Писательство в движении

Глава 1 отбор на главную роль

Отбор на главную роль в новый роман вели двое: автор художественных произведений и его главный помощник— саркастический критик. Попасть к ним на прием мечтало множество кандидатов, но в заветный кабинет запустили самого тихого. В приёмной царила темнота. Позади гостя автоматически включился большой настенный светильник, придавший загадочный ореол высокой фигуре. Вошедший слегка сжался. Темнота, полностью окутавшая все вокруг, пугала и раскрепощала одновременно.

— Кто это? — скептическим взглядом окинул сидящий во тьме автор посетителя, — уж больно он хилый. Критик, как тебе он? На этих словах автоматически зажглась настольная лампа, создавая теплый островок на письменном столе.

Постепенно пространство делилось на темные и светлые полосы.

— Не будем торопиться с выводами, расспросим его, — вежливым голосом произнес критик, не переставая дымить своей сигаретой. Он задумчиво мерил пространство своими шагами. Помощник одинаково хорошо ориентировался как в светлом, так и в темном квадрате.

— Подойдите поближе и расскажите о себе, — обратился писатель к юноше, взяв со старинного письменного стола объемную кипу исписанных листов.

— Я агроном, сын агронома, — произнес незнакомец.

— Серьезно? Я как раз ищу ботаника с тайными желаниями. Узлы вязать умеете? И вообще вы читали наш сценарий? В нем полно вольностей. Вы будете от смущения постоянно закрывать своё милое лицо ладонью,— живо отреагировал писатель.

— Обижаете вы меня. Я занимаюсь скалолазанием почти с самого рождения. Знаю, как выжить в дикой природе. Я согласен играть свою роль в маске.

Щелчок нового источника света. Из-под стола выкатился шарообразный фонарь.

В комнате становилось гораздо светлее. Словно бы освещение зависело от настроения приёмной комиссии.

— О, а это идея! Герой в маске зайца. А девушке дадим маску кошечки. Герои - разлученные влюбленные. Маски придадут особой загадочности и создадут почву для развития особых чувств, — воскликнул автор, — а что вы скажете насчёт откровенных сцен? Аллергии на розы есть?

— Опыта у меня маловато, — замялся юноша, — но в остальном, я на все согласен. К розам нейтрален.

— Берем! — заявил критик, — в нем чувствуется талант и огромный потенциал.

— Неужели?— обрадовался юноша,— вы меня берете. Я легкообучаемый и могу придумывать слова на ходу.

— Мне самое главное, чтобы вы не чихали на розы и делали намеренно ошибки в процессе, — не отрываясь от сценария,— сказал писатель, — защитить себя сможете при нападении?

— Я побаиваюсь любого преследования и хожу только днем, —дрожащим голосом произнес посетитель.

—Ну-у-у,—протянул критик,—такой высокий и боится драки. Обучишься в процессе,— он обернулся к писателю, — смотрим героиню?

— Давай. Мне нравится твой подход к выбору персонажей,— отреагировал автор.

— Свободны, мы с вами свяжемся,— обратился критик к юноше. Тот стал выглядеть гораздо выше и увереннее чем раньше. Новый актер ушёл, осторожно закрыв за собой дверь. В приёмной комнате снова стало темно. Проводив посетителя взглядом, помощник резко повернулся к автору.

— А то! — подбоченился критик, пряча свою слегка дымящую сигарету в жестковатых, жилистых ладонях.

— Ты дымить перестань. Люди жалуются.

— Это ароматные палочки с иланг илангом. Для создания атмосферы и здоровья очень даже. Помогает выветрить стойкий запах залежалого лука, идущий от тебя.

— Пока дождешься этих героев, чего только не нанюхаешься. Вот недавно, чистил я ковровые дорожки, а руки вдруг загудели и фразы понеслись. Как был: в снегу и в пыли строчил буквы, пока не рухнул от усталости. Надо найти тот отрывок. Но не сейчас, голова пухнет от идей. Не отвлекай меня, творю. — Сейчас я тебе помогу с реализацией,— помощник поискал что- то на письменном столе.

Следующий! И побольше импровизации. Сегодня мы рано закроемся,— объявил в плоскую коробочку- передатчик связи критик.

В дверь кто-то заколотил. От резкого толчка она распахнулась. На пороге появилась невысокая девушка, которая с улыбкой кинула в угол комнаты напольную вешалку и слегка развязно села на стул. Мужчины слегка зажмурились, потому, что их будто обдало тёплой световой волной. Словно перед ними зажглась новая сверхновая звезда. Настенный светильник зажегся на полную мощность.

— Я тут давно уже нахожусь, но меня не пускали. Так, когда мне приступать к вживанию в роль? Готова к любым трудностям. Поддерживаю себя в спортивной форме, часто бегаю в парке.

— Кто это?— нервно почесал подбородок автор.

— А это наша героиня,— беглым взглядом посмотрев в каталог, сказал критик,— присмотрись повнимательнее. Сколько в ней потенциала. Какая игра.

— Это ошибка. Я указывал в заявке, что ищу скромную девушку, которую можно легко увлечь в любовную игру.

И почему не вняли моей просьбе. Я хотел дефиле всех претенденток, а приходится брать на роль самую наглую.

— Не наглую, а самую страстную, энергичную девушку. По поводу скромности. Не путай с развязностью. Легкая добыча никогда не ценится. Между героями должно быть небольшое противостояние. Чем оно дольше, тем слаще будет финал,— аргументировал своё мнение критик.

— Девушка вы торты любите? — Продолжил беседу писатель.

— Обожаю. Я мечтаю поучаствовать в дегустации, чтобы множество красок, ароматов. Вы же понимаете меня?

— А вы должны будете презирать их и страстно желать лука.

— Теперь я понял почему от тебя так долго воняло луком, —подметил критик.

— Грипп, межсезонье. И вообще ты сам резко выдернул меня из-за обеденного стола, — принялся оправдываться автор, но помощник не слушал его.

— По тексту героиня активная, любит риск, а ты её резко делаешь тихоней. Нужен взрыв чувств. Девушка мы добавим ваш эффектный выход с вешалкой в текст,- ответил критик.

Писатель сел в кресло. — Гармония, мне нужна гармония в тексте. Чтобы было красиво. Цветочки, тортики, красивые слова,— начал медитировал автор, складывая пальцы и мыча под нос.

Девушка решила показать весь свой характер сразу: — К вам пока попадешь, несколько лет пройдёт. Меня чуть не опередила одна Дюймовочка, но я её прогнала.

— Нехорошо вмешиваться в творческий процесс. Гармония нарушится, — покачал головой автор.

— А мне нравится, нужно давать слово своим персонажам. Девушка для восстановления мира мы забираем вашего парня и

отдаем его Дюймовочке. Согласны?

— А у меня и парень был? Все забрали и торты и парня. Но меня не уберете.

Световые блики от ламп слегка искажали контуры лица, отчего все происходящее будто плавало в небольшой дымке.

— Мы дадим вам возможность полностью раскрыться. Утверждаю вас на главную роль. Познакомитесь со своим партнером на съемках.

Световой ореол вокруг девушки резко запульсировал. Входная дверь раскрылась и жадно втянула в себя часть пространства.

В комнате снова стало темнеть.

Декорации спешно возводились. Автор и критик творили вместе. Кажется, они достигли общего компромисса. В комнате вновь был полумрак, который помогал сосредоточиться на мелких деталях в сценарии.

— А давай мы побьём главного героя? — часто предлагал критик— я хочу испытать его.

—Рано, —отзывался из медитации автор. Я пришёл отдохнуть наблюдать их игру. Гармония.

— Пока ты думаешь, роман закончиться. Так, сейчас время подумать, возвращайся из грёз. Писатель обхватил свою напряженную голову двумя руками и начал свой рассказ.

— За этот роман я берусь не в первый раз. Странные чувства терзали меня, внезапные порывы тревожили, а разум казалось, разрывался на части. Они все приходили и приходили ко мне. Почти каждый день я записывал на бумаге их истории, чтобы затем распечатать. Я ощущал себя проводником, несущим свет других миров в настоящее. В этом офисе всегда было шумно. Начиналось волшебство. С твоим приходом все застопорилось. Персонажей стало меньше в разы. Я одинок.

Автор встал с кресла и подошел к черному занавесу. Отодвинул плотную ткань, скрывавшую длинный стеллаж во всю стену. — Вот они мои истории. Я положил на них несколько лет.

— А что не так? Почему они не стали известными? —Поинтересовался критик.

— Ты же знаешь, как это бывает,— автор прижался спиной к стеллажу.

— А как это бывает?— чуть слышно спросил помощник, погладив корешки древних трудов.

— Пальцы нервно пляшут по клавишам. На белоснежном листе выстраиваются абзацы, стройные как небоскребы. Создаётся новый мир. Ты одариваешь взглядом офисный документ и подмечаешь про себя, что история безупречна. Распечатываешь новый рассказ, перечитываешь и... И складываешь его на полку, потому что только в итоговом виде заметны все прорехи. Взгляд, словно проектор пытается зацепиться за небоскребы слов. Но всюду непроглядная темнота. Смысл растаял словно лёгкое облачко в первых утренних лучах.

— Знаю. Под покровом ночи тексты более пластичны, но и ещё более непослушны. Это все повторяется с тобой, потому что ты не систематизировал свои работы. Ты ощущаешь, что рассказы лишены всякого смысла. Между твоими величественными небоскребами не появляется связующих мостов. Ты ныл, лез по стенкам и снова начинал. Пока не появился я, наделенный определенным опытом. Вот сам посмотри, как все зашевелилось,- полчаса на одного героя. И уже готова история.

— Я же делал так точно так же. Каждого встречал, поил чаем с печеньем, а они молчали и ждали от меня приказов. Когда должно быть наоборот. Это они должны были меня вдохновлять.

— Но, сейчас все происходит более ожидаемо. Ты объявляешь список целей, которые хочешь реализовать в рассказе. И к тебе приходят персонажи именно с теми качествами, которые ты заявил ранее. Они ищут с тобой встречи. И они согласны ждать.

Процесс визуализации стал гораздо проще. Начинать нужно всегда с главного. Со статистами всегда проще.

— Мои тексты потеряли изюминку, — продолжил жаловаться автор.

— Вот зачем ты пишешь?

— Потому что я творец. Я давно перестал спать, боюсь испортить впечатление. Ведь я не зря напечатал столько.

— Герой создаётся немного иначе. Ему нужен конфликт, невыполнимое желание и цели, не свойственные остальным. Тогда картонный человечек резко оживает и начинает жить своей жизнью, а ты только поспевай записывать за ним.

На этих словах их разговор закончился, потому что начинался обычный день главного героя, и нужно было успеть зафиксировать каждый его шаг на бумагу.

Глава 2 дорогой роз к новому роману

Каждая новая история начинается с обычных слов "жили-были, не тужили, пока не приключилось нечто, перевернувшее привычный уклад жизни". Герой в нерешительности остановился на распутье. Пульс читателя совершил первый резкий скачок. И вот тут он совершает вполне осознанный выбор: "читать или не читать книгу дальше". Если первые строки вызвали эмоциональный резонанс и, появился интерес, то его пальцы в нетерпении листают дальше. То, убыстряясь при скучных описаниях обыденности, то невольно замирая на месте во время динамичных сцен. Гармоничное сочетание спокойствия и волнующих сцен задаёт определённый ритм. Читатель уже проникся чувствами к герою. Он начал сравнивать себя с ним, все больше погружаясь в строки. А дальше подключается фантазия, предвосхищающая примерное развитие событий.

В процессе чтения происходит некий катарсис-познание скрытых истин, открывающихся лишь терпеливым. Затем читатель постепенно внутренне растёт, совершая движение вверх от пассивного читателя до активного автора. У него просыпается чутье, позволяющее изменять привычный сюжет. И тогда герой приходит к необычному финалу, в котором и волки сыты и овцы целы. Автор создал альтернативную реальность, своих персонажей и уже свою неповторимую историю. Этот процесс зовется творчеством. Причиной, подтолкнувшей меня к созданию романа "Игрек и Ириска", послужила одна история, произошедшая со мной шесть лет назад обычным февральским днем. Я возвращалась домой, преодолевая крутой подъем. Рассыпанные примятые красные розы на заснеженной дороге образовывали своеобразный путь.

Мне захотелось запомнить необычную панораму дня. Бутоны, обожженные легким морозом. Солнце, пробивающееся сквозь плотную пелену облаков. Красочное сочетание нежности лепестков и холодного снега вызвало у меня необъяснимое внутреннее ликование. Эмоции сложились в рассказ. Девушка Ириска, нашедшая серый почтовый конверт с подарочком. Семь цветков, полученных от неизвестного поклонника. Зимний сад с розами. Юноша Игрек, снимающий комнату вместе с приятелем. А возможно все началось гораздо раньше: с детских книжек. С Тома Сойера, мальчика, попавшего под опеку строгой тети. Детская любовь. Символичный кекс, скрепивший их шуточное венчание. Загадки с поиском сокровищ. Интереснейший роман оставил во мне множество вопросов. А если бы все случилось по-другому и Том, смог бы реализовать свою детскую мечту с благородными пиратами и пленением прекрасных женщин?

Своеобразным стимулом послужило кратковременное увлечение одним человеком. Наша переписка, состоящая из обмена музыкой, неожиданно окрасилась новыми оттенками. Мелодии стали ключиками к ярким динамичным образам. Том, так звали моего друга, затронул во мне росток моего творческого проекта. Очень быстро наша дружба прекратилась. Сюжет был посажен на цепь и спрятан в чулане. Однажды, летом девятнадцатого года, я выбирала какую историю понести в мир. Из памяти всплыл тот незаконченный отрывок с конвертом. "Или попробовать и забросить или не решиться и сожалеть", ― решила я. Так стартовал мой осознанный творческий путь. Уверенность в важности книги росла, я влюблялась в своих персонажей с каждым днём все больше. Передо мной открылся яркий, новый мир. И его существование зависело целиком от меня. Мне всегда хотелось рассказать собственную историю. В голове уже множество миров, персонажей, сцен, которые не умещаются в голове и требуют выхода. Просмотренные киноленты вперемешку с прочитанными книгами давно притаились в темном чулане моей памяти в виде километров невысказанных слов и ждали эффектного выхода в свет.

Я нуждалась в эмоциональном выплеске. Слишком много во мне накопилось запрятанных эмоций, проглоченных чувств, зажатых обид. Вытащить наружу их я могла только с помощью особой удочки с металлическим наконечником - шариковой ручки. Во мне скрывается художник, который так и ждёт, когда я возьмусь за карандаш или ручку. В этот момент я будто электризуюсь и начинаю видеть мир в искаженном виде. Красные вспышки сменяются черным пространством, в котором начинается непонятное действо. Если я успею разглядеть хоть что-то стоящее, то я возвращаю миг и стараюсь его кратко обрисовать в блокноте. Спустя время, по словам-якорям дописываю отрывок. Если взять нитки, торты, розы и немного фантазии то из этого можно придумать небольшой рассказ, из которого получится целый роман. Для остроты сюжета добавляем благородный поступок спасения девушки и окружение её своей заботой. Каково это очнуться в незнакомом месте? Где полно ароматных красных роз и бисквитных тортов с пряностями. И конечно превредную тетку, с детства заставляющую Игрека работать по дому, вести себя правильно. Кажется, эти розы уже вросли в него. Он от них бежит и возвращается к ним вновь. А вот с нитками история особая складывается. Есть техника рисования нитками, когда вышиваешь лишь контуры предметов, а сама суть остаётся незаполненной.

Приблизительно так и создаются мои тексты. Контур, фон и наполнение. Мельчайшие стежки, вышитые разноцветными нитями тончайшей иголочкой на белом полотне. Почти ювелирная работа. Тайный мир, скрывающийся за красивой обрисовкой. Он может быть неприметным цветочком, наделенным особым очарованием. Буквам, как и лесным цветам, хочется равномерного освещения.

Некоторые страницы жизни моих героев похожи на вязкие топи, ступаешь в них и теряешься. Нитки начинают путаться, узор не идёт. Приходится переделывать, стараясь не испортить ткань. Вытащенную нитку разглаживаю и отогреваю ласково с любовью в руках. Всему найдётся своё место и время, даже скромному цветку. Где я черпаю своё вдохновение? После плодотворной работы пришла затяжная пауза. Ничто не помогало. Моя дорога роз манила к себе, но я все блуждала в лабиринте. К новым главам я пробиралась сквозь глухие заросли колючих шипов. Коридоры сомнений, осадки в виде слез и обвалы тернистого лабиринта.

Прямая дорога превратилась в извилистую дорожку.

Я вновь обратилась за помощью к музыкальной коллекции. Переливчатые шаги танго снова вытащили меня со дна отчаяния. Музыка в наушниках создала образ длинных перчаток, много красного. О, эта музыка, она напитала меня кипучей энергией. Цвет вдохновения красный. Вот оно промелькнуло мимо меня, снова дразня своим красным мохнатым хвостом. Оно спряталась за массивной дверью. Похоже, я снова попаду в просторную комнату письменным столом. Усаживаюсь, карандаш в руки. Творить я готова, и тут оно вжихх. Убежало далеко-далеко. Я поднимаюсь, отхожу подальше.

Пока я перемещаюсь, слова и образы просятся на бумагу. Стоит сесть и оно засыпает. Начинается моя охота-танец за вдохновением. Внутри меня струиться вибрирующим потоком музыка танго. Во мне растет стремление танцевать, ощущение свободного полета. Я как тореадор, подступаю осторожно к вдохновению, стремясь с ним подружиться. Оно, то подпускает меня, то ускользает прочь. Я танцую вокруг стула, используя его вместо партнера. Танго в одиночестве может продолжаться продолжительное время.

В непрерывном движении я проживаю заново многие моменты из своей жизни.

Стоит мне завершить движение и сесть на стул, как оно рядом. Пролетит над ухом, шепнув пару слов, и исчезнет вновь.

Мне же остается лишь продолжать строить ассоциативный ряд со словами, подсказанными внутренним чутьем. Продолжать строить в пустом пространстве макеты придуманных миров.

Затем жилые районы, для этого я обращаюсь к чертежам коттеджей.

Для написания историй ищу материал на разные темы. Порой, находя ответ в одной из ранее прочитанных книг. Для меня самое главное это умение объяснить сложное простыми словами.

Еще один из излюбленных методов, которым я, пользуясь при создании историй это метод " кто там". Для этого нужно принять удобную позу и сосредоточиться на черном цвете. Достаточно трудно на первый раз. Черная шляпа всегда представляется в радужных разводах. По длинному коридору пройти к дальней двери и распахнуть её. Того кто за ней добавить в сюжет. Если наступает страх, то нужно взглянуть в дверной глазок.

Затем я наполнила сюжет своими интересами и страхами и он ожил. Страх потери близких трансформировался в психологическую зависимости от тети.

Парень, который вначале не верил в долгосрочные отношения, вспомнил детскую любовь. Окреп морально и возвысился над страхами.

Я позволяю героям ошибаться и находить свой, единственный путь саморазвития.

Мне нравится момент внутреннего роста персонажей по мере развития сюжета.

Продолжительная работа над текстом помогла мне многое пересмотреть в самой себе. Вдохновение исчезает, когда я слишком начинаю сомневаться в своих талантах. И я разрешила себе просто проживать эти неповторимые моменты создания нового. Мне можно ошибаться при создании текстов. Если я не буду ошибаться, то не появится итоговое настоящее произведение. Тот результат, для которого я и отправилась в путь по длинной дороге из роз.

Глава 3 - антагонист как двигатель сюжета

СОПЕРНИКИ

В классическом сюжете помимо главного героя всегда есть место для антагониста, то есть отрицательного персонажа-соперника. Соперник играет роль главного злодея. Он полагается на внутреннее чутье, менее подвержен общепринятому мнению.

Антагонист используется как устройство сюжета, чтобы создать конфликты, препятствия или проблемы для главного героя. Может сам являться одним из главных героев по умолчанию.

Также в роли злодея может выступить не только человек или люди. В некоторых случаях главному герою может мешать разрушительная сила природы.

Например, приливная волна, разрушающая город, буря, вызывающая опустошения.

Социальные нормы или другие нормы также могут быть антагонистами.

Перечитав всю эту “скучную” теорию, я стала размышлять каким же образом применить ее к своему новому роману “Из пропасти к вершине”. В данный момент этот проект заморожен ввиду недостаточно выстроенной сюжетной линии, но грядет нечто мощное, так что разговору о персонажах быть.

Чтобы понять внутреннюю природу отрицательного персонажа обратимся к психофизиологии: тревожность и импульсивность как реакция организма на адреналин и норадреналин. Согласно системе акцентуаций характеров по Леонгарду - это возбудимый и застревающий типы.

В случае опасности или травмирующей ситуации человек или действует спонтанно, активно или же впадает в панику.

Эти привычные реакции организма на стресс как нельзя лучше помогают создать конфликт.

Итак, базу собрали, мир создали.

Переходим к самой интересной части моей работы - внедрение персонажа Олега в сюжет. Ему около сорока лет, возможно меньше. Тяготеет к точным наукам, работает частным финансовым консультантом.

И знакомство с ним мы начнем с вопроса: “ с каким животным Олег себя ассоциирует”? “С осьминогом” - услышим мы его ответ. “Осьминог способен маскироваться под окружающую среду. Он поджидает свою жертву в засаде и хватает ее, когда она проплывает мимо. Обвивает ее своими липкими щупальцами или же расставляет щупальца

и ловит в сети”.

Новая реальность ужасает. Тихий семейный мальчик вырос настоящим жестоким преступником. Отъявленным злодеем без чувства жалости и сострадания.

Чтобы проникнуться вниманием к антагонисту, обратимся к его прошлому.

В этом мне поможет китайское философское изречение: “Человек по своей природе зол, его добродетельность порождается практической деятельностью”.

Следовательно добро - это “вбитые” правильные принципы.

Что есть добро в общепринятом смысле? Это проявления заботы о ближнем, помощь слабым, сострадание, любовь.

И что-то тут меня резко начинает настораживать. Если копнуть глубже, то получается, что добро оно всегда с кулаками. "Малобитый", то есть зацикленный на себе, ребенок почти всегда будет срываться на более слабых.

Есть другие точки зрения - в человеке поровну и зла и добра. Но чужая жизнь - это потемки. Таким образом, злодей - это “добряк”, затаивший обиду.

Отдельным качеством доброго человека идет способность к самопожертвованию. Это значит оберегать любых людей, не только своих, вплоть до готовности расстаться со своей жизнью или стать донором.

Вернемся к Олегу. Уже в десять лет он стал считаться злым.

Его мать всем жаловалась на него и говорила что не может жить с ним. При детальном рассмотрении проблемы оказалось, что мальчик очень хорошо учился и делал уроки всегда сам, но постоянно менял своих друзей, с каждым дрался.

Родительскую ласку воспринимал нормально. Только из-за своего плохого поведения получал её всегда мало. Мать скрепя сердце, старалась поддержать хорошие отношения, а вот отец не отличался эмоциональной чувствительностью.

Все могло быть гораздо хуже, если бы за мальчишку не вступилась школьная учительница по математике. Она расшифровала сложный характер Олега как пассионарность, то есть сверхэнергичность.

Пассионарность - это непреоборимое стремление(чаще неосознанное) к деятельности, направленной на осуществление какой-либо цели. Они способны сокрушить любые препятствия на своем пути в светлое будущее. Редкие, особо ценные для общества люди,

можно сказать.

Само понятие внедрил Лев Николаевич Гумилев (влиятельный советский учёный, писатель, переводчик, историк, философ и этнолог). По его версии, на определенную категорию людей влияют некая концентрация солнечной энергии и полученная извне информация при заведомо заложенных генетических данных.

Пассионарии - это люди, которые способны получить больше энергии. И избыток энергии отдать в виде работы, активной преобразовательной деятельности на благо человечеству.

Сам пассионарий не обязательно добр, приятен, просветлен, - он носитель энергии. Вроде аккумулятора, который эту энергию отдает для движения событий, для движения исторического процесса. Люди-пассионарии имеют особую миссию, хотя сами могут об этом не знать. Они нужны, чтобы общество не загнило и не погибло. Пассионарии высказывают новые идеи, принимают решения, вступают в борьбу, создают "движуху", как дети говорят. И заряжают своей энергией других.

Рядом с пассионарием непременно появляется "дружина", команда, группа единомышленников, которые не просто подпитываются энергией лидера, но и сами начинают "светиться", совершать открытия, подвиги, строить будущее... Без пассионариев этносы погибают, общество загнивает и вырождается. Но только от личности человека зависит, каковы будут его поступки, на чьей стороне он будет бороться и куда отдавать энергию - на стороне Добра или на сторона Зла и разрушения.

Ведь разрушение тоже необходимо для развития, так уж устроена живая жизнь.

Пассионариям противостоят субпассионарии. Это люди, которые не хотят отдавать свою энергию, - может, они мало получают солнечного света? Гумилев считал, что у субпассионариев энергии меньше, да. Но по моему мнению, они просто жадные и малодушные. Они копят энергию и берегут ее для себя.

Выслушав математичку отец Олега не раздумывая отвел сына в секцию бокса, чтобы мальчик не пропал в поисках своей особой миссии.

Стараясь добиться родительской любви, Олег преуспел в познании

цифр, и в спортивной секции. Для себя он давно решил, что скоро сможет жить по своим правилам.

Не имея возможности высказать все обиды родителям, Олег копил в себе негативный опыт. И однажды плотина чувств была разрушена на студенческой вечеринке. Именно тогда и произошло его первое преступление. Внезапно возникшее состояние небольшого аффекта смешанного с эйфорией от ощущения власти над жизнью другого человека. Сначала знакомая студентка, а затем и парень с которым вместе снимали жилье.

Вскоре он вошел во вкус своих злодеяний. Освобождение людей от жалкого существования стало его самоцелью. Издевательства над людьми в родительском погребе, как отсроченный плевок в лицо тирану-отцу.

Обладая врожденной силой убеждения, он легко собирал вокруг себя единомышленников. Крепко сплоченная банда, терроризирующая город. Финансовые махинации с частными инвесторами. Никто не знает, что похищения иностранцев это его рук дело.

Но чужие деньги ему отвратительны. Он с легкостью расставался с ними, переводя все награбленное на счет кризисного центра помощи людям, оказавшимся в сложных жизненных условиях, в котором работает его друг Роман.

Вот такой получается у меня антагонист. И если сравнить его с героем Романом, то они во многом похожи. Оба обладают импульсивным характером с приступами немотивированной агрессии. Но герою удается перевести ее в позитивное русло, встать на путь самопожертвования, а антагонист противится изменениям.

И тут появляются непреодолимые силы воздействия, несущие за собой сложнейшие испытания, совмещенные с нечеловеческими страданиями.

Антагонисту придется бороться со своим другом-главным героем. Вначале в шутку, а потом всерьез. Придется нести ответ за издевательства над его невестой и справляться со своим тяжким недугом, попутно спасая свою жизнь от преследования выжившего инвестора.

Жизнь выбьет почву из-под его ног, опуская его в самую пропасть сможет ли он выбраться из сложнейших испытаний, зависит в первую очередь от него. Сможет ли он найти в себе способность к самоотдаче.

Подытоживая сказанное я все больше убеждаюсь что антагонисту принадлежит ответственная роль в сюжете - через конфликт с персонажами раскачать застоявшийся пласт событий, внести поток свежего воздуха и подтолкнуть окружение к истинным чувствам и желаниям. И в большинстве случаев персонаж часто борется со своей тенью, то есть сам себе враг.

“Сталь закаляется в огне, а человек в борьбе, беде”.

Глава 4 - поговорим об идее и о злобных читателях

Поговорим об идее и о злобных читателях

Создание романа может затянуться на неопределенное время, когда работаешь над

ним в одиночестве. Чтобы мысли не застаивались нужен постоянный стимул, упорство и конечно распорядок дня. Произведение начинает жить собственной жизнью, когда обретает своих верных читателей.

Но чтобы выработать свой, особенный стиль,

необходимо определиться со списком идей.

Свой накопленный писательский опыт я могу представить в виде двух объемных

бумажных стопок. “Идеи” и “Отзывы читателей”. Выполнение поставленных самой себе

творческих задач часто стопорится из-за этих вещей.

Что есть идея и где она зарождается?

Идея -это главная мысль, заключенная в образе. Образ это совокупность многих

признаков.

Идею можно сравнить с нежным мотыльком, летящим темной ночью на свет красного

китайского фонарика.

Его манит яркий свет, который подскажет путь в спасительную темноту.

И он ее находит.

Завершая очередной круг вокруг светила, обнаруживает темноту,

скрывшуюся за ленточками фонарика.

Стукаясь о стенки приманки, он попадает в ловушку, в которой набирает всю свою красоту и силу. Вылететь из нее мотылек не сможет, ведь в приманке достаточно свежих цветов.

Он так может жить долго, чередуя дневной сон с ночным полетом.

Письмо № 1 из мира фантазий

Вначале был лишь песок и солнце да ветер, который собирал случайные песчинки в

вихревой поток. Пылевой вихрь долго странствовал по окрестностям, пока не обрел

пристанища возле серого здания с красной причудливой многоярусной крышей.

С крыши свисало множество красных фонариков.

Очень удивительно, что этот уголок оазиса с нежно-розовыми цветами противостоял

серой, безжизненной пустыни, окружающей его плотным кольцом.

От песчаного вихря отделилось небольшое облачко, принявшее затем человеческий

силуэт. Незнакомец с каждой минутой все больше становился похож на юношу в

традиционных восточных одеждах. Не оглядываясь по сторонам, он прямиком

направился под своды каменных колонн, под крышу с изогнутыми скатами.

В своеобразном храме на футоне из грубой материи сидела на коленях девушка.

Увидев незнакомца, она сильнее выпрямила и без того прямую спину и тепло поприветствовала его:

- Ты наконец-то явился Сюжет. Красные фонарики давно полны идей. Они ждут

смельчаков, подобных тебе.

- Вы наверно Идея? - гость ничуть не удивился встрече, будто их встреча была

запланирована когда-то заранее.

- Я - Эйдос, служительница храма Идей. Я собираю в этом пустынном месте

маленьких мотыльков, чтобы красота моего оазиса не меркла. Мотыльки еще

ценны тем, что несут на своих крылышках свет далекой истины и частички

новых историй.

Здесь ты пробудешь всего три дня, на протяжении которых, впитаешь в себя все те

образы и мысли, что я покажу тебе. Затем ты покинешь это святилище навсегда и

перескажешь всё своими словами другим, потому что так предначертано. Свет идей

должен нестись в другие миры. Но нести его целое испытание. Ты забудешь путь и

беседы, далекие от постижения идеи.

Приготовься к полному погружению в мир идеи.

- Поймут ли мои рассказы люди, далекие от образов?

- Если впустить в себя свет образов и позволить им стать своей частицей, то

возможно. Образы претерпевают многократные изменения, но с моей помощью

ты сможешь познать тайную суть вещей.

В этом уголке спокойствия, наполненном пением маленьких птичек, живущих в

зарослях горшечных кустиков, время двигалось неравномерно. Короткие дни и

бесконечно долгие ночи.

Эйдос открывала китайские фонарики и осыпала мотыльками Сюжет.

Под ее руководством он ходил по старым бревнам, которые были найдены на пустыре.

При этом повторяя пословицы и поговорки.

Бревна, цветы, птицы появлялись из неизвестного Сюжету параллельного мира через

черную дыру. Через нее же ему предстояло уйти в другой неизвестный мир.

За эти несколько дней Сюжет очень сблизился с Эйдос и ему тяжелы были мысли о

предстоящей разлуке.

Эйдос тоже было нелегко расставаться с новой любовью, но это было неизбежно,

потому что он тогда бы просто рассыпался на части и превратился в песок возле

храма.

Она дождалась наступления сумерек и поняв, что Сюжет заснул на ее коленях, тихо

попрощалась с ним.

Затем она мягко отстранила его от себя и достала из-под каменных плит длинную

катану.

Предстояло выполнить последнее действие и выпустить его в мир.

Остатки разрубленного тела были сброшены в черную дыру.

С предыдущими она также издевалась перед отправкой в другой мир.

В другом мире Сюжет переродился в другого юношу, но мысли его были разрозненными.

Часть воспоминаний от прошлой жизни у него осталось, но и те были слишком отрывочными.

Отдельные картинки. Разделяй и властвуй. Любовь исцеляет. И куча еще. Пословицы

перемешались.

Движимый непонятным внутренним порывом, Сюжет стал заводить знакомства с разными творческими людьми. Он ищет своего писателя, который наиболее точнее передаст рассказанные им образы. Потому что свет далеких мотыльков должен пройти

сквозь века.

Теперь настала очередь взять письмо из другой стопки.

Письмо №2 из мира реализма

Отклик читателей.

В письме лежат разноцветные ленточки - отзывы читателей.

Похвала и критика.

Высыпаю содержимое конверта на свой писательский стол.

Хорошо перемешиваю и вытягиваю по очереди.

Читатели часто отмечают обилие образных деталей, оригинальность сюжета и интересные

идеи. Но и разорванность сюжета, хаос.

Ранее я уже рассказала при помощи сказки каким образом появляется идея, воплощенная в

сюжете.

Ко мне приходит некий образ - сюжет, который я воссоздаю на бумаге. Для меня он живое

существо, прошедшее несколько метаморфоз. Слегка раздробленный по частям, потому что

объяснять идею нужно постепенно, истина скрывается в глубине повествования. Читатель

должен пройти неоднократный катарсис, чтобы воспринять далекую истину.

Сюжет, рассказывающий сказки. Вид у него слегка потрепанный. Он похож на странника,

повидавшего очень много стран. Чем-то смахивал на абстрактное существо. Сюжет

стремился завязать дружбу со многими творческими личностями, по дороге теряя у них свое очарование и сияние.

Поначалу кажется что он говорит общими фразами о мире. Его история совершенно

обыденная. Пока не отыщешь отличительную деталь. Всё, такой мне нужен. Пишу о нем.

В моих умелых ручках былая красота его историй оживает и правильно выстраивается.

Создается текст, в котором есть все - любовь и предательство, перевоспитание и снова

любовь с воссоединением и всепрощением.

Я пишу так как вижу события. В сказках очень красиво преподносится, что принц на коне

поймал в свои объятия девушку, свалившуюся на него из башни. Перерисовываю этот момент

в своём рассказе. Девушка с моста падает, ее падение тормозит случайно попавшийся

мотоциклист. Читатели заявляют, что это нереально. Что по законам физики, она вышибет его из седла.

Образ - клише не сработал.

В отзывах также отмечают, что мои герои ведут себя не на свой возраст, что их рассуждения

незрелые. Что мир в произведениях нереальный. Что между строк видно, что я человек

начитанный, но реализовать идею не смогла.

Это скорее оттого, что я игнорировала раньше свою потребность творить. И теперь мне нужно

сначала реализовать то, что давно стоит у меня в очереди.

Без этого прорыва вперед не будет.

Писательский процесс похож на новую серию сериала с кратким изложением предыдущих. И даже если поставить на паузу, то и тогда этот процесс идет в автоматическом режиме.

То есть ты возвращаешься дописать часть, а твой герой воспитывает уже внука. Хотя ты его

оставил на свадьбе. Ну как так?

А иногда сюжет крутится словно заезженная пластинка.

И раз я в первую очередь не могу понять мотивацию своих героев, то к чему спрашивать

мнения читателей.

Должен ли читатель понимать мои произведения и нужно ли ему знать писателя в лицо?

С этой частью моих рассуждений вышла заминка. Я сделала паузу и вернулась к написанию спустя время.

“Непонятно что хотел сказать автор, но это написано мощно. Жду продолжения”.

И дальше в таком же духе или “Какие образы, я заблудился в них, а уже конец”.

“Оригинальный сюжет, сколько иронии”.

Мне встречались и злобные читатели, которые разберут мои тексты на косточки.

Мои герои кажутся им слегка чудаковатыми. И в плане специй я сильно переборщила.

Резкие повороты сюжета, когда из состояния спокойствия я резко веду героев в динамику.

Вот такие злобные читатели иногда встречаются. Сейчас им самим уже не выгодно афишировать свои замечания и они стараются высказаться лично. Для развития творческих талантов и стойкости ценна любая конструктивная критика.

У меня всегда есть выбор. Спросить в первую очередь у себя, как воспринимается текст. Во -

вторых у особых знакомых. В-третьих обратится к профессиональным бета-ридерам. Там уже

мне напишут целый доклад по моим строчкам.

Для движения вперед нужно терпение и труд. Не отнекиваться от редактуры текста, но не

сильно углубляться в него.

Тайный смысл и неповторимое очарование скрываются в еле уловимых деталях.

На этих словах я завершаю свои размышления и возвращаюсь к чтению любимых книг для

поиска вдохновения.

Глава 5 - отдел збс

Спонсор моего графоманства Отдел Збс

Отдел ЗБС

Усталый писатель завершал очередной тур: Хладоград- Спальники. Усталые пальцы правой руки слабо оперлись о дверцу холодильника. Упрямый агрегат захлопнулся, оставив его лишь с одной котлеткой. Придётся ждать пока автоматическое запирание прекратится.

Рассказ не шёл. Завтра сдавать. Голова абсолютна пуста. Так,- тут он уселся на кухонный диван поудобнее.

Обычно в его голове быстро появлялась идея, освещая тёмные закоулки памяти подобно свече, но не сегодня.

Сегодня работа не шла от слова совсем. Он посмотрел на стену с висящими на ней тремя картинами. Нужно на них увидеть три слова и вуаля. На первой разглядел очертания шторма- злые. Вторая - три богатыря- бородатые. Третья- Африка, птички в саванне- о! Птица- секретарь.

Итак, доев холодную котлету без ничего, он вымыл руки и достал чистый лист и карандаш.

Герой его рассказа постучался в бронированную дверь, на которой красовалась надпись: отдел ЗБС.

Ему открыл бородатый великан в вытянутой белой майке.

- Ты кто такой? Давай до свидания!

- Простите,- герой помял в руках бумажку,- мне сказали тут живёт Муза Апполовна.

- У неё срочный вызов, мы за неё будем.

Герой выпал в осадок, с такими бугаями рассказ не напишешь,- Я согласен, нужно распечатать текст,- он протянул текст через порог. Огромная лапища осторожно взяла его, будто тот был в соплях и потрясла, прежде чем начать читать.

- Удивительный индийский слон?- Незнакомец покрутил со всех сторон текст,- вы знаете сюжет требует сильной доработки. Больше безумства автор!

- Это детский рассказ, о похищенном слоне. Зачем безумства, никто не оценит.

- Вы заблуждающийся симулянт. Вы попали в отдел ЗБС. Мы- злые бородатые секретари и научим вас правильно мыслить.

Внезапно из глубин комнаты появилась ещё пара бородачей.

- Добрый день, присаживайтесь к столу. Тут такие дела. Муза Апполовна вернётся завтра, а творить нужно всем. Мы молодые специалисты с дипломом. Критики и редакторы в трёх лицах. Вам нужно лишь добавить красок и динамики. Снизить взрослый контроль,- рукопись уже стала почти красной от пометок секретарей.

Через два часа правки слон стоял на задних лапах, сотрясая пальму с похителями. Загадка была не раскрыта.

- А давайте он зажигательно боксирует и собирает овации?- странная аббревиатура ЗБС плотно засела в голове героя-писателя и требовала выхода.

- Именно удивительный слон умеет танцевать любые танцы, подсмотренные у племени аборигенов. Вот он своими танцами загнал грабителей на пальму. На этом и порешим,- самый представительный из отдела ЗБС поставил красный штамп в виде птицы марабу на текст,- одобрено.

Настенные часы пробили полночь. Наскоро записав черновик писатель, прорвался к холодильника и плотно поужинал.

Три картины будто согласились с его мыслями. Все было сделано правильно. Работа выполнена в срок.

Синяя стеклянная статуэтка в виде улыбающегося слона с мячом в хоботе унесла его воображение в далекую Индию и он заснул.