседей, очевидно, всё было шикарно с их «криками радости», уехавшая семья так и не вернулась и, скорее всего, не вернётся (какое безвыходное положение у них было, однако). По стене, где была квартира Тамары, живёт ещё одна семья с отцом строителем, матерью домохозяйкой и пятилетним сыном. Квартира напротив Пашиной пустовала, так как уехали бедные жильцы на север.

Паша решил не беспокоить соседей, кроме Тамары, встававшей каждое утро на работу поварихи в одной кафешке. Сейчас ей было намного лучше, чем вчера.

- Доброе утро, Тамара...

- Здравствуй, Пашенька, есть тёплая одежда? Если нет, я могу связать. Дома совсем делать нечего, грустно...

- У меня хватает, спасибо. А Барсик не мёрзнет? Может, ему связать?

- Кстати, хорошее замечание, надо бы связать.

- А можете меня научить?

Тамара удивилась от такой внезапной просьбы, но с удовольствием согласилась. В итоге, они связали друг другу по паре перчаток для начала, а после тётушка сделала розовый костюмчик на всё тело чёрно-белого кота.

Во время очередной партии в шахматы к Тамаре постучались. Это был накаченный мужчина из той семья из строителя, домохозяйки и пятилетнего сына.

- Здравствуйте, соседи, что-то случилось? – спросила Тамара.

- Так, ты, - мужчина указал на Пашу, - пойдём, поможешь нам.

- С чем?

- Попробуем раскопать выход на улицу, там снегом замело.

- А смысл, если на улице лютый мороз?

- Есть лишняя еда? Если да, то давай, иначе никак! Тут половина подъезда голодает.

- Много людей собралось? – осознав тяжесть проблемы, спросил Паша, раздумывая, идти или нет. Конечно, он не мог оставить отважных соседей, но лютый мороз и летальные исходы, недавно поразившие его, немного оттягивали стремление помогать.

- Почти все мужчины, ваш этаж последний. Так ты с нами или нет?

Паша, ища поддержку, встретился глазами с Тамарой. Она хоть и понимала опасность ситуации, действительно выхода не было, поэтому её взгляд уже со страхом наблюдал за студентом.

- Ладно, я пойду. Тётя Тамара, вот как раз используем наши перчатки.

Перед тем, как идти, он достал самую тёплую одежду, написал маме сообщение, что уходит разгребать снег. Не дождавшись ответа, Паша пошёл вниз, а строитель, который представился как Илья Петрович, отправился вербовать оставшихся мужчин с верхнего этажа. Хоть у Паши и была еда, его крепкое телосложение очень помогло бы с раскопками.

Внизу Пашу, Илью Петровича и пару мужиков ждала пара тройка бригад. Так как строитель был зачинщиком мероприятия, его негласно признали лидером. Он спросил про обстановку.

- Дверь наружу не открывается, снегом завалило конкретно, - сообщил один мужик.

- Мы нашли другой выход – можно выйти через окно первого этажа, там как раз сугробы, если и упадём, то безболезненно.

- Может, через окно выйдем и войдём? Смысл выкапывать дверь?

- Трудно будет обратно вернуться, окно же высоко. Да и пока все через окно войдут, кто-то успеет замёрзнуть.

- А что, если совместить два дела? – спросил Паша.

- Что ты имеешь в виду? – уточнил Илья.

- Пока одна группа будет выкапывать входную дверь, из выкопанного снега будут строить некую лестницу или подъём для окна. Таким образом, мы обеспечим два потенциальных входа и больше людей зайдут быстрее.

- Отлично, так и сделаем! – Илья по-братски и уважительно обхватил Пашу. – Мыслит, малой, не зря наш колледж оканчивает.

- Имею честь! Но стоит продумать ещё один момент.

- Какой?

- Кто пойдёт за едой?

Мужики напряжённо переглянулись. Одно дело копать снег и потом тут же зайти в жильё, а другое – отправиться в морозный путь и с малой вероятностью вернуться...

Подумав с суровым лицом, Илья придумал план:

- Половина самых крепких ребят остаётся копать, другая половина идёт со мной. С теми, у кого плохо со здоровьем помогают тут. Всего есть три магазина: маленький рядом, средний чуть подальше, самый большой очень далеко. Мы поступим так: когда мы достигнем одного магазина, часть людей пойдёт обратно, чтобы хоть немного еды досталось жильцам, остальные последуют дальше.

- А если мы умрём? – спросил кто-то.

- К сожалению, иного выхода нет... так или иначе, кто-то да дойдёт с едой. Естественно, семьям погибшим будет особое отношение. Компенсация. Если кто-то против, то, пожалуйста, идите к семьям, вас никто не осудит, но вопрос о выживании останется открытым.

Никто не ушёл. Илья распределил группы и, вдохнув тёплый воздух, с воплями «вперёд» прошла через окно первая бригада, в которой был Паша. Ветер моментально стал хлестать снегом лицо, будто стеклом, кроме белого полотна и некоторых очертаний зданий виднелось только серое небо. Бригада начала откапывать путь до входной двери, заодно прокапывая будущую дорогу до магазинов. За ними последовали менее крепкие трудяги.

Путь до магазинов стал открытым, поэтому Илья Петрович и храбрая команда, составляющая большую часть из всей группы, отправились в смертельный поход. Паша продержался максимально долго, и только спустя час вернулся в подъезд для отдыха.

- Какой ужас... как ж там остальные? – спросил хозяин квартиры, через окно которого вышли люди.

- Не знаю... – устало сказал Паша, не хотя думать о грустном, ситуация итак была не из лучших, - давай просто помолчим, пожалуйста.

- Ладно, будешь чай?

- Да...

- Люда! Чаю неси!

Давно так чай не грел. Кстати, мать Паши ответила на сообщение: «Уф, зная тебя, это очевидно. Пожалуйста, береги себя, Пашуля... от девочек и отца привет!» Благо, ещё сообщение дало тепло, поэтому Паша бодрее, чем в начале пошёл работать.

Прошло около часа. Проход для входа в подъезд удалось откопать, поэтому копатели время от времени неохотно выходили на улицу, чтобы если что поправить выход. И вот в один такой заход ремонтной бригады они встретили мужиков, отправившихся за едой. Едоносцев, как назвал их какой-то шутник, накормили тем, что они же принесли, отогрели и дали немного времени для успокоения. Позже, один из них начал говорить:

- Самим не верится, что мы смогли сделать это... вам уж точно не надо рассказывать, какой кошмар там на улице, даже в магазине не получилось долго оставаться, так как там тоже всё замело. Хоть и сейчас мы совершили поход без потерь, я не знаю, что будет с теми, кто решил пойти дальше...

- Погоди, остальные действительно решили пойти и в другие магазины???

- Как видишь, еды тут мало, а в том магазине было не так много...

- Значит ли это, что кто-то ещё выходил в магазин? – спросил Паша.

- Не знаю, и знать не хочу... просто дайте мне пойти к своим родным. Этот поход был похлеще войны, ей-богу.

Остальные едоносцы тоже удручённо кивнули.

- Конечно, идите, вы хорошо потру... - начал Паша, но его кто-то перебил.

- Погодите, мы ведь поровну не сможем поделить! – перебивший Пашу оказался сортировщик еды. - Даже этих запасов по моим расчётам окажется слишком мало, чтобы каждому досталось честно. Это ещё без учёта семей.

- К тому же, вдруг остальные ребята вернутся? Им должно достаться намного больше, ведь они до сих пор там...

- Тогда давайте все останемся, но те, кто работали с лопатами, будут выходит, остальные будут сидеть и ждать, - предложил Паша.

- И долго ещё? – спросил «военный».

- До конца дня. Не думаю, что остальные захотят настолько удлинять путь, что задержатся на пару суток.

- Ладно, но позвольте хотя бы свою семью позвать... я хочу их увидеть...

Паша отправил пару человек, чтобы исполнить просьбу едоносцев. Когда «военный» сравнивал поход в почти самый морозный день, он невероятно точно попал в метафору: дети и жёны действительно встречали мужчин, как будто они вернулись с поля боя. Ребята искренне, будто в последний раз, обнимали и целовали героев, плача. Супруги тоже не обошли своих возлюбленных стороной и как в молодости вцепились в романтичный и нежный поцелуй. Паша при виде такой чудесной, словно написанной рукой мастера живописи, картины одновременно и умилялся этому, но и в то же время завидовал, ведь он не мог встретиться со своими близкими, хотя был готов двинуться сквозь мороз до города, где его с надеждой ждали...

Прошло ещё больше времени. Пара мужиков, проигравших в найденные настольные игры отправились проверять проход и, как оказалось, не зря! Вновь едоносцы вернулись, но... их количество было намного, намного меньше, чем прошлые...

Как и первым героям, им дали отдохнуть, согреться, но расспрашивать не торопились из-за их удручённых выражений лиц. Очевидно, что-то с ними приключилось.

- Знаете, - начал сортировщик, - я не могу не высказать вам огромнейшую благодарность и похвалу... вы столько всего принесли, кажется, этого хватит как минимум на неделю проживания!

- Мы могли принести больше... – ударив пол, сказал блондин в зелёной куртке. В руке он сжимал чей-то шарф.

- А что случилось? – аккуратно спросил сортировщик, подав стакан кипятка, чтобы просушить горло едоносцу.

- После первого магазина, - со вздохом начал блондин, - погода ухудшилась, но мы решили не отступать. Илья браво вёл нас за собой, мы всё копали и копали, копали и копали...

- Очень долго мы шли, пару раз даже путались из-за снежной слепоты, но каким-то чудом всё-таки удалось дойти до магазина, - продолжил другой.

- И там было всё плачевно: электричества не было, темно, ужасно холодно, еле как нашли нормальную еду. Чтобы хоть как-то согреться и поесть после похода, мы нашли пару досок и разожгли костёр. Вот даже сейчас это непередаваемое наслаждение! Мы по-настоящему заслужили этот вкус еды, и поэтому такая гордость в груди!

- Но... – так же мрачно и с опущенной головой вернулся блондин, - не все пережили это... многие просто потеряли сознание от холода и усталости, кого-то завалило снегом, а кто-то умудрился потеряться, мы хоть и нашли их, но было поздно.

- И еду мы не всю взяли... рюкзаки примёрзли к людям, да их было слишком много. Мы смогли только унести пару элементов их одежды...

Третий выживший едоносец ничего не сказал, но пустил горькую слезу.

Один здоровый мужик подошёл к троице и с суровым, но благодарным видом пожал им всем руки. Следом, остальные тоже отдали честь героям. Паша в это время спросил у кого смог номера квартир, в которых жили едоносцы, чтобы позвать их семьи.

На этот раз не только выжившие плакали в объятьях семей, но и родственники погибших. По просьбе едоносцев, обычные копатели оставили их наедине с семьями погибших, чтобы проститься и вручить им столько еды, сколько им понадобится. Всё-таки, их больше никто не сможет обеспечивать не только ресурсами, но и просто нахождением рядом. Зато, несколько, казалось бы, чужих людей стали ближе друг к другу за счёт взаимного горя.

Ближе к вечеру уже почти весь подъезд толпился у входа в ожидании оставшихся. Копатели догадались, что могли бы расчищать не только вход, но и пути, оставленные тяжким трудом едоносцев. Но даже так оставшиеся путники не возвращались. Их тел тоже не находили.

Постепенно люди возвращались по домам. Всё-таки сортировщик сумел внушительный запас принесённых продуктов разделить поровну между всеми, один лишь Паша отказался, но его заставили взять хоть что-то.

Итак, и без того тусклое небо уже почернело. Паша и пара мужиков, тоже переживавших за друзей, то играли в мучительном ожидании, то утешали родных путников. В итоге, мужики по инициативе Паши собрались устроить уже свой спасательный поход. Женщины тоже хотели присоединиться, но им вежливо, а кому-то даже насильно, отказали ради их же блага.

Мужикам пришлось частично заново прокапывать тот же путь, так как сильно замело. К сожалению, дальше первого магазина не было возможности пройти, ибо остальные могли потеряться, но по логике копателей, последние едоносцы должны были дойти до этой точки хотя бы.

Так как на пути их не оказалось, мужики стали отчаянно копать случайные точки, вдруг их замело где-то. Постепенно из-за холода копатели расходились, один лишь Паша не мог поверить в то, что Илья и остальные таки не вернулись.

К своему несчастью, он нашёл огромнейшую гору снега, будто Эверест или горы Казахстана переехали в его городок. Покопавшись там, он понял, что с крыши прямо на бригаду упала та самая куча снега, создав им снежную могилу...

А позже Паша сначала не поверил своим ушам, услышав женский крик неподалёку. Очнувшись от шока, он пошёл к источнику крика и вновь ужаснулся: жена Ильи Петровича нашла абсолютно синего мужа, погребённым снегом. Супруга не сразу среагировала, когда Паша аккуратно положил руку на её плечо. Через пару минут взглядом, в котором отражалась разрушенная жизнь, она посмотрела на студента и кричала без голоса «за что?!»

- Нам надо идти, - неохотно, но здраво подумав, сказал Паша, оттягивая жену Ильи от павшего едоносца, но она сопротивлялась.

- Пойдём!.. – более настойчиво сказал студент, но в ответ супруга с такой же силой отстранялась.

- Если вы сейчас не...

- ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ!!! Я НЕ МОГУ БРОСИТЬ ИЛЮШУ ВОТ ТАК!!!

- К сожалению, его уже...

- Я ЗНАЮ, ЧТО ЕГО НЕЛЬЗЯ СПАСТИ, Я НЕ МОГУ БРОСИТЬ ЕГО В ЭТОМ ПРОКЛЯТОМ СНЕГУ!!!

- Тогда, давайте я вам помогу принести его!

Теперь женщина не сопротивлялась. Сквозь могучий буран они смогли добраться до подъезда, который пришлось немного откапывать. К сожалению, с ужаснейшими новостями.

Весь подъезд пришёл на похороны их недолгого, но достойного лидера. Жена и единственный сын горько плакали над сконструированной из пары досок, найденных в подвале подъезда, гробом, все остальные, приложив к сердцу руки, опустили со скорбью головы, сняв шапки. Благодаря ему и остальным героям, нескольких которых удастся откопать только следующим утром, не смотря на ещё более грозный холод, подъезд сможет прожить ещё достаточно времени.

Паша и Тамара также, как и мать с ребёнком, дольше остальных семей сидели в подвале. Не смотря на попытки вернуть их, всё было тщетно. Супруга плакала без остановки пока не кончились слёзы, а сынок, не до конца понимая ситуацию, но осознавая потерю, просто был рядом с мамой. Паша и Тамара же не могли оставить соседей просто так, поэтому сидели с ними, иногда принося тёплую одежду и питьё.

Конец второго дня.

Всё-таки то, что убило Илью Петровича и многих едоносцев, продолжало давить на его семью и не только на них. Лишь утром неполная семья и их соседи покинули кладбище героев.

В уже родном коридоре внезапно стало как-то пусто… казалось бы, умер один человек, с которым Паша был мало знаком, но его уход стал таким сильным ударом… с того дня вдова с сыном не выходила из своей квартиры, как бы Тамара не пыталась познакомиться или задобрить их. По телевизору тоже вещали о нарастающих потерях, а семья студента еле экономило еду, чтобы дальше жить.

Чтобы хоть как-то отвлечься от всего, Паша набрал тёплую ванну и расплылся в ней. Сначала все эти мысли о смертях, холоде, о трудном положении семьи мучили студента, но постепенно его сознание отключалось и вокруг всё темнело.

Внезапный стук в дверь разбудил Пашу, заставив того расплескать остывшую воду по полу. Завязав полотенце на пояс, он пошёл смотреть в глазок – там была обеспокоенная вдова.

- Здравствуйте, вы не видели моего сына? – спросила она.

- Эм, нет, я был в ванной всё это время… - сонно ответил Паша.

- Что ж такое…

- Что-то случилось?

- Эмир пропал!.. Мы после похорон уснули, а когда я проснулась, его уже не было…

- Вам помочь с поисками?

- Было бы неплохо…

- Тогда я сейчас оденусь и пойду.

- Хорошо, спасибо вам.

Паша так же подключил Тамару к поискам, поэтому исследование этажей и расспросы соседей чуть ускорились. К сожалению, никто Эмира не видел, лишь парочка мужчин вспомнили, что он был в куртке и куда-то шёл.

Так как вдова больше всего боялась того, что Эмир вышел на улицу по какой-то причине, она до последнего пыталась выпытать информацию, показывала фотографию сына, искала пропавшую одежду, но почти напрасно. Через пару часов она нашла записку: «Мамочка, тебе позвонила бабушка и сказала, что ей очень плохо. Папа меня всегда учил тому, что нельзя оставлять родных в беде, поэтому я пошёл к ней, она же живёт совсем рядом, в следующем подъезде. Сегодня ещё разгребали снег в поисках других героев, так что я смогу докопаться до бабушки! Не переживай, я очень-очень тепло оделся, как дойду – позвоню! Пожалуйста, не горюй, я обязательно бабушке помогу и вернусь!»

Такие тёплые строки любимого сына лишь вызвали холод в сердце горюющей матери. Никто не знал о тихой потери, так как она с опустившимися руками сидела на полу без движения, ни на что не реагируя. Она будто умерла…

Обеспокоенные соседи попытались достучаться до неё, но та не отвечала. Они догадались, что самый ужасный вариант пропажи сына – выход на улицу – осуществился, поэтому, чтобы не бросать мать одиночку, было решено следующим утром обойти всех соседей для очередных похорон. Так закончился третий день.

Ранним утром (Пашу в последнее время по очевидным причинам мучила бессонница) студент постучался к такой же сонной Тамаре. Они поделили этажи и отправились собирать подношения. К половине дня Паша и Тамара умудрились обойти всех, кроме злосчастной шумной семейки. Студент уже и забыл о постоянных криках…

Постучавшись, Паша глубоко вдохнул и выдохнул. В последний раз, когда они встречались, полиция по вызову четверокурсника арестовала отца этого семейства за буйство и насилие над супругой и ребёнком. Очевидно, на Пашу тут же польются самые язвительные оскорбления, каких свет даже не видывал, но у него был достойный аргумент – еда, которая так и не досталась им, ибо не заслужили. Дверь открыла женщина, которой на вид было около пятидесяти, хотя на самом деле тридцать с лишним, с растрёпанными волосами, а запах наверняка убил бы всё живое вокруг.

- Чего надо? – рявкнула хозяйка.

- Тут такое дело, у нашей соседки умер сын, поэтому я бы хотел пригласить вас…

- И что с того?! Думаешь, у меня своих дел мало?! У меня сын заболел, но почему-то до меня нет никому дела! – бесцеремонно перебила она Пашу.

- Соболезную, но всё-таки…

- Соболезнует он! Спасибо за такую милость, друг мой, моему мужу ты тоже соболезнуешь, да?! Чтоб ты знал, он умер от холода в этой чёртовой тюрьме! И всё из-за тебя!!!

- Давайте я…

- Нет уж, спасибо! Ничего мне от тебя не надо! ПОШЁЛ ВОН!!!

Соседка с грохотом закрыла дверь перед лицом Паши. Собственно, на лучшее он и не мог рассчитывать. Но так или иначе, как бы они друг друга не ненавидели, оставлять больного мальчика нельзя, поэтому Паша попросил Тамару передать лекарства, но даже так буйная мамаша отбросила их и заперла дверь.

Так как вдова не отозвалась на приглашение, Паша, Тамара и большинство жильцов направились в подвал, чтоб упокоить ещё одну душу рядом с отцом. Местный священник прочитал молитву, кто-то из детей, кто знал Эмира лично и даже дружил, на прощание сказали пару слов, Паша и Тамара похвалили его за храбрость и добавили, что Илья Петрович гордился бы таким сыном. На всякий случай похороны снимались на камеру. К ночи все присутствующие попрощались с юным героем Эмиром и вернулись в свои квартиры.

Стоило бы написать, что на такой душевной, но трагичной ноте закончился четвёртый день, но нет.

Паше снился сон. Он наблюдал за тем, как его знакомые оставлены на морозе. Они дрожали и почему-то кричали... их крики казались настолько натуральными, от реальности не отличить...

Проснувшись от кошмара, Паша не перестал слышать детские крики. Он смекнул, что они доносились с соседней квартиры и явно отличались от тех, какие обычно исходили оттуда. Пошатываясь от утомления, студент вышел из квартиры. Тамара уже стучалась в дверь той шумной семьи.

Вопли, конечно, затихли, но Паша не мог терпеть таких мучений к бедному невинному сыну. Пока тот пытался выбить дверь, Тамара побежала звать ещё кого-нибудь на помощь. Удивительно, но даже вдова-одиночка отозвалась на крики и наконец вышла из квартиры.

Дверь всё-таки удалось выбить, обнажив страшное зрелище: мать с окровавленным ножом в руках нависла над сыном, у которого, судя по одежде, было много ран. Рот был прикрыт тряпкой. Мальчик умолял о спасении.

- КАКОГО ЧЁРТА ВЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТЕ??? – завопила жестокая мать.

- ЭТО ВЫ ЧТО ДЕЛАЕТЕ??? КАК ВЫ СМЕЕТЕ УБИВАТЬ СОБСТВЕННОГО СЫНА??? – в ответ крикнул Паша.

- ТЕБЕ КАКОЕ ДЕЛО??? МОЙ РЕБЁНОК – Я РЕШУ, ЧТО С НИМ ДЕЛАТЬ.

Тамара не растерялась и скомандовала прибывшим на помощь мужикам вломиться в квартиру, чтобы уберечь ребёнка от обезумевшей матери. Та каким-то чудом умудрилась ранить защитников, но её всё-таки поймали. Тамара и вдова подбежали к мальчику.

- ТОЛЬКО ПОПРОБУЙТЕ ЕГО ОТОБРАТЬ У МЕНЯ!!! ВЫ НЕ ИМЕТЕ ПРАВА!!!

- Уж лучше мы о нём позаботимся, чем вы, - холодно ответила вдова, аккуратно поднимая на руки плачущего и дрожащего чужого ребёнка.

- АХ ТАК??? ЛАДНО, ЗАБИРАЙТЕ ЕГО, НО ДАЙТЕ ЧТО-НИБУДЬ ВЗАМЕН! ЕМУ ВСЁ РАВНО НЕ ЖИТЬ!!!

- Что вам нужно? – спросила вдова.

- ЕДЫ!

Вдова попросила Тамару принести пару пакетов с едой.

- На, - с максимальным отвращением вдова пнула пакеты с едой, - жрите, сволочь. Мой муж погиб ради этих пакетов, так что к ним хотя бы отнеситесь с уважением!

- Ой-ой, важная нашлась! Отнимает чужого ребёнка, ещё и претензии высказывает. Тьфу! Ты ведь та горе-соседка? Ещё и собственного сына не сберегла!

- Я хотя бы не пыталась намеренно убить его! Я ГОРЖУСЬ СВОИМ СЫНОМ, В ОТЛИИИ ОТ НЕКОТОРЫХ!!!

- НУ И ГОРДИСЬ ДАЛЬШЕ, Я НИКОГДА НЕ ХОТЕЛА РОЖАТЬ ТЕБЯ, СЛЫШИШЬ, МЕЛКИЙ ПОДОНОК??? ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ!!!

Полуживой мальчик всё это время тянул руку к матери, явно не желая оставлять её, но после этих слов он бессильно опустил руку и заплакал. Вдова, прижав чужого ребёнка, подошла к соседке и со всей дури пнула её лицо. Затем, не обращая внимания на поток оскорблений и криков, она подошла к Тамаре и Паше и попросила их найти медикаменты.

Через пару часов мальчика лет десяти удалось забинтовать, обработав его раны. Он спокойно уснул, впервые почувствовав искреннюю материнскую заботу.

- Простите меня за моё поведение… - начала вдова с вымученным, но наполнившимся смыслом жить лицом.

- Нет, что ты, что ты! Всё хорошо, соседушка! – отмахнулась с прежним добродушием Тамара.

- Я рада, что вы не обижаетесь на меня. Меня зовут Яна, приятно познакомиться.

Паша и Тамара тоже сказали свои имена.

- Я слышала, что вы устроили похороны Эмиру, да? – поглаживая ребёнка, спросила Яна. У неё невольно просочились слёзы.

- Да, мы ещё записали видео, - сказал Паша.

Трое соседей сели рядом и на тихой громкости посмотрели запись похорон. Не сдержавшись, Яна заплакала и благодарно прижалась к Паше и Тамаре. Спасённый мальчик тоже сквозь сон ощутил грусть, поэтому положил свою ручку на колено.

- Я… я больше не хочу быть одной… прошу, будьте рядом…

- Конечно!!!

Мальчик перевернулся на бок.

- И о тебе я позабочусь, малыш. Ненавижу, когда дети оказываются в таких неблагополучных семьях... благо, сейчас выдалась возможность, и мы смогли спасти хотя бы тебя... если всё-таки удастся выбраться отсюда, я доведу дело Илюши – дострою приют для детей из неблагоприятных семей...

Вот теперь на ещё более душевной ноте закончился четвёртый день.

Утро пятого дня. Казалось, жители подъезда более-менее свыклись с жизнью, напоминавшей блокаду Ленинграда, особенно, когда объявили о скором отключении воды, электричества и газа. Пришлось начать экономить, но не обошлось без нюансов.

А нюансами как раз решила заняться Тамара, вспомнив про юные годы, когда она сначала помогала руководить компанией, а затем и сама распоряжалась своими сотрудниками. Конечно, со временем Тамара наработалась, поэтому позже, когда появилась семья, она выбрала работу поскромнее, к тому же надо было готовить трудягам, что любимая жёнушка и мать как раз любила. Сейчас осталось готовить только верному коту, который с небывалой для питомца стойкостью выдерживал низкие температуры.

В общем, Тамара решила поднять коллективный дух среди оставшихся жителей, поэтому с трудом, но с помощью Паши и добродушной Яны, она смогла организовать вечера активных игр и зарядки, чтобы хоть немного согреться; когда поступали новости с радио или телевидения именно «главная по подъезду» должна была сообщать о них; так же к ней обращались за советом в случае необходимости, на что тётушка с радостью откликалась. «Всё-таки остался порох в пороховнице!» - смеялась Тамара.

Паша тем временем так же хотел помогать, поэтому использовал своё образование, как мог. В качестве досуга он любил чинить сломанные приборы, рассказывал интересующимся о них. Когда встал вопрос об экономии, именно студент подобрал самые дешёвые и максимально эффективные устройства, сделал радиоприёмник, даже придумал систему для общения по этажам и громкоговоритель. Конечно же, старый друг Тамары помогал ей в руководительских делах.

Яна в основном заботилась о больном усыновленном ребёнке, которого, как оказалось следующим утром, зовут Рома. Из-за его серьёзной болезни, молодая мачеха не могла часто помогать остальным соседям, хоть и очень хотелось их отблагодарить, но всё равно по возможности оказывала услугу.

Помимо этого, молодая мачеха так же помогала другим матерям, организовав группу, в которой дети могли играть, словно в детском саду. Какая никакая практика для исполнения мечты её самой и погибшего мужа. Рома, конечно, там первое время не присутствовал, так как отлёживался, но зато его часто посещали, а позже радушно приняли в компанию, чему мальчик был слёзно рад.

Ещё Яна почти с первого дня работы детского сада встретила статного мужчину, работавшим когда-то аниматором. На вид он был внушительным качком, но безмерно любил веселить детей, а услышав о трагедии Яны, как-то пытался помочь ей, на что та реагировала со смущением. «Когда он рядом, сразу так хорошо становится! – шепталась Яна с Тамарой во время готовки обеда. – Душа компании, почти как мой Илюша! Ну, они, собственно, и не зря тёзки, так ведь? Будто сама судьба намекает, понимаешь, Тамара?» После каждой встречей с Ильёй мачеха прямо-таки порхала!

Остальные жители пытались найти себе дело по душе: кто-то просто лежал, подростки в основном играли в настольные и компьютерные игры, потом начали читать, многие искали способы согреться. Деятельность людей с самого верхнего этажа приятно скрасила хмурые вечера, за что Пашу, Тамару и Яну прозвали «Ангелами-спасителями».

Благодаря такой поддержке перенести постепенное отключение воды, газа и электричества, а также всё менее выносимый мороз было гораздо легче. Как только появлялась проблема, кто-то шёл к Тамаре или Паше, а далее следовал мозговой штурм. По родительским делам обращались к Яне и к главной по подъезду.

Так наши выживающие решили, что без электричества обойдутся так или иначе, или добудут его с помощью физического труда, тепло получат из сжигания мебели и ненужных вещей, а вода – буквально океаны за окном, надо только растопить.

Однако даже «Ангелы» не смогли решить одну проблему – заболеваемость. У многих детей и стариков банально не выдержал иммунитет, спустя пару дней после отключения всего, а достать медикаменты легендарные герои не додумались, к сожалению... пришлось искать, у кого что есть. В собранной общей аптеке не набралось даже минимума на каждого жителя.

Карантин и первые смерти не заставили себя долго ждать. В основном, умирали дети и старики, а также матери, выматывающие себя из-за безвыходного положения. И, как бы это не было ужасно, но тратить драгоценное дерево на гробы жильцы не могли себе позволить, поэтому бедные трупы складывали в тот же подвал, накрывая их старыми одеялами. С постепенным уменьшением количества выживших жаркие дискуссии насчёт деления лекарств, наоборот, возрастали. По итогу, решили кидать жребий. Приходилось жертвовать многими...

Даже самые здоровые жильцы умудрились захворать, помогая. Одним из таких был любимец детишек Илья. Как будто на зло той прекрасной судьбе, о которой Яна рассказывала Тамаре, выбор пал между ним и Ромой. Конечно, Тамара могла дать лекарства сразу и Илье, и Роме, но первый принципиально отказался. Выжившие на тот момент оставили Яну наедине с тяжёлым выбором.

- Яна, ты знаешь, что делать, - тихим басом сказал Илья, кашляя и готовясь с улыбкой принимать свою участь.

- Нет, я не знаю, что делать! Почему именно я должна решать это??? Я не хочу!!! – плакала Яна, упав на колени. Ни Илья, ни Рома не решались подойти к ней.

- Мама... пожалуйста, не плачь, мне уже намного лучше! – ложь Ромы сработала бы, если б он тут же не прокашлялся.

- Я достаточно пожил и искренне был счастлив рядом с тобой и детишками, так что пусть лучше Роман получит лекарства.

- Но ты ведь нам тоже нужен!!!

- У вас есть Паша и Тамара, с ними вы со всем справитесь, поверьте мне.

- Нет!..

- Я же видел, как ты с ними сроднилась, Яна. Да и я не смогу жить с пониманием, что из-за меня погиб такой достойный паренёк.

- Я тоже не смогу жить с осознанием, что из-за меня погиб ещё один любимый человек!!! Я БОЛЬШЕ НЕ ХОЧУ НИКОГО ТЕРЯТЬ!!!

Яна легла на пол и разрыдалась, прижав колени к себе. А морозная ночь постепенно продолжала идти, терпеливо дожидаясь неизбежного исхода.

- Ну почему нельзя поделить лекарства пополам??? – тихо шептала Яна.

- Потому что надо помочь и тем, кто в такой же проблеме, как и ты, Яна.

- Почему мир такой жестокий??? Почему именно на нас выпал этот чёртов мороз??? Почему именно мы должны терять наших близких???

- Чтобы показать, что люди способны пережить и не такое! И что даже чужие люди могут оказаться теми, кого мы будем бояться потерять.

Яна подняла глаза и посмотрела на сломленного, но сияющего Илью. Обычно, мачехе нравилась эта героическая черта, но сейчас она буквально ранило её в глубине сердце, так как понимала, что только так и можно поступить.

Наконец Яна начала ползти к Илье, чтобы в последний раз, как бы извиняясь, обнять его мощное тело с золотейшим сердцем. Рома, не смотря на усталость и слабость, помог ей. Троица долго обнималась и плакала, а на утро дали окончательный роковой ответ: лекарства достанутся мальчику.

К сожалению, даже самого здорового и бодрого Пашу настигла болезнь. Для всех это было невообразимым явлением, как если бы солнце вдруг появилось из-за снежных туч, только с негативным окрасом. Но, на самом же деле, болезнь вызвана закономерностью.

Бог знает, сколько времени прошло с тех пор, когда он слышал голоса любимой семьи – студент даже никому не рассказывал о ней, поэтому все и не задумывались о его родне, думая о более насущных проблемах. Хоть парню и было больно, но ради всеобщего блага внутренняя горечь не вылезала наружу до поры до времени. Конечно же, в самый не подходящий момент она проявилась!

В тот вечер, когда Яна выбирала между двумя жизнями, поникший Паша рассуждал о своей... с одной стороны, на нём держалось многое, но он не видел в этом смысла, ведь его настоящая семья погибла...

«Хотела бы я сказать, что у нас всё хорошо... но... твоего папы нет!.. Девочки замёрзли до смерти, а остальные погибают от голода!.. мне страшно...»

Эти слова невозможно забыть. Во-первых, осознание того, что они были настоящими... во-вторых, мать Паши никогда не говорила подобным голосом, таким потерянным, таким хриплым, таким напуганным... знаете, когда несколько лет подряд слышишь бодрый вдохновляющий и любящий голос родной мамы, рассказывающий о красотах жизни, и... вдруг он приобретает такой окрас... ты начинаешь терять волю к жизни... в-третьих, Паша напоследок не знал, что сказать ей... буквально, слова не появлялись в голове... что ещё можно сказать человеку, который вот-вот умрёт??? Так и не смог он ничего сказать – добавилась ещё одна рана на душе.

- Так что же выбрать? – думал вслух Паша, спрашивая у тьмы, лучшего друга на данный момент.

Не смотря на давящий факт, что его родной подъезд уже скоропостижно накрылся снежной крышкой гроба, в мыслях Паши возникли те самые жизнеутверждающие слова матери, не раз помогавшие ему достичь успехов в разных областях. Как минимум, он бы не дожил до этого момента и наверняка погиб бы вместе с семьёй. Но они шли вразрез с последними отчаянными моментами жизни...

Паша запутался и, так как тьма ему не ответила, он решил обратиться к той, кто всегда ему помогала после семьи – к тёте Тамаре.

- Тётя Тамара, мне нужен совет...

- Господи, Пашенька, тебе стало хуже?

- Если честно, я долго держал одну вещь в себе и, видимо, зря...

- Конечно, зря! Ты что, зачем держать что-то в себе? Но ладно, что было, то было, давай мы лучше заварим чай и поговорим, как в старые добрые времена.

- Хорошо...

- Так вот, - сказала Тамара, заварив чай, - что случилось, Пашенька?

- Перед тем, как отключилось электричество, я в последний раз поговорил с мамой и... – у Паши хлынули первые слёзы, поэтому Тамара вместе с Барсиком стали его поглаживать, - я ничего не мог сделать... они столько для меня старались, дали такие важные уроки, а я... я даже ничего напоследок не смог сказать родной маме!

- Пашенька, это совершенно нормально. Одно дело, когда умирают незнакомые для тебя люди, с которыми ты почти не был связан, и другое, когда твои родные покидают тебя. Никто никогда не будет готов к такому. Помнишь ведь, как я была сама не своя первое время...

- Я мог что-то сказать, но... я не мог подобрать слов...

- Я тоже ничего не могла поделать, когда узнала о смерти своих родных... если бы они мне так позвонили, я бы тоже ничего не смогла сказать им... не кори себя, Пашенька.

- Даже если так, - продолжил Паша после долгих объятий, - я запутался... я не знаю, что делать дальше...

- Ты не видишь смысла жить, да?

- ДА! Благодаря маме и всем остальным я стал успешным студентом! Если бы не их поддержка, я не знаю, где бы оказался! В трудные минуты они поддерживали меня, а сейчас... я всё это потерял... я не хочу верить, что они погибли там...

- К сожалению, Пашенька, они погибли... это никак не исправить...

- Что тогда делать? Зачем мне тогда жить?

- Это уже тебе решать, Пашенька. Ты хоть и полагался на родных, но являешься самостоятельным человеком, так что ты и только ты можешь решать, что делать тебе. Я поддержу любое твоё решение.

- Даже если я не захочу жить?

- Но ты хочешь жить, и я это знаю, Пашенька. Просто ты должен сам определить, для чего и для кого ты продолжишь справляться с трудностями.

- Тётя Тамара...

- Да, дорогой?

- Нет ведь ничего плохого в очевидных вещах?

- Что ты имеешь в виду?

- Я просто понял, что мы проделали такой трудный путь вместе... я с вами и Яной старались обеспечивать жизнь... я осознал слова о том, что семья – это не только родня, но и люди, с которыми ты сблизился. Согласитесь, это до боли очевидная мысль, да? – Паша, покашливая, радостно засмеялся.

- Но тем не менее, благодаря ней я и теперь ты продолжим бороться! И попей чайку, не мёрзни.

- Спасибо, - Паша глотнул тёплого чая и засмотрелся в отражение, - это верно! Мы выживем и не только поможем Яне с её приютом, но и похороним всех тех, кто не пережил похолодание!

- Конечно, Пашенька, конечно! Я сейчас принесу лекарства.

- Да, пожалуйста... и ещё чай, если можно.

- Для тебя, Павел, - она намеренно назвала его так, чтобы подчеркнуть то, что он повзрослел, - всё, что угодно.

- Спасибо вам, тётя Тамара... правда.

- Можешь звать меня просто Тамарой. Мы ведь, считай, почти семья.

- Я бы даже сказал настоящая духовная семья, но всё равно буду вас так звать, тётя Тамара. Привык. Надо будет и Яну поддержать... ей явно нелегко делать выбор...

- И то верно. Покажем, что мы рядом.

Оставшиеся жители уже потеряли счёт времени. Помимо привычного досуга в виде зарядки и тасканием трупов по квартирам – от скуки выжившие похоронили людей в их домах – на верхнем этаже они просто сидели вокруг костра, автоматически поедая оставшиеся крошки еды. Кто-то сидел, кто-то лежал, но не более. Все чего-то ждали, но не надеялись.

Одним таким утром Рома проснулся на коленях матери, потому что настала его очередь следить за костром – у них сами по себе перестроились внутренние часы, ибо делать им было особо нечего – и вдруг юноша заметил что-то жёлтое: лучик солнца, пробившийся через комки снега за окном. Мальчик даже набрался энергии и подбежал к окну, чтобы побольше впитать природного сокровища, которого сама же дарующая лишила.

Не смотря на ранний, по ощущениям, час, Рома побежал будить остальных. Всё-таки с небольшим скепсисом выжившие пошли за мальчиком, думая, что тот сошёл с ума или разыгралась детская фантазия, но нет – действительно солнце вышло! И, хоть и немного, но ощущалось тепло!!!

Выжившие оживились и испепеляли взглядом полосу с уровнем снега, которую оставшиеся парни умудрились сделать. Казалось, что их жадный взгляд только ускорял таяние снега! И ведь работало – с каждым днём изголодавшиеся выжившие словно йоги питались лучами солнца и дождаться не могли, чтобы выйти на улицу! К счастью, им помогли иностранные спасатели, прибывшие примерно через неделю после потепления.

В итоге, из всего пятиэтажного подъезда выжило не больше двадцати человек, что уж там говорить про всю остальную страну. Долгие месяцы им пришлось восстанавливаться после такого испытания, но после восстановления, массовых похорон, интервью и прочего люди смогли начать жить с белого листа. Те, кто провели вместе ужасающие дни похолодания до конца жизни стали неразлучными, каждый поддерживал друг друга. Благодаря усилиям Тамары, ежегодно устраивался траурный период, во время которого выжившие помогали тем, у кого был суровый климат, поминали погибших и встречались, чтобы убедиться, что у всех членов огромной крепкой семьи всё хорошо.