Пазлы сознания

Сны

Когда тебя тревожит, неслышимое, как стук сердца Неуловимое, как мысль спросонья Неосязаемое, как воздушный поцелуй Посмотри на небо. Оно видело все и знает ответ

Перестук колес. Мимо проносятся столбы. Один, второй, третий. Но, считать их бесполезно, гораздо важнее то, что дальше. Взгляд устремленный... куда?

Вчера

Вокзал. Что-то бормочет диспетчер, неразборчиво, как всегда. Я подымаю взгляд вверх и вместо неба вижу полукруглые своды. Я на перроне. Что я тут делаю? Ах да. В зажатой ладони скомканный билет. Мимо проносится поезд. Это мой? Нет, не останавливается. Какая это станция по счету? Не помню.

Через сны к звездам

В ушах играет знакомая мелодия, в руках старый, любимый плеер. Я не чувствую, но знаю, там за окном, ветер. А если подняться намного выше облаков, можно увидеть звезды. Интересно, среди звезд есть ветер? Звездный ветер? Перестук колес не слышу, но продолжаю чувствовать. Или это стучит мое сердце? Не знаю.

Утро

Восход солнца за окном завораживает, разукрашивая облака и небо во всевозможные оттенки синего, розового, желтого. Смотрю на облака приоткрыв один глаз. Сейчас они напоминают сахарную вату. Краешек солнца выглядывает из-за горизонта и купе озаряется светом. Невольно щурюсь, закрываю глаза. А есть ли этот мир, там за окном? Пока у меня закрыты глаза, уверенности в этом нет.

Сегодня

Вокзал. Что-то бормочет диспетчер, неразборчиво, как всегда. Делаю шаг, второй, третий. Количество шагов не важно, я сделаю их столько, сколько нужно. Я хочу увидеть небо. Убедиться, что оно есть. Что, по нему по-прежнему плывут облака. Мимо проносится поезд, но я не обращаю на него внимания. Пока он едет, слышу перестук колес. Мое сердце стучит им в унисон. Билет все еще зажат у меня в ладони. Но это потом, все потом. Сейчас я хочу посмотреть на небо. И получить свой ответ. Выхожу из-под здания вокзала и подымаю взгляд. Из моей ладони выскальзывает помятый билет с надписью "Станция назначения: завтра".

Ветер_ощущений

Словно ураган, мимо, как в замедленной съемке, пронеслась тень, нет - яркий образ, до безумия, до неуловимой дрожи сердца. Взгляд запечатлел улыбку, накрепко отпечатав ее в памяти. И вот уже рядом никого нет. И только темнота, порывы ветра и накрапывающий мелкий дождь. Стук сердца и негромкое "шшшшш". Капли дождя выбивают ритмичную дробь в отражении фонаря, а мысли где-то далеко. Шарф приятно согревает шею, но все равно невольно вздрагиваю от пробежавших по телу мурашек. Торопливо раскрываю зонт и почти бегу дальше. В дождь и в привычное известное завтра.

Зеркало

Сначала ты видишь тьму. Но, тьма быстро светлеет, рассеивается и ты видишь отражение. Оно тебе машет, улыбается и ты понимаешь, что это отражение - ты. Тяжелая, медная рама с витым рисунком, словно дверь в другой мир. Ты протягиваешь ладонь и она касается холодной поверхности. Но, кажется, еще совсем чуть-чуть и почувствуешь тепло ладони, которая тоже тянется к твоей.

- Кто... ты?

Пересохшее горло задает вопрос, слова возникают словно сами собой, без моего участия. Я вижу, как там, с той стороны, тоже шевелятся губы, но не слышу ни звука.

Проходит вечность. А может и две. Время тянется незаметно, но секундная стрелка вряд ли, успевает сделать полный оборот. Но, что такое время для того, кто ласково смотрит в твои глаза?

Я закрываю глаза и медленно отхожу от зеркала. Остается ощущение чего-то неуловимого, но жгуче желанного. Словно, мимолетный поцелуй в губы. И ты знаешь, что это навсегда.

Постепенно тьма рассеивается. Это происходит медленно, как всегда, и я успеваю заметить падающие во все стороны снежинки, одновременно и светлые и темные. Одна опускается на мою ладонь - она темна и холодна. Я подымаю голову и вижу взгляд устремленный на меня. Медленно протягиваю ладонь и чувствую ответное касание с той стороны. Вижу, как шевелятся губы, я не слышу вопроса, но откуда-то знаю, словно чувствую вкус каждого слова. Ответные слова вырываются сами собой.

- Я - это ты.

Тепло смотрю в эти встревоженные глаза. Хочется обнять, но понимаю, что это невозможно, от этого желание становится еще сильнее. Проходит вечность, а может быть две. Глаза напротив медленно закрываются. Успеваю заметить слезу в уголке глаза, готовую скатиться по щеке. Снежинки светло-темными искрами вихрем вновь взметаются вокруг. Постепенно становится темнее. Опускается мгла. Мыслей нет, только на фоне гаснущего сознания, ощущение чего-то незаконченного. Что это еще не все. Что, когда-нибудь моя ладонь, вместо космического холода твердого стекла, встретит мягкое тепло ответной человеческой ладони.

Звездный Рыцарь

...Рыцарь накрыл стеклянным колпаком последний цветок и вздохнул. Поднялся с колен и посмотрел в ночное небо. Небо сияло звездами, отражаясь белыми бликами на прозрачном стекле и розовых лепестках. Где-то там, среди звезд, сияли миры, которые звали и манили его звенящей мелодией Непознанного. Рыцарь задумчиво снял с плеч узкий треугольный щит и поставил острым концом в землю перед собой. Последний раз медленно огляделся вокруг, уверенно кивнул и закрыл глаза, как бы завершая проделанную работу. Щит сиял все сильнее, словно собирая звездный свет, все ярче, постепенно охватывая сиянием Рыцаря. В какой-то момент, от земли к небу прочертила яркая линия слепящего огня и сияние угасло. Рыцаря уже не было. Под стеклянными колпаками и сиянием звезд, постепенно распускались нежные бутоны. Пройдет время и эту планету назовут Райским Садом, Эдемом. Пройдет время и новые Рыцари покинут ее, устремляясь к новому Непознанному и Неведомому. Если сохранится хоть один цветок, заботливо укрытый прозрачным стеклом в чьей-то душе, удивляя своей красотой и отражением звездного света ночного неба.

Двенадцать тысяч сорок шестая звездная картина

Свежий, почти ночной воздух наполняет грудь. Терпкий аромат травы, звуки цикад и небо на весь горизонт – выше и дальше. Звезды, словно россыпь волшебных светлячков, живущих своей непостижимой жизнью – где-то там, за мириады километров. Тот, кто придумал мир таким – гениальный художник.

Окуляр телескопа настроен, в фокусе летящая яркая звезда. Одна, вторая – целая вереница. Глядя на это рукотворное чудо, невольно заряжаешься задором и энергией того, кто послал эти точки на небо. Помашем им рукой – пусть у них все получится.

Термос с горячим чаем, теплый плед – кажется так можно сидеть вечно, любуясь небесными посланниками, глубинами мироздания, чувством уютного касания плечом к плечу и ощущением прикосновения к чему-то большему, чем привычная обыденность.

Если бы ты стал плазмоидом и мог свободно перемещаться в безвоздушном пространстве космоса – что бы ты стал делать? Куда держал бы свой путь?

Ты поднимаешь ладонь и небо прочерчивает сверкающая нить. У каждой падающей звезды своя история. Но, в космосе нет понятий «верх» и «низ». То, что для нас падает – с другого ракурса может взлетать. Точка зрения, как и точка отсчета – неимоверно важны, как в космосе, так и в отношениях.

Двенадцать тысяч сорок пять звездных картин. Много это или мало? Каждая уникальная по своему. На наши лица падает звездный свет – каждый фотон несет в себе историю целого мира. В нашей крови течет звездная пыль. Мы дети звезд, представляешь?

Млечный Путь красив. Тысячи звезд передают нам привет. Миллиарды непознанных миров ждут, когда кто-нибудь прилетит и скажет «ну, что я пришел, ты ждал меня?»

Накрываю твою ладонь своей ладонью. Я не вижу, но чувствую твою улыбку. Небо чертит очередная взлетающая звезда. Ветер шумит листвой и я вдыхаю прохладу ночного воздуха всей грудью.

Только в Млечном Пути звезд на два порядка больше, чем людей на Земле. Наклоняюсь и шепчу тебе на ушко: «Видишь вон ту звезду? Я дарю ее тебе». Ты заразительно смеешься. Невольно, от души смеюсь вместе с тобой. «Правда?», спрашивает твой сверкающий взгляд. «Правда», так же, молча улыбаясь, отвечаю я.

Свет звезд накрывает нас с головой. Но, это уже совсем другая история.

Ночная тишина

Привычно тикают часы. Где-то чуть слышно что-то кому-то рассказывает сверчок. Наверное, историю своей жизни. Темно-синее по краям и оранжево-желтое по центру окно мерцает на фоне темных стен. Шумит листвой ветер. То чуть сильнее, то стихая, словно прислушиваясь в надежде услышать ответный шепот. Сердце стучит, тихо вторя часам. Тик-так, тик-так. Время течет песчинками и каплями дождя, падающими звездами и потерянными вселенными. С каждым ударом сердца вздрагивает мироздание.

Прошлое

Привычно и немного радостно стучат колеса поезда, за окном мелькают светло-зеленые пейзажи, но словно смазано, не задерживаясь в сознании. Вот уже скоро. Что "скоро" неизвестно, но это "вот-вот" заставляет сердце стучать быстрее. Прислушиваясь к его стуку, улыбаешься. Кажется, время одновременно летит, словно фотон далекой звезды и одновременно, ползет как ленивая улитка. Первая встреча - она как взрыв сверхновой - такая же яркая и такая же судьбоносная. Вагон останавливается. Глаза лучатся радостным смущением и светлым изумлением, словно не веря, что это "сейчас" настало. Скамейка возле вокзала еще помнит тепло того летнего дня.

Настоящее

Тихо падает лапатый снег, шурша и нашептывая ласковые слова. Улыбка сама собой наползает на лицо и кажется, что вселенная в честь Нового года специально сделала этот подарок. Ярко светящиеся шарики в руках и праздничный шум вокруг, радостные и раскрасневшиеся от мороза лица. Фонарь на фоне темно-синего неба добавляет в атмосферу вечера особый светлый оттенок, словно по волшебству сойдя со страниц книг Льюиса Кэрролла. И кажется, вот-вот откроются дверцы платяного шкафа, приглашая сделать пару шагов в такую заманчивую неизвестность. Тик-так, тик-так, благодушно соглашаются часы, а сердце с энтузиазмом вторит им в унисон. Холод этого вечера по особому теплый. А настоящее другим и не бывает.

Будущее

Привычно тикают часы. Полоска темно-желтого света от уличного фонаря падает в комнату, слегка освещая стол и стулья. Тишина сердца настораживает, но время по-прежнему бежит вперед, мелькают за окном летние, зимние пейзажи, привокзальный шум, один, второй, третий. Играет свирель возле теплого костра, открывая вид на уютную долину внизу со смешным полосатым названием. Зеленый камень мерцает где-то в забытой темноте. Где-то сражаются викинги и поют менестрели. Лес продолжает ждать своих грибников. Черная кошка щурится укоризненно, шевеля острыми и длинными ушами. Будущее, полное событий - радостных и грустных, уютных и тоскливых, - смотрит издалека, словно примеряясь, что подарить между ударами сердца.

Прошлое, настоящее и будущее - внутри нас.

Крылья

- Ты настоящий? - Что? - Ну, ты настоящий?

Молчу, потом вздыхаю и чему-то улыбнувшись, беру ее ладошку в свою ладонь.

- А если так? - А как же... - Крылья? Можешь потрогать.

Снова улыбка. Слегка расправляю крылья. На землю опускается маленькое белое перо.

- Можно?

Молча киваю. Перо скрывается в ее ладони. Она подымает на меня взгляд.

- Оно... мягкое. - Так и должно быть. Ведь, это частица моей души.

Молчим. Чувствую, как ее ладонь нерешительно гладит крыло.

- А... ты можешь научить меня летать?

С неба падают звезды, сверкающим росчерком разделяя его на сияющие части. Оттуда идет еле слышная нежная мелодия, словно перезвон колокольчиков одновременно с тихим счастливым смехом. Делаю шаг назад, расправляю крылья.

- Этому нельзя научить, но можно показать.

Делаю взмах, другой.

- Крылья появляются тогда, когда ты отдаешь другому то, что для тебя дороже всего.

Еще взмах. И еще.

- То, что заставляет тебя смотреть в небо.

Замираю на пару мгновений, глядя на стоящую внизу маленькую фигурку.

- Это твое сердце.

Мощным взмахом устремляю тело вверх, к звездам. Ветер устремляется мне навстречу. Тихо шепчу небу.

- Я буду тебя ждать.

Внизу, девичья ладонь крепко сжимает белое перо, прижимая его к своей груди.

Do you remember?

Пип. Пип.

- Скажи, мы во сне или наяву?

- Думаешь, мы понарошку?

- Не знаю. Надеюсь, что нет. Ты мне нравишься. С тобой хорошо. Надежно.

- Ты помнишь день нашей встречи?

Улыбаюсь глазами.

- Вроде бы, в тот день был дождь? Или… снег?

- Ты мне улыбнулась несмело тогда. Это изменило все.

- Все-все-превсе?

Смеется и легонько хлопает в ладошки.

- Все, все.

Тоже улыбаюсь.

- А что было потом?

Что было… потом. Вот мы бежим по пляжу. Босиком. Шум неторопливо набегающих на песок волн. А вот нас в лесу застал дождь. Ты в мокром платье и влажными волосами прижалась спиной к дереву, одновременно прижимаясь ко мне, что-то говоря и одновременно смеясь на фоне шума падающей воды и раскатов грома. А вот, наклонившись при свете абажурной лампы и от усердия высунув кончик языка, что-то рисуешь карандашом на бумаге. А здесь мы смотрим на звезды и я показываю тебе созвездие Кассиопеи. Тут ночью сидим возле костра, а за спиной негромко шумят деревья. Слышно, как потрескивают поленья и шелестит листва. Тут я сплетаю тебе косу. Получается плохо, но я старательный. А здесь мы дурачимся – разрисовали друг друга, словно индейцы на тропе войны и корчим рожи. Везу тебя на велосипеде. А тут пускаем бумажные самолетики с моста. Вытираю тебе сопли и делаю чай с малиновым вареньем. А здесь встречаю тебя с работы и мы вместе идем домой. А тут ты бросаешься ко мне на шею, кажется, сюрприз тебе понравился. Готовим вместе торт и я вымазываю твой нос в сгущенке. Едем на мотоцикле, по бокам мелькают деревья, а ты прижимаешься к моей спине. Ты спишь, наклоняюсь и целую твою щеку, поправляю плед. А тут мы ссоримся, а потом я тебя обнимаю и ты стоишь уткнувшись лицом в мое плечо. А здесь катаю тебя на своих плечах, а ты весело кричишь, одновременно от восторга и страха. Здесь ерошу твои шикарные волосы, а ты недовольно морщишься, а потом улыбаешься. А тут читаю тебе свои стихи, а ты затаив дыхание слушаешь мой голос. Здесь играю на гитаре и пою песню, ты восторженно смотришь на меня, а я любуюсь твоей челкой и взглядом.

- Ты ведь меня не забудешь?

Поправляю одеяло.

- Конечно, не забуду. Засыпай спокойно, родная.

Беру ее ладонь в свою. Улыбается и устало закрывает глаза. Некоторое время просто сижу и любуюсь твоей челкой. Твои волосы прекрасны, как и всегда.

Пип. Пип. Размеренно пикает система жизнеобеспечения.

Следы

Однажды, ты остановишься и посмотришь на небо. Обернешься на оставленную длинную вереницу следов за своей спиной. На каждый шаг, сделанный ранее. Где-то ровные, видно, что шел неторопливо, где-то глубоко вдавленные, видно, что бежал, спешил. Где-то след от падения, а где-то множество отпечатков, вспоминаешь, тут топтался на месте в раздумьях, куда податься дальше. Каждый из них отпечатался в твоей душе, каждый оставил свой рисунок. Не торопясь, твой взгляд вернется к звездам, ведь даже днем, когда их не видно - они там есть. Ты сделаешь шаг. Второй. Третий. И небо распахнет свои объятия. Останется обрывающийся след на земле. И следы, неуловимо уходящие искрами в небо. Небо, которое все видело и все знает.