Паломничества. Манали

Закладка:

Паломничества

Лекции Рузова В.О. (Е.М. Патита Паваны прабху)

Манали – места для посещения

АРДЖУНА ГУПХА (ДЕОТИББА)

Считается, что в этом месте Арджуна последовал совету Вьясадевы и совершил аскезу в пещерах, называемых Джана Гупха, чтобы обрести могущественное оружие Пашупат-астру, которое может быть даровано Шивой. Здесь же он сразился с Господом Шивой, принявшим облик Кирата. Удовлетворённый могуществом Арджуны, он даровал ему свою милость и вручил Пашупат-астру. Это место расположено в пяти километрах к югу от Манали, недалеко от Джагсукха (район Прини). Попасть туда вы сможете, лишь преодолев двухчасовое восхождение по крутому склону. В этом месте нет ни храма, ничего особенного, только место.

БИС КУНД

Считается, что Вьясадева совершал здесь аскезу во время событий, описанных в Махабхарате. Из этого озера берет своё начало река Бис, протекающая вдоль Рахтанга.

БХРИГУ КУНД

Считается, что Бхригу Муни совершал здесь аскезу. Чтобы оказаться в этом замечательном месте вам придется преодолеть пяти или шести часовой переход.

ДЖАГАТСУКХ

Джагатсук расположен в шести километрах к югу от Манали. Здесь находиться два древних храма: храм Господа Шивы и храм Садхи Гая Брахмы. Местные жители утверждают, что Пандавы посещали эти храмы.

НАГГАР

Наггар расположен в тринадцати километрах к югу от Манали, недалеко от Джагатсукх. Дворец Наггар является замечательным зданием с поразительно красивым садом. Не так давно дворец превратили в отель. На территории дворца находиться храм Джагти Патт, внутри которого находиться каменная плита 2х3 метра. На стене храма приводиться история, из которой следует, что Нагар был создан для того, чтобы здесь могли отдыхать все боги. Потому эти боги превратились в пчёл, обладающих необычайным могуществом. Они отломили кусок скалы Деотибы и перенесли её по воздуху для того, чтобы установить во дворце Наггар.

Чтобы дойти до храма Кришны, вам придётся преодолеть тяжёлое двадцатиминутное восхождение. Храм открыт с утра до 12.00, затем после обеда ворота открываются вновь.

Храм Господа Вишну расположен справа от главной дороги. Здесь вы увидите прекрасное четырёхрукое, высокое божество Господа Вишну, установленное в этом храме.

Храм Трипуна Сундри расположен на территории храма Дурги. Этот храм Шивы, где установлены божества Шивы и Парвати.

ХРАМЫ ВАСИШТХИ И РАМЫ

Васиштха был духовным учителем Господа Рамы. Считается, что он совершал здесь аскезу. Место, где располагается его ашрам, называется Тат Баба и расположен он в десяти минутах ходьбы от храма Васиштхи. Существует история, из которой следует, что однажды Васиштха связал себя верёвками и бросился в реку недалеко от Манали, после того как Ракшаса Калмашпед убил сто его сыновей. Говориться, что река выбросила Риши на берег, распутав верёвки. Именно тогда река обрела имя Випаша, «освобождающая от пут».

Рядом с храмом Васиштхи находиться храм Сита-Рамы.

КУЛУ

Город известен своим фестивалем Дусехра и красивыми шалями. Кулу расположен на высоте 1 219 метров над уровнем моря.

ХРАМ РАГХУНАТХАДЖИ (РАМА)

В этом храме установлено Божество Шри Рамы, которое было изначально перенесено сюда Раджой Джагат Сингхой из Айодхьи в 1651 году. Это покровительствовавшее божество долины Кула. Храм расположен на холме, с вершины которого открывается вид на город. Чтобы попасть туда вам придётся забираться на холм по узкой тропинке, начинающейся напротив кинотеатра «Kailash», расположенного рядом с автостанцией. Храм расположен позади дворца Кулу Раджи Рупии и открыт по утрам и после 17.00.

ХРАМ БИДЖЛИ МАХАДЕВЫ

Этот храм расположен в восьми километрах к востоку от Кулу. Когда свет Солнца падает на 65-футовый флагшток, считается, что в это божественное благословление. Когда во флагшток попадает молния, Шива Линга, расположенная внутри храма, распадается на части. Затем кусочки Шива Линги собирают вместе с помощью пасты сату, замешанной на порошке, изготовленного из бобов, муки и масла. Храм расположен на высоте 2 438 метров и попасть туда вы сможете, лишь преодолев шестикилометровое восхождение по крутому склону.

ДРУГИЕ ХРАМЫ

Храм Вайшно Деви расположен в трёх километрах от Кулу по дороге в Манали. Это небольшая пещера с божеством богини Вайшно.

Храм Джаганатхи Деви расположен в трёх километрах от Кулу, в деревне Бхекхли. Чтобы попасть туда, вам придётся преодолеть крутое схождение, однако вы будете с лихвой вознаграждены замечательным видом, открывающимся с площадки перед храмом.

Храм Башешар Махадевы расположен в пятнадцати километрах к югу от Кулу, в Баджауле. Здесь вы увидите пять каменных скульптур.

Манали

Манали — это не просто курортное место, Манали — это место, где медитировал Ману, тот самый Ману, который причалил именно здесь на своем корабле после всемирного потопа и заново возобновил цивилизацию. И мы сейчас находимся рядом с единственным храмом махараджи Ману на этой планете. Манали буквально так и переводится — Дом Ману, который по некоторым мнениям является прототипом Ноя, но он не только спас мир, он ещё и автор морального и гражданского законодательства мира — законов Ману, которые изучают до сих в юридических институтах. И так как история долины Кулу особенно знаменита именно своей связью с великим потопом, сегодня мы с вами поговорим именно об этом. Наша история будет называться историей о золотой рыбке, которая так или иначе повторяется в различных культурах и преданиях.

Господь нисходит в этот материальный мир, принимая облик разнообразных воплощений, и первым его воплощением как раз и была огромная рыба. Так что мы с вами находимся в том месте, где Господь в первый раз проявил свою трансцендентную форму в этом мире, форму чудо-рыбы, одну из десяти форм основных воплощений Верховной Личности Бога. И мудрецы задались вопросом, который может взволновать и нас: зачем Верховный Господь явил Себя в столь необычном и даже слегка грустном облике — облике рыбы? Веды говорят, что жизнь в теле рыбы считается презренной и полной жестоких страданий. В чём же смысл этого воплощения? И в основе вопроса, который Махараджа Парикшит задал Шукадеве Госвами, лежит истина, которую Сам Господь провозгласил в «Бхагавад-гите» (4.7):

йада йада хи дхармасйа

гланир бхавати бхарата

абхйуттханам адхармасйа

тадатманам сриджамй ахам

«Всякий раз, когда религия приходит в упадок и воцаряется безбожие, Я Сам нисхожу в этот мир, о потомок Бхараты».

Цель каждого воплощения Господа — спасти мир от безбожия, а главное — защитить преданных. И Махарадже Парикшиту очень хотелось узнать о преданном, ради которого Верховный Господь воплотился в этом облике.

История нашей вселенной идет по своему плану развития. И в конце прошлой калпы, прошлого дня Брахмы, когда Брахма погрузился в сон, вселенная подверглась уничтожению, начался потоп и океанские воды просто-напросто затопили все три мира. Так что истории про всемирный потоп не шутки, он действительно всемирный. В конце своего дня, когда Брахма, почувствовав сонливость, пожелал лечь спать, Веды изошли из его уст, и великий демон по имени Хаягрива похитил их. И ради спасения Вед, Господь и принял облик рыбы и, убив этого демона, спас Веды. Так как вся вселенная была затоплена водой, Господу ничего не оставалось делать, и Он принял соответствующую времени месту и обстоятельствам форму рыбы. Это было первое появление Господа на Земле в виде рыбы.

Закладка:

А в Чакшуша-манвантару на Земле жил великий царь по имени Сатьяврата, который был необычайно предан Верховной Личности Бога. Сатьяврата совершал суровую аскезу, поддерживая свою жизнь одной водой. И в конце Чакшуша-манвантары Господь опять принял этот облик — но на этот раз только для того, чтобы явить милость великому царю по имени Сатьяврата. Так же как Господь дважды воплощался в образе Варахи, Он дважды явился в образе рыбы: один раз Он принял этот облик, чтобы убить Хаягриву и спасти Веды, а другой раз — чтобы оказать милость царю Сатьяврате. Позднее, в эту текущую манвантару, царь Сатьяврата стал сыном Вивасвана, полубога Солнца, получил имя Шраддхадевы и занял положение Ману.

Нам надо вспомнить эту удивительную историю. Однажды, когда царь Сатьяврата, поглощённый аскезой, совершал подношение воды на берегу реки, в воде, которую он набрал в пригоршню, оказалась маленькая рыбка. Сатьяврата, царь Дравидадеши, выплеснул рыбку обратно в реку вместе с этой пригоршней воды. Бедная рыбка жалобным голосом сказала: «О царь, защитник обездоленных, почему ты бросаешь Меня в реку, где Меня могут погубить другие рыбы? Я их очень боюсь». Мудрецы объясняют, что Господь иногда развлекается подобным образом, принимая различные облики и прося своих преданных защитить Его. И, не подозревая, что эта рыбка — Сам Верховный Господь, царь Сатьяврата с радостью решил позаботиться о Ней. Это пример неосознанного служения Верховной Личности Бога. Такое служение называется агьята-сукрити. Царь Сатьяврата решил облагодетельствовать рыбку, не подозревая, что это Сам Господь Вишну. Такое неосознанное преданное служение позволяет человеку получить милость Бога.

Добрый царь, которого тронули жалобные слова рыбки, пустил ее плавать в кувшин с водой и принес в свое жилище. Наверное, это был первый в мире аквариум. Однако за одну ночь эта рыбка настолько выросла, что уже не могла плавать в кувшине. Поэтому Она обратилась к царю с просьбой найти для неё что-то побольше. Тогда царь, кое-как вытащив рыбу из кувшина, бросил Её в большой колодец. Однако рыба эта сразу же выросла до трех локтей в длину, и колодец стал для неё мал. Царь удивился, вытащил рыбу из колодца и бросил Её в озеро, но рыба тут же увеличилась до таких гигантских размеров, что стала больше целого озера. И тогда царю не осталось ничего другого, кроме как бросить Её в океан. Но рыба стала жаловаться, что Её могут съесть опасные океанские чудовища. Тут царь понял, что это всё неспроста и спросил рыбу: «Кто ты? Я уже ничего не понимаю, обыкновенные и даже необыкновенные рыбы так себя не ведут. Я догадываюсь, что Ты, наверное, Сам Господь? И так как я знаю, что Ты всегда приходишь для того, чтобы принести благо всем живым существам, открой тайну, зачем ты принял облик рыбы?»

И Господь в форме рыбы объяснил царю, что через семь дней, три мира — Бхух, Бхувах и Свах — погрузятся в воды потопа. И сказал: «Когда все три мира скроются под водой, перед тобой появится посланный Мною большой корабль. Собрав травы и семена всех сортов, ты погрузишь их на этот огромный корабль, а потом, взяв с собой самых разных живых существ, ты вместе с семью риши взойдёшь на этот корабль, и вы, свободные от скорби, будете свободно странствовать по водам потопа, озаряемые лишь сиянием великих риши. Буйные ветры станут раскачивать корабль, но ты гигантским змеем Васуки привяжи его к Моему рогу, так как Я всегда буду рядом с тобой. Я буду плавать в водах вселенского потопа и вести за Собой корабль, несущий тебя и всех риши, пока ночь Господа Брахмы не подойдет к концу».

Верховный Господь дал царю эти наставления и тут же исчез. А царь Сатьяврата стал ждать времени, о котором говорил Господь. Святой царь разложил траву куша остриями на восток, сел на неё, повернувшись лицом к северо-востоку, и погрузился в медитацию на Верховного Господа Вишну, принявшего облик рыбы. И действительно, через некоторое время из громадных туч хлынули бесконечные потоки дождя, и вода в океане стала подниматься всё выше и выше. Вскоре океанские воды стали разливаться по земле и затапливать весь мир. Сатьяврата вспомнил приказание Верховной Личности Бога и тут же увидел приближающийся к нему корабль. Он собрал все травы и побеги и вместе со святыми брахманами взошел на него. В океане потопа появилась огромная рыба с одним рогом. Сиявшая золотом, она была длиной в четыреста тысяч йоджан. Следуя наставлениям, полученным от Верховной Личности Бога, царь взял вместо каната змея Васуки и привязал корабль к рогу той рыбы. Вполне удовлетворённый, Сатьяврата стал молиться Господу и принял Его своим духовным учителем.

Верховный Господь и в самом деле является высшим духовным учителем. Он знает обо всех муках обусловленной души и потому приходит в материальный мир, иногда в Своем изначальном образе, иногда в образе воплощения, а иногда уполномочивая кого-либо действовать от Своего имени. Но в любом случае Он остается изначальным духовным учителем, который наставляет обусловленные души, страдающие в материальном мире. Господь всегда помогает обусловленным душам самыми разными способами. Поэтому здесь к Нему обращаются как к парамо гурур бхаван. Представитель Верховной Личности Бога, который распространяет сознание Кришны, также руководим Верховным Господом. Сам Господь заботится о том, чтобы он правильно исполнял Его волю. Может показаться, что он — обыкновенный человек, но, поскольку он действует от имени Верховной Личности Бога, высшего духовного учителя, его нельзя считать обычным человеком. Ачарйам мам виджанийат: необходимо понять, что ачарья, который действует от имени Верховной Личности Бога, находится на одном уровне с Самим Господом. Движимая желанием материального счастья, обусловленная душа погружается в кармическую деятельность, которая на самом деле приносит ей одни несчастья. Поскольку обусловленная душа не знает об этом, говорится, что она пребывает в невежестве (авидье). Движимая несбыточной мечтой о счастье, такая душа постоянно строит все новые планы. Махараджа Сатьяврата молит Господа разрубить этот тугой узел ложного счастья и тем самым стать его высшим учителем.

Истинный гуру — это тот, кто принял Кришну своим гуру. Такова система гуру-парампары. Первый гуру — Вьясадева, ибо он поведал «Бхагавад-гиту» и «Шримад-Бхагаватам», всё содержание которых связано с Кришной. По этой причине гуру-пуджу называют Вьяса-пуджей. В конечном счете, изначальный гуру — это Сам Кришна, Его учеником является Нарада, а учеником Нарады — Вьяса; так постепенно устанавливается наша связь с гуру-парампарой. Тот, кто не знает, чего хочет Кришна, Личность Бога, или Его воплощение, не может играть роль гуру. Миссия гуру неотлична от миссии Верховной Личности Бога, и состоит она в том, чтобы распространять сознание Кришны по всему миру. И после того, как Сатьяврата вознес молитвы Верховному Господу, принявшему облик рыбы, Господь, плавая в водах потопа, открыл ему Абсолютную Истину. Верховный Господь объяснил царю Сатьяврате духовную науку, именуемую санкхья-йогой или бхакти-йогой, которая позволяет научиться отличать материю от духа. Кроме того, Он поведал о наставлениях, содержащихся в Пуранах, исторических хрониках, и самхитах. Все эти священные писания объясняют природу Господа. Плывя на корабле, царь Сатьяврата вместе с великими мудрецами внимательно слушали наставлениям Верховной Личности Бога о природе духа. Так царь и мудрецы избавились от сомнений и постигли Абсолютную Истину.

А в конце предыдущего потопа, в эпоху Сваямбхувы Ману, Верховный Господь убил демона Хаягриву и вернул все ведические писания Господу Брахме, когда тот пробудился ото сна. Царь Сатьяврата обрёл просветление — всё знание Вед открылось ему, поэтому в нынешнюю эпоху он родился Вайвасватой Ману, сыном бога Солнца. Шрила Вишванатха Чакраварти Тхакур заключает, что Сатьяврата жил в Чакшуша-манвантару. После этой манвантары началась эра Вайвасваты Ману. По милости Господа Вишну Сатьяврата получил наставления от Матсьи, когда Господь воплотился в облике рыбы во второй раз. Так он обрел совершенное духовное знание. Говорится, что эта история о великом царе Сатьяврате и о воплощении Верховной Личности Бога, Вишну, в образе рыбы является великим духовным повествованием. Любой, кто слушает его, избавляется от всех последствий своих грехов. А тот, кто рассказывает о Матсья-аватаре и царе Сатьяврате, исполнит все свои желания и непременно вернется домой, к Богу.

Закладка:

Так что закончилась вся эта история о потопе именно в этом месте, в котором мы с вами и находимся. Но и это не всё. Трижды это удивительное место посещали братья Пандавы. В первое из этих посещений Бхима женился на Хидимбе — сестре местного демона, которого он и убил. Хидимбу многие местные народы считают своей покровительницей и бабушкой. Так что аккуратно в местных лесах, может тут до сих пор живут родственники этих ракшасов. Время от времени они приносят ей козлов в жертву, и может даже не только козлов. Какое-то время местные правители даже пытались силой насадить здесь поклонение Вишну, чтобы остановить кровавые жертвоприношения. Во время второго визита великий Арджуна устроил битву с самим Шивой за волшебное оружие пашупата-астра, принадлежавшую Индре. А во время последнего визита, Пандавы проходили здесь свой последний путь с Драупади, и говорят, что где-то здесь оставил своё материальное тело Юдхиштхира. Есть поверье, что Пандавы жили здесь некоторое время, и тот рис, который здесь растёт, это особенный гималайский рис, который больше нигде не растёт, и он является тем самым рисом, который посадили здесь сами Пандавы.

Долина Кулу

Сегодня я продолжу рассказывать историю о Манали.

После присоединения долины Кулу к британским владениям английские плантаторы поначалу попытались разводить в ней чай. В 1860-х годах даже возникла большая «Чайная компания Кулу». Но затея с чаем не удалась, прежде всего из-за трудностей транспортировки. В горах транспортные расходы делают многий бизнес нерентабельным. Спустя десятилетие отставной английский капитан Ли заложил в долине первые фруктовые сады. Саженцы яблонь, груш, слив и вишен привезли из английского имения его отца в графстве Девон, климат которого якобы был вполне сходен с климатом долины Кулу. Спустя несколько лет его ирландский приятель, ещё один капитан Бэнон купил землю и разбил сады в районе нынешнего Манали. Впоследствии в долину были завезены американские сорта ярко-красных и ярко-золотых яблок с тем, чтобы удовлетворить страсть индийцев к ярким краскам.

Бэнон же додумался и до того, чтобы доставлять фрукты на равнину почтой. Первые 140 километров через перевал их несли в конусообразных корзинах (килта) «почтовые бегуны», менявшиеся каждые десять километров. В сезон работало до двухсотпятидесяти таких почтальонов-носильщиков, обычно переносивших до восемнадцати килограмм фруктов в пяти упаковках. Затем все это перегружалось на почтовую повозку и доставлялось на равнину. В ноябре 1966 г. долина Кулу вошла в состав штата Химачал-Прадеш, объединившего горные районы Пенджаба, а город Кулу стал центром всего округа.

Километрах в полутора вверх по склону расположено небольшое, но очень живописное озеро Бхригу, на берегу которого в незапамятные времена находилась обитель святого отшельника с тем же именем. В трех километрах к северу от Манали, над левобережным шоссе, на высоте 1982 метра расположена деревня Вашишт (Васиштха, Vashisht). Здесь святой отшельник Васиштха, обучавший юного принца-бога Раму разнообразным премудростям, совершал тапасью после того, как демон-ракшаса убил сто его сыновей. В качестве одной из процедур он связал себя веревками и бросился со скалы в реку. Волшебная река силой духа святого разорвала все веревки и с тех пор стала называться Випаша, что означает «освободительница от пут». Сегодня деревня более всего известна своими горячими серными источниками. Высоко на желтоватом обрыве над Вашиштой вам покажут нишу, из которой боги долины, обратившиеся в пчел, выковыряли каменную плиту Джагти-патх и перенесли в Наггарский замок на радость молодой княгине, которой было слишком грустно в уютных залах дворца и ей хотелось жить попроще. В том же районе находится и Арджун-гуфа около деревни Прини. В ней, как вы и понимаете, жил сам Арджуна.

Выше река Биас протекает по узкому ущелью, ширина которого может быть всего 10 метров, а глубина — 60. И в пещерах этого ущелья живут святые садху, которым по многу сотен лет, так как они питаются травой бессмертия, которая растет в этом секретном ущелье. Может быть, ради того, чтобы получить благословение на долгую жизнь, в Манали сейчас очень модно справлять свадьбы и проводить медовый месяц. Может кто-то хочет получить благословения от жителей местного народа науу, которые умудрялись заставить ракшасов работать на их полях…

Не так уж далеко отсюда находится деревня Баджаур, в которой по преданию находился ашрам известного отшельника Риши-Шринги, о котором надо поговорить отдельно. Историю о Ришаяшринги рассказал сам Васиштха, который так же проживал в этом районе Гималаев. Слово «шринга» обозначает «рога» или «тот, у кого есть рога». «Ришая» значит «олень», поэтому Ришаяшринга значит «человек с оленьими рогами».

Давным-давно Кашьяпа Муни, медитируя на солнечный свет, воспроизвел сына. То есть, он просто во время медитации неожиданно подумал о личности, и она тут же появилась. Так как Кашьяпа был Праджапати, прародитель, то личность эта, которая стала известна под именем Вибандака, была порождена умом медитировавшего. Человечество возродилось в этом месте и, как мы видим, способ возрождения человечества был не такой уж и простой. Праджапати могли просто медитировать, и из их медитации появлялись готовые дети… Не совсем понимая, каким образом и с какой целью он оказался здесь, Вибандака направился в самый глухой лес. Придя в лес, Вибандака стал совершать угра-тапасью — очень суровые аскезы. Безусловно, никакие богатства мира не интересовали его, и он совершал тапасью только для самореализации. Индра, царь богов, который часто беспокоится о том, чтобы кто-либо не попытался занять его место, держит специального секретаря, который внимательно следит за всеми, кто совершает сейчас аскезы и заносит их в специальный список. Когда Индра увидел в этом списке имя Вибандаки, он начал нервничать. Секретарь доложил, что его аскезы столь велики, что если он когда-нибудь рассердится, то огонь его гнева сожжёт всю эту вселенную дотла. А для того, чтобы получить что-либо, ему достаточно просто подумать об этом.

И Индра решил заняться этим опасным аскетом. Он быстро перебрал в уме всех апсар своей планеты и понял, что для такой серьезной миссии они не годятся. «Придется обратиться за помощью к Брахме», — подумал Индра и отправился на Сатья-локу — планету Брахмы. Все девушки Сатья-локи являются самореализованными душами. Они танцуют только для того, чтобы доставить удовольствие изображению Бога, которое держит для поклонения Брахма. А жадный и похотливый Индра для своей политической цели хотел заставить пасть этих девушек. С этим он и отправился к Брахме. Однако на планете Брахмы нельзя долго задерживаться жителям других планет, потому что время там течет иначе и, если бы Индра замешкался, то по возвращении домой обнаружил бы, что его время уже закончилось. Поэтому Индра, не вдаваясь в подробности, сказал:

— Дай мне самую лучшую танцовщицу! Быстро! Мне пора возвращаться!

— Зачем тебе? — поинтересовался Брахма.

— Давай быстрее, — нервничал Индра, — я тороплюсь, объясню в другой раз.

Брахма подумал и сказал:

— Ну, хорошо, если тебе так нужно, бери вот эту, — и указал на одну апсару по имени Урваши. Та, которая самая прекрасная во всех трёх мирах.

Урваши постоянно пребывала в медитации на Абсолютную Истину, и поэтому даже Индра по дороге домой задумался над тем, какой он все-таки жадный и похотливый, и какая эта женщина чистая и непорочная. Но чувство стыда, которое возникло у Индры, тут же сменилось беспокойством. «Надо побыстрее её отправить к Вибандаке, пока что-нибудь не случилось», — подумал Индра. Урваши поняла, чего хочет от неё Индра, и сказала:

Закладка:

— Я не думаю, что этот Вибандака совершает аскезы для того, чтобы занять твоё место, — ей, как жительнице Сатья-локи, было все известно о его желаниях.

— Сегодня не хочет, а завтра захочет, поэтому давай отправляйся! — сказал Индра.

— Ты зря посылаешь меня туда, его гнев может запросто испепелить меня!.. Ну, да ладно, Брахма сказал мне идти с тобой, и я сделаю это, хотя и не знаю, каким образом я могу заставить его пасть. У Вибандаки нет материальных желаний, он даже не взглянет на меня, а если и взглянет, то это может закончиться плачевно.

Эти аргументы чуть было не показались Индре убедительными. Но страх потерять место требовал гарантий, и он сказал:

— Не знаю, что ты будешь делать, но, по крайней мере, получи от него подтверждение, что у него нет желания стать Индрой. Тогда я буду чувствовать себя в безопасности.

Тогда Урваши сказала:

— Ладно, я сделаю это. Какое бы задание ни дали мне, я выполню его.

Для того чтобы человек пал, необходимо найти его ахиллесову пяту и использовать её в своих целях. Слабым местом Вибандаки были мантры и медитация, поэтому Урваши села на его пути и принялась читать мантры. Вибандака возвращался с Ганги в свой ашрам, полностью погруженный в себя, и вдруг он услышал красивое и чёткое произношение ведических мантр. Никогда во всех трёх мирах Вибандаке не доводилось слышать ничего более чистого и прекрасного. Он оглянулся и увидел Урваши. Не теряя времени, она пала к его стопам и взмолилась:

— Я хочу иметь от тебя сына, поэтому я произношу эти мантры. Мантры, которые произнесены, должны дать какой-то плод. Поэтому, прошу, даруй мне сына. Я хочу получить его только от тебя и ни от кого другого.

Вибандака еще раз посмотрел на Урвашу и сказал:

— Что это? Я как раз пытаюсь мирно размышлять о Боге. Зачем ко мне является эта напасть?

— Если ты не выполнишь эту просьбу, я буду совершать аскезы и покину своё тело, и так как в моей смерти будешь повинен ты, то Брахма-хатья перейдёт к тебе, — вот так она его шантажировала.

Тогда Вибандака ответил:

— Я Вибандака, которого сотворил Кашьяпа, и этот мир меня не интересует. Я даже не знаю, почему меня послали сюда, но я как раз пытаюсь уйти отсюда. Хочешь сына от бога Солнца, я прикажу ему, и он даст тебе его, Если ты хочешь сына от Брахмы, я уговорю его. Если ты хочешь сына от моего отца Кашьяпы, я могу попросить и его… Но, почему от меня?

Но Урваши продолжала молить его о благословении, и, в конце концов, Вибандака сказал:

— Ладно, вот семя из моего тела. Ты можешь взять его для того, чтобы получить сына.

Он оставил своё семя и ушёл.

Когда апсара поняла, что её миссия выполнена, и Индре нечего бояться, она встала с колен и собралась было восвояси. Но тут она вспомнила о том, что нужно сделать что-то с шуклой — продуктом тела Вибандаки. Она сжигала весь мир, и теперь Урваши отвечала за эту энергию. На самом деле она не хотела никакого сына, и вся эта история была лишь ловким трюком, но семя нужно было куда-то деть. Когда Урваши подняла взор, она увидела, что вдалеке движется прекрасный олень. При помощи своей энергии она поместила семя Вибандаки в тело оленя, и животное зачало малыша. Это было зачатие риши, и поэтому ребенок находился в утробе оленя не более одной ночи. На следующее утро олень воспроизвел на свет ребенка, у которого было тело человека с небольшими оленьими рожками. Это был Ришаяшринга.

Наутро Вибандаку потревожил чей-то плач. Он вышел из ашрама и увидел плачущую олениху. «Ну, почему со мной происходят такие вещи? Сначала какая-то апсара пристаёт со своими домогательствами, а теперь у моего жилища плачет олень». Вибандака спросил животное:

— В чем дело? Кто причиняет тебе беспокойство?

Вместо ответа олень тронулся в путь. Вибандака последовал за ним, и вскоре олень привёл Вибандаку к Ришаяшринге. Когда Вибандака увидел крохотного сияющего ребенка с оленьими рожками, он сразу понял, что перед ним его сын и подумал: «Теперь я знаю, зачем я был послан сюда. Кашьяпа не случайно произвёл меня на свет. Я должен был дать жизнь этому сыну, и одному только Богу известно, почему это произошло и с какой целью».

Вибандака принёс малыша к себе в ашрам и стал заботиться о нём. Он учил ребенка Ведам, Упанишадам и философии, и Ришаяшринга, подрастая, день ото дня становился все мудрее и мудрее. Шло время, и постепенно Ршаяшринга стал юношей, но даже когда он повзрослел, он всё равно во всём зависел от своего отца. Куда бы ни шёл Ришаяшринга, он ни на минуту не выпускал отцовскую руку из своей руки, и никогда ничего не делал без согласия Вибандаки. Он даже зубы не чистил без того, чтоб не спросить сначала разрешения.

Постепенно все меньше оставалось областей знания, которые были неподвластны Ришаяшринге, и только одна тема оставалась для него полностью закрытой. И темой этой была женщина. Случилось так, что в том лесу, где они жили, и ширина которого измерялась йоджанами, не было ни одной женщины. Там не было не только женщин, там не было даже тигриц, одни только тигры, поэтому Ршаяшринга рос, даже не подозревая о существовании женщин. Вибандака, котрый хотел воспитать истинного брахмачари, тоже не спешил волновать его ум ненужными для духовного развития сведениями. И именно таким образом Ршаяшринга вырос самым невинным человеком в мире.

Кому-то может показаться, что это было уж чересчур, но всё шло к тому, что в этом мире должен был появиться Господь Рамачандра. А приход Господа Рамачандры был отнюдь не таким уж легким. В «Вишну-пуране» описывается, что Он должен был явиться через сладкий рис, который принесёт ягья-пуруша. А для того, чтобы ягья-пуруша явился, жертвоприношение должен совершать человек, который до самой своей женитьбы не видел женщины.

У Дашаратхи был друг — царь Рамапада из Ангадеша, который, как и Дашаратха, мечтал о ребенке. Но, так как у него уже было несколько сыновей, и проблема продолжения династии для него не стояла, то он мечтал о дочери. Таков материальный мир. Тот, у кого есть дочери, мечтает о сыне, тот, у кого есть сыновья, хочет, чтобы у него родилась дочь. Тот, у кого нет детей, всё отдаст, чтоб они у него появились, а те же, у кого дети уже есть, только и думают о том, как от них избавиться, и отсылают детей от себя.

И вот однажды Рамапада пришел к Дашаратхе и сказал:

— Ты мой самый лучший друг, и кому, как не мне, лучше знать о том, как ты мечтаешь о сыне. День и ночь ты только и думаешь о том, кому ты передашь свое царство, и дочь твоя тебя почти не интересует. Ты думаешь: «Какой толк от дочери, если погибает династия». Я же, наоборот, только и мечтаю о дочери. Может, ты согласишься отдать Шанти мне? Я обещаю, что ей у меня будет хорошо, я буду заботиться о ней, как о родной.

Дашаратха, действительно, не видел особого толка в дочери и поэтому легко согласился на предложение Рамапады:

— Ладно, можешь взять её. Надеюсь, что ей будет у тебя хорошо.

В этот же вечер счастливый Рамапада торжественно повёз приёмную дочь в Ангадеш. На следующий день после того, как Рамапада привёз Шанти в свое царство, должен был начаться сезон дождей, но то ли из-за злого рока, преследовавшего девушку, то ли по другой какой причине, дождь не пошел. За весь сезон дождей на землю не упало ни капли. Началась засуха, за которой последовал голод. Люди ждали следующего сезона дождей в надежде, что он принесет избавление от голода, но и следующий сезон дождей не принес осадков. Люди стали говорить, что это Шанти принесла несчастье в Ангадеш, и что дождя нет по её вине. Как раз в тот момент, когда Васиштха рассказывал Дашаратхе эту историю, Рамапада сидел и думал, как ему относиться к этим слухам, и как спасать страну от голода. Наконец, он решил пойти к астрологу и спросил у него:

Закладка:

— Скажи, о мудрец, что говорят звезды, почему в моем царстве голод? Неужели, засуха возникла из-за того, что я привёз сюда Шанти? Все говорят, что причина в ней…

Выслушав Рамападу, астролог сказал, что ему нужно время, чтобы подумать. Вскоре, произведя некоторые вычисления, он сказал Рамападе, что девушка тут ни при чем, а причиной является сам Рамапада.

— Помнишь ли ты, — грозно спросил астролог, — как во время одной ягьи ты смошенничал и обманул брахмана? Так вот, этот обман и является причиной засухи!

Конечно, Рамапада помнил, как было дело. Тогда он пообещал брахману в качестве дакшины какое-то количество бриллиантов. Но когда он стал складывать их в мешок, то обнаружил один очень ценный бриллиант, с которым ему было жаль расставаться. Он подумал: «Зачем брахману такой бриллиант? Что он понимает в бриллиантах? Да и какая ему, в конце концов, разница — этот бриллиант, или какой-нибудь другой. Я же честно с ним рассчитаюсь». И Рамапада подменил этот бриллиант другим, который хоть и был побольше первого, но все ж имел меньшую ценность. Когда брахман прикоснулся к мешку с бриллиантами, он сказал:

— Ты обманул меня!

Рамапада подумал: «Странно! Никто не видел, как я подменил бриллиант. Откуда он об этом знает?»

Брахман разгневался и сказал:

— Ты мошенник! Ты думаешь, что можешь обмануть меня! Но я брахман, и мне известно всё, что произошло. Ты украл у меня бриллиант! Но ты пожалеешь об этом! Больше тебе не придется жульничать и обкрадывать брахманов. Сегодня же все брахманы покинут твою страну! Посмотрим, что ты будешь делать дальше! Итак, этот священнослужитель оповестил остальных брахманов о том, что произошло, и они дружно ушли из страны. Нет брахманов — нет ягьи. Нет ягьи — нет пищи. Это была Трета-юга, а в Трета-югу ничего нельзя получить без жертвоприношения. Рамапада должен был защитить свой народ от голода, поэтому он отправился в соседние государства и стал просить разных брахманов перебраться к нему на поселение. Некоторые из них соглашались прийти и совершить ягью, но из-за проклятья все равно не могли оставаться в Ангадеше долго.

Вот так Рамапада с горем пополам управлял страной. Брахманы сменяли один другого, но никто из них не оставался там навсегда. А теперь в стране наступил голод и астролог сказал, что необходимо любой ценой вернуть в страну священнослужителей. Другого пути для спасения царства не было.

— О горе мне! — воскликнул Рамапада, — эти брахманы сформировали союз. Они ни за что не вернутся. Горе мне! Моя страна погибла! Как мне вернуть брахманов?!

— Есть один способ, — сказал астролог, — брахманы сами явятся сюда, тебе даже не надо будет их приглашать, если ты приведешь сюда одного человека.

— Что это за человек? — заинтересовался Рамапада.

— Его зовут Ришаяшринга. Это риши, который никогда не видел женщины. Если быть совсем точным, то он даже не знает, что такое женщина. И этот человек должен прийти и жениться на твоей дочери. Если он будет оставаться в твоем царстве, то тогда брахманы со всего мира соберутся сюда, чтобы увидеть этого великого святого, и больше они уже никуда не уйдут. Да, задача, которая стояла перед Рамападой, была не из легких. Заполучить самого Ришаяшрингу, который никогда не слышал о женщине, да еще и женить его на своей дочери. Рамапада собрал министров на совещание и изложил им суть дела. Когда министры поняли, что речь идёт о Ришаяшринге, они пришли в ужас:

— Ришаяшринга святой! Его отец Вибандака! Если Вибандака рассердится, он может запросто сжечь эту вселенную, и тогда нам не понадобятся ни ягья, ни брахманы, ни дождь, ни урожай!

Так что же делать? — спросил Рамапада. — Если мы не получим Ришаяшрингу, то погибнет моя страна. Это, конечно, не вселенная, но для меня ее судьба важна не менее.

— Ришаяшрингу голыми руками не возьмешь, — сказал один министр после долгого раздумья. — Здесь нужна какая-то хитрость. Боюсь, что в этом деле без женщины не обойтись. Придется тебе обратиться за помощью к проституткам.

Когда проституткам объявили, что они приглашаются в царский дворец для специальной встречи, те решили, что встреча эта связана с танцами, музыкой и всем остальным, для чего обычно их и приглашают. Когда же женщины услышали имя Ришаяшринги и поняли, что от них требуется, они в ужасе бросились бежать, потому что никому не хотелось иметь дела с его отцом. Через мгновение в зале осталась лишь одна женщина. Рамапада, который не ожидал такой реакции и вмиг потерял всякую надежду, в отчаянии спросил:

— А ты? Чего ты стоишь? Почему не бежишь вслед за своими подругами? Разве ты не слышала имена Ришаяшринги и Вибандаки? Или ты глухая и всё еще не понимаешь, в чем дело?

Она подошла к царю и сказала:

— Нет, я не глухая. Я прекрасно понимаю, о чём речь, но ради моей страны я готова пожертвовать собой. Я попробую привести Ришаяшрингу. Если у меня ничего не получится, то царство ничего не потеряет: на одну проститутку станет меньше. Мне всё равно.

Рамапада спросил:

— Чего ты хочешь взамен?

— Не нужно мне ничего. Пускай моя страна будет счастлива.

— Ну, тогда, может быть тебе нужна какая-нибудь помощь? — спросил Рамапада.

— Куда бы я ни пошла, и что бы мне ни понадобилось, твоя казна должна быть всегда открытой для меня. И если я захочу что-либо, в любом отделении управления никто не должен мне мешать, потому что я жертвую своей жизнью. Рамапада согласился, и ей выдали особую «зеленую карту», по которой она получала всё, что ей было нужно.

За короткое время она построила лодку длиной в четыре мили и шириной в две. Когда эта лодка плыла по реке, все думали, что это явились гандхарвы, потому что лодка эта была похожа на движущийся остров. Она была полностью покрыта деревьями и кустами. У подножия небольших гор, с которых с шумом стекали водопады, лежали прозрачные озера, на берегах которых паслись олени. Повсюду благоухали цветы и пели птицы, а в уютных рощах были протоптаны тропинки, которые вели к ашраму, находившемуся на носу лодки. Это был особый ашрам. В нем не было ни одного мужчины. Вся лодка была заполнена женщинами. Там не было даже тигров, только тигрицы. У всех женщин в волосы были вплетены рудракши, туласималы и жасминовые цветы. Все они молились, занимались медитацией и читали мантры.

В тот момент, когда плавучий остров поравнялся с ашрамом Вибандаки, последний как раз ушел, чтобы помочь мудрецу, застрявшему во рту слона. Этот мудрец кричал уже долгое время, взывая о помощи, но никто, кроме Вибандаки, не мог слышать его крика.

Перед уходом Вибандака сказал Ришаяшринге:

— Ты должен совершать ягью трижды в день. Ашрам слишком велик для тебя, и ты не сможешь его убирать, но не стоит об этом беспокоиться. Просто совершай ягью, пока я не вернусь.

Вибандака отправился в путь, а полубоги стали следить за тем, чтобы он не смог вскоре вернуться. Они устроили все так, что у Вибандаки появлялось одно дело за другим, и его сын все это время оставался один. Когда Ришаяшринга пошел к реке, чтобы набрать воды для проведения ягьи, он увидел приближающийся плавучий ашрам. Хотя Ришаяшринга изучил множество шастр, он никогда раньше не слыхал ни о чем подобном. Ришаяшринга любовался невиданным чудом и вдруг увидел на этом острове прекрасные фигуры риши, которых он никогда раньше не видел. «Это какой-то необычный тип риши, — подумал он, — я никогда раньше не слыхал ни о чем подобном».

Ришаяшринга изучил множество шастр и был великим мудрецом, но где бы ни встречалось ему описание женщин, Вибандака никогда не давал объяснений по этому поводу. Как правило, он просто пропускал те части из книг, в которых об этом говорилось. Таким образом, Вибандака поддерживал в Ришаяшринге дух брахмачари. «Как бы там ни было, — думал Ришаяшринга, — хоть я и не видел никогда таких риши, если они очутились в этих краях, они должны посетить ашрам моего отца».

Закладка:

Те, кто был в лодке, именно это и собирались сделать. Убедившись в том, что Вибандаки нет поблизости, трое из этих святых вышли из лодки и, воздев руки горе, стали звать:

— Ришаяшринга! Ришаяшринга!

Обычно, когда приходили риши, они звали его отца, и Ришаяшринга был слегка удивлён, тем, что риши пришли к нему, но у него не было времени на раздумья, потому что, когда гости приблизились, он почувствовал, что от них исходит неизвестная ему энергия, которая заставляет дрожать всё его тело. Он был поражен этим невиданным чудом и стал спрашивать у пришельцев:

— Откуда вы явились? С какой планеты? Какие мантры вы читаете? Как так получается, что, когда вы прикасаетесь ко мне, волосы на моем теле встают дыбом?

Они улыбнулись и сказали:

— Мы риши из другой местности. В восьми йоджанах отсюда находится остров, на который не может попасть ни один простой человек. Мы рождаемся совершенными, и потому только великие мудрецы могут попасть к нам на остров. Мы знаем, что ты очень ученый, поэтому мы просим, чтобы ты пришел туда и несколько дней погостил там.

Ришаяшринга сказал:

— Я был бы очень счастлив сделать это, но моего отца нет здесь. А без него я не могу решиться на это. Я даже зубы чистить не стану, если мой отец не скажет мне об этом. Поэтому как же я уйду отсюда? К тому же, он сказал мне трижды в день проводить ягью, кто займётся этим, если я уйду?

В ответ на это одна гостья сказала:

— Твой отец будет очень рад, если ты побываешь на нашем острове, а что касается ягьи, то не беспокойся об этом. Я останусь здесь и буду делать все, что нужно.

И она уселась у костра.

Ришаяшринга начал просить Бога, чтобы эта задумка исполнилась: «Эти люди святые, так почему бы им не проводить ягью? И на вид они необычные, я бы даже сказал, — очень привлекательные…» Ришаяшринга не мог понять, что за энергия, исходит из их тел и привлекает его. Откуда ему было знать, что это вожделение, отец никогда не объяснял ему ничего подобного. Поэтому, стараясь не раздумывать, чтоб не отговорить себя, он согласился отправиться в путь c этими «великими риши». Одна из женщин осталась там совершать ягью, а остальные по лестнице из цветов подняли Ришаяшрингу на плавучий остров.

Лодка двинулась в путь и «святые люди», находившиеся в этом ашраме, постепенно втянули Ришаяшрингу в слушание музыки, танцы и прочие развлечения так, что Ршаяшринга даже не заметил, как они прибыли в Ангадешу.

В Ангадеше их уже ждали. На берегу Ришаяшрингу — воплощение брахмачари — встречали царь со своей свитой и брахманы, которые не переставали воспевать мантры. Была пурна-кумбха и были мантры и брахманы. Как только Ришаяшринга сошел на берег, пошел дождь, и это вызвало взрыв ликования в народе. Они поклонялись Ришаяшринге, как великому святому, все люди были счастливы, они сыпали акшаду и касались ног Ришаяшринги. Ришаяшринга, который никогда раньше нигде не бывал, пришел в восторг. Он был очень рад, что не отказался проделать это путешествие. Правда, его несколько удивило, что в этой стране так много «святых людей». Через некоторое время он начал понимать, что тут что-то не так. Тогда Ришаяшринга спросил царя:

— Почему вы привезли меня сюда?

Рамапада упал ему в ноги и взмолился:

— Пожалуйста, не покидай нашу страну! Осчастливь мой народ, стань моим зятем!

Ришаяшринга не знал, что значит слово «зять» и чего хочет от него Рамапада, поэтому им пришлось организовать для него специальные занятия и объяснить, как стать зятем. В конце концов, когда Ршаяшринга всё понял, он благословил царя, женившись на Шанти, дочери Дашаратхи.

Тем временем Вибандака, закончив все дела, которые организовывали ему полубоги, возвратился в свой ашрам и увидел женщину, которая предлагала в огонь гхи. Он схватил её за волосы и сказал:

— Кто ты такая? Как ты здесь оказалась? Что ты делаешь с моим огнем?

— Я не являюсь этим телом, — смиренно ответила женщина, — я вечная душа.

Вибандака немного умерил свой гнев и сказал:

— Это очень хорошо, что ты не являешься этим телом, но этот огонь горит уже шесть тысяч лет! А ты пришла и осквернила его! Ты не должна этого делать!

И тогда эта женщина сказала:

— Я здесь потому, что мне поручил делать это Ришаяшринга!

— Что? Ришаяшринга? — Вибандака опять начинал сердиться, — ты что, общалась с ним? А ну, говори немедленно, где Ришаяшринга? Что ты сделала с ним? О, Господь! Почему так происходит? В этом мире был единственный чистый человек, а эта женщина испортила его! Говори немедленно, где он!

— Что мы могли поделать, — сказала женщина, — в нашей стране нужен был дождь, это было служение на благо нации. Мы просто служим своему народу. За это после смерти мы отправимся на райскую планету.

— Ах, на райскую планету?! — с угрозой сказал Вибандака, — ну, ничего же! Вы у меня узнаете, как совращать брахмачари! Я прокляну этого царя, этого Раджу Ангадеша! У него сейчас идет дождь, но я прослежу за тем, чтобы у него его больше никогда не было.

Женщина упала к ногам Вибандаки и сказала:

— О Вибандака! Прошу тебя, не произноси проклятий с этого места! Пусть Рамапада хотя бы знает, что ты проклинаешь его!

Ладно, — сказал Вибандака, сдерживая гнев. — Будь по-твоему.

Поэтому Вибандака внял мольбам женщины и не стал проклинать Рамападу издалека, но зато он, полный решимости, направился в Ангадеш, обдумывая по дороге различные наказания, которым он подвергнет этого нечестивца.

Он был так сердит, что Вселенная находилась в большой опасности, но Рамапада, который предусмотрел это, договорился, чтобы множество брахманов в это время читали мантры, прославляющие Вибандаку и держали изображение Кашьяпы Муни, чтобы хоть как-то смягчить его. Когда он пришел во дворец, все пали перед ним ниц.

— Где царь? — гневно произнес Вибандака. — Подать его сюда!

Рамапада приполз на коленях и взмолился:

— О величайший из риши! Я знаю, каково твое могущество! Я знаю, что ты можешь запросто сжечь эту Вселенную дотла! Я знаю, что ты недоволен мной и моими слугами, но, пожалуйста, не проклинай меня! Мне и так уже достаточно проклятий! Я ведь не хотел ничего плохого. Все, что я совершил, так это просто сделал твоего сына царем этой страны.

Вибандака ничего не хотел слушать и уже было открыл рот, чтобы произнести проклятие, как вдруг его осенило: «Стоп! — сказал он себе. — Мой сын стал царем этой страны. Теперь он, как царь, должен защищать граждан своей державы. Если я прокляну Рамападу, то виноват будет Ришаяшринга, который не смог защитить жителей своей страны».

Смягчившись, Вибандака позвал своего сына:

— Ладно, пусть будет так, как вышло. Плохо, конечно, что так получилось, но теперь уже ничего не изменишь. Но помни, как только у тебя родится один сын, ты должен вернуться в мой ашрам. Тебе понятно?

Ришаяшринга, который понимал, что сделал что-то не то, раз отец недоволен, пообещал, что не задержится на царстве ни на секунду после того, как у него родится сын.

Но в это время ситуация стала еще сложнее, так как за Ришаяшринги пришел сам Дашаратха со всей своей армией, который прослышал, что тот мудрец, которого он ищет, как раз находится в соседнем царстве. Рамапада решил, что несчастья не оставляют его, и стоило ему избавиться от засухи и избежать проклятия Вибандаки, как к нему без какой бы то ни было причины является со всей своей армией его сосед, которого он считал своим другом. Рамапада вышел навстречу Дашаратхе с белым флагом:

— Я рад приветствовать тебя, о Дашаратха! Нет никакого сомнения в том, что твоя армия может находиться на территории моей страны, но она столько велика, что может расположиться в пределах моего государства только стоя. Я и так сдаюсь на твою милость, зачем же тебе понадобились все твои семь акшаухини-шаньи?

Закладка:

Дашаратха сказал:

— Да нет, ты не понял, я прибыл сюда затем, чтобы просить Ришаяшрингу провести для меня ягью. Без него путра-камешти ягья невозможна, а без этой ягьи у меня не будет сына.

Рамапада сказал:

— Я не знаю, согласится ли он. Дело в том, что у Ришаяшринги вскоре должен родиться сын, а Вибандака сказал ему, что сразу после рождения сына, тот должен вернуться в отцовский ашрам. Шутить с Вибандакой у меня больше нет желания.

Дашаратха сказал:

— Я упаду к его ногам! Он защитил твое царство, почему же ты думаешь, что он не захочет спасти и мою страну? Неужели он откажет мне в милости?

Итак, Дашаратха отправился туда, совершил свои пранамы, заплакал и сказал Ришаяшринге:

— Я стар, и скоро придет мой черед оставлять тело. У меня нет сына и мне некому передать свое царство. Давным-давно Санат Кумар предсказал, что у меня родится сын, только если я совершу путра-камешти. Без тебя невозможно провести эту ягью. Пожалуйста, не лишай меня последней надежды. Проведи жертвоприношение. Если ты не явишься, мне ничего не останется, как прыгнуть в огонь ашвамедха-ягьи вместо коня.

Ришаяшринга подсчитал, что до родов его жены оставалось еще 28 дней, и сказал:

— Ладно, через 24 дня я приду к тебе и проведу путра-камешти.

Итак, Ришаяшринга пришел к Дашаратхе, и рядом с ашвамедха-ягьей он развел другой огонь, взяв его от этой ягьи, и быстро начал совершать путра-камешти. И когда он заканчивал пурнахути, явился ягья-пуруша — гиганская темная черная личность, высотой в три мили. В руке у нее был огромный большой котел. В нем эта личность поместила Нараяну. Существо это сказало Дашаратхе:

— Я принёс блюдо, которое приготовил сам Господь Брахма. Пожалуйста, дай своим царицам этого сладкого риса.

Дашаратха смотрел на размер этого котла и думал: «Если я дам столько риса моим царицам, то их больше не будет в живых». Это был очень большой горшок. Дашаратха спросил Васиштху:

— Как смогут царицы съесть так много сладкого риса?

И тогда Васиштха сказал:

— Спроси Ришаяшрингу, он скажет тебе.

А Ришаяшринга спросил Ягья-пурушу:

— Почему ты даешь такой большой котел этим людям, которые даже не могут удержать его в руках?

Ягья-пуруша сказал:

— Личность, которая приходит сейчас сюда, настолько могущественна, что нельзя уменьшить ее до размеров, меньших, чем этот котел.

Тогда Ришаяшринга закрыл глаза и сказал:

— Меньше меньшего и больше большего, находящийся в этом котле. Дай этот котел мне.

Когда Ришаяшринга взял котел, посуда уменьшилась до нормальных размеров. Господь по просьбе Ришаяшринги уменьшил в размерах свою айшварью: котел стал маленьким. Ришаяшринга отдал посудину Дашаратхе и сказал:

— Ну вот и всё! Я должен возвращаться, а ты позаботься о раздаче.

Итак, Дашаратха взял сладкий рис. Половину его он отдал Каушалье, а другую половину отдал Кайкеи. Однако каждая из них отдала Сумитре половину своей порции. После того, как Кайкейя съела свой рис, он еще остался, так что остаток тоже дали Суматре. Вот таким образом Господь пришел в утробу Каушальи в качестве Господа Рамачандры. В утробу Кайкейи он явился как Бхарата, как Лакшман и Шатругхна в утробу Сумитры. Васудева явился в качестве Рамачандры, Санкаршана — в качестве Лакшмана. Диск Сударшана пришел в виде Бхараты, а раковина Панчаджанья — в виде Сатругхны.

Долина Кулу (продолжение)

В долине Кулу есть народности, которые по внешнему виду отличаются от обычных жителей долины: резкие черты лица, узкие глаза, бронзовая кожа. Язык их также существенно отличается от говоров долины Кулу и, как утверждают, представляет собой особую смесь санскрита. Рассказывают, что когда-то одной деревней, Маланой, которая находилась на высоте 2500 м и почти полгода была отрезана снегами от долины, правил злобный демон. Демона, в конце концов, победили, однако он успел произнести своё заклинание о том, что маланцы по-прежнему будут говорить на ракшасе, или языке демонов, непонятном окружающим. Ракшасы до сих пор могут жить по своим понятиям. Например, говорят, что они решают свои споры с помощью двух овец, которых покупают истец и ответчик. Обоих животных травят одинаковым ядом, и чья овца умрёт первой — тот и виноват. Виновный же должен устроить пир для всей деревни. Поскольку на пиру зачастую съедается всё та же отравленная овца, это ведёт к массовым отравлениям.

Местные жители поклоняются камням, которые принадлежали самому Парашураме. Если чужой человек ненароком коснётся такого камня, с него берут «штраф» никак не менее 200 рупий. Говорят, что жители Маланы никогда не моются. Но особенно необычны их матримониальные нравы. Каждый ладо-молодец может жениться на лади-девушке без всяких обрядов, сделав пожертвование в храм 20 рупий. И жениться он может столько раз, сколько у него есть денег, чтобы заплатить храму. Точно так же любая женщина может многократно менять мужа, если только найдёт нового кандидата с указанными деньгами. Вот такие потомки ракшасов живут в секретных местах Гималаев.

Горячие источники Маникарана

В этом же районе Гималаев есть знаменитая долина Парвати, в которой находятся горячие источники в местечке Маникарана. Рассказывают, что перед купанием в реке Парвати сняла серьги (маникаран) и оставила их на берегу. Выйдя из воды, она обнаружила, что их украли. Разгневанный супруг Шива снарядил на поиски целую когорту младших богов-деватов, которые достигли подземного царства Патала. Когда правитель его змей Шеша был подвергнут обыкновенному допросу, он пришёл в такое негодование, что припрятанные им божественные серёжки выстрелили из его ноздрей и, пробив землю, оказались в руках у хозяйки. С тех пор сквозь отверстия, проделанные серьгами, непрерывно подаётся кипяток из подземного царства. На этом кипятке местные жители до сих пор варят себе пищу и кормят паломников. Утверждают, что серные воды Маникарана, содержащие к тому же радиоактивные изотопы, очень помогают от ревматизма, но отсутствие под рукой ревматиков не позволило провести эксперимент.

Говорят, что жрецам Маникарана принадлежит ценнейшая средневековая рукопись «Кулантхапитха-махатмья», считающаяся частью весьма почитаемой «Брахмананды-пураны». Название рукописи, как уже отмечалось, означает «конец обитаемого мира», а посвящена она географии долины Кулу, или Кулантхапитхи, и похождениям ведических Богов в этих краях. Попытки отыскать эту рукопись или какие-либо известия о ней спустя полвека успеха не принесли. Видимо, эта рукопись представляет какую-то опасность для современного человека, не желающего следовать никаким традициям и правилам чистоты. Рядом с этой деревней находятся серебряные месторождения. С этими месторождениями связана история о том, как вздорный правитель рудника, князь Аджит Синг, однажды разгневался на руководителей рудника Хукму и Гехру и приказал отрубить им головы. Но их жёны имели, однако, поручение сразу сжечь все казённые бумаги, если с мужьями случится что-то недоброе. Так был утерян секрет извлечения серебра из местной руды. В 1870-х годах англичане попытались возобновить добычу, но это оказалось слишком накладно, особенно с учётом стоимости транспортировки. Так что в Гималаях много драгоценностей, но Гималаи их так просто никому не отдают.

Храм Рагхунатха

Рядом с рекой Беас, между Бхунтаром и Кулу, высоко на левом берегу Беаса, возвышается храм Биджли-махадев, или храм молнии (2438 м). Над этим храмом установлен 18-метровый металлический шпиль, в грозу собирающий все молнии в округе. Когда молния ударяет в храм, она разносит на куски расположенный у основания шпиля лингам Шивы. Пурохит-жрец собирает эти куски лингама и покрывает их маслом. Затем, через некоторое время, этот лингам восстанавливается и ждёт следующего удара молнии. Вот такие чудеса происходят в гималайских горных храмах. Вообще, главным божеством долины Кулу считают Рагхунатху — это одно из имён самого Рамачандры. С поклонением Рагунатхе связано множество мистических историй. Однажды один из местных царей решил отобрать у местного брахмана, которого звали Дурга Датту, три фунта жемчужин, которые хранились для поклонения божеству в храме. Этот брахман жил в деревне Типри в долине Парвати. И когда царь подъехал к дому этого брахмана, он заперся в своём доме и поджёг себя и всю свою семью. Он сдирал с себя куски кожи и, бросая в огонь, кричал: «Вот тебе божественный жемчуг, получай!» И поскольку, как мы знаем, нет тяжелее вины, чем загубить жизнь брахмана, с князем начались страшные неприятности: еда его превращалась в клубок червей, а питьё — в кровь.

Закладка:

Другой брахман, Кишан Дасс Пайхари, живший в Наггаре, подсказал единственный выход из такой ситуации, когда все хотят завладеть богатствами долины, — отдать все княжество Богу Раме. Его ученик Дамодар из Сукета в 1651 г. привез в долину божество Рамы, причём украденное в одном из храмов в далёкой Айодхье на родине этого божества. Князь Джагат Сингх провозгласил Раму правителем Кулу, водрузив его божество на собственный трон. Княжеская же династия продолжала рассматривать себя лишь в качестве наместников, управляющих долиной по поручению Бога Рамы. Также это был политический план постепенно избавить долину Кулу от поклонения ракшасам и другим демонам.

В храме Рагхунатхи проводят знаменитый праздник Дашеры, т.е. десяти ночей, посвящённый победе Рамы над демоном Раваной. Местные жители называют этот праздник «дашет-хера», т.е. «убили демона». Говорится, что в дни праздника Дашеры 350 полубогов приходят в долину Кулу, чтобы поклониться Раме-Рагхунатху. Лишь святой отшельник Васиштха, обучавший Раму в дни его отрочества, может этого не делать. Пуджари всех местных храмов берут свои божества, которым они поклоняются, и несут их в главный храм для поклонения Раме. И первым на поклон Раме приносят божество Хидимы из Манали. А на следующий день приносят и всех остальных полубогов во главе с Дургой. В дни праздника Рагхунатху катает на колеснице сам князь долины. Местные жители поклоняются Рагунатхе песнями и танцами. Местные танцы разделяются на 14 видов и могут продолжаться часами. Днём устраиваются соревнования борцов, а по ночам — шествия с факелами. В конце праздника астрологи произносят прогноз на следующий год, а брахманы жгут траву в честь покорения Ланки!

Чтобы понять, как жили в те времена, стоит рассказать ещё одну историю — о Неоли-рани, старшей жене одного из князей, оказавшейся бездетной. Убедившись в этом, раджа взял молодую жену из раджпутского клана Чауханов. Когда та забеременела, старшая княгиня предсказала, что родится девочка, которая умрёт. Так и случилось. В следующий раз Неоли-рани напророчила рождение мальчика, которому тоже суждено умереть. И это пророчество исполнилось. После этого молодой княгине было нетрудно убедить мужа в том, что его первая жена — натуральная ведьма, от которой необходимо срочно избавиться.

Вместе со слугой и служанкой Неоли-рани отвезли в долину Рамгхар недалеко от Манди, куда по ночам приходил великан-людоед. Как только он появился, находчивая княгиня надрезала палец и окропила руку людоеда собственной кровью, побратавшись с ним таким образом. «Теперь я не могу тебя съесть, так как мы — брат и сестра», — сказал великан и отбыл восвояси. Обнаружив наутро живую и невредимую жену, князь приказал закопать её живьём. Но и это не смутило рани. Она ответила: «Если ты закопаешь меня на 12 лет, я всё равно останусь жива». Поколебавшись, князь исполнил, однако, свою угрозу.

Прошло несколько лет, и к правителю Кулу явился сам Шива — Джахани-махадев. Он подтвердил, что если откопать покойницу через 12 лет, то она действительно выйдет из могилы живой. Тогда люди станут молиться Неоли-рани как богине и никто не будет поклоняться самому Шиве. Чтобы устранить эту проблему, Шива предложил копать через десять, а не двенадцать лет. Так и поступили. Неоли-рани была мертва, но продолжала являться мужу во сне. Как только он подносил ко рту еду, она кишела муравьями; как только принимался пить — вода обращалась в кровь. Перепуганный князь возвёл убиенную супругу в ранг богини и выстроил храм в её честь. После этого она в последний раз явилась ему во сне и объяснила, что если князь ежеутренне будет являться в её храм и причащаться освящённой водой, то кошмары с питанием прекратятся. Алтарная статуя Неоли-рани дополняется статуями её слуги и служанки, установленными по обеим сторонам от входа в храм. Думаю, что мы не пойдём на поклон к этой «богине»…

Один из местных царей, Сидх Пал, стал царём тоже необычным образом. Однажды он шёл по местной лесной дороге на какой-то религиозный праздник. Сидх Пал неожиданно повстречал старушку, тащившую на спине огромную корзину-килту, и вызвался ей помочь. Как потом выяснилась, это и была ракшаси Хадимба. По пути она предложила юноше поставить корзину и взобраться к ней на плечи. Как только несколько ошалевший от такой просьбы князь выполнил пожелание старушки, она мгновенно выросла на несколько сот метров и сказала: «Ты будешь править всей землёй, которую сможешь увидеть отсюда». Здесь же правители долины приобрели династическое имя Сингх, или Лев, сменившее прежнее менее внушительное имя Пал. Как-то Сидх Пал помогал своей домохозяйке (жене то ли гончара, то ли брахмана) доить корову. В этот момент, откуда ни возьмись, явился лев, которого молодой человек немедленно прикончил, за что сам был назван Львом.

В действительности «король горных курортов», городок Манали появился сравнительно недавно. Еще в 20-х годах на его месте была лишь деревня Дана, что означает «корм». Здесь караваны мулов могли в последний раз запастись кормом перед подъёмом на Рохтангский перевал. Новое же название курорт позаимствовал у другой деревни, расположенной в двух километрах северо-западнее, на берегу реки Маналсу. Чтобы не путаться, деревню переименовали в Маналигарх, или крепость Манали. Остатки крепостных сооружений действительно находятся на склоне горы. Изначально же название Манали производят от Ману-алайя, или «жилище отшельника Ману», который, как уже говорилось, поселился именно здесь после окончания всемирного потопа.

Храм Хидимбы

На северо-западной окраине Манали, в пригороде Дхунгри, в кедровом лесу стоит храм богини Хидимбы, построенный в 1553 г. князем Бахадуром Сингхом. Князю настолько понравился храм, что он приказал отрубить строителю правую руку, дабы тот не смог построить ещё одно такое чудо. Это не помешало зодчему натренировать левую руку и построить, как утверждают, ещё лучший храм Трилокинатх в Чамбе. Тогда народ, не желавший повторения чуда, отрубил ему голову.

В лесу Дхунгри один из пяти братьев Пандавов, героев эпоса «Махабхарата», силач Бхима убил жестокого демона по имени Хадимб и женился на его сестре Хидимбе. Пандавы провели в Манали около года. За это время Хидимба подарила Бхиму сына Гхатоткача. Он мужественно сражался и погиб на великом поле брани в Курукшетре. С той же богиней связана судьба еще одного героя «Махабхараты». В результате проклятия, произнесённого отшельником-риши Мандавьей, полубог Дхарма обратился в простого смертного Видуру, сыгравшего немалую роль в битве при Курукшетре. Видура женился на дочери Хидимбы, которая родила ему двух сыновей — Бхота и Маккара. Царство первого из них простиралось на северо-восток, и из него образовались Бхот (Тибет) и Бхутан (Бутан). Второй правил на северо-западе; от его имени производится и ещё одно старинное название долины Кулу — Макарса.

Раз в год, во время праздника Дуссейра, статуя Хидимбы отправляется на паланкине за 40 километров в Кулу, чтобы поклониться Богу Раме. Паланкин и праздничная маска Хидимбы хранятся в другом храме, в Маналигархе. Богиня, как указано на официальной памятной доске, помогает от стихийных бедствий и нищеты. Считается она также и покровительницей дождя. Поэтому в засуху деревенских божков приносят в храм и запирают в нём на ночь, чтобы они успели уговорить Хидимбу даровать дождь. Выполняет Хидимба и полицейско-судебные функции в отношении остальных богов. Когда деревенский девата проштрафится, его представляют на суд Хидимбы. Богиня может либо оправдать коллегу, либо приговорить его к заключению в её храме и голоданию. В последнем случае полубог лишается ежедневного горшка риса, выставляемого перед его статуей поутру.

АРДЖУНА ГУПХА (ДЕОТИББА)

Хотя это место паломничества и недоступно для нас в эту поездку (к сожалению, там случился обвал и дорога перекрыта), но мы всё равно поговорим об этой истории, так как находимся совсем рядом от центра этих событий. Считается, что в этом месте Арджуна последовал совету Вьясадевы и совершил аскезу в пещерах, называемых Джана Гупха, чтобы обрести могущественное оружие пашупат-астру, которое может быть даровано только Шивой. Здесь же он сразился с Господом Шивой, принявшим облик Кирата. Удовлетворённый могуществом Арджуны, Шива даровал ему свою милость и вручил пашупат-астру. Не расстраивайтесь, если вам скажут, что есть ещё несколько мест, которым приписывается это же самое событие. Таково мистическое могущество Гималаев: одно и то же событие происходило одновременно в разных местах.

Закладка:

Арджуна вместе со своими братьями Пандавами в течение 12 лет провели в лесу в изгнании в результате политических интриг их брата. И Арджуна хорошо понимал, что после этих 12 лет и ещё одного года, когда они должны были быть неузнанными, обязательно начнётся война, поэтому он не терял времени даром и стал договариваться с разными дружелюбно настроенными царями о военном содружестве, чтобы потом они все выступили на стороне Пандавов. И Вьясадева тоже хотел помочь Пандавам; место его медитации во время событий на Курукшетре, к сожалению, сейчас завалено снегом. Вьясадева дал Пандавам хороший совет: он предложил отправить Арджуну совершать аскезу, чтобы тот получил от полубогов все виды оружия. И Арджуна отправился прямо сюда и начал совершать аксезу в месте, где сейчас мировой курорт.

Сначала, в течение первого месяца, он ел только одни сухие листья и раз в три дня немножко фруктов. Потом он ел фрукты только раз в шесть дней, так он сократил свою диету еще больше, потом он ел фрукты раз в две недели, затем раз в месяц. В конце концов он стал питаться просто одним воздухом, тем самым сжигая весь воздух вселенной. Он стоял на одной ноге, подняв руки вверх, как это делают великие йоги. Аскеза на санскрите звучит как тапасья. Тапасья переводится как «жар». Так что, в результате настоящей аскезы, у человека появляется огромная энергия, которая начинает распространяться по всей вселенной, особенно сильно она начинает жечь на тонком плане полубогов. И полубоги как следует взволновались, они почувствовали этот ужасный жар тапасьи Арджуны, который медитировал в Гималаях.

Полубоги пришли к Шиве и спросили у него, не знает ли он, зачем всё это затеял Арджуна, что ему вообще от всех нас надо? Это слишком сильная аскеза, так можно и весь мир сжечь дотла. И Шива пообещал полубогам разобраться с этой ситуацией, тем более, что такой благородный человек как Арджуна вряд ли затеял какое-то нехорошее дело, скорее всего у него какой-то великий план в уме. И Шива появился перед медитирующим Арджуной в форме горного охотника, который спустился с гор вместе со своей женой Умой, которая тоже переоделась в жену охотника. В эту секунду местный ракшас превратился в вепря и попытался напасть на Арджуну. Вепрь бегал вокруг Арджуны и пытался его боднуть. Арджуна вышел из медитации и сказал, что «раз ты сам на меня первый напал, то тебе же хуже — я теперь вынужден тебя убить».

Но тут в ситуацию вмешался горный охотник, он сказал Арджуне, что в действительности это он его выследил, а не Арджуна, и потому он и должен его убить. Но Арджуна уже был решительно настроен, выхватил стрелу и выпустил в вепря из своего знаменитого лука Гандива; в этот же момент Шива в виде охотника выстрелил из своего лука в этого же вепря, и стрелы попали в вепря одновременно, моментально убив его, так что вепрь опять превратился в ужасного ракшаса. Арджуна сказал: «Видишь, это мой вепрь, так как я его убил». Но кират сказал: «Нет, это мой вепрь, это я его убил». Арджуна и Шива стали препираться, крича друг на друга: «Ты кто такой?» — «А ты сам кто такой?» Наконец они поняли, что спорить бесполезно и решили померяться силой. Тут завязался нешуточный бой.

Шива стоял абсолютно спокойно перед Арджуной и отражал все его удары. Арджуна выпустил все виды своих стрел, но ни одна из них не причинила вреда кирату. Это озадачило Арджуну, и он стал подумывать, а уж не Шива ли перед ним. Ведь Арджуна совершал аскезу именно во имя Шивы, чтобы Шива пришёл и лично дал ему свою милость в виде оружия. И Арджуна подумал: раз Шива хочет сражаться, значит, надо биться с ним до конца. И тогда Арджуна выпустил в Шиву все свои стрелы, и они у него закончились, а у Арджуны стрелы вообще никогда не кончались. Тогда Арджуна стал бросать в Шиву всё, что ему попадалось под руку; он бросил в Шиву свой лук, но Шива увернулся, бросил в него все огромные камни, которые лежали рядом, но Шиве — хоть бы что, тогда Арджуна стал вырывать огромные деревья, которые росли в округе, но и это не произвело на Шиву никакого впечатления.

Тогда они просто начали колотить друг друга и бились довольно долго, пока Арджуна не понял, что и в рукопашном бою у него ничего не получается. Они схватились как борцы и катались по земле до тех пор, пока Арджуна не понял, что проигрывает, и в этот момент Арджуна вошёл в медитацию и мысленно предложил Шиве гирлянду, и вдруг он увидел, что на кирате появилась эта гирлянда. И всё встало на свои места: Шива поднялся и понял, что его раскусили, а Арджуна упал перед ним на колени и стал произносить молитвы, в результате которых к нему пришла милость в виде способности видеть Шиву таким, каков он есть на самом деле. И в результате Шива дал ему милость в виде оружия, которое называется пашупата-астра. Но предупредил, что это оружие нельзя применять против обыкновенных смертных, иначе может просто весь мир взорваться. Это оружие можно применять только в самом крайнем случае, и мы знаем, что Арджуна применил его, когда он сражался с Карной во время битвы на Курукшетре.

Теперь немного поговорим о Ханумане. Поклонение Хануману тут вовсе не случайно. Согласно «Махабхарате», именно в этих местах Хануман повстречался с царевичем Рамой. В связи с этим я бы хотел немного поговорить о старинных божествах, которые мы видим в различных гималайских храмах. Они могут быть не просто древними, они могут быть вечными. Например, Божество Мула-Рамачандры. Мула-Рамачандра — это Божество, которому поклонялись в династии Икшваку ещё до явления Господа Рамачандры. Давным-давно этому Божеству поклонялся Господь Брахма, творец вселенной. От Брахмы это Божество перешло в династию Икшваку, солнечную династию, и в династии Икшваку Оно считалось самой большой драгоценностью. Все цари династии Икшваку, в которой явился Господь Рамачандра, поклонялись Рамачандре ещё до Его явления. Когда Господь Рамачандра явился, все посмотрели на Него и сказали: «Похож! Он!» Это Божество получил Лакшман, младший брат Господа Рамачандры, который любил Его дороже своей жизни. Таким образом, помимо того, что он имел перед собой Самого Господа Рамачандру, он поклонялся этому Божеству. Когда они жили в Айодхье, у Лакшмана были свои апартаменты, и каждый день он проводил пуджу Мула-Рамачандре.

В те времена в Айодхье жил один брахман. Он настолько любил Господа Рамачандру, что дал обет не брать в рот ни капли воды, ни крошки хлеба до тех пор, пока не получит Его даршан. Каждый день Господь Рамачандра принимал у Себя во дворце Своих граждан, и каждый день этот брахман приходил увидеться с Господом. После этого отправлялся домой, готовил прасад и ел. Таков был его обет. Однажды Рамачандра отправился в поход. Его не было в течение месяца, и в течение всего этого времени брахман ничего не ел и не пил. Когда, наконец, Рамачандра вернулся, брахман, от которого к тому времени остались лишь кожа да кости, пересохшими губами попросил, чтобы его отнесли на носилках увидеться с Господом Рамачандрой. Когда Господь Рамачандра увидел Своего преданного, Он воскликнул: «До чего ты себя довёл! Что от тебя осталось? От тебя остались одни кожа и кости!» И тот прошептал: «Ну как же я мог? Я не мог есть и пить, я ведь обет дал». Тогда Рамачандра позвал Лакшмана и сказал: «Отдай ему Меня. Пусть Я всегда буду у него, и пусть он каждый день смотрит на Меня вволю, но пусть ест и пьет каждый день, потому что его пост причиняет Мне огромную боль. Возьми этого Мула-Рамачандру и поклоняйся Ему». После того как брахман оставил это мир, Мула-Рамачандру получил Хануман. Хануман держал Его как самую большую драгоценность у себя в коробочке на груди, и каждый день проводил Ему пуджу.

Потом Господь Рамачандра ушёл из этого мира, а Хануман остался. Хануман удалился на гору Гандхамадана. Это то место в Гималаях, где по-прежнему живёт Хануман. Говорится, что до тех пор, пока на земле прославляют Господа Рамачандру, Хануман будет там жить. Когда во время своих скитаний по лесу Бхимасена пришёл к этой горе Гандхамадана, он встретился с Хануманом, и тот, довольный им, подарил ему это Божество Мула-Рамачандры. Так Мула-Рамачандре стал поклоняться Бхимасена и Пандавы. От них Он попал к царю Парикшиту, от царя Парикшита Он попал к Джанамеджайе, от царя Джанамеджайи Он попал к его сыну, и в конце концов Он оказался в Пури. Сын Махараджи Джанамеджайи передал Его орийским царям, гаджапати-махараджам, и с тех пор этому Божеству, как самой большой драгоценности, поклонялись все цари Пури.

Закладка:

К Мадхвачарье это Божество попало очень интересным образом. Один из царей, Джаганаттха Пури умер очень рано, и его наследник был в то время очень маленьким — пяти или семи лет. На престол взойти было некому, страна нуждалась в сильном правителе. В этой династии был записан такой закон, что если царь умирает слишком рано, не оставив взрослого наследника, то процедура выбора следующего царя была такова. Они не устраивали референдума, не делали голосований или предвыборной кампании. Они посылали по городу царского слона. У царя был свой слон, который носил царя, могущественного раджу. Слону давали в хобот особую гирлянду и отпускали на волю. За слоном шли царские брахманы, и про себя они молились Сверхдуше в своем сердце и в сердце этого слона, чтобы Она направила слона куда нужно. Тот, на кого слон должен был повесить венок, становился следующим царём.

Этот слон уже долго бродил по всему городу, но венок так ни на кого не вешал. В конце концов, слон вошёл в один дом. Из дома выбежал перепуганный хозяин. Слон направился прямо к нему и повесил гирлянду ему на шею. Это был бедный брахман, который в своё время был министром при дворе царя, но после он удалился от дел. Он был великим философом. В свое время у Мадхвачарьи состоялся с ним диспут, и Мадхвачарья полностью его разбил, после чего тот стал его учеником и получил имя Нарахари Тиртха. В списке учителей нашей сампрадайи он идёт вторым после Мадхвачарьи.

Так Нарахари Тиртха неожиданно для себя стал царём Ориссы. Ему абсолютно никакого дела не было до этого царства, но из чувства долга он всё-таки старался исполнять эти функции. Он был хорошим царём, потому что он знал, как нужно править. Но он был брахманом, и правление было ему в тягость, поэтому он считал дни. В конце концов, когда наследнику, сыну царя, исполнилось тринадцать лет, Нарахари Тиртха сказал: «Всё! Я ухожу. Ты будешь следующим наследником. Я короную тебя». Мальчик страшно обрадовался. Он был настоящим кшатрием, и ему хотелось править. Он настолько обрадовался этому великодушному поступку Нарахари Тиртхи, что он сказал: «Я хочу вознаградить тебя. Проси у меня всё, что пожелаешь!» Тот сказал: «Я хочу Мула-Рамачандру, и ничего другого». Мальчик нехотя отдал ему Божество, и таким образом Нарахари Тиртха стал обладателем этого бесценного сокровища. Нарахари Тиртха схватил это Божество, прибежал в Удипи к Мадхвачарье, и он сказал: «Вот Он! Вот Он! Я принёс Его!» Так за три месяца до своего ухода Мадхвачарья установил Мула-Рамачандру в Удипи. Сейчас этому Божеству поклоняются в Мантралайе.

Храм Хидимбы

Храм Хидимбы — это очень популярный индуистский храм, расположенный в верхней части Манали, рикша от автовокзала стоит 20 рупий вверх и 10 вниз, пешком до него можно добраться минут за 15-20, если срезать кольца серпантина. Храм Хидимбы находится фактически в лесу, и тёмные сосны придают трёхэтажной пагоде из тёмного дерева некоторую мрачность. Фасад и стены храма украшены резьбой и рогами козлов, которых приносят здесь в жертву. Внутрь храма можно зайти через низкую дверь, склонившись вдвое, такие низкие притолоки вообще характерны для гималайских домов Хамачала. Внутренне помещение невелико, хотя и способно вместить десять человек, алтарной части как таковой нет, пуджари просто сидит на возвышении, белым вход разрешён, также можно получить прасад и благословение богини, ведь Хидимбе поклоняются как олицетворению Дурги и Кали одновременно.

История Хидимбы имеет очень древние корни, ещё более древние, чем древнеиндийский эпос «Махабхарата». В «Махабхарате» среди прочих рассказываются истории легендарных царей — братьев Пандавов. Одного из братьев звали Бима. Он и женился на женщине по имени Хидимба. Проблема заключалась в том, что Хидимба была ракшаси, а ракшасами в древней Индии называли все первобытные племена, жившие на территории южного Индостана и не признававшие богов, культуру и язык индуизма. История эта весьма интересна!

Легенда гласит, например, что именно здесь, в ашраме Васиштхи, проходил своё обучение самый легендарный и самый любимый индийский царь — Рама. Рама известен в индийской истории как могучий победитель ракшасов. Так вот, Хидимба была одной из первых ракшаси, принявшей индуизм. Легенда гласит, что Хидимба обладала мистической силой ракшасов, то есть по-нашему была ведьмой. Однако, поженившись с братом Пандавов, Бхимой, и приняв индуизм, Хидимба впоследствии совершила много чудес, помогавших индийскому народу в здешних краях. В честь её и возведён храм Хидимбы.

Этот храм (район называют Дхунгри), посвящённый Хидимбе, жене Бхимы, был построен в 1553 году. Говорится, что Бхима взял в жены Хидимбу в этом месте после того, как убил Хидимба, её брата-людоеда. У Бхимы и Хидимбы родился сын Гхатоткач, погибший смертью героя на поле битвы Курукшетры.

Итак, однажды Пандавы остановились на ночлег в этом лесу, рядом с которым мы сейчас живём. И недалеко от того места, где спали Пандавы, жило чудовищное существо, ракшас по имени Хидимба, питавшийся человеческим мясом. Приютом ему служило огромное дерево шала; он обладал неимоверной силой и мощью, но со своими горящими жёлтыми глазами, зияющим ртом, усаженным похожими на сабли зубами, он был сущим страшилищем. Терзаемый голодом, ненасытный людоед этой ночью блуждал по лесу, когда заметил издалека спящих Пандавов и их мать. Покачивая головой, поросшей грубыми седыми волосами, и почёсывая её ногтями, ракшас широко открыл свой громадный рот и зевнул, вновь и вновь поглядывая на спящих царевичей. Злобный, безмерно могучий исполин, питавшийся человечьим мясом, учуял человеческий запах и сказал сестре:

— Наконец-то, после долгого голодания мне попалась моя любимая пища! У меня текут слюни, язык так и облизывает губы. Наконец-то я смогу вонзить восемь своих смертоносных, острых, как бритвы, зубов в эти сочные, мясистые тела. Я наклонюсь над их шеями и, распоров вены, вдоволь напьюсь горячей, пенящейся крови. Поди и узнай, кто такие эти люди, так спокойно спящие в лесу.

Какое удовольствие — обонять человеческое мясо. Поди убей всех этих людей и принеси мне их тела. Ты можешь ничего не бояться, потому что они спят в моих владениях. Мы приготовим вкусное блюдо из человечины, а затем попируем вместе. Ну, иди же быстрее, сделай то, что я тебе велел.

Повинуясь велению брата, ракшаси, перепрыгивая с дерева на дерево, поспешила к спящим Пандавам, лучшим из Бхаратов. Подобравшись поближе, она увидела, что на земле, распластавшись, спят Пандавы и их мать Притха, а рядом с ними стоит, бодрствуя, непобедимый Бхимасена, высокий и могучий, как ствол дерева шала, и удивительно красивый. Не удивительно, что ракшаси воспылала к нему сильным желанием:

«Этот смуглый красивый человек обладает могучими руками и плечами, как у льва, и его тело как будто светится. У него толстая, подобная своими складками раковине шея, а его глаза — точно лепестки лотоса. Этот человек достоин быть моим мужем. Я не стану выполнять жестокое веление моего брата. Любовь, которую женщина ощущает к мужу, гораздо сильнее её дружеской привязанности к брату. Если я убью этих людей, мы с братом будем удовлетворены на какой-нибудь час-другой, но если я не убью их, я смогу вкусить вечное счастье».

Обладая способностью по желанию изменять свой облик, она превратилась в роскошную красавицу, украшенную небесными драгоценностями, и застенчиво, с подобающей медленностью приблизилась к мощнорукому Бхимасене.

Улыбнувшись ему, она сказала:

— Откуда ты идешь, благородный человек и кто ты такой? И кто эти спящие, красивые, как боги, мужчины? И кто эта очень хрупкая, смуглая и словно сияющая женщина, которая пришла сюда вместе с вами и спит так же безмятежно, как если бы была в собственном доме? Неужто она не знает, что эти дикие джунгли населены ракшасами и что именно здесь обитает самый из них злобный по имени Хидимба? Этот злочестивый ракшас — мой брат, и он послал меня сюда потому, что хочет сожрать вас всех, о божественный. Но когда я гляжу на тебя, прекрасного, словно дитя богов, я думаю, что мне не найти лучшего мужа, чем ты. Я говорю тебе чистую правду.

Закладка:

Теперь, когда ты знаешь всё это, прошу тебя: отнесись ко мне с подобающим почтением. Я желаю тебя и сердцем и телом, поэтому прими меня, как я уже приняла тебя. О простосердечный, будь моим мужем, и я спасу тебя от этого людоеда-ракшаса. Затем, мощнорукий, мы будем жить вместе, и здешние горы станут нам крепостью. Я могу летать по воздуху и бывать везде, где только захочу. Пойдём же со мной, и ты испытаешь такое наслаждение, какого никогда ещё не чувствовал.

Бхимасена сказал:

— Моя дорогая ракшаси, какой настоящий мужчина покинет свою мать, старшего брата и младших братьев, когда он должен их защищать? Как может такой человек, как я, отдать ракшасам на пожирание своих спящих братьев и мать, сам же предаться наслаждениям?

Ракшаси сказала:

— Я сделаю всё, что ты захочешь. Разбуди их, и я с радостью спасу всех вас от людоеда-ракшаса.

Бхимасена сказал:

— О ракшаси, мои братья и мать спокойно почивают в этом лесу, и я не разбужу их из страха перед твоим злочестивым братом. О застенчивая, ни ракшасы, ни люди, ни гандхарвы, ни якши не могут противостоять моей удали, о прекрасноглазая госпожа. Хочешь — уходи, хочешь — оставайся, добрая женщина. Поступай как хочешь, или же пошли ко мне своего брата-людоеда, о стройная красавица.

Видя, что его сестра задерживается, Хидимба, повелитель ракшасов, слез с дерева и направился к Пандавам. Его надменные выпуклые глаза были красными от ярости, волосы стояли дыбом; могучий демон был так высок, что касался головой облаков. Он то и дело ударял кулаком одной своей мощной руки по ладони другой и скрежетал зубами, блеск которых озарял его безобразное лицо.

Увидев, что ужасное чудовище собирается напасть на них, его сестра Хидимба, сильно испуганная, сказала Бхимасене:

— Он собирается напасть. Этот злобный и страшно жестокий людоед собирается напасть. Ты и твои братья должны точно выполнять мои веления. Я обладаю особой силой, свойственной ракшасам, и могу переноситься куда пожелаю. Садись мне на бедро, мой смельчак, и я унесу тебя прочь по воздуху. Послушай же меня, о могучий. Разбуди своих спящих братьев и мать, и я улечу вместе с вами.

Бхимасена сказал:

— Не бойся, о стройная! Передо мной он ничто. О тонкостанная госпожа, я убью его у тебя на глазах, только смотри внимательно. Моя застенчивая, этому выродку ракшасу не устоять против меня. Даже все ракшасы, если их собрать вместе, не смогут выдержать мой натиск в сражении. Ты только посмотри на мои мускулистые руки, подобные слоновьим хоботам, посмотри на мои бедра, подобные железным болванкам, на мою громадную твёрдую грудь. Не оскорбляй меня, прелестная госпожа, полагая, будто я обычное человеческое существо, ибо ты сейчас увидишь, о безупречно сложённая, что и доблестью и мощью я равен самому Индре.

Хидимба сказала:

— Я не оскорбляю тебя, тигр среди людей, ибо вижу, что ты прекрасен, как сам Бог. Но я видела, как расправляется этот ракшас с людьми.

Услышав слова Бхимасены, людоед-ракшас пришёл в неописуемую ярость. Хидимба только тогда заметил, что его сестра приняла облик красивой женщины с сияющим, словно полная луна, лицом и с венком на голове. Её брови и нос, а также и ногти были самых изысканных очертаний, причёска — необыкновенно красивая, кожа отличалась особой нежностью; одета она была в тончайшие одежды, украшена всевозможными драгоценностями. Увидя её в таком чарующем человеческом облике, людоед заподозрил, что она воспылала желанием к какому-то мужчине, и это лишь сильнее разожгло его ярость. Выкатив свои огромные, пылающие неудержимым гневом глаза, он уставился на сестру и громко выбранил ее:

— Только последняя дура может пытаться остановить меня, когда я голоден! Хидимба! Уж не спятила ли ты, что не боишься моей ярости? Будь ты проклята, бесстыжая женщина! Как ты смеешь гоняться за мужчинами?! Мне противно на тебя смотреть, ибо ты позоришь моих повелителей ракшасов, что жили ещё до нас. Приняв сторону этих людей, ты нанесла мне тяжкое оскорбление. Я сейчас же убью их всех, и первой — тебя!

Выкрикнув эту угрозу, с багровыми от ярости глазами, Хидимба свирепо заскрежетал зубами и бросился на свою соименницу-сестру, чтобы убить её, но могучий Бхима, лучший из бойцов, предупредил его громким угрожающим голосом:

— Стой! Ни шагу дальше!

Видя, что ракшас всё ещё яростно бранит свою сестру, Бхима со смехом сказал:

— Зачем ты будишь этих, так безмятежно спящих, людей? Лучше напади на меня, безмозглый людоед! Да побыстрее! Я не сделал тебе ничего плохого. Обидчик ты, но не смей бить женщину, лучше померяйся силами со мной. Это ты — тупоголовый ракшас, позорище всей своей семьи. Эта девушка — невинное создание; случилось так, что она возжелала меня, и это вполне естественно, ибо в её теле обитает Бог любви. Она пришла сюда по твоему велению и, увидев мою богоданную красоту, тотчас же возжелала меня. Эта застенчивая женщина отнюдь не позорит вашу семью. Если кто и виноват, то это Бог любви, и, покуда я здесь, я не позволю тебе, злочестивый ракшас, ударить женщину. Сойдёмся-ка один на один, людоед, и я отправлю тебя в обиталище бога смерти Ямы. А сейчас я размозжу твою башку; у неё будет такой вид, словно её истоптал ногой могучий слон. Сегодня стервятникам и шакалам будет чем поживиться, ибо я убью тебя в нашей схватке. Слишком долго ты осквернял этот лес, пожирая ни в чём не повинных людей, но сейчас я освобожу лес от твоего присутствия, гнусное чудовище.

Даже если слон величиной с гору, могучий лев убивает его и волочёт тушу по земле. Сегодня твоя сестра увидит, как я убью тебя и поволоку по земле. Когда я убью тебя, бесчестящего всех ракшасов, люди смогут свободно, без всяких опасений, ходить по этому лесу.

Хидимба сказал:

— Что ты орёшь и бахвалишься попусту, сын человеческий?! Сначала покажи, на что ты способен своими делами! Твое пустое бахвальство слишком затянулось. Ты веришь, будто ты силён и непобедим, но я докажу тебе в бою, что я сильнее тебя. Ты оскорбляешь меня, глупец, и я обещаю тебе, что сперва я убью тебя и только потом — этих людей, спящих таким блаженным сном. Но когда я выпью всю кровь из твоего тела, я убью и их, и я расправлюсь с этой женщиной, вызывающей во мне отвращение.

Сказав это, размахивая смертоносным кулаком, людоед с ужасной яростью набросился на истребителя врагов Бхимасену. Бхима, с его ужасающей мощью, поймал и крепко зажал его руку, а затем разразился хохотом. Покуда демон пытался вырваться из могучей хватки сына Панду, разъярённый ракшас обхватил Бхиму руками и завопил ужасающим голосом. Но могучий Бхима потащил его дальше, сказав:

— Я не хочу, чтобы твои вопли разбудили моих спящих братьев.

Завязалась схватка, оба противника нападали друг на друга с неслыханной мощью. И ракшас, и Бхима разрывали крепчайшие лесные лианы и ломали исполинские деревья, словно могучие разъярённые шестидесятилетние слоны.

Пробудившись от громкого шума, Пандавы и их мать открыли глаза и увидели стоящую перед ними Хидимбу в её человеческом облике.

Проснувшись и увидев перед собой Хидимбу с её сверхчеловеческой красотой, подобные тиграм Пандавы и их мать Притха сильно изумились. Внимательно осмотрев красавицу, поражённая её неотразимыми чертами, Кунти обратилась к ней с добрыми, утешительными и сладкими словами:

— Ты так же хороша собой, как дитя богов. Под чьей заботой ты находишься и кто ты, прелестная госпожа? Откуда ты родом, статная женщина, и какое дело привело тебя сюда? Кто бы ты ни была — почитаемая богиня этого леса или апсара, прошу тебя, объясни мне всё это. И еще объясни, как ты оказалась здесь, перед нами.

Хидимба сказала:

— Лес, который вы видите вокруг себя, обширный и сияющий, точно голубые дождевые тучи, является владениями ракшаса Хидимбы; здесь также обитаю и я. Зовут меня так же, Хидимбой, я сестра этого ракшаса. Мой брат хотел убить тебя и твоих сыновей и послал меня к вам. Я пришла сюда по велению этого жестокого и нечестивого демона и увидела твоего могучего сына с его золотистой кожей. Ты знаешь, добрая женщина, что в сердцах всех существ живёт Бог любви, и он сразу же покорил меня власти твоего сына. Я выбрала твоего могучего сына своим мужем, хотела увести его прочь, но он не пожелал подчиниться мне. Заметив, что моё отсутствие затянулось, людоед явился сюда сам, чтобы убить всех твоих сыновей. Но твой умный сын, мой возлюбленный, своей мощью, энергией и ловкостью задержал моего брата и оттащил его прочь, чтобы их схватка не помешала вашему сну. Посмотрите, вон они с громкими криками бьются друг против друга, человек против ракшаса, и оба исполнены силы и отваги.

Закладка:

Выслушав её и только тогда поняв, что их брат Бхима ведёт смертельный поединок, Юдхиштхира, Арджуна, Накула и могучий Сахадева вскочили на ноги и увидели, что два противника, словно два разъярившихся льва, сражаются за победу. Сжимая и толкая друг друга, они подняли огромное облако пыли, похожее на дым лесного пожара. Все в земле и пыли, они походили на две горы, склоны которых сверкают росой.

Глядя, как его брат бьётся с ракшасом, Арджуна рассмеялся и спокойно сказал ему:

— Бхима, не бойся, о мощнорукий. Мы были в изнеможении и крепко спали, поэтому не знали, что ты сражаешься с таким свирепым врагом. Сейчас я тебе помогу, Партха. Я тоже вступлю в схватку с ракшасом, а Накула и Сахадева останутся охранять мать.

Бхима сказал:

— Стой в стороне и спокойно наблюдай. И пусть эта лёгкая потасовка не вызывает у тебя никакого беспокойства. Теперь, когда он у меня в руках, ему не остаться в живых.

Арджуна сказал:

— Бхима, не укоротить ли нам жизнь этому грешному ракшасу? Нам пора отправляться в путь, мы не можем задерживаться, о укротитель врагов. Закончи эту схватку ещё до того, как заалеет западный горизонт и наступят сумерки, ибо в этот таинственный час ракшасы обретают невероятную силу. Поторопись, Бхима, не играй с ним. Убей этого ужасного ракшаса, прежде чем он сможет пустить в ход свою магическую силу.

Выслушав этот совет Арджуны, Бхима взметнул высоко в воздух тело свирепого ракшаса и раскрутил его более ста раз.

Бхимасена сказал:

— Ты поддерживал свою жалкую жизнь, питаясь жалкими объедками, и обрёл силу, но мозги у тебя так и остались жалкими. Поэтому ты заслуживаешь жалкой смерти. И сейчас ты прекратишь свое жалкое существование.

Арджуна сказал:

— Если этот бой слишком тяжёл для тебя, Бхима, я могу тебе помочь, но его надо убить немедленно. А хочешь, я убью его один, Бхима. Ты на славу потрудился, порядком устал, пора уже тебе отдохнуть.

Эти слова Арджуны повергли Бхимасену в сильнейшее негодование; он изо всех сил швырнул демона оземь, убив его, точно жертвенное животное. Под смертельными ударами Бхимы ракшас оглашал весь лес ужасными воплями, напоминавшими звуки гулких влажных литавр. Затем возлюбленный, могучий сын Панду твёрдо схватил тело ракшаса и переломил его надвое, приведя в восхищение своих встревоженных братьев.

Увидев, что Хидимба мертв, Пандавы пришли в ещё большее ликование и все дружно почтили Бхимасену, тигра среди людей, всегда побеждавшего своих врагов. Почтив и восхвалив великого духом Бхиму, наделённого ужасающим могуществом, Арджуна вновь обратился к нему.

— Будь ты благословен, — сказал он. — Мне кажется, мой господин, я вижу какой-то город недалеко от этого леса. Поспешим же туда, чтобы Дурьодхана не успел обнаружить нас.

Все согласились, сказав:

— Да будет так.

И, взяв с собой мать, эти неукротимые воители, тигры среди людей, отправились в путь; вместе с ними пошла и ракшаси Хидимба в облике прекрасной женщины.

Бхимасена сказал:

— Ракшасы помнят нанесённые им обиды и, чтобы отомстить, прибегают к волшеству, к мороку. Ты одна из них, Хидимба. Поэтому сейчас ты последуешь за своим братом.

Юдхиштхира сказал:

— О, тигр среди людей, Бхима, даже в гневе ты не можешь убить женщину. Защищай священный закон, Пандава, не беспокоясь о собственной защите. Могучий демон хотел убить нас, но ты расправился с ним. А что может сделать нам его сестра, даже если она втайне разгневана?

Молитвенно сложив руки, Хидимба вновь обратилась к Кунти, Юдхиштхире и Арджуне, моля их о помощи:

— О благородная госпожа, ты знаешь, сколько женщин страдают, пронзённые стрелами Бога любви; а теперь, добрая женщина, я испытываю в своём сердце ту же жестокую боль, ибо меня покорил Бхимасена. Я много перестрадала, ожидая, когда наступит моё время, и вот наступило и для меня время обрести истинное счастье. Отрекаясь от своих лучших друзей, от своих обязанностей, от своего народа, я выбираю этого тигра среди людей, твоего сына, моим мужем, добрая госпожа. Глубоко почитаемая женщина, неужто и мой избранник и ты — вы оба отвергнете моё предложение, потому что я говорю с излишней прямотой? Кем бы ты ни считала меня — дурой или преданной служанкой, о счастливая женщина, прошу тебя: соедини меня и твоего сына священными узами брака. Выйдя замуж за твоего прекрасного, точно Бог, сына, я отправлюсь с ним, куда мы пожелаем, и когда мое желание будет удовлетворено, мы возвратимся.

Если вы все в трудное время будете вспоминать обо мне, я буду всегда приходить вам на помощь, и я смогу перенести этих лучших из мужчин через совершенно непроходимые места. Если вам понадобится быстро перелететь в другое место, я смогу отнести вас всех на своей спине. Но прошу вас, посодействуйте, чтобы Бхимасена принял моё предложение.

Говорят, в бедственном положении надо спасать свою жизнь всеми доступными способами. Тот, кто следует этому правилу, должен почитать своим долгом пользоваться всеми доступными способами. Это, конечно, не означает, что дозволительно свершать дурные деяния, ибо даже в бедственном положении надлежит соблюдать свои высокие принципы. Тот, кто понимает это, истинно привержен праведности, ибо бедствие нередко влечёт за собой гибель и религиозных принципов, и тех, кто их придерживается. Но праведность спасает жизнь, праведность — подательница жизни, поэтому какие бы способы ни применялись для сохранения праведности, они не могут быть осуждаемы.

Юдхиштхира сказал:

— Нет никаких сомнений, ты говоришь совершенно верно, Хидимба. Религии следует придерживаться точно так, как ты сказала, стройная госпожа. Бхимасена должен свершить омовение, а также все другие обычные дневные обряды и, после того как вы вступите в священный брак, ещё до заката он станет твоим мужем. Днём ты, сколько пожелаешь, можешь путешествовать с ним с быстротою мысли, но вечером ты должна приносить его обратно.

«Да будет так», — пообещала Хидимба. Забрав с собой Бхимасену, она взвилась в небо и облетела с мужем многие прекрасные горные вершины, святилища богов. И во всех этих местах, принимая неотразимо прелестное женское обличие, украшаясь всевозможными драгоценностями самой изысканной работы и ведя сладостные беседы, она дарила наслаждение сыну Панду.

С быстротою мысли перелетая с одного места на другое и в каждом из них даря наслаждение Бхиме, ракшаси в конце концов родила ему могучего сына. Со своими косыми глазами, большим ртом и подобными раковинам ушами мальчик был сущим страшилищем. Его облик, как бы оправдывая имя его отца — Бхима, был ужасен: губы яркого цвета красной меди, похожие на клыки зубы очень остры. Велика была и его мощь. Он был великим лучником, великим героем, наделённым великой энергией и силой. Передвигался он стремительно, обладал чудовищно большим телом и великой мистической силой и мог легко побеждать всех врагов. Быстрота его передвижения и мощь, хотя он и был рождён от человека, были поистине сверхчеловеческими. И он превосходил своим магическим могуществом не только всех человеческих существ, но и любых чародеек и чародеев.

Хотя Хидимба и преобразилась в прекрасную женщину, она по-прежнему оставалась ракшаси, и сын сохранил её подлинные черты. Ещё будучи младенцем, этот могучий герой быстро обрёл черты юноши и достиг замечательной ловкости в обращении с оружием.

Ракшаси рожают детей в день их зачатия. Они могут принимать любое обличие и на самом деле являются во многих обличиях.

Ещё безволосый ребёнок почтительно припал к стопам отца, а затем могучий молодой лучник столь же почтительно припал и к стопам матери. Оба родителя подобрали ему подходящее имя. «Его безволосая голова сверкает, словно хорошо отшлифованный горшок», — сказал Бхима его матери, и с тех пор мальчика звали Гхатоткачей. Гхатоткача был всегда предан своим дядьям-пандавам, и они в свой черёд были привязаны к нему, ибо он всегда был им верен, всегда действовал в их интересах.

Закладка:

«Мы договорились жить вместе, покуда у нас не родится дитя; стало быть, наш договор больше не действует», — сказала Хидимба своему мужу. Заключив новый договор с Бхимой, она вместе с сыном отправилась своей дорогой. Перед уходом мальчик пообещал, что если в нём появится надобность, он тотчас же явится служить своему отцу и дядьям. Простившись с Бхимой, эти лучшие из ракшасов направились на север. Рождение этого могучего дитяти, который в будущем должен был уничтожить высокого духом, непобедимого Карну, свершилось по воле самого Господа Индры.