Петух

Глава 1

Когда мне было лет пять, в конце лета мы с мамой и бабушкой поехали в деревню к прабабушке с прадедом - копать картошку. Прабабушку звали Яракай, а прадеда - Акбабай. Не то чтобы это были настоящие имена: так их между собой называли взрослые, а мне настоящие так и не сказали. Я даже пару раз пытался спросить, но взрослые отвечали, что сами не знают.

Приехав в деревню и войдя во двор, я почувствовал приятный запах реки Танып и выпечки. Зайдя в дом, мы сели обедать. Взрослые ели суп и пили чай, а я, как любимый правнук, отведал пышных блинов со сметаной и запил их тёплым домашним молоком - его прабабушка только что надоила. Молоко было чуть сладковатым, с запахом сена, и я пил его медленно, наслаждаясь вкусом и прислушиваясь к разговорам. Они говорили о чём-то своём: про урожай, про погоду, про местные сплетни. Для меня эти разговоры были как особый язык: слова знакомые, но смысл непонятен, будто я слышал татарскую песню, где понятны только отдельные слова. Яракай с улыбкой гладила меня по голове, приговаривая что-то, а я сидел и спокойно ел, глядя в окно.

Немного отвлечёмся от воспоминаний и поговорим о страхах. У вас есть такие животные, которых вы боитесь? После случившегося я целый год боялся петухов и кур. Вернёмся к рассказу.

Посидели, поговорили, а потом пошли в огород. Он казался мне огромным, будто целый стадион - по крайней мере, мне так казалось. Огород стоял за домом, огороженный серыми, сгнившими досками. Погода стояла тёплая, но дул холодный ветер, и от этого становилось зябко. Где-то поставили радио, которое играло песню Рената Рахматуллина. Музыка была весёлой, в ней пелось что-то о дожде.

Мне, как самому маленькому, поручили собирать картошку. Я ходил за мамой, кидал клубни в ведро - и вдруг заметил, что песок слегка подрагивает. Нажал пальцем, и оттуда выскочил мышонок: спина его была жёлтой - то ли от песка, то ли от естественной окраски, - а размером он был со спичечный коробок. Он замер на мгновение, глядя на меня, будто сам удивился, что оказался на виду, а потом метнулся в сторону и исчез в песке.

- Мама, смотри! - крикнул я, тыча пальцем, и тут же бросился за ним, желая поймать и рассмотреть поближе. Ох уж это детское любопытство! Мама только махнула рукой, не отрываясь от копки:

- Не гоняйся, он всё равно убежит. Лучше картошку собирай.

Но я ещё пару раз погонял его с одной норки на другую, надеясь снова увидеть того мышонка.

Добежав почти до выхода с огорода, я вдруг увидел, что прямо на меня мчится белый петух. Не знаю, чем я ему не угодил, но вид у него был такой, будто он твёрдо решил, что я его враг и меня нужно заклевать. Его гребень, как маленький флажок, грозно покачивался, а глаза казались злыми и внимательными - словно ястреб, который сфокусировался на цели и уже летит, чтобы поймать добычу. Я с криком кинулся прочь. Мои сапоги наполнялись песком, а силы заканчивались. Пока мы носились по огороду минут пять, петляя между грядками, взрослые смеялись. Погоня закончилась, когда я выскочил к взрослым. Я думал: «Всё, заклюёт, сил убегать не осталось», - как вдруг раздался глухой удар и звон лопаты - видимо кто-то из взрослых ударил его.

Обернувшись, я увидел, как «белый бандит» спокойно идёт к курятнику - будто никакой погони и не было. Приглядевшись, я заметил, что шея у него странно смещена вправо. От этого стало ещё страшнее: он выглядел не просто грозным, а ещё и жутким.

Успокоившись, я вернулся помогать собирать картошку. Ведро постепенно наполнялось, клубни глухо стучали друг о друга, помогая отвлечься от случившегося. Потом мы пошли в дом. В нём было тепло и спокойно. Поев, я пошёл спать: эта погоня меня утомила.

Утром, выйдя во двор, я обомлел: мимо меня промчался тот самый петух, только теперь уже без головы, а следом за ним шёл прадед. В руках у него был топор, а походка была такой будничной, будто он не отрубил голову животному, а просто шёл посмотреть, что тот натворил. Такого с утра я точно не ожидал. Я стоял как вкопанный и смотрел, как безголовый петух делает ещё несколько шагов и падает у крыльца. Подходить к нему я не осмелился: вдруг оживёт.

Через пару часов на обед мне дали суп из петуха. Суп из того, кто вчера гонял меня по огороду и хотел меня заклевать. Так они решили меня подбодрить: мол, вот твой обидчик, ешь. Суп, кстати, был вкусный: наваристый, с кусочками мяса, которые легко распадались на волокна. А потом мне дали погрызть его лапки, отваренные в солёной воде. Они были липкими, солёными - вкусными.

Правда, потом целую неделю мне снилось, как за мной бегает безголовый белый петух, шурша перьями по сухой траве и издавая кудахтанье. А куриц я побаивался ещё год: мало ли, они тоже захотят меня заклевать, - но есть их я не отказывался. Иногда, когда я видел, как они копошатся в пыли и клюют зерна, мне казалось, что вот-вот из их рядов выскочит какая-то злая курица и отомстит за собрата. Но время шло, сны становились реже, а страх понемногу таял, оставляя после себя только эту историю, которой я могу поделиться с вами.