Павлики и Костя

Глава 1

Костик почти взрослый, ему двенадцать лет. У него есть брат, но он не в счёт. Виталию двадцать семь, и вообще он сводный. Как с таким дружить?

Зато с Павликом Костя – друзья не разлей вода с детского сада ещё. Если видишь Костю, оглянись: Павлик где-то рядом и наоборот. Весь день они вместе, и даже ночью, ведь их квартиры расположены на одной лестничной площадке, а кровати у одной стены стоят. Перестукиваться можно.

Так и делают.

Вот и сегодня Костя проснулся от яростного стука в стену.

«Выйдёшь?»

Смешно. Вчера родители строго-настрого запретили Костику выходить на улицу, и всё из-за ерунды – перекупался, и горло слегка заболело. Взрослые, всё-таки, совсем ничего не понимают. Неужели и он таким станет? Ладно бы ногу сломал, а то… горло. Но, чтобы не расстраивать предков, Костя остался дома.

«Прошло, вроде», – отстучал он.

«Тогда выходи».

Мать стряпала на кухне оладьи. От запаха у Костика громко заурчало в животе.

– Ты куда? – оглянулась на него мать.

– Гулять…

– А горло?!

– Прошло, честное слово прошло! Ы…

Костик широко открыл рот и, дождавшись недовольного кивка, выскользнул за дверь.

Павлик поджидал его на скамейке у подъезда, нетерпеливо ёрзал, болтал ногами, бросая взгляды на Костиковы окна.

– Наконец-то!

Завидев приятеля, он вскочил:

– Я тут такое узнал, такое!..

– Опять выдумал чего-то?

Павлик тот ещё фантазёр. То старый фашистский бункер обнаружит, то древний княжеский клад. Ну, как обнаружит… услышит где-то — и загорается как спичка. «Точно-точно!» – шепчет, сделав страшные глаза, и тянет Костика за собой. Смешно! Однажды бандитскую ухоронку – «Прошлого века!» – раскапывали, и провалились в старый колодец. Хорошо, мелко было, и сами вылезти смогли, только извазюкались как маленькие…

Зато с Павликом интересно, не то что с братцем Виталей. Тот сидит, в книжки уткнулся. Костик однажды заглянул — а там одни закорючки. Только и понятно, что «Отсюда следует» да «Совершенно очевидно». Очень он умный, Виталик. Раньше в Секретке работал, а теперь дома сидит, в ноут пялится.

Секреткой окрестные пацаны называли здание старого военного института. Люди оттуда съехали, столы, стулья и всякое научное железо вывезли, а само здание заперли и окна изнутри заколотили. Двери стальные и ставни такие же, никак не подберёшься.

– Истинная правда! – заявил Павлик. – Сам увидишь.

– Да что увижу-то? – не выдержал Костик.

– Я ход в секретку нашёл, – поглядев по сторонам, гордо ответил Павлик.

– Врёшь ты всё, – махнул рукой Костик. – Нет никакого хода. Обойдём секретку вокруг и уйдём. Первый раз, что ли?

– А вот и не уйдём, – сказал Павлик.

Вид у него при этом был довольный-довольный, и Костик подумал: Может, действительно? В самом деле есть ход?

– Покажешь?

– А то! Двигай за мной.

По сторонам Костик не смотрел. Зачем, если всё давно исхожено? Каждая яма, каждый колодец, каждая не разломанная ещё на дрова будка. Ох, крутит Павлик! Нет тут входа.

Их путь закончился у торца секретки. Здесь, среди одичавшего цветника, пряталась старая электроподстанция.

– Нам туда, – хитро прищурился Павлик.

– Вот придумываешь, – ответил Костик. – Миллион раз там были. Нет там ничего интересного.

– Там нет, – туманно пояснил Павлик. – Пошли. Чего тебе стоит?

Внутри пахло пылью и шиповником, который заполонил весь цветник.

– Ну? – потребовал Костик.

– Ага, – ответил Павлик и подошёл к разломанному щиту. Постучал ногой, поднимая в воздух тучу известковой пыли. – Нету ничего?

– Не-а…

– А здесь? Здесь? Здесь?

С каждым словом он делал шаг в сторону и вдруг… от удара ногой по пыльному жестяному листу снизу гулко отозвалось.

– Что это? – воскликнул Костик.

– Пустота, – важно объяснил Павлик. – Ход. А ты не верил.

– Зачем здесь ход? – удивился Костик. Не то, чтобы он не поверил приятелю, если снизу и правда пустота. Просто непонятно, зачем делать подземный ход к зданию, если до него из секретки можно дойти за полминуты?

– Тебе разница есть? – пожал плечами Павлик. – Помогай, давай.

Общими усилиями они отодвинули лист, и под ним обнаружился самый обычный деревянный люк в полу.

– И почему никто раньше… – удивился Костик.

– Зато мы — первые! – разулыбался Павлик.

С люком пришлось повозиться. Врезанная в дерево скоба приржавела и не поддавалась, но, в конце концов, уступила их усилиям. Подцепив её арматуриной, мальчишки напряглись…

– И раз. И два. И три!

И крышка отвалилась в сторону. Снизу, из темноты потянуло холодом и затхлостью.

– Ого! – обрадовался Павлик. – Тут и лестница есть. Давай за мной!

Ступеньки скрипели и шатались. Хорошо Павлику, а Костик немного испугался даже. Кто его знает, что там внизу? Но не прошло и пяти секунд, как они оба стояли внизу, на каменном полу. Костик щёлкнул фонариком…

Тоннель. Совершенно пустой, с голыми стенами, совсем как под проспектом Вахтовиков. Дальний конец его терялся в темноте.

– А если там дверь? – произнёс Костик. – Ключа-то у нас нет.

– Плевать, – махнул рукой Павлик. – Закрыто — вернёмся. А вдруг открыто?

Им повезло. За открытой дверью оказалась обычная лестница, совсем как в Костиковом подъезде, только ступеньки не такие потёртые, и без перил.

– Круто... – прошептал Павлик.

После лестницы их встретил длинный коридор, освещённый редкими лучиками из щелей в ставнях. И двери по обеим сторонам.

– Закрыто, закрыто, закрыто… – расстраивался Павлик и перебегал к следующей двери.

Костику стало неуютно.

– Слушай, – произнёс он, – может, ну его, пойдём отсюда? Тут, наверное, сигнализация есть? Зажопят ведь…

– Ерунда, – уверенно ответил Павлик. – У сигнализации должен огонёк светиться. Не светится, значит, нет её. Не боись.

В конце коридора оказалась ещё одна лестница. По ней приятели поднялись на второй этаж.

– Опа, гляди! – воскликнул Павлик.

Очередная дверь, с тусклой табличкой «Не входить! Идёт эксперимент!», неожиданно поддалась и со скрипом отворилась. В ней были свалены старые стулья, мятые коробки, электронные платы с обрывками проводов и прочий мусор. В углу стоял покосившийся шкаф.

– Фу-у, старьё! – пробормотал Павлик, рассматривая одну из плат. – Ни процессора нет, ни памяти… Микросхемы выдрать?

– Слушай, пошли, а? – поёжился Костик. – Ну их, эти микросхемы.

– Ага, ага…

Павлик рассеянно кивнул и полез через залежи мебели к шкафу. Старьё скрипело, один стул с грохотом свалился на пол.

– Тихо ты, услышат! – зашипел на Павлика Костик.

– Фигня война, – отмахнулся приятель. – Пусто здесь, кто услышит?

Добравшись, наконец, до шкафа, он раскрыл дверцу шире и посмотрел внутрь. Потом, не оглядываясь, протянул назад руку:

– Фонарик дай, тут что-то есть. Ага, ага...

Он замолчал, чуть не по пояс забравшись внутрь шкафа. Через длинную-предлинную минуту Павлик вылез с пыльным предметом в руках.

– Вот, – сказал он. – Гля, что это?

– Ноут? – Костик удивился так сильно, что ненадолго даже забыл о страхе. – Открывай!

– Вот блин, – скривился Павлик, откидывая крышку ноутбука. – Экран треснут, барахло!

– Дай мне, – попросил Костик. – Вдруг заработает?

Он нажал кнопку включения – и ноут неожиданно ожил. По тёмному экрану побежали серые строчки, затем выскочила переломанная трещиной надпись:

«Батарея разряжена! Подключите сетевой шнур».

– Шнур есть? – спросил Костик.

– Да, сейчас.

Павлик снова полез в шкаф.

Отыскался и шнур, и розетка. Когда ноутбук опять ругнулся на батарею, мальчишки нашли и включили рубильник. Ноут пискнул и продолжил загрузку.

«Вечность версия 1.17 загружена. Продолжить? Да/Нет».

Павлик без раздумий вдавил клавишу «Д».

«Подключите интерфейс».

На экране высветилась картинка, изображающая наушники с толстым оголовником.

– Интерфейс, интерфейс… – Павлик почесал лоб грязным кулаком. – Вроде я такое видел?

Он снова полез в шкаф и спустя мгновение радостно закричал оттуда:

– Вон он! Аап-чхи!..

«Наденьте интерфейс».

– Ага, ага…

Павлик напялил наушники на голову.

– Может, не надо? – спросил его Костик, но друг только отмахнулся.

«Продолжать? Да/Нет?»

– Ну да же, блин! – рассердился Павлик, нажимая нужную клавишу.

«Старт. Закройте глаза, сядьте удобно, расслабьтесь».

Из динамиков ноута зазвучала тихая музыка. Павлик плюхнулся на первый попавшийся стул и закрыл глаза. Лицо его успокоилось, он размеренно задышал и, кажется, уснул. По экрану побежала зелёная полоска, под нею сменялись цифры: один процент, два, десять… Проценты росли, а Костик изнывал. Что-то было неправильно… нет, всё было неправильно! Не надо было сюда ходить. Зачем он послушался приятеля, зачем отправился вместе с ним? Костик не понимал, зато он ясно сознавал, что Павлик всё равно припёрся бы в электроподстанцию, и всё равно попал бы в подземный ход, и обязательно достал бы этот ноут, и было бы что и сейчас… Но с другой стороны, что плохого может случиться? Музыка это просто звуки, от них не умирают.

Ноут коротко тренькнул, экран потемнел.

«Снимите интерфейс».

– Ага, ага, – сказал проснувшийся Павлик. – И чего?

– Темно. Почему так темно?

– Ничего не темно, – удивился Костик. – Ты чего?

– Я молчал, – повернулся к нему Павлик.

– Где я?!

Голос звучал из ноутбука, и это был голос Павлика!

– Кто это? – спросил Павлик, который стоял рядом. – Какой писклявый голос.

– Это ты, – ответил Костик.

– Что?! Я не такой! Я так не говорю!

– Кто здесь?! Костик, ты? – спросили растерянно из ноутбука. – Я надел наушники, музыка такая приятная, и я, кажется, заснул. Очнулся – темно. Нас засыпало? А кто это с нами третий?

– Это ты, – сказал Костик.

– Я не понимаю… – произнёс Павлик-из-ноутбука. – Здесь темно, я ничего не чувствую, только слышу… Я… это больница? Костик! Мне страшно! Маму позови! Мама!.. Ы-ы-ы…

Он всхлипнул совсем как маленький, обиженно и жалко.

– Я понял! – сделав большие глаза, зашептал Павлик-рядом. – Меня скопировали, и я теперь там. – Он показал на треснувший экран. – И что теперь делать?

– Не знаю… – начал Костик. – Тихо!

Послышались шаги. Кто-то двигался первым этажом. У Костика похолодело в животе. Их сейчас поймают. Что же делать?! Мелькнула мысль: они не виноваты, двери надо закрывать! Вот только…

– Говорил же, сигнализация! – прошипел он. – Выключай, живо!

– Ты что, там же я… – развёл руками Павлик.

Шаги приближались, звук их изменился, теперь незнакомец поднимался по лестнице.

– Ты – вот! – отрезал Костик. Он метнулся к рубильнику, потом к ноутбуку.

– Не надо! – закричал Павлик-из-ноутбука. – Не выклю!..

Костик выдернул шнур и вдавил кнопку выключение.

– А я-то думал, кто тут бродит.

Мальчишки обернулись. У Костика отлегло от сердца: в дверях стоял его сводный брат, Виталий.

– Вы что-нибудь трогали здесь? – спросил он. – Ноутбук включали?

Павлик дёрнулся было что-то сказать, но Костик схватил его за плечо.

– Не-а, – сказал он. – Открыли только. Он же сломатый.

– Сломаный, да, – с облегчением, как показалось Костику, кивнул сводный брат. – Ладно, пойдёмте отсюда. Нечего тут делать.

Подхватив со стола ноутбук и наушники, он убрал их в обратно в шкаф:

– Нельзя это трогать, опасно.

– Почему? А что это вообще было? – стараясь скрыть интерес, как бы равнодушно спросил Костик.

– Потому что опасно, понятно? Институт был, – туманно ответил Виталий. – Закрыли его.

– Почему?

– Из этических соображений, – так же непонятно сказал Виталий. – Давайте, давайте, шагайте за мной.

Внизу он достал связку ключей и закрыл на дверь в подземный ход на висячий замок.

– Нечего тут ходить, – повторил он хмуро.

Домой шли трое в ряд, Виталий посередине. Павлик бросал на Костика странные взгляды.

У подъезда Виталий кивнул и, сообщив, что у него дела, ушёл.

– Уфф… – выдохнул Костик. – Пронесло. Повезло, что брат. Он ничего оказался, не стал копать. Правда?

– Ты убил меня, – глядя исподлобья, произнёс внезапно Павлик.

– Что?! Ты — вот стоишь! – вскинулся Костик.

– Там тоже был я, я понял, – зло сказал Павлик. – Я… Он… Он просил: не убивай! А теперь его нет. Убил.

– Не выключай, вот что он просил!

– Это всё равно, – махнул рукой Павлик. – Не стучи мне больше в стенку и не подходи ко мне. Ты меня убил, – он всхлипнул, совсем как Павлик-из-ноутбука, развернулся и скрылся в подъезде.

Костик долго сидел на скамейке. Вот так, дружба кончилась. А что он сделал? Да ничего такого! Он просто выключил старый ноутбук с треснутым экраном. Интересно, если включить его снова, Павлик-из-ноутбука оживёт? И как он будет там, в ноутбуке жить? Думал, думал, но так ничего и не придумал.

Потом мама позвала его обедать.