
Панорама руин
Когда я думаю о том дне, когда всё кончилось, я почему-то вспоминаю не грохот и не крики. Я вспоминаю тишину. Она пришла не сразу. Сначала был звук - такой низкий и плотный, что он дрожал не в ушах, а в костях, в зубах, в грудине, там, где она расходится на рёбра. А потом - ничего.
Указывает, где прыгать, где обойти, где ветер сильнее и можно сбиться с пути.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Когда я думаю о том дне, когда всё кончилось, я почему-то вспоминаю не грохот и не крики. Я вспоминаю тишину. Она пришла не сразу. Сначала был звук - такой низкий и плотный, что он дрожал не в ушах, а в костях, в зубах, в грудине, там, где она расходится на рёбра. А потом - ничего. Будто кто-то вырубил звук на всей планете. И когда я открыл глаза (я лежал на полу в школьном коридоре, а надо мной качалась лампа, описывая медленные восьмёрки), я подумал: «Где Валера?»Мы всегда находили друг друга. Ещё с первого класса. Я сидел за партой и рисовал в тетради корабль, как вдруг соседний стул скрипнул, и на него плюхнулся мальчишка с торчащими во все стороны волосами и улыбкой до ушей - будто только что выиграл в лотерее. «Привет, - сказал он. - А ты что рисуешь? Это корабль? А куда он плывёт?» Я тогда не знал, что ответить. Я вообще был молчаливым ребёнком, боялся громких звуков и нез…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0