Отличница

Пролог

Закладка:

Эмилия Грин

Отличница

- Сегодня утром Максима Леднёва задержали.

- Задержали? - я нервно провела ладонью по волосам, надеясь, что это какая-то неудачная шутка.

- Накрыли всех: от заказчиков до мелкого шакалья. Этот Леднёв с утра приехал за деньгами. Не так давно взяли его в разработку…. Прости меня, Роза, я не мог ничего тебе сказать, так как эту операцию мы готовили не одну неделю.

- А Леднёв… - он коротко вздохнул, - так, их шестерка. Нам нужен был выход на тех, кто крышует весь Октябрьский район. Там целая банда.Торговля оружием. Вооруженные разбои. Есть, где разгуляться… - у меня мурашки по спине побежали от неожиданно холодного жесткого взгляда отчима.

- Дядь Сереж…. Вы что-то путаете? - гулко сглотнула, опасаясь, что меня может стошнить. - Какие ещё разбои?! Максим в футбол играет… Он… не мог…

Отчим вглядывался в мое лицо, очевидно, обдумывая, как бы помягче преподнести мне травмирующие известия, но я просто отказывалась ему верить.

- Пойдемте! - я стремительно поднялась, но, сделав пару шагов, почувствовала резкое головокружение - в виски будто вставили раскаленные прутья.

Я начала оседать, цепляясь за спинку стула, чувствуя, как усиливается мандраж.

- Роза… милая… - подскочила ко мне бледная как мел мама, обнимая за плечи. - Ты лучше присядь… - всхлипнув, она крепко меня обняла.

- Нет. Надо ехать… Это какое-то недоразумение… Дядь Серёж, поехали! Нужно скорее во всем разобраться и забрать Максима. У него сегодня важный просмотр. Вы понимаете?! - мысль о том, что этот арест может отразиться на карьере Максима, разрушить ее была просто невыносимой, уничтожая меня.

Все это какое-то нелепое, жуткое недоразумение.

Максим не мог. Просто не мог. И точка.

- Роза… - негромко обратился ко мне отчим, перехватывая за талию, - тебе надо успокоиться, - он смотрел на меня с беспокойством. - Присядь, выпей чаек. А потом мы поговорим. Хорошо? - слишком заискивающе и мягко, будто я пациентка дурдома.

- Выпить чаек? - гортанно хохотнув. - Дядь Серёж… - я попыталась вывернуться из его хватки, вновь почувствовав, что не могу устоять на дрожащих ногах… - Дядь Сереж, поехали к нему… Просто поехали… Пожалуйста… мы должны во всем разобраться… У него карьера рушится… - сквозь гул в ушах. - Вы слышите? Вы меня слышите…

- Роза! Успокойся! - слегка меня тряхнув. - Успокойся и послушай! Сегодня тебя к нему не пустят. Взяли всех, кто так или иначе связан с Октябрьским ОПГ. Это очень резонансное дело…

- ОПГ? - меня пробрал глухой хриплый смех, руки тряслись, - Бред какой-то… Мы во всем разберемся и Максима выпустят.…

- Помнишь, я предупреждал тебя насчет Тузовского? - тихо спросил он, помогая мне сесть на стул.

- Д-да… - не в силах выносить сочувственный взгляд мамы.

Она стояла около противоположного края стола, шмыгая носом, и этой своей реакцией провоцировала во мне лишь тупое раздражение.

- Леднёв работал на Тузовского. Их там целая компашка. Легких бабок срубить захотелось… - его голос дрогнул и затих. - Сожалею только, что я ничего тебе не сказал. Шестерками занимался майор Ковтун. Я увидел ваши фотографии несколько дней назад, но уже, судя по всему, было поздно… - голос отчима дрогнул и затих.

А меня словно молнией прожгло…

Теплый апрельский день. Наша прогулка до ломбарда. Внезапная встреча с Тузовским. И мой адресованный Максиму вопрос.

- Ты общаешься с Тузом?

И его мгновенный ответ.

- С чего ты взяла?

И все.

И наш хрупкий счастливый мир рухнул, разбившись об его ложь.

- Роза, возможно, тебе придется приехать на допрос… - извиняющимся голосом, оповестил меня отчим.

Я истерично расхохоталась, услышав, как невпопад всхлипнула мама, сверля меня потрясенным взглядом. Судя по тому, как дрожало полотенце у нее в руках, она понимала, насколько глубоко я увязла в этом парне…

Сообразив, что самостоятельно собраться я не смогу, отчим достал из аптечки какую-то таблетку, заставив меня ее принять, после чего, придерживая за плечи, помог дойти до комнаты.

- У Розы украшение пропало… - где-то фоном услышала я голос матери, почувствовав, как мир внутри задрожал, пытаясь свести меня с ума.

Она ведь не думает, что это Максим мог взять?

Забравшись в кровать, я сама не поняла, как отключилась, проснувшись уже на закате. Не сразу получилось подняться, так как ноги всё ещё ощущались ватными. Почувствовав, что меня лихорадит, я натянула халат, в полностью разобранном состоянии вываливаясь из спальни.

- Милая, ты проснулась? - мама вышла ко мне из гостиной, окидывая обеспокоенным взглядом.

- Да… Где отчим? Мне надо с ним поговорить…

- Роза, он вернется поздно. Но пообещал, что завтра устроит тебе встречу со своим коллегой. Ты сможешь задать все интересующие вопросы, - приблизившись, она заправила мне за ухо выбившийся локон.

- Завтра… - опустошенно вздохнула я, пожимая плечами.

- Пошли ужинать? Все равно пока ничего сделать нельзя, - приобнимая меня, пробормотала мама.

- Я… не могу, пока он там.

Вернувшись в комнату, я легла, бездумно пялясь в потолок. Отчима не было. Никаких новостей о Максиме не было. И я понятия не имела, что делать.

К ночи, когда, очевидно, закончилось действие «волшебной» таблетки, меня снова накрыло - белугой выла, подозревая, что ничем хорошим для нас с Леднёвым это не закончится.

Я крепко зажмурилась, не до конца понимая, сон это или явь.

… Максим притянул меня к себе, и я вдруг оказалась зажатой под его мощным телом и кроватью. Тогда наши рты слились в жадном нетерпеливом поцелуе.

По телу пробежала крупная дрожь, когда его теплый влажный язык заскользил по моему языку, ударяясь об него в унисон с бедрами.

Мы тесно прижимались друг к другу, и его бугрящаяся под джинсами плоть вжималась мне между ног, ошибиться в том, насколько сильно Максим хотел меня - было невозможно. Я едва не застонала, когда крепкая рука Леднёва заскользила по моей спине к ягодицам.

- Тебе удобно в этом платье? - горячая пятерня пробралась в разрез, медленно двигаясь от моего бедра к самому чувствительному месту на теле, пальцы замерли на кромке кружевных стрингов.

Я тихо всхлипнула, потому что Максим зажал мое бедро своими ногами, усилив сладкое давление на промежность. Тогда я непроизвольно потерлась об

Закладка:

… Некоторое время гадалка тасовала таро, нашептывая какие-то бессвязные пугающие слова, а затем, вытащив одну карту из середины колоды, пророческим низким шепотом произнесла.

- Вам выпала роковая любовь…

- Роковая любовь? - дрожащим голосом повторила я.

- Ну, самая нехорошая карта… - Если она выпадает, то значит - отношения обречены. Эта любовь разорвет твое сердце в клочья и закончится трагедией…

Я протяжно всхлипнула, заметавшись по кровати. Не сразу дошло, что это был сон… хаотичные сладко-горькие сновидения.

Где-то в глубине квартиры послышались голоса. Бросив расфокусированный взгляд на часы, я отметила, что уже утро. И отчим был дома.

Поднявшись, я вышла из комнаты, застыв посреди коридора, потому что слова мамы ударили наотмашь.

- Значит, он состоял на учете в полиции?

- Да. Трудный подросток. Таких и вербуют эти ублюдки. Хотя, конкретно у этого парня был шанс выбиться в люди - пробили, что он несколько лет играет за молодежку профессионального футбольного клуба. Сам поставил крест на своей карьере.

- Все так серьёзно? - расстроено спросила она.

- Подслушиваешь?! - напрыгнул на меня вылетевший из комнаты заспанный Антошка, и, конечно, родители прервались.

- Роза, ты проснулась? - закудахтала надо мной мама, когда я вошла в кухню.

- Да…. И я прямо сейчас поеду к Максиму, - обратилась к отчиму хриплым, будто чужим голосом.

- Хорошо. Мы поедем в отделение. Только с Леднёвым вряд ли сегодня получится увидеться. Да и… - он осекся. - Возможно, после этого разговора, тебе вообще не захочется больше общаться с этим парнем.

Я натянуто улыбнулась, глядя на тарелку с румяным омлетом, которую услужливо поставила передо мной мама. Кусок в горло не лез. Все, чего я хотела, это скорее разобраться в ситуации, всё ещё не сомневаясь - это вопиющее недоразумение.

- Так ты мне ничего не расскажешь? - отчужденно спросила я, когда мы с отчимом оказались в автомобиле один на один.

- Роза, думаю, с этической точки зрения правильнее будет, если ты пообщаешься с моим коллегой, - сухо отрезал дядя Сережа, и я поняла, что спорить бесполезно, да и сил не было.

Дальше все происходило как в тумане. Мы приехали в отдел, и, благополучно миновав рамку металлоискателя, остановились у окна дежурного - отчим назвал мои данные, и нас сразу пропустили, даже не пришлось доставать паспорт.

Затем мы поднялись по лестнице на второй этаж: какое-то время мне пришлось в одиночестве ждать за дверью.

- Роза, заходи, - наконец, велел мне отчим, провожая в небольшой кабинет, где за столом, напротив зарешеченного окна, сидел худощавый мужчина на вид лет за пятьдесят.

- Доброе утро, Розалия. Меня зовут Виктор Анатольевич Борзунов, я старший следователь, - серьёзно поздоровался со мной мужчина. - Твой родственник ввел меня в курс дела, - он как-то уныло вздохнул. - Сразу скажу, мы с тобой просто побеседуем. Не для протокола. Вообще подобное против правил, но я давно знаком с Якушевским, и могу войти в его положение… - тусклые глаза мужчины прищурились.

- Мне нужно увидеть Максима, - равнодушно отозвалась я.

- Он на допросе, - отрубил следак. - Все подозреваемые участники организованной преступной группировки задержаны. Им предъявлены обвинения.

Предъявлены обвинения.

Я дрожащими пальцами стиснула лямки на сумке.

- Максим ни в чем не виноват, - ровно произнесла я, леденея под его волчьим взглядом.

- Барышня, у меня нет времени с тобой спорить, - он взял со стола папку, открепляя от нее несколько листов, и протягивая их мне. - Максим Леднёв в группировке несколько месяцев, так сказать, молодая кровь.

Я сжала бумагу одеревеневшими пальцами, просматривая какие-то не особо четкие снимки, и пытаясь вникнуть в суть происходящего на них.

На большинстве фотографий Максим был запечатлен вместе с Тузовским. В горле пересохло. Теперь не оставалось сомнений, что он меня обманул.

- Чем они занимались? - я с трудом сглотнула, глядя в его насмешливые глаза.

- Обязанности курьеров, - Борзунов задумчиво уставился в окно.

- К-курьеров? - я откинулась на спинку жесткого кресла, мечтая, чтобы все это оказалось дурным сном. - Что они доставляли? - одновременно отчаянно желая знать и боясь ответа.

- А это предстоит установить следствию, - недобро ухмыльнулся он, очевидно, без труда отгадав, о чем я думаю.

Опустив голову, я продолжила бездумно перелистывать снимки, вдруг «споткнувшись» на одной фотографии. Сперва, я сама не поняла, что меня в ней привлекло…

Там были запечатлены разные предметы: кошелек, портмоне, упаковка влажных салфеток, какая-то брошюрка и пачка денег, перевязанных девчачьей резинкой с ягодками.

Моей резинкой.

У меня мурашки побежали по спине.

Воздух начал катастрофически заканчиваться в легких. Мозги ссыхаться. Осознание происходящего не укладывалось в голове, накрывая беззвучной истерикой.

Он не мог.

Не мог взять деньги, которые мы всей школой собирали на благотворительность.

Не мог, и все…

Я не сомневалась, что Леднёв мне все объяснит.

- Тебе есть о чем мне рассказать? - вкрадчиво поинтересовался у меня старший следователь Борзунов.

- Нет, - неожиданно твердо и спокойно ответила я, продолжая монотонно переворачивать листы, пока не дошла до последнего снимка, с силой прикусывая губу, и внезапно понимая, что боли не чувствую…

Я прожигала фотографию взглядом, пытаясь найти происходящему на ней разумное объяснение, но ничего не выходило, а мозги, тем временем, плавились, словно маргарин.

Максим целовался в машине с какой-то девушкой.

Хоть фото было не особо четким, я без труда различила профиль Леднёва. Наверняка, эта фотография была сделана до того, как мы начали встречаться…

- Под каждым снимком есть дата, - будто прочитав мои мысли, отстраненно произнес следователь, засовывая нос в толстенную папку.

Заметив дату, я сделала глубокий вдох, пытаясь собрать разбредавшиеся из-за накатившего отчаяния и напряжения мысли в кучу.

Там даже точное время стояло. Примерно через час после того, как Леднёв покинул мою квартиру в тот самый день, когда мы отмечали его восемнадцатилетие.

Пытаясь справиться с эмоциями, я зажала рот ладошкой.

- Роза, вижу, ты немного начала вникать в суть вопроса, - подавив зевок, обратился ко мне Борзунов. - Сколько я уже работаю.… Миллениалы, зумеры-бумеры… - он язвительно рассмеялся. - К сожалению, ничего особо не меняется, схема стара, как мир.

- Виктор Анатольевич, какая ещё схема? - подозревая, что окончательно схожу с ума.

Волчий взгляд. Насмешка. Пауза. Неприятная такая. Острая.

От его выразительного молчания у меня по рукам побежали мурашки.

Закладка:

Он неприятно гоготнул.

- Только довольно быстро карета превращается в тыкву, а у объекта девичьих грез внезапно начинаются проблемы. Ну, а дальше все весьма прозаично… Я думаю, ты слышала истории о том, как влюбленные дурочки влезают в огромные долги, берут кредиты, оформляют на себя ипотеки, - губ мужчины коснулась странная ломаная улыбка.

В кабинете вновь повисла неуютная тишина.

Мое тело будто впало в кому, в летаргический сон, в анабиоз. Я, конечно, понимала, к чему клонит старший следователь Борзунов, но никак не могла сопоставить подобное с нашими отношениями.

Долги? Кредиты? Ипотеки? Я подавила истеричный смешок. Разумеется, я слышала подобные истории, но причем здесь мы с Леднёвым?

- Виктор Анатольевич, вы говорите про каких-то легковерных дур…. - холодно парировала я, отодвигая от себя фотографии, будто они чем-то замараны…

В глубине души я всё ещё надеялась, что Леднёв мне все объяснит.

- Легковерных дур, говоришь? - что-то в голосе мужчины дрогнуло и надломилось.

Борзунов несколько раз моргнул, после чего достал из ящика стола весьма потрепанную фотографию, протягивая ее мне.

- Сейчас одной вот такой легковерной было бы чуть больше тридцати, - сдавленным голосом произнес мужчина, буравя меня слегка увлажнившимися глазами.

В эту секунду он не казался мне таким уж прожжённым циником.

- Это ваша… родственница? - тихо спросила я.

- Старшая дочь. Вот такая ирония судьбы, не уберег кровинушку… Связалась с местным бандюком, и попала под раздачу. Кремировали их, потому что хоронить было нечего, - Борзунов отвел взгляд. - Хотя не мне тебе рассказывать… - намекая на моего папу.

Какое-то время мы оба молчали, после чего я затараторила.

- Виктор Анатольевич, Леднёв не мог. Возможно, он связался с Тузом по незнанию… Мало ли, какой лапши навешал ему Тузовский? Но все эти схемы.… - мой голос слегка дрогнул. - Это какой-то бред! Максим вот только квартиру снял! И не просил он у меня… - закончить фразу мне не позволил резко изменившийся, какой-то глумливо-плотоядный взгляд следователя.

- Квартиру, говоришь, снял?

Я гулко сглотнула, осознав, что сболтнула лишнего. По ликующему въедливому выражению лица мужчины вдруг отчетливо это поняла.

Значит, он работал на Туза, чтобы найти деньги на съемное жилье? Не хотелось верить, что Максим из-за этого вляпался в криминал…

- Роза, мне пора идти. Повторюсь, все, что мы с тобой обсуждали, не для протокола. Возможно, мне придется вызвать тебя на допрос, - он вздохнул. - Или ты сама что-то вспомнишь и захочешь со мной поделиться?

Я резко отрицательно покачала головой.

- Максиму может светить реальный срок? - хрипло спросила я.

- А что думаешь, он в сказку попал? - с ледяной усмешкой отозвался следак. - Учитывая, что он уже находился на учете, вырисовывается весьма грустная картина.

- Ему нужен хороший адвокат. Я поговорю с отчимом…

В конце концов, Олейник - один из самых успешных адвокатов города. У него свое агентство. Придется обратиться к отцу Игоря за помощью.

- Хороший стоит немало, - буравя меня откровенно насмешливым взглядом.

- Деньги не проблема, - я пожала плечами, делая вид, что не улавливаю его иронии. - Когда я смогу увидеть Максима? Вы можете устроить нам встречу?

- Возможно, на неделе.

- Пожалуйста, можно завтра? - я молитвенно сложила ладони, поднимаясь.

Решила не делать скоропалительных выводов, пока сама с ним не поговорю, хоть перед глазами всё ещё стоял тот его поцелуй с другой…

- И Роза, на всякий случай проверь дома украшения и деньги. Мало ли, - внезапно прилетело мне в спину, когда я уже оказалась у двери.

Опустошенно вздохнув, я покинула маленький душный кабинет, вернувшись домой на такси. Пока ехала, пришла к выводу, что буду поддерживать Максима, несмотря ни на что.

Первым делом решила связаться с его друзьями, чтобы разработать план действий. Только приехав домой, я вдруг поняла, что даже не знаю, где Леднёв живет.

Вернее, я была в курсе, что он ушел из дома и обитает у своего товарища Алексея, только Леднёв ни разу не приглашал меня к себе, и адреса квартиры у меня не было, как и телефона Леши.

Тогда я вспомнила про Галицкого, который однажды подвозил нас с Максимом до кафе.

Подумала, возможно, получится отыскать его в социальных сетях. Но и тут мне не повезло, потому что Роман оказался чересчур популярной персоной - в одном только ВК нашлось не менее двадцати его страниц… Догадывалась, что все они фейковые.

И контактов мамы Леднёва у меня, конечно же, не оказалось.

Стараясь побороть нарастающую внутреннюю истерику, я на автопилоте подогрела оставленный мамой обед, и, разместившись за столом, пыталась придумать решение.

Только оно не приходило.

Оставив свой обед не тронутым, я вернулась в спальню, вновь пытаясь найти какую-то информацию о Максиме в интернете. Как назло, попалось то злополучное видео его драки.

«Десятиклассник устроил драку из-за своей учительницы по географии».

Дрожащими пальцами я зашла на сайт лицея «Созвездие», просматривая информацию о преподавательском составе за последние годы.

Анастасия Николаевна Дроздова.

Какое-то время я внимательно ее изучала, нехотя, признавая, что бывшая учительница географии Леднёва хороша.

Миловидное лицо. Густые темные волосы. Большие глаза. Цепкий взгляд. Даже странно было видеть её среди других «типичных» учителей в очках и с гульками на голове.

И, чем дольше я на нее смотрела, тем глубже меня утягивало в трясину болезненной ревности….

Значит, сразу после меня, у него было свидание с ней? Мой взгляд упал на тонкий браслетик с розой на запястье. В тот день я подарила ему такой же.

Стало так больно, что хотелось кричать на весь дом.

Я свернулась калачиком, зажимая голову подушкой, будто она способна была заглушить нарастающий гул в ушах. Меня ломало, разрывая внутренности, выворачивая сухожилия наизнанку. Сердце… на ошметки.

Закусив кожу ладони, я выла в стиснутый кулак.

Как же так, Максим?

Как же та-а-а-к?

Неужели ты не понимал?

… Мои руки скользнули ему под футболку, и я ощутила гладкую кожу и пульсирующие мышцы. Максим издал хриплый эротичный звук. Мурашки пошли по коже, когда он сжал мои бедра, прижимаясь к тому самому месту…

Судя по объемным очертаниям и пульсации,

Закладка:

- Ты меня убиваешь, Леднёва…

- Ещё даже не начинала, - хихикая, я пробралась пальцами под пояс джинсов парня, проведя ногтями по бороздкам пресса, решительно двигаясь ниже…

* * *

- Ты бы поела что-нибудь, доченька? - услышала я встревоженный голос мамы, пытаясь разлепить влажные ресницы.

- Отчим пришел? - с трудом узнавая свой охрипший голос, я устремила взгляд в темное окно.

- Нет. Сказал сегодня будет поздно…

* * *

Борзунов не обманул, устроив нам следующим утром «свидание».

Я сидела на неудобном стуле в ожидании Максима. В ожидании правды. Решила, что имею право хотя бы знать все, как есть, глядя ему в глаза.

Даже если вся наша история окажется обманом, я мысли не допускала, что он получит реальный срок. Ему ведь только исполнилось восемнадцать.… Молодой. Перспективный. Вся жизнь впереди.

Ну, какая может быть тюрьма?

Это ведь сразу перечеркнёт всё…Вообще всё.

Я не хотела, чтобы он ломал себе жизнь.

Обо всем этом я размышляла, упершись лбом в прозрачную перегородку, в ожидании его.

Но его все не было. Сколько уже минут прошло? Сколько минут по регламенту должно длиться подобное свидание?

Но его не было…

Сглотнув, я нервно осмотрелась, поймав на себе сочувственный взгляд мужчины в форме. Должно быть, я действительно выглядела жалко, ждала своего молодого человека, а он… не приходил.

Не поняла даже, сколько времени просидела… в одиночестве. Все было как в тумане. В голове густой красный морок. Звенящая тишина. Губы, искусанные в кровь.

- Роза, пойдем… Я отвезу тебя домой… - где-то фоном прозвучал напряженный голос дяди Сережи.

___

POV Максим Леднёв

- Пятьдесят первая статья. Я не скажу ни слова без своего адвоката, - сбился со счета, сколько раз за последние сутки повторил эту фразу.

- Михалыч, ты посмотри, молодняк нынче какой пошел! Без адвоката он говорить отказывается! - залп гадкого ледяного смеха.

Чьи-то потные руки стиснули мою голову, резко вжав ее в столешницу.

- Может, хоть так заговоришь, щенок? - не сильный, но ощутимый удар о дерево лбом. - Так и запишем - во время допроса оказывал сопротивление…

Ещё один шакалий удар исподтишка, и я почувствовал во рту металлический привкус.

- Что скажешь теперь, Максим Леонидович?

- Пятьдесят первая статья. Я не скажу ни слова без своего адвоката, - демонстративно харкнув кровью на стол.

Роза Леднёва

Ещё один день пронесся серым безликим пятном.

Несмотря на отсутствие хоть каких-то ответов, я неплохо продвинулась в искусстве подавления собственных эмоций, почти перестав разводить сырость по поводу и без.

Большую часть дня я в одиночестве предавалась сладким и болезненным воспоминаниям, листая подаренную Максимом книгу «Маленький принц».

«Люди забыли эту истину, но ты не забывай: ты всегда в ответе за тех, кого приручил».

Я в ответе за тебя, Леднёв!

Только вопрос, кто из нас кого приручил?

Мрачно усмехнувшись, я дождалась, когда отчим отужинает, и, воспользовавшись тем, что мама ушла в ванную, зашла в их спальню.

- Роза? Как ты? - дядя Сережа выглядел уставшим.

Игнорируя его вопрос, я сразу перешла к сути.

- Есть какие-то новости о Максиме?

Он отрицательно покачал головой, скрещивая руки на груди.

- Можешь хоть что-нибудь мне объяснить?

Вздохнув, отчим указал мне на любимое мамино кресло, и я подчинилась, в надежде вытянуть из нашего мрачного опера хоть что-то.

- Не вдаваясь в подробности, которыми я, разумеется, не могу с тобой поделиться, ситуация выглядит следующим образом. Полагаю ты в курсе, что в начале года часть районной администрации поменялась. Одного из высокопоставленных чиновников, того самого, кто крышевал Октябрьское ОПГ, поймали на взятке, ну, и пошло-поехало… Одним словом, власть неожиданно сменилась.

- Те, кто пришли к «кормушке», решили выслужиться перед вышестоящим руководством - наконец, посадить всю преступную группировку Октябрьского района. Дали нам команду и зеленый свет.

- Им нужно громкое резонансное дело, которое сразу привлечет к себе внимание. Показательная порка, так сказать, чтобы другим неповадно было крышевать бандитов. Поэтому-то я и говорю - ситуация очень серьёзная. Вряд ли Леднёву удастся отделаться условкой…

Вряд ли Леднёву удастся отделаться условкой…

- То есть о том, что он выйдет даже речи нет? - гулко хватая воздух, потрясенно спросила я.

- Раз казнь объявлена, должны быть казненные. И чем больше обвинительных приговоров, тем лучше. Приказ сверху, чтобы полетели головы… Остальных припугнуть.… Уж больно борзая нынче пошла молодежь, - мужчина поморщился, потирая виски, - Малой твой может огрести и за себя, и за того парня… - он невесело улыбнулся.

Я зажмурилась, отгоняя накатившие идиотские слёзы. Нельзя сейчас распускать нюни. Некоторое время я убито глядела в одну точку, после чего глухо спросила.

- Ты ведь можешь что-то сделать? Помочь Максиму? Я уверена, он ни в чем не виноват… И даже если…

- Роза, - кашлянув, резко прервал меня мужчина, - Времени на лирику нет. Давай откровенно?

Я кивнула, и как-то вся подобралась.

- Если я разобьюсь в лепешку, поставив под угрозу свое возможное повышение, и Леднёв всё-таки выйдет, ты продолжишь с ним встречаться?

Этим простым вопросом он вдруг поставил меня в тупик, ведь мне так отчаянно хотелось верить, что все это, включая поцелуй с другой женщиной и пачку денег, перевязанных моей резинкой, просто кошмарный сон.

От того, как внимательно смотрел на меня отчим, паника внутри только нарастала…

- Мы поговорим и обязательно во всем разберемся, - не слишком уверенно пробормотала я, уловив разочарование в мужском взгляде.

- Сегодня он отказался с тобой встретиться, - тихо напомнил мне дядя Сережа, опускаясь на кровать.

- Да.… но… - я так и не смогла найти объяснение данного поступка Максима, упрямо надеясь, что это случится позднее.

- Я тебя понял, Роза. Предлагаю уже ложиться спать.

- Дядь Сережа, если ты мне не поможешь, я завтра же пойду в контору к Олейнику! И сама найму Леднёву лучшего адвоката! Слышишь? - подскакивая, произнесла я в сердцах, - Я его вытащу, чего бы мне это не стоило…

Отчим промолчал, провожая меня нечитаемым взглядом.

Я же демонстративно хлопнула дверью… Вернувшись в свою комнату, я переключилась на тихую вибрацию мобильного телефона на столе.

Звонила Трофима.

- Да, Лен? - с трудом вытолкнула я, забираясь на кровать, подбирая под себя гудящие ноги.

Тело покрылось мурашками, услышав ее протяжный плач.

- Что.… что случилось? - я сглотнула шершавый ком.

- Макси-и-и-м…

Закладка:

- Его арестовал-и, представляешь?! - она вновь завыла, - Леднёва-а арестовали-и-и… Роза, ужас-то какой! У него же показы…

- Но.… почему? - призрачным эхо донесся мой помертвевший голос.

- Не знаю… Ничего не понятно… Я только что дозвонилась до Галицкого - его товарища-футболиста - с его слов, к Максиму до сих пор не пустили его адвоката… Темное дело… - тяжелый вздох, - Замешаны какие-то «шишки»… Так он сказал… Я ни черта не понимаю… Сама днем пыталась к нему прорваться… Развернули, черти! Ещё и поглумились, типа я уже третья, кто к Леднёву на свиданку, - истеричный смех, а потом в слёзы.

- Тише, Лен… Тише, - я сложила пальцы замком, стискивая их до побелевших костяшек, - Галицкий ещё что-то говорил?

- Ничего конкретного… Вернее… Слишком много умных терминов… Но одно я точно поняла - дело дрянь! Только знаешь, что, Роз?

- Ауу? - слизывая соль с губ.

- Я завтра снова к нему пойду. Пошли они все…. Я не сдамся!

И я не сдамся.

Мы ведь в ответе за тех, кого приручили…

И ещё одна фраза из Экзюпери, которую Максим так любил повторять.

«Твоя роза так дорога тебе, ведь ты отдавал ей всю душу…»

Настало время Розе отплатить своей душой…

Закончив разговор с Трофимовой, я вновь побрела к родительской спальне, слабо постучав в дверь.

- Дядь Серёж, можно тебя на минутку?

- Милая, мы уже легли, - донесся до меня встревоженный голос мамы.

- Это важно, и не займет много времени… Дядь Серёж, пожалуйста. Я жду тебя на кухне.

Глава 1

*Пять дней спустя*

Максим Леднёв

Выйдя на залитую июньским солнцем улицу, я потерянно добрался до ближайшей скамейки, и, рухнув на неё, неверными пальцами поспешил оживить отключенный телефон. Моментально посыпались десятки уведомлений о пропущенных звонках и сообщениях.

Неужели этот кошмар закончился?!

На этот раз я пошел ва-банк в своем стремлении достать до дна.…

Первым делом я набрал Розе, представляя, как, должно быть всё это выглядит со стороны…

Увы, моя девочка не ответила.

Это было ожидаемо, учитывая, что отчим Леднёвой работал в органах. Однако я всё ещё лелеял надежду, что Роза выслушает меня, и нам удастся во всем разобраться. Жаль только, за все эти дни она даже не попыталась со мной увидеться… Бесконечная череда мурашек заставила мое тело содрогнуться.

Что ж….

Сам виноват, связавшись не с тем человеком.

Это ж надо было так влететь?

Усилием воли я заставил себя выровнять дыхание, облизывая сукровицу с разбитой губы. Тело, покрытое гематомами и синяками, ломило, но, учитывая сопутствующие обстоятельства, я не особо обращал на это внимания.

Тихо радовался, что спустя неделю ужаса и неизвестности оказался на свободе. Откровенно говоря, меня продолжало потряхивать. Сплетая пальцы на телефоне, какое-то время я безучастно пялился на потухший экран.

Единственное, чего я сейчас хотел - это услышать ее голос.

Только воспоминания о ней и помогли удержаться на плаву.

А мусора конкретно ведь жестили - когда поняли, что я буду держать язык за зубами, не собираясь вестись на их тупые угрозы, учинили беспредел. Больные проф. деформированные ублюдки.

Я крепко зажмурился, пытаясь выжечь из гудящей башки воспоминание о том, как, валяясь на полу, прикрывал голову руками, защищаясь от зверья в погонах.

И, чем больше они выходили из себя, тем интенсивнее я измывался над ними, высмеивая однотипные вопросы….

Хорошенько меня попинали. Знали, суки, куда целиться. Порой казалось, что я выплюну на хрен свои органы, а голова до сих пор гудела при каждом шаге.…

Мрачно усмехнувшись, я подставил разбитое лицо солнечным лучам, какое-то время шумно вдыхая прогретый загазованный воздух - в камере все время казалось, что его не хватает.

От калейдоскопа мыслей в башке пробрало диким ознобом, но я постарался взять себя в руки. Вдох-выдох. Мне необходимо было увидеть Розу, и убедиться, что все в порядке. Объяснить ей, почему все случилось так, как случилось.

Я вздрогнул, когда телефон завибрировал в ладони. До моего измученного сознания не сразу дошло - звонит матушка.

Конвульсивно втянув воздух, я с деланным спокойствием ответил.

- Алло, мам.

- Максим? - с недоверием? Тебя…. выпустили?

- Да. Всё нормально. Я скоро заеду…

Пауза. Некомфортная и чересчур длинная.

Только слышно было, как неровно она дышала на том конце.

Мать приходила один раз, но лучше бы вообще без этой встречи. Посидели. Помолчали. Потом она стала театрально заламывать руки, умываясь слезами.

Актриса, что ещё с неё взять?

- Я сама к тебе как-нибудь заеду.… - процедила она раздраженно.

И снова между нами установилась давящая тишина.

- Не надо. Не приезжай, - выдал я равнодушно. - Я уже привык.

- Ещё и огрызаешься, паскуда? - внезапно повысив голос. - Уродился же такой… позор семьи, - она сквозь зубы добавила «недоразумение». - С криминалом связался! - матушка зашмыгала носом. - Родную мать чуть до инфаркта не довёл…

Судорожно сглотнув, я сбросил вызов.

Плечи ходуном пошли, тело сковал озноб, пополам согнувшись на лавке, я пытался продышать весь этот накативший темный морок. Внутри все горело, плавилось… На душе было холодно и тошно. Мои стальные нервы лопались один за одним.

Вот и поддержала родная матушка.

Тайная опора? Защита? Стена?

Я глухо хохотнул. Как бы ни так. Глупое желание стать для нее любимым и нужным окончательно рассыпалось в прах.

Прости, что не стал для тебя идеальным сыном.

Глуша адскую обиду, я сжал виски большими пальцами. Как там говорят? Клин клином? Чтобы заглушить боль внутреннюю.… Как же зае… всё.

Мой взгляд зацепился за серебряную розу на моем запястье.

Ни разу не снимал этот браслет со дня своего рождения. Подарок моей Леднёвой. Самой удивительной и пахучей. Сладкой Розы. Готов был волком выть у нее под окнами, лишь бы скорее ее увидеть. Зажать в своих лапах. И унестись в райский сад.

Немного успокоившись после разговора со старшей родственницей, я снова набрал своей девушке, но ответа так и не последовало.

- Здорово, брат!

Я вздрогнул, когда Ромка хлопнул меня по плечу, падая рядом на лавке.

- Спасибо, - шумно выдохнув, я порывисто протянул ему ладонь - друг ответил мне крепким рукопожатием. - Я теперь обязан тебе до конца жизни… Ром, я догадываюсь, сколько стоит этот адвокат. Верну всё до копейки, - часто моргая.

- Дай угадаю?

Закладка:

В этот миг я особенно остро прочувствовал, что значит выражение «друг познается в беде». Я был в курсе, что Ромка с Лехой всех на уши поставили, лишь бы скорее вытянуть меня из изолятора.

- Что ещё говорил твой Васильев? - напряженно поинтересовался я, всматриваясь в серьёзное лицо Галицкого.

Друг поморщился, задерживаясь на моих кровоточащих губах.

- Тебя отмазали по всем пунктам. Даже если бы тебе грозил реальный срок, Васильев бы вывернул все так, чтобы тебя провели по упрощенке. Максимум отделался бы штрафом. Но, к счастью, - Галицкий хмыкнул, - а в твоем случае, к несчастью, ты реально попал мусорам под горячую руку. У них с организаторами этой ОПГ «давняя любовь». Если вкратце, верхушку уже не раз пытались взять, но, похоже, кто-то крышевал их «сверху».

Рома впился в меня своим холодным взглядом.

- В этот раз готовились конкретно, чтобы обрубить любые «концы». Приказ был брать всех, а уже после разбираться, кто прав, кто виноват. Поэтому к тебе двое суток никого и не пускали, - он красноречиво покосился на мое разбитое лицо, - Но за это мы их ещё выебем во все дырки. Сейчас поедем к Васильеву в контору и запротоколируем побои, - короткий смешок. - Поставим весь их гадюшный отдел на уши. Не раскисай, Макс. Прорвёмся.

Глава 2

Большая часть дня прошла, будто на автопилоте.

Ромка не шутил, когда сказал, что не пустит на самотек всю эту ситуацию с моим арестом и последующим неправомерным избиением. Это я понял, когда бригада медиков самым доскональным образом фиксировала мои побои, полученные в результате задержания.

Его адвокат оказался истинной акулой правосудия, пообещав мне поставить этих ублюдков на место и разнести весь отдел.

Освободились мы лишь ближе к вечеру. Все бы ничего, жизнь потихоньку налаживалась, если бы не одно, но - Леднёва мне так и не перезвонила.

- Что-то не нравится мне твой внешний вид… Может, у меня пока перекантуешься? - поинтересовался Галицкий, вливаясь в поток машин. - Семейный врач тебя осмотрит.

Я отрицательно качнул головой.

- Спасибо, Ром. Но единственное, о чем я мечтаю - это принять душ, - желательно с Леднёвой - добавил мысленно. - И завалиться спать. А завтра с утра уже посмотрю по своему состоянию.

- Тренироваться тебе пока однозначно нельзя, - резюмировал он.

- Разберемся, - я натянуто улыбнулся. - Кстати, как прошли смотры?

- В «Торпедо» пригласили, - Ромка виновато пожал плечами. - А Леху в «Крылья советов» - через неделю он в Самару улетает. Контракт на год. Я свой ещё не подписал. Хоть и вышка, но команда в шаге от вылета в первую лигу. Да и мать лютует - по новой начала меня прессовать. Хочет, чтобы я ушел из спорта… Ей, видите ли, нужен наследник, а не футболер… - Галицкий раздраженно ощерился.

- Всё равно круто.… Поздравляю! - несколько заторможено отозвался я, убито опуская голову.

Оба моих лучших друга получили приглашения в клубы премьер-лиги, пока я страдал херней в изоляторе. Счастливчик по жизни, что ж.

- Макс, у тебя ещё не все потеряно… - не слишком уверенно подбодрил Галицкий.

- Ой, Ром, не начинай. Давай просто признаем, что я в очередной раз похерил свой шанс? Чемпионат России стартует в июле, так что я остался за бортом. С чем себя и поздравляю, - мрачно рассмеялся, ощущая, как сердце каменеет, превращаясь в глыбу льда.

- С таким настроем ты так и будешь всю жизнь бултыхаться за бортом, - сухо парировал Галицкий. - Можешь показать значительный прогресс к следующему сезону, и тогда…

Я выставил ладонь вперед, вынуждая его замолчать. Не сейчас. Башка трещала - единственное, о чем я мечтал, это объясниться с Леднёвой. Ну, а дальше уже можно было предаваться самобичеванию.

К моему новому жилищу мы приехали быстро.

Галицкий вновь попытался играть в доброго Самаритянина, повторно пригласив меня к себе, но, ещё раз поблагодарив друга за помощь, я поспешил откланяться, вскоре переступив порог своего крошечного унылого жилья.

Ишачил днями и ночами, рискуя всем, чтобы снять для нас эту халупу, романтик хренов.

Только от тишины, звенящей в ушах, теперь хотелось сдохнуть. Самое смешное, что, учитывая нынешнее положение вещёй, через пару месяцев, с большой вероятностью, мне будет нечем за нее платить…

Приняв душ и переодевшись в чистые шмотки, я опустился на кровать, так как кроме нее в малогабаритной однушке ни черта больше не было, с остервенением пытаясь дозвониться до Леднёвой.

Один пропущенный гудок.

Второй.

Третий.…

Они ударами ножа между ребер отдавались в груди.

Соскучился по своей Снежной Королеве до трясучки, особенно, вспоминая подробности нашей последней ночи, проведенной в этом клоповнике.

Не думать. Не думать.

Не получалось у меня не думать.

В моем бесноватом сознании плотно пустил корни ее ведьмовской образ.

Пялился на всё ещё смятые после той нашей ночи простыни, зацепившись взглядом за небольшой бледно-розовый след. Щелчок. Мощнейшая вспышка перед глазами. Я судорожно вздохнул. Будто ножом полоснули за грудиной, блокируя мне и без того слабый доступ кислорода, пробуждая голодных демонов. Командуя им: «Фас».

Сознание прорезали фантомные слишком откровенные звуки и запахи…

Такое черное разъедающее желание, сродни одержимости, я испытывал к своей Леднёвой, что мозги отключились, активируя химическую реакцию ядреного гормонального коктейля под названием: «Наш первый истинный полет».

Все эти ночи на неудобной жесткой койке я жадно упивался, захлебываясь образом своей обнаженной Королевы. Податливой и смелой. Максимально раскрытой. Ненасытной. Подо мной. Попеременно испытывая то жар, то озноб, гребанное электричество, прошивающее тело до самой последней клетки, к херам разрывая капилляры.

От ее прикосновений внизу живота полыхала обжигающая магма.

Сто тысяч ампер наичистейшего удовольствия.

Где-то на грани. Между адом и раем. Вразрез с жизнью.

И мне пиздец. Накрыло тогда не по-детски.

Ночь без сна. Кровать. Душ. Кровать.

У меня перерыв был больше полугода. Дорвался. Терзал свою Королеву и ублажал. Снова и снова. Подыхая от колдовских чар моей пахучей Розочки.

На инстинктах я снова набрал ее номер.

Гудки. Один. Второй. Третий.

- Максим? - вдруг еле слышно отозвалась Леднёва потухшим безжизненным голосом.

Шоковая терапия. Разряд.

Закладка:

- Здравствуй, Роза, - относительно спокойно, будто беснующиеся голодные монстры у меня внутри не устроили капитальное мракобесие, ведь её нежный голос - мед для моих измученных демонов, и какой-то адовый триггер для распаленного неуместными воспоминаниями тела.

- Привет, - все также безучастно.

- Ты где? Я сейчас приеду, - на автопилоте прикладывая ладонь к груди, чтобы утихомирить взбесившееся сердце.

- Не надо приезжать, - безжалостно и, на удивление, хладнокровно.

- Роз, не говори ерунду, - тушуясь, и, черт возьми, начиная паниковать. - Для начала выслушай меня, пожалуйста?

Ее пугающе глухой смех.

- Хочешь сказать, ты не работал на ТУЗа? Это не правда?

Убито прикрыв глаза, я сделал глубокий вдох.

- Работал. Но я могу все тебе объяснить, - ощущая, что сердце пашет на износ. - Это не то, что ты думаешь… Туз не такой уж бандюган, каким его выставляют.

- Почему сразу не объяснил? Когда я тебя об этом спрашивала?

- Роза, я знал, что тебе это не понравится, поэтому хотел рассказать, как о свершившемся факте, - звучало не особо убедительно, но, как уж есть.

- Сколько времени ты на него работал, Максим? - как-то обреченно.

- С Нового года, - устало вздохнул, понимая, что это признание не добавит мне очков.

Ну, не признаваться же ей, из-за чего я ввязался во всё это дерьмо…. Облажался. По полной. Надеясь, что, в конце концов, она успокоится, и сможет меня понять.…

- Значит, почти полгода врал, - резюмировала Леднёва: её печальный смешок заставил мое тело покрыться мурашками.

Сука. Как же тупо-то всё. Грудную клетку сотрясали громоподобные удары сердца. Если бы можно было отмотать время назад.… Если бы… Мое нутро раздирало от запоздалого сожаления в купе с отчаянием, потому что я вдруг явственно осознал, что могу её потерять…

Глава 3

- Я ведь тебе доверяла, Максим. Абсолютно и безоговорочно, - её тонкий голосок ухнул на последнем слове.

Я ощутил, как грудную клетку стягивает чувством тревоги и вины.

- Роза, послушай! - неразбавленный адреналин подгонял кровь в венах.

- Неужели ты не понимаешь, во что ввязался? - с горьким упреком, - Что за это могло быть? - спертый воздух в моей халупе сгущался, становясь вязким и тягучим, - А если бы во время задержания мы были вместе?

Я поморщился, вспоминая, как всю нашу «честную компанию», в том числе и нескольких девчонок, повязали в гаражах, и сердце провалилось куда-то в желудок.

Однако, сейчас моя задача была хоть немного ее успокоить несмотря ни на что.

- Я же тебе говорю, Туз не бандит, и то, чем мы занимались, не связано с криминалом… Слышишь? - тишина, повисшая меду нами, едва не звенела, - Роза, - я судорожно втянул воздух, - Тузовского демонизируют все, кому не лень. Он нормальный парень, правда, со своими тараканами, но…

- По вине отца этого «нормального парня» не стало моего папы, - Леднёва еле слышно всхлипнула, - Тузовский-старший был лидером преступной группировки, заправлявшей в начале нулевых. В то время у них была серьёзная крыша - отпускали всех под фанфары. Бандиты-солидные дядьки, которых трогать чревато… А мой отец отказался играть по установленным правилам, - она убито вздохнула.

Я до отчетливой боли стиснул пальцы, ощущая какое-то тупое опустошение. Теперь понятно, почему Роза так остро реагировала. Хотя, подобные откровения лишь сильнее все запутывали…

- Папу подстрелили во время пьяной потасовки с участием людей Тузовского, - и ещё один надсадный вздох, - Мелкая шестерка. Их курьер. Он плотно сидел на наркоте, поэтому воспринял шутку про оборону слишком буквально…

Роза замолчала, и эта тишина оказалась такой звенящей, что мне захотелось оглохнуть.

- Поэтому я и не хотела, чтобы ты общался с Тузом. По вине людей его отца, не стало моего, - она усмехнулась сквозь слёзы, - Конечно, я понимаю, что Глеб не виноват, но… Знаешь, Максим, у него же на лице все написано. Взгляд такой жуткий, тяжелый. Как у зверя. Они из одного теста. Страшные люди. И ты связался с ними… Не криминал, говоришь… - истеричный смех, - Мой папа много лет работал в органах. Они все…. все… - понизив голос, - Так, сперва, говорят, чтобы усыпить твою бдительность… Ты, вот, на съемную квартиру уже заработал. Убедил себя, все в рамках закона… Неужели не понимаешь, что все это лишь прикормка? А когда ты окончательно клюнешь, потянут за удочку… И все… Уже никто не поможет…- она снова всхлипнула.

Слабо кивнул, не в силах унять дрожь, так отчетливо слышалось в речи любимой девушки разочарование. Разочарование во мне.

Её отец был героем, положившим жизнь на алтарь справедливости, а я, ни-то ни-се. Шпана, связавшаяся с какой-то около бандитской швалью.

От запоздало накатившего чувства вины, я издал неуместный гортанный смешок.

- Роза, мне жаль, что все так вышло, - предельно искреннее.

- Будешь защищать Тузовского? Может, и работать на него продолжишь? -металл в её тихом голосе лишь усилил мою тревогу.

- Разумеется, я завяжу со всеми мутными делами, - болезненно жмурясь, - Только давай увидимся и спокойно все обсудим? Я адски по тебе соскучился… - прикрывая воспаленные веки.

- Максим.… - как-то неуверенно начала Роза, - Ты не знаешь, где мой медальон в виде цветка?

- Что? - переспросил на автопилоте, пытаясь вникнуть в смысл вопроса.

- Ну помнишь, я показывала тебе свой медальон?

- Допустим, - с трудом откашливаясь.

- Может, ты случайно его взял и… - Леднёва осеклась.

А я.… даже не знаю, что я?

Вроде бы такой примитивный вопрос, но, когда до меня дошел его смысл, это было сродни удару под дых одного из шакалов в погонах. Только жестче. Кратно жестче. Так, чтобы разом вытрясло все иллюзии.

- Нет, я не брал твой медальон, - процедил, задерживая дыхание и прикусывая губу.

Я ведь тебе доверяла, Максим. Абсолютно и безоговорочно.

Значит, больше не доверяет, раз задает такие вопросы…

- Созвонимся на днях. Ладно? - я неотрывно смотрел на серебряный браслет на своем запястье, всё ещё не желая его снимать, - Мне нужно решить кое-какие вопросы…

Ничего не ответив, Роза отключилась.

Я не стал перезванивать. В конце концов, мне надо было успокоиться и взять себя в руки, смирившись с тем, что единственная девушка, которой я открыл свое

Закладка:

Бьет по глазам адреналин. Переживем… Ну, и черт с ним.

Зажмурившись, я почувствовал, как голова, раскалываясь, в прямом смысле идет кругом. В ушах нарастал неприятный звон. Не хватало только откинуться в этой Богом забытой конуре. Собаке - собачья смерть? Кажется, так говорят…

Я дернулся от трели мобильного, в глубине души надеясь, что это Леднёва. Но звонили с незнакомого номера.

- Да? - коротко бросил, потирая виски.

- Здорово, товарищ! - донесся до меня неунывающий голос Туза, - Как твое ничего? - заржал этот мудила.

- Тамбовский волк тебе товарищ, - зло бросил я.

- Да не серчай ты, Макс. Я же тебе говорил, мы законы чтим, конечно. И порядок соблюдаем. И права нам все известны. Конституцию мы знаем, - откровенно потешался этот урод.

- Тебе чего?

- Дельце одно подвернулось. Можно хорошо поднять. Клянусь, тебе ничего не грозит, - спокойно добавил Тузовский.

- Глеб, а не пойти бы тебе на хер? - в его же лениво-высокомерной манере обрезал я «подельника», сбрасывая вызов и в ту же секунду занося его номер в блок, искренне жалея, что тем зимним вечером по собственной тупости принял его помощь, оказавшись теперь в полной заднице.

С трудом поднимаясь с кровати, я достал из холодильника бутылку воды, удивившись, что он до отказа забит продуктами - Галицкий постарался. Каким бы социопатом ни был Ромка, другом он был отменным.

Я вздрогнул, услышав звук дверного звонка. Кого там принесло, учитывая, что адрес моего нового съемного жилья знали всего пара человек, включая Леднёву.

Взглянув в глазок, я увидел.… Трофимову.

- Лена?

Я вопросительно выгнул бровь, больше не успев ничего сказать, потому что в этот миг, всхлипнув, девушка буквально повисла у меня на шее.

Глава 4

- Максим, что они с тобой сделали? - запричитала Трофимова.

- Шёл. Поскользнулся. Упал. Ни гипса. Ни бриллиантов. Ни мобильника, - не особо смешно сострил я, демонстративно уворачиваясь от ееёобъятий. - Лен, тебе чего? - морщась от распирающей боли в висках.

- Как чего? Я переживала. Несколько ночей не спала! Захотела убедиться, что с тобой всё в порядке, и вот… - блондинка всхлипнула, красноречиво всматриваясь в мое изувеченное лицо.

- А адрес как узнала? - вопросительно вскидывая бровь.

- Рома сказал…. - смущенно промямлила Трофимова. - Мне показалось, он просто не знал, как от меня отделаться, - блондинка усмехнулась, промокая глаза кончиками пальцев. - И хорошо, что сказал, - окидывая меня с ног до головы пристальным взглядом, - у тебя такой вид, будто собрался помирать. Думаю, дружеская поддержка точно не будет лишней?

- Ну, если только дружеская? - без тени флирта, отчетливо давая понять, что ее женские чары на меня не действуют.

- Да-да, - закивала она, совершенно серьёзно, что даже как-то не вязалось с обычной манерой общения Трофимовой.

- Тогда прогуляешься до ближайшей аптеки? - трезво оценив свои возможности, тихо попросил ее я.

- Конечно! Только скажи, что купить? - засуетилась Лена.

- Я тебе сообщение отправлю. И деньги сразу переведу.

- Максим, ну, какие деньги?

- Лен, - чуть дрожащей ладонью прикрывая глаза.

- Ладно-ладно. Только переведешь после того, как я чек пришлю, - не дожидаясь моего ответа, Трофимова выскочила из квартиры.

* * *

Закинувшись обезболом, я так и не смог выпроводить незваную гостью, которая, воспользовавшись моим практически невменяемым состоянием, упорхала хозяйничать на кухню. Судя по доносящимся оттуда запахам, Трофимова решила приготовить ужин.

- Лен, домой иди! Я тебе такси вызову.… - произнес я в полудреме.

- А плов кто за меня приготовит, Александр Сергеевич Пушкин, что ли? - легкомысленный смешок.

- Трофимова, я сейчас вырублюсь. Давай уже на выход, - теряя терпение вместе с остатками гостеприимства. - Спасибо, что сходила за лекарствами, но пора и честь знать…

- Расслабься, Леднёв, - в проеме появилась Ленкина голова. - Я и так уже опоздала на последнюю маршрутку. Чего теперь торопиться? Зато ты два дня не будешь думать о пропитании. Попробуешь мой плов, ещё будешь умолять меня за тебя замуж выйти! - подмигнув, она скрылась в кухне.

Кажется, я говорил ей что-то ещё на повышенных тонах, намереваясь подняться и выпроводить восвояси, однако все мои мысли как-то разом померкли, стоило отяжелевшим векам опуститься…

…. Я ощутил веяние ее запаха. И прикосновения горячих жаждущих губ по моей коже. Будоражащее ощущение. Оно подогревалось взглядом Розы. Острым как бритва. И моей ладонью у нее в трусиках. Большой палец был плотно прижат к ее клитору, утопая во влаге.

- Если ты не уверена, - разрываемый желанием, я громко сглотнул.

- Я раньше никогда не была такой…

Мокрой.

Её смелая томная улыбка, подстегивала меня увеличить скорость и амплитуду своих пальцев на подрагивающих лепестках.

Скулы сводило от желания. Низ живота окаменел. Болезненно разбухшему члену уже не терпелось, потому что поплывший мозг лихорадочно генерировал все новые и новые способы любить и ублажать мою Королеву.

Я готов был кому угодно продать свою душу, лишь бы скорее стать с ней одним целом….

- Сними их, Максим, - я ошалело смотрел в ее ведьмовские глаза, темнеющие с каждой секундой, запоздало осознавая, что ее пальчики легли на мою ладонь сквозь тонкую влажную ткань.

И тогда я потянул ее трусики вниз, обнажая блестящую розовую плоть.

- Чего изволите, ваше высочество? - надломленным шепотом, прижимаясь к ее промежности пахом, окончательно дурея от того, как ее бархатистая кожа соприкасается с тканью моих боксеров.

- Я мечтаю попробовать с тобой то, что ещё никогда не делала… - хрипло.

- Чтобы с первого раза все получилось, ты должна быть очень сильно возбуждена.… - обводя ее складки по часовой стрелке, слегка раздвигая их.

- Я от одних твоих прикосновений уже… - такой безумный алчный блеск в глазах.

Чувственный ротик Розы приоткрылся, жадно хватая воздух.

- Что уже? Мм? - интенсивнее ласкал клитор, почувствовав эхо ее подступающего наслаждения.

- Мокрая, - роза со свистом втянула воздух, - из-за тебя, Леднёв.

Ещё один ее неровный вздох. И ещё.

Член распирало в ожидании разрядки. У меня не было девственниц, поэтому всё было так ответственно - я едва ли мог справиться с реакциями собственного тела, с трудом удерживая себя на цепи.

Не привык, чтобы как с хрустальной вазой, буквально молиться на нее

Закладка:

- Мне нравится делать тебя такой неприлично влажной.… - наблюдая за движениями своих пальцев у девчонки между ног, я аккуратно подцепил подушечкой подрагивающий клитор. - Кусачка… - сильнее надавил, вынуждая ее шире развести ножки.

Роза томно улыбнулась, обнажая брекеты.

- Я хочу, чтобы ты кончила…

А мысленно: «Я буду трахать тебя, пока ты не забудешь своё имя.… И нашу фамилию. Ха!»

- Максим…. Макс-и-и-м…

Откровенное прикосновение к паху. Движения ладоней по моим бедрам заставили довольно быстро избавиться от оков сна… Но где-то на задворках взбудораженного сознания я учуял подвох. Потому что запах был не тот.

Резко открыв глаза, я увидел Лену. Она сидела у меня в ногах в одном белье. Хотя эти три нитки даже бельем-то язык не поворачивался назвать.…

Глава 5

- Лен, ты чё творишь? - максимально грубо.

- Ноги девушки говорят о многом.… Если они у тебя на коленях, значит ты ей нравишься, - сдувая с лица белокурую прядку, промурлыкала Трофимова.

- Зато ты мне не нравишься, - я почти оскалился на нее, отодвигаясь и накидывая на себя одеяло.

- Мне показалось, очень даже нравлюсь, - она многозначительно покосилась на мой всё ещё вздыбленный пах, очевидно, даже не допуская мысли, что он такой по вине совершенно другой девушки.

- Домой собирайся, - ледяным тоном, из последних сил стопоря себя, чтобы не перейти на мат.

Вот тебе и поели плова…. Что у нее в башке? Чтобы вот так запросто прыгнуть к парню в постель, пока он отключился из-за ударной дозы обезбола… Прямо романтика на максималках.

Ленка упрямо покачала головой, продолжая выгибаться передо мной в самых откровенных позах, однако на смену моему довольно быстро испарившемуся желанию пришли негодование и злость.

- Вали домой! - прорычал я сквозь зубы.

- Подумай хорошо, Максим. Представляешь, утром я буду готовить завтрак в одном фартуке. Упс, у тебя же нет фартука… Тогда.… - хлопая ресницами, Трофимова потянулась к застежке бюстгальтера.

- Я, блять, чё тебе сказал? - перекатываясь по кровати, я схватил с тумбочки телефон, на ходу открывая приложение для заказа такси, после чего сунул мобильник Трофимовой.

- Адрес пиши, и на выход!

- Максим, ну, мы же с тобой друзья…. - протянула девица с нескрываемой обидой, нехотя, поднимаясь с кровати.

- Охереть, друзья, - мрачно усмехнулся я, кидая ей её тряпки.

- Я бы помогла тебе расслабиться… - блондинка сделала пошлый жест языком.

- А после товарищеского минета можно и потрахаться по-дружески, да?

- Что здесь такого? Я всё понимаю. Предложения руки и сердца не жду… - пробормотала Трофимова, медленно натягивая джинсы.

- Ты не заслуживаешь подобного потребительского отношения… - на краткий миг, прикрывая воспаленные глаза ладонью.

- Может, я сама решу? У тебя ведь с той блогершей…. Как её? Элина… - Трофимова аж скривилась при упоминании Корчагиной. - Тоже была этакая своеобразная дружба… Чем я хуже? - игриво стискивая свои буфера.

Ну, пиздец.

- Лен, я люблю другую.

Пауза. Оглушительная и какая-то тяжелая. Могильная. Ох, не понравилось мне ее выражение лица…

- И кто она? - таким ледяным тоном, что мне стало не по себе.

- Изобрази уже сквозняк, - откровенно жалея, что впустил ее, ещё и поведав о личном.

Граблезависимость. Неизлечимая болезнь.

- Порчу на неё наведу.… - зло усмехнувшись.

А у Трофимовой, похоже, не все дома, она просто не понимает по-человечески…

- Значит, любишь, - хрипло вытолкнула, натягивая, наконец, футболку.

- Ага. И дорожу этим человеком, - я поднялся, за локоть выпроваживая незваную гостью, после чего доковылял до кухни: взяв кастрюлю с пловом, я всучил его Трофимовой.

- Тогда, где она? - шмыгая носом, пробормотала Ленка.

- Что?

- Где эта твоя супердевушка, которую ты любишь всей душой и которой так дорожишь? Почему она не ухаживает за тобой, не готовит тебе, не греет постель, пока ты тут подыхаешь в одиночестве? - не дожидаясь моего ответа, Трофимова вместе с многострадальным пловом выскочила за дверь.

* * *

Следующие несколько дней прошли как в тумане.

К сожалению, Галицкий оказался прав, и мне потребовалась медицинская помощь.

Столь неутешительный вывод сделал их семейный врач, которого без моего согласия привез Ромка. Эскулап настаивал, чтобы я хотя бы на несколько дней лег в больницу, однако я сразу отмел данное предложение, выбрав лечиться дома.

Следуя всем медицинским предписаниям, я почувствовал улучшения только дня через три. Всё это время Роза не выходила со мной на связь. На звонки не отвечала, не перезванивала.

Не находя себе места и сходя с ума от неизвестности, я решил поехать к ней домой, чтобы откровенно поговорить. Я кипел с того самого момента, как ушла Трофимова. Отчего-то в голове стояли ее слова…

Почему она не ухаживает за тобой, не готовит тебе, не греет постель, пока ты тут подыхаешь в одиночестве?

Я мог понять обиду Розы, я все мог понять.…

Но сейчас, черт возьми, она была мне нужна.

В предвкушении встречи с Розой я чувствовал самый настоящий зуд в кончиках пальцев. Меня прямо-таки подбрасывало от странного неконтролируемого волнения. Я устал от неизвестности, тотального одиночества и ебучего чувства вины. Душа была разодрана в клочья.

Как же я от всего этого устал.…

Дождавшись, когда из подъезда Леднёвой выйдут люди, я прошмыгнул внутрь, довольно быстро, учитывая всё ещё гудящую башку, поднявшись по лестнице.

Около двери в её квартиру меня начало конкретно потряхивать. Утыкаясь лбом в холодную стену, потребовалось с минуту, чтобы вернуть себе хоть крохи самообладания.

Как бы сильно не колотилось мое сердце, я выжал кнопку звонка, довольно быстро услышав приближающиеся шаги.

- Вам кого? - из-за двери донесся до меня обеспокоенный женский голос.

- Я к Розе. Можете её позвать? - выдал относительно спокойно, что совершенно не соответствовало моему взбудораженному душевному состоянию.

Пауза. Секундная заминка.

Правда, вскоре я услышал характерный щелчок - дверь отворилась, и ко мне на лестничную площадку вышла симпатичная ухоженная брюнетка лет под сорок. Мать Леднёвой - я сразу узнал ее по ярким карим глазам-бусинам.

- Здравствуйте. Могу я увидеть Розу, - выдавливая максимально дружелюбную улыбку из всех возможных.

- Добрый день. А дочка уехала. Разве она тебе не сказала? - с фальшивым удивлением в голосе.

- Уехала? Что-то случилось?! - обескураженно переспросил я.

Закладка:

Она устала. На отдых…

Я почувствовал, как внутри все содрогнулось.

Нервы трещали, превращаясь в лохмотья.… Бам. Бам. Бам.

- Ясно. Я вас понял, - ощущая в душе мощнейший убийственный взрыв, так, один за другим, самоликвидировались мои последние жалкие, наивные иллюзии.

Уехала тогда, когда была мне так необходима… Сбегая по лестнице, я прыснул, заливаясь нервным смехом.

Глава 6

*Два месяца спустя*

Роза

Я мрачно рассмеялась, разглядывая полумертвые розы в красном горшке на подоконнике. Подарок Леднёва. Видимо, за время моего отсутствия мама и не думала их поливать, хотя этот сорт цветов был достаточно неприхотлив.

Испытывая укол жалости, я набрала ковш с прохладной водой, всё-таки выливая её в растрескавшуюся сухую землю, после чего продолжила заниматься перестановкой в комнате.

Школа осталась позади.

Через пару недель начинался совершенно новый жизненный этап - студенчество. Я решила разхламить шкафы и полки, отправив все ненужное на помойку, в глубине души всё ещё надеясь отыскать свой потерянный медальон.

К сожалению, пока эта затея не увенчалась успехом, однако я не утратила надежды.

В далеком детстве моя бабушка, которой не стало несколько лет назад, когда что-то теряла, приговаривала: «Черт-черт, пошутил и отдай!». Я не особо верила в действенность данного метода, однако, отчаявшись, пробормотала.

- Черт-черт, пошутил и отдай…

- Милая, пошли обедать? - мама заглянула в мою спальню. - Я так по тебе соскучилась… Мы ведь толком не поговорили после аэропорта, - она неловко пожала плечами. - Столько всего хочется обсудить. Всё-таки первое лето, которое мы провели порознь…

- Да, я сейчас подойду! - я улыбнулась: изобразить мнимую радость вышло как-то неожиданно легко.

Наверное, потому что внутри уже ничего не было, все осталось там - на неудобной койке вожатской лагеря «Солнышко», где я проработала всё лето: днем старательно давя из себя жизнерадостного куратора, а ночами, закусывая губы, чтобы не разбудить других вожатых, лила слёзы отчаяния, обиды и боли в подушку.

Поднявшись, я подошла к книжному шкафу, вытаскивая оттуда многострадального «Маленького принца» Экзюпери. Монотонно перелистнув страницы, я наткнулась на фразу.

«Твоя роза была так дорога тебе…»

Как бы ни так…

Зажмурившись, я мысленно перенеслась на несколько месяцев назад, воспроизведя в памяти тот наш разговор с отчимом на кухне.

* * *

- Что мне сделать, чтобы ты помог Максиму?

Взгляд дяди Серёжи задержался на моем заплаканном лице, глядя в него с неожиданным спокойствием. Минута, две… Однако, он упорно продолжал молчать.

- Ты ведь, наверняка, попросишь меня больше никогда с ним не общаться? - сухо предположила я, не выдержав первой.

Отчим кривовато усмехнулся.

- Ну, я же не монстр какой, чтобы насильно заставить тебя вычеркнуть кого-то из своей жизни, да и нереально это в наше время информационных технологий.

- Тогда что? - смачивая пересохшее горло слюной.

- Роза, давай поговорим как взрослые люди?

На мой нервный кивок, собеседник как-то безрадостно вздохнул.

- Я воспитывал тебя как свою родную дочь и, откровенно говоря, не в восторге от этого парня. Твоя мама, кстати, тоже. Я навел о нем справки: не успели Леднёва снять с профилактического учета, как он вновь угодил в КПЗ. Прямо талант!

Я поморщилась от его насмешливого взгляда.

- Опустим лирику про первую влюбленность и ошибки молодости. Я прожил поболее твоего, и кое-что понимаю.… - устало глядя мне в глаза. - Сейчас ты не можешь адекватно воспринимать и анализировать информацию. Но время и расстояние всегда расставляет все по своим местам.

Время и расстояние. Ну, конечно.…

- Полагаю, если убрать налет трагизма - то, что твоему молодому человеку грозит реальный тюремный срок - то ты и сама уже в нем не уверена. Ведь так?

Опустив голову, я нехотя вспомнила тот его поцелуй с другой женщиной, пачку денег, обмотанных моей резинкой для волос, участие в мутных делах Туза, да и медальон, увы, так и не нашелся…

Я безнадежно верила Максиму, пытаясь найти всему этому хоть какое-то оправдание, но мою измученную душу покусывал неприятный червячок сомнения.

Уж слишком много странных, пугающих совпадений. Голова шла кругом. Было страшно ошибиться…

- Не стоит отвечать, Роза, я неплохо читаю по лицам. Мы с твоей мамой хотим, чтобы ты уехала на время. Хотя бы на пару месяцев. До конца лета. Помнится, всех призеров олимпиады «Импульс» приглашали на летнюю подработку кураторами в лагерь «Солнышко» на Черноморском побережье.

Сердце отчего-то болезненно замерло и опять пустилось в галоп.

- Вы предлагаете мне уехать? До конца лета? И тогда Максим выйдет на свободу? Дядь Серёж, вы меня не обманываете? Вы, правда, сдержите свое слово? А как же улики против него? Против этого ОПГ? Я что-то не понимаю… - пробормотала я, дрожащими губами.

Отчим кивнул.

- Я постараюсь помочь твоему Леднёву, но и ты должна пообещать мне, что, правда, возьмешь паузу, и не будешь искать с ним встречи. Полагаю, если у молодого человека серьёзные чувства и намерения, то он тебя дождется? Разве два месяца - это срок для настоящей любви?

- А что потом? Когда я вернусь… - прошептала, переполненная таким бешеным коктейлем разных чувств, что он едва не выплескивался из меня наружу.

- Тогда я окончательно избавлюсь от всех улик, - кулак на столе мужчина сжался и разжался. - Но только если ты выполнишь условия нашей сделки. Думаю, к этому моменту время расставит все по своим местам. Говорят, препятствия и запреты лишь усиливают романтические чувства, поэтому я всего лишь прошу тебя взять паузу, - философски закончил дядя Серёжа.

Несколько недель в разлуке, ради того, чтобы Леднёв оказался на свободе и ему ничего не угрожало, казались мне чем-то настолько незначительным, что я выпалила, не задумываясь, лишь бы только родственник не передумал мне помогать.

- Я согласна. Пообещай, что после моего возращения в Москву, ты не будешь вставлять нам палки в колеса и уничтожишь все, что можно хоть как-то использовать против Максима? Дядь Серёж, пообещай!

- Обещаю, - вялая улыбка, - А теперь пойдем спать?

- Его ведь завтра выпустят? Правда?! Он не должен там больше оставаться…

- Я уже все сказал. Роза, спать…

Истерично рассмеявшись, я впервые за все эти черные дни вздохнула свободно.

Правда, мое мнимое спокойствие разрушилось уже спустя

Закладка:

И, если ее пребывание у него на кухне я ещё могла как-то объяснить, то ее довольно откровенные селфи в кровати Максима уже были за гранью всех граней…

Крах всего.

Мы поссорились, да. Тот разговор получился болезненным, неоднозначным и неопределённым. Однако мы не расстались. Нет! Та самая точка поставлена не была. Роковых слов сказано не было. Скорее многоточие…

А он.…

Получается, он не просто впустил Лену к себе в квартиру, а ещё и оставил ее на ночь. На минуточку, в его жилище была всего одна кровать. Никаких гостевых спален и прочего, а фотографии Трофимовой оказались красноречивее любых слов.

Я брезгливо выдохнула, почувствовав подступающую к горлу тошноту.

Меньше недели прошло с тех пор, как мы с ним…

Бельё-то хоть поменяли?

Теперь, кривляясь в маске зайки, там спала она.

Моя лучшая подруга, которая, похоже, добилась своего.

Ну, не опоила же она его чем-то, проникнув в квартиру под видом курьера? Даже для Трофимовой это было бы слишком…

Что ж.…

Это меня добило, сломало, уничтожило, окончательно запутав и подведя к черте, за которой уже скрывались серьёзные психические диагнозы.

Попахивало шизофренией, серьёзно.

Мне начало казаться, что весь мир, включая моих родственников, друзей и одноклассников против нашего союза. Прямо психиатрическая лечебница на выезде. Рассудок, тихо свистя, отлетал…

А учитывая, что Леднёв признался в обмане, к сожалению, я больше не могла не подвергать его слова и действия сомнениям.

Вот это было страшнее и больнее всего.

Любовь без доверия.

К слову, Максим даже не попытался оправдаться за эту ночь.

Пара пропущенных от него, и весь энтузиазм моего первого парня окончательно угас. Он больше со мной не связывался, судя по фотографиям и видео, которые регулярно выкладывала Лена в группе его фан-клуба, довольно разнообразно и ярко коротая лето. Что-то мне подсказывало. С ней.

- Милая, ну, ты где? - донесся до меня озабоченный голос мамы. - Сейчас пообедаем, потом заедем в цветочный магазин, я там кое-что обновила, думаю, тебе понравится, а потом тебя ждет сюрприз.…

Сюрприз.

Глава 7

Следующие часы прошли в привычной рутине.

Какое-то время мы провели в цветочном магазине, где мама, с пеной у рта, делилась со мной последними новостями, показывая новшества, которые произошли в моё отсутствие.

Например, она покрасила одну из дальних стен серым цветом, сделав из нее фотозону, на фоне которой выигрышно смотрелись яркие букеты. А также декораторы уже начали украшать фасад магазина кашпо с характерными дарами осени. Атмосферно. Стильно. Впрочем, всё, как всегда.

Пока мама отвлеклась на постоянную клиентку, я прошмыгнула в подсобное помещение, обнаружив там Лилю, находящуюся в явно подавленном состоянии.

- Роза, привет… - вымученно улыбнулась продавец-консультант, промокая уголки глаз влажной салфеткой. - С возвращением.

- Привет. Что случилось? - тихо спросила я.

- Да так.… - неопределённо отмахнулась рыжая лисичка.

- Что-то серьёзное? - я прямо-таки улавливала исходящие от девушки тревожные вибрации, так схожие с теми, что я испытывала на протяжении последних недель.

- Роз, не стоит тебе забивать голову моими проблемами… - девушка мрачно усмехнулась.

- Возможно, так я смогу хоть ненадолго абстрагироваться от своих? - отзеркалила я её глухой смешок.

- Глеба снова арестовали, - пожав плечами, Лиля подняла на меня взгляд прозрачных зеленых глаз. - Утром загребли. Прямо из постели, - закусывая дрожащую губу. - Знала бы ты, Роз, как меня это достало. Он ведь обещал завязать со всем этим дерьмом… И снова неизвестность и страх.

Удрученно падая на скамью рядом с ней, я не нашлась, что сказать. Вместо лишней демагогии, лишь порывисто ее обняла, гладя по длинным блестящим волосам цвета огненного солнца.

- Глеб сказал, это как-то связано с его отцом. Вроде бы правоохранители действуют по беспределу, и скоро его вынуждены будут отпустить. Он всегда такой самоуверенный, прямо белый и пушистый! А мне хочется на себе волосы рвать от нервов… - робкий всхлип. - Роз, у меня задержка уже неделю…

Задержка уже неделю…

У меня буквально выбили воздух из легких.

Насколько я знала, Лиля находилась в довольно непростой жизненной ситуации, хоть и не любила распространяться на эту тему. Похоже, Тузовский забрал девушку к себе из неблагополучной семьи, и вот такой печальный итог…

- Лиль? - пробормотала я, косясь на дверь, чтобы нас не услышали.

- Да, знаю я. Можешь ничего не говорить. «Мама, я полюбила бандита и залетела от него….» - горькая улыбка.

Проглотив целые мириады нотаций, включающие в себя мое со всех сторон негативное отношение к Тузу, я негромко спросила.

- Чем тебе помочь? Деньги нужны?!

- Спасибо тебе, Роз. Ты и так уже помогла - я выговорилась, и стало легче, - улыбаясь сквозь слёзы.

- Милая, я уже заканчиваю, ты где? - донесся до нас жизнерадостный голос мамы.

- Иду…. - я выпрямилась. - Лиль, если что, звони, не стесняйся! Хорошо?

Она робко кивнула, вновь потянувшись к платочкам.

* * *

- Мам, куда мы едем? - напряженно поинтересовалась я, когда автоледи за рулем свернула в сторону загородной трассы, и я почувствовала неладное.

- А вот и обещанный сюрприз! - мама улыбнулась. - Наташа устраивает что-то вроде девичника, и пригласила нас. Она недавно стала амбассадором косметического бренда, вот и организовала вечеринку на даче. Увлеклась сетевым маркетингом. Попьем коктейли, опробуем новые масочки....

- Тетя Наташа Олейник пригласила меня в гости? - удивленно вскидывая бровь. - Помнится, она не желала обо мне слышать после нашего расставания с Игорем…

- Ой, Роза, сколько времени уже прошло? - мама отмахнулась от меня, лихо перестраиваясь. - Насколько я знаю, Игорь начал встречаться с той девушкой… Ланой… - несколько разочарованно, - и Олейников ее кандидатура вполне устраивает. Ну, а так как ваши отношения с Игорем не успели выйти за пределы первой юношеской влюбленности, - она откашлялась. - Не думаю, что кого-то смутит твой приезд.

- Мам, я не хочу пересекаться с Игорем.… - я скептически покачала головой.

Она перевела на меня удивленный взгляд, ее карие глаза буквально сканировали меня.

- Милая, мы ведь столько лет дружим, каждый год закрывая сезон у Олейников на даче. Разумеется, я догадывалась о твоей реакции, поэтому заранее выяснила, что Игоря не будет, и его девушки, конечно, тоже, - поспешила успокоить она меня.

- Вообще-то о таких вещах

Закладка:

Только одного взгляда на маму хватило, чтобы понять - она никогда не согласится оставить меня посреди пригородной трассы.

Боже, ну, что за невезуха? Дача Олейников была последним местом, где я сейчас хотела находиться…

* * *

Однако, очутившись на празднике, я вынуждена была признать, что мама оказалась права, и до меня, по большому счету, никому не было дела.

Вечеринка уже была в самом разгаре. На лужайке перед внушительным кирпичным домом стояли столики с закусками и напитками, вокруг которых сновали гости.

Тетя Наташа, дружелюбно нас поприветствовав, улетела продолжать презентацию той самой вышеупомянутой косметики, опробовать которую собралось с десяток ее подруг и ещё несколько соседок по участкам.

Мама быстро влилась в их тусовку, я же, воспользовавшись суматохой, скрылась на заднем дворе, заняв удобное кресло-гамак.

Пусть интернет за городом немного тормозил, не удержавшись, как истинная мазохиста, я открыла группу фанклуба Леднёва, с болью в сердце обнаружив там целую папку с новыми фотографиями.

Когда же большая часть снимков прогрузилась, из меня вырвался беззвучный вопль.…

Фотосессия Максима и Лены.

Очевидно для какого-то магазина спортивной одежды, потому что они позировали на футбольном поле. Красивые. Расслабленные. Стильные. Ленка в образе этакой современной хиппи, с блестками на лице и двумя дерзкими высокими хвостами. Леднёв….

Он был прямо воплощением беспощадного красавчика, способного затопить целое футбольное поле своим тестостероном.

Листая фотографии, я не могла не отметить - некоторые их позы были столь отлаженными и красноречивыми, что я буквально захлебывалась подступающей к горлу ревностью, сжирающей меня, клетка за клеткой…

Её подогревали и многочисленные комментарии: «Вау!», «Красивая пара», «Вы всё-таки вместе?» «Шипперим вас» и много сердечек.

Убрав телефон в сумку, я на несколько мгновений прикрыла слезящиеся глаза.

В итоге свежий воздух в купе с недосыпом из-за ночного перелета сыграли со мной злую шутку - я ненадолго задремала, а когда разлепила ресницы, обнаружила, что музыка стихла, зато к оживленным женским голосам добавились мужские…

Покинув свое временное укрытие, я заприметила на веранде весьма урезанное количество гостей, к которым, к слову, присоединились мой отчим и Олейник-старший. Особенно покоробил тот факт, что на столе появился алкоголь…

Мужчины, традиционно, распивали коньяк. Переведя напряженный взгляд на маму, я отметила, что она, возбужденно переговариваясь о чем-то с тетей Наташей, потягивает вино. Да что за невезуха такая!

Ночевка в доме Олеников совершенно не входила в мои планы… Боже, так попасть.

- Розочка, иди к нам! - тепло позвала меня мама Игоря. - Расскажи, как лето провела? Что нового? Мы ведь так давно не общались…. - судя по раскрасневшимся щекам, хозяйка дома явно была навеселе.

Однако деваться мне было некуда. По собственной глупости, похоже, придется остаться у Олейников на даче с ночевкой. Сюрприз, блин, удался на славу. Хорошо хоть, Игоря здесь нет. Общение с ним совсем не входило в мои планы….

Глава 8

Отбив атаку дежурных вопросов, я воспользовалась тем, что про меня благополучно забыли, решив прогуляться до реки, раз уж всё равно придется остаться здесь «в заложниках».

Дача Олейников располагалась в живописном кооперативе на берегу небольшой речушки - я всегда сомневалась, что в ней можно купаться, однако, когда это останавливало разгоряченную летним зноем молодежь?

Вот и сегодняшним душным вечером на берегу было многолюдно: многочисленные компании купались, жарили шашлыки и пели песни под гитару, провожая уходящее лето.

Я присела около берега на большом пологом камне, и, набрав пригоршню камешков, принялась безучастно метать их вводу.

- Роза?

Почувствовав мурашки вдоль позвоночника, я обернулась на знакомый голос бывшего парня.

- Игорь? - глубокий вздох. - Ты здесь? - глупый вопрос, учитывая, что дача их семьи находилась всего в трех минутах ходьбы.

Я смерила Олейника внимательным взглядом, отмечая произошедшие с ним за лето изменения. Первое, что бросалось в глаза - он состриг свои кудри, и выглядел теперь гораздо взрослее. Я бы даже сказала мужественнее.

Белая футболка. Синие джинсы. Коричневые лоферы. На запястье небрежно болтались часы люксовой марки. Стильно, с претензией на новоявленного студента юридического факультета.

Конечно же, Олейники поспешили поделиться со мной главной новостью - Игорь поступил на бюджетное отделение юрфака, планируя пойти по стопам своего именитого отца.

Насколько я поняла, парень был настроен весьма серьёзно, подрабатывая в адвокатской конторе Олейника-старшего все лето.

- Ага. Неожиданно даже, - Игорь пожал плечами. - Вообще не планировал заезжать на дачу, - кивнув куда-то мне за голову.

Оглянувшись, я заметила неподалеку у костра компанию смеющейся молодежи, там были парни и девушки.

- У моего приятеля Арсена сегодня день рождения. Мы весь вечер отмечали в баре на Патриках, а потом как-то внезапно сорвались сюда. Решили продолжить веселье на лоне природы, так сказать, - доброжелательно улыбаясь. - У его родителей тоже здесь дача, - он присел на соседний валун.

Проведя ладонями вверх-вниз по своим рукам, я вновь посмотрела в сторону костра, вокруг которого кучковалась компания Олейника, подозревая, что его девушке не понравится наше уединенное рандеву, да только я не увидела среди них Ланы Латыповой.

- И я оказалась здесь совершенно случайно, - раздраженно вздохнула. - Мама решила устроить мне сюрприз, и привезла на вечеринку к твоей маме! Если бы я знала, то, разумеется, не поехала бы.… - сразу расставляя точки над всевозможными буквами, лишь бы только не вводить Олейника в заблуждение.

- Почему? - сосредотачивая на мне серьёзный взгляд.

- Ну, у нас не сложилось… У тебя новая девушка. Полагаю, все это не совсем уместно… - отводя усталый взгляд.

- Игорех, ни чё ты быстрый! - донеслось до нас вместе с залпами пьяного смеха. - Познакомишь? - нахальный мужской голос.

- Эй, присоединяйтесь к нам.… - вторил ему женский.

Олейник сделал жест рукой, призывая ребят замолчать.

- Роза, я как раз об этом и хотел поговорить, - он нахмурился, сверля меня глазами, в которых мелькнула тень тоски. - Это ж надо было так все испоганить, чтобы ты теперь даже на семейные посиделки приезжала, как на каторгу! Умеем… Опыт, стаж, квалификация, - раздосадованный смешок.

Я только озадаченно пожала плечами, пытаясь побороть смущение.

Через несколько секунд Игорь продолжил.

- Мне искренне жаль. Ты первая девчонка, которая меня бортанула. Ну, вот меня и понесло не

Закладка:

- О-о-о-о.… - я не ожидала подобных признаний, удивленно моргая. - Хорошо, что ты хотя бы сейчас это осознал… - осторожно добавила я.

- Понимаю, что к нормальному общению теперь трудно вырулить, просто хотел сказать, что я больше не тусуюсь с родней. Можешь спокойно приезжать и на дачу, и в гости. Мама тебя обожает. Она только рада будет, - негромко произнес он.

Я равнодушно кивнула, находясь в каком-то оцепенении. Говоря откровенно, мне было все равно на признания и позднее раскаяние моего бывшего парня.

Вновь водить дружбу с Игорем, ровно, как и участвовать в посиделках с Олейниками я больше не собиралась. Завтра же планировала уведомить об этом маму, чтобы впредь избежать подобной самодеятельности.

- Дядя Серёжа как-то заезжал к нам в офис. Говорил, что ты решила работать в Сочи до конца лета. Понравилось?

Решила я. Ага.

Прикрыв глаза, я сделала над собой усилие, достаточно спокойно вытолкнув.

- Как может не понравиться? Море, солнце и зарплата более чем достойная.

- А я у бати батрачил. К слову, у него не забалуешь.… - ровным тоном отозвался Игорь, задерживая взгляд на моем запястье.

Парень с задумчивым видом разглядывал мой браслет. Точно такой же я подарила Леднёву на его день рождения. Парные. От чего-то я так и не смогла его снять.

- Красивый браслет, - Игорь сосредоточенно смотрел мне в глаза.

- Ага. Случайно увидела в одном ломбарде…

- Серьёзно? Я думал в ломбардах всякое никому не нужное старье продают, - с искренним негодованием.

Я коротко усмехнулась, зная, что семья Олейников привыкла отовариваться в бутиках типа «ЦУМа».

- На самом деле, там много всего. По весне я познакомилась с хозяином одного пристанища коллекционеров, и до сих пор получаю от него новостную рассылку, - лишь бы поддержать не особо клеящийся разговор.

В этот момент ребята из компании Олейника вновь достаточно энергично напомнили нам о своем присутствии.

- Ну, ладно, - я поднялась, отмечая, что к этому моменту окончательно стемнело. - Мне пора возвращаться. Да и тебе пора к своей компании…

- Да, но я провожу тебя до ворот.

- Игорь, что тут идти.… - резко мотая головой.

- Да брось. По ночам полно алкашей. Через две улицы живет даже буйный. Как нажрется, марлезонский балет отдыхает…

Не обращая внимания на мой протест, Олейник увязался следом.

- Только, Роза, у меня просьба, - он нервно рассмеялся. - Не говори родителям, что меня встретила. Для них я чинно отдыхаю в ресторане на Патриках.

Я вопросительно выгнула бровь.

- Мать не любит подобных сборищ: девочки, алкоголь… А я планирую у Арсена оторваться, - он хохотнул.

- Не скажу, - сухо заверила его я, в самом деле, озираясь по сторонам.

Из сгустившихся сумерек выплыла луна, принеся с собой пугающие шорохи и странные звуки. Пробираясь между кустарников, сердце подскочило к горлу, когда дорогу нам преградил обрюзгшего вида мужик.

- Пару сотен не найдется, молодежь? - он сложил ладони в наигранном смирении, оправляя грязную рубаху на полном животе. - Я за вас помолюсь…

- Не найдется. Кончай бухать, и деньги будут, - холодно отбил Олейник, подталкивая меня вперед.

- Чё такой борзый? Я что, много прошу…. Не жлобься… Вон на какой тачке гоняешь… - я поежилась, услышав его надсадный смех.

- Роз, лучше ускориться, - шепнул парень мне на ухо. - Я тебе про этого гондураса говорил… - по коже разлился озноб, уловив в голосе Игоря напряжение.

Я и сама уже находилась на взводе, начиная паниковать. Этот мужчина был откровенно маргинального вида, и, тошнотворно улыбаясь, продолжал идти за нами следом.

Выдохнув с облегчением, когда впереди показался коттедж Олейников, я в очередной раз обернулась, выхватывая отблеск чего-то металлического у маргинала в руках.

Заточка? Нож?!

- Игорь.… - леденея от ужаса.

Замахнувшись этим, он шел прямо на нас.

Глава 9

Только сейчас я отметила, что он гораздо выше и здоровее моего спутника, а ещё явно под чем-то… Не было ни тени разума на его перекошенном ненавистью и презрением лице.

Нервно моргая, я перехватила испуганный взгляд Игоря, отмечая, как он побледнел, и вот здесь мне реально стало жутко.

Где-то на подкорке сознания пронеслось - Олейник не умеет драться. Он из тех, кто привык решать конфликты дипломатическим путем, а не кулаками. Игорь открыл рот, но из него не вырвалось ни звука.

Секунда… две…

Они тянулись непростительно медленно… страшно.

У меня вся жизнь пронеслась перед глазами пока этот уголовник с остекленевшим, одурманенным взглядом, выбрав себе жертву, двинулся на меня…

Мамочка…

Она ведь не переживет ещё одной потери…

- У-у-у… какая…. - он гадко усмехнулся, поправляя брюки на причинном месте.

По подбородку маргинала стекала дорожка прозрачной слюны. Это зрелище заставило меня внутренне содрогнуться. Я попыталась заорать, однако голосовые связки не сработали - из горла вырвался лишь жалкий надсадный хрип.

- Иди-ка сюда… сладенькая… - прохрипел он, пожёлтевшими зубами.

По телу неслись потоки губительной дрожи, меня выворачивало наизнанку от животного страха, парализующего все мое существо. Я ног своих не чувствовала, пока он приближался…

- По-жа-лу.… - перед глазами плыло.

Я не уловила момент, когда Игорь, оттолкнув меня, вылетел вперед. Не удержав равновесие, на неверных ногах, я угодила на землю, резко поворачивая голову…

И взвыла… ультразвуком взвыла, уловив тот самый миг, когда маргинал замахнулся на Игоря ножом. Олейник попытался перехватить инициативу, но не успел…

Это был точный боксерский удар куда-то в подреберье. Я на инстинктивном уровне уловила запах крови, завыв ещё отчаяннее, в надежде, что нас услышат…

- А я ведь по-хорошему просил, - дребезжащий смех. - Жлобье малолетнее.… двести рублей дядьке зажали… - он забрался на Олейника, полностью его обездвиживая.

Игорь тихо заматерился, предпринимая новую попытку перехватить инициативу, тогда мужик наотмашь ударил его по лицу. Он застонал, очевидно, теряя сознание. Белоснежная футболка на глазах приобретала красный оттенок…

В воздухе уже распространялся металлический кислый запах. Меня подбрасывало от конвульсий, прошивающих застывшее посреди дороги тело.

Словно в замедленной съемке

Закладка:

«Господи, да он же его так до смерти забьет!» - вспыхнуло под оглушающий рев крови в ушах. Из-за меня. И за моей тупой вылазки до реки. Прогуляться захотела.… Ду-ра!

Я с отчаянной силой дернулась вперед, впиваясь в руку мужика своими ногтями. Не ожидал. Секундное преимущество…

Где-то далеко позади послышались голоса, или… это у меня в голове уже размножился целый оркестр?

Я выбила нож из окровавленной руки монстра, карабкаясь на него сверху, царапаясь и лягаясь. Ужас всего происходящего ослеплял, заставляя сердце отчаянно биться о ноющие ребра. Только бы Игорь сделал хоть что-нибудь… Главное, не сдаваться… Не прощу себе, если с ним… из-за меня…

Понимала, что долго не продержусь, и надежда была слишком призрачной, слишком эфемерной.

Я не ошиблась.

Уже в следующую секунду меня отшвырнуло в сторону, а голову пронзила такая острая боль, что я чудом не потеряла сознание. И снова эти голоса… Голоса, переходящие в крики… Какое-то мельтешение. Лай собак?

Дрожа в ожидании нового удара, я закрыла голову руками, борясь с накатывающими волнами ужаса, страха за жизнь Игоря и тошноты. Потому что перед мутнеющими глазами стояла кровь. Много крови. И его затухающие стоны отдавались набатом в сердце. Дышать становилось нечем.

Господи, только не это… Нет. Нет. Нет.

Сюрприз.

Эхом насмешки рассыпался в голове мамин голос.

- Девушка.… девушка! - кто-то тряс меня, словно тряпичную куклу, а я не чувствовала ничего, кроме гула крови в висках.

- Парня надо срочно в больницу…

Пространство вокруг опасно вращалось, мчалось, будто ракета - я не понимала, как это остановить. Дурацкая гравитация засасывала меня в черную дыру…

* * *

- Роза…

- Доченька моя… Милая… - срывающийся мамин голос. - Доченька, ты меня слышишь?

- Ма-ма.… - шептала я, силясь открыть глаза. - Мама, где Игорь? Что с ним?! - пересохшими губами, леденея от ужаса.

- С ним… всё будет нормально… Серёжа оказал ему первую помощь. Они с Вовой и Наташей сами повезли его в больницу. Главное не потерять драгоценное время. Скорая скоро приедет… Милая… Только не делай резких движений… Погоди…

- Мам, со мной все в порядке… - пытаясь присесть, и, наконец, замечая собравшихся вокруг нас людей. - Зачем мне скорая?

Протянув руку, мама аккуратно прошлась кончиками пальцев по моей голове, которую моментально прострелила острая боль.

- Надо в больницу, - отрезала она, всхлипывая. - Роза, ужас-то какой… Я с улицы услышала твой крик… Пока сообразили, куда бежать…. Нашли вас… - мама снова зашмыгала носом. - Спасибо ребятам, что спугнули этого ублюдка… - она кивнула в сторону двух парней, которые стояли в нескольких метрах от нас, озадаченно переглядываясь.

- Его уже поймали… на пляже скрутили… - невпопад информировали меня ребята. - Наш местный синяк, совсем, похоже, из ума выжил. Обдолбался чем-то.

- Спасибо, - я порывисто кивнула, подавляя подступающую истерику.

- Дочка, прости меня…

- За что? - игнорируя ее руки, я попыталась медленно выпрямиться - отчего-то не могла сидеть на месте.

- Как ты не хотела сегодня ехать…. А я настояла… - молитвенно сложив дрожащие ладони. - Прости меня, Роз…

- Ну, так сюрприз, - я зажмурилась, ослепленная светом фар. - Да я сама виновата… Ночью куда-то поперлась. Главное, чтобы с Игорем всё было в порядке… - я тяжело вздохнула, морщась от головной боли.

- Скорая.… Прямо быстро. Вова с Сергеем всех на уши поставили.

Глава 10

*Шесть дней спустя*

POV Игорь Олейник

- Как ты себя чувствуешь? - отправил Розе сообщение.

Ответ пришел менее чем через минуту.

- Голова сегодня вообще не болела. Надеюсь, завтра выпишут. Кстати…

Следом Роза отправила мне фотографию пластикового контейнера с печеньем.

- Мама напекла на целую больницу. Занести тебе?

- Не откажусь. У меня тоже для тебя кое-что есть. Батя привез мне ужин из ресторана. На две персоны. Забегай?

- Буду минут через пять!

Откладывая телефон на тумбочку, я вспомнил жуткие, налитые кровью глаза местного алкаша, а потом увидел дорожку слюны, которая бежала у него изо рта, как у того пса из моего детства, внезапно оставив попытки сопротивления.

Меня будто выбросило из тела. Порвало в клочья.

Вскоре паралитическое чувство страха вытиснилось чернотой. Все вокруг провалилось в абсолютную бездну… Последнее, о чём я успел подумать, проваливаясь в небытие: «Неужели карма настигла?».

Правда, вскоре я очухался, вдруг осознав, что произошедшее с нами - не что иное, как масштабная помощь Вселенной.

Кто же знал, что Роза в этот день приедет на дачу? Пойдет на пляж? А потом на нас нападет этот перебуханный шизофреник, который теперь до конца своих дней будет гнить в психушке. Мы с батей уж об этом позаботимся.

Так вот, когда я пришел в себя, узнав от врачей, что рана оказалась не глубокой, и моей жизни ничего не угрожает, то понял - это настоящий подарок.

Когда ты на своем месте, мир будто начинает тебе помогать, такое происходит, потому что ты идешь своим истинным путем. Во всей этой истории мне вообще с самого начала невероятно везло.

Кто бы мог подумать?

Мои мысли галопом устремились на много лет назад.

Мне было шесть, когда это произошло.

Устав дожидаться маму из магазина, я зашел в незнакомый двор, где на меня напала крупная собака с большими жёлтыми глазами. До сих пор в кошмарах мне иногда снился ее оскал. И ручьи слюны, стекающие из пасти.

Собака намертво вцепилась мне в ногу, повалив на землю. Мое тело безвольно моталось по окровавленному тротуару, пока случайный прохожий не огрел эту бездомную суку палкой, и она не разжала челюсти.

От испуга и шока я начал заикаться. Однажды во время прогулки в саду я увидел около забора нескольких бродячих псов, и у меня случилась истерика, во время которой впервые произошел конфуз.

Невротический энурез - такой диагноз поставил мой лечащий врач.

К счастью, подобные конфузы случались только во время ярко-выраженных потрясений. Например, я мог сильно разволноваться.… Ожидаемо, что дети начали меня дразнить. Дома я рыдал, убеждая родителей сменить детский сад.

Но мой отец был непреклонен.

Вместо того чтобы сдаться, он отвел меня в «Детский мир», позволив выбрать любые игрушки, а на следующий день принести их в сад. Те, кто ещё недавно дразнили меня, начали заискивать, лишь бы только поиграть с моими машинками

Закладка:

Через несколько дней отец пришел за мной раньше, как раз во время прогулки, продемонстрировав новенький велосипед. Конечно же, большинство ребят из моей группы изъявило желание на нем покататься.

Папа договорился с воспитателем, и мой велик оставили на площадке. О, на следующий день я прямо-таки почувствовал себя королем. Другие дети из кожи вон лезли, лишь бы получить право на нем прокатиться, как только меня не умасливая.

К семи годам я почти справился с заиканием и конфузы случались со мной гораздо реже, однако на семейном совете было решено, что я пойду в школу на год позже.

Я не расстроился, потому что узнал, что тогда буду учиться с Розой в одном классе - она была немного младше меня, и собиралась в школу только в следующем году.

Я же за эти месяцы окончательно решил все свои проблемы, четко уяснив, как много в нашем мире значат деньги и власть. Это окрыляло. Я испытал кайф, подсаживаясь на это чувство, как на иглу.

Отец с детства внушал мне, как легко можно манипулировать людьми. Внутренние инстинкты помогали мне приспособиться, где это необходимо, и идти дальше к намеченной цели.

В школе я привык чувствовать себя королем. Лидером.

Потому что большинство моих одноклассников были доверчивыми, глупыми и наивными. Только Роза была не из их числа. Идеальная. Красивая. Умная. Добрая. Справедливая.

Истинная королева.

Наше расставание не стало для меня ударом. Я догадывался, что Роза пока просто не готова переходить на новый уровень отношений, поэтому, в общем-то, был не против расстаться на время, переключившись на интрижку с Ланой.

Латыпова могла дать мне то, в чем всегда отказывала Леднёва. Как говорится, грех не брать, когда дают. Разумеется, я не относился к Лане серьёзно, собираясь вскоре вернуть свою возлюбленную.

Откровенно говоря, я планировал сыграть на Розиной ревности. Полагал, Леднёва не переживёт потерю королевского титула в стенах школы, и вскоре сама прибежит ко мне с повинной.

А вот зрелище жарких объятий Розы с Максимом Леднёвым в оранжерее стало для меня ударом ниже пояса.

Я так увлекся своими делами и подготовкой к экзаменам, что мне даже в голову не пришло проверить, появился ли у Розы кто-то. Я привык думать, что она по праву рождения принадлежит мне. Тот факт, что у моей Розы есть ухажер - выбил меня из колеи.

С того для все мои мысли были об этом уроде.

Я был уверен, что у них ничего не получится. А если даже завяжутся отношения, я сумею обставить все так, что вскоре Роза сама его бросит. Мне ещё не встречался ни один человек, которым бы я так или иначе не смог манипулировать.

Какое-то время я просто выжидал, попросив одного из прикормленных отцовских псов немного «походить» за Леднёвым, чтобы выяснить, реально ли парочка вместе и как часто они видятся?

Увы, полученная информация была отнюдь не обнадёживающей.

Тогда я понял, что пора действовать.

«Если врага нельзя убить, нужно поставить его в условия, где он сам погибнет» - так всегда говорит мой отец.

Что ж….

Из данных слежки я выяснил не только то, как часто Роза видится со своим неудачником, но ещё и то, что Леднёв трется с Глебом Тузовским. Бинго!

Я вновь улыбнулся своим мыслям.

С самого начала мне определенно везло, даже ничего особо выдумывать не нужно было - несколько кусков пазла складывались в идеальную картинку, и я знал того, кому ее преподнести.

Сергей Вадимович - честный мужик, принципиальный опер старой закалки. От своего бати я знал, как Якушевский ненавидит батю Глеба, потому что по вине их группировки в начале нулевых полегло много их достойных ребят, в том числе и отец Розы.

У Тузовского-старшего была мощная «крыша», настоящий ворюга в законе. Там вся семейка такая - несколько отмороженных сыновей, включая Глеба.

Поэтому, когда в один погожий весенний денек я пришел к Якушевскому с серьёзным разговором, рассказав о том, с кем втихаря связалась его падчерица, то не прогадал.

Разумеется, я подготовился, наконец, найдя применение деньгам, отжатым несколько месяцев назад у Тимура.

Пачка купюр, собранных для благотворительных целей и перевязанная резинкой Розы, которые, о, ужас, по легенде я нашел в шкафчике новенького!

У Якушевского не было оснований мне не верить, учитывая, что Роза разбила свою копилку, внеся за него всю сумму.

Об этом я припомнил гораздо позже - как-то Трофимова упрекала Розу в том, что Леднёва разбила подаренную ей копилку в форме ведьмовского котелка. Ради кого она изъяла накопленные сбережения, догадаться не составило труда.

Также я показал дяде Серёже видео той легендарной драки, когда Леднёв прямо на школьной парковке жестоко избил парня учительницы.

Плюс информация о том, что он уже много месяцев бездомный - шатается по друзьям, при этом числясь на профилактическом учете в полиции.

К моему «досье» прилагались снимки с фанатками, коих было великое множество в интернете, некоторые очень даже горячие, из чего складывалось впечатление, что Леднёв менял девчонок как картриджи в принтере.

Ну, и вишенка на торте - фотографии, свидетельствующие о связи Леднёва с Тузом.

Нетрудно представить реакцию Якушевского, когда он узнал, что новый парень Розы - агрессор, вор, альфонс и мелкая шоха в околокриминальной среде, так умело втеревшийся к девчонке в доверие, что ради него она даже пожертвовала всеми своими сбережениями.

У Сергея Вадимовича в прямом смысле подскочило давление. После разговора со мной ему потребовалось успокоительное….

Якушевский предложил не рубить с плеча и какое-то время за ним понаблюдать, однако ничего весомого нарыть ни на Туза, ни на Леднёва не удалось.

Да, они подрабатывали курьерами, доставляя чокнутым старикам всякий хлам, который хозяин ломбарда толкал бедолагам в три цены. Не слишком правильно с точки зрения этики и морали, а вот с точки зрения закона не подкопаться.

Однако Якушевский не особо в это верил.

Всех ребят из ОПГ натаскивали на мелочевке, заманивая хорошими деньгами. Сперва, шакалята проходили проверку на вшивость - никто не доверит дорогостоящий товар первому встречному с улицы.

Кстати, за время слежки за Леднёвым всплыл один занимательный эпизод все с той же училкой географии.

Они разговаривали в ее тачке, потом девушка полезла к нему целоваться, он ее оттолкнул, да только по видео было не понятно. А если правильно обрезать и подсветить, все выглядело очень даже однозначно - будто парочку засняли во время жаркого свидания.

Тем временем, отдел Якушевского разрабатывал операцию по задержанию криминального авторитета, предположительно брата Тузовского.

Дядя

Закладка:

Дядя Серёжа сдержал свое обещание, и Леднёва закрыли. Однако речь шла об одной - максимум двух неделях.

Мы надеялись, что этого времени хватит, чтобы Роза успела разочароваться в своем возлюбленном.

Наверняка, она была не в курсе его связи с Тузовским. Кроме того, стояла задача убедить Розу, что Леднёв - лживый приспособленец, крутящий одновременно с несколькими женщинами.

Ну, а коллеги Сергея Вадимовича умели убеждать.

Как итог, Розу «сломали» - она пообещала уехать и не общаться со своим благоверным до конца лета.

Якушевский был доволен, убежденный, что за это время страсти поутихнут, и Леднёв точно переключится на кого-то другого.

Только мне этого было мало.

Нужно было что-то ещё, способное нанести решающий сокрушительный удар, заставив Розу не просто уехать на время, а отказаться от него навсегда.

И тогда я вспомнил про украшение, подаренное ей отцом.

За несколько дней до выпускного, когда я заходил к Якушевскому домой, воспользовавшись тем, что Сергей Вадимович отвлекся на телефонный разговор, я прихватил из спальни Розы ее любимый медальон в форме цветка.

Тогда я ещё не знал, в какой момент лучше найти ему применение. Забрал для того, чтобы укрепить в девчонке зерно сомнения, потому что из отчета Якушевского был в курсе, что Леднёв как раз заходил к ней перед этим.

А во время нашего короткого, но содержательного разговора на пляже меня осенило. В голове яркой вспышкой пронесся тот наш диалог.

- Красивый браслет.

- Ага. Случайно увидела в одном ломбарде…

- Серьёзно? Я думал в ломбардах всякое никому не нужное старье продают…

- На самом деле, там есть много всего. По весне я познакомилась с хозяином одного пристанища коллекционеров, и до сих пор получаю от него новостную рассылку….

Новостная рассылка. Как мило.

Настало время Розе окончательно удостовериться, с каким же быдлом и неудачником она связалась.

По итогу, Леднёв сам себя закопал.

Якушевский принципиальный тип, и никогда бы не согласился помогать мне без веских на то причин. А Леднёв оказался твердолобым ничтожеством, что существенно облегчило мне задачу.

Я с самого начала знал, что Роза моя.

Он же даже не попытался за нее бороться.

Теперь между нами с Леднёвой установилась куда более прочная связь. Да, это произошло гораздо позже, чем я рассчитывал, однако ни нападение, ни совместное коротание дней в больнице здесь не причем.

Это было нечто большее, и оно не исчезнет после того, как мы выпишемся.

Внезапно в дверь постучали. Я присел на кровати, натягивая на лицо привычную маску спокойствия, хотя моё сердце при виде нее как обычно устремлялось к звездам.

- Роза, заходи! - во рту пересохло от волнения.

- Привет! - стройная и изящная, Роза появилась на пороге моей палаты в красной футболке и такого же цвета спортивных штанах, помахав пакетом с печеньем.

Она обожала красный цвет так же, как я обожал её.

- Будем пить чай?

Наши взгляды встретились. Роза окинула моё перебинтованное тело взглядом, полным теплоты. Я не смог сдержать улыбку, ведь это была любовь в её чистом истинном виде.

Глава 11

Роза

- Роза, милая, возьми ещё кусочек пиццы! - щебетала у меня над ухом тётя Наташа. - Сегодня она особенно удалась - пухлые краешки и поджарая сердцевина!

- Спасибо, очень вкусно, - я поспешно кивнула.

- А брускетты ты пробовала? - не унималась хозяйка дома, передавая моей маме тарелку с мясной нарезкой.

- Наташ, тебе уже пора свой ресторан открывать! - вставила она свои копейки.

- Да, очень вкусные. Особенно с лососем…. - заторможенно похвалила я закуски.

- Мам, отстань от Розы, - Игорь многозначительно посмотрел на свою мать. - Может, она вообще не голодна? Захочет - сама попробует, не маленькая, - он мне подмигнул, и я ощутила прилив благодарности, так как спорить с ней - та ещё задача…

Олейники пригласили нас в свою городскую квартиру, так сказать, отметить нашу выписку и окончание всей этой больничной эпопеи.

Несмотря на то, что нас с Игорем выписали в один день, Олейник ещё около недели долечивался дома - его рану, которая, к счастью, оказалась не глубокой, приходила обрабатывать медсестра.

Сегодня была последняя суббота перед началом учебного года.

Ещё и день рождения Трофимовой, как назло. Лена на неделе прислала мне приглашение, а я так до сих пор ей не ответила, прямо подруга года….

- Кстати, я впервые сделала паштет из фермерской утки. Давно хотела попробовать. Надеюсь, съедобно?

- Наташ, а где вы покупаете уток? - заинтересованно подхватила моя мама. - Я в последнее время опасаюсь брать курицу. Говорят, там сплошные антибиотики… - закатывая глаза.

Мы с Игорем обменялись кислыми взглядами, стараясь откровенно не зевать. Можно было представить, насколько нам была интересна столь «животрепещущая» тема.

Телефон, лежащий около моего локтя, тихо завибрировал.

- Роза, так тебя ждать? Совсем куда-то пропала. Не звонишь, не пишешь… Ты же уже вернулась в Москву?

P.S. на случай, если ты всё-таки надумаешь прийти, выше адрес коттеджа. Можешь остаться у меня с ночевкой. Комнат много, дом арендован до завтрашнего обеда.

С ночёвкой….

Интересно, будет ли там Леднёв?

Я сглотнула застрявший в горле комок, потому что следом пришло ещё одно сообщение.

- Добрый день. На украшение нашелся покупатель. Вы надумали или мне заключать сделку с другим?

Эти несколько слов вытравили из души последние остатки надежды. Меня душило столько разных чувств, но я попыталась овладеть собой, поднимаясь из-за стола.

- Прошу прощения. Я сейчас вернусь, - натянуто улыбнулась, удаляясь в просторную, как и все в шикарных апартаментах Олейников уборную.

Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной, на несколько секунд крепко зажмурившись. В последние пару дней в моей голове будто стучал невидимый молоточек. Я сделала глубокий вздох.

На днях в чате ломбарда прошла очередная рассылка «новинок».

Бегло пробежав фотографии глазами, я уже хотела закрыть чат, но, прикусив язык до крови, обнаружила среди новинок мой потерянный медальон.

Сердце моментально замерло, а потом понеслось в бешеном ритме, норовя проломить грудину. На глаза навернулись слёзы….

Я ведь до последнего не хотела верить, что он мог так поступить со мной, проигрывая в голове даже самые невероятные сценарии пропажи. Грешила на своих родственников:

Закладка:

Но все оказалось так пугающе прямолинейно, что у меня просто не находилось подходящих слов.

Выждав лишь пару месяцев, он не потрудился даже найти другой ломбард?

В голове не укладывалось…

В тот же день я понеслась к Алексею Семеновичу, в надежде прояснить ситуацию. Увы, выяснить мне ничего толком не удалось.

Хозяин скупки сказал, что медальон поступил к нему недавно, но продавец пожелал остаться инкогнито, что было достаточно распространенным явлением среди коллекционеров.

Со слов мужчины, он сам не знал ни имени, ни реальных контактов того, кому принадлежало украшение, сперва, отдав его на экспертизу.

При ближайшем рассмотрении сомнений не осталось - это был тот самый медальон в форме цветка, подаренный мне папой незадолго до его смерти.

Самый дорогой и ценный мой подарок.

Его ценность для меня, разумеется, заключалась не в стоимости, а в памяти - ведь внутри кулона находилась миниатюра нашей с ним фотографии. К сожалению, сейчас ее не было на месте…

«Похититель» вытащил снимок, а сам серебряный медальон, инкрустированный рубинами, был отдан на скупку.

Когда хозяин ломбарда озвучил мне его новую стоимость, я, сперва, опешила, вытаращив глаза, будто мое тело пронзил мощный разряд тока.

Меня в прямом смысле всю трясло, потому что озвученная сумма оказалась неподъемной. У меня не было таких денег, однако, я не могла допустить, чтобы памятная вещица досталась кому-то другому. Нужно было срочно что-то придумать.…

Договорившись ненадолго отложить для меня медальон, тем же вечером, я приняла решение встретиться с Леднёвым, и, наконец, все выяснить. Только нужно было грамотно составить разговор, чтобы у него не было возможности отвертеться.

Тем более, срок моей сделки с отчимом подошел к концу - я сдержала свое обещание, и могла снова возобновить общение с Леднёвым.

Я планировала докопаться до истины, надеясь, что Максиму хватит мужества и сил открыть мне правду. Даже в случае самого негативного сценария, я вдруг осознала, что не смогу никому его сдать, какой бы сильной не была моя обида.

Возможно, он, правда, оказался в сложной жизненной ситуации, и я чего-то не знала… Вдруг парень все мне объяснит? Или же у нас просто разные жизненные ценности.

Тогда будет мне уроком на всю жизнь.…

Изучив на странице фан-клуба расписание его игр, я выяснила, что футболист сегодня вернулся в Москву.

Интуиция подсказывала, он точно отметится на дне рождении Трофимовой - вот тебе и возможность поговорить с глазу на глаз, не откладывая в долгий ящик.

Сбрызнув пылающие щеки ледяной водой, я вернулась в гостиную, пытаясь придумать способ откланяться без лишних вопросов.

- Дочка, у тебя такой утомленный вид, - мама нахмурилась. - Ты часом не заболела? - она протянула руку, прикладывая кончики пальцев к моему лбу.

После пережитого нападения, она вообще включила гиперопеку на максимум, постоянно исподтишка наблюдая за мной и по сто раз на дню справляясь о моем здоровье.

Несмотря на диагноз - сотрясение мозга - дня через два в физическом плане я уже чувствовала себя вполне сносно, чего не скажешь о моем психическом здоровье - все эти дни я старалась без надобности не выходить из дома…

- Вроде нет. Голова только немного побаливает, - я кашлянула, намекая на недавний сотряс и бессовестно пользуясь ситуацией, - Не против, если я вызову такси?

- Конечно! Может, мне с тобой поехать? - озабоченно.

- Такси? - вклиниваясь в нашу беседу, фыркнула тётя Наташа. - Роза, пусть Игорь подвезет тебя до дома! Приляжешь, отдохнешь… А Света с Серёжей ещё погостят. Время-то детское.… Я даже не достала свое фирменное жаркое. Сынок, ты ведь подбросишь Розалию? - она серьёзно посмотрела на Игоря.

- Не вопрос. Только возьму ключи от батиной тачки - моя-то до конца недели в сервисе, - глядя на меня, он вопросительно склонил голову. - Роза, ты поедешь со мной?

- Да.… - в глубине души радуясь, что так легко удалось сбежать с семейного застолья.

Осталось только попросить Игоря подбросить меня до дня рождения Лены. Судя по геолокации, этот коттедж находился в черте города, минутах в двадцати езды отсюда.

- Ну, вот и отлично! - тётя Наташа покосилась на оживленно болтающих на лоджии мужчин. - Возьми в тумбочке отцовские ключи, только сильно не гоняй. Помнишь, что тебе врач говорил?

- Мам, я уже вчера садился за руль. Всё нормально.

- Сынок, ты меня понял? - прищурившись, женщина нежно потрепала Игоря по щеке.

- Да, понял я, понял! Буду ехать тридцать километров в час, - он криво улыбнулся.

- Роза, тебе положить что-нибудь с собой? - засуетилась тётя Наташа, нагоняя нас в просторном холле.

- Нет, спасибо большое…

На день рождения же еду….

Глава 12

Современный ЖК Олейников с панорамными окнами не шел ни в какое сравнение с нашим домом, резко отличаясь от домов во всей округе.

- Роза, пойдем! - Игорь усмехнулся.

Я поплелась за ним на подземную парковку, засматриваясь на ухоженные клумбы и кусты, сама не заметив, как мы оказались у серебристых дверей гаража.

Брелок прожужжал. Дверь поднялась. Игорь кивком головы указал мне на незнакомый черный внедорожник марки Ренж Ровер, поспешив открыть дверцу.

- Ого…. - только и смогла вытолкнуть я, озадаченно переводя взгляд с этой махины на парня.

Олейник рассмеялся.

- Батя недавно обновил наш автопарк. Весной он выиграл пару резонансных дел, и клиенты оказались отзывчивыми… - Игорь подмигнул, и я с трудом выдержала его пристальный взгляд, отвечая натянутой улыбкой.

Вспомнила, как мама иногда в шутку называла дядю Вову Олейника адвокатом дьявола.

За последние несколько лет он не проиграл ни одного процесса, с каждым разом берясь за все более сложные и рискованные дела, в основном, связанные с экономическими преступлениями.

Однажды я стала свидетелем их с отчимом спора.

Прилично выпив, мужчины спорили насчет понятий закона и морали.

Так вот отец Игоря, выдержав довольно продолжительную паузу, признался, что ради победы не гнушается ничем. Он хотел только выигрывать в суде, доказывая моему отчиму, что такова миссия настоящего адвоката…

Тем временем, Игорь помог мне устроиться на пассажирском сидении спереди, вскоре заняв водительское место.

- Можешь меня подбросить? Вроде не очень далеко отсюда.… - я передала ему телефон с геолокацией, сложив руки на груди.

Олейник скользнул глазами по строчкам, после чего, кивнув, одарил меня понимающей улыбкой.

- Сперва, наверное, нужно в магазин за подарком?

- Было бы неплохо. Если честно,

Закладка:

- Не вопрос, - Игорь плавно тронулся с места. - Я так понимаю, родителей не посвящаем в курс дела? - сосредоточенно глядя перед собой, он выехал с подземного паркинга.

- Лучше не стоит, - процедила я себе под нос. - Меньше знаешь, крепче спишь, как говорится. Мама до сих пор сама не своя из-за всей этой ситуации. Если я скажу им, что собралась на вечеринку в коттедж, где полно алкоголя и молодежи, это только выкрутит ее тревожность на максимум…

- Понимаю. Наши матери - кармические сестры, - он хохотнул. - Кстати, я тоже получил от Трофимовой приглашение. Похоже, она позвала весь наш класс.

Вот же ж.… Лена пригласила и моего бывшего? Неожиданно.

- И что ты решил? - спросила я осторожно, догадываясь, что появиться там вместе с Олейником не лучшая идея.

- Я не пойду, - не задумываясь, озвучил он. - Что я там буду делать? Мы с Трофимовой никогда не были особо близки, - Игорь говорил что-то ещё, но я его уже не слушала, пытаясь мысленно настроиться на разговор с Максимом - перспектива нашей скорой встречи почему-то пугала…

* * *

- Хочешь, я тебя заберу?

Осведомился Игорь, когда я уже потянулась к ручке, собираясь покинуть автомобиль, предусмотрительно попросив Олейника притормозить, немного не доезжая до нужного коттеджа, так, на всякий случай.

- Спасибо, но не стоит. Поздравлю Лену, поболтаю с ней немного, и вскоре вызову такси… - приклеивая на лицо улыбку.

- Смотри сама, - несколько разочарованно. - Серьёзно, если что, сразу звони, - даже интонацией напоминая мою маму.

Отмахнувшись, я спрыгнула на землю, поспешив к нужному дому.

Солнце уже клонилось к закату, медленно уползая за горизонт. Судя по доносящимся со двора битам, вечеринка была в самом разгаре. Какое-то время я безуспешно пыталась дозвониться, ощущая себя весьма глупо.

Правда, спустя несколько минут, железная дверь всё-таки распахнулась. Я увидела улыбающегося Андрея Дронова с пластиковым стаканом в руках.

- Роза, привет!

- Здравствуй, Андрей…. - с опаской проходя на не особо ухоженную территорию коттеджа.

- А все уже зажигают! - кивая в сторону парадного входа. - Поэтому, наверное, не слышали.… - будто оправдываясь.

- Ничего страшного, - крепче прижимая к себе букет. - Кстати, Максим здесь?

- Да.

Сердце екнуло.

Андрей распахнул передо мной дверь, пропуская меня вперед. Миновав предбанник, мы оказались в просторной гостиной, заполненной людьми.

Я обвела глазами помещение с несколькими десятками гостей, отмечая, что многих из них вижу впервые. Кажется, этим летом Лена времени зря не теряла, обзаведясь большим количеством новых знакомств.

Кроме наших бывших одноклассников и ее коллег по работе в салоне красоты, похоже, тут были и футболисты из клуба Леднёва - я видела некоторых парней на фотографиях в его группе.

Продолжая изучать присутствующих, я смущенно подметила, что большинство девушек в стильных коктейльных платьях. Я же пришла не при параде - в джинсах и черном худи, ещё и не накрашенная.

- Лена там… - услышала я около уха глухой голос Дронова, про которого я уже успела благополучно забыть.

Молниеносно проследив за его взглядом, я заметила силуэт подруги около дальнего окна. Из-за танцующих видимость открывалась не полной, складывалось впечатление, что она с кем-то болтает. Ну, хоть ее нашла…

- Пойду поздравлю, - зачем-то информировала я Андрея, протискиваясь между разгоряченными парочками.

Один медляк сменился другим медляком.

Я почти преодолела расстояние до Трофимовой, в тот момент, когда она, развернувшись, одарила нежной улыбкой своего спутника, лениво протягивающего ей руку.

Лена смотрела на него с таким благоговением, в упор меня не замечая, что я по инерции тоже сосредоточила на нем свой взгляд.

Сердце ошиблось на несколько тактов, я едва не потеряла равновесие от настигшего меня эмоционального взрыва, когда Максим, без особых церемоний, притянул именинницу к себе.

Удар наотмашь. Секунда.… две. Нокаут. И мир окончательно канул в бездну.

Блондинка в коротком алом платье прижалась к Леднёву, обвив его плечи руками. Пара начала слаженно двигаться в чувственном танце. Они меня не замечали, слишком увлеченные друг другом.

Я потрясенно пялилась на своего первого парня, первого мужчину.… в объятиях другой, отмечая, как он возмужал за это лето. Красивый. Загорелый. С новой короткой стрижкой. В стильной белой рубашке, с рукавами, закатанными до локтей.

Я судорожно, рвано выдохнула сквозь стиснутые зубы, пытаясь поглубже замуровать всё то, что так отчаянно рвалось наружу, одеревеневшими пальцами стискивая букет.

Его первый взгляд на меня, как электрический разряд. До боли. До онемения. До срыва тормозов. Под кожу. По сосудам. Погружая прямиком в ад.

Второй взгляд - и меня прострелило навылет, заставив сердце гулко удариться о грудину.

Потому что это был уже не мой Максим. На меня смотрел другой парень. Чужой. Я увидела это в его взгляде. И выражении лица. Там сквозила отчужденность. Равнодушие.… Разочарование?

Краткий миг. Губы Леднёва тронула прохладная усмешка. Далее он вновь сосредоточился на Ленкином лице, методично вытравливая меня из собственного тела.

И даже чувствуя себя лишней на этом празднике жизни, я не собиралась уходить, пока не получу ответы на свои вопросы.

Глава 13

Я деланно спокойно смотрела на танцующую парочку, потому что ничего другого мне не оставалось. Медляк закончился. Повернув голову, Лена уставилась на меня, хлопая ресницами и пьяненько улыбаясь.

- Роза, ты всё-таки пришла-а-а! - подруга бросилась ко мне на шею.

- С днем рождения, Лен! - я закусила губу и криво улыбнулась.

- Это лучший день рождения… - многозначительно шепнула она мне на ухо, косясь на Леднёва.

Лучший.…

- Здорово. Извини, что я опоздала! - я продолжила улыбаться, протягивая имениннице букет, пока мое сердце сжималось от боли, - Желаю тебе всего самого доброго….

- Пойдем, я налью тебе шампанского! - и именинница потащила меня в сторону заставленного напитками стола.

- Спасибо, но мне минералку….

- Леднёва, ты чё такая скучная? - Лена скривилась, - Расслабься хоть ненадолго, заучка! - смешок, - На учебу только в понедельник. Давай как следуем гульнем! - дразнящим движением она поправила корсет на своем стильном платье, со снисходительной

Закладка:

Я вынуждена была признать, что выглядела Трофимова сегодня выше всяких похвал.

Складывалось впечатление, что собирали ее всем салоном красоты - идеальная укладка с дерзкими нитями страз в белокурых волосах. Утонченный макияж с крошечными кристалликами в уголках по-кошачьи подведенных голубых глаз. Чересчур белозубая улыбка.

Платье в духе расцвета карьеры Мерлин Монро опасно-красного оттенка. Мерцающая втирка на длинных ногтях. Красный педикюр в прорезях нюдовых босоножек.

- Лен, я не хочу выпивать, - серьёзно произнесла я.

- Ой, Леднёва.… - она закатила глаза, - Пациент стабилен! - натянуто рассмеялась, - Даже за здоровье подруги не выпьешь? - прищурившись, Лена скользнула по мне оценивающим взглядом, явно не впечатлившись увиденным.

- Я ненадолго. Неважно себя чувствую, - я пожала плечами.

В глазах именинницы сиял иронический блеск.

- Ну, смотри сама! - щедро подливая себе шампанское в пластиковый стаканчик, - Расскажи хоть, где ты пропадала все лето? Чем занималась? Вообще в последнее время такая скрытная стала.… - Трофимова обиженно поджала губу.

- Я же тебе недавно писала - работала вожатой в лагере на черном море, - вздохнула, чувствуя затылком его тяжелый прожигающий взгляд, - А чем ты занималась? - с трудом сосредотачиваясь на ее кукольном лице.

- Я тоже все лето работала, - Лена оживилась, будто только этого вопроса и ждала, - Ну, в салоне как обычно…. А ещё стала рекламным агентом Макса! Представляешь? - скользнув кончиком языка по своим приоткрытым губам, она бросила беглый кокетливый взгляд на Леднёва.

- Рекламным агентом? - меня моментально накрыло волной неконтролируемой ревности.

- Ага. За август благодаря мне мы заключили аж три контракта! На следующей неделе первая реклама выходит - ух, чувствую скоро у Макса от предложений не будет отбоя… - подруга мечтательно захлопала ресничками.

- Значит, вы теперь работаете вместе? - несмотря на свирепствовавшую внутри меня бурю, я смогла выдавить подобие улыбки, не удержав свое любопытство в узде.

- Работаем и иногда отдыхаем, - Лена красноречиво мне подмигнула.

И иногда отдыхаем.…

- Всё ясно, - хорошо, что музыка заглушала жалобный хруст моих пальцев, стиснутых в кулачок.

- Роз, я отойду ненадолго - вынесу ещё закусок, и вернусь! - Трофимова мне подмигнула, - А ты постарайся расслабиться, выглядишь неважно… Кстати, дом снят до завтрашнего обеда, - она снова мне подмигнула, пританцовывая между гостями.

Обернувшись, я прислонилась к столу, подняв голову, и наши взгляды с Леднёвым пересеклись.

В его враждебно прищуренных зеленых глазах улавливалась сталь, только не ледяная, а расплавленная… Горячая такая. Обжигающая. По моей коже зазмеились мурашки.

Сейчас я жалела, что не выяснила у него всё по горячим следам.

Но тогда мой привычный, поделенный на черное и белое мир внезапно рухнул, замуровав меня под руинами несбыточных иллюзий.

Я была полностью дезориентирована, шокирована и сломлена.

Мне нужно было время, чтобы разобраться в себе и понять, смогу ли я продолжать отношения с парнем, который, наплевав на все мои предостережения, подвергал себя, а значит, и меня, опасности. Лгал за спиной.

Выдерживая прохладный, насмешливый взгляд Максима, пронзило осознанием, что теперь, уже и неважно - лицо парня больше напоминало звериный оскал. В плавящейся стали его глаз плескалось нечто такое, отчего мое сердце с трудом ворочалось…

Невовремя вспомнилась Лиля, оплакивающая очередной привод Туза.

Увы, из песни слов не выкинешь. Как бы я не относилась к Леднёву, я была рада, что ему удалось избежать тюрьмы. Вот даже работать с Трофимовой начал. Надеялась, хоть на этот раз всё будет официально…

Музыка долбила по барабанным перепонкам, а мы, стоя в паре метров друг от друга, обменивались острыми, словно заточенные кинжалы, взглядами.

Согласившись на сделку с отчимом, в глубине души я самонадеянно рассчитывала, что Максим выяснит мое местонахождение и найдет способ со мной связаться, увидеться….

Однако этого не произошло.

И, тем не менее, даже если он сам превратил, повисшее между нами многоточие, в точку, я имела право получить свои ответы.

С трудом справившись с волнением, я кратко кивнула ему в сторону темного коридора, желая уже, наконец, сделать то, зачем пришла.

Пусть и не своевременно, но расставить все акценты в нашем таком скоротечном общении. Мне это было необходимо, чтобы двинуться дальше.…

Секунд тридцать, и я оказалась в коридоре, толкая дальнюю дверь в надежде, что он пойдет за мной следом. Я не ошиблась. Леднёв пришел. Невольно тяжело сглотнув, я сосредоточила на нем свой мутнеющий взгляд.

Максим закрыл за собой дверь, привалившись к ней спиной. Он вопросительно изогнул бровь, глухо процедив.

- Отличница, вот так неожиданность….

Глава 14

- Привет, Максим, - тихо поздоровалась я, глядя в затягивающие глаза моего первого парня.

Тёмные. Усмехающиеся. Вызывающие тахикардию и спутанность сознания. Я пожала плечами, пытаясь взять верх над своими эмоциями.

Секундная заминка.

- Ты что-то хотела? - непривычно равнодушно поинтересовался Леднёв.

Да, непривычно, потому что в последнюю нашу встречу все было по-другому. Невообразимо сладко и горячо. Губы в губы. Прикосновения и заигрывания. Неизведанные. Смелые. Горячие.

- Хотела поговорить, - неловко рассмеявшись.

- Даже так? - издевательски прыская, Леднёв сделал шаг ко мне на встречу, - Тогда чего ты ждешь?

Меня потряхивало от смятения внутри.

Он снова ухмыльнулся, и этот смех отдался будоражащим эхом в ушах - так непривычно было общаться с ним, словно мы чужие люди.

- Как у тебя дела, Максим? - слегка прикусывая дрожащую губу, начала я издалека.

- А как они ещё могут быть? Лучше всех! - быстрый уничижительный взгляд мне в глаза, - Твоими молитвами, Розочка. Твоими молитвами, - явно потешаясь, потому что раньше он никогда не называл меня Розочкой.

Только кусачкой. Отличницей. Или Снежной королевой.

Болезненные воспоминания накрыли с головой, и я ощутила, каким концентрированным, густым и тягучим становится между нами воздух.

- Ну, хорошо… - выдала я через силу, - Я кое-что хотела у тебя уточнить, - лихорадочно подбирая слова, потому как наш разговор не особо складывался, - Мне нужно до конца разобраться…

- Мм?

- Помнишь, осенью в школе пропали деньги, собранные на благотворительные нужды? - тихо спросила я.

- Как же такое можно забыть? - лениво покручивая шеей из стороны в сторону.

- Ты как-то обмолвился, что со временем узнаешь, кто тебя подставил…. - пауза, я сделала шумный вздох, - Так ты нашел виновника? Отыскал пропавшие деньги?

Ведь так можно было сразу объяснить,

Закладка:

- Нет, - сухо и несколько раздраженно бросил Максим, - Честно говоря, вообще не до того было. А сейчас… мне уже пофиг, - пристально глядя мне в глаза.

И, не дожидаясь моего следующего вопроса, он как-то сдавленно хохотнул.

- Это все, что тебя интересует после двух месяцев игнора? Разобрался ли я с теми, кто меня подставил? Серьёзно?! - выделяя голосом слово «подставил», - Думаешь, это я их взял? Да? Чего молчишь?! - делая шаг ко мне на встречу.

Максим пугающе напряг челюсти, отчего у него под кожей зашевелились желваки.

- Я такого не говорила….

- Помнится, в прошлый наш разговор, ты спрашивала насчет своего кулона. Сейчас вспомнила про то бабло. Хватит ходить вокруг да около. Быстрее задавай свои вопросы, у меня нет никакого желания торчать тут с тобой… - выплюнул он раздраженно.

У меня нет никакого желания торчать тут с тобой.

Пожалуй, это и было главным ответом.

- К Лене торопишься? - мой голос жалобно дрогнул.

- Полагаю, я уже могу перед тобой не отчитываться? - снисходительно улыбаясь.

- Максим, может встретимся как-нибудь вдвоем и спокойно поговорим? - всё ещё цепляясь за призрачно-ускользающую надежду искренне объясниться.

Повисла гнетущая тишина.

Леднёв отвел взгляд, некоторое время глядя куда-то сквозь меня. После чего, снова посмотрев мне в глаза, торопливо, будто в самом деле спешит, заговорил.

- Какой в этом смысл, Роза, если ты мне не доверяешь? Встречаться с девчонкой, которая подозревает тебя в краже ее драгоценностей, да и в целом в воровстве, - нервный и какой-то обреченный смешок, - Ну, такое… - его взгляд скользнул к моим губам, и внезапно что-то в нем переменилось, - Хотя, если ты всё-таки настаиваешь, я открыт для любых предложений. Звони. Пиши. Номер всё тот же. Мы же не гордые, - подмигнув, он парадоксально спокойным голосом подвел черту.

Развернувшись, Максим покинул комнату.

Сделав несколько шагов вперед, я со всей силы пнула ножку стула, впрочем, вскоре обессиленно на него опустившись. Я задыхалась от отчаяния и боли.

Несмотря на говорившую в нем обиду и задетую гордость, до меня вдруг отчетливо дошло, что он ни в чем не виноват.

Максим Леднёв ни при каком раскладе не мог взять мой медальон. Да и те деньги. Я пообещала себе докопаться до правды. Начать прямо с сегодняшнего вечера, ещё раз серьёзно поговорив с отчимом.

Как бы там ни было, я обязана была сказать Леднёву, что ни в чем его не виню. Немного успокоившись, я вернулась в переполненную гостиную, пытаясь среди дрыгающейся разношерстной публики отыскать Максима.

Правда, снова столкнулась с Дроновым, на этот раз сжимавшим бутылку шампанского.

- Андрей, ты не видел Максима? - озираясь по сторонам.

- Ему кто-то позвонил. Он пошел на второй этаж - там не так громко музыка орет! - пьяно растягивая гласные, оповестил меня Дронов.

- Спасибо…. - я быстро кивнула, поспешив к лестнице.

Поднявшись на второй этаж, я замерла.

Зажмурилась, сперва, подумав, что это видение. У меня глюки.

Однако разлепив веки, убедилась - все реально.

Лена и Максим обнимались около противоположной стены. Трофимова - ко мне лицом. Леднёв - спиной. Они уединились ото всех. Вот куда он так спешил…

Я судорожно вздохнула, глядя в её затуманенное эйфорией лицо, с каждой секундой лишь сильнее впадая в ступор. Почему-то стало так плохо.… до сорванного дыхания и чувства онемения во всем моем неверном теле.

А дальше моё сердце, сорвавшись, медленно с оттяжкой полетело вниз, потому что Лена потянулась к его губам, а он - не оттолкнул, слившись с моей лучшей подругой в чувственном, нежном поцелуе.

В этот миг я поняла, что это та самая жирная точка.

Глава 15

Спустившись вниз, я вышла во двор, упав на облупленную лавку. Из открытой двери коттеджа доносилась музыка, но я не особо её воспринимала, рассеянно глядя перед собой.

- Роз, ты не против? - прозвучало глухим голосом Андрея Дронова всё с той же бутылкой шампанского под мышкой.

Судя по плывущему взгляду парня, мой бывший одноклассник уже окончательно окосел. Расценив мое молчание, как некое приглашение, он сел рядом, неожиданно вытаскивая из кармана джинсов зажигалку и сигареты.

- Ты куришь? - с искренним удивлением, окидывая Андрея беглым взглядом.

Дронов запомнился мне как спокойный, уравновешенный молодой человек, который на больших переменах преимущественно тягал гантели в спортзале. Было странно видеть этого спортсмена-зожника с сигаретой в руках.

- С выпускного начал баловаться, да и подсел на эту дрянь, - он усмехнулся: незнакомо и как-то пугающе.

- Можно? - неожиданно даже для себя самой спросила я.

Не произнося ни звука, Андрей вытянул из пачки новую сигарету, протягивая ее мне.

- Точно?

- Ага, - равнодушно усмехнувшись, я дрожащими пальцами поднесла отраву к губам, и тогда он мне подкурил, хмыкнув после того, как я, сделав первую затяжку, закашлялась.

- Неожиданно. Образцово-показательная девушка Розалия Леднёва с сигаретой в руках!

- Жизнь вообще неожиданная и непредсказуемая штука, Андрей, - медленно затягиваясь дымом.

Не обращая внимания на повисшую тишину, я достала из сумки телефон, желая скорее вызвать такси, когда обнаружила на экране непрочитанное сообщение от Игоря.

- Твои родители уже засобирались домой. Мне мать только что звонила.

- Спасибо за информацию.

- Я ещё в городе мотаюсь, как раз тут неподалеку.… Подбросить тебя до дома?

- Спасибо Игорь, но это уже чересчур. Я сама доеду.

В этот момент Дронов поднялся, бросая на меня остекленевший взгляд.

- Принести тебе что-нибудь выпить? - предложил он заплетающимся языком.

- Я не пью, - злорадно усмехнулась, сжимая сигарету между пальцами.

- Тогда не забудь выбрать себе комнату… Лена сказала, свободных почти не осталось. Только если спать с кем-то, - он как-то странно гыкнул.

Спать с кем-то.… Ну-ну.

Интересно с кем будет спать Трофимова?

Трудно себе представить….

- Я не останусь здесь с ночевкой, - сжала губы, пытаясь не дать прорваться наружу своей обиде и ревности.

- А мне уже плевать, - с небольшой заминкой поморщился собеседник, отчего стало очевидно, что он всё ещё страдает по Ленке.

Нам с Дроновым можно было уже открывать клуб одиноких разбитых сердец. Андрей ушел, однако вскоре он вернулся: тяжело опустившись рядом со мной,

Закладка:

Я снова закурила, на мгновение, прикрывая глаза.

Если ты всё-таки настаиваешь, я открыт для любых предложений. Звони. Пиши. Номер все тот же. Мы же не гордые.

Даже думать не хотелось о том, чем он там занимается с моей лучшей подругой…

Мысленно я перенеслась в другую ночь, ощутив, как сердце болезненно замерло, запуская мандраж по моему измученному телу.

Подушечками пальцев я похлопала себя по пересохшим губам, вспоминая, каким чутким и нежным он был, как жарко шептал мне всякие милые непристойности, отчего мои внутренности захлестывало мощнейшими волнами удовольствия.

- Чтобы с первого раза все получилось, ты должна быть очень сильно возбуждена…

- Я от одних твоих прикосновений уже…

- Что уже?

- Мокрая. Из-за тебя Леднёв.

И дерзкая улыбка. Его. Моя.

- Не мог бы ты помочь мне снять эти трусики? Мм?

Сдавленный смех.

- Непременно, кусачка.

Выполнив свое обещание, Максим избавился от боксеров. Забравшись на меня сверху, он взял мое лицо в ладони. Его бугрившаяся плоть вжималась мне между ног, упираясь в промежность. Я приподняла колени, чтобы лучше его прочувствовать.

Какое-то время он просто смотрел, очевидно, чтобы убедиться, что я действительно готова…

Потом Леднёв поцеловал меня глубоким и многообещающим поцелуем. Наши влажные губы не размыкались, с одержимостью смакую друг друга.

Глубокая затяжка, аж до рези в слезящихся глазах.

А потом у меня перехватило дыхание, когда он стал медленно плавно погружаться… замедленные поступательные движения…. Леднёв навалился, и я сдавленно вскрикнула, ощутив своего первого парня глубоко внутри.

Мгновение я часто-часто моргала, пытаясь привыкнуть к неизведанным ощущениям, пока наши тела тесно прижимались друг к другу, будто слившись воедино.

- Роз, я же сейчас сдохну…. Кусачка моя.

Я вновь поднесла сигарету к губам, судорожно затягиваясь.

Мы занимались любовью долго и жадно, так, что у меня сердце всякий раз обрывалось, а горячий бурлящий поток желания, устремляясь к низу живота, находил выход только благодаря умелому мужскому вторжению Максима.

В ту ночь я познала всю силу и несдержанность его выносливого тренированного тела. Запах Леднёва оставался на мне даже после того, как мы вместе приняли душ, и там умудрившись учинить дестрой…

Впервые я принимала душ вместе с парнем!

Со своим первым парнем…. мужчиной. После водных процедур мы вновь несдержанно придавались любви. Я была его. По-настоящему его, открывая в себе новые грани чувственности…

Безучастно отправив окурок в урну, я сделала неглубокий вздох.

- Роза?! - я вздрогнула, услышав поблизости чей-то обеспокоенный голос.

- Игорь? - растерянно моргая.

- Звонил тебе - звонил, - мягкая улыбка. - Я проезжал мимо, решил, всё-таки, подхватить. А то ворота нараспашку… Поехали домой?

Вздохнув, я кратко кивнула Андрею на прощание, поспешив за Олейником.

Глава 16

Игорь уверенно управлял автомобилем, пока я скользила безучастным взглядом по его четкому, ровному профилю, пытаясь отодрать себя с морального дна.

- Ну, как вечеринка? - спросил он, притормаживая на повороте.

- Веселье без оглядки, - глухо рассмеявшись.

- Надо было мне тоже зайти, - Олейник поддержал беседу, похоже, не улавливая моего сарказма.

- Ага. Надо было, - на автомате отвлекаясь на вибрирующий телефон.

Вытащив его из сумки, я бегло прочитала сообщение.

- Ещё раз добрый вечер. Вы не ответили: будете выкупать украшение или я даю добро другому покупателю? - сердце ускорило ход, забившись просто бешено.

Мой судорожный вздох перешел в пугающе-хриплый смешок, ведь у меня попросту не было таких денег.… увы, я так и не придумала, где их достать.

- Роза?

Вздрогнув, я уставилась на Олейника, пытаясь совладать с жуткой ломаной улыбкой.

- Что случилось? У тебя такое лицо…

- Я.… я… - неуверенно и тихо: не могла больше выдумывать, осознавая, что вряд ли когда-нибудь снова увижу папин подарок.

От этих мыслей поперек горла встал тягучий, склизкий ком.

- Расскажи, вдруг я чем-то смогу помочь? - озадаченно озвучил Игорь, снова уводя взгляд на дорогу.

- Мне нужны деньги. Крупная сумма, - горько усмехнулась, едва заметно качая головой, и не решаясь больше смотреть на водителя, дабы окончательно не погрязнуть в жалости к себе.

- Сколько? - не задумываясь, выпалил Олейник.

- Игорь, не надо.… Я дома с мамой поговорю. Объясню ей все. Думаю, она найдет способ мне помочь, - отчетливо осознавая, что непростого разговора нам не избежать, потому что накопились вопросы и к ней, и к отчиму.

- Какая сумма тебе нужна? - продолжал напирать он.

Вздохнув, я вновь достала из сумочки телефон, и, дождавшись, когда Игорь притормозит на очередном перекрестке, показала ему часть диалога с хозяином ломбарда.

- Куда перевести деньги? - под мой ошеломленный вздох деловито спросил он.

- Что? - окидывая водителя неверующим взглядом.

- Говорю, деньги куда лучше перевести? Карта к номеру телефона привязана? - Олейник усмехнулся. - Или заедем ко мне за наликом?

Я безотчетно стиснула пальцы на теплом корпусе мобильного, всё ещё не веря своим ушам.

- Игорь, это слишком большая сумма! Я не знаю, когда смогу вернуть.…

И тут он второй раз менее чем за минуту вверг меня в шоковое состояние.

- Не надо ничего возвращать. Будем считать, это мой подарок. Если бы ты не выбила у той твари нож, я бы вряд ли сейчас мог ехать за рулем… Так что долг платежом красен, - он мрачно рассмеялся.

С трудом сглотнув, я снова покосилась на сумму.

- Я обязательно верну. Все до копейки тебе верну, - с жаром заверила его я, облизав пересохшие губы. - Мы можем сейчас проехать по этому адресу? - дрожащими пальцами вбивая в поисковик адрес ломбарда.

- Не вопрос, - спокойно согласился Игорь, пока я строчила ответное сообщение.

Двадцати минут не прошло, как «потерянный» медальон снова оказался у меня, жаль, фотографию сохранить не удалось. Она тоже была очень мне дорога, в единственном экземпляре, сделанная во время семейной прогулки в парке.

К сожалению, хозяин ломбарда так и не открыл мне правды насчет того, кто же толкнул ему медальон - божился, что клиент пожелал остаться инкогнито, однако сейчас, находясь в моменте, я, наконец, почувствовала облегчение, с благодарностью глядя в лицо Игоря.

- Спасибо тебе.… - широко, искренне улыбнулась. - Я верну деньги. И даже не вздумай мне что-то говорить! - заверила его я.

- Роза, это необязательно, - он опустил подбородок, глядя на меня улыбающимися глазами.

Закладка:

Я почувствовала смущение. Напряжение спало, а мое сердце, напротив, забилось чаще, звонко отдаваясь в ушах, вдруг осознав, как неисповедимы пути господни…

Сегодняшний вечер точно пополнит копилку самых неоднозначных моих воспоминаний. Правда, сейчас хотелось, чтобы он просто закончился…

Распрощавшись с Игорем, я вернулась домой, радуясь, что родителей ещё нет. Тщательно приняв душ, я смыла с себя все боли этого дрянного дня, забираясь в кровать, и сразу выключаясь от источника питания.

…. Разлепляя сонные глаза, я дотянулась до телефона, с удивлением обнаружив, что проспала практически до обеда. В глубине квартиры было слышно мерную болтовню телевизора - похоже, мама хлопотала на кухне…

Я присела на кровати, нехотя пролистывая уведомления о полученных сообщениях.

В чате нашего класса сегодня было оживленно - бывшие одноклассники обменивались фотографиями со вчерашней вечеринки.

Прикусив губу, я зачем-то заглянула в медиатеку, разглядывая многочисленные однотипные снимки и видосики.

Некоторые были сделаны совсем недавно: получается, часть ребят всё-таки остались в этом доме с ночевкой, и теперь, закончив с разгулом, мирно завтракали.

Я смотрела на мускулистую загорелую спину Леднёва, и чувствовала нечто такое… неописуемое просто, оседающее болезненной тяжестью в сосудах. Уничтожающее. Разъедающее, словно серная кислота.

Приближая его обнаженный торс, я издала истеричный смешок, благодаря незримому папарацци убедившись, что Максим не только провел там ночь, но ещё и с утра готовил завтрак….

Глава 17

POV Максим Леднёв

Я безучастно наблюдал, как помещение «уставшего» за лето коттеджа быстро наполняется людьми, чувствуя себя здесь лишним. Выражение моего лица, должно быть, выдавало меня с потрохами - всё скука и тлен.

Я вообще отвык от вечеринок, когда в последний раз пил алкоголь, даже и не вспомнить…

Как бы неприятно мне ни было это признавать, но какая-то довольно весома часть меня находилась здесь с одной единственной, пусть и совершенно иррациональной целью….

Увидеть Леднёву.

От размышлений о Розе сожаление и горечь традиционно пронзили мою грудную клетку, стиснув ее стальными тисками.

Я убедил себя, что иду на праздник, чтобы поздравить Трофимову, однако с каждой минутой моего пребывания здесь внутренне напряжение лишь разрасталось.

Потому что гости давно собрались, а Розы среди них не было.

Это злило, раздражало и нервировало ещё сильнее. Неужели она даже не заедет поздравить подругу?

Может, догадывается, что здесь буду я?

Эта мысль болезненно закрутилась у меня в голове.

Снежная Королева не появляется из-за меня.

Сперва, она сбежала на все лето, а теперь даже к подружке на праздник прийти побоялась, лишь бы только не сталкиваться с отбросом общества.

Я убедил себя, будто пришел сюда, чтобы, наконец, пообщаться с Розой на нейтральной территории и подвести окончательную черту. Остыл ведь. За эти недели в разлуке эмоции несколько улеглись.… Ну, я так думал.

Однако чем сильнее повышался градус вечеринки, тем отчетливее закипала в моих жилах кровь.

Спустя пару часов с начала праздника мой внутренний накал стал столь изматывающим, что я подошел к столу с напитками, пригубив рюмку дешевого коньяка.

Отвратное пойло на голодный желудок. С самого утра я ничего не ел - в ожидании встречи с «любимой» кусок в горло не лез. Жалкий романтик. Даже смешно.

Почему-то в этот миг посетила мысль, что, если Роза всё-таки появится, то я попросту не смогу вывезти эту встречу, находясь в какой-то придурочной агонии. И я выпил ещё. Не закусывая.

Ага, держал марку.

- Макс, потанцуем? - соблазнительно улыбаясь, Лена провела кончиками пальцев по моей щеке.

Я резко отпрянул, на автомате качая головой. Именинница натянуто улыбнулась. Ее голубые глаза наполнились грустью. И, тем не менее, она шепотом проворковала.

- Я рада, что ты пришел. Ещё раз спасибо за цветы. Они невероятные!

- Ещё раз с днем рождения.

Непревзойденный оратор, ну-ну.

Сделав несколько глотков коньяка, я проводил Трофимову взглядом.

После затянувшейся полосы разочарований, Лена внезапно стала той, кто оказал мне реальную помощь и поддержку.

Правда, после той «знаменательной» ночи в моей конуре, когда я прогнал девчонку, мы некоторое время не общались.

Хотя она настырно продолжала посещать мои матчи, вести группу и заваливать рекламными предложениями. Тут, право, вообще смешно. Сперва я думал: «Ну, кому сдалась моя морда лица?»

Увы, в начале июля вдруг прижало - арендодатель попросил меня заплатить сразу за три месяца вперед, иначе выселение.

Я чувствовал, что просто ему не нравлюсь. Увидев меня после тюряги, плюгавый мужичонка прямо из кожи вон лез, чтобы выставить меня на улицу. Наверняка, ещё и справки навел. Кому ж захочется сдавать квартиру столь маргинальной личности?

Если вкратце, денег у меня не было. Держаться было не за что.

Когда моя казна окончательно опустела, предложение «посветить мордой» перестало казаться таким уж кринжом. По крайней мере, за решетку точно не отправят….

И я сдался. Но сначала в сто первый раз предупредил Лену, что мне не нужны серьёзные отношения, впрочем, как и несерьёзные. На тот момент мне, пожалуй, уже не были нужны никакие отношения.

Съемка была для какого-то шоурума спортивной одежды. Я просто набивал мяч перед камерой, а через пару недель Ленка прислала мне ссылку на ту самую рекламу.

Оказалось, видео с моей недовольной рожей завирусилось настолько, что эти несчастные тряпки смели за считанные дни, а к моему «рекламному агенту» начали в очередь выстраиваться клиенты.

Дальше все примерно как в той песне: «Мы будем делать бизнес, мы будем делать бабки»…

Я разом опустошил пластиковый стакан с коньяком, чувствуя легкую усмешку на губах. Решил немного закалымить, пока мои стратегические запасы не восполнятся.

Справедливости ради, у Трофимовой оказалась чуйка на реально выгодные предложения. Время от времени я занимался подобной ерундой в надежде, что когда-нибудь настанет время, и мне не придется думать о балансе на карте.…

Телефон завибрировал в кармане.

Увидев на экране входящий вызов от тренера, я поспешил на второй этаж, в несколько размашистых шагов добравшись до лоджии, стремительно захлопывая за собой дверь.

- Добрый вечер. Ну, что скажете? - несколько раз моргнул, чтобы прогнать давящее чувство тревоги.

Секунда. Две.

Если не выгорит…

- Да? Меня зачисляют?!

Вот так новость….

Память внезапно подкинула тот наш разговор с Михалычем, когда казалось, что с профессиональным футболом

Закладка:

- Я думаю, ты слышал про Кубок университетов? Есть вариант поиграть за одну из студенческих команд. На спортфаке имеются места и на очке, и на заочке, общежитие дают. С поступлением проблем быть не должно, ты ведь не совсем дурак, - Михалыч мне подмигнул.

- Можно подробнее?

- Мой товарищ тренирует студенческую команду в Политехническом. В прошлом году они неплохо проявили себя, но в лидеры турнирной таблицы выбиться не удалось. Весной декан университета дал клич найти талантливых спортсменов среди первокурсников, вот Юрка и зачесался. Я ему предложил твою кандидатуру - вроде подходишь по всем пунктам.

- Меня? Да я вроде не планировал поступать…

Этот разговор происходил через пару дней после скоропалительного отъезда Леднёвой, и я в тот момент вообще был далек от какого-то стратегического планирования.

Даже подумывал об армии, долги Родине раздавать…

- Для мотивации - Кубок спонсируется не только самими университетами, но и серьёзными спонсорами. Играете не за спасибо. Я видел суммы прошлогодних контрактов, вполне сносно. В прошлом году двух ребят в конце сезона пригласили в вышку. Так что для тебя ещё не все потеряно, Леднёв. Покумекай на досуге.

Внезапно меня накрыло осознанием, что Роза тоже поступила в Политехнический...

- Значит, декан подписал приказ? Меня всё-таки зачислили на бюджет? - я выдохнул с облегчением. - Спасибо. От всей души…

Закончив разговор, я обернулся, заметив у себя за спиной бывшую одноклассницу Насырову.

Судя по прижатому к уху телефону, она пришла сюда с той же целью, что и я - из-за грохота музыки внизу невозможно было поговорить.

Перед тем как покинуть лоджию, я засмотрелся на кроваво-красное зарево скрывающегося за горизонт солнечного светила. Впечатляющее зрелище.

Правда, спустя миг мой взгляд уже перетянул влетевший на улицу понтовый ренж ровер, затормозивший около соседнего дома. Не отказался бы затестить, какова эта махина в управлении.

Усмехнувшись своим мыслям, я внезапно услышал.

- Охх, ни черта себе, Лан! Он всё-таки приехал.… Да я тебе говорю… Игорь приехал! И ты сейчас упадешь… Он с Розой.

Игорь приехал. Он с Розой.

Да, блять.

Удар. Взрыв. Обугленная воронка.

Я застыл, внутренне переживая какую-то губительную, парализующую, пробирающую до тлеющих нервных окончаний порцию боли.

Закусив щеку изнутри, я продолжал наблюдать, как Насырова, чуть ли не перегнувшись через перила, докладывала незримой собеседнице «обстановку».

- Только что своими глазами видела… Он привез Леднёву! Да, на той новой тачке. Олейник её на днях в телеге засветил. Значит, они сошлись…. Лан, ну, не истери…

Глава 18

И я видел своими глазами.

Не зря же называл её Королевой - примчала как особа царских кровей на пафосной тачке в компании своего мажора Олейника, демонстративно опоздав почти на три часа.

Между королевой и простыми смертными ведь существует дистанция, и эта дистанция непреодолима. Да, Роза?

Поэтому и уехала, ничего не объясняя.

Всё понятно. Ясно без слов.

Но, бляд*, как же больно.

Сердце раскурочено до мяса.

Затяжная секунда, и я на каких-то дичайших инстинктах помчался вниз.

Нервы гудели, как оголенные провода. Глаза разъедало, словно серной кислоты плеснули. Я не мог допустить, чтобы она увидела меня слабаком. Тогда - два месяца назад - нуждался в этом, но только не сейчас, когда заново собрал себя по кусочкам.

Музыка на первом этаже орала нещадно.

Морщась, я подошел к окну, около которого стояла Ленка.

Обещал ей согласовать пару предложений на сентябрь - мы с Трофимовой договорились, что она будет подбирать мне не более трех рекламных съемок в месяц, разумеется, Лена с этого имела приличный процент, поэтому и старалась найти наиболее платежеспособных клиентов.

- Лен, ну, чё там?

Трофимова недоуменно приподняла бровь, заглядывая мне в глаза уже порядком охмелевшим взглядом.

- Я по поводу работы на следующий месяц, - пояснил ей на ухо, пытаясь затолкать поглубже разрушительные эмоции, учинившие в моей душе воронку торнадо.

- Конечно, нашла! - энергично кивнув, именинница моментально включилась в беседу.

Она достала телефон, принявшись деловито кликать по ссылкам, а мне только это и нужно было. Прикрытие. Ширма. Возможность перевести дух.

Продолжая на автомате поддерживать беседу, я прямо-таки почувствовал, как в комнате повеяло холодом.

Снежная Королева пришла.

Ваш верный подданный бьет челом.

Даже смотреть в ее сторону не нужно было, чтобы убедиться, однако я не мог отказать себе в мазохистском удовольствии попалить на девчонку, с которой у меня случился самый феерический в жизни секс.

Отличница даже в этом всех уделала.

Пятерочница.

Золотая медалистка.

Что тут ещё скажешь.

Проследив за любопытным взглядом Насыровой, я увидел ее раньше, чем она меня. Эх, Роза-Роза. Я перестал дышать.

Леднёва стояла у входа. Просто стояла, растерянно глядя на танцующих. Стиснув зубы, я шумно выдохнул. До чего же жестокая Кусачка была хороша.

Я даже не сразу осознал, что она плевать хотела на дресс-код.

Леднёва - это какой-то долбанный вызов моему самоконтролю. Красная кнопка. Сбой системы. Error. Похороны здравого смысла, бля**. Кровь вскипела, устремившись в область паха.

Даже в глухом черном худи и простеньких джинсах эта девчонка кутала мое тело в отчетливое возбуждение одним своим беззащитным видом, вечно недовольным выражением лица и отблеском сухого льда в ведьмовском взгляде.

Потому что знал - оно, наверняка, красное.

Белье на ней красное. Кружевное. Или прозрачное.

А может как в ту нашу бессонную ночь крохотные стринги-полосочки?

При воспоминаниях о влажных маленьких трусах моей отличницы сердце забилось как долбанный молот.

Как-то раз засветил у неё ящик с нижним бельем преимущественно красных оттенков, поэтому даже не сомневался, что скрыто под этой мешковатой одеждой.

Сука. Как же так?

Расплылся за ничтожные секунды. Даже без контрольного глаза в глаза. Только одно её грёбанное присутствие. Аура. До одури убийственный флер монаршей особы, затянутой в красные кружева.

И пиздец тебе, Леднёв. Мне стало до боли смешно.

- Макс? М-а-а-к-с?! - порывисто шептала Ленка у моего уха.

- Че? - пытаясь заякориться на ее лице.

- Мой любимый медляк! - с нажимом и явным намеком.

Я неопределённо пожал плечами, варясь в каком-то изысканном котле персонального ада, пока танцующие гости вокруг нас соединялись в парочки. Накрыло пугающей апатией.

На автомате опустил свои руки Трофимовой на талию, притягивая её ближе. Лена, томно хихикая, обвила мою шею руками, и мы, учитывая мое сомнамбулическое состояние, даже довольно слаженно задвигались.

Правда, мнимому спокойствию настал кобздец, когда рабовладелица моя голубых кровей

Закладка:

Помедлив пару мгновений, я повернул голову, и, безотчётливо вздрогнув, будто в замедленной съемке в морду летит ментовский кулак, с размаха ебнулся в мрачное предгрозовое небо ее карих глаз.

Такая нереальная она была с этими непривычно распущенными черными волосами, испепеляя меня замораживающим взглядом исподлобья.

Правда, вскоре танец подошел к концу, и Ленка утянула мою рабовладелицу к столу с напитками, в лучших традициях заботливой хозяйки вечера пытаясь ту напоить.

Судя по мимике девчонок, их «дружба» к этой минуте корчилась в предсмертной агонии.

Когда Трофимова скрылась в дверях кухни, я намеренно продолжал терзать Розу взглядом. Удивительно, но жестокая Кусачка не пасовала, выдерживая его с какой-то несвойственной ей горделивой смелостью.

А меня это только сильнее подстегивало.

Перед глазами всё ещё стояло зрелище новой понтовой тачки Игорька, из которой Розочка выпорхнула всего несколько минут назад. Так прямолинейно, что и добавить нечего.

Интересно, она сегодня с ним уже…?

Да, бля**.

Краткий кивок головы Леднёвой в сторону темного коридора.

И, мать вашу, разрыв.

Неужели «король» на пафосном рендже не удовлетворил нашу монаршую особу? Сравнила? Дай угадаю… И сравнение оказалось не в пользу Олейника. Ай-ай.

Неужели Кусачка истосковалась по своему простолюдину? Ну, хоть в чем-то я лучше… Тут сомневаться не приходилось. Уж слишком беззаветно тихушная отличница текла, царапалась и стонала в моих грязных лапах.

Пока шел за ней, широко раздувая ноздри, будто отчетливо улавливал знакомый колдовской цветочный запах. Похоже, маленькая ведьма опять что-то намудрила со своими зельями?

Хмыкнув, я вошел за ней в комнату, на инстинктах плотно закрывая дверь.

Горло саднило, будто битого стекла насыпали. Сглотнул. Жарко и остро от одного только присутствия с Королевой в замкнутом пространстве. Сердце на износ. Яйца синие.

А смог бы я её после Олейника? Прямо на этом столе?

А похер.

Коротнуло конкретно.

Гордость издохла в страшных судорогах.

Ну, или паленый коньяк.

Меня обуревала жажда сорвать с неё эти тряпки, и проверить цвет белья, а потом избавить желанную девочку и от него, прикасаясь к ней здесь и сейчас.

- Отличница, вот так неожиданность, - жестко кривясь, ведь каждое слово немилосердно лупило под дых.

- Привет, Максим, - высекая благочестивую улыбку, пока в моем придавленном сперматоксикозом сознании эта нежная предательница сладко стонала, проживая свой очередной кайф.

- Ты что-то хотела?

- Хотела поговорить….

- Даже так? - с искренним удивлением.

- Как у тебя дела, Максим?

Я подавил порыв истерично заржать в голос. Потому что мои дела…

- А как они ещё могут быть? Лучше всех! - бессовестно раздевая кареглазую монаршую особу глазами. - Твоими молитвами, Розочка, твоими молитвами, - выплевывая откровенную издевку.

- Ну, хорошо. Потому что я хотела кое-что у тебя уточнить.… Мне нужно до конца разобраться… - краснея-бледнея.

- Мм?

Даже интересно.

- Помнишь, осенью в школе пропали деньги, собранные на благотворительные нужды? Так ты нашел виновника? Отыскал пропавшие деньги?

И всё.

Леднёва вынесла нам окончательный приговор.

Мне нужно до конца разобраться…

Вор я или нет?

Она ведь это хотела сказать, но постеснялась.

Презумпция невиновности, Розочка. Презумпций невиновности.

Человек считается невиновным пока не докажут обратное.

Вот и ломай свою умненькую головку, брал ли я те бабки у несчастных сирот или нет.… цацки твои. Или что там ещё пропало?

Думай, Розочка. Ты же у нас отличница. Мне нечем тебе помочь. Пишите письма. Клейте марки.

А дальше меня понесло: выплевывал слова раньше, чем успевал взвесить их и осмыслить. Ну, хоть ебейшее, раздирающее нутро желание схлынуло. Сейчас я бы не прикоснулся к ней ни за какие коврижки, потому как в груди все клокотало от нарастающей беззвучной истерики.

Вор. Маргинальная личность. Отброс.

Всё так, моя рабовладелица. Всё так.

Закончив разговор, ничего не видя перед собой, я взлетел по лестнице вверх, со всего размаха впечатываясь в Трофимову. В последний момент успел подхватить девчонку, помогая ей избежать нелепого падения.

- Ой, Максим…. - краснея, Лена вцепилась в меня мертвой хваткой, опуская взгляд на мои губы.

Красивая. Яркая. В провокационном красном платье, которое снимается на раз-два, и смотрела она на меня, как на какое-то божество.

Откидывая волосы назад, блондинка смерила меня решительным взглядом, потянувшись к инстинктивно приоткрывающимся губам….

Глава 19

Губы Ленки на моих губах, пронзили реальным осознанием - наша история с Розой подошла к концу.

Эта черта, за которой больше ничего нет. Я сам её только что прочертил, ведь поцелуй с её лучшей подругой она мне не простит никогда. Впрочем, как и я себе.

Потому что только так можно было все обрубить, окончательно и бесповоротно. Леднёва может катиться к черту. В прямом смысле, к своему дружку Олейнику. Пусть продолжает ее катать на своем.… Рендже.

Не получилось у нас искренне, чисто и навсегда. Не вышло как в красивых сказках. «Твоя Роза была тебе так дорога, потому что ты отдавал ей всю душу». Сука, как же больно. Тошно от себя и больно.

А, почему, собственно, нет?

Трехмесячное воздержание стало понемногу давать о себе знать. И Трофимова тут как тут. Красивая она, всё-таки. Фигуристая. Всегда при параде. Прическа. Макияж. Ухоженная до кончиков ногтей. Непонятно, чего во мне, нищеброде и неудачнике, нашла?

И целовалась Ленка неплохо. На четыре с плюсом.

Усердно игнорируя противоречивые мысли в башке, я начал отвечать на поцелуй.

Движения на автомате, мои губы будто жили своей жизнью. Я медленно, со вкусом целовал Трофимову, пока сознание мое находилось далеко за пределами тела.

Я всё ещё был в той комнате с Леднёвой.

Надетые на ней худи и джинсы не казались особенно сексуальными, но тонкая ткань идеально облегала ее изящные бедра, потому это выглядело очень даже волнующе. Длинные ноги, соблазнительная маленькая попка и шикарные распущенные черные волосы. Чертовски притягательная.

Даже не догадывался, что у меня может быть столько силы воли - стоять и смотреть. Просто смотреть….

А хотелось исследовать руками и губами каждый сантиметр её безупречного тела. Показать ей, как сильно она заставляет меня воспламеняться. Как сильно она сводит меня с ума.

Углубил поцелуй, стараясь игнорировать тот факт, что ничего кроме мыслей о другой этим «актом доброй воли» мне добиться не удалось, ну, и счетчик мерзости по отношению к себе прямо зашкаливал.

Браво, Леднёв. Днище года.

Но все закончилось, когда тошнота метафорическая сменилась вполне реальной.

- Похоже, я перебрал, - медленно отстраняясь от девчонки. - Последние мозги пробухал. С утра

Закладка:

- Максим, я.…

- Т-с-с, - прикладывая палец к ее губам с размазавшейся красной помадой.

- Не надо, Лен, - делая глубокий вздох. - Иначе работать не сможем. Я по пьяни вообще не соображаю. Трахаю все, что движется, а что не движется… двигаю, ну, и ты понимаешь…

К сожалению, был у меня один такой непродолжительный период в жизни, во время которого я очень отчетливо осознал - алкоголь зло, а секс в результате алкогольного опьянения полнейшая дичь.

Разумеется, у нас с Трофимовой был не тот случай.

Я не настолько упился, чтобы превратиться в животное, и вряд ли уже когда-то так смогу, но это было единственным адекватным оправданием, учитывая количество коньяка, принятое мной на грудь.

- Максим.… Я всё понимаю, - раздосадовано зачастила Ленка. - Может, тогда просто спать пойдем? - хлопая ярко накрашенными ресницами.

Спать мы пойдем. Просто.

Умно. Но я и так уже наложал выше крыши.

- Я не буду здесь оставаться. Глотну свежего воздуха, и вызову такси. Ещё раз с днем рождения! - ровным до безразличия голосом.

- Ты….ты уедешь? - плаксиво.

- Лен, я же тебе много раз говорил - не выйдет у нас ничего путного. А то, что ответил на поцелуй, - вздохнул, часто-часто моргая, - тело откликнулось.

- Тело? - с такой обескураживающей надеждой, что мне захотелось удавиться.

Но не душа. Я не имел права с ней так бездушно. Уж слишком много хорошего сделала для меня Трофимова.

Почувствовал себя ебучим эгоистом - это ж надо было так нелепо все испортить. Нормально же все было.…

Пока Снежная королева не замаячила на горизонте, замораживая меня, уничтожая здравомыслие прямо в зачатках.

- Лен, - предупреждающе заглядывая ей в глаза. - У меня секса три месяца не было. Обычная реакция мужского организма на красивую девчонку. Говорю же, зверею, когда напьюсь. А тут ты в этом красном платье…

Не дожидаясь ее ответа, я толкнул хлипкую дверь, и, переступив порог небольшой комнатушки, устремился на лоджию.

Свежий воздух. Мне он был жизненно необходим. Потому как нужно было срочно трезветь, итак, уже чуть не натворил дел… Дебил скудоумный.

Какое-то время, медленно монотонно раскачиваясь на перилах, я просто пытался отдышаться.

Только тихий августовский вечер продолжил макать меня мордой в жестокую реальность в виде влетевшего на спальную улицу черного внедорожника.

Надо же, Олень пожаловал!

Неужели Розочка вызвала своего названного дружка-мажора со мной на разборки?

Кулаки зачесались, тело ломило от неадекватного желания набить ему морду. Прямо сейчас вытрясти из этого зажравшегося куска дерьма весь дух.

От мыслей, что она легла под него….

Скривившись, я направился в уборную, где меня вывернуло над унитазом.

Всё-таки коньяк был паленым. Тщательно прополоскав себе рот, я поднял взгляд на свое отражение в заляпанном зеркале - глаза щели с полопавшимися сосудами, вся рожа в следах от красной помады.

Ну, пиздец, Леднёв, капитальный и по всем фронтам.

Умыв лицо холодной водой, я прошелся пятерней по своим коротким волосам, покидая убежище…

Так и не вышло подавить в себе это неуемное сучье желание врезать Олейнику. И похуй кто там, что будет думать. Может, мне его рожа не нравится?

Однако в переполненной гостиной парочки голубков не наблюдалось. Тогда я поспешил на улицу, но там кроме одиноко дымящего Дронова никого больше не было.

Я рухнул рядом с ним на лавку… Какое-то время мы сидели молча. Выбросив окурок в урну, Андрей поднялся, и я тихо бросил ему вслед.

- Она с Оленем уехала?

- Кто? Роза? - оборачиваясь, заторможенно уточнил бывший одноклассник.

Снежная Королева моего сердца. Рабовладелица.

- Она самая, - сухо отбил я.

- Да. Он ее забрал, - пожав плечами и избегая моего взгляда, Дронов вернулся в коттедж.

Он её забрал.

Я хотел вызвать такси, но не обнаружил в кармане мобильника.

Похоже, забыл его на лоджии или в уборной… Твою ж маму.

Вернувшись в дом, я застал плачевную картину - Ленка танцевала на столе, бесстыдно двигая бедрами в такт слащавой псевдо-стрип композиции, а собравшиеся вокруг нее парни откровенно пожирали именинницу глазами, истекая слюной.

Я не знал и половины этих ребят, но, судя по их обдолбано-перепитым лицам, за ними не заржавеет пустить девчонку по кругу.

Окончательно протрезвев, меня накрыло осознанием - нельзя оставлять Трофимову ночью посреди этого содома.

Нужно было убедиться, что после моего отказа она не наделает глупостей, хотя, наблюдая за её танцем, было очевидно - именно этим Лена сейчас и занималась.…

Один из окруживших кофейный столик парней прокричал.

- Лен, пошли со мной на приватный танец? - он явно был перекрытым. - Поможешь объездить моего…

- Пошёл отсюда к чёртовой матери, - я сжал его плечо, недвусмысленно кивая в сторону выхода.

Раздражение вскипело, когда Лена, продолжая провоцировать, под одобрительные хлопки парней, начала медленно задирать подол своего откровенного наряда.

Боже, ну, и дура!

Растолкав всех, я рывком схватил девчонку, и, перебросив через плечо, направился с ней на второй этаж….

Глава 20

POV Лена Трофимова

Слабый свет луны проникал сквозь шторы. Я вяло потянулась, поворачивая голову, пока мой взгляд не упёрся в лицо Максима.

Вот так подарок на день рождения - провести ночь в одной постели с парнем своей мечты!

Плевать, что он даже не потрудился раздеться, улегшись прямо в рубашке и штанах. Это уже сущие пустяки, ведь факт оставался фактом - Леднёв, как какой-нибудь пещерный человек, закинул меня себе на плечо, утащив наверх….

Перед самым сном мне пришла отметка - кто-то из девчонок заснял этот эпичный эпизод, выложив его в сеть. Ну, и круто! Надеюсь, теперь все тупые сучки, пляшущие вокруг Леднёва с бубнами, выкусят, оставив Макса в покое.

Потому что, он - мой. Девочки, подберите слюни. Даже смотреть в его сторону нельзя… Иначе порча на одиночество до конца ваших дней!

Глумливо хохотнув, я зависла на красивом лице Максима. Даже во сне он выглядел напряженным и неприступным, но это пока. Сегодняшний вечер показал, что его тщательно возведенные стены уже трещали по всему периметру.

Разумеется, танцуя на столе, я полностью отдавала себе отчет в происходящем. Ну, почти. Выпитый алкоголь немного притупил мои страхи, выпустив всех демонов на свободу.

Ещё бы, услышав о том, что Леднёв собрался домой, нужно было срочно что-то придумать, поэтому пришлось отыграть беспроигрышную карту - девушка в беде!

И вуаля - вот мы

Закладка:

До сих пор я мысленно проживала тот наш поцелуй.

Ах, как он меня целовал, как прикасался, мамочка моя… Будто сожрать собирается! Горячий. Твердый во всех стратегически важных местах. Это уж я отметила. Значит, стыкуемся мы отлично. Теперь дело за малым - не спугнуть хищника.

В прошлый раз сама, дура, виновата - полезла к нему, пока парень был вне кондиции, еле шевелился, чуть живой. И тут я со своими обнимашками. Конечно, он взбрыкнул. Целый месяц потом меня, блин, игнорил!

Но для потомственной ведьмы нет ничего невозможного.

- Вижу цель. Ползу-у-у к цели… - я улыбнулась, максимально сокращая расстояние на кровати, морщась от скрипа пружин - похоже, на этом матрасе какое только «волшебство» не совершалось.

Я улыбнулась, отмечая, как забавно Макс морщится во сне.

Внезапно меня посетила идея - а что, если попробовать один заговор? Тем более, луна сегодня прямо благоволила.

Присев на кровати, я собрала волосы в высокий пучок, потянувшись к одной из своих сумок, и достала оттуда ежедневник или гримуарчик, как я ласково его называла.

- Так…. так… - скользнув по кончику указательного пальца язычком, я начала перелистывать страницы, в поисках нужной. - Вот оно!

Сильный заговор, чтобы парень скучал и тосковал.

Быстро пробежавшись по строчкам, я убрала гримуар в сумку, вытащив оттуда косметичку с маникюрным набором и одну из распечатанных фотографий Леднёва. После чего аккуратно отрезала у Максима крохотную прядку волос, пряча ее внутри салфетки.

Накинув сверху пижамы пиджак, я на цыпочках покинула комнату, осторожно прикрывая за собой дверь. Свет в коттедже не горел. Похоже, даже самые стойкие уже отправились баиньки.

Хорошо, что я забила для нас с Максом лучшую спальню, как чувствовала, что мы проведем эту ночь вместе…

Выйдя на задний двор, я присела на корточки у клумбы с цветами, выкапывая небольшую ямку.

Этот заговор абсолютно безвредный. Он лишь усиливал то, что было в сердце изначально. Ну, а после нашего крышесносного поцелуя стало очевидно - Леднёв и сам от меня без ума. Осталось только немного подтолкнуть нас друг к другу….

Закопав в землю фотографию вместе с клоком его волос, я мысленно обратилась к мужской стихии - к ветру.

«Ветер-ветер, ты летишь по свету, все видишь, все знаешь, все слышишь. Прошу тебя о помощи - донеси чувство мое до (Максима), передай ему мою тоску! Пусть любая минута вдали от меня покажется ему бесконечной! Пусть думает обо мне, скучает и любит! Заклинаю тебя, ветер!»

Прочитав шепоток, я ещё минут десять просидела на земле, как и положено, фантазируя о нас с Леднёвым.

Правда, вскоре, продрогнув, поспешила обратно в коттедж, так как в голове созрел новый план - сперва, принять душ, а после переодеться в более сексуальную сорочку и подлезть к Леднёву под бочок.

Кто знает, возможно, утром он уже не будет столь категоричен?

Тем более, все вокруг и так уверены, что мы с Максимом провели эту ночь вместе. Так чего лишать себя удовольствия?

У меня было не так много парней, всего лишь два - и оба оказались весьма скучными и посредственными. Никакого меджика не произошло, поэтому те отношения довольно быстро подошли к концу.

Отчего-то я была уверенна, что именно с Максом познаю, какого это, выйти на орбиту и улететь…

Вернувшись обратно в нашу спальню, я прошмыгнула прямиком в ванную, быстро избавляясь от одежды и скорее забираясь под обжигающие струи воды. Упругие потоки потекли по моей коже, тихо журча и лаская озябшее тело.

Для полного счастья не хватало только Леднёва.…

Внезапно я услышала, как скрипнула дверь…

О, неужели заговор начал работать?! Феноменально просто!

Догадываясь, что он в любой момент может войти, я приняла красивую стойку. Томно прикрыв глаза, круговыми движениями игралась со своей грудью, делая вид, что полностью увлечена собой.

Только в голове долбила мысль - он здесь, проснулся из-за доносящихся из ванной звуков воды, и, очевидно, пошел меня проверить. А может сразу хватился?

Продолжая делать вид, что ничего не замечаю, я приподняла одну ногу, и, с тихим стоном, начала намыливать себе бедро, уже даже не сомневаясь, что он смотрит.

О, это будет лучшим подарком….

Я уже практически ощущала на себе его прерывистое горячее дыхание, когда, кокетливо распахивая глаза, старалась всем своим видом показать удивление…

Только ничего специально показывать не пришлось. Да я чуть сознание не потеряла от шока…

Обнаружив в жалких сантиметрах от себя Андрея Дронова! Обнаженного Андрея Дронова. И полностью готового, так сказать.

Я вздрогнула, не в силах отвести взгляд от его загорелого, достаточно тренированного тела, будто впервые сейчас увидела парня.

Да-да, того самого горе-ухажера - щечки-пирожки, ушки-лопушки - который таскался за мной класса с седьмого, закапывая все слюной.

- Лена….

Дронов прищурился, беззастенчиво рассматривая мое тело остекленевшими глазами: там отражался такой дичайший мужской голод, что меня буквально парализовало от странного ощущения неизведанной природы. Оно прострелило низ живота, накрывая волнами полнейшего безрассудства…

Словно уловив эту мою ауру, Андрей резко приблизился, припечатывая меня обнаженным торсом к стенке душевой, дерзко впиваясь в мой рот своими губами.…

И нет бы мне его послать куда подальше… Вместо этого, моё сознание будто кануло во мрак. Я обвила шею Дрона руками, сама того не сознавая, отвечая на поцелуй….

Глава 21

POV Максим Леднёв

Проснувшись раньше всех в коттедже, я какое-то время бездумно слонялся по пустынному дому, не находя себе места.

Я всё ещё не пришёл в себя от количества алкоголя, в котором вчера пытался утонуть, голова немного кружилась, по-хорошему надо было отправляться домой и как следует проспаться, потому что завтра идти в университет.

Начиналась моя новая жизнь в качестве студента спортивного факультета Политехнического.

Ещё и какое-то торжественное мероприятие с представлением обновлённого состава футбольной команды, группы поддержки и выступлением декана было запланировано на полдень. Определённо, отправиться сейчас домой казалось лучшей идеей из возможных.

И, тем не менее, перспектива провести все воскресенье в одиночестве пугала. Страх поселился в моих мыслях после того, как я вспомнил о поцелуе с Трофимовой, не говоря уже о дальнейших своих не самых обдуманных действиях.

Точка была поставлена.

По любому, «доброжелатели» уже успели всё это разнести по социальным сетям. Я даже не сомневался,

Закладка:

Ну, рвать, так рвать.

Прибыть и, пардон, убыть вместе со своим рыцарем на черном Рендже, ведь тоже было ее осознанным решением, полностью исключающим меня из нашего уравнения.

Я сжал кулаки, вдруг оцепенев при мысли, как сильно мне ее будет не хватать, и, осознав это, я напряг челюсть так сильно, что она заныла.

Хотя понимал, что, возможно, мы увидимся уже завтра….

Наверняка, для Леднёвой это будет сюрпризом.

А для меня мазохизмом в превосходной степени.

Отирая холодный пот со лба, я услышал голоса и звуки ходьбы на втором этаже, с трудом подавив раздражение - дом начинал просыпаться. Видеть никого не хотелось, но и уходить в таком полуразобранном состоянии сейчас не вариант.

Мне нужно было на что-то отвлечься, и немедленно.

Открыв старенький покоцанный холодильник, я вытащил оттуда контейнеры с заготовками для завтрака - Трофимова даже об этом заранее позаботилась.

Пока она дрыхла как убитая в нашей «спальне» - кстати, Лена отрубилась почти сразу, как я утащил ее с эпицентра боевых действий, я решил приготовить на всю честную компанию завтрак, а других «выживших» заставить помогать с уборкой.

Вскоре ко мне на кухне присоединился Дронов, и ещё пару человек.

Андрюха, к слову, тоже выглядел весьма помятым, ещё и со смачным засосом на шее. Видимо, «после отбоя» тут происходило много чего интересного, только Дрон не из тех, кто будет трепать языком…

POV Роза

- Дочка, как настроение перед первым днём учёбы? - мама скрестила руки на груди, косясь на мою нетронутую тарелку с сырниками.

- Завтра не будет учёбы. Только торжественное мероприятие для первокурсников, - пробормотала я, пытаясь справиться с нервами.

- Ох, как интересно! - она присела рядом со мной, только что-то мне подсказывало, что ей было интересно лишь едва ли.

- Да, мероприятие состоится на стадионе, - добавила я без каких-либо эмоций. - Кстати, меня приняли волонтером в студенческий профком. Пару дней назад пришел ответ на почту, а я только сегодня увидела. Правда, пока на испытательный срок - если всё будет нормально, могут предложить официальную подработку.

- Здорово, ты же так любишь всю эту организационную деятельность, - с деланным упоением подхватила мама.

Любила.

То заявление было отправлено ещё до школьного выпускного вечера, когда я случайно наткнулась на соответствующую форму на сайте университета. Но в свете последних событий я была даже рада возможности переключиться хоть на какое-то полезное занятие.

- Мам, я хотела бы ещё раз обсудить ту ситуацию, - собравшись с мыслями, начала я непростой разговор. - Возможно, отчим говорил тебе что-то насчет Леднёва… - я прикусила ноготь указательного пальца, - или ты что-нибудь вспомнила?

Разрозненные фрагменты картинки никак не могли сложиться у меня в голове, однако после вчерашнего общения с парнем стало окончательно ясно, что он не причастен к краже моего медальона.

Как ни крути, а вся эта история с арестом Максима изобиловала странностями…

- Дочка, - начала мама взволнованно. - Я.… я кое-что вспомнила, вернее сопоставила… - я почувствовала ее тревогу, совершенно искреннюю.

- Что ты вспомнила?

- Ты спрашивала, кто мог взять твое украшение… - она вздохнула. - Так вот, за несколько дней до того, как ты хватилась пропажи, к нам домой приходила Лиля.

- Лиля? Твоя работница? Ты думаешь, она могла меня обокрасть? - поморщившись, я припомнила недавнее признание девчонки о том, что она может быть беременна от Туза.

- Дорогая, дослушай меня. Говорю же, я только на днях все это сопоставила, когда узнала от Лилии, что Тузовского, бандита того, снова арестовали. Его обвиняют в крупной краже и сбыте награбленного, - озвучила мама, побЛеднёв, - Я же только узнала, что они встречаются…

Она горестно покачала головой.

- Лиля ведь была вхожа в наш дом - несколько раз в неделю привозила мне документы… Я её даже в голову взять не могла. Своя же.… Всегда до копейки отчитывалась.… Однако я недавно вспомнила, что в один из дней перед пропажей, оставила Лилю у нас на кухне подписывать подарочные сертификаты, пока мне пришлось отлучиться в банк. Меня не было от силы минут тридцать, но вдруг к ней в это время заходил Тузовский? Что если…

Мама осеклась с серьёзным видом, пока я задумчиво постукивала пальцами по столешнице.

Второй раз за сутки я почувствовала острую необходимость закурить, потому что снова ощутила себя маленькой наивной девочкой, которая ничего не смыслит в жизни.

Все так очевидно и прозрачно с самого начала.

Роза, где же были твои мозги?

Значит, это всё-таки был Туз.

Да, он мог зайти за Лилей. Я несколько раз видела, как он приходил к ней в цветочный магазин…

Получается, это он украл те деньги в школе, подставив Максима, а потом втерся к нему в доверие. Наверняка, как и говорил отчим, Туз ждал момента, чтобы свесить на Леднёва всех собак, вот и ухитрился ещё и подкинуть Максиму ту несчастную пачку, перевязанную моей резинкой. Уверена, Леднёв ни сном ни духом.…

Отсюда и объяснение, почему мой медальон сбыли именно в тот ломбард - ведь Тузовский, конечно же, был в курсе обширной клиентской базы Семеныча.

Я поежилась, поражаясь, какими же подлыми могут быть люди.

Если бы не Игорь, мой медальон так бы и «ушел». Хорошо, что справедливость восторжествовала, и виновник оказался за решеткой. Я надеялась, этого малолетнего бандюгана будут судить по всей строгости… Жаль только его девушку.

- Кстати, Лиля утром прислала сообщение, что увольняется, - расстроено добавила мама. - Хотя, учитывая ее связь с этим Тузом…. - она кашлянула, опуская взгляд.

Звенящая тишина повисла в воздухе.

Вдруг ее нарушил звук входящего сообщения.

Я на автопилоте скользнула пальцем по экрану, сдуру открывая видео, которое с утра активно форсили по всем моим чатам.

Сердце бешено заколотилось от увиденного. Тяжелое, натужное дыхание вырывалось из груди, но я силилась сдержать его, не показывая маме обуревавшего меня отчаяния.

- Дочка, надеюсь, хоть сегодня я оказалась тебе полезна, - мягко улыбнулась она.

- Эх, мама, почему же ты раньше мне этого не рассказала? - захлебываясь нарастающей безысходностью, я ещё раз покосилась на видео, на котором Максим, аки голодный зверь, утаскивал свою белокурую добычу вверх по лестнице…

* * *

Я не ожидала, что на университетском стадионе сегодня будет так многолюдно. Ещё и солнце нещадно палило с самого утра. Куда ни посмотри, везде плескалось море улыбок и веселых взглядов.

Трибуны стадиона были четко

Закладка:

Подумала, какая разница, где сидеть, все равно никого из химфака я пока не знала…

- Ты, должно быть, Роза? - девушка первой протянула мне руку, - Я - Валя, - добавила она, одновременно с несвойственным для девушек крепким рукопожатием, - Узнала тебя, потому что сама отправляла тебе письмо на прошлой неделе, - просияла брюнетка с дерзкой короткой стрижкой и серебряным колечком в носу.

В её образе гармонично сочетались черты творческой личности и студентки-отличницы: потертые, но фирменные джинсы, длинный кардиган с яркими цветами и лоферы на крупной платформе.

- Очень приятно, Валя, - ответила я тихо и дружелюбно, вновь устремляя взгляд на стадион, где уже вовсю толкал речь ректор.

- Скоро начнется самое интересное, - загадочно улыбнулась моя новая знакомая.

- И что же? - равнодушно спросила я.

- Представят новую футбольную команду, - вежливо пояснила Валя. - Кстати, в этом году мы будем их курировать, поэтому волонтеров и искали. Ректор попросил организовать что-то вроде клуба поддержки: стенгазеты, листовки, интервью с ребятами, различные пиар-акции.… Жаль, так мало народа откликнулось, а дел до первого матча выше крыши, - посетовала брюнетка.

- Думаю, мы справимся, - вяло подбодрила её я, ещё не догадываясь, во что ввязываюсь…

Пространство взорвалось громогласными аплодисментами.

- А вон, кстати, наша команда! - проследив за её взглядом, я заметила, что к центру стадиона направляется процессия парней в красных футболках с белыми номерами.

- В этом году у нас несколько талантливых первокурсников, один номер пять чего стоит, скажи же? - хихикая, Валя указала на парня, демонстративно отделившегося от команды.

Он двигался с прорывающейся наружу нахальной самоуверенностью, приковывая к себе сотни любопытных взглядов. Особенно женских.

И тут меня словно громом поразило.

Я покачала головой, убито прикрывая глаза.

Глава 22

Это был Максим Леднёв.

И, в отличие от землетрясения, каким он повстречался мне позавчера у Трофимовой на празднике, сегодня мой бывший молодой человек олицетворял собой само спокойствие.

Штиль перед бурей.

Остановившись в нужной точке стадиона, Леднёв широко порочно улыбнулся, вскинув руки над головой, и этот его нахальный жест был моментально подхвачен всеобщими овациями.

Получается, он каким-то чудом поступил в Политехнический, да ещё и сразу попал в университетскую футбольную команду! Уму непостижимо…

И я, кажется, только что подписала своей студенческой жизни смертельный приговор.

- А вон Слава Морозов, наш капитан! Он единственный из первого состава команды, кто раньше профессионально занимался футболом. Учится на третьем курсе, - проследив за её взглядом, я увидела высокого широкоплечего парня, расслабленной походкой закрывающего шествие.

Темно-каштановые волосы Морозова, коротко стриженные на висках, оставались пышными на макушке. Дорожки татуировок, поднимающиеся от его запястий, уходили под рукава красной футболки.

Этот парень принадлежал к числу тех, кого можно было сравнить с ослепляющим солнцем: он, бесспорно, притягивал взгляд, но, если долго находиться в поле его зрения, исходящая от парня энергетика и харизма причиняли боль.

Я имела несчастье очень хорошо изучить этот мужской типаж…

- Вообще все футболисты, красавцы как на подбор. Наверняка, ты уже загуглила? - Валя посмотрела на меня внимательнее, загадочно улыбаясь.

Поджав губы, я покачала головой, и на какое-то время между нами повисло неловкое молчание.

- Если честно, я даже не знала ни о какой футбольной команде, поэтому с удовольствием послушаю подробности, - натянуто улыбнулась я.

Валя вздохнула, как учительница, вынужденная давать дополнительные объяснения, а затем принялась меня просвещать.

- Наверняка, ты и про Кубок университетов ничего не слышала? - моя новая знакомая добродушно усмехнулась. - Так вот, рассказываю.

- В прошлом году, когда этот кубок стартовал, наш ректор загорелся идеей собственной футбольной команды. Сколотили ее, как говорится, из того, что было, поэтому ребята, ну, кроме Морозова, показали весьма скромные результаты… Но на этот год план-капкан - попасть в тройку лучших! И мы, как представители профкома, все это дело курируем, - с гордостью добавила она.

- Но что в этом Кубке такого? - я вопросительно вскинула бровь.

- О, насколько я поняла, Кубок университетов спонсируется очень влиятельными компаниями. И те университеты, чьи команды покажут наилучшие результаты, будут отмечены всяческими почестями. Кстати, председатель профкома намекнул, что в этом случае и нас ждут солидные плюшки, - подмигнув мне, Валя вновь перевела взгляд на стадион.

Последовав ее примеру, я заметила плакат «Леднёв - лучший!», развернутый на нижней трибуне, вздрогнув, стоило идентифицировать в раскатавшей его девушке Трофимову.

К сожалению, она тоже меня заметила, начав энергично жестикулировать свободной рукой….

Только Ленки здесь не хватало! И зачем пришла, у нее ведь уже началась учеба в педагогическом... Хоть Трофимова и была далека от преподавательской деятельности, она поступила на бюджетное отделение филфака потому, что только туда ей хватило баллов.

Впрочем, судя по тому, что сегодня моя так называемая подруга вместо занятий продолжала петь дифирамбы Максиму, учеба ей на фиг не сдалась.

- Встретимся после официальной части? - вскоре прилетело сообщение от Лены.

- Не получится. У меня уже другие планы, - безжалостно соврала я, прекрасно зная страсть Трофимовой к свежим сплетням.

От воспоминания об их страстном поцелуе сердце предательски дрогнуло.

Я думала, что морально готова, пытаясь понять, почему, увидев приближающуюся ко мне Лену, у меня начали подкашиваться ноги.

- Р-о-з при-в-е-т! - подруга лучезарно улыбнулась, тараторя нечто бессмысленное, вернее, мне начало казаться, что ее слова распадаются на безликие гласные и согласные, заметив алеющий на ее тонкой шейке засос.

Засос.

- Привет…. - выдавливая из себя улыбку, я продолжала прожигать клеймо от его губ прямым немигающим взглядом, желая провалиться сквозь землю.

- О! - смущенно воскликнула Лена, вероятно, догадавшись, на что именно я так внимательно смотрю и, хлопнув себя по повреждённому участку кожи, она как-то дергано пробормотала. - Отойдем с прохода?

Пожав плечами, я нехотя последовала за ней в один из опустевших секторов, где Трофимова принялась поспешно маскировать следы его несдержанности, вооружившись тональным кремом и пуховкой.

Даже странно, учитывая ее маниакальный интерес к Леднёвской персоне, как не жалко-то скрывать такие «улики»?

- Я думала, у тебя уже началась учеба? - стараясь подавить гадливость, равнодушно спросила я.

- Да, но у Макса сегодня такой важный день. Не могла же я его не поддержать? Вот устроила сюрприз! - горделиво косясь на изрядно помятый плакат, разложенный на одном из кресел, -

Закладка:

- Извини, Лен, но у меня дела в профкоме, - прохладно улыбнувшись, я поспешила свернуть беседу.

* * *

Первая неделя в качестве студентки прошла достаточно ровно. На парах ничего особенного не происходило, так как лекции пока имели вводный характер.

К слову, группа у нас подобралась неплохая. Ребята производили приятное впечатление: чтобы хоть как-то заткнуть зияющую дыру в груди, я начала общаться с парой девчонок, надеясь, что со временем мы подружимся.

В пятницу вечером перед физкультурой, что называется, ничего не предвещало беды.

Добравшись до спорткомплекса, я переоделась в форму, присоединившись к остальным девчонкам в спортзале, пока наши парни с факультета занимались в соседнем зале с другим тренером.

- Вот нам не повезло… - посетовала присоединившаяся ко мне одногруппница Маша Ягодкина, миловидная шатенка с волосами до плеч, косясь в сторону преподавательницы.

- А что такое? - я вопросительно вскинула бровь.

- У нас будет вести мадам Чекушкина! - Маша закатила глаза.

- Кто?

- Ну, преподша - Юлия Николаевна Чекушина, - она указала на возрастную подтянутую женщину в чересчур облегающем красном гимнастическом костюме. - Говорят, во время занятий она любит уходить в свою инвентарную комнату, а оттуда приходит с покрасневшим носом и легким запахом «боярышника», - Маша хмыкнула, прикрывая рот ладонью.

- Серьёзно? - искренне удивилась я, не особо веря, что в университете могут быть такие преподаватели.

Зря.

Юлия Николаевна оказалась весьма эксцентричной женщиной с довольно экстравагантным подходом к ведению занятий, и к середине второй пары, задыхаясь от усталости, я начала отчетливо это осознавать.

Что было странно, ведь в школе у меня никогда не было проблем с физкультурой - наш физрук был мировым мужиком, чаще всего ставя оценки девочкам, руководствуясь принципом «красивых глаз».

- И завершаем занятие опорными прыжками! Девушки, поторопитесь! - Чекушина поспешила к снарядам, установленным у дальней стены зала.

- Она что, предлагает нам прыгать через козла? - Маша досадливо вздохнула.

- И через коня, похоже.… - подхватили другие одногруппницы, подходя ближе.

- Но это же ерунда какая-то, - возмутилась я. - Помнится, мы прыгали через эти снаряды классе в десятом… - и мне бы хотелось забыть это, как страшный сон.

Внезапно дверь в спортзал распахнулась, и к нам самым нахальным образом ввалились парни из футбольной команды во главе с Морозовым и Леднёвым.

Стоило только вспомнить о козлах…

Разумеется, этот эпитет я адресовала Максиму - высокий, внушительный, преисполненный энергией и тестостероном, он доброжелательно поздоровался, сложив руки рупором. Его примеру последовали и другие футболисты…

Девчонки с невиданным оживлением поприветствовали парней.

Откровенно говоря, я ждала, что Чекушина попросит спортсменов подождать за дверью, ведь они ворвались прямо во время занятий, но она лишь радушно помахала им рукой, тем самым оправдывая их присутствие.

Я почувствовала на себе прошибающий навылет взгляд Максима, и, не удержавшись, повернула голову.

И снова здравствуйте. Он смотрел на меня абсолютно спокойно, этот его взгляд будто втекал мне в голову, проникая в кровоток, свинцовой тяжестью разливаясь по венам.

Сама не поняла, почему так разволновалась, ведь мы даже не перекинулись и парой слов.

- Так, девушки-красавицы, повторяю один раз - надо разбежаться, оттолкнуться от подкидной доски, и, пролетая горизонтально, красиво приземлиться на ноги. Руки вверх!

- Юлия Николаевна, а вы можете показать, как пользоваться этой шайтан-машиной? - обратился к преподавательнице кто-то из девчонок, очевидно, с целью смутить.

Но не тут-то было.

Казалось, Чекушина только этого и ждала, грациозной походкой направляясь к коню.

- Смотрите, сейчас Чекушка будет прыгать…

- А она не развалится на лету?

- Скорее рассыплется…

Надо отдать возрастной женщине должное, она не только красиво перескочила снаряд, но ещё и зрелищно под одобрительные хлопки и улюлюканье футболистов приземлилась, сделав картинный поклон.

- Браво-о-о!

- Юлия Николаевна, ну, как девочка.… - сыпали комплиментами эти позеры, явно подобрав к преподавательнице «нужный подход».

Моя очередь перепрыгивать через снаряд подошла последней. К этому моменту я впала в какое-то странное оцепенение, продолжая чувствовать спиной его взгляд, будто удавку на шею надели.

Зачем же так меня мучить?

Потому что…. То, что сделал Леднёв непростительно. Безжалостно. Подло. И теперь этой болезненный взгляд опутывал меня с головы до ног, перемалывая в щепки нутро. Дышать было больно.

А надо прыгать…

- Юная леди, вам нужно особое приглашение? - холодно обратилась ко мне Чекушина.

Покачав головой, я разбежалась, увеличивая скорость по мере приближения к спортивному снаряду… прыжок… попыталась соединить рывок туловища и толчок руками, внезапно осознав, что заваливаюсь куда-то в бок, позорно падая со снаряда….

Глава 23

Ногу прострелила неприятная боль, хоть и приземлилась я на маты.

К сожалению, всё пошло наперекосяк, и я ожидала услышать взрыв смеха, вызванный моей неуклюжестью, но в спортзале, наоборот, повисла напряженная тишина.

- Подняться-то можешь? - холодно обратилась ко мне Чекушина.

С ледяным спокойствием я выдержала её недружелюбный взгляд, медленно пытаясь встать, чтобы незамедлительно с позором унести отсюда ноги.

Я выставила себя посмешищем, не сумев перепрыгнуть через козла.

- Ну, растяпа.… - еле слышно пожурила она меня. - Видела же, как я выполняю технику опорного прыжка? - гордо расправив плечи. - Или в другое место в это время смотрела? - кивая в сторону футболистов, которые хоть и притихли, но, кажется, внимательно наблюдали за нашей перепалкой.

Я издала неуместный смешок без малейших признаков веселья, и, когда она приблизилась, зачем-то возразила.

- Насколько я знаю, этот норматив сдают ещё в школе.

- Все верно. Представляете, юная леди, заслуженный учитель России об этом в курсе? Только догадываюсь, что вы и в школе не способны были выполнить опорный прыжок? - едко осадила она меня.

- Не очень понимаю, к чему вопрос? - медленно выпрямляясь, я всё ещё испытывала ноющую боль в стопе.

- Первую половину семестра мы повторяем основные нормативы, чтобы перейти к изучению более сложных упражнений. Как, прикажите, вас аттестовывать? - уголки ее губ дрогнули, сложившись в недобрую улыбку. - Фамилию?

- Леднёва, - сухо произнесла я в то время, как преподавательница сделала пометку в своем блокноте.

Гораздо внимательнее оглядев меня, Чекушина вновь метнула взгляд в сторону парней, тихонько спросив.

- Максим Леднёв твой…?

Сердце у меня забилось чаще, однако я ровно ответила.

- Никто. Не знаю, о ком вы говорите…

Закладка:

Высший пилотаж.

Прихрамывая, я побрела к скамейке, решив в ближайшее время озаботиться освобождением.

На самом деле, после перенесённого сотрясения мозга я и так могла рассчитывать на справку, только в виду собственной гиперответственности не планировала вот так с ходу прогуливать…

А зря.

Когда пара закончилась, все поспешили в раздевалку, я же продолжила сидеть на лавке, впав в какой-то ступор.

- К сожалению, ещё полно людей, которые с помощью работы педагогом пытаются решить свои глубокие личностные проблемы, - раздался у моего уха спокойный мужской голос. - Иллюзия ощущения власти - наше все.

Слава Морозов, капитан футбольной команды, расположился рядом со мной, улыбаясь с возмутительной самоуверенностью, похоже, свойственной всем футболистам.

- Лучше и не скажешь, - согласилась я, глядя в след Чекушиной, грациозной походкой, удаляющейся из зала.

Она не шла, нет, она себя несла. Господи, помилуй.

- Юлия Николаевна вообще очень интересный персонаж. Как человек, который уже два года проучился на спортфаке, поверь, я знаю, о чем говорю, - он мне подмигнул, играя ямочками на щеках.

- Значит, на бескровное получение зачета мне теперь можно не рассчитывать? - уточнила я, слегка склонив голову.

- В точку! - Морозов улыбнулся, уставившись на меня своими выразительными серыми глазами. - У Чекушиной есть суперспособность - портить симпатичным первокурсницам жизнь без малейшего повода.

- Третий год подряд я наблюдаю одну картину: преподша выбирает себе жертву, измываясь над ней в лучшем случае до конца семестра - в худшем, до конца учебного года, - Слава повел плечами, глядя на меня с сочувствием.

- Не на ту нарвалась, - не слишком уверенно парировала я, в глубине души негодуя, почему моя жизнь в последнее время превратилась в сплошное получение бесценного опыта?

В школе я привыкла во всем быть лучшей, конечно, рассчитывая продолжить данный курс и в университете, надеясь на красный диплом.

- Спасибо за информацию, - мгновение я смотрела на него, чуть прищурившись, отмечая, что внешность Вячеслава имела довольно демоническую природу.

Прямой взгляд глубоких серых глаз, слегка изогнутый нос, будто его когда-то ломали, острые как леска скулы, яркие губы на бледном лице и дорожка черных витиеватых символов, ускользающих под рукавами футболки.

Этакая романтическая мрачность декаданса.

- Я видел тебя пару раз около профкома, - кашлянув, Морозов игриво вскинул бровь.

- Да, я устроилась волонтером. Мы курируем футбольную команду, так что будем пересекаться…

- Слава, кстати! - едва заметно усмехаясь, будто все кругом и так знали, как его зовут.

Ох, уж эти футболисты! Так и хотелось попросить артикул на столь высокую самооценку. Мне бы сейчас она ой как не помешала.…

- Роза.

- Слав! - едва до нас донесся резкий голос Леднёва, как в нескольких сантиметрах от моего лица просвистел футбольный мяч.

Если бы не молниеносная реакция Морозова, вовремя поймавшего мяч, он вполне мог попасть в кого-то из нас… Вот гад!

Мгновение я смотрела на Максима, чуть прищурившись, опасно стискивая челюсти. Криво улыбаясь, бывший парень вступил со мной в поединок устрашающих взглядов.

Наконец, собрав все свои силенки, я поднялась, и, пытаясь не обращать внимания на потягивающую боль в ноге, поковыляла из зала. Только с каждым новым шагом пульсация в лодыжке лишь усиливалась.

Остановившись около выхода, я попыталась восстановить дыхание, соображая, что же делать дальше?

- Держись за меня! Провожу до медпункта, - голос Морозова прозвучал безапелляционно.

Обернувшись, я увидела Славу, беззвучно сократившего расстояние, и протягивающего мне руку.

- Не надо, я сама, - попыталась запротестовать, но тут же ойкнула, начав терять равновесие.

- Придется ещё немного потерпеть мое общество, - приблизившись, парень приобнял меня за талию, просто не оставив мне другого выбора, кроме как отзеркалить его действия.

- Похоже на растяжение связок, - Слава сильнее сжал мою талию, подстраиваясь под мой шаг.

- Такая нелепость. Упасть с козла! Это ж надо было умудриться? - я поджала дрожащие губы, не хватало только расчувствоваться на глазах у своего неожиданного спасителя.

- Зато теперь мы знаем, что ты чемпионка по падениям! - подбодрил меня Морозов.

Фыркнув, я не смогла сдержать истеричный смешок. В этот миг Слава ловко распахнул дверь, помогая мне присесть на стул.

- Спасибо, - пробормотала я, избегая его взгляда. - Даже не знаю, как тебя благодарить…

Хмыкнув, Морозов дерганым движением провёл ладонью по затылку.

- Не за что, - не сразу ответил он. - Уговор: когда перестанешь хромать, выпьешь кофе? Со мной, - он дерзко улыбнулся, закусывая губу.

- Идёт, - внезапно согласилась я.

Подмигнув мне на прощание, Слава уже сделал движение к двери - в этот момент в медпункт вошел Леднёв.

Он замер, его взгляд скользнул по мне, потом по Морозову, который всё ещё расслабленно улыбался. Лицо Максима исказилось гримасой. В ней смешались удивление, раздражение и что-то ещё…. ревность?

- Слав, тебя тренер разыскивает… - с обманчивым спокойствием обратился к Морозову мой бывший парень.

- Иду! - кратко кивнув, капитан команды покинул медпункт, оставив нас с Леднёвым наедине.

Глава 24

- Леднёва, а у тебя губа не дура, - Максим чуть прищурился. - Далеко пойдешь, - его голос как лезвие, полоснул меня по коже.

За закрытой дверью слышалась монотонная болтовня медсестры.

Не удостоив его ответом, я затянула шнурок на кроссовке покрепче. Нога всё ещё ныла, но сейчас боль - это даже хорошо. Она приглушала другие эмоции.

- А что это мы такие не разговорчивые, Снежная Королева? - едкий смех. - Ваш верный подданный бьёт челом, - произнес он вроде с расслабленной интонацией, только я всем своим существом ощущала исходящий от парня холод.

- Не утруждай себя, Максим, - поразительно спокойным голосом, пусть у меня внутри все и дрожало от разочарования и боли. - Будем считать, что я изгнала тебя из своего королевства.…

Ха.

- Охх, как мы заговорили-то? - внезапно метнувшись вперед, Леднёв сел передо мной на корточки, и я вздрогнула, ощутив тепло его пальцев на обнаженной коже.

- Отойди от меня и не смей трогать! - пытаясь отодрать его руку со своей ноги.

Бывший парень, будто издеваясь, наклонился ближе, так что я невольно втянула запах его одеколона - того самого, который дарила Максиму ещё зимой.

Тогда, он

Закладка:

Не обращая внимания на мои жалкие попытки вырваться, его пальцы лишь сильнее впились мне в кожу.

- Отстань, Леднёв! - накрывая его ладони, сомкнутые на моей щиколотке замком, пронзая их до онемения в пальцах.

Ход Королевы.

Получай!

Затяжная пауза.

Его взгляд ощущался как ещё одно прикосновение.

Губы Максима были слегка приоткрыты, в глазах полыхал тот самый тёмный огонь, от которого когда-то плавились все мои принципы.

Наконец, из его груди вырвался убийственный тихий смех.

- Леднёва, а ты уже не Королева. Ты - палач, - кивая на красноватые полумесяцы от моих ногтей на его коже. - Кровожадная моя.

Кровожадная моя.

Зрелище его окровавленной кожи ввело меня в состояние легкой прострации, которым этот предатель не преминул воспользоваться.

Я зажмурилась, стиснув зубы, когда его руки - твердые, уверенные - заскользили по моей голени, чуть выше щиколотки.

- Здесь болит? - голос обволакивающий, слишком низкий.

Я кивнула, не глядя.... Его пальцы продолжили исследовать мою ногу, нажимая аккуратно, но всё равно, доставляя дискомфорт.

- А здесь? - Максим приподнял голову, и наши взгляды столкнулись.

В его глазах - не лед уже, что-то противоположное. Горячее… опасное.

- Может, вправлять не будешь? - мрачно усмехнулась я, но голос предательски подвел.

Леднёв моей шутки не оценил.

Просто медленно провел большим пальцем по месту ушиба… Движения медленные, почти гипнотические, будто запоминая заново каждую линию, каждый изгиб.

- Максим.…хватит.

Бывший парень вдруг обхватил мою ногу обеими руками. Его дыхание участилось. Между нами осталась лишь тонкая полоска воздуха, заряженного статикой.

- Кто ж берёт такой маленький разгон перед опорным прыжком? - наклоняясь ближе: его губы почти коснулись моего колена.

Я непроизвольно поерзала на стуле - сильные пальцы разогревали мою кожу, будто оставляя на ней следы.

- Здесь тебе не больно? - тихо спросил он, но по тону было ясно - это просто повод продолжать.

А я.… Я говорить не могла.

Только слегка шевелила пальцами на ногах, наблюдая, как его ладонь обхватывает мою щиколотку, а большой палец обводит выступающую венку, отчего под кожей тут же просыпаются мурашки.

- Максим....

- Тише.

Рука Леднёва поднялась выше, под колено, сжимая - не больно, но ощутимо. В этом жесте улавливалось нечто до боли знакомое, то, отчего у меня не раз плыли мозги.

- Разбег играет важную роль, так как от скорости разбега зависит сила отталкивания от мостика… - голос рассыпчатый, с этакой развязной хрипотцой.

Я чувствовала его неровное дыхание на своей коже - угораздило же сегодня надеть короткие леггинсы!

До меня вдруг дошло: он помнил. Помнил, как я любила, когда трогают именно так - сначала почти нежно, оставляя место для дрожи.

А потом….

Внезапно его пальцы раздвинулись, обхватывая мою икру целиком, сжимая её - и это уже был не осмотр, не забота… Вовсе нет. Скорее обладание. Вместе с беспрекословным подчинением. Власть. Его прикосновения казались слишком откровенными, слишком собственническими… просто слишком.

- Королева, ты дрожишь, - заметил Леднёв, с той самой глумливой полуулыбкой на губах.

- Ты можешь просто оставить меня в покое? - прерывисто спросила я, отталкивая его руку.

Я чувствовала, как жар разливается по щекам. От злости. От стыда. От чего-то ещё, что заставляло мой пульс бешено подпрыгивать.

- Не понимаю, о чем ты? - Максим замер, медленно качая головой. - Поблагодарила бы за осмотр? М? - его большой палец задержался вокруг выступающей косточки на лодыжке.

Затем бывший отстраненно бросил.

- Леднёва, до свадьбы заживет, - он резко поднялся, как раз в тот момент, когда дверь в медпункт открылась, и я, медленно выпрямившись, сменила покинувшую помещение студентку.

* * *

- Небольшое растяжение связок, ничего серьёзного, - ровно сообщила медсестра, закручивая эластичный бинт вокруг моей щиколотки. - Пару дней покоя, и всё заживёт, - устало улыбаясь, полная женщина поправила свои старомодные очки.

- Спасибо вам, - я ответила ей благодарной улыбкой, желая скорее добраться до раздевалки, переодеться и уехать восвояси.

На сегодня мой лимит душевных сил был исчерпан, включая все резервные запасы.

Прихрамывая, я поплелась по темному коридору в сторону раздевалок, вздрогнув от звука приближающихся шагов.

Обернувшись, я столкнулась с озабоченным взглядом Максима.

- Ну, что? - рыкнул он, заставив меня замереть.

- Всё нормально. Пару дней и буду как новенькая. Уже почти не больно…. - сама не знаю, зачем ответила, наверное, чтобы скорее прекратить этот фарс, отправившись домой.

Сердце прошибало ребра, пока я выдерживала напряженный взгляд Леднёва, устало дыша.

- Почему тогда еле волочишь ноги? - Максим на мгновение прикрыл глаза, будто ему даже смотреть на меня было неприятно.

Покачав головой, я осторожно, черепашьим шагом поплелась вперед, стараясь не морщиться от ноющей боли в пострадавшей ноге. Секунда. Две. Я сдавленно охнула, когда мое тело резко оказалось в воздухе, прижатое к груди Леднёва.

- Не королевское это дело, напрягать пострадавшую ногу, - его голос прозвучал, как приказ. - Черни же не привыкать, - сжирая мою душу одним напитанным презрением взглядом.

Одна его рука оказалась у меня под коленями, другая - плотно обвила спину, пальцы впились мне в ребра сквозь тонкую ткань футболки. Адреналин разбодяжил кровь, дыхание сбилось.

- Эй! Пусти! Я сама! - прошипела я, на застрявшем где-то в глубине горла выдохе, растворившемся в горячем дыхании парня около моего уха.

Зло рассмеявшись, он процедил.

- Не могу смотреть на твои мучения. Просто расслабься, Леднёва, - он нарочно слегка подбросил меня вверх, заставив вцепиться ему в шею. - Получай, блин, удовольствие! Ты же обожала, когда я тебя на руках носил… Помнишь, как в ночь после выпускного? Тебе же это, бл*ть, так нравилось, - глядя на меня тяжелейшим и таким обжигающим взглядом, что мелкая дрожь тронула поясницу до кончиков пальцев пострадавшей ноги.

Тело среагировало фантомным наслаждением. А следом -кислотной болью.

- Ненавижу тебя, - шепотом, по слогам, умышленно вспоминая его поцелуй с моей лучшей подругой, во всех красках домысливая, что же было после. - Немедленно отпусти!

- Я знаю. Поэтому и не отпущу, - его протяжный выдох сквозь стиснутые зубы будто прошелся через всё моё тело, окатывая его липким ознобом.

Хмыкнув, Максим ускорился, не обращая внимания на мои лягания и протесты. И каждый его шаг заставлял наши тела тереться друг о друга - бедра, живот, грудь.

Ты

Закладка:

Леднёв пинком открыл дверь в женскую раздевалку, уверенный, что там никого нет.

И, бинго, он прямо-таки как почувствовал… Мне даже помощи попросить было не у кого. Проблема в том, что я совершенно не ориентировалась в спорткомплексе, понятия не имея, как отсюда скорее удрать. От него удрать.

Максим поставил меня на скамью, но не отпустил. Его руки скользнули по моим бедрам, прижимая ближе к себе.

- Если будешь дёргаться - сам стяну с тебя эти леггинсы, - его пальцы впились в эластичный пояс, и я почувствовала, как дрожит его ладонь.

Не только угроза. Обещание.

- Ты совсем охренел.… Ты… - но голос предательски сорвался, когда он наклонился ближе.

- Да. Из-за тебя.

Глава 25

Да. Из-за тебя.

Он тихо, немного глухо рассмеялся, заставив меня ощутить томление, налившееся волнующей тяжестью внизу живота. Да чтоб тебя.…

- Леднёв, я ведь могу и на помощь позвать? Неужели тебе нужны проблемы в университете?

- Не позовешь, - негромко ответил он, внимательно глядя мне в глаза. - Хотела бы позвать, давно бы это сделала, - на мгновение, оторвав от меня взгляд, он посмотрел на закрытую дверь, презрительно улыбнувшись.

Сделав шаг назад, я пыталась создать дистанцию, но Максим мгновенно ее сократил. Его руки скользнули по моим плечам, взгляд ударил наотмашь.

- Ты вся дрожишь, - прошептал он, наклоняя голову вперед.

Я сглотнула. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, он слышит его стук.

- Я просто…устала после тренировки.

Леднёв рассмеялся - низко, глухо, и этот звук отрикошетил по моей коже мурашками, задевая каждый нервный узелок.

- Сама же предлагала как-нибудь поговорить? - намеренно делая акцент на последних словах.

- Уже передумала. А вообще я даже рада, что познакомилась с тобой поближе и теперь знаю, что от таких как ты девчонкам лучше бежать в рассыпную, - мой голос прозвучал отчужденно. - Отойди, Максим. Мне нужно переодеться! - добавляя своей просьбе решительную интонацию.

Неожиданно Леднёв подчинился, делая несколько резких, решительных шагов назад. Так-то лучше. Мне сразу стало легче дышать, поэтому я сухо произнесла.

- Уйди отсюда, Чудовище!

Парень убито прикрыл глаза, протяжно рассмеявшись.

- Есть, моя Королева. Но только когда удостоверюсь, что столь высокопочтенной особе больше не потребуется моя помощь.

Я зажмурилась, пытаясь собрать мысли в кучу, но они рассыпались, потому что он всё ещё был здесь, а ещё потому, что я продолжала стоять на дурацкой лавке, не особо понимая как мне с нее слезть без его опостылевшей помощи.

Пот стекал за воротник футболки, пока я пыталась перевести дыхание. Пострадавшая нога не вовремя разболелась, будто кто-то вгонял под кожу маленькие иглы, возможно, обезболивающая мазь перестала действовать.

«Просто надо слезть с лавки», - мысленно приказала я себе.

Я попыталась перенести вес на здоровую ногу, но тело предательски дрогнуло. В глазах помутнело от внезапной волны тошноты, когда повреждённая нога непроизвольно дёрнулась и ударилась о деревянную поверхность скамьи.

- Чёрт! - губы сами собой искривились в беззвучном стоне.

Я зажмурилась, пытаясь переждать неожиданный приступ. Не хотела, чтобы он видел моё жалкое состояние - взъерошенные волосы, трясущиеся руки, лицо, искажённое гримасой боли. Но сегодня фортуна явно повернулась ко мне не той стороной…

- Леднёва.… - его голос прозвучал слишком близко.

- Уйди, - прошипела я.

Но он не ушёл. Горячие ладони Максима сгребли меня в охапку, заставив вздрогнуть.

- Не дёргайся, - его прикосновение обожгло сильнее, чем сама боль. - Дай помогу, - этот предатель наклонился, его дыхание оседало на моей шее, - иначе мы с тобой тут до ночи просидим - я, итак, уже пропустил половину тренировки.

Я должна была сказать «нет», оттолкнуть его, но впала в какое-то дичайшее оцепенение, все протесты застряли в горле, когда его руки, стиснув мою талию, в мгновение ока опустили меня вниз.

Я сидела на скамейке, стиснув зубы, пока он наклонялся передо мной, усаживаясь на корточки. Его пальцы скользнули к шнуркам моего кроссовка, и я резко отдернула ногу - слишком резко. Боль тут же пронзила лодыжку, заставив меня сжаться.

- Не двигайся, - прохрипел он, не глядя.

Его руки снова обхватили мою стопу, на этот раз тверже.

Я чувствовала каждый его вдох, каждый сдвиг мускулов под футболкой, когда Максим аккуратно развязывал узел. Тепло от его ладоней проникало сквозь тонкий материал носка, заставляя кожу под ним гореть.

Я уставилась в потолок, стараясь дышать ровно.

Это ведь просто помощь. Ничего больше. Если бы Леднёв попал в подобную ситуацию, я ведь тоже бы ему помогла…

Но потом его большой палец провел по своду моей стопы, и по спине пробежала хлесткая обжигающая волна. Я впилась ногтями в край скамьи, чтобы себя не выдать.

- Тут душно, - он чуть сжал пальцы вокруг моей пятки, снимая обувь.

Взгляд Максима скользнул вверх по моей ноге, к оголенному колену. Я тихо кашлянула, опуская глаза.

- Спасибо. Правда, спасибо…. Но дальше я сама…

Проигнорировав мою просьбу, Леднёв уже брался за второй кроссовок, его мизинец намеренно задевал лодыжку, медленно, будто проверяя меня на выносливость, пока мое сердце бешено колотилось где-то в горле.

Тишина в раздевалке стала вязкой, почти осязаемой.

Он всё ещё сидел передо мной на корточках, его пальцы теперь обнажали вторую ногу, снимая кроссовок с преувеличенной медлительностью.

Каждое движение его рук казалось намеренным - я чувствовала это по тому, как его взгляд скользил по моей коже, будто оставляя на ней невидимые отметины.

Я должна была что-то сказать: сместиться, отстраниться, засмеяться невпопад - что угодно, лишь бы только разрядить это невыносимое, сгущающееся между нами напряжение.

Но я молчала, с каким-то нездоровым интересом наблюдая, насколько далеко этот отбитый готов зайти? Неужели он…

Ладонь Леднёва вдруг легла на мое колено. Больше не под предлогом помощи - просто так. Пальцы слегка сжали его, и я почувствовала, как дрожь скапливается внизу живота.

- Черт, - прошептал он себе под нос, капли пота выступили у него на висках. - Тебе ведь нравится, - это был не вопрос, а констатация факта.

Я попыталась ответить, но губы не слушались. Его рука медленно скользнула выше, по внутренней стороне бедра - моё дыхание перехватило.

Пальцы Максима зацепились за пояс леггинсов и начали стягивать их вниз… Боже.

- Нет. Не нравится! - мой голос прозвучал сдавленным, чужим. - Дальше я сама.

Закладка:

Не сразу, но всё-таки отстранившись, мой бывший парень побледнел, переменившись в лице. Видимо, комплексы взыграли. А может, проснулась совесть? Вспомнил про Трофимову, с которой куролесил все прошлые выходные?

- Как ты доберешься до дома? - его зрачки были непривычно расширены, веки чуть подрагивали.

- Уйди отсюда, Чудовище. Меня есть кому подвезти. Понятно? - яростно припечатала я, метнув в него замораживающий взгляд.

Где-то поблизости послышались мужские голоса и смех. Похоже было на перерыв во время футбольной тренировки. Секундная пауза, после которой Максим ушел, долбанув дверью так, что она едва ли не слетела с петель.

Я ещё какое-то время сидела, зажав голову руками.

Ладони дрожали - я сжала их в кулаки, но это не помогло. Воздух никак не хотел заполнять мои лёгкие: попыталась продышаться, но из горла вырвался только прерывистый, хриплый звук.

Что, черт возьми, только что произошло?

Доковыляв до своего шкафчика, я достала оттуда вещи, и, с трудом их натянув, подошла к небольшому зеркалу. Мое отражение казалось каким-то чужим: растрепанные волосы, глаза слишком широкие, слишком испуганные. Я медленно провела языком по пересохшим губам.

Я должна была его остановить. Должна была дать пощечину, крикнуть, убежать... А вместо этого...

Я с силой потёрла запястья, как будто могла стереть следы его наглых пальцев. Но память о его руках на моей коже не исчезала, больше напоминая свежие ожоги.

Внезапно колени задрожали. Хотелось списать все на адреналин или шок, однако внутри уже разливалось другое чувство - жгучее, ядовитое.

Стыд. Приправленный раскаянием и чувством вины.

Вот тебе и Королева. Ох, Леднёва-Леднёва.

Я медленно опустилась на лавку, и, стараясь дышать глубже, вытащила из сумки телефон, набирая номер Игоря. Увы, в сухом остатке, мне некому больше было позвонить. Не отчима же дергать с работы?

Олейник ответил после второго гудка.

- Роза, привет! Что-то случилось? - несколько озадаченно начал он.

- Привет.… Как ты догадался? - подавляя вздох.

- Ну, просто так же ты мне не звонишь… - с деланной обидой.

Что верно, то верно. Нервно усмехнувшись, я попросила Олейника забрать меня из спорткомплекса, и он пообещал приехать в самое ближайшее время.

Глава 26

За окном медленно проплывал вечерний город - размытый, будто подёрнутый серой дымкой.

Фонари зажигались один за другим, их жёлтые отражения скользили по асфальту, многочисленные витрины светились холодным безжизненным светом.

- Ну что, как там первая неделя обучения? - притворно-серьёзно спросил Игорь, - Уже все экзамены экстерном сдала? - натянуто пошутил он.

Я ответила что-то невнятное, фальшиво рассмеявшись.

Тогда он предложил мне заехать в то самое кафе у фонтана, где мы раньше всегда брали два капучино и один чизкейк на двоих. Голос бывшего парня звучал слишком бодро, будто он заранее отрепетировал эту фразу перед зеркалом.

- Может, всё же как в старые добрые? Я сто лет там не был… После того, как мы с тобой… - Олейник улыбнулся, но я заметила, как нервно дёргается жилка у него на виске.

Покачав головой, я притворно уткнулась в телефон.

- Спасибо, но я не голодна.

В этот миг по радио заиграла одна из так называемых «наших» песен, хоть она никогда и не вызывала во мне особого трепета, именно под нее мы с Олейником несколько раз целовались во время наших отношений.

Машина резко дернулась на светофоре, и мне показалось, что даже мотор кряхтел от неловкости. Я наклонилась и выключила звук.

- Посмотри, вон там пробка собирается, лучше объехать.… - выпалила я, указывая на красные огни впереди.

Игорь, нервно постукивая пальцами по рулю, предпринял ещё несколько попыток вывести меня на разговор, однако ни одна из них не увенчалась успехом, ведь мысленно я всё ещё находилась в раздевалке с предателем Леднёвым.

Когда машина остановилась около моего подъезда, разумеется, он вызвался проводить меня до квартиры, и, откровенно говоря, я уже несколько раз пожалела, что на эмоциях позвонила ему, мечтая скорее закончить наше вынужденное общение.

Не успела я открыть входную дверь и попрощаться с Олейником, усаживаясь на тумбочку, как из кухни уже раздался встревоженный мамин возглас.

- Боже мой, дочка, что с тобой?!

Мама метнулась ко мне, обеспокоенно заглядывая в глаза, будто я вернулась с поля боя, а не с университета, ей Богу.

- Да ничего страшного, просто подвернула ногу. Не смогла перепрыгнуть через козла, упала и неудачно приземлилась. Я была в медпункте - жить буду, - пожимая плечами, устало объяснила я.

- Ну, хорошо.… Но нужно обязательно сделать компресс.

- Добрый вечер, - с джентльменской улыбкой поздоровался Олейник, перетягивая мамино внимание на себя.

- Игорь, здравствуй! Проходи! Ужин как раз готов… - тут же забывая о моей ноге, засуетилась она.

Олейник неуверенно улыбнулся, глядя на меня с виноватым выражением лица.

- Роза, милая, не забывай о гостеприимстве! - мама скрылась в кухне, а мне ничего другого не оставалось, как повторить ее приглашение, на которое, к сожалению, Игорь ответил согласием.

* * *

За столом преимущественно царила неуютная тишина, нарушаемая только звоном вилок и мамиными неловкими попытками оживить беседу.

Она, очевидно, довольная, что собрала нас за одним столом, с упоением копалась в моем прошлом, словно стараясь напомнить Игорю, какая я была «милая» и «забавная».

Незваный гость вежливо улыбался, но в его глазах читалось замешательство.

- Игорь, ты же помнишь, как Роза в третьем классе…

- Мам, - резко прервала ее я. - К чему этот вечер воспоминаний? Можно, мы просто поедим?

Мама замолчала, обиженно поджимая губу.

Я уставилась в тарелку, чувствуя, как Олейник украдкой наблюдает за мной. Медленно сжимая салфетку в кулаке, я мечтала лишь об одном - чтобы этот ужин как можно скорее закончился.

Однако вопреки моим желаниям, он тянулся как жвачка.

- Дорогая, как твоя нога? - закончив обсуждать с Игорем подробности его работы в юридической компании отца, мама вспомнила обо мне.

- Вообще-то, мне бы просто отдохнуть, - тихо сказала я, больше не в силах терпеть этот спектакль.

- Ну конечно-конечно! - зачастила мама, но в её голосе явственно слышалось разочарование. - Дочка, может, Игорь проводит тебя

Закладка:

- Я сама, - резко поднялась я, хватаясь за спинку стула.

Игорь тоже поспешил из-за стола, неуверенно протянув мне руку, но я уже отвернулась, делая решительный шаг к выходу из гостиной.

* * *

Уже перед самым сном мама без стука вошла ко мне в комнату.

- Милая, как ты себя чувствуешь? - она села на край кровати, поглаживая одеяло.

- Терпимо, - натянуто улыбнулась я.

- Кстати, я рада, что вы с Игорем возобновили общение…

- Наша история в прошлом, - я уткнулась носом в подушку. - Уже пожалела, что вообще попросила его меня подбросить. Ты прямо раздула из этого событие вселенского масштаба.

- Роза, ну, что ты так.… - начала она с той мягкой укоризной, за которой чаще всего скрывалась железная уверенность в своей правоте. - Игорь же замечательный молодой человек. Учится хорошо, уже работает и так давно испытывает к тебе чувства…

- Мам, - отозвалась я излишне резко, - он мне неинтересен.

Она сделала вид, что не слышит.

- Ты слишком придирчива, дочка. Почему бы просто не дать Игорю ещё один шанс? В школе вы явно погорячились с расставанием.…

Я закрыла глаза, непроизвольно втягивая запах ее новых духов популярной марки - слишком тяжелых и сладких, смешавшись с запахами кухни, композиция вообще начала казаться какой-то тошнотворной.

А ведь я дарила ей столько духов…

- Мне нужно спать, мам.

К счастью, она не стала спорить. Вскоре дверь с тихим щелчком закрылась, и я, наконец, почувствовала, что уплываю в безмятежные объятия сна…

* * *

Выходные я провела, занимаясь домашней рутиной.

Нога уже почти не болела, лишь слегка ныла при неловком движении - спасибо маминым компрессам, хоть в этом она мне подсобила.

В воскресенье я проснулась поздно, потягиваясь под одеялом, пока за окном моросил противный осенний дождик.

Вечер я потратила на то, чтобы разобрать шкаф: выкинула кучу старых вещей, включая ту дурацкую кофту с физиономией Олейника на всю грудь, которую Игорь подарил мне на какой-то праздник пару лет назад.

Перед сном я завернулась в плед, включила любимую мелодраму по ноутбуку и доела вчерашний пирог, стараясь не думать о Леднёве.

Только наше заточение в раздевалке никак не шло у меня из головы. Воспоминания накатывали неожиданно, как горячая волна, от которой становилось тяжело дышать…

Его грудь прижималась к моей груди, тепло просачивалось даже через ткань спортивной кофты. Его пальцы скользили по моей коже, помогая избавиться от кроссовок…

Я резко закусила губу, пытаясь изгнать эти мысли.

Не должна.

Не должна вспоминать.

Не должна представлять, как его сильные руки легко подняли меня на край скамейки…

С целью отвлечься, я открыла ящик стола, заглядывая внутрь. Рядом с моим медальоном лежал браслет с серебряной розой, который я сняла, вернувшись со дня рождения Трофимовой.

Я непроизвольно сжала кулаки, вспомнив, что он, как ни в чем не бывало, продолжал носить подаренный мной браслет. Спрашивается, зачем?

«Прекрати думать об этом предателе», - приказала я себе хриплым шепотом, потушив свет и укладываясь в кровать.

Но тело не слушалось. Щеки горели, а между ног появилась та самая сладкая истома, от которой хотелось зарыться лицом в подушку, тихонько завыв. Даже в темноте перед глазами стоял его хищный прищур.

Мои пальцы сами потянулись вниз, оттягивая края пижамных шорт, к тому месту, которое предательски пульсировало. Нет, я не должна…

Простыня была прохладной, но тело горело, как будто под кожей тлели угли. Я закусила губу, проводя ладонью вниз по животу, вспоминая, как его пальцы скользили по мне в раздевалке - властно, без спросу, итак, зная, что мне это нравится.

Я представила его руки - широкие, с выступающими венами, которые так контрастировали с моей бледной кожей, когда он прижимал меня к лавке….

Под одеялом стало душно.

Резинка трусиков оттянулась с мучительно медленным шелестом. Мои пальцы скользнули по влажным складкам, и я закусила губу. Из горла против воли вырвался сдавленный звук, когда средний палец нашёл ту самую точку.

Я раздвинула ноги шире, представив, что это он толкает их в стороны, а не я сама.

Воздух холодил влажную кожу промежности, но внутри у меня всё сжималось от нестерпимого жара. Кончики пальцев дрожали, когда я снова коснулась себя там, сначала легко, будто случайно, потом сильнее, точнее.

От одного воспоминания о том, как Леднёв потянулся к резинке на моих легинсах, мурашки побежали по спине. Я впилась пальцами в бедро, представив, что это его рука сжимает меня, не давая вырваться.

Ох, Роза.

Другая ладонь скользнула ниже, сжимая клитор, и я зажмурилась, увидев перед собой его лицо с тем самым диким, похотливым выражением, будто он желает меня разорвать…

Я рисовала круги на внутренней стороне бедра, вновь возвращаясь к пугающе набухшим складкам.

Напитанное влажной истомой тело, подчиняясь только памяти о нашей единственной ночи, о том, как он вошел в меня после совместного душа…. властно-сладко, и как я...

Ускорила ритм, представляя его - неутомимого и выносливого - над собой. После чего перевернулась на живот, и, зарываясь лицом в подушку, шире раздвинула ноги.

Я безнадежно старалась заглушить свои жалкие стоны, но матрас мягко поскрипывал под моими бёдрами.

* * *

В понедельник вечером Мы с Валей устроились на трибунах, размахивая дурацкими шарфиками, которые нам всучили в профкоме.

Сегодня была первая игра в рамках студенческого футбольного Кубка. Команда Политехнического против команды Меда.

Несмотря на довольно зябкую погоду, парни уже разминались на нашем университетском стадионе. Загорелые спины, играющие мышцы пресса, татуировки, скользящие по перекатывающимся бицепсам…

- Да он просто бог! - шепнула мне Валя, смачно причмокивая. - Смотри, как он бежит! Как будто не мяч гоняет, а ломает женские судьбы… - она кивнула в сторону Славы Морозова.

Промолчав, я ответила ей понимающей улыбкой.

Тем временем, трибуны постепенно наполнялись - сначала случайные зрители, потом целые группы девушек, к слову, девушек было в разы больше, чем парней….

Я нехотя задержала свой взгляд на Леднёве.

Максим, расставив ноги шире плеч, плавно опускался в шпагат, демонстрируя гибкость, несовместимую с его мощным телосложением. Где-то сзади ахнула старшекурсница. Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.

Леднёв тот ещё позер!

Потом пошли упражнения с мячом. Здесь каждый его удар, каждый пас Максима превращался в маленькое шоу. Парень делал так, будто мяч прилипал к его стопе, взлетая и падая в идеальном ритме.

При каждом четком движении его пресс рельефом проступал сквозь мокрую футболку,

Закладка:

Я услышала, как две девушки, сидящие за моей спиной, обсуждали его задницу. Определенно, атмосфера на стадионе накалялась, хоть игра ещё даже не началась.

Леднёв вытирая лицо, небрежно провел рукой по своей обнаженной груди, несомненно этот жест стоил ему нескольких новых подписчиц в фан-клубе. Да-да, телефоны щелкали вокруг, как сумасшедшие…

Внезапно я почувствовала жар на щеках - он смотрел.

Упёрся в меня своими тёмными, чуть прищуренными глазами, будто на секунду весь стадион для него перестал существовать.

У меня перехватило дыхание.

- Ты покраснела, - прошептала Валя, тыча меня локтем в бок.

Я машинально прикрыла лицо ладонью, но взгляда не отвела. А потом он улыбнулся. Не той фальшивой позерской улыбкой, которой он одаривал фанаток, а чем-то другим, дерзким, но явно предназначенным только для меня.

И развернулся.

Мяч уже летел к нему от Морозова. Максим поймал его на грудь, одним движением прижал к земле и рванул вперёд, хлёстко врезав в «девятку».

Сетка взвилась, трибуны взорвались.

Леднёв опять повернулся к трибунам. От его уверенного мужского взгляда меня бросило в дрожь.

Ч-е-е-е-р-т.

Я не должна была так реагировать. Не должна была запоминать, как его мышцы играют под футболкой, когда он бежит. Не должна была представлять, как эти сильные руки…

Леднёв отвернулся, но было поздно - все его действия будто врезались в моё сознание, как тот мяч - в верхний угол ворот.

Глава 27

Я старалась не смотреть на Леднёва, но выходило неважно, потому что, казалось, он был везде….

В этот миг пятый номер принял пас на грудь, одним касанием обвёл первого защитника - тот чуть не упал, пытаясь развернуться, второго он просто протаранил плечом, даже не сбавив скорости.

Максим нёсся по полю, словно торнадо. Ветер подхватывал его темно-каштановые волосы, глаза горели опасным огнём хищника, преследовавшего свою добычу.

- Леднёв-Леднёв! - скандировали все вокруг, и мне хотелось зажать уши.

Но я не могла, иначе бы выдала себя с потрохами. К сожалению, он действительно находился в своей стихии. Устрашающий, сильный, мощный, неудержимый, с каплями пота, стекающими по напряжённому лицу.

Когда он замахнулся для удара, я почему-то сразу почувствовала, что будет гол….

Мяч пробил сетку с таким звуком, будто порвал ее. Вратарь, кажется, даже опешил, тут же получив грубый окрик от своего тренера. Фанаты Меда явно приуныли, понимая, что тут без шансов. И тогда…

Максим медленно повернулся. Не к трибунам. Не к своим.

Ко мне.

Всего на секунду.

Но этого хватило, чтобы мое сердце ухнуло куда-то в живот.

- Ого, - взволнованно прошептала Валя, - кажется, Леднёв посвятил гол кому-то на нашей трибуне…

Господи, да что ж такое? Чего ему неймется?

Сам же вбил финальный гвоздь в крышку гроба наших отношений: не успела остыть постель после нашего первого раза, как Леднёв пустил к себе в койку Ленку! Ну, а то, что он вытворял на ее дне рождении? Теперь все в курсе их жарких игрищ…

* * *

Я прикусила губу, когда мяч в третий раз вонзился в сетку ворот.

Леднёв сегодня был прямо в ударе - забил три гола. Три! И после каждого его взгляд скользил по трибунам, на долю секунды задерживаясь на моем лице. А в глазах улавливался не триумф, нет…. а вызов.

- Шок, - прошептала Валя мне на ухо. - Пятый номер сегодня даже Морозова обскакал! Три гола Макса против одного Славы! - она впечатлено хихикнула.

Я лишь стиснула программку, оставив на ней влажные следы от пальцев.

После свистка, оповещающего, что наша команда побеждает команду Медицинского факультета со счетом 4:1 трибуны оглушительно взревели.

Максим подбежал к Славе, хлопнув парня по плечу. Они обменялись расслабленными улыбками, пока фанаты вокруг просто сходили с ума.

Повернув голову, я увидела, как в ложе радостно пританцовывает ректор университета.

Вскинув большие пальцы вверх, он восторженно смотрел в сторону триумфатора сегодняшнего матча. Рядом с ним находилось ещё несколько солидного вида мужчин, наблюдающих за Леднёвым.

- Смотри, он идет сюда! - Валя потянула меня за рукав пиджака.

Потрясенно оборачиваясь, я обнаружила, что он действительно шел прямо на меня. Нет, не ко мне, конечно… К выходу. Но маршрут.… проходил мимо нашего сектора.

Резко вскакивая, я обронила сумочку, поспешно за ней наклоняясь.

- Ты куда? - моя спутница удивленно вскинула бровь.

- Как куда? Матч же закончился… Домой!

- А как же интервью?

- Какое ещё интервью? - убито прошептала я.

- Роза, я же тебе два раза напоминала. И отправила в «телеграмм» вопросы. Ты ведь их распечатала?

Я догадывалась - по моему виноватому лицу Валя поняла - ничего я не распечатала, да я даже в глаза не видела эти вопросы, если на то пошло.…

- Прости, совершенно вылетело из головы! Валь, а ты можешь сегодня без меня? Ну, самой пообщаться с футболистами?

- Роз, предупредила бы заранее, - она вздохнула, косясь в сторону тренера нашей команды, собравшего вокруг себя ребят. - Это ролик для университетского телевидения. Нужно поговорить с самыми отличившимися футболистами, тренером, а ещё взять несколько кратких комментариев у зрителей. Я одна проторчу тут до ночи…

Вот черт!

- И что мне нужно делать?

- Иди пока пообщайся со зрителями на трибунах, а я попробую взять комментарий у ректора. Встречаемся через полчаса в пресс-зоне стадиона в холле. Вместе зададим вопросы футболистам…

- Ну, хорошо, - безрадостно кивнув, я поплелась в сторону оператора с внушительных размеров камерой наперевес.

* * *

В пресс-зоне пахло дешёвым кофе и дезинфектором.

Я нервно теребила ручку, пока спортсмены рассаживались напротив: Леднёв с Морозовым, забившие больше всего голов, и Марат Айдаров, который сегодня неплохо отыграл в защите.

Сердце забилось где-то в горле, когда Максим развалившись в кресле напротив, слишком широко расставил ноги, этой откровенной позой одновременно смущая меня и подавляя.

- Роз, начинай, - Валя протянула мне блокнот с написанными от руки вопросами, падая в соседнее кресло.

- Итак… Максим Леднёв…. три гола в сегодняшнем матче... - я нарочно щурилась, будто впервые видела его фамилию.

- Ну, давай, журналистка, - он дерзко ухмыльнулся, - спрашивай, - взгляд, который прошибал навылет.

Журналистка!

- Эмм.…Что помогло вам так … успешно сыграть сегодня? - я чуть не пролила остывший кофе на телефон со включенной функцией записи.

Максим медленно провёл языком по своим губам.

- Опыт, - ответил

Закладка:

Я опустила глаза, чувствуя, как его взгляд ползёт по моей шее к вырезу блузки.

- Ваша… э-э-э… результативность сегодня впечатляет, - голос дрогнул, когда я заметила, как его пальцы барабанят по бедру в ленивом, неспешном ритме.

- О, я всегда выкладываюсь по максимуму, - он наклонился вперед. - Особенно когда чувствую.… правильную мотивацию.

Его нога нечаянно задела мою балетку под столом, и я подняла на него сердитый взгляд.

Леднёв выжидательно приподнял бровь.

___

POV Максим Леднёв

Я расставил ноги ещё шире, нарочно доводя ситуацию до абсурда.

Ну давай, Леднёва. Жги. Смелости ж не хватило признаться всем, что мы, вообще-то, достаточно близко знакомы…

Она опустила взгляд, глядя в блокнот, но я видел, как дрожали ее пальцы. Те самые пальцы, которые впивались мне в спину, когда она впервые кончала.

- Ваша .… результативность… - голос её звучал непривычно глухо.

Догадывался, что в этот момент Розочка в красках представила, как я «забиваю», и не только на поле.

- Опыт, - процедил я сквозь зубы, наблюдая, как зрачки моей Королевы расширяются.

Да, милая, ты поняла намёк.

- Я ведь очень… упорный.

Я медленно провел языком по своим пересохшим губам - точно так же, как делал это, когда она лежала подо мной. Её ручка тихонько скрипнула.

Отлично.

- Ваша.… э-э-э… результативность сегодня впечатляет, - опять что-то про мою невъебенную результативность втирает.

Я слегка подался вперед.

- О, я всегда выкладываюсь по максимуму. Особенно, когда чувствую… - как ты течешь и извиваешься подо мной… - Правильную мотивацию.

Окончательно утратив над собой контроль, я задел ее ногу, ухмыльнувшись, когда Леднёва подняла на меня разгневанный взгляд, оскорбленно поджав губки.

Я стиснул зубы, но в паху уже появился капитальный напряг. Ещё бы - столько месяцев без секса…

- Часто … тренируете удары? - отмечая, как ее шея покрывается мурашками.

Наклонившись, я втянул её запах - та же ангельски- дьявольская смесь, черт возьми. Эта девчонка доводила меня до ручки. Вдохнул глубже, и лёгкие обожгло. Будто надышался угарным газом.

Пальцы сами сжали программку - бумага хрустнула, я швырнул бумажку в урну.

Хотел её.

Хотел прижать Леднёву к кафелю душевой, чтобы скользила мокрыми бёдрами по моему животу, а я бы.... Бл*.

Даже когда весь стадион скандировал мое имя, я желал лишь одного - снова услышать, как его выкрикивает Роза.

- Как часто? - я усмехнулся. - Каждый день, - предательски севшим голосом, - люблю, когда все удары точно в цель.

Она резко подняла на меня глаза - и вот оно, это мгновение. Во взгляде Леднёвой мелькнуло то самое. Ненависть. Страх. Обида. Боль. И.… Нестерпимая жажда.

Ты тоже скучаешь по мне, сучка.

Глава 28

Я швырнул футболку на лавку, чувствуя, как адреналин всё ещё зашкаливает в крови. После интервью ощущения были более чем неоднозначные. Вот и поговорили…

- Макс, ты сегодня просто машина, - Славка хлопнул меня по плечу, останавливаясь около своего шкафчика.

Марат последовал его примеру: расслабленно улыбаясь, он вытащил спортивную сумку.

- Реально бешеный!

Хмыкнув, я стиснул зубы.

Бешеный - смешно.

- Три гола, блядь! - выкрикнул кто-то из душа. - Леднёв красава!

- Ну что, пацаны, куда дальше двинем? - Колян, наш полузащитник, хлопнул ладонью по скамейке. - Я голосую за «Олимп»! Там этих.... - он сделал выразительный жест рукой, - на выбор, как в супермаркете.

- Да, можно, - тут же оживился Морозов. - Или в «Гладиатор»? Там, говорят, обновили состав танцовщиц.…

Ребята загоготали.

Я, молча, стянул с себя ещё не просохшие от пота тряпки, засовывая их в сумку, после чего отправился в душевую. Не было никакого желания разводить с ними пустую демагогию.

Включив воду, я зажмурил глаза.

Горячие струи ударили по плечам, смывая с кожи засохший слой пота. Однако я никак не мог избавиться от этого странного, липкого чувства, сковывающего нутро.

Пальцы скользнули по животу, и я ощутил, как мышцы напряглись. Мыльная пена затекла в пупок: я размазал ее ладонью, чувствуя, как тело реагирует на собственное прикосновение.

Левая рука, непроизвольно опускаясь ниже, скользнула по внутренней стороне бедра. Я замер, сердце трепыхалось где-то в глотке.

- Ну, пиздец, - прохрипел я, выкручивая вентиль с ледяной водой до максимума.

Резко развернувшись, я прислонился к холодной плитке спиной. Контраст температур заставил вздрогнуть. Пальцы сжали мыло так сильно, что оно выскользнуло, с глухим стуком падая на кафель.

Я наклонился, чувствуя, как ледяная вода льется на затылок, стекает по позвоночнику. Поднимая мыло, я заметил, что дрожу. Только, сука, не от холода. Да что б тебя…

Трахаться хотелось так, что зубы сводило. Я мог бы снять любую. Но это было бы не то. Я до сих пор мечтал о ней по ночам… Просыпался в поту. Рука сама тянулась вниз - а потом останавливалась. Потому что даже это казалось мне предательством. Её. Себя. Нас. Хотя, иногда, я всё-таки предавал…

Зеркало в раздевалке запотело, но я всё равно видел своё отражение - покрасневшие глаза, сведённые скулы, капли воды на губах. Победа? Да хер с ней. Уже какой день я чувствовал себя лузером.

* * *

- Макс, ты чё такой кислый? - Слава подсел ко мне, внимательно заглядывая в глаза. - Ты ж сегодня отличился! Должен оторваться по полной….

- Ну что, пацаны, «Гладиатор» ждёт! - Колян грохнул кулаком по шкафчику, вытряхивая остатки табака из пачки.

Ребята одобрительно загудели.

Виталя позерски расстёгивал рубашку, очевидно, готовясь к вечернему «бою», а Тимоха с хитрым прищуром разматывал пачку презервативов, демонстративно водрузив её на лавку.

Я зашнуровывал кроссовки, чувствуя, как разгорячённое тело под футболкой медленно остывает.

- Завязывайте нахер. Через три дня матч с «МГУ». Они финалисты прошлого года, - я не стал повышать голос, но в раздевалке резко стало тихо. - Вы в «Гладиаторе» всех баб перетрахаете, а в четверг бегать будете, как дохлые кони.

Колян скривился, глядя на меня исподлобья.

- Да ну тебя, Макс! Мы уже привыкшие…

- Заметно. Наверное, поэтому в прошлом году вы закончили кубок в конце турнирной таблицы?

- Слушай, там были свои терки. Ты ведь ничего не знаешь… - не слишком уверенно вмешался Виталя.

- Не знаю, но, если после каждой победы вы отправлялись нажираться по барам, не трудно провести определенные

Закладка:

Морозов, молча куривший у распахнутого окна, вдруг усмехнулся.

- Бля, да он прав.

Коляна аж передернуло.

- В прошлый раз после «Гладиатора» мы «Пед» еле-еле вытянули, - капитан раздавил окурок о подошву. - Сегодня - максимум по пиву и расходимся.

В раздевалке повисла гробовая тишина.

Тимоха демонстративно сунул презервативы обратно в карман.

- Пиздец, вы зануды, - проворчал Колян, хлопая дверью.

- Слушай, Леднёв, ты чё, правда, относишься к этому турниру серьёзно? - Виталя презрительно хмыкнул. - Мы и так звезды универа. Любая телка нам даст. Чего напрягаться-то?

Увы, не любая.

Мы с Морозовым переглянулись, после чего я спокойно сказал.

- Вы даже не представляете, на что способны. Так что хватит вести себя как ссыкуны. Хватит бояться. Нам вполне под силу дернуть «МГУ», только если сплотимся и немного поднажмём. Вот тогда мы станем настоящими звездами…

Покинув раздевалку, я замер посреди холла, застигнутый телефонным звонком. Звонила мать.

После того нашего эпичного разговора мы почти не общались, однако пару недель назад я сам вышел с ней на связь, зачем-то решив поделиться последними новостями из своей бедовой жизни.

- Да? - пальцы непроизвольно сжались.

- Ты где?

- Ещё в спорткомплексе. Игра недавно закончилась… Что-то случилось?

- Сейчас же приезжай, диван нужно передвинуть! - голос матери резанул холодом.

Я стиснул зубы, стараясь говорить спокойно.

- А этот где?

- У Пети болит спина.… - пауза. - Максим, ну, не умрешь же, если час поработаешь, - наигранный смех. - Или ты теперь такой важный, в университет поступил, что родной матери помочь не можешь?

Прикрыв глаза, я почувствовал, как опустошение смешивается с усталостью.

- У меня завтра тренировка в семь утра, - подавив зевок.

- Ну, и что? - с искренним непониманием.

- Так Петр Петрович где?

- Я же сказала - у него спина! - повышая голос.

Бухали они там, что ли?

Повисла привычная тишина.

- Хорошо, - резко бросил я, отключаясь.

Потому что я всё ещё на что-то надеялся, хотя и не должен был.

Я вышел из спорткомплекса, тяжело хлопнув дверью, и, засунув руки в карманы толстовки, на автомате двинулся вперед.

Каждый шаг отдавался ноющей болью в перетруженных мышцах, но я продолжал идти, механически переставляя ноги.

В голове звенели мамины слова, её вечное недовольство, ее требовательный тон, помноженный на откровенное пренебрежение…

Но сейчас я не чувствовал даже злости - только бесконечную усталость и пустоту.

Мой мотоцикл особняком стоял на парковке. Закинув ногу через седло, я привычным движением включил зажигание. Мотор взревел, но даже этот мощный вибрирующий звук не смог разбудить во мне никаких эмоций.

Первые капли дождя застучали по шлему, когда я тронулся с места. Глаза невольно слезились от ветра….

Глава 29

Последние две недели сентября выдались очень насыщенными.

Я полностью погрузилась в работу профкома Политеха: нужно было организовать сбор заявок на участие в конкурсе талантов, помочь с подготовкой дня рождения университета и разобрать кучу документов.

Иногда я даже не успевала нормально поесть, перекусывая бутербродами между парами и собраниями. Но больше всего времени у нас с Валей заняла координация волонтёров для традиционного субботника. Зато в итоге всё прошло гладко, и даже зам ректора нас похвалил.

А ещё я сознательно избегала футбольных матчей.

После того эпичного интервью одна мысль о чем-то подобном вызывала у меня противный холодок между лопатками, поэтому я договорилась с Ксюшей, другой моей коллегой, что она возьмет на себя взаимодействие с футбольной командой, а я взамен проведу ещё хоть с десяток субботников…

К слову, наши спортсмены продолжали уверенно идти вперед, разгромив даже триумфаторов прошлого сезона - команду МГУ.

После той победы футболисты превратились в университетских богов.

Они ходили по коридорам в окружении восторженных поклонниц: девчонки буквально в очередь выстраивались, чтобы просто постоять с ними рядом. Некоторые фанатки даже «дежурили» возле спортзала, делая вид, что «случайно» по сто раз проходят мимо….

Леднёв же стал неотъемлемой частью этой шумной самодовольной тусовки.

По иронии судьбы, теперь царствовал Максим.

Его королевство разрослось до размеров всего университета, а остальные парни из команды аки верные оруженосцы, следовали за своим предводителем по пятам.

Я же оставалась той, которую когда-то свергли…

Стараясь не реагировать, я делала вид, что мне всё равно.

Кстати, это было не так уж трудно, потому что, взяв официальное освобождение от физкультуры, я попросту не появлялась в спорткомплексе.

Однако сегодня действие моей справки истекло. Увы и ах.

Откровенно говоря, я надеялась, что Чекушина давно забыла о том моем нелепом падении с козла, и мы больше не будем к этому возвращаться. Тем более, почти все занятие мы с девчонками играли в волейбол, разделившись на две команды.

Наивная.

Минут за десять до конца преподавательница объявила, что пара закончена, отметив всех присутствующих. Дойдя до моей фамилии, она задержала на мне свой цепкий взгляд, и, что-то отметив в блокноте, попросила меня остаться.

- Ну, начинается… - сочувственно шепнула мне Аня, хоть я и так понимала, что ситуация принимает весьма тревожный оборот.

* * *

- Юлия Николаевна, вы просили меня задержаться? - подчеркнуто дружелюбно начала я, нагоняя преподавательницу около раздевалок.

- Леднёва, у тебя пропущено шесть нормативов, - Чекушина тыкнула карандашом в журнал, - До конца семестра нужно все сдать. В холле указаны дни пересдач, - озвучила она, сквозь зубы.

- У меня же было освобождение? - я вопросительно вскинула бровь, всё ещё надеясь, что это шутка.

Чекушина посмотрела на меня чуть ли не с презрением.

- Да, поэтому тебя и не было на занятиях, но освобождение закончилось. Я ставлю зачет только тем, у кого сданы все нормативы, - преподавательница резко захлопнула журнал, - Можешь, кстати, начать прямо сейчас - я ещё какое-то время здесь побуду, - с важностью добавила она.

- Ну, хорошо, - стараясь держаться спокойно.

- Тогда потренируйся пока в соседнем зале. Начнем с опорных прыжков…

С опорных прыжков! Будь они трижды неладны….

Почувствовав, как по спине бегут мурашки, я вошла в большой зал, едва не застонав, стоило обнаружить там футбольную команду в полном составе.

- Роза, привет! - помахал мне Слава Морозов.

Кивнув ему, я покосилась в сторону ненавистного козла, и речь в данном случае была даже не о моем бывшем парне.

Ощущая ватную слабость во всем теле, я остановилась около спортивного снаряда, понятия не имея, что

Закладка:

После прошлого падения совершенно не хотелось больше никаких экспериментов, а, учитывая, что поблизости снова ошивался Леднёв, тем более.

Прислонившись к снаряду спиной, я засунула нос в телефон, но на самом деле таращилась вниз на старые «уставшие» маты, лихорадочно соображая, как сдать этот норматив.

- Ну, что, Леднёва, потренировалась? Готова сдавать?! Попробуем взять сразу три высоты! - с деланным дружелюбием начала Чекушина, останавливаясь в паре метров от меня.

Боже, да у меня от одного вида этого козла уже ноги подкашивались…

Какие ещё три высоты?!

- Юлия Николаевна, а если у меня снова не получится перепрыгнуть? - поинтересовалась я, дрогнувшим голосом.

- Леднёва, ты как школу-то закончила, двоечница? Всё это ты должна была научиться делать ещё в девятом классе. Разумеется, в университете требования гораздо выше.… У меня своя авторская методика преподавания, одобренная, между прочим, ректором!

- Но я….

- Разговорчики! - Чекушина нетерпеливо обхватила свисток губами, дунув в него что есть сил, - Хватит отнимать друг у друга время!

К счастью, в этот момент футболисты, лениво переговариваясь, двинулись в сторону раздевалок, и дышать стало чуточку легче. Хоть не придется позориться перед этими самовлюбленными товарищами…

Я разбежалась, как надо - резко, сильно, ноги сами понесли меня вперед. Но в последний момент, когда до козла оставалось полшага, что-то внутри меня оборвалось…

Резко затормозив, я чуть не упала на колени перед этим дурацким снарядом. Боже. Боже!

- Ну и что это было? - Чекушина с фальшивым восторгом захлопала в ладоши, - Образцовый пример, как не надо прыгать и не сдать норматив!

Не глядя на нее, я почувствовала, как горят мои щеки и предательски щиплет в носу.

- Леднёва, ты либо прыгаешь прямо сейчас, либо будешь сидеть здесь до вечера и ждать, пока я освобожусь! - приблизившись, бросила она раздраженно.

Я отошла на стартовую позицию. Ноги дрожали, а перед глазами застыл тот самый момент, когда я упала в прошлый раз - больно, нелепо, на глазах у всего зала… У него. Прямо победительница по жизни.

Стоит ли говорить, что я снова затормозила, не сумев себя пересилить?

Чекушина выдохнула с преувеличенным разочарованием.

- Тренируйся, пока я не вернусь.… Похоже, будем здесь ночевать! - хмыкнув, эта стерва покинула спортзал, оставив меня в крайне растрепанных чувствах.

Я устало привалилась к стене. Слёзы жгли глаза, но я стиснула зубы, чтобы не дать им прорваться.

А потом я услышала неторопливые шаги…

- Что, Королева, не смогла покорить какого-то Козла? - Леднёв остановился в метре от меня, скрестив руки на груди: он смотрел с этой раздражающей преувеличенной почтительностью.

Поспешив вытереть глаза тыльной стороной ладони, я буркнула.

- Отвали, Леднёв, не до тебя!

- Разве ж подобает особам голубых кровей скакать через эту убогую рухлядь? - Максим пнул снаряд носком кроссовки, а потом развернулся, сделав шуточный реверанс, - Позвольте мне, Ваше Высочество, избавить вас от этой простолюдинской повинности?

Я фыркнула, но уголки губ едва заметно дрогнули.

Вот клоун! Вернее.… шут. Придворный.

- А подобает ли подданному смеяться над своей Королевой? - пытаясь сохранить сухость и равнодушие в голосе.

Максим медленно приближался, намеренно травя меня своим тяжелым, не мигающим взглядом.

- Не смеяться, - прошептал он, снимая несуществующую пылинку с моего плеча, - Служить.

Его руки скользнули по моим плечам к запястьям, пальцы сплелись с моими в преувеличенно галантном жесте. Внезапно Максим подхватил меня на руки, заставив ахнуть от неожиданности.

- Похоже, только я могу спасти вашу прелестную задницу от позора, - почти касаясь моего уха губами, - Ведь так?

Я хотела огрызнуться, но Леднёв уже поставил меня на ноги.

Правда, намеренно затягивая момент, когда мое тело скользило по его торсу вниз, так, чтобы я почувствовала каждый каменный мускул под его футболкой.Взяв меня за руку, Максим потянул меня ближе к ненавистному снаряду. Его пальцы обжигали кожу, провоцируя неконтролируемую дрожь.

- Смотри, - он встал позади, его руки легли на мою талию, - Раз-два-и....

Дыхание парня обожгло мою шею, а ладони плотно обхватили бёдра, когда он резко поднял меня в воздух - даже не успев испугаться, я перелетела снаряд с такой легкостью, будто у меня выросли крылья.

Максим медленно опустил меня на мат, но не отпустил - одна его рука осталась на моей талии, другая поднялась, чтобы отодвинуть выбившуюся прядь волос с моего лица.

Его пальцы задержались на моей щеке, скользнули к подбородку, приподнимая его. Он встретился со мной взглядом.

- Леднёва, всему тебя учить надо.… - Максим смотрел жадно, явно вкладывая в эти слова понятный только нам двоим смысл.

Глава 30

Я опешила, но не позволила замешательству отразиться на моем лице, изо всех сил сохраняя невозмутимость.

В конце концов, я оказалась в абсолютно дурацкой, комичной ситуации. По иронии судьбы, кроме Леднёва мне больше помочь было некому.

Но тут уж из двух зол пришлось выбрать меньшее. От Максима я хотя бы знала, чего ожидать - спойлер: ничего хорошего.

А вот Чекушина казалась абсолютно непредсказуемой, безбашенной бабенкой, даже не скрывая своей неприязни ко мне, а раз уж я самонадеянно рассчитывала на красный диплом….

- Поняла принцип? - серьёзно спросил он.

- Принцип поймет и трехлетний ребёнок… Чего тут понимать? Хотя я и забыла, что думать для тебя слишком сложно, - хмыкнула, не сумев удержаться от шпильки.

- Ладно, герой, - Максим отошёл в сторону и махнул рукой. - Тогда покажи, на что ты способна? - ответил он с притворной кротостью.

Я глубоко вдохнула, разбежалась и.… в последний момент затормозила, как всегда.

- Чёрт! - вырвалось у меня.

Как бы мысленно я не подбадривала себя, ноги дрожали, как в первый раз, а внутри все сжималось от страха.

- Есть карандаш или ручка, которая стирается? - ровно спросил он.

- Зачем тебе?

С таким лицом, будто изо всех сил старается сохранить спокойствие, Леднёв подошел к своему рюкзаку, и, покопавшись в нем, выудил оттуда карандаш, возвращаясь к снаряду.

Нахально улыбаясь, он склонился над козлом.

- Эй, что ты делаешь?

Я замерла, наблюдая, как он быстро рисует на кожаной поверхности два круглых глаза, дурацкую улыбку до ушей и даже торчащий вверх вихор. Получилось что-то среднее между испуганным смайлом и мультяшным чертенком.

- Теперь он выглядит даже глупее, чем ты, когда прыгаешь, - заявил Максим,

Закладка:

Я фыркнула, но невольно рассмеялась. Козёл и, правда, казался менее страшным. Только как бы мне ещё не схлопотать за порчу университетского имущества?

Вздохнув, Максим встал рядом со снарядом.

- Слушай, Леднёва, - голос парня вдруг стал непривычно серьёзным. - Ты же не через живого козла прыгаешь. Он не укусит. Просто представь, что это мое лицо - и давай, врежься в него ногами, - с дьявольским смешком.

Я закатила глаза, однако уголки губ предательски дёрнулись.

- Придурок….

В этот раз я не остановилась.

Что-то в словах бывшего парня не на шутку раззадорило. Разбег, толчок… Руки легли на кожаную поверхность снаряда - и в тот самый момент, когда обычно страх сковывал все тело, я вдруг почувствовала... легкость.

Приземлилась на маты, чуть спотыкаясь, но на ногах. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди, но на губах расцвела широченная улыбка.

У меня получилось преодолеть свой страх!

- Ужасно, - усмехнулся Максим. - Давай ещё раз.

Я хотела огрызнуться, но вместо этого поймала его взгляд, и что-то внутри болезненно сжалось. Краткий выдох. На мгновение я прикрыла глаза. После чего Леднёв подвел меня к этому проклятому козлу, и мы начали снова.

- Надо ещё немного поработать над техникой, - с неожиданной обстоятельностью выдал он. - Важно научиться правильно приземляться.

Максим встал сбоку, его руки легли мне на талию.

- Раз-два-и.... - его дыхание обожгло мне шею.

Сглотнув, я оттолкнулась, чувствуя, как его пальцы впиваются в мои бока, подбрасывая вверх.

Я перелетела.

Неуклюже, почти падая, но перелетела.

- Уже лучше. Скоро Чекушина вернётся - время не теряй….

Максим ловил меня после каждого прыжка, его пальцы на мгновение задерживались на моей коже дольше, чем нужно, его грудь на секунду безотчетно прижималась к моей спине.

Но сейчас я запрещала себе анализировать происходящее, нагло пользуясь его неожиданной и такой нужной помощью. Да, ради сдачи этого гадкого норматива можно было и потерпеть…

- Вот так, - прошептал Максим, когда я в очередной раз красиво перелетела снаряд, выгнув спину. - Именно так. Очень даже хорошо. Для первого раза….

Я обернулась к нему, вся в поту, растрепанная, с раскрасневшимися щеками. Леднёв смотрел на меня не мигая. Взгляд раздевающий. Похотливый и дерзкий.

И все бы было даже терпимо, если бы в этот момент я не испытала такой парадоксальной, пугающей жажды его губ. И рук. Того самого бескомпромиссного мужского напора, от которого однажды я просто сошла с ума…

- Ещё разок? Освежим в памяти? Мм? - ухмыльнулся он, делая шаг вперед, и вынуждая меня упереться попой в козла, который уже почти стал моим другом.

В этот момент дверь спортзала с шумом распахнулась.

- Леднёва, потренировалась? - раздался резкий голос преподавательницы.

Ее взгляд сразу оценивающе и недовольно скользнул по мне, а потом перешел на Максима, по ее лицу пробежала тень искреннего интереса.

- Э…ээ.… - рядом со своим новым «другом» я тоже превращалась в какое-то блеющее-мычащее парнокопытное.

- Юлия Николаевна, я немного потренировал неумеху, - Максим скрестил руки на груди, но я заметила, как уголок его губ дёрнулся.

Вот гад!

- Давно не видела таких слабых студентов, - пожаловалась Чекушина, одаривая Леднёва негодующей улыбкой, будто меня здесь нет. - Ну, показывай, двоечница! - снисходительно добавила она.

Р-р-р-р. Я сжала кулаки, но промолчала.

Пора было заканчивать этот цирк. Глубоко вздохнув, я откашлялась и прыгнула. Чисто, почти красиво. Даже лучше, чем минуту назад, когда он меня похвалил.

- Ну, наконец-то! - фыркнула преподавательница, ещё шире улыбаясь моему «наставнику». - Максим, хоть кто-то ее научил! Браво! Недаром учишься на тренера, - рукоплескала ему эта стерва. - Ладно, Роза, так уж и быть, засчитаю тебе этот норматив. Скажи спасибо своему однофамильцу, - чуть ли не с придыханием закончила Чекушина.

Натянуто улыбнувшись, я протерла пот со лба, разглядывая забавную рожицу на потрескавшейся коже козла, мечтая уже скорее унести отсюда ноги - сейчас спорткомплекс больше ассоциировался у меня с одним из кругов ада.

- Леднёва, тебе осталось сдать ещё пять нормативов. В эту субботу утром жду тебя на стадионе, - Чекушина бросила на меня быстрый взгляд, в котором читалось что-то между жалостью и презрением. - Кстати, Максим, вы ведь тоже тренируетесь на стадионе по выходным? - ни с того ни с сего поинтересовалась она у моего бывшего.

- Так точно, Юлия Николаевна, - с расслабленной улыбкой подтвердил этот козлина.

- Я хочу, чтобы ты официально взял над Леднёвой шефство. Будешь отвечать за её успехи. Что скажешь?

Я почувствовала, как сжимается желудок. Нет, только не это.… Больше никаких совместных занятий или тренировок. Это… Это уже за гранью! Они что все сговорились?

- Юлия Николаевна, - от звучания его обволакивающего голоса у меня задрожали колени. - Как я могу отказаться? - мягкая усмешка. - Кстати, не такая уж Леднёва и безнадежная, - он бросил мяч в стену, который отскочил с глухим стуком, - хотя с ней определенно придется попотеть…. - вбивая меня в многострадального козла расходившимися от него волнами первобытной бескомпромиссной похоти.

Глава 31

Вглядываясь в темное окно, я сидела за письменным столом, обдумывая ситуацию. Никогда ещё я не чувствовала себя настолько загнанной в угол. Во всем этом явно крылся какой-то подвох.

Ну, как тогда всё могло сложиться настолько плохо?

А ещё что-то мне подсказывало - университетские нормативы превратятся в Олимпийскую программу, если я пойду против преподавательницы, отказавшись от шефства Леднёва.

Иными словами, эта Чекушина пустит мой красный диплом под откос, и глазом не моргнёт… Я положила руку на ежедневник и откинула голову, прикрыв глаза.

Что ж….

Может, всё не так уж плохо? Наверняка, я буду сдавать нормативы не одна… На стадионе по выходным ведь полно народа.

Я вышла из ванной, и уже собиралась обратно в комнату, когда из коридора донеслись приглушённые, но довольно резкие голоса. Мама и отчим о чем-то спорили. Осторожно подкравшись к двери, я затаила дыхание, прислушиваясь.

- Поверь мне, это будет самым лучшим вариантом… - прозвучал натянутый шёпот отчима.

- Но Серёж.… Как я могу…

О чём это они?

Я сделала пару шагов вперед, однако на кухне вдруг воцарилась оглушительная тишина. Задумчиво разведя руками, мне ничего другого не оставалось, кроме как вернуться обратно в комнату.

* * *

Солнце только поднималось над трибунами, окрашивая беговые дорожки

Закладка:

Однако стадион уже гудел - повсюду сновали студенты: кто-то разминался перед забегом, кто-то отрабатывал прогулы, а группа футболистов на дальнем поле гоняла мяч, громко перекрикиваясь.

Переминаясь с ноги на ногу, я вдыхала терпкий запах нагретой резиновой дорожки, смешанный с ароматом опавших листьев - надо сказать, замечательная для конца сентября погода.

Обернувшись, я увидела Леднёва.

Он стоял чуть поодаль, активно жестикулируя и что-то объясняя, окруженный группой студентов.

- Роза, ты в следующем заходе! - резкий голос бывшего парня выдернул меня из задумчивых мыслей.

Кивнув, я сделала вид, что проверяю шнурки.

- Ну, давай, герой. Покажи, на что ты способна, - шепнул он, с дьявольским прищуром.

И я поняла, что у меня проблемы.

Возможно, даже посерьёзнее, чем, если бы долги принимала сама Чекушина.

Леднёв смотрел мне в глаза, почти не моргая. Взгляд, зажигающий похоть, с оттенком откровенного мужского желания. И легкой снисходительной полуулыбкой на губах.

После свистка, я рванула вперед, пытаясь хоть кого-нибудь обогнать, и, как мне казалось, сперва, бежала в отличном темпе. Вот только на финише я услышала едкие слова от своего проклятого «тренера».

- Плохое время, Роз. Не могу засчитать тебе этот норматив, -он расслабленно вытянул руки над головой.

- И что ты предлагаешь? - ровным голосом отозвалась я, пытаясь восстановить сбитое дыхание.

- Или бежишь ещё один круг, или приходишь в следующую субботу, - наглая усмешка, с едва заметным эхом ликования в прищуренном взгляде.

Козлина!

- Разумеется, я пробегу ещё один круг! - почти с ненавистью уставившись в ясные зеленые глаза этого гада.

Подмигнув, Леднёв отвесил мне легкий поклон.

Кратко вздохнув и выдавив из себя наигранную улыбку, я пошла на новый круг, довольно быстро осознав, что плетусь в самом конце.

Сзади болтались только двое - старшекурсник с выпирающим пивным животом, красный как рак, и ещё один мой одногруппник, тоже, к слову, довольно упитанный.

Стиснув зубы, я услышала тихое шарканье кроссовок за спиной - кто-то догонял. Тогда я попыталась ускориться, но ноги не слушались, будто к ним привязали по две гантели.

- Роза, - раздался над ухом спокойный голос Максима: он бежал рядом, даже не запыхавшись. - Ты что, всерьёз от них отстаешь? От Исакова с гипертонией?

Я хотела огрызнуться, но воздуха не хватило даже на это.

- Давай же, - снизив темп, Леднёв подстроился под мой жалкий ритм, - теперь догоняй толстяков.

Внутренне взвыв от унижения, я постаралась хоть немного прибавить скорость, чувствуя себя загнанной лошадью.

Обернувшись на парня с животом, я встретилась с его враждебным взглядом, ощущая, как мое сердце уходит в пятки - очевидно, ему не хотелось приходить к финишу последним и … он ускорился.

Он ускорился!

- Леднёв, - хрипло выдохнула я, - Я тебя убью.

Мой мучитель лишь рассмеялся.

- Беги-беги, неудачница! Если что, я тебя перед ним прикрою…. - кивая в сторону пузатого «спортсмена».

И я побежала.

Сквозь жжение в легких, сквозь стыд, сквозь дикое желание развернуться и съездить Леднёву по морде, на последних метрах обгоняя толстяка.

Задыхаясь, я упала в траву, жадно глотая прохладный воздух. Сердце норовило проломить грудину, а глаза пекло от подступающих слез. Все у меня внутри клокотало от ярости.

- Так уж и быть, засчитаю тебе этот норматив, - торжественно объявил мой «тренер». - Хотя я знаю, ты можешь лучше, - обманчиво плавно приблизившись и усаживаясь рядом со мной на корточки. - Предлагаю добавить силовых. Перейдем в спортзал?

Я, сбито дыша, с ненавистью смотрела ему в глаза, пропуская холодную пожухлую траву между пальцами. С силой стискивая её.

- Да пошёл ты.… - собрав последние капли слюны, я плюнула в его сторону - к сожалению, не долетело.

Леднёв лишь громко, искренне рассмеялся.

- О, - сквозь смех произнес он, - Так тебе и надо, стерва. Отдыхай, - поднявшись, мой «тренер» направился к трибунам, оставив меня лежать в гордом одиночестве.

Хотя, я была не так уж и одинока - поблизости валялся парень с пивным животом, продолжая недобро на меня коситься, будто я отобрала его победу.

- Как-нибудь уж переживи! - зло хмыкая, я метнула в его сторону испепеляющий взгляд.

Не знаю, сколько времени прошло, пока я лежала на земле, всё ещё дрожа от усталости и несправедливости, когда его тень снова наклонилась надо мной.

- Леднёва, ты здесь помирать что ли собралась? - пальцы недо-тренера скользнули по моей вспотевшей руке, оставляя за собой мурашки. - Девчонкам нельзя лежать на холодном. Тебе ж рожать ещё, бестолочь.… - глядя на меня с укором.

Забыл уже, что сам и устроил мне этот адский забег?

- Отвали.

- Пойдём со мной, - козлина миролюбиво усмехнулся, доставая из кармана ключи, они звонко брякнули в его пальцах. - В тренерскую. Там душ. Горячий, - он намеренно медленно провёл языком по нижней губе. - И.... кое-что ещё для снятия напряжения, - на свистящем выдохе.

Глава 32

Внутри тренерской пахло сыростью и старым инвентарем.

Оглядевшись, я скептически скривила губы, уже начиная испытывать сомнения насчет всей этой затеи. Несколько минут назад на стадионе сил на споры не осталось, и я опрометчиво приняла приглашение Леднёва, полагая, что, в самом деле, могу простудиться.

- Душ в конце. Последняя дверь. Подожди секунд тридцать, тогда вода начнет нагреваться.… А там у нас что-то типа кухни, - кивая на дверь напротив. - Кстати, есть хочешь? - поинтересовался он сдержанно.

Я замялась, вдруг осознав всю неловкость ситуации.

- А ты…. где будешь? - уточнила я, стараясь, чтобы мой голос звучал безразлично.

Максим убито прикрыл глаза, протяжно вздохнув.

- На кухне - чайник поставлю, бутерброды сделаю. Я принимаю нормативы у тупорей с девяти утра, - он низко бархатно рассмеялся, добавив после паузы. - Где мне ещё быть, Леднёва? Или предлагаешь потереть тебе спинку?

Недолго думая, я схватила свой расшнурованный кроссовок, наигранно замахнувшись. Самодовольно мне подмигнув, Леднёв вышел и хлопнул дверью.

* * *

Пальцы отчего-то дрожали, расстегивая молнию спортивной кофты.

Я стянула её с плеч, и ткань, пропитанная потом, приземлилась на лавку. Затем настала очередь топа, вместе с неожиданно отяжелевшими от влаги штанами.

На мне остались только красные кружевные трусики - тонкие, почти прозрачные, единственная вещь, которая не имела ничего общего со спортом.

Зацепив большие пальцы за резинку, я стянула их вниз, чувствуя, как прохладный воздух касается

Закладка:

___

POV Максим Леднёв

Нож тупо скользил по батону, оставляя за собой неровные куски, потому что я никак не мог сосредоточиться, зная, что девчонка, по которой меня так плющило всего в нескольких метрах от меня. Под душем. Обнаженная.

Я представил, как горячие струи скользили по её плечам, стекая по животу к внутренней стороне бёдер...

Пальцы непроизвольно сжали рукоять ножа.

Зажмурился, однако картинка становилась только ярче. Никак не получалось избавиться от фантазии, в которой мыльная пена медленно таяла на бархатистой коже девчонки, открывая ее розовые соски, в то время как её пальцы ненароком скользнули между ног, и она задержала дыхание...

Чёрт!

Я отложил нож, и металл жалобно звякнул о столешницу. С силой вздохнув, почувствовал, как тесно становится в паху, вдруг вспомнив, что не дал Леднёвой полотенце.…

На всякий случай провернув ключ в замке, я шагнул обратно в раздевалку, и, прихватив чистое полотенце, с гулко колотящимся сердцем вошел в тесный предбанник, где мой взгляд сразу же упал на ее вещи, аккуратно сложенные на скамейке.

Сверху лежали ее красные кружевные трусики. Маленькие, с едва заметной влажной полоской на тонкой подкладке. Пиздец. Просто пиздец. Подойдя ближе, я сглотнул, уставившись на эту пикантную деталь ее одежды, и, не удержавшись, взял их в руки.

Меня мелко начало трясти.

Ты извращенец, Леднёв. Псих конченный.

Сердце бешено стукнуло о грудину, и я вдруг понял, что вспотел как животное. Самому необходимо было под душ. Срочно. И, желательно, в компании одной прекрасной кусачей особы с металлическими скобками на зубах.

Не мог больше держать себя в руках, особенно, чувствуя исходящие от Леднёвой флюиды. Это было выше моих сил. Она не давала мне покоя, хотя, казалось, давно все для себя решил.

Я толкнул дверь душевой, и мне показалось, что время замерло.…

Роза стояла ко мне спиной. Вода стекала по её позвоночнику, исчезая между округлыми ягодицами. Пена медленно таяла, открывая моему взору все новые участки её обнаженного тела.

Лопатки девчонки напряглись, когда она почувствовала на себе мой взгляд, но не обернулась… И не закричала.

Больше немедля ни секунды, я сорвал с себя футболку, швыряя ту в предбанник, даже не заметив, как штаны с боксерами упали на мокрый пол. Мой член уже стоял по стойке, подрагивая от каждого резкого движения.

Я шагнул вперед, и Роза обернулась.

- Ты с ума сошёл?! - Леднёва попыталась прикрыться руками, но я был быстрее.

Мои руки легли на её бёдра, пальцы впились в мокрую кожу, прижимая девчонку к себе. Грудь к груди, живот к животу.

- После таких нагрузок.… - предательски севшим голосом, скользя по её мокрому плечу губами, - мышцам надо дать время восстановиться. Иначе завтра ходить не сможешь, - моя ладонь прижала ее запястье к стене над головой.

Несмотря на ярость в глазах, я буквально кожей чувствовал, как в потрескивающем между нами воздухе разливается запах свежей, безотчетной похоти.

Роза хотела меня не меньше, чем я ее.

- Кто вообще надевает красные кружевные трусы на тренировку? - с вызовом добавил я.

- Ты за этим пришел? Проверить мое белье? - гнев в глазах девчонки казался таким обжигающим и темным, что я буквально ощущал его физически, окончательно дурея. - Не слишком ли много на себя берешь, тренер?

- Нет, - наклоняясь в жалких миллиметрах от её губ. - Я пришел, потому что хочу тебя поцеловать. С самого утра об этом мечтаю, - озвучил честно.

Миллисекунда и.… произошла перемена.

Что-то неуловимое. Жесткий откат. Лицо Леднёвой побледнело, дыхание участилось. В ее глазах взревела обида и боль. Девчонку начало потряхивать. Не вооруженным глазом было заметно, как ее ломало.

Мои пальцы свело судорогой на ее плечах, однако внезапно я понял - ее эмоциям нужен выход.

Тогда я слегка ослабил хватку… вздрогнув от сильной, хлесткой пощечины, прилетевшей мне по морде: в ней было столько всего…

- Вот и мечтай, Леднёв.… Больше никогда, - она демонстративно закусила губку, всем своим разъяренным видом показывая, что в гробу видела наши с ней поцелуи.

Милая, да что ты говоришь…

Сознание подсказывало, что моя Королева, разумеется, в курсе как мы с Трофимовой соски гоняли. Лена ж трепло.

Наверняка, ещё и приврала для создания вау-эффекта. Вряд ли она осмелилась рассказать, как все было на самом деле. Что ни черта, кроме поцелуя по пьяни у нас и не было…

А Розочка повелась. Гордость же раньше нее родилась. Конечно, она уже и не вспомнит, как прошлась ебучим пиздецом по моей самооценке, выкорчевав ее с корнями.

- Это ещё почему? Дай угадаю! Боишься, что я отведу тебя в ближайший банк и кредит на тебя оформлю? В долги загоню? Мм? - не переставая прижиматься к ней, прошептал срывающимся, хриплым голосом.

- Вай-вай, осторожнее, Леднёва, в следующий раз я потрачу все твои деньги. И с кредитки ещё снимать придется. Хотя я же и так уже тебя обобрал.… украшение вот украл. Короче, закончил я с тобой. Пойду искать себе побогаче. Хорош с нищебродками общаться, - глумливо улыбнулся, сатанея от ее сорванного дыхания и приоткрытых влажных губ в сантиметре от моего лица.

Девчонка явно растерялась, однако не сразу, но пробурчала.

- Слюни подбери! - надменный распаленный взгляд.

- Или ты всё-таки можешь меня себе позволить? - мои руки скользнули по её бёдрам, пальцы впились в мокрую кожу, притягивая её ещё ближе. - Что, ради такого доброго молодца даже кредит не возьмешь?

- Отвали…

- Кстати, я никого после тебя больше не трахал. Знаешь, почему?

Явно сбитая с толку, Роза уставилась на меня словно парализованная. Она судорожно приоткрыла ротик, из которого не вырвалось ни звука.

- Потому что я ещё никого и никогда так не хотел, - мой голос прозвучал хрипло, почти зверино, когда я прижал её к стене, и она почувствовала, как мой каменный член упирается ей в живот.

Глаза Розы расширились - в них читался шок. Секунда… Девчонка внезапно опустила голову: капитулировала, иными словами.

- Ты пропустила кое-что.... - мои губы коснулись её мокрого плеча, пока ладони поднимались по животу, смывая остатки пены.

Не встретив сопротивления, пальцы скользнули вверх, собирая мыльные разводы с её груди.

Большие пальцы провели по напряженным соскам, смывая пену, но, не давая ей полностью исчезнуть - только размазывая её, заставляя нежную кожу дрожать.

- После тренировки важно снять напряжение, - шептал

Закладка:

Между её ног пена ещё оставалась - белая, липкая, скрывающая то, в чем я так отчаянно нуждался. Я прижал ладонь, сначала просто прикрывая ее промежность, чувствуя, как Роза вздрагивает.

- Здесь тоже надо помыть...

Ответом мне послужил ее сдавленный стон.

- Ты.... - её голос дрожал, - ты же сказал, что это…

- Ты слишком зажата. Просто расслабься.

Девчонка застонала, когда моя рука опустилась ниже, к ее клитору.

- Максим... - Роза попыталась вырваться, но ее бедра сами потянулись навстречу моим пальцам, - так нельзя...

- А как можно? - я провёл пальцем по складкам, чувствуя, как она вздрагивает. - Вот так?

Леднёва вскрикнула, когда я вошел в нее двумя пальцами.

- Или так?

Я взял её руку и прижал к своему члену.

- Чувствуешь, как я тебя хочу? С той самой ночи. Теперь начало доходить, да?

Роза так и не осмелилась заглянуть мне в глаза. Пальцы девочки дрожали, но она обхватила меня, начав медленно водить ими вверх-вниз.

- Да… вот так.… Сожми сильнее…

Роза повиновалась, провела большим пальцем по головке.

Я невольно застонал, но не остановил свои ласки. Наоборот, мои пальцы вошли в нее, медленно, до самого предела. Она охнула, сжимая пальцы на моем члене ещё сильнее.

Её рука на моем стояке двигалась в идеальном ритме - то нежно обхватывая ствол, то слегка скручивая головку, заставляя меня задыхаться.

- Максим.… - испуганно пробормотала Леднёва, - мои пальцы ускорились, а большой начал давить чуть сильнее.

И я почувствовал, как ее тело начало сжиматься. Сначала слабые толчки, потом всё сильнее - её стеночки сжали мои пальцы, когда оргазм накрывал девчонку волна за волной.

И тогда я отпустил себя, горячими толчками излившись на её живот, пока проворные пальчики выжимали из меня последние капли….

Глава 33

Роза

Я одевалась словно в тумане. Пальцы не слушались: кажется, я даже натянула трусы задом наперед, бюстгальтер застегнула с третьей попытки, никак не получалось попасть в крючки.

Нашла свои скомканные носки, но натягивать их на мокрые ноги уже не было времени - просто сунула босые ступни в кроссовки, не завязывая шнурков, и, подхватив спортивную сумку, спотыкаясь на каждом шагу, помчалась из тренерской.

После раскаленного воздуха душевой, улица встретила меня ледяным ветром. Я поспешила к станции метро, стараясь хотя бы на время выкинуть случившееся из головы, однако выходило из рук вон плохо, потому что запах Леднёва преследовал.

Пахло не просто гелем для душа или теми самыми духами, которые я подарила ему на Новый год. Пахло им - его кожей, его потом, его.…

Я судорожно потёрла запястье о штаны, но, казалось, аромат лишь въелся глубже, смешиваясь с моим собственным.

* * *

Открыв дверь своим ключом, я зашла в квартиру, ощущая, что сердце всё ещё заходится в бешеном ритме.

- Роза, это ты? - донёсся из кухни мамин голос.

Воровато озираясь, я поспешно скинула кроссовки. Один отлетел в сторону, ударившись о стену, мне пришлось присесть на корточки, и, не взирая на ноющую боль во всем теле, поставить их ровно.

- Да, я.... - слегка дрогнувшим голосом.

Мама не заставила себя долго ждать: появившись в дверях, она вытерла руки о полотенце, скользнув по мне придирчивым взглядом.

- Ты в душе в спортзале была? - косясь на мою влажную, растрепанную шевелюру.

- Ага... - я потянулась к шкафу, делая вид, что ищу что-то на полке, лишь бы не встречаться с ней глазами.

Догадывалась, видок у меня тот ещё….

- Слушай, мы с Серёжей собираемся на дачу к Олейникам, сезон закрывать. Поехали с нами? Чего дома-то киснуть?

Я с трудом сдержала нервный смешок.

От одного упоминания их дачи тело прошибло неконтролируемой ледяной крошкой. Нет, только «закрытия сезона» мне не хватало.…

- Мам, у меня уже есть планы.

- Какие планы? - она прищурилась, слегка поджав губу, - Ты же вчера говорила, что выходные свободные…

Я поставила сумку на полку - она зацепилась за что-то, и на меня с глухим стуком повалилось несколько пустых коробок из-под обуви.

- Роза, что с тобой? - мама наклонилась помочь собрать коробки.

- Да ничего! Неужели после того, что произошло, ты, правда, думаешь, что у меня есть желание отдыхать на этой дурацкой даче? - искренне возмутилась я.

- Дорогая... - родительница шагнула ко мне, но я инстинктивно отпрянула, - Я просто не хотела, чтобы ты целый вечер просидела дома….

- Поверь, мне есть, чем заняться! - натянуто улыбнувшись, я поспешила скрыться в дверях своей комнаты.

Откровенно говоря, я смогла немного выдохнуть только после того, как мама с отчимом уехали, а я набрала себе пенную ванну, добавив туда лавандовый экстракт собственного производства.

Однако у меня никак не получалось полностью расслабиться.

Вновь вспомнив о том, чем мы занимались с Леднёвым я принялась остервенело оттирать себя мочалкой, не понимая, почему до сих пор так колотится сердце, и как вообще я могла допустить подобное?

Перед глазами всё ещё стоял его дьявольский образ.

Широкие плечи, покрытые каплями воды, узкие бедра, на которых так отчетливо выделялись вздутые вены. Я зажмурилась, но картинка становилась лишь четче. Он не скрывал своего возбуждения…

А потом.…

Полный крах.

Я даже не попыталась его оттолкнуть.

Меня потряхивало от одного его вида. Как он смотрел на меня, когда его пальцы скользили вниз, а мое дыхание становилось прерывистым. Кровь горячела. Колени сжимались в попытке унять постыдную нужду. Куда там… Я думала, что взорвусь, непроизвольно разведя ноги.…

Не дав мне опомниться, пальцы Леднёва, разжав мои, заставили обхватить его полностью. Сжать. Я повиновалась. Сначала неуверенно, но Максим тут же направил меня - широкие, размашистые движения… снизу вверх… с лёгким нажимом под головкой.

Его сдавленные стоны пробирали меня до костей - низкие, хриплые, совсем не похожие на его привычный расслабленный голос.

- Да.... вот так...

Леднёв отпустил мою руку, но я уже не могла остановиться.

Каменный член подрагивал в моей ладони, пока две его руки работали синхронно - правая находилась у меня между ног, левая -впивалась мне в бедро, прижимая к стене.

И эффект разорвавшейся бомбы. Атомной. На несколько мгновений меня буквально смыло с лица земли. Оглушило, наполняя тело какой-то вселенской истомой, и, что самое страшное, мучительной жаждой продолжения…. Даже думать не хотелось о том,

Закладка:

Резко вдохнув, я открыла глаза. Хватит. Надо перестать. Надо думать о чем-то другом. Но мое слабое тело уже вспомнило, отзываясь болезненным спазмом внизу живота…

Чёрт.

«Кстати, я никого после тебя не трахал. Знаешь, почему?»

Его слова всё ещё гудели у меня в ушах.

«Потому что я ещё никого и никогда так не хотел».…

Получается, у них с Трофимовой ничего не было?

Но.… я же своими глазами видела, как он в порыве страсти утаскивал её наверх. Их жаркие объятия незадолго до этого. Медленный танец. Они ночевали вместе. Об этом мне тоже было известно.

«Я никого после тебя…»

Но если всё-таки это правда?

Прошло ведь столько времени с нашего первой и последней ночи. А Леднёв видный парень, теперь вот вообще университетская звезда! И у него никого не было? В это было очень сложно поверить…

Закончив принимать ванну, я тщательно вытерлась полотенцем и высушила волосы, наслаждаясь разнесшимся по квартире ароматом лавандовой пены.

В этот момент экран телефона ярко вспыхнул, ослепляя меня в полутьме спальни. Пальцы сами потянулись к мессенджеру. Внутри что-то странно сжалось, заметив сообщение от Вали из профкома…

Других оповещёний не было.

Я собиралась ей ответить, вздрогнув от пронзительного звонка в дверь.

Сердце сорвалось, ведь я не ждала гостей. Тогда кого принесло в десятом часу вечера? Неужели это был…

Я выглянула в глазок и замерла: на пороге стоял Игорь, сжимая пакет с логотипом модной кондитерской «Сахарок» под мышкой.

- Роз.… - он смущённо почесал затылок, нерешительно переступая порог квартиры, когда я открыла дверь, - Родители на дачу укатили, а я ключи не взял. Ну, и выпил с ребятами немного. Добраться не на чем. Пустишь до утра? - пробормотал он.

- Ты же мог к кому-то из ребят поехать? - растерянно ответила я, разводя руками.

- Артур с девушкой, а остальные в клуб погнали. Я планировал сегодня отоспаться - всю неделю впахивал аки папа Карло, совмещая универ с работой, и надо же было так тупануть.… Но, если у тебя уже есть планы на вечер или мое присутствие тебя стеснит, - Олейник сделал полшага назад, глядя на меня с надеждой.

Чёрт. Да что ж такое? Мое везение будто корова языком слизала…

Совершенно не хотелось коротать вечер в присутствии Олейника, однако надо быть неблагодарной эгоисткой, чтобы забыть о том, что именно Игорь помог мне в трудный момент, выкупив украденный Тузом медальон.

Я вздохнула.

- Ладно. Заходи. Но только сразу предупреждаю - я уже собираюсь спать.… - не особо филигранно натягивая на лицо гостеприимное выражение.

- Конечно - конечно…. - зачастил Олейник, - Ну, чай хоть попьём? Я вот набрал десертов…

Глава 34

Я поставила чайник, открыв коробку с пирожными.

Старалась двигаться как можно естественнее, но спина горела под пристальным взглядом Олейника.

- Твои любимые эклеры.… - Игорь прыснул, будто сказал что-то смешное. - Ты всегда любила пирожные из этой кондитерской.

Чайник закипел. Торопливо заварив заварку и разлив воду по чашкам, я поставила их на стол, усаживаясь напротив бывшего парня.

Кремовые розочки на эклерах казались сейчас карикатурно-яркими, неуместными. Аппетит резко притупился.

- А помнишь…. - Игорь вдруг оживился, его пальцы сжали край крафтовой коробки, - когда ты только поставила брекеты, то стеснялась есть при мне?

Я замерла с чашкой в руках.

Помнила, конечно.

После того, как мне установили брекеты, первое время было очень непривычно. Я стеснялась, что под металлической проволокой могут застревать остатки еды, поэтому после каждой трапезы неслась в туалет полоскать рот.

К слову, я до сих пор носила в сумочке так называемый походный набор с ершиком и зубной щеткой, уже мечтая скорее избавиться от железок. На последнем приеме у стоматолога врач обозначила срок - январь-февраль. Осталось промучиться-то всего ничего.…

Только к чему он об этом вспомнил?

- Да, было дело, - заерзав на стуле, я непроизвольно прошлась кончиком языка по крохотным железякам на передних зубах.

- Особенно ты стеснялась есть сладкое. Ты снимала крем с эклера, будто в этом было нечто непристойное, - Олейник ухмыльнулся, в его глазах вспыхнул какой-то странный, я бы даже сказала маниакальный блеск.

Натянуто улыбнувшись, я поставила чашку: донышко звонко стукнуло о стол. На кухне разлилась неуютная тишина.

- Это было так давно.… - сбивчиво пробормотала я.

Но он будто не слышал.

Не разрывая нашего зрительного контакта, Олейник потянулся к коробке с пирожными, выбрав самое большое, с кремовым цветком.

- Вот это самое аппетитное. Розочка для розочки! - он протянул его мне. - Давай, как в старые добрые времена налопаемся сладкого? - в его голосе звучала какая-то детская, жутковатая настойчивость.

Я непроизвольно отшатнулась, выставляя ладонь в защитном жесте. В горле встал тягучий ком, аппетит окончательно испарился.

- Игорь, - мой голос дрогнул, - я не хочу.…

Он хмыкнул, затем медленно положил пирожное обратно.

На глазури остался глубокий и неровный след от его пальца.

Олейник взял другое пирожное, принявшись вертеть его в ладони, умышленно сминая и оставляя следы. Поморщившись, я подтолкнула к нему рулон бумажных полотенец.

- Просто странно, - он внезапно засмеялся, но смех вышел каким-то трескучим. - Мы же любили друг друга с первого класса. Все кругом знали, что мы будем вместе. Наши родители вдалбливали нам это…. Как так вышло, что мы расстались? - его лицо на мгновение исказилось - брови дернулись, губы сжались в тонкую ниточку.

Любили друг друга….

Господи, какой бред!

- Иногда всё переворачивается с ног на голову, а люди расстаются, - осторожно сказала я, сжимая чашку в ладонях. - Здорово, что нам удалось сохранить дружеское общение…

Кивнув, он снова улыбнулся, но теперь эта улыбка выглядела натянутой и кривой.

Расфокусированный взгляд Олейника скользнул по кухне - по закрытому окну, по моей сумке на стуле, по ножам на полке…

Я вдруг осознала, что дверь находится за его спиной, а ещё то, что Игорь, по всей видимости, прилично пьян. Отсюда и его странное, несколько пугающее поведение.

И угораздило же меня открыть ему дверь.

Хотя, с другой стороны, ну, что он может мне сделать? Это же Игорь… Вернув взгляд к моему лицу, в глазах незваного гостя промелькнуло что-то нехорошее, темное, и я почувствовала, как по спине побежали мурашки.

Или всё-таки может?

- А помнишь, как мы с тобой залезли на школьную крышу? -

Закладка:

Мое сердце ошиблось на пару тактов.

- Может, ещё чаю? - пискнула я, борясь с каким-то леденящим кровь ужасом.

- Может чего покрепче? - глухо отозвался он, монотонно барабаня пальцами по столу. - Я организую, ты только свисни…

- Думаю, не стоит.…

- Ну, тогда сойдет и чай! - развязный смех.

Поднявшись, я повернулась к чайнику, только тогда позволив себе глубоко вздохнуть. Руки дрожали, когда я наливала кипяток, потому что мою спину продолжал буравить его тяжелый, немигающий взгляд.

Сердце прошибало ребра, адреналин, вспенивая, разгонял кровь. Наша уютная кухня превратилась в зону отчуждения. В мертвую зону. Я с трудом передвигалась на будто пластмассовых ногах.

- Роз, раз уж у нас так удачно вышло уединиться…. - похабный смешок. - Я могу попросить тебя об одолжении?

Остановившись рядом с Олейником, я протянула ему кружку.

- Одолжение?

Бывший парень обвел мое тело наглым, голодным взглядом, задержавшись в районе груди.

- Ага. У нас на следующей неделе посвящение. От нашей группы требуется сделать стенгазету… Поможешь? Могли бы прямо сейчас заняться этим в твоей спальне? - он сказал это с такой двусмысленной интонацией, что у меня внутри все перевернулось.

В этот миг я поняла, что раньше вообще ничего не знала о страхе, ощутив, как мое тело затапливает таким диким, животным, иррациональным мороком, что я с трудом могла говорить.

Кроткая улыбка Олейника поднимала во мне волны какого-то жуткого и тошнотворного веяния…

- Роз, ну что? Отплатишь мне услугой за услугу?

Отплатишь мне…

Получается, та его помощь была отнюдь не бескорыстной. Он ведь заплатил за мой медальон очень крупную сумму, а я, дура, уши и развесила, до сих пор не вернув ему ни копейки.

Бесплатный сыр, Розочка.…

Одно вдруг стало очевидно - инстинкт самосохранения будто орал мне - бежать. Бежать. БЕЖАТЬ. И ни в коем случае не оставаться с ним ночью под одной крышей…

- Да, конечно, я помогу тебе сделать стенгазету! - внезапно отмерев, мягко улыбнулась я. - Только Игорь… - я слегка попятилась на ватных ногах, кивая в сторону ванной комнаты, - может, ты хотел бы, сперва, принять душ? - с трудом удерживая на лице излишне широкую улыбку.

На секунду мне показалось, что он не пойдёт, что он догадается…

Однако Олейник внезапно просиял.

- Душ? М-м-м! - он поиграл бровями. - Отличная идея. А после сразу займемся стенгазетой… - бывший парень облизнулся, устремляя на меня очередной похабный взгляд.

- Вот и отлично.… Я принесу тебе полотенце! - пытаясь унять дрожь в уголках губ, чтобы мои движения не выдавали нарастающей паники.

Услышав хлопок двери и последующий за ним шум воды, я, не раздумывая, схватила сумку, куртку, и, молниеносно натягивая кроссовки, вылетела из квартиры, на ходу вызывая такси….

Глава 35

Игорь Олейник

Покинув ванную, я нарочито небрежно обвил полотенце вокруг бёдер, не удосужившись натянуть боксеры, и расслабленной походкой отправился на поиски своей добычи.

- Солнце.… - тихо позвал я свою девочку.

Тишина.

Губы сами собой растянулись в улыбке.

Она спряталась. Захотела поиграть.

Собственно, все так, как я и предполагал.

Похоже, Леднёва уже давно ждала от меня решительных действий, напора. Возможно, в прошлый раз у нас поэтому не вышло - я тупанул, решив не давить на нее и дать время.

Ознакомившись с несколькими занимательными статьями по бабской психологии, стало очевидно, что некоторым девкам просто нравится разыгрывать из себя святош. На деле же они любят, чтобы их драли и в хвост, и в гриву. Предпочитают пожёстче.

Кажись, мою Розочку заводит подобное отношение. Ну, что ж…. Будем считать, сегодня она дорвется. Наконец, познакомится с младшеньким…

- Розочка.... - снова позвал, уже громче, босиком шагая по коридору.

Однако, гостиная оказалась пуста. Кухня - тоже.

Пирожные на столе так и стояли нетронутыми. Странно, что она оказалась от своих любимых эклеров. Дойдя до спальни, я почувствовал, как сердце частит, толкая дверь плечом.

Сука. Никого.

Да где же она спряталась?

- Роза? - в моем голосе появились стальные нотки.

Шкаф. Балкон.

Пусто. Пусто. Пусто.

Пальцы сжались в кулаки. В висках застучало: «Но она же сама отправила меня в душ, всем своим видом как бы говоря, что скоро мы будем трахаться».

Так, где эта маленькая сучка?

Я ещё раз обошел всю квартиру, остановившись около двери в ванную и услышав, как в кармане моих джинсов на стиралке зажужжал телефон.

Сообщение от Леднёвой.

- Игорь, извини, но мне пришлось уехать. Из профкома вызвали…. Нужно доделать кое-что к завтрашнему мероприятию. Похоже, мы с ребятам тут сегодня заночуем! И дверь не забудь закрыть, пожалуйста.

Сука. Вот су-к-а-а-а.…

Она меня обхитрила.

Неужели Леднёва думает, что меня можно так унизительно динамить?

Тем более после того, как я протянул ей руку помощи, выкупив ее барахло… Вот тебе и плата за благородство - эта сучка бросила меня одного голым в её квартире. Что ж…. Любит играть в кошки-мышки? Я ведь тоже могу включиться в игру. Уже по-крупному.

Натянув свои шмотки, я вернулся в спальню Леднёвой, усаживаясь за ее письменный стол, надеясь отыскать что-нибудь интересное.

Дернув один из ящиков, я обнаружил внутри карандаши, старые ручки, скрепки, конспекты, обрывки записок, чей-то номер телефона на клочке бумаги. Я смял его, швырнув в угол.

В следующем ящике лежали толстые тетради в потрепанных обложках. Вытащив первую, я прочитал: «Литература, 10 класс». На форзаце её почерк: «Роза Леднёва. Если найдете - верните, я заплачу». Роза всегда делала эту шуточную пометку…

- Заплатишь. Непременно заплатишь, - пробормотал я, какое-то время монотонно переворачивая страницы, после чего швырнул тетрадь обратно, потянувшись к пузатой папке на краю стола.

О, здесь у нас было что-то свеженькое, связанное с работой профкома. Без интереса просматривая листы, мой взгляд стопорнулся на фразе «Интервью с нападающим университетской команды по футболу Максимом Леднёвым».

Чего блять?

Стиснув зубы, я перечитал ещё раз, в надежде, что это какое-то недоразумение. Однако ошибки быть не могло - вопросы были датированы началом этого месяца. Получается, Роза не только продолжала общаться с этим неудачником, но ещё и училась с ним в одном

Закладка:

Какого хуя, Розочка? Че за подстава?

Как я мог упустить такое из виду? Громко сглотнул, ощущая в глотке настоящую пустыню. Меня всего корежило. Это ж надо было так лохонуться?

Сам же видел видосы и фотографии с Ленкиного дня рождения. Как этот сукин сын Леднёв развлекался с виновницей торжества, а Роза встречала меня чуть ли не со слезами.

Я тогда реально ликовал, разыграв свою партию, как по нотам. Неудачник сблядовался с её лучшей подружкой, устроив перепихон двух инфузорий. Лучшего исхода представить было невозможно. Кто тут у нас стратег?

Связь Трофимовой с Леднёвым потом ещё пару суток перемывали в чате нашего бывшего класса, и я даже не сомневался, что Розка в курсе мельчайших подробностей…

Тогда, что это, блять, такое? А главное, как у этого урода выгорело поступить в Политех? Ещё и сразу влиться в футбольную команду?

Какое-то время я изучал сайт Политехнического университета, изучая все, что было связано с Кубком, с каждой минутой все больше охеревая….

Леднёв-то теперь был университетской звездой.

Половина роликов в блоге была посвящена его ебучей персоне, потому что команда Политеха по итогам первых игр находилась в тройке лидеров таблицы. Большее число голов забил этот мудак.

Ощущая, как пульс шкалит, отдаваясь раздражающим гудением в виски, я поспешил набрать Якушевского, выдохнув только, когда услышал его прерывистый шепот.

- Игорь… Что-то случилось?

- Сергей Вадимович, случилось, - с наигранным спокойствием, - Тот моральный урод… Ну, Максим Леднёв снова преследует вашу падчерицу. На этот раз в университете, - возвращая взгляд обратно к листу, исписанному ее красивым почерком.

- Ничего не понимаю…. - неожиданно резко отозвался Якушевский, - О чём ты говоришь?

- Леднёв специально поступил в «Политехнический»! Он ее преследует.… - я сжал пальцы в кулак, хрустнув суставами.

На том конце повисла непродолжительная пауза, после которой Сергей Вадимович замычал.

- Я сделал все, что было в моих силах, Игорь, и до сих пор на душе кошки скребут. У нас с Розой был уговор… Что ж… Это ее выбор, - Якушевский вздохнул, - Я больше не буду вмешиваться.

Да что ты говоришь…

- Даже если ваша падчерица свяжется с альфонсом и вором? Разрешите ей с ним встречаться? Будете за одним столом чаи гонять? Так, да, дядь Серёж? - процедил я, сквозь зубы.

- Разве я могу ей что-то запретить? - повышая голос, - Тем более, этого Леднёва вообще не за что было арестовывать. Я тогда нехило подставился - до сих пор разгребаю. Не ожидал, что у этого парня будет такой зверский адвокат…

Сука. Засунул башку в кусты…. Дядь Серёж, ты просто ещё не знаешь, что значит «подставиться». Мы с батей можем тебе это легко организовать. Всего-то нужно будет сделать пару звонков.

- А как же деньги, которые этот подонок украл у детей-сирот? Дорогостоящий медальон Розы?! Вот так просто спустите Леднёву все на тормозах? - взяв ножницы, я принялся кромсать страницы с упоминанием его имени.

На том конце послышалось нервное покашливание.

- Игорь.… - пауза, - Ни на пакете с деньгами, ни на самих купюрах не было отпечатков Леднёва. Только твои, Розы и ещё пары человек.

- Сергей Вадимович, к чему вы клоните? - я сглотнул, испытывая недостаток кислорода.

К чему этот мусор клонит?

- Лишь к тому, что я больше не буду тебе помогать. Я сделал все возможное, чтобы оградить Розу от этого неблагополучного парня и помирить вас. На днях вот снова убеждал жену, уговорить дочь поехать к вам на дачу… Но, как говорится, насильно мил не будешь. Попробуй открыто за ней поухаживать или….

Я отключился, не дослушав тупой треп этого трусливого козла, выхватив взглядом фразу из ее недавнего интервью.

«Максим Леднёв - новая надежда футбольной команды Политехничего университета»…

Посмотрим, как эта надежда будет играть с переломанными ногами….

Глава 36

Пропустив последние ступеньки, я спрыгнула вниз и, ухватившись за тяжелую дверь подъезда, открыла её с противным металлическим скрежетом.

Вечерний прохладный воздух обжег моё лицо. Я воровато оглянулась: двор был практически пуст, только незнакомая парочка восседала на качелях в тусклом свете фонаря.

Я не успела отдышаться, как телефон в кармане дрогнул - это такси уже дожидалось меня у детской площадки соседского дома. Поспешив, я всё-таки ещё пару раз посмотрела через плечо - не бежит ли за мной обозленный голый Олейник.…

Наконец, дверца машины захлопнулась с глухим стуком.

- Добрый вечер! - прижимая сумку ближе к груди.

Водитель кивнул, даже не обернувшись. Машина мягко тронулась, и только тогда я позволила себе дышать полной грудью, наблюдая, как в зеркале заднего вида медленно расплывается наш подъезд.

Только расслабляться пока было рано, ведь вопрос с моей ночевкой оставался открытым. Впопыхах я вбила Ленкин адрес, потому что это первое, что пришло мне на ум, да и ехать до дома Трофимовой тут всего ничего.

Раньше я бы вообще заявилась к ней без приглашения - за годы дружбы мы ни раз оставались друг у друга с ночевкой.

Однако, учитывая некоторые нюансы нашего общения, всё-таки стоило её предупредить, поэтому я набрала номер школьной подруги, и, прижав телефон к уху, стала вслушиваться в длинные гудки.

- Алё? - голос Трофимовой прозвучал достаточно резко.

- Привет, Лен, это я ...

- Привет, Роза! Какая неожиданность, - в трубке раздался тихий смех, потом сдавленный шёпот.

- Э-м-м, ты дома? - не слишком уверенно спросила я.

- Леднёва, ты как обычно в своем репертуаре, - едкий смешок. - Ну, кто субботним вечером отсиживается по домам? - вздох. - Мы с Максом до поздней ночи на съёмках. Хочешь, подъезжай! Могу договориться и из тебя тоже модель сделаем… - добавила она со снисходительными нотками.

Я сжала телефон так, что заныли пальцы. Ну, разумеется, они с Максом на съемках… Кто бы сомневался. Уши заложило, словно разрушительные эмоции блокировали слух, поэтому я отстраненно произнесла.

- Спасибо, но тогда в другой раз.

- Роз, а что ты хотела? Ты в порядке? - внезапно голос Лены стал серьёзным.

- Да-да, всё окей. Удачи вам .… на съёмках.

Отключившись, прежде чем она успела что-то добавить, я быстро скользнула пальцем по последним чатам, только сейчас заметив непрочитанное сообщение от Вали.

- Роз, я до вечера буду монтировать ролик в профкоме. Не отказалась бы от компании!

- Ты ещё там? - дрожащими пальцами настрочила я. -

Закладка:

* * *

На мое счастье, коллега, в самом деле, меня дождалась. Когда я появилась в дверях профкома, Валя уже собирала вещи, выключив компьютер.

- Роза? - её брови поползли вверх. - Что случилось?

- Можно я тут.…переночую? - голос предательски подвел, сорвавшись на пару тактов.

Чувствуя, как подступает ком к горлу, я заметила в зеркале на стене свое отражение: растрепанные волосы, домашние штаны в мелкий горошек…

Разглядывая меня, Валя замерла с папкой в руках. От моих сжатых кулаков ее взгляд скользнул по полоскам кожи в зазоре между моими кроссовками и штанами - носки-то я надеть не успела…

- Конечно, нет! - коллега порывисто отодвинула стул. - Потому что мы прямо сейчас поедем ко мне. Чувствую, без бутылочки вина тут не разобраться…

Я улыбнулась сквозь подступавшие слёзы, не в силах выговорить ни слова.

* * *

Спустя минут тридцать я осторожно переступила порог маленькой, но продуманной до мелочей однушки-студии.

Над широким диваном, заваленным вязаными подушками, висела полка с книгами и коллекцией странных кружек.

Не удержавшись, я потянулась к одной из них с золотым ободком и надписью «Лучший сотрудник месяца», явно выцарапанной поверх фамилии кого-то другого.

- Украла на прошлой работе, - Валя пожала плечами. - Меня уволили из магазина в конце этого лета, а кружку жалко было оставлять - привыкла из нее пить чай.

Нервно усмехнувшись, я с удивлением покосилась на Валю. Она производила впечатление супер ответственной сотрудницы профсоюзной организации, которая даже с проректором, как выяснилось, была на короткой ноге…

Украденная кружка никак не вязалась с этим ее благочестивым образом.

Хотя, пора бы мне уже понять, как неверно судить человека исключительно «по обложке». Люди носят маски, и первое впечатление редко отражает их истинную суть.

Мысленно я вновь вернулась к Олейнику, который чуть из штанов не выпрыгнул, когда я намекнула на определенную «благодарность» за его помощь…

Ох, Игорь… Как же всё-таки неприятно разочаровываться в людях.

Рассуждая о превратностях судьбы, я продолжила скользить взглядом по кружкам, усмехнувшись, прочитав на розовой в сердечках: «Я ненавижу людей». Как мило. Далее шла брутальная черная кружка с Че Геварой. Потом белоснежная, вся в глиттере.

- Бокалов у меня нет, так что выбирай любую! - Валя махнула рукой. - Только не ту, что с Че. Это подарок бывшего. Хранить грех, а выбросить, рука не поднимается. Вот такая я тряпка…

Сталкиваясь с ее извиняющимся взглядом, я взяла безобидную на вид кружку с кошачьими ушками.

- Отличный выбор, - коллега мне подмигнула. - А теперь давай вино выбирать! Я скупила половину «Красное - белое», когда у них недавно была акция…

- Тут я полностью тебе доверяю - ничего не понимаю в вине…

- Ты ничего не понимаешь в вине, а я - в мужиках! - хохотнула моя коллега.

- Пожалуй, в этом вопросе я тоже с тобой солидарна, - прыснув, я вспомнила, как, сперва, зажималась с одним своим бывшим в душе тренерской, а спустя несколько часов в домашних штанах удирала от другого…

* * *

- Ну, и правильно, что ты его послала! - Валя фыркнула, наливая мне ещё красного вина. - Нашелся, понимаешь ли, король! Приехал он за благодарностью…. - она хмыкнула, показывая неприличный жест. - А король-то г-о-о-о-лый! - подруга по несчастью пьяно засмеялась, стуча ногтем по своей украденной кружке.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Точно, - согласилась с ней я, пытаясь представить себе лицо Олейника, вышедшего из душа.

- У моего бывшего вообще новое увлечение - дзен и осознанность. Представляешь, теперь он ищет себя?! Хотя, блин, искал бы лучше работу… Когда мы с ним встречались, чаще платила я… Короче, краш с Али-экспресс!

Мы звонко расхохотались.

После чего Валя взяла со стола пачку сигарет, отправляясь на лоджию. На отяжелевших ногах я последовала за ней, решив немного проветриться и протрезветь, а на деле же…

- Можно?

- Ого, - Валя фыркнула, - неожиданно! Не думала, что у тебя есть плохие привычки.…

- Официально объявим сегодняшний день - днем вредных привычек, - я непроизвольно свела ноги, вспоминая о собственнических прикосновениях Леднёва.

После первой затяжки у меня закружилась голова.

- Такая гадость… - я поморщилась, - фу…

- Спорить не буду, - когда Валя покинула лоджию, я украдкой просмотрела Ленкины «истории», убедившись, что они с Леднёвым в самом деле на съемках.

И, судя по масштабной площадке, это была не реклама какого-нибудь малобюджетного шоурума…

А ещё.…

За целый день он мне так и не написал.

Не сказать, чтобы я прямо ждала, но все же… Докурив сигарету до фильтра, я прикусила его зубами, сглотнув от тошнотворного привкуса чего-то, отдаленно напоминающего бензин.

Отправив окурок на дно очередной дурацкой кружки, я открыла наш чат с Леднёвым, в котором более трех месяцев отмечалась стабильная тишина.

Наблюдая, как кончик сигареты рассыпается искрами на дне «пепельницы», я написала.

- Ну, и козлина же ты, Леднёв! - и, отправив весточку, тут же его заблокировала.

Ха!

- Отличница, я вот не планировал тебе писать, а ни черта не могу с собой поделать. Ежесекундно о тебе думаю. Почему ты убежала? Хочешь, я прямо сейчас к тебе приеду? - спустя секунд тридцать пришло с незнакомого номера.

Перечитав ещё раз, я заблокировала и его, ощущая себя прямо-таки нереальной мстительницей. Пусть пока посидит в блоке, и подумает о своем поведении.

Может, наконец, перестанет коротать субботние вечера с Трофимовой?

- Кстати, Роз, ты в Казань поедешь с маленьким чемоданом или с сумкой? Я вот думаю, сколько вещей с собой брать… Всё-таки едем на два дня, плюс почти сутки в дороге, - вернувшаяся на лоджию, Валя отвлекла меня от моей «страшной вендетты».

- Чего? Какие ещё чемоданы?

- Мы на следующей неделе вместе с ребятами из футбольной команды едем в Казань. Разве ты забыла? Мы же уже это обсуждали.…

Не забыла, конечно.

На одной из последних встреч с председателем профкома нас с Валей буквально поставили перед фактом, что мы должны снять сюжет об открытии филиала «Политехнического» в Казани. Плюс осветить пару дружеских футбольных матчей…

Однако я не думала, что это случится так скоро….

Глава 37

С той памятной ночи субботы прошло чуть больше суток, о которых даже вспоминать не хотелось. Парадоксально, но только в университете, переключившись

Закладка:

Ожидаемо, что, так и не дождавшись моего возвращения, Игорь связался с моими родителями, вынудив их сорваться домой на такси.

Разумеется, мама была не в восторге от моего поступка.

Цитирую: «Игорь же нам как родной… Как ты могла бросить его одного и уехать неизвестно куда поздно вечером? Роза, я совсем тебя не узнаю.…».

К сожалению, никто не воспринял мои слова о том, что, «практически родной Игорь» заявился ко мне пьяным без приглашения, и вел себя странно…

Ещё больше неуместного трагикомизма добавил вызывающе дорогой букет, конечно же, из нашего цветочного магазина, отправленный Олейником вчера вечером с подписью: «Солнце, кажется, мы друг друга неправильно поняли. Может, встретимся на днях и обо всем поговорим?».

Проигнорировав сие роскошество, под неодобрительный вздох мамы, я бросила букет в коридоре, так ничего ему и не ответив.

* * *

После двух не самых информативных пар, списавшись с Валей, мы встретились в столовой. Отстояв небольшую очередь, наконец, мы ковыряли вилками в макаронах по-флотски, которые, судя по их не особо презентабельному виду, уже успели проплыть вокруг света.

- Кстати, я уже выкупила нам билеты и забронировала отель в Казани. Неплохая новенькая «четверка». Ещё и максимальные суточные выбила. А что, проректор вот в пятизвездочном отеле останавливается! Это я у Мишки выпытала.…

Внезапно все голоса резко стихли, а потом столовая, наоборот, заполнилась излишне оживленными шепотками и смешками. Неудивительно - туда ввалилась половина футбольной команды во главе с Леднёвым.

Он шел первым в расстегнутой спортивной толстовке с взъерошенными после тренировки волосами. За ним, шумно переговариваясь, остальные ребята. Разумеется, футболисты расположились по центру, сдвинув два больших стола. Парни за соседними столиками неохотно подвинулись, освобождая им больше пространства.

Наш столик, к несчастью, находился практически в эпицентре.

Леднёв же, увы и ах, уселся прямо напротив меня.

Взгляд его зеленых глаз вонзился в мое лицо, заставив сердце пропустить пару тактов. Максим улыбнулся уголком губ, расслабленно наблюдая, как я отодвигаю от себя тарелку с остывшими макаронами.

Внезапно он мне кивнул, будто мы были какими-нибудь старыми знакомыми. Да уж…. Вот так честь! Я непроизвольно отзеркалила его действие, деланно спокойно глядя в его насмешливое лицо.

Тем временем, к парням пересели несколько титулованных университетских красоток, напоминая мне акул, почуявших свежую кровь.

Одна яркая блондинка сразу пристроилась рядом с Максимом, нарочито потянувшись за салфетками, чтобы ее декольте оказалось прямо у него перед носом.

- Макс, ты так классно забил в прошлый раз! - она закатила глаза, будто намекая на что-то куда более интимное.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как судорогой сводит пальцы на руке, спрятанной на моем колене.

- Мальчики, в прошлый раз вы просто всех порвали! - а это излишне эмоционально сокрушалась ее рыжая подружка с высоким нарочито небрежным хвостом.

Она уперла руки в бока, демонстрируя все, на что не поскупилась матушка-природа.

- Да, ладно, игра как игра, - сухо отозвался Леднёв, не отпуская взглядом мое лицо.

Похоже, он упивался всей этой ситуацией, чувствуя себя королем положения…

Я тоже никак не могла заставить себя отвести взгляд.

Сама не знаю, чего ждала? Что он резко поднимется, пошлет этих девчонок и пересядет к нам за столик? Разумеется, такие мысли казались совсем уж наивными, ведь я сама его заблокировала прошлой ночью.

Впрочем, и написала тоже сама.

Да и пошла с ним в тренерскую по собственной воле, чего уж там, с некоторой долей злого умысла положив сверху одежды красные кружевные трусики…Так что своим поведением я не далеко ушла от всех этих девушек…

Тихо сглотнув, я скосила глаза на свои стиснутые пальцы.

К слову, третья подружка - жгучая брюнетка - уже строила глазки защитнику Павлову, но периодически все равно поглядывала на Максима, как на особенно лакомый экземпляр.

- Роз, ты чего такая напряженная? - Валин голос резко выдернул меня из безрадостных мыслей.

Фальшиво улыбнувшись, я поднялась, хватаясь за поднос.

- Да так. Вспомнила, что забыла кое-что в профкоме. Спишемся вечером…

В какой-то прострации я дошла до закутка, в котором располагалась профсоюзная организация, и, толкнув дверь, практически столкнулась со Славой Морозовым.

- Роза, привет, - раздался спокойный голос капитана футбольной команды.

Он смотрел на меня слегка прищуренным взглядом, заслоняя собой весь дверной проем.

- Здравствуй!

- Как твоя нога? - намекая на ту нашу беседу после моего неудачного падения с козла.

- О, все обошлось! Я уже даже сдала норматив по бегу… - стараясь удержать дружелюбное выражение на лице.

- Значит, ничего не мешает нам сходить в кафе? - вдруг поинтересовался футболист, - Ты ведь не забыла про наш уговор?

Уговор.… Уговор…

«Когда перестанешь хромать, выпьешь кофе. Со мной…»

Где-то на задворках сознания вспыхнули слова капитана футбольной команды. Тогда я не восприняла их всерьёз, а вот он, оказывается, не забыл…

- Слав, я…. - лихорадочно прокручивая в голове варианты наиболее мягкого отказа.

- Роза, это даже не свидание, - парень повел уголком губ, - И это ни к чему тебя не обязывает. Знаешь, я не из тех парней, которые считают, что за чашку кофе девушка им чем-то обязана. И даже за полноценный ужин, - нахально улыбаясь, добавил Морозов, - Я не так давно расстался с девушкой… - он резко погрустнел, - К новым отношениям пока не готов. Ну, а нон-стопом коротать досуг исключительно с фанатками, так никакая крыша не выдержит… Считай, предложение носит исключительно дружеский характер. Расскажешь мне про эту поездку в Казань… А то ни черта же не объяснили. Так что? - парень дерзко приподнял бровь.

А почему, собственно, нет?

В конце концов, мне нужно было отвлечься от моих окончательно зашедших в тупик отношений с Леднёвым. Тем более, если сам Морозов не рассчитывает на большее. Он производил впечатление приятного, адекватного парня…

- Хорошо, - я пожала плечами.

- Тогда давай сегодня? У нас ещё одна тренировка, и я свободен…. - Слава мне подмигнул.

- А у меня ещё одна пара, - ответила задумчиво, прикинув, что мы как раз совпадаем по времени.

- Вот и отлично! Тогда встречаемся в «Кофемолке»?

- Идет, - уже гораздо увереннее заключила я, даже не догадываясь, чем обернется это «не свидание»…

Глава 38

Максим

Обернув полотенце вокруг бедер, я вышел из душевой и направился к шкафчикам.

После тренировки домой ехать не хотелось. Ничего не хотелось. Вернее,

Закладка:

Да, мне хотелось наклонять ее и прогибать не только в своих снах.

Но, учитывая развитие событий, похоже, мне это не светило. Роза сбежала из тренерской, ещё до того, как я, пардон, успел натянуть боксеры. А вечером, обозвав меня козлиной, заблокировала. Ещё и на двух симках.

Все это неимоверно выводило из равновесия и злило, потому что я убийственно соскучился, окончательно доперев, что ничего так и не отболело. Напротив. Я злорадно хмыкнул себе под нос.

Моя и не моя.

Гордая. Самоуверенная…. Любимая.

Мысли в башке сбивались в кучи, пока тело отчаянно требовало разрядки, физической близости.

Увы, то, что произошло между нами в душевой, только раззадорило, усилив мой голод. Стыдно сказать, сколько раз я передергивал за последние пару суток, в красках представляя, чем мы занялись после того, как оказали друг другу «первую помощь»…

Я так хотел её.

Я, пиздец, как хотел её, впервые в жизни испытывая нечто подобное.

Только на прогибы сил не осталось.

Тогда в душевой я ведь был почти готов, почти сломлен, желая, наконец, оставить свою броню. В то мгновение она была всем, чего я хотел. Всем, что мне было так адски необходимо.

Я чуть не взвыл, лишившись тепла ее тела и оставшись под холодной водой - в тот миг, обхохотаться, горячая закончилась.

Один разговор. Один гребанный разговор мог определить вектор нашего дальнейшего общения. Но проклятая Отличница засунула голову в песок. Ведьма кусачая. Роза напоминала мне рану, которая мучила меня, не заживая.

Разбередил, чего уж теперь.

Наше краткое уединение забросило меня в небытие, ни о чем другом больше думать не мог.

Но как бы я не задыхался от своих чувств к Леднёвой, не собирался превращаться в тряпку. Захотела, чтобы я за ней побегал после того, как кинула меня в блок? Серьёзно?

Наверное, все дело в том, что нервы попросту сдавали, я сам не понимал, чего от себя ожидать…

Ведь тогда в душевой в какой-то момент мне показалось, что я уже не смогу остановиться. Крышу снесло. Боялся наломать дров, если сорвусь, подыхая от нереализованного желания, кипящего в крови.

Как Роза краснела, когда я заставил ее смотреть, как ее ладонь движется вверх-вниз по моей каменной эрекции. Она дрожала. Такая послушная, испуганная и возбужденная. Делала это робко, неумело, но так чертовски горячо, что довольно быстро я взорвался ей на пальцы…

До смешного нелепо, но, я жаждал ощутить, что тоже ей нужен. Хотелось верить, у нее ко мне по-настоящему. Наверное, поэтому и «выдержал паузу».

Стянув полотенце, я протер лицо, натягивая свои шмотки.

Парни как обычно хорохорились друг перед другом, обсуждая свои победы в койке, пока Морозов, усевшись рядом со мной на лавке, пытался дозвониться до какого-то кафе. Похоже, у всех, кроме меня, сегодня вырисовывались планы на вечер…

И пох.

Решил позвонить Галицкому, давненько мы с Ромкой не общались.

Облокотившись о своего железного коня, я достал телефон, намереваясь вызвонить товарища, как вдруг мое внимание привлек до боли знакомый женский силуэт в толпе.

Сжимая в руках дурацкий букетик полевых цветов, которые иногда продавали около нашего корпуса, Роза направлялась к переходу.

Сердце ёкнуло - не от нежности, увы. От ярости.

Потому что рядом с ней, пиздецки бурно жестикулируя, шествовал Морозов.

Да-да-да, Слава, который несколько минут назад бубнил в раздевалке: «Да, на двоих.… Нет, в самом углу».

Ха-ха-ха.

Он открыл перед Королевой дверь своего седана, и Леднёва села. Вон оно как. Машина стремительно сорвалась, и я оглох от гула вскипевшей в висках крови…

___

POV Роза Леднёва

Бар «Аккорд» был почти пуст, только пара посетителей расположились у стойки, и за самыми уединенными столиками в глубине. Здесь было уютно: тихая музыка, приглушенный свет.

Я листала меню, пытаясь выбрать между пастой и салатом, когда Слава, устало вздохнув, задумчиво посмотрел мне в глаза.

- Прости, я не думал, что в «Кофемолке» будет такой ажиотаж, - он покрутил бокал с минералкой в пальцах, - но здесь тоже неплохо, правда?

Я кивнула, пытаясь отделаться от странного напряжения, сковавшего грудную клетку.

В какой-то момент мне даже начало казаться, что на почве непрекращающегося стресса у меня развилась паранойя. Потому что всю дорогу от университета до бара не покидало ощущение, будто за нами кто-то следит.

Казалось, я точно видела один и тот же внедорожник с тонированными стеклами…

Может, я схожу с ума?

- Неплохо. Тихо, уютно.… Даже странно, время ужина, а здесь так мало народа.… - вздрогнув от резкого хлопка входной двери за ширмой.

- Народ начнет собираться через пару часов, а к ночи набьются как селедки в бочке. Кстати, скоро сюда подвалят наши ребята. Димка сейчас написал - предлагает немного расслабиться перед поездкой, все равно на этой недели нет важных игр, - Слава хитро мне подмигнул, внезапно накрывая мою ладонь своей рукою, - Ты ведь тоже поедешь в Казань?

Поспешно одернув руку, я вдруг поняла, что всё это - уединенная атмосфера, его горящие опасным блеском глаза - как-то не особо тянуло на дружескую встречу, запоздало пожалев о своем согласии.

Когда к нам подошла официантка, Морозов бойко озвучил ей свой заказ, я же взяла ещё немного времени на раздумья.

Пока мой спутник отлучился в туалет, я написала Вале, чтобы она позвонила мне, и, под каким-нибудь выдуманным предлогом, дернула со «свидания»…

- Ну, что? Определилась с заказом? - внезапно Слава плюхнулся на диванчик рядом со мной, расслабленным жестом закидывая руку на подголовник.

В этот миг вернулась официантка с подносом, заставленным коктейлями. Похоже, он заказал их, пока ходил… Вот так самодеятельность!

- Ваш свежевыжатый апельсиновый сок, - ставя перед Морозовым стакан, - и коктейли для девушки, - она перевела на меня странный взгляд, - ваш «Грязный оргазм», «Глубокая глотка» и наша новинка - «Медленный минет» со взбитыми сливками, пожалуйста.

- Я ещё не пробовал вашу новинку… - облизав губы, озвучил футболист. - Роза, не думал, что ты такая любительница горячительных напитков?! - дерзко вскидывая густую темную бровь, он устремил на меня явно сраженный взгляд.

Глава 39

- Слав, это ты заказал?

- Я? Нет! Я же не настолько хорошо знаю твои вкусы.… В смысле…

- Я почти не пью алкоголь, и эти коктейли не заказывала!

Официантка кашлянула, явно пытаясь привлечь наше внимание.

- Да? -

Закладка:

- Девушка, откройте, рот, пожалуйста. У коктейля «медленный минет» особая подача, - официантка сняла колпачок с баллончика взбитых сливок, явно намереваясь залить их мне в глотку.

Боже, они тут что, все с ума посходили?

- Какая ещё особая подача? Говорю же, я не заказывала эти коктейли!

- Роз, да не нервничай ты так, - Морозов примирительно мне улыбнулся. - Девушка, а давайте я рот открою?!

Сказал - сделал, широко распахнув рот и позволяя официантке щедро залить туда взбитых сливок. Кривляясь, он начал глотать их, карикатурно закатывая глаза.

- У коктейля «Глубокая глотка» тоже особая подача, - буднично добавила она, показывая на медицинский шприц в индивидуальной упаковке.

- Нет, спасибо, - истерично усмехнувшись, подскочила я. - Извини, Слав, но… Мне, правда, уже пора! - подхватив свою сумку и куртку, я сорвалась со всех ног, желая скорее покинуть бар со столь «оригинальной» картой напитков.

Оказавшись на улице, я притормозила посреди парковки, чтобы вызвать такси, однако внезапно зацепилась взглядом за знакомый мужской профиль.

Увидев Леднёва, развязно привалившегося боком к своему железному коню, появилось стойкое ощущение нереальности всего происходящего. Значит, это всё-таки он за мной следил? Хотя, мне казалось, я несколько раз замечала один и тот же черный внедорожник….

- Что ты здесь… - инстинктивно расправляя плечи, но внутри у меня все сжималось, будто я - пружина.

К слову, сам Леднёв выглядел замученным. Совсем не таким самоуверенным ферзем, который предстал передо мной в университетской столовой. Он был усталым и злым. С темными кругами под глазами. Что, перетренировался, бедненький?

- Мимо проходил. Да как удачно зашел, ты посмотри. Только что-то вы быстро со Славиком… - его голос изобиловал недовольством, помноженным на ядерную ревность.

Осознание произошедшего заставило мои щеки вспыхнуть пожаром.

- Так это не Слава… Ты заказал эти дурацкие коктейли, чтобы испортить нам… встречу? - я похолодела, с неверием глядя ему в глаза.

- А что такое? «Глубокая глотка» не понравилась? - Леднёв смотрел на меня разочарованно и зло, и от этого колючего, пробирающего до костей взгляда, мороз разлился по коже.

Я рассмеялась.

Смех больше вышел сухим. Лающим. Вот серьёзно, от всей этой ситуации выть хотелось. И желательно на луну.

Я подалась вперед, желая шлифануть его самодовольную физиономию своими ногтями, правда, тут же стопорнула себя - только драки у бара не хватало после распития этой несчастной «Глубокой глотки»!

Ха-ха-ха-ха.

Меня мелко затрясло. А внутри все. Край. Обрыв. Пропасть. Последний порог. Последний рубеж. За которым уже не осталось ничего. На глаза навернулись позорные слёзы бессилия.

Как же я от всего это устала…

- Роза.… - уже не так холодно процедил Леднёв, делая шаг ко мне на встречу.

- Да пошел ты… - отшатываясь от него и резко отворачиваясь.

- И пойду. Со Славиком побазарю. Вечером к тебе заеду. Пока остынь, - последнее, что я от него услышала, прежде чем практически бегом направиться к переходу, подальше от ненавистного бара…

* * *

Стоит ли говорить, что, даже добравшись до дома, подготовившись к коллоквиуму и приняв душ, у меня не особо вышло «остыть».

Бесило всё. Просто всё. И этот снисходительный мужланский выпад Леднёва напоследок только увеличил градус в и без того кипящей в моих жилах крови.

Побазарит он. Ой, ну надо же. Решала нашелся.

К этому моменту я уже не особо осознавала, что творилось у меня внутри. Однозначно что-то темное, демоническое, отдаваясь иррациональным хаосом и желанием свежей крови. Чьей-нибудь крови.

Потому что сдерживаться, корча из себя правильную и послушную, становилось все труднее. Из недр души прорывалось ощущение, будто я уже давно на арене какого-то извращенного цирка.

Марионетка. А все вокруг только дергают меня за ниточки.

* * *

Я покрутила вилку, так и не притронувшись к маминым котлетам, стараясь делать вид, что не замечаю напряжения, клубившегося между нами тяжелым облаком.

- В Казань? - мама поставила стакан с таким звоном, что я вздрогнула. - Роза, ты с ума сошла? На какие деньги? С кем?

- От профкома, - я нарочно говорила ровно, уставившись в тарелку. - Все уже согласовано. Еду со своей коллегой Валентиной.

- А как же Олейники? - ее голос стал выше. - Я же предупреждала, что они в четверг к нам придут! Ты хоть понимаешь, как это будет выглядеть?

Моя вилка звякнула о тарелку.

- Мам, я не хочу в ближайшее время общаться ни с Игорем, ни с его семьей, - машинально массируя гудящие виски.

- Он хороший парень! - мама хлопнула ладонью по столу. - И давно в тебя влюблен.… Неужели ты не замечаешь очевидных вещей?

Я подняла на нее глаза, желая дать окончательный и однозначный ответ, потому что не покидало ощущение, будто я нахожусь в царстве кривых зеркал, и это она чего-то не понимает…

- Дочка, подожди. Есть ещё кое-что, - отчаянно выдыхая.

- И что же?

- У Сергея серьёзные проблемы на работе. Проверка за проверкой. А у Вовы огромные связи… - в глазах мамы читалась такая жуткая мольба, не хотелось даже думать, что скрывается за этим ее взглядом.

- Давай-ка на чистоту? - отодвигая от себя тарелку с так и нетронутыми котлетами. - Ты хочешь, чтобы я приняла ухаживания Игоря, даже, несмотря на то, что он меня не привлекает как парень, лишь бы его отец помог Сергею решить проблемы на работе? Я правильно понимаю?!

- Роза…. - мама потупила взгляд. - Ты ведь ещё такая юная. Ну, откуда тебе знать, привлекает тебя Игорь или нет? Насколько я понимаю, у вас с ним толком ничего и не было.… Возможно, если бы ты дала юноше шанс…

- Ты права, с Игорем не было. Зато у меня было с другим юношей, - я кашлянула, специально делая нажим на последнем абсолютно неуместном слове. - Так вот, не поверишь, но теперь я имею представление, как это должно быть, когда юноша очень сильно привлекает…

«Пусть он и полный придурок с отвратительными шутками», - добавила я мысленно, поднимаясь из-за стола.

- Скажу больше, Игорь не просто меня не привлекает, - поморщившись. - После того, как он приехал ко мне поздно вечером в не трезвом состоянии - он мне противен. И я даже немного его боюсь…

- Роза!

Но я уже шла к себе, хлопнув дверью. Правда, выдохнуть у меня так и не получилось, потому

Закладка:

Леднёв всё-таки приехал.

Не дожидаясь от него какой-нибудь очередной шутки юмора, я поспешила в прихожую, и, натянув курточку, воспользовавшись тем, что в гостиной громко шел телевизор, выпорхнула за дверь.

Остановившись напротив Леднёва, у меня в горле появился комок. Сердце замерло, а потом заколотилось все быстрее и быстрее, пальцы свело судорогой. Внутри разлилась уже знакомая тяжесть, утягивающая меня снова в путы разочарования и обиды.

- Всё ещё злишься? - усмехнулся он, едва заметно качая головой.

- Нет, - я сделала шаг ближе, - просто удивляюсь. Неужели думал, что, если приедешь на этом ржавом ведре, я сразу перестану злиться и брошусь тебе на шею?

Максим рассмеялся как-то протяжно, хрипло, неотрывно глядя в мои глаза. Он медленно поднялся с мотоцикла, и вдруг расстояние между нами стало слишком стремительно сокращаться…

- Роза, поехали прокатимся? - он застыл, напряженно заглядывая в мои глаза.

Мрачен, но серьёзен. И, не изменяя себе, чертовски красив.

Я не успела ответить, потому что в этот момент у Леднёва зазвонил телефон.

- Да, Вить, - краткий миг, и лицо Максима застыло. - Сильно? - по мгновенно стиснутым челюстям поняла - что-то произошло. - Как он? - ещё одна зловещая пауза. - Понял. Сейчас буду, - Леднёв отключился, глухо бросив. - Морозова избили около бара…. С битами. Трое на одного.

Глава 40

POV Максим Леднёв

Резко затормозив на больничной парковке, я чуть не снес ограждение, на ходу срывая шлем. Я сразу увидел Витьку с Димоном, которые уже ждали меня у входа: лица мрачные, у Вити свежий шрам над бровью.

- Что случилось?! - непроизвольно сжимая кулаки.

- На Славку около «Аккорда» напали, - сцедив окровавленную сукровицу из разбитой губы, процедил Димон.

- Кто? За что? Расскажите, как вообще дело было?! - внимательно оглядывая озабоченные лица парней.

- Да хер знает. Мы сами ничего не поняли, - Витька поморщился. - Морозов поставил тачку и заехал за мной на такси. Потом другие ребята подтянулись, и мы конкретно ушли в отрыв. Ну, а чё? Завтра вечером в Казань едем, там чисто товарищеские…. Игры в рамках Кубка только на следующей неделе. Расслабились, короче…

- Вить, ближе к делу, - нетерпеливо бросил я.

- Да мы сами ни хера не поняли, Макс, - вклинился Димка. - Слава пошел покурить. Я за ним следом.… Тоже решил потравиться, ну и Витек за компанию. Выходим, картина маслом - Морозова берут в кольцо трое с битами. Морды в балаклавах. Мы, разумеется, тут же на подмогу. Пару ударов и ссыкуны в рассыпную…

- Суки… Как Слава?

- Отделался разбитым носом и парой вывихов. К счастью, мы успели. Но тренер говорит, недели три ему придется пропустить, если не месяц. Думает на кого-то из конкурентов.… Борисыч сейчас у него в палате с ментами.

- Что-то ещё известно?

- Ни хера. Никто не спалился. Но все думают, это из-за того, что мы на верхней строчке турнирной таблицы… В прошлом году Максакова из команды МГУ за пару дней до финала также поймали около дома и отмудохали. До сих пор сидит на скамейке запасных….

- Трусы уебищные, - я заскрипел зубами. - К нему, наверное, сейчас не пустят?

- Говорю, там тренер с ментами. Борисыч сказал, что они так это нападение не оставят. Личное поручение ректора - найти и наказать виновных.

Вытащив телефон, я набрал Морозову.

- Слав, ты как?

- Ну, сегодня явно не мой день, - товарищ глухо рассмеялся, - но вынужден признать, могло быть хуже, - повисла напряжённая пауза. - Макс, они нас перепутали, - несколько рассеянно добавил он.

- Чё? - выплюнул я удивленно. - В смысле, перепутали?

- Ну, сперва, этот урод спросил: «Ты ведь Леднёв?». А я конкретно перебрал, и, памятуя о том, как ты испортил нам с Розой свидание, дай, думаю, угарну. Подтвердил, что Леднёв - это я. Правда, не успел добавить «Леднёв, Морозов - одна херня», как мне съездили по морде… - Слава трагикомично рассмеялся.

От переполнявшей меня ярости, непроизвольно закусил щеку изнутри.

- Они искали тебя, Макс… А ещё сразу метили по ногам. Битами. Суки ебаные. Я рассказал обо всем тренеру. Он скоро с тобой свяжется.… Но, мой тебе совет, чувак, будь осторожнее. Началась какая-то нездоровая движуха. Все понимают, если тебя выведут, сразу всё посыплется…. Всё.

Спустя краткий миг, подавив вздох, я тихо сказал.

- Понял, Слав. Выздоравливай. Разберемся, - отключившись, я всё-таки вынужден был набрать Галицкому.

Нездоровая движуха. Согласен. И пора бы уже с ней кончать.

___

*Один день спустя*

POV Роза Леднёва

Я влетела на перрон, когда поезд уже подавал последние гудки.

Сердце бешено колотилось, не столько от быстрого бега, сколько от мысли, что я могу опоздать.

Господи, такая нелепость - вновь повздорив с мамой, я совсем позабыла подготовить вопросы для завтрашнего интервью с ректором принимающей стороны. А когда опомнилась, поняла, что безбожно опаздываю на поезд…

К счастью, я успела в самый последний момент. Проводница с явным недовольством протянула мне руку, помогая вскочить в дрогнувший от плавного скольжения вагон.

- Спасибо, - выдохнула я, едва переводя дыхание и протягивая ей вместе с паспортом свой билет.

- Ваше купе в самом конце, - равнодушно добавила женщина.

- О, ясно! - я повернула голову, ожидая увидеть Валю или кого-нибудь ещё из коллег, однако вагон был полупустым, и ни одного знакомого лица.

А я точно в тот поезд села?

Кажется, Валя что-то писала мне, когда я ехала в такси, однако я так и не открыла ее сообщение, машинально делая это сейчас, под тихий гул колес.

- Роза, это кошмар!)) Нас мало того, что раскидали по разным вагонам, так ещё и вместе с парнями.… Кажется у Авдотьи Семеновны критическая стадия старческого маразма! Я ведь просила ее купить девочкам билеты в одно купе! И она меня заверила, что так и поступила… - плачущие смайлы. - Рита поменялась с Димой. А вот Захаров с Ильиным отказались меняться, и, догадываюсь, нас ждет та ещё ночка.… Похоже, эти придурки всерьёз на что-то рассчитывают… Ладно, напиши, как доберешься, и с кем ты в купе! Если что, держи меня в курсе…

Дойдя до своего купе, я распахнула дверь, и сердце с оттяжкой рухнуло

Закладка:

На нижней полке, уткнувшись в телефон, сидел Максим.

Он поднял глаза.

Наши взгляды столкнулись.

- Ты.… - я сглотнула ком в горле. - Тоже в этом купе? - с неверием пожимая плечами.

Кивнув, Леднёв медленно опустил телефон.

- Да, - голос тихий, глубокий, с обволакивающей хрипотцой.

- А как же футбольная команда? - мои губы пересохли, сердцебиение участилось.

- Нас разместили по всему поезду. Видимо, с билетами напутали. Хорошо, что Авдотья Семеновна заранее у меня уточнила, - с эхом терпкого, пьянящего и темного предвкушения… едва уловимо, но я уловила, почувствовав, как кровь ускоряется в жилах.

- Уточнила что? - еле слышно.

- Ну, однофамильцы мы или семейная пара, - Максим поджал губы, закладывая руки за голову.

Он смерил меня взбудораженным взглядом.

- И что ты ей ответил? - чувствуя нарастающую тревогу, прошептала я.

- А как ты думаешь? - Леднёв как-то уж совсем по-злодейски хохотнул.

Вздохнув, я кинула на него убийственный взгляд. Максим расслабленно улыбнулся, после чего кивнул на пакет на столике, сквозь который просматривались пластиковые контейнеры.

- Я, кстати, подготовился. Курицу пожарил, яйца отварил… Так и знал, что ты ничего не возьмёшь, - глядя на меня с неожиданной теплотой.

- Ну, ехать-то всего одну ночь… В восемь утра уже прибытие, - пробормотала я, не хотя, отмечая, какой восхитительный аромат источает жареная курочка - увы, разругавшись с мамой, я демонстративно пропустила ужин, так и не восполнив калории.

Швырнув рюкзак на верхнюю полку, я сняла куртку, повесив ее на плечики, медленно опускаясь напротив Леднёва.

Я хотела пошутить, или хоть как-то разрядить обстановку, но, абсолютно растерявшись, вдруг почувствовала, как по спине бегут мурашки.

Целая ночь в пути.

В одном купе.

Наедине.

От голодного взгляда Максима меня вжало в стенку.

Глава 41

Поезд ритмично постукивал на стыках рельсов, за окном уже совсем стемнело, лишь редкие фонари мелькали в темноте.

Пока Леднёв ушел за чаем, я расстелила нам постельное белье, с нарастающим волнением усаживаясь обратно на свою полку.

Вернувшись, Максим осторожно поставил две граненые кружки на откидной столик - пар от них поднимался густыми клубами, растворяясь в теплом воздухе купе.

Устраиваясь рядом со мной, он развернул фольгу, и аромат запечённой курицы с травами заполнил все пространство.

- Голодная? - усмехнувшись, Максим отломил румяную ножку, протягивая её мне.

Откровенно говоря, я так хотела есть, что сил на препирательства не осталось. Взяв кусочек, мои пальцы слегка проехались по его теплой ладони, и я не сдержала нервный смешок.

- М-м-м.… - еле слышно пробормотала я, откусывая.

Сок чуть не капнул мне на подбородок, но Леднёв ловко поймал его кончиками пальцев, вновь спровоцировав прикосновение.

Он сидел ко мне вплотную, прижимаясь бедром к моему бедру, внимательно наблюдая за тем, как я ела.

Это выбивало из равновесия.

Я чувствовала, как самообладание трещит по швам, потому что столько всего планировала ему сказать, а на деле же, с каким-то остервенением поглощала приготовленную им еду, млея от каждого случайно касания…

Тем временем, Максим вытащил из сумки булку хлеба: отламывая от нее мякиш, он вновь протянул его мне. Было в этом столько невысказанной щемящей заботы, какой-то особенной теплоты….

Я приняла кусочек хлеба, не глядя ему в глаза.

- Вкусно, - облизав губы, я наслаждалась нашим восхитительным поздним ужином.

- Кстати, как Слава? - наконец, перестав жевать, тихо спросила я.

Разумеется, вчера весь университет «на ушах стоял», обсуждая нападение на Морозова.

Валя, связавшаяся с тренером футбольной команды, выяснила, что Морозов пропустит несколько следующих игр, но в целом его состояние было удовлетворительным, прогнозы обнадеживали. К счастью, этим подонкам помешали.

После моего вопроса расслабленное выражение на лице Максима моментально сменилось напряженным.

- Жить будет, - ответил он негромко.

Какое-то время никто не произносил ни звука, ведь впереди нас ждал непростой разговор, так и не состоявшийся в тот роковой вечер.

Хотя, после того, что произошло с Морозовым, моя обида на Леднёва из-за идиотских коктейлей ожидаемо отошла на второй план.…

Вздохнув, я вновь сосредоточилась на еде.

Вдруг Максим взял кусочек белого мяса, и с алчным блеском в глазах поднёс его к моим губам. Фыркнув, я всё-таки подчинилась, позволив ему меня кормить.

Когда мои губы коснулись его пальцев, Максим едва слышно втянул воздух сквозь сжатые зубы.

- А ты почему ничего не ешь? - тихо спросила я.

Парень замер на мгновение, его пальцы медленно разминали хлебный мякиш.

- Чуть позже, - пробирающим до костей голосом. - Сначала тебе надо поесть. Сколько часов поезд идет?

Полуприкрытые глаза. Мечтательная полуулыбка уголками губ.

Чуть склонив голову, Леднёв всё ещё не отрывал взгляда от моего рта.

Сколько часов поезд идет?

Что он этим хотел сказать?

Промолчав, я доедала курочку, продолжая мысленно восхищаться кулинарным талантом Максима. Даже моя мама не умела так вкусно ее готовить, не говоря уже обо мне - человеке, у которого с кулинарией было «на вы».

Закончив нашу позднюю трапезу, я засобиралась в туалет. Увы, наличие брекетов подразумевало не затягивать с чисткой зубов. Да и вообще уже было поздно, пора умываться и ложиться спать….

* * *

Покинув тесный туалет поезда, я направлялась обратно, вздрогнув, когда из соседнего купе выскочил крепкий бритоголовый парень в спортивной олимпийке, грубо схватив меня за запястье.

- Эй, красотка, а у меня раки есть! Заходи на огонек? - прохрипел он, обжигая мое лицо пропитанным перегаром дыханием.

- Да пошел ты…. - я попыталась вырваться, но урод лишь усилил хватку, вновь открывая свой поганый рот.

Но не успел больше ничего сказать.

- Руки от нее убрал, мразь! - в этот миг Леднёв, подобно разъяренному хищнику, вылетел из купе - вцепившись в воротник куртки пьянчужки, он перехватил его руку, грубо заводя ту за спину.

- А-а-а-а! Отпусти, сволочь! - корчась от боли, завыл алкаш.

К нам уже приближалась проводница, когда, презрительно поморщившись, Максим с силой запихнул буйного пассажира обратно в его купе, резко хлопая дверью.

- Что… что случилось? - пробормотала явно напуганная разборками женщина.

- Всё нормально. Разобрались, - пожав плечами, Леднёв увел меня обратно в наше купе, плотно закрывая дверь и проворачивая замок.

Глубоко вздохнув, я на мгновение прикрыла глаза, в очередной раз ощущая себя каким-то магнитом для неприятностей.

- Всё в порядке? Он тебя не.… - от скрытой ярости в его тихом голосе мое нутро, будто

Закладка:

Сжав челюсти, я прищурилась, отрицательно мотая головой.

- Роза? - кончики пальцев Максима проехались по моей кисти. - Посмотри на меня? - слегка дергая меня на себя за запястье.

Подняв взгляд, я заглянула в его неспокойные зеленые глаза, почувствовав, как сердце сбивается с ритма. Тело налилось какой-то нечеловеческой свинцовой усталостью, ноги сделались ватными, еле держа.

Я так устала от обид, неопределенности и всего этого…

Понимала, что нам бы, наконец, откровенно поговорить. А с другой стороны, впереди ведь ещё столько времени. Наедине. В замкнутом пространстве.

Поддавшись какому-то безотчетному желанию, я обняла Леднёва за шею, покорно прижимаясь щекой к его плечу. Мое сердце срывалось, ухая тяжело и больно. И мне хотелось, чтобы он прочитал мои мысли, поняв все без слов….

И без поцелуев.

Увы, перед глазами всё ещё стояла одна травмирующая картина … Но я постаралась отогнать ее как можно дальше. А вот дрожь, онемение и ток под кожей от вынужденной близости Максима отогнать не получалось. Поэтому….

Ещё один ядерный контакт наших глаз.

Какое-то дурманящее понимание неотвратимой томительной близости. Он тоже, конечно, все понимал, выключив свет.

Купе погрузилось в темноту, разрываемую лишь мелькающими за окном огнями и тенями.

Руки Леднёва сжали мои запястья, прижав их к двери над головой. Я чувствовала каждый его горячий, неровный вздох на своей шее.

- Максим….

- Стой смирно, - приказным тоном. - Я сам тебя раздену…

Я подчинилась, и, закусив губу, наблюдала за тем, как его пальцы нашли пуговицу на моих джинсах. Максим расстегнул их одним точным движением. Тонкий деним медленно сползал по моим бедрам, обнажая кожу, покрытую мурашками.

Максим присел на корточки, помогая мне полностью освободиться от ткани, его горячее дыхание обжигало колени, пока я ловко избавлялась от кроссовок.

Когда джинсы и обувь оказались на полу, его руки скользнули вверх по моим голым ногам, останавливаясь на резинке кружевных трусиков.

- Это тоже лишнее, - прохрипел он, цепляя большими пальцами тонкие кружева.

Эластичная ткань медленно сползла вниз, оставляя меня совершенно открытой под короткой футболкой. Я машинально попыталась прикрыться руками, но Леднёв резко перехватил мои запястья.

- Я же сказал - стой смирно, - его севший в ноль голос звучал твердо.

Одной рукой он прижал мои ладони к двери над головой, другой медленно задрал подол красной футболки, обнажая живот, затем - грудь с уже затвердевшими сосками.

- Вот так лучше, - алчно пялясь на мои обнаженные прелести.

Я зажмурилась, но Максим слегка ущипнул меня за бедро, вынуждая к очередному болезненному зрительному контакту.

- Роза, я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, когда мы сейчас будем заниматься любовью… - в этот момент его пальцы глубоко, без предупреждения меня заполнили.

Ноги дрогнули, с губ сорвался задушенный стон.

Я дернулась, однако Максим без труда удержал меня на месте.

- Тише, - он прикрыл мне рот ладонью, - нам ведь не нужны свидетели.… - притянув меня ближе к себе, Максим с мучительной медлительностью снова ввел в меня пальцы, - Я всё делаю правильно? Я ведь правильно тебя понял, Роза? - он сбито выдохнул, не отпуская взглядом мои глаза.

Я кивнула.

- На этот раз ты от меня не сбежишь? - пугающе вкусно лаская мою промежность, растягивая, подготавливая к своему внушительному размеру, вынуждая стоять в одной лишь поднятой футболке, прекрасно зная, что мне некуда бежать, никуда от него не скрыться.

Да и не хочется….

Потому что только рядом с ним было так хорошо, что даже в каком-то смысле плохо… ведь когда Леднёва не было рядом накрывало мощными отходняками.

- Я очень-очень голоден, а аппетит у меня, ой, как разыгрался. И только одна девушка способна утолить этот звериный голод. Я, пиздец, как по тебе соскучился, Роза… Хочу тебя сожрать.

Ещё пара движений его пальцев, и поезд тряхнуло на стрелке. Я закусила губу, потому что каждый новый толчок совпадал с ритмом колес, только усиливая мои сумасшедшие ощущения. Но мне этого было чертовски мало…

- Хочу тебя, Максим, - мой голос прозвучал незнакомо. - Всего тебя… - уносясь в абсолютнейший хаос и непонимание происходящего, когда твой мир сужается до одного единственного человека.

Одного. Твоего.

Я слегка подтолкнула Леднёва к нижней полке.

- Если ты сейчас не войдешь в меня, я просто сойду с ума....

Глава 42

- Тебе не кажется, что на мне осталось слишком много одежды? - проворчал Леднёв, играя с подолом моей футболки.

Я неловко усмехнулась, но этот звук оборвался, когда поезд внезапно дёрнулся, и я начала терять равновесие. Однако Максим ловко поймал меня за талию, помогая устроиться на узкой нижней полке.

Ухмыльнувшись, он встал передо мной, загораживая тусклый свет ночника. Секунда, и его футболка бесшумно упала на соседнюю полку. Леднёв замер надо мной по пояс обнаженным.

- Поможешь? - тихонько звякнув бляшкой ремня.

Затаив дыхание, мои руки потянулись к его ширинке. Я задержалась на секунду, чувствуя, как он напрягся, как его дыхание становится резче, когда мои пальцы случайно задели его через тонкий хлопок.

Поезд резко качнулся, Максим невольно шагнул вперёд, оказавшись между моих бедер. Его джинсы к этому моменту уже были расстегнуты, и я могла разглядеть внушительный контур того, что скрывалось под тканью боксеров.

- Роза, с твоей фиговой выносливостью тебе сегодня придется нелегко, - он наклонился, чтобы снять кроссовки, и я, не удержавшись, провела ступней по его спине, вдоль позвоночника.

Максим резко расправил плечи, устремляя на меня свой пылающий взгляд.

- Так докажи? - дерзко улыбнувшись.

Синхронный вздох предвкушения разорвал сгустившуюся между нами тишину. Его джинсы упали на пустую полку. А потом и всё остальное.

Одна его рука прижала мои запястья к матрасу, а колено раздвинуло бедра. Спустя миг вторая его рука оказалась у меня под коленом, заламывая ногу к груди, полностью открывая меня.

Ох!

Леднёв усмехнулся, неотрывно наблюдая за тем, как мой живот вздрагивает от смеси возбуждения, смущения и страха. В каждом его прикосновении сквозила такая граничащая с одержимостью нежность...

- Господи, Роза, - на еле слышном вздохе, - я столько раз бредил тобой за эти недели… - поднимая уголки рта в невысказанном обещании скорого блаженства.

В горле пересохло, когда его ладонь медленно пошла по моей ноге от колена вверх, а потом губы Максима скользнули по внутренней стороне моего бедра, обжигая влажным, медленным поцелуем.

Я вздрогнула, когда его язык

Закладка:

- Максим.… - больше с мольбой, нежели с протестом.

- Тише, Ваше высочество, - явно наслаждаясь моей слабой попыткой бунта, которую он тут же пресек, сильнее прижав мои руки к матрасу. - Вот так…. Никуда уже не денешься…

Королева капитулировала, и не поспоришь…

В следующее мгновение Максим вновь склонился ко мне, но уже без слов. Его язык кружил по моей промежности, ласкал, то мягко, то с внезапной жадностью, срывая мое дыхание подчистую.

Я охнула, почувствовав его пальцы у самого входа.

Леднёв будто разделял, разрывал меня ими. Вдруг поезд тряхнуло, и он вдавил в меня палец глубже, заставив беспомощно всхлипнуть, но этот звук мгновенно потонул в грохоте колес.

- Ну, прямо экстремальный секс, - озвучил таким хриплым, сосредоточенным, невероятно сексуальным голосом, запуская горячий, неконтролируемый импульс у меня под кожей.

Максим коснулся моего клитора языком, нажим его пальцев стал жестче, сильнее, окончательно притормаживая работу и без того поплывшего мозга.

Его язык прошелся по складкам, и… я почувствовала внутри второй палец, за ним - новый нажим его языка.…прямо там. Глубоко. О-о-очень глубоко. Тело выгнуло на полке от потока истомы огненной лавой, пронесшейся по сосудам.

А Леднёв внезапно оторвался от меня: убрав руки, он нахально усмехнулся.

Приподнявшись на локтях, я возмущенно вскинула голову…

- Сейчас, моя Королева, - несколько томительных секунд, после которых я услышала характерный звук разрываемой фольги.

В его глазах поволока. Губы плотно спаяны. Я же больше не могла ждать, потому что крыло. Так нещадно крыло изнутри.…

- Королеве уже не терпится принять своего Короля, - пробормотала я, нетерпеливо облизывая губы, с акцентом на том самом слове.

Принять. Немедля больше ни секунды.

- Вот даже как мы заговорили, - своим прищуренным взглядом, окончательно выталкивая меня за грань, потому что я хотела его как ненормальная … только его.

Максим провел головкой у самого моего входа, медленно размазывая влагу. Мои бедра непроизвольно дернулись ему на встречу, однако Леднёв не торопился, наказывая меня своей медлительностью.

- Терпение, Ваше Высочество, - и я вздрогнула от его железной хватки на талии.

А потом.… Максим приподнял мое бедро, вновь открывая полный доступ к самой уязвимой части моего тела.

- Готова принять своего Короля? - его голос звучал хрипло, почти зверино, пока он каменной эрекцией прижимался к моим мокрым складкам.

Я почувствовала, как напряглись его мускулы, удерживая себя, сдерживая эту бешеную животную потребность…

Но алчный морок на дне его зеленых глаз всё-таки победил.

И, прежде чем я успела ответить, Максим резко рванул бедрами вперед, проникая в меня одним жестким, безжалостным толчком.

Я ахнула, пальцами впиваясь в матрас, ощущая, как он раздвигает меня, заполняя до предела, заставляет каждый мускул у внутри сжиматься вокруг его твердости.

Леднёв не дал мне привыкнуть, сразу начав резко двигаться: выходя почти полностью, прежде чем снова проникать до самого основания.

- Вот так.... - его пальцы впились в мое бедро, удерживая ногу прижатой, лишая меня возможности сомкнуть колени. - Боже, какая ты вкусная, Розочка… - он глубоко, по-хозяйски проникал в меня снова и снова.

Я натурально захлебывалась в ощущениях, пытаясь подстроиться под этот неумолимый звериный ритм, сгорая от каждого движения, от тесноты, от жара…

Я попыталась зажать его ногами, чтобы хоть немного восстановить утраченный контроль над своим телом, но Леднёв лишь рассмеялся, умышленно вгоняя в меня член до самого упора.

- Максим… Че-р-т…. - простонала я, вонзая ногти в его плечи, чтобы удержаться от падения… хотелось ещё немного… ещё чуть-чуть побалансировать…

- Разве Королевы сквернословят? - он с деланным удивлением приподнял бровь, двигаясь теперь с изматывающей, хищной размеренностью.

- Я.... я повелеваю ... тебя казнить... за... за....

Я собрала последние силы, поднимаясь на локтях - хотела, чтобы наши взгляды оказались на одном уровне.

Но в этот миг Максим слегка надавил на мой припухший клитор, беспощадно рванув бедрами вперед… и мир рухнул, вышвыривая меня за грань реальности.

От накатившего удовольствия стало почти физически больно.

Да нет, не почти.…

- Тише, Роза, - мой сорванный всхлип превратился в вопль наслаждения, когда между пересохших губ протиснулись его пальцы, пока бедра Максима продолжали свое чувственное порабощение, с каждым новым толчком лишь усиливая сход моего оргазма….

Глава 43

Я не сразу сообразила, почему Леднёв замер. Внезапно раздался резкий стук в стенку.

- Эй, там! Можно потише! - рявкнул чей-то раздраженный голос.

- Сорри, сейчас закончим… Ну, минут через десять, - невозмутимо парировал Максим, всё ещё находясь во мне, а его пальцы в этот момент рисовали узоры у меня между ног, продолжая сводить с ума. - Если, конечно, Моя Королева не против ещё немного попотеть.…

Его дерзкий тон вновь заставил меня прокатиться по его спине ногтями, прикусывая губу, чтобы не застонать. А сосед за стенкой громко ахнул, пробормотав что-то про «молодых и наглых», и ведь он был прав…

Ох, Роза, что же ты творишь? Куда же испарилась твоя стеснительность?

- Нужно остановиться, - мои ладони опустились Леднёву на ягодицы, крепко их сжимая.

Максим, судорожно втянув воздух, шепнул мне на ушко.

- Да. Только, сперва, мне нужно кончить, иначе тебе даже казнить меня не придется - сам сдохну… Да и тебе бы ещё разок не мешало. Может, тогда хоть помилуешь? - он сделал ритмичное движение бедрами, своим пронзительным серьёзным взглядом явно намекая на потепление в наших отношениях, хотя весьма комично было бы продолжать воротить от него нос, учитывая то, чем мы вот прямо сейчас занимались.

- Но как мы….

Он вновь достаточно ощутимо толкнулся.

- Запрещённый прием.… - пробормотала я в сантиметре от его губ: так по ним соскучилась, но… я в очередной раз попыталась отогнать от себя неприятные мысли, уловив во взгляде Максима невысказанный вопрос.

Я чувствовала, что он хочет меня поцеловать - не только сейчас, но и тогда - в душевой, но вновь увернулась от его губ, отводя взгляд, пряча лицо в его плече.

Тем не менее, Леднёв продолжал сжимать меня в объятиях, лишая движений и пространства, и… ещё теснее… до задушенного дыхания, до новых всполохов костра, разгоравшегося в едва ли пережившим сход оргазма теле, бешено ударяя по улетучивающимся остаткам моего здравого смысла…

Он был прав. Мне хотелось ещё.… Мне необходимо было ещё, пусть даже

Закладка:

Близость Максима. Его неразбавленная мужская энергетика. Напор. Запах. И убийственно-прекрасное чувство наполненности. Все это разрывало меня на части. Полосовало, требуя новой грани, новой вершины обоюдного удовольствия, безграничного опьянения, безумства, заставляя ерзать под ним, прижимаясь глубже, теснее, вбирая ещё больше его твердости и длины.

- Максим….

- Мм? - слегка искривляя губы. - Я не остановлюсь, - жестким быстрым ударом бедер тут же подтверждая свои слова. - Так что, Розочка? - опасно скалясь, проницательно заглядывая мне в глаза.

- Сильнее. Пожалуйста. Я хочу ещё, - мучительно вглядываясь в горячий мрак на дне насыщенной зелени, еле слышно пробормотала я.

Что-то в его взгляде под сенью длинных угольных ресниц коротнуло.

Секунда, и там уже господствовала тьма. Беспробудная. Затягивающая… Сулящая такое дичайшее наслаждение, что мне не хватало дыхалки. Легкие попросту не выдерживали…

- Я же тебя сейчас.… - тараня меня на этот раз резко, жадно, требовательно, хлестко, похоже, окончательно теряя рассудок.

Впрочем, как и я - потому что я уже перестала что-либо соображать, падая в бездну беспросветного, абсолютно бесстыжего удовольствия, ибо градус огня в моем теле был настолько высок… Не сопоставим с жизнью. Я умирала под ним. Умирала и воскресала, вообще не отдавая себе отчета в происходящем.

Толчок. Ещё и ещё.

Максим больше не был чутким и ласковым. Он слетел с катушек, буквально нокаутируя меня каждым новым движением своих бедер, вынуждая постанывать все бесстыднее и громче, совершенно позабыв о том, что нас могут услышать.

Резкий удар бедрами, одновременно с тем, как я неосознанно подалась ему на встречу, и…

- Леднёва, ты меня убиваешь…

Новый удар. На этот раз последний перед неминуемым исходом…

За ним сорванный хриплый выдох мне в шею, практически звериный рык, после которого мой мир, опасно накренившись, не удержался, рухнув в кипящую магму экстаза, несравнимого вообще ни с чем…

Не было в моей жизни ничего подобного. Ни разу. Я даже двигаться не могла, расплавленная под его горячим, потным телом, потому что мой предел был вероломно пройден, и сейчас мы оба находились в эпицентре взрыва.

Одновременно накрыло дрожью по сплетенным телам. И его, и меня.

Кажется, в стенку снова постучали.

Откинув голову, Максим протяжно рассмеялся в сантиметре от моих губ.

- Да е-п-р-с-т.… Пойти ему в бубен, что ли, дать? - почти падая на меня, но всё ещё не покидая мое расслабленное тело, тяжело выдохнул он.

- Не надо… Не уходи… Давай просто полежим ещё немного вот так…. - рассеянно перебирая его влажные волосы.

Мы замерли, услышав, как сосед за стеной ворочается и сердито вздыхает.

- Ну, давай, полежим… - Максим поцеловал мою шею, едва касаясь губами, но от каждого его прикосновения по телу пробегали электрические токи.

- Не двигайся пока…пожалуйста.... - шептала я, ужасаясь лишиться этого невероятного чувства наполненности.

Леднёв едва ощутимо повел бедрами, специально замедлив ритм, доводя меня до какого-то полубессознательного состояния. Катарсиса. До срыва всех срывов и потери контроля, даже когда терять уже было нечего.

- Всё-таки придется тебя казнить, - беззвучно шевельнула я губами, чувствуя, как его ладонь играет с моим соском.

- Врёшь, - Максим ухмыльнулся, когда поезд с грохотом влетел в тоннель. - Кто ещё будет тебя так трахать? Мм? - снова накрывая мою шею губами.

Глава 44

Когда всё закончилось, я, сперва воспользовавшись влажными салфетками, натянула трусики, отодвигаясь от Максима к самому окну и невольно отворачиваясь.

На душе был полнейший раздрай. И провал моей обороны. По всем фронтам. Вместо того, чтобы поговорить, я позволила Леднёву всё это.… Все. Это. Ох-хо. Дикость ситуации выходила за пределы моего понимания, и я всеми силами пыталась вернуть утраченный контроль.

- Роза? - тихо обратился ко мне, надеюсь, уже одетый Максим.

- Ауу? - судорожно пытаясь сообразить, что сказать. - Я не понимаю, как так вышло… - тараторила я, нервно поправляя растрепанные волосы.

Скользнув по его телу расфокусированным взглядом, я выдохнула с облегчением, заметив, что он натянул не только боксеры, но и джинсы, вальяжно рассевшись на полке с закинутыми за голову руками.

- Действительно. Очень неожиданно, - с тенью насмешки в голосе. - Только отчего-то такое происходит всякий раз, когда мы остаемся наедине. Подозрительная тенденция, не находишь? - Максим едва заметно повел уголками губ.

- И к чему ты клонишь?

Неужели, я легкодоступная девица, всегда готовая по щелчку его пальцев? Леднёв, а ты не офигел ли?

Фыркнув, я гулко выдохнула, что вызвало у моего собеседника ещё более широкую улыбку.

- Ну, получается, теперь я как порядочный мужчина обязан на тебе жениться, - неотрывно глядя на меня своими пронзительными зелеными глазами.

Он издевается?

- Роза, а давай съедемся и распишемся? - внезапно серьёзно предложил Максим.

- Что-о-о? - поезд дернулся, и я с трудом удержалась на полке, вцепившись пальцами в край стола. - Что ты такое говоришь.… - я смотрела на него с неверием.

- Говорю, давай жить вместе? - сменив положение, Максим чуть подался вперед, глядя на меня сквозь свои длинные густые ресницы.

Внезапно он поднес ладонь к своему лицу, умышленно демонстрируя мне браслет, увенчанный серебряной розой - тот самый, который я подарила Леднёву на его совершеннолетие. Максим продолжал его носить, несмотря ни на что…

Удивительно, но поддавшись какому-то внезапному порыву перед тем, как поехать на вокзал, я тоже надела этот браслетик, рассеянно опустив взгляд на изящный цветок.

- Ну, что скажешь? - он прицокнул языком, снова откидываясь на спинку.

- А что тут сказать? Это безумие какое-то.… - я потрясенно смотрела на него, вообще перестав понимать происходящее. - Максим, ты чего? Ты когда это придумал? - нервно рассмеялась я, ожидая, что и он подхватит мой смех, признавшись, что так пошутил.

Однако Леднёв продолжал оставаться на удивление серьёзным. Он вздохнул.

- Да вот сейчас и придумал. Не могу больше… Ты каждый раз доводишь меня до белого каления. Свиданка со Славой - это был полный эпик. Как я вообще тогда.… - он осекся. - В общем, Леднёва, мы с ним разобрались, но тебя я, стерву, никуда не отпущу. А после того, что сейчас произошло, это уже и не представляется возможным, - зелень в его глазах потемнела практически до черноты. - Вернемся в Москву, подадим

Закладка:

- На свадьбу у меня пока денег нет, но я обещаю тебе, что чуть позже она будет такой, о которой ты мечтала, - ещё один краткий вздох, после - откровенный мужской взгляд на мои обнаженные ноги, и снова к глазам. - Если вкратце - я тебе готов мир под ноги со всеми вытекающими. Ну что?

Я как-то растеряла весь свой гонор, поджав под себя ноги и окончательно притихнув, конечно, абсолютно не готовая к подобному повороту событий.

Это он мне, что, получается, предложение делает?

- Максим, я думала, мы хотя бы поговорим… - я неуверенно пожала плечами.

Прикусив нижнюю губу, Леднёв коварно улыбнулся, не отрывая от меня своего цепкого взгляда.

- Поговорим, разумеется. Вся ночь впереди. Но для начала я решил продемонстрировать тебе всю серьёзность своих намерений. Чтобы ты в очередной раз себя не накрутила… Уже ведь начала заниматься самобичеванием? - он насмешливо дернул уголком губ. - Наверняка, решила, что я все это провернул ради одного? Да?

Промолчав, я опустила голову.

- У тебя все на лице было написано, и я вообще не понимаю, откуда такие.… - Леднёв кашлянул, явно подбирая слова, - весьма странные мысли в столь умненькой голове?

Максим почти беззвучно добавил.

- Вот сейчас и будем разбираться: кто надоумил и каким образом у тебя практически отшибло критическое мышление?

Я озадаченно смотрела на него, вопросительно приподнявшего бровь.

- Роза, ты согласна жить вместе? - чуть дрожащими пальцами поправив браслет на своем запястье. - И дальше по списку…

- Максим…. Это только из-за секса, что ли? - нервно прыснув.

Леднёв коварно усмехнулся.

- Ну, и из-за него в том числе. Должен же я хоть чем-то компенсировать твой скверный характер? А постель - лучшее средство от истерик. Это мы с тобой уже выяснили опытным путем. Поэтому, если вдруг нас снова начнет штормить, предлагаю почаще использовать данное средство коммуникации, так сказать, - дерзко мне подмигивая. - Я, кстати, как чувствовал, что тебе просто необходимо было выпустить пар…

Максим смотрел на меня так, будто заранее знал, что мысленно я уже сотни раз нас поженила.

- Средство коммуникации! - вздохнув, я закатила глаза. - Все это как-то… - я сглотнула, на несколько секунд зажмуриваясь, - я запуталась, Максим. Нам бы для начала хоть поговорить откровенно, а ты «распишемся…», «съедемся» … Но ни слова о чувствах… Ни слова.… - бессвязно повторяла я, изо всех сил гася нарастающую панику.

Резко втянув носом воздух, Леднёв часто-часто задышал, с каким-то садистским удовольствием заглядывая мне в глаза.

- Это защитная реакция, Роза, - взгляд усталый, бескомпромиссный. - Не всё сразу…. Нужно же с чего-то начинать? - улыбнувшись, он придвинулся ко мне ближе. - Полагаю, тебе есть, что мне рассказать? И сбежать никуда не получится… Почему ты уехала в тот момент, когда была мне так нужна?

Глава 45

- Я не…. ты многого не знаешь…

- И чего же я не знаю? - травя меня убийственным взглядом.

Я не готовилась к этому разговору, не ожидая, что он состоится прямо сейчас, и не вполне понимала, насколько откровенным он должен быть. Но, учитывая то, что только что озвучил Максим, явно переступая через свою обиду и гордость, он заслуживал ответной откровенности.

- На тот момент главное было, чтобы Туз не утянул тебя за собой.… - произнесла я еле слышно.

Максим усмехнулся. Горько. Почти зло.

- Роза, ты прикалываешься? Куда бы он меня утянул? - парировал усталым голосом.

- Ты сам всё прекрасно знаешь.…

- И что же? - мрачный смешок, - Потому что у меня ощущение, что я вот ни хрена не знаю… - процедил он сквозь зубы.

- Тузовского снова арестовали. Мне Лиля говорила… Что здесь непонятного?

- Уже выпустили, - сухо обрубил Максим, на что я, не удержавшись, закатила глаза.

- По-твоему это что-то меняет? По Тузовскому тюрьма не просто плачет, а рыдает горькими слезами! - фыркнув, я покачала головой.

- Роза, я же тебе уже говорил, что не занимался тогда криминалом. Не могу ручаться за Глеба, но, насколько я знаю, он тоже не делал ничего подсудного. Имидж у него такой … бедовый, вот на него и вешают всех собак.

Тут я не смогла сдержать язвительный смешок, вспоминая свой пропавший медальон - ведь это случилось сразу после того, как Лиля оставалась у нас дома…

- Твой «неподсудный» меня обокрал, а до этого подставил тебя с теми деньгами, собранными на благотворительность! Когда же он понял, что прокатило, решил утянуть тебя за собой, подкинув украденную пачку!

Ну, вот меня и прорвало.

Давно хотела рассказать Леднёву о подставе Туза, да только никак не получалось выбрать нужный момент, учитывая наши бесконечные ругачки.

- Можно ещё раз, помедленнее? - Максим прищурился, вопросительно вскинув бровь.

- Я говорю, ты связался с очень плохим человеком… После этого все и пошло наперекосяк, - внутри что-то болезненно сжалось, вспоминая, сколько же зла причинил нам Тузовский.

Леднёв как-то странно смотрел на меня, не произнося ни слова.

Продолжая молчать, я разглядывала его сосредоточенное лицо, переводя взгляд на пальцы, отстукивающие по колену монотонную дробь.

- Ни черта не понял, - он скептически поморщился. - Туз тебя обокрал? И.… причем здесь те деньги? Что значит «подкинул мне украденную пачку»? - впиваясь в меня недоверчивым взглядом.

Ну, вот мы и подошли к кульминации этого непростого разговора.

Возможно, с точки зрения морали я и не должна была рассказывать об участии дяди Серёжи, ведь я давала ему слово, но впервые за долгое время я решила довериться своей интуиции. И сердцу.

- Я видела фотографии вещ.доков, которые изъяли из твоей квартиры вскоре после задержания. Среди прочего, там была и эта несчастная пачка денег, перевязанных моей резинкой. Собственно, по резинке я их и опознала…

Максим нахмурился. Все в нем кричало об абсолютном непонимании и шоке.

- Какая ещё пачка денег? - уточнил он глухо.

- Ну, помнишь весь тот кипиш с пропажей денег перед Осенним баллом?

Пауза. Секунда. Две. Три. По выражению лица Максима было понятно, что он, разумеется, ничего не забыл.

Так и не дождавшись ответа, вздохнув, я продолжила.

- Я внесла свои деньги вместо украденных,

Закладка:

Леднёв как-то странно хмыкнул, продолжая молчать, и тогда я взволнованно добавила.

- Я никогда даже мысли не допускала, что деньги мог взять ты… - да, мне было важно, чтобы он это понимал. - Удивительно, как мы сразу не подумали про Тузовского? - добавила, почти беззвучно.

Какое-то время никто из нас не нарушал повисшую тишину, что начинало немного нервировать. Вдруг Максим прохладно усмехнулся.

- Значит вещ.доки видела, - констатировал он со сталью в голосе. - Очень интересно…

- Да. Но дело было совершенно не в этом, - с тяжелым сердцем я вспомнила ещё один снимок, явно не предназначенный для моих глаз. - Однако все это лирика… Если говорить по существу, я была уверена, что ты невиновен и все это лишь роковое стечение обстоятельств… Только почему ты не вышел ко мне, когда я выбила для нас свидание?

Максим молчал.

Откинувшись на стенку, он прикрыл глаза, разглаживая невидимую складку на лбу костяшками.

- Я ведь как лучше хотела.… - сцепив пальцы замком, я напряженно вглядывалась в его непроницаемое лицо. - Так вот, когда ты не захотел даже объясниться…. - закусывая губу, - выглядело все так, будто ты по-тихому сливаешься. Ну, а после твоего освобождения та ночевка с Трофимовой… - глубокий вдох. - В одной кровати! - сорванный выдох., - Что я должна была подумать? Учитывая твое вранье, из-за которого все и началось, - я прикрыла глаза дрожащей ладонью, - все выглядело более чем однозначно, Леднёв….

И вновь эта нервирующая тишина с его стороны.

Максим стиснул пальцы на колене так, что они побелели. Сознание взрывалось, потому как он вел себя странно, явно не спеша соглашаться с самой очевидной версией происходящего.

Но тогда….

- Что ещё было в этих вещ.доках? - вдруг прервав затянувшееся молчание, сдержанно поинтересовался Максим.

Я поморщилась.

- Ты ведь в курсе, что вас с Тузом пасли какое-то время? И даже в тот день, когда мы отмечали твой день рождения. Ну, вот и делай выводы…. - выделила уничижительной интонацией последние несколько слов.

Открыв глаза, Максим устремил на меня слегка ироничный взгляд.

- Охренеть, - растягивая губы в ломаной улыбке, он отрешенно посмотрел куда-то сквозь меня. - Да быть такого … - Леднёв осекся, судорожно рассмеявшись.

Разбиваемая противоречиями, я тихо пробормотала.

- Может, объяснишь, наконец? - абсолютно растерянно я смотрела в его наливающиеся кровью глаза. - И ещё, ты начал разговор с вопроса «Почему же я оставила тебя в столь трудный момент?», - опустошенный вздох. - Но ты так и не ответил, почему сам проигнорировал наше свидание в тюрьме?! - прошептала я, испуганно наблюдая за тем, как Леднёв практически теряет человеческий облик.

- Объяснить…. - сорванный смех. - Да кто бы мне, сперва, объяснил. Хотя…. - метнув на меня злой взгляд, он протянул руку за телефоном.

На несколько секунд вагон погрузился в напряженную тишину, после чего Максим вручил мне свой мобильный, упершись головой в стенку и крепко зажмурившись.

- Может, теперь до тебя дойдет, почему я не пришел на свидание, о котором был не в курсе…

Не в курсе?

Да что же.…

Одного взгляда на экран хватило, чтобы в ушах зазвенело, а сквозь мое тело прошла неконтролируемая дрожь, провоцируя легкую тошноту.

С экрана на меня смотрело окровавленное лицо Максима, покрытое ссадинами и кровоподтеками: губа распухшая, глаза полуприкрыты, будто он едва держался в сознании.

Господи…

- Максим… - прошелестела я, онемевшими губами. - Они тебя там…. - однако, судя по дате снимка, сомнений не оставалось - в тюрьме Леднёва довели до полубессознательного состояния.

Ублюдки!!!

- Собственно, здесь же кроется ответ на ещё один твой вопрос - «каким же образом Трофимова оказалась той ночью у меня в квартире?» - сдавленный смешок.

- Ленка пришла без приглашения, и я, нагло воспользовавшись её добротой, попросил незваную гостью сгонять до аптеки, так как сам с трудом передвигался даже по своим двадцати пяти квадратным метрам. Ну, а учитывая ее находчивость, аттракцион невиданной щедрости плавно перерос в приготовление ужина…. - осуждающий взгляд мне в глаза. - Закинувшись обезболом, я отключился, а когда проснулся посреди ночи… - истеричный смех.

С тревожно колотящимся сердцем, я впитывала каждое его слово.

- Однако, как бы я не нуждался в заботе и ласке, выставил Ленку вон… Правда, ещё пару дней я провалялся дома, зализывая раны, - и снова этот его более чем прямолинейный взгляд, в котором было намешано столько всего: непонимание, обида, разочарование, задетое мужское эго, затаенная боль.…

Краткая заминка.

Резко сократив расстояние, я тесно прижалась к Максиму. Мои дрожащие пальцы накрыли его ледяные кисти, сцепленные замком. В таком положении под мерное покачивание поезда мы просидели довольно долго, не решаясь нарушить столь необходимое единение.

…. Его дыхание почти выровнялось, пальцы уже не казались такими холодными.

- Ты, правда, думала, я бы не пришел к тебе на встречу? - шепнул Леднёв каким-то не своим, убитым голосом, и почему-то побледнел.

Глава 46

Внутри с каждой секундой только сильнее разрасталось поганое предчувствие.

Разумеется, я уже даже не сомневалась в том, что дядя Серёжа с коллегой скормили мне какую-то свою «правду». Только я всё ещё не до конца понимала масштабов их лжи…

- Я в тот момент не особо думала…. - прицокнув языком, - Особенно, когда узнала о твоем свидании с училкой, - нехорошо кольнуло в районе солнечного сплетения, и по телу разлилась волна мурашек.

Максим протяжно и напряженно выдохнул, прежде чем поднять на меня свой расфокусированный взгляд.

- Чего? Какого свидания? - нервно усмехнувшись, он покачал головой.

- Я же тебе уже говорила - они несколько недель снимали каждый твой шаг… - задержав дыхание, я пыталась подавить нахлынувшую ревность, сжавшую горло, - Я видела снимки… - опуская взгляд.

- И что же ты видела? - с таким откровенным холодом, что я невольно вздрогнула.

- Ты целовался с той девушкой…. Ну, из-за которой тебя выперли из прошлой школы…

- Вот даже как?

Закладка:

Спустя паузу он безучастно добавил.

- Насчет того «свидания» с училкой, как ты выразилась… Она ждала меня возле Лехиного дома. Приспичило, видите ли, ей поздравить меня с совершеннолетием, - язвительный смешок, - То, что она полезет ко мне целоваться, было такой же неожиданностью, как и ее визит в целом… - прищурено глядя мне в глаза, - Мы не целовались, Роза. Вернее, она попыталась меня поцеловать, но эта затея с треском провалилась, потому что я сразу же обозначил, что люблю свою девушку и верен ей…

Любит.

А я.…

Осознание всего произошедшего повисло в воздухе, летая над нашими головами. Сделав глубокий вздох, я пыталась сдержать слёзы обиды и боли.

Все уважение к Якушевскому молниеносно испарилось, все хорошие и даже нейтральные воспоминания, та преданность, что выработалась между нами за почти десятилетие жизни под одной крышей, все это покинуло мою глупую дочерчиваю душу.

- Максим, я должна тебе признаться, почему я так скоропалительно уехала, - покаянный вздох, - Я думала, что помогаю тебе… Отчим сумел меня в этом убедить.… - морщась и делая паузы, я пересказала ему тот наш разговор с Якушевским, объяснив, почему все эти недели не выходила на связь.

Напряженная тишина добивала.

Но я продолжала покорно молчать, дав Максиму время осмыслить сказанную мной правду, ведь теперь он знал, что я уехала до конца лета не просто так…

- Адвокат Галицкого пытался убедить меня в чем-то подобном. Но я, идиот наивный, до последнего отказывался верить, что взрослый, состоявший мужик решит ни с хера прессануть незнакомого пацана таким вот крысиным методом… - шумно выдохнув, Максим прикрыл лицо ладонью.

Сердце дрогнуло.

- Максим.… - на автопилоте позвав его по имени, я на секунду притихла, - Я тоже ничего не понимаю… - абсолютно потерянно, - Зачем ему это было нужно? Неужели и мама была в курсе? - тихо шмыгая носом, - Господи, как так можно-то?

Протянув руку, я взяла свой телефон со стола, сама не осознавая, что собираюсь делать.

Конечно, мой первый порыв - набрать отчиму, высказав ему все, что я о нем думаю…

- Роза, - с предупреждающей интонацией в голосе, Максим забрал у меня телефон, - Я едва сдерживаюсь, чтобы не сойти на следующей станции и не поехать к твоему «дяде Серёже» пообщаться с ним по-мужски, - выцедил он сквозь зубы, - Но разум подсказывает не пороть горячку, а дождаться завтрашнего утра и сначала проконсультироваться с адвокатом, - я замерла, ожидая следующих слов, - Я не спущу ему этого, - голос Леднёва звучал холоднее обычного, - Дай мне обдумать все и переспать с этим, - Максим поморщился, сверля меня всё ещё потрясенным взглядом.

Я кивнула, потому что и сама сейчас будто бы находилась на дне эмоциональной ямы, ощущая полнейшую дезориентацию в пространстве, осознав, что один из самых близких людей, заменивший мне родного отца, оказался отвратительным и лицемерным - из-за какой-то своей жуткой прихоти он разлучил нас с Леднёвым.

Желчь поднялась к горлу вместе со злостью и разочарованием.

- Только мне не дает покоя одна вещь… - голос Максима был таким холодным и отчужденным.… у меня даже мурашки побежали по спине.

Я вопросительно изогнула бровь, не решаясь его перебивать.

- Получается, твой отчим в сговоре с тем, кто подставил меня тогда в школе, украв деньги.… - он почесал скулу.

- Удивительно, потому что мне всегда казалось, Якушевский ненавидит Туза….

- Роза! - сказал, как отрезал, без права на возражение, — Да пойми ты уже наконец… Это не Туз, - резко добавил он, - Удобно, конечно, валить все на чувака, члены семьи которого по уши завязаны в криминальном дерьме. Я понимаю, тебе хорошо промыли мозги. Ну, ещё бы, учитывая годы работы в органах… Но это не Глеб… - с бескомпромиссной уверенностью, замораживающей и без того мои окоченевшие внутренности.

- Тогда кто? - сглотнув, еле слышно спросила я, ощущая, будто мы угодили в какой-то второсортный детектив, когда любой из твоих близких мог оказаться под подозрением.

Секунда. Леднёв глубоко вздохнул и выдохнул, переводя на меня какой-то уж совсем дикий, взбудораженный взгляд.

- Ну, пи-и-и… - его голос сорвался, - Это финиш, Роз… - судорожно выдыхая, - Это полный финиш… - Вот так картина вырисовывается.… - он сжал переносицу пальцами, делая несколько быстрых коротких вздохов.

- Максим? - прошептала я, ощущая как все мое тело бьет крупная дрожь.

- Потом, Роза, все потом, - чрезвычайно раздраженным голосом с какой-то щемящей усталостью во взгляде произнес Леднёв.

- Но.…

На мгновение Максим прикрыл глаза, после чего вновь устремил на меня свой предупреждающий взгляд.

- Я же сказал, потом. Мне надо немного времени, чтобы все проверить и, наконец, сыграть на опережение. Ублюдок оказался гораздо умнее, чем все думали... - сцепив зубы, - Похоже, «дядя Серёжа» - не главный злодей во всей этой истории, - парировал он стальным голосом.

Ублюдок?

Главный злодей?

- Может, объяснишь? - выдохнув, я сжала кулаки, окончательно перестав что-либо понимать.

- Обязательно. Но как только у меня появятся доказательства. А они появятся в самое ближайшее время. Мы очень вовремя уехали.… - поежившись, я находилась под гипнозом его прищуренных зеленых глаз, на дне которых отплясывали черти, - Только пообещай мне пока держать рот на замке? Ни отчим, ни твоя мать, никто не должен знать, что мы помирились. Ладно? - прохрипел он, потирая челюсть костяшками кулака и быстро набирая кому-то сообщение.

- Да, - рассеяно кивнула я, ощущая просто свинцовую усталость.

- Тогда давай спать? - наконец, безумно измотанно произнес Максим.

… Поезд мерно покачивался, разрезая темноту за окном.

Я лежала на узкой полке, прижавшись к Максиму, чувствуя тепло его тела сквозь тонкую ткань футболки. Одной рукой он крепко обнимал меня за талию, пальцы второй лениво порхали в моих распущенных волосах.

- Нам ещё столько всего нужно обсудить.… - кашлянув, пробормотала я, так и не сумев расслабиться.

- Да. Обязательно. Но, сперва, нужно поспать, - прошептал он низким, обволакивающим голосом, сливающимся со стуком колес.

Я прикрыла глаза, однако отправиться в царство Морфея все

Закладка:

Не тогда, когда его глубокое мерное дыхание касалось моей кожи, заставляя каждый волосок на теле трепетать. Леднёв, кажется, это понял, потому что усмехнулся и притянул меня ещё ближе.

- Что? - я приподняла голову, пытаясь разглядеть его лицо в полумраке.

- Просто приятно, как ты на меня реагируешь.… Ничего не изменилось. Кстати, Авдотья Семеновна и с номерами в отеле, похоже, перепутала, заселив нас в один как семейную пару, - хмыкнул он, скользя по моей шее губами.

Глава 47

Несмотря на прошлую ночь откровений, мою работу в составе университетской делегации никто не отменял.

К счастью, Казань встретила нас ярким солнцем и прекрасной погодой для запланированного товарищеского матча по футболу.

В гостинице нас быстро расселили. Леднёв оказался прав - нам и тут достался один номер….

Но времени на выяснения и споры не было, потому что сразу же начался инструктаж от председателя профкома, после которого произошло разделение: футболистов повезли по одной программе, а нас с Валей и коллегами - по другой.

Первую часть дня я провела в здании Казанского национального исследовательского технологического университета, документируя торжественную встречу двух ректоров, которая, к слову, прошла гладко.

Ректор принимающей стороны оказался приветливым, заинтересованным человеком, и к концу беседы у них с нашим ректором уже намечались совместные проекты.

Закончив с официальной частью, мы с девчонками поспешили на стадион, опасаясь не успеть к началу матча.

Когда мы поднялись на трибуну, игра уже шла полным ходом. Футбольная команда нашего университета вела со счетом два-ноль.

Стоит ли говорить, что один из этих голов забил Леднёв?

Трибуны взревели, когда мяч снова оказался у наших. Я вскочила с места, вдруг заметив Максима, и в этот момент ему передали мяч....

Он поймал передачу на грудь, мгновение балансируя на грани офсайда. Защитники бросились к нему, но Леднёв уже сделал стремительный рывок вперёд, оставив одного соперника за спиной, ловко обведя второго подкатом… И…

Всё произошло за считанные секунды: обводка, рывок, удар. Вратарь бросился в прыжке, но было поздно - сетка вздрогнула…

Г-О-О-О-Л-Л!

Стадион взорвался недовольным бурчанием, потому что забил игрок из команды гостей, но нашим парням было все равно - они ликовали, эмоционально празднуя очередное попадание.

Однако Максим не побежал к своим.

Вместо этого он развернулся, довольно быстро отыскав меня глазами. Леднёв улыбнулся своей фирменной кривоватой улыбкой, прижав руку к груди. Со стороны сердца. Запуская стайку мурашек по моему позвоночнику.

Вокруг кричали и толкались, но мир будто сузился до одного человека, посвятившего мне свою победу. Я с силой зажмурилась, потому что внутри все переворачивалось от восторга…

- Роза, это ведь он тебе… - прошептала Валя мне на ухо.

Почувствовав, как по щекам разливается румянец, я не сумела скрыть улыбку.

- Нуу.… - пробормотала я, закусывая губу.

- Значит, Авдотья Семеновна «не просто так» заселила вас с Леднёвым вместе? А я-то думаю, чего это ты помалкиваешь, будто только и рада оказаться в номере с одной двухместной кроватью в компании самого горячего парня университета? М? - картинно вздохнув, Валя закатила глаза.

- Может быть.… - я прикрыла лицо рукой, стараясь подавить нервный смех.

- Понимаю, что сейчас не время и не место, но клятвенно заверяю, что не отстану от тебя, пока не выпытаю все подробности! - припечатала коллега с шуточной угрозой.

А я в этот момент снова поймала его взгляд - Максим пробегал мимо, вытирая лоб, но нахальная мальчишеская улыбка всё ещё озаряла его красивое мужественное лицо.

* * *

Первый день в Казани выдался настолько насыщенным, что к вечеру я еле держалась на ногах, но нужно было ещё выдержать торжественный банкет, специально организованный в центре культуры Казанского университета.

Вале пришлось задержаться после экскурсии, а я успела съездить в отель и переодеться, однако по дороге на мероприятие мне позвонила мама, в очередной раз высказав мне все, что думает об этой поездке…

- Да, мам, да…

Прижав телефон к уху, я старалась, чтобы мой голос звучал ровно, с трудом подавляя внутренний протест, потому что Максим попросил меня пока делать вид, что ничего не произошло.

Однако, выслушивая ее нотации, я никак не могла отделаться от назойливого вопроса: была ли мама в курсе всей этой подставы? Даже допускать не хотелось подобной мысли….

А если всё-таки.…

Я подъехала к нужному зданию аккурат в тот момент, когда родительница отключилась, только разворошив едва ли затянувшиеся раны.

Сделав глубокий, судорожный вдох, пытаясь убедить себя в излишней драматичности, я почувствовала, как к глазам подступают дурацкие слёзы. Стиснув кулаки, я изо всех сил пыталась вернуть себе спокойствие и самообладание.

Но тоже мимо. Мимо. Все мимо.…

Дыхание сбивалось от мысли о предательстве двух самых близких мне людей. Мой пульс ускорился, а сердце подпрыгнуло до горла.

Определенно не самой лучшей затеей было в таком состоянии идти на праздник…

Сделав несколько шагов вперед, я увидела в торце здания курилку. Ха. Бинго. Меня передёрнуло от отвращения. Но нужно было переключиться… Просто переключиться.

Пробило на истеричный смешок, вспомнив, что после той нашей ночевки с Валей я заныкала в сумке зажигалку и пару сигарет.

Выудив это «добро», я щелкнула зажигалкой, медленно, глубоко затягиваясь, правда, почти сразу закашлялась от переизбытка никотина.

Я стояла в тени дерева, облокотившись о бетонную стену, когда вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд.

Обернувшись, я увидела Леднёва, пытаясь сфокусироваться на его взбешенном лице.

- Какого хрена, Роза? - приближаясь ко мне вплотную.

Я не стала прятать сигарету, нарочито медленно выпуская дым в сторону.

- Ну привет, чемпион! - невозмутимо поприветствовала его я.

Максим остановился в полушаге, его взгляд скользнул от моих губ к сигарете, а потом обратно. Уголок его рта дрогнул в едва заметной убийственной ухмылке.

- Леднёва, ты не перестаешь меня удивлять… - голос Максима звучал низко, вкрадчиво…. опасно.

Сделав ещё шаг, пальцы парня обхватили мое запястье, поднимая руку с сигаретой к его лицу.

Я думала, Максим вырвет ее, но вместо этого он наклонился и.… затянулся, не отрывая от меня своего темнеющего взгляда.

Дым медленно вырвался из его рта, окутывая наши лица.

- Знаешь, что будет сегодня ночью за нарушение правил, Розочка? - прошептал Максим, наклоняясь так близко, что я почувствовала его прерывистое горячее дыхание на своих губах.

- Дисквалификация? - дрогнувшим голосом предположила я.

Леднёв усмехнулся, свободной рукой скользнув к моей талии, и грубо прижимая меня к

Закладка:

- Нет, красавица. Только строгое наказание, - Максим выхватил сигарету из моих пальцев, раздавив её о стену. - Первый и последний раз вижу, что ты травишься этой херней… - сказал он, намеренно медленно проводя большим пальцем по моей нижней губе. - Поняла? - овевая мои губы своим теплым, никотиновым дыханием, так, что мне нестерпимо захотелось его поцеловать, - Ты меня поняла?

Глава 48

Мы вернулись в номер поздно вечером.

Сбросив обувь, я почувствовала, как холод плитки сменяется теплом ковра под тонким капроном колготок.

- Какой-то бесконечный день.… - устало зевнув, пробормотала я.

- Может, закажем что-нибудь в номер? - Леднёв скользнул по мне жадным и каким-то на редкость жестким взглядом, от которого ноги сделались как ватные.

- Что заказывать? На банкете было столько еды, - сделав паузу, я усмехнулась.

- Ну, что обычно заказывают парочки перед бессонной ночью? - хрипло выдал он, облизывая губу. - У нас вроде как намечается романтик… А я не особо в этом спец. Так что ты хочешь? - добавил он вкрадчивым голосом.

Бессонной.… Романтик.

- Максим, - выдерживая его уже привычно прищуренный, темнеющий взгляд, - нам ведь нужно ещё столько всего обсудить.… - вместе с непрошеными воспоминаниями пришло болезненное жжение в груди.

- Да, и ты мне, наконец, объяснишь, почему не хочешь со мной целоваться? - тихо озвучил он.

Чувствуя, как сжимается горло, я пробормотала.

- Я видела, как ты целовался с моей подругой… А потом весьма красноречиво закинул ее себе на плечо, утащив в спальню… - воспоминания об этих его поступках остро кольнули нутро.

Я отвернулась, не в силах больше выносить его взгляд.

Пауза. Краткая заминка.

Откашлявшись, Леднёв спокойно заговорил.

- Неправильно. Я не целовал Трофимову…. - он вздохнул. - Ответил на ее поцелуй…

- Ответил! О, как! А есть разница, учитывая, чем вы занимались дальше?! - и тут я взорвалась, вновь разворачиваясь к нему лицом и впитывая серьёзный сдержанный взгляд парня.

- Я тебе уже говорил, что у меня все это время ни с кем ничего не было, в том числе и с Трофимовой… Ну, за исключением того несчастного поцелуя! - Леднёв стиснул челюсти, буравя меня немигающим взглядом.

- Но ты ведь не собирался мне о нем рассказывать, верно? - я наморщила нос.

В глазах Максима вспыхнуло что-то вроде раскаяния, и от этого мне стало ещё больнее…

- Да, не собирался, - он резко кивнул. - Потому что не придавал этому значения. Знаешь, почему? - ледяной смешок. - Я нажрался у Ленки на др не хуево так.… А перед этим ночь не спал. Не мог уснуть, пытаясь настроиться на встречу со своей Королевой… - знал же, что ты тоже приглашена. Настроился. А ты взяла и примчала со своим мажором на его новой карете… - презрительный смех. - Да, черт возьми, хотелось клин клином! Херак. Чтобы уж наверняка…

- Леднёва, я был адски на тебя зол после того нашего недоразговора, а ещё нажратым в дрова… - он сделал решительный шаг ко мне, и я почувствовала исходящие от него волны сдерживаемой агрессии.

- И, если уж быть откровенным до конца, мне даже хотелось, чтобы ты узнала об этом поцелуе… - его голос зазвучал тверже. - Надеялся, что Ленка тебе поведает, как обычно все приукрасив, - он поморщился, подавив нервный смех, - Вряд ли бы она тебе рассказала, что после нашего так называемо поцелуя меня вывернуло над унитазом, прямо как тринадцатилетнего юнца, впервые попробовавшего алкоголь, - и ещё один вздох.

- Я ведь думал, что ты меня кинула в самый трудный момент.… Ещё и с мажором своим сошлась… - намеренно оттесняя меня к стене.

- Ты же знал, что наши родители давно дружат? Неужели трудно было догадаться, что он просто меня подвез после очередных семейных посиделок?! - негодовала я.

Максим склонился лбом к моему лбу, учащенно выдыхая.

- Рассказываю один раз и дальше мы эту тему закрываем, - стальным голосом. - После того, что произошло, я сказал Трофимовой, что все это ошибка, и романтических отношений между нами на трезвую быть не может. Потому что даже по-пьяни не то пальто, не вставило меня…

Жадно скалясь на мои губы.

- Я собирался свалить домой, - он утвердительно качнул головой, - и тут Лену понесло… Она тоже выпила прилично, видимо, мне назло пустившись во все тяжкие, - Леднёв вздохнул. - Полезла задницей трясти перед парнями…. Вела себя… - он поднес два пальца ко рту в характерном жесте, - короче, мне совесть не позволила бросить эту дуреху. К гадалке не ходи, её бы тогда пустили по кругу… - очень медленно склоняя голову чуть в бок. - Мы ночевали в одной комнате. Я даже не раздевался… - краткий выдох. - Вот, собственно, и вся «лавстори», - растягивая губы в наглой ухмылке. - Что скажешь? Не вели казнить, как говорится…

Мы тяжело дышали. Отрывисто и учащенно.

- Не знаю. Лена много лет была моей лучшей подругой… И это зрелище… - толкая его кулачком в грудь. - Я до сих пор не могу выкинуть его из головы.… Я тогда так в тебе разочаровалась, Леднёв! - яростно выдыхая ему в губы.

- Как разочаровалась, так и очаруешь обратно, - молниеносно среагировав, он схватил мои запястья, заводя их мне за голову.

В полумраке номера его зрачки казались чёрными, бездонными.

Едва ощутимое движение его бедер, намеренно медленное, нарочито пошлое, заставляющее прочувствовать уверенно набирающую силу выпуклость в паху. Мой рот приоткрылся в беззвучном стоне. О-о-ох. Внезапно стало трудно дышать.

- Если бы пассивная агрессия была человеком, она бы сейчас стояла передо мной, - Максим нахально улыбнулся, его твердые бедра снова прижались ко мне.

Он повторил поступательное движение, и по моей спине пробежал электрический разряд. Я сжала его плечи, ногтями впиваясь в ткань рубашки.

- Значит, в губы мы пока не целуемся? - с наглой ухмылочкой, пытаясь обесценить мою обиду.

Ткань его джинсов грубо терлась о мои бедра под тонким платьем, и я невольно выгнулась навстречу, чувствуя, как внутри все сжимается в сладком предвкушении бессонной ночи.

- Леднёв, мне хочется тебя побить… - я фыркнула. - И ответки я не боюсь, потому что девочек бить нельзя. Ха!

- Бей, - его движения бедрами стали резче. - Не хочешь целоваться

Закладка:

Глава 49

Он поднял меня так резко, что я вскрикнула, но тут же закусила губу.

Я инстинктивно обвила его шею руками, чувствуя, как напрягаются его бицепсы под моими пальцами.

Несколько размашистых шагов через комнату, и моя спина мягко упала на кровать. Но не успела я опомниться, как пальцы Леднёва, задрав подол платья, уже вцепились в пояс колготок.

- Они нам не понадобятся.... - проворчал он сквозь зубы.

Я приподняла бедра, помогая ему, но, как оказалось, Максим не нуждался в помощи, одним рывком расправившись с колготками. Его большие грубые ладони скользнули обратно по моим ногам, оставляя на коже мурашки.

- Раздвинь! - Леднёв смотрел на меня в упор.

Я медленно развела колени в сторону, чувствуя, как натягивается тонкая ткань трусиков между ног. Тогда он провел там пальцем и тихо усмехнулся.

- Ты вся мокрая…. Ещё в автосервисе так было, когда я, ни черта не соображая, смотрел на тебя, а ты делала вид, что не замечаешь, тараторя про эти чертовы спряжения глаголов.

Я тихо сглотнула, потому как моя фантазия не на шутку разыгралась после его слов, ведь во время наших уроков в автосервисе, о чем я только не мечтала.…

Преимущественно, о нем. На мне. Охх, Роза…

Леднёв стремительно избавил меня от трусиков.

Его пальцы впились в мои бедра, удерживая их широко разведенными, а горячее, сорванное дыхание обожгло кожу прежде, чем я почувствовала первый влажный поцелуй своего парня.

- Ты даже не представляешь, как часто я думал об этом во время наших занятий, - глухим, смазанным от желания голосом. - Однажды ты уронила ручку и наклонилась, чтобы её поднять…. Я тогда чуть не сорвался, Роз. Мечтал сделать тебя своей прямо на том старом засаленном диване…

Я вспомнила те дни в автосервисе, как он притворялся, что сосредоточен на уроках, а сам украдкой бросал взгляды на мои ноги или в декольте.

- Почему ты всегда скрещивала ноги, когда объясняла мне сложные темы? - Максим прижал мои бедра к матрасу.

Его прерывистое дыхание обожгло кожу, прежде чем он медленно провёл языком снизу вверх - от самого чувствительного места у входа, через дрожащие складки, до тугого бугорка, одним лишь своим прикосновением заставив меня выгнуться.

- Я мечтала развести их ... вот так… - шумно втягивая воздух. - И заставить тебя забыть обо всем… - хриплый смех.

- Охх, чёрт.… Леднёва, я не планировал кончать раньше времени, - его губы обхватили клитор, а кончик языка медленно закрутился вокруг него, увеличивая давление.

Вцепившись в простыни, я пыталась сдержать стоны, но Максим лишь усмехнулся.

- Я тогда представлял, как ты кричишь, когда я делаю это...

- Делаешь что? - мысленно поражаясь собственной наглости.

Тяжелый вздох.

- Трахаю свою Королеву в грязной автомастерской, - нажим его пальцев на клитор заставил меня содрогнуться, - Ласкаю, трогаю, вылизываю. Нежно. Грубо. Нужное подчеркнуть.

- Выходит, ты всегда был способным учеником, Максим Леднёв… - сдавленно пробормотала я, легкомысленно хихикая.

- Именно. В том, что касалось тебя, я был профи. А ты всегда сводила меня с ума... Своими ногами в этих чертовых обтягивающих джинсах... Своим серьёзным голосом, когда объясняла мне задачи, делая вид, что не замечаешь мой стояк.

Закусив губу, я прошептала.

- Леднёв, не придумывай…. Какой ещё стояк?

- Хочешь сказать, ты не видела, как у меня каменел, когда ты сидела рядом? Специально же без конца ко мне прижималась бедрами, опуская реснички. Провокаторша, хренова.

- Максим, я… - я попыталась что-то сказать, но он приподнял голову, его губы блестели. - Зато теперь ты моя девушка, и я могу часами заниматься с тобой любовью…

Я жалобно застонала, потому что Максим начал творить со мной такое…

Пальцы одной его руки крепко держали мою промежность открытой, а два пальца другой медленно вошли внутрь, изгибаясь вверх, нажимая на ту самую точку, от которой у меня перехватило дыхание.

- Лед-н-е-е-в…. - он втянул клитор в рот, слегка посасывая, пока пальцы внутри ускорялись.

Я вцепилась в простыни, когда его язык забился быстро-быстро по самому чувствительному месту, а пальцы давили точно в ту точку внутри, и я чуть ли не взвыла, стоило Леднёву добавить третий палец.

Это было слишком - мое тело взорвалось бесконтрольными спазмами, но Максим не останавливался, продолжая вылизывать меня, пока я не закричала, полностью обмякнув.

- Полагаю, с первой контрольной я справился? - нахально поинтересовался этот наглец, ловко помогая мне избавиться от платья и бюстгальтера.

- Твердая четверка, - промурлыкала я, зачарованно наблюдая за тем, как он освобождает себя от одежды.

- Четверка? - глаза Максима сверкнули азартом, когда он потянулся к пачке с презервативами.

Фольга звонко порвалась под его зубами. Он даже не взглянул вниз, ловко натягивая резину на полностью готовый член, не выпуская меня из поля зрения.

- Раздвинь. Шире, - прорычал Леднёв хриплым, почти животным голосом, входя в меня одним резким, глубоким толчком, от которого свело низ живота.

Его пальцы переплелись с моими, прижимая ладонь к простыне.

Глубокий вдох. Мощный толчок. Выдох. Судорожный вздох. Ритмичное проникновение. Удар за ударом. И так по кругу. Цикл за циклом.

Он немного ускорился, меняя глубину…

Просто непрерывно, методично заполнял меня собой, пока мышцы живота не начали сами по себе сжиматься в слабых спазмах. Так… приятно.

- Четверка? Серьёзно?! - член Максима долбил в какую-то чувствительную точку, а свободная рука скользнула вперед, слегка ущипнув меня за сосок. - Ну, что скажешь? - нахальный смех.

Я пыталась сдержаться, но тело уже было на грани - раскаленные импульсы стекались от низа живота к бедрам, ноги дрожали, голос срывался.

Задержав дыхание, я пыталась продлить этот момент - сладкое предвкушение, когда ещё можно сдерживаться, но уже не хочется…

Максим почувствовал это. Его ладонь скользнула к месту соединения наших тел, большой палец нашел клитор, легонько по нему стукнув, и тогда все поплыло.…

Меня сжигало, испепеляло и разносило в клочья. Почти до слез. Воздух застрял в груди, превратившись в тихий, прерывистый хрип на каждом его новом толчке. В голове горячий хаос. Крах моего прежнего мира и существования без него.

Как я вообще продержалась столько времени?

Максим ускорился, и я почувствовала, как его тело напряглось в последнем, яростном рывке, уносясь

Закладка:

- Я люблю тебя, Леднёв.… Я так тебя люблю, - неосознанно потянулась к его губам, почувствовав, что это и есть самое верное решение.

Глава 50

POV Максим Леднёва

Она меня поцеловала. Сама. После того, как призналась мне в любви. После того, как мы одновременно кончили, и я всё ещё находился у нее внутри, слегка пульсируя после крышесносной разрядки.

Обхватив мое лицо руками, Роза прижалась губами к моим губам, дразня меня легкими заигрываниями своего язычка, провоцируя присоединиться к её игре…

Однако я не собирался так легко сдаваться, повторюсь, всё ещё находясь у нее внутри. Хаа!

Тогда я почувствовал, как ее бедра слегка сжали меня, будто напоминая, кто здесь на самом деле главный. Смешно, ага, учитывая, как несдержанно я трахал ее всего пару минут назад. Лидерша моя. Во всем ей надо вести и побеждать. Маленькая диктаторша.

Но спорить было как-то не комильфо. Нравится ей считать себя главной? Да, пожалуйста… Я получал истинное наслаждение от всех этих игр, даже не сомневаясь - она тоже.

- Я хочу целовать тебя, Леднёв, - с милой угрозой в голосе прошептала моя любовь. - Умираю, как соскучилась по твоим губам.… - на сорванном вдохе.

И, прежде чем я успел что-то ответить, Роза подалась вперед, поймав мои губы, сначала едва касаясь, как будто проверяя, не отпряну ли я.

Но, когда я, пусть и лениво, ответил на поцелуй, ее язык проскользнул между моих губ, едва касаясь моего. А потом поцелуй Розочки стал глубже, алчнее, злее…

Я не уступал, крепко обхватив ее затылок, не давая оторваться, пока наш поцелуй не превратился в нечто всепоглощающее и отчаянное, больше напоминая борьбу.

Мы дышали друг другом, торопливо, жадно… Она тихонько стонала прямо мне в рот, и от этого звука внутри все сжималось в горячий, тугой узел.

Ее поцелуи заводили так, что пиздец.

Крышу рвало на раз-два.

Я почувствовал, как желанное тело моей девочки снова напряглось под моими руками и губами. Понял это по ее учащенному дыханию, едва уловимому движению бедер…

Она хотела ещё, и мой член, будто уловив ее желание, вскоре откликнулся довольно однозначным крепким стояком.

Я аккуратно вышел из нее, и, стянув использованный презерватив, вытерся простыней, после чего потянулся за новым.

Все это время Роза наблюдала за мной своими прищуренными ведьмовскими глазами: с ее губ сорвался возглас удивления, когда она увидела, как я раскатываю латекс по стволу.

- Теперь твоя очередь сверху, - я хрипло усмехнулся, хватая ее за талию и переворачивая так, чтобы она оказалась надо мной.

Леднёва не сопротивлялась.

Она лишь провела ладонью по моему животу, прежде чем опуститься на меня сверху. Медленно. Содрогаясь от предвкушения.

Я видел, как ее глаза закатываются, когда она принимала мой член до самого основания.

Едва сдерживался, чтобы не кончить уже от одной этой картины, потому как одинокими холодными ночами я едва ли не стер себе член, наяривая с мыслями о чем-то подобном….

- Ты... - мой голос сорвался на хрип, когда она слегка свела бедра, сжимая меня своими мышцами, - это…

Блять. Это была вышка. Просто мучительно сладко. Охуенно. И хорошо. Роза не ответила. Только прикусила губу и, томно улыбаясь, чуть-чуть пошевелилась на мне.

Говорю же, ведьма.

- Не двигайся, - прошептала она. - Хочу почувствовать ... как ты... - она начала раскачиваться, сначала осторожно, будто прислушиваясь к своим ощущениям, а потом все быстрее, резче.

Леднёва откинула голову назад, и я не выдержал. Её грудь была так близко - упругая, чуть влажная от пота, с нежно-розовыми сосками, уже затвердевшими от желания.

Я наклонился и взял один в рот, чувствуя, как Роза резко вдохнула и замерла.

Губами я обхватил ее гладкий сосок: язык скользнул вокруг, рисуя медленные круги, прежде чем коснуться самого чувствительного места.

Моя ведьма застонала, ее пальцы впились в мои волосы, прижимая меня ещё ближе.

- Да.... вот так... - прошептала она, слегка выгибаясь, вбирая мой член в себя ещё глубже.

Я переключился на другую грудь, покусывая ее чуть сильнее.

- Максим....

Мой язык продолжал играть с ее соском, то ласково, то почти жестоко, пока ее стоны не стали чаще, а дыхание окончательно не разложилось на одиночные жалобные всхлипы и вздохи.

Только тогда я отпустил ее грудь, поднялся к ее губам и впился в них жадным поцелуем, одновременно позволив себе, наконец, пошевелиться под ней.

- Леднёв.... ты… - Роза попыталась что-то сказать, но я заглушил ее слова очередным несдержанным влажным поцелуем, начав двигаться в ней все быстрее и жестче, дурея от того, с какой отдачей моя девочка отвечает мне.

* * *

Роза задремала, а я лежал рядом, опираясь на локоть, и не мог отвести от нее свой взгляд.

Она казалась такой хрупкой и беззащитной - совсем не той роковой ведьмой, оседлавшей меня с вызовом в глазах всего несколько минут назад.

Я медленно провел пальцем по ее ключице, едва касаясь, чтобы не разбудить. Кожа под подушечкой пальца была чуть липкой от пота, и я не сумел сдержать смешок.

Моя девочка отключилась, так и не дойдя до душа.

Мне тоже было сейчас лень куда-то идти, решил, что утром мы примем его вместе.

В этот миг Роза вздохнула, неловко потянувшись, ее колено уперлось мне в бедро. Я аккуратно отодвинулся, опасаясь ее разбудить, но она, хмурясь, потянулась за моим телом, бессознательно прижимаясь.

- Я тоже тебя люблю.… - пробормотал ей в висок, накрывая нас обоих одеялом, и теснее прижимая девчонку к себе.

Хрустнув костяшками пальцев, я сделал судорожный вдох, потому что раньше мы не говорили друг другу этих слов. Не успели. А в течение последних недель я игнорировал свои чувства, притворяясь, словно их не существует.

До того дня, пока мы не оказались в одной тренерской, подтвердив мои догадки - чувства Леднёвой тоже не остыли, а ее скоропалительный отъезд имел причины.

Весьма весомые причины, как выяснилось.

Она мне типа жизнь спасала…

Вон оно как! А я и не знал, кому обязан своим «чудесным освобождением». Думал, придется уже почку продавать, чтобы рассчитаться с Галицким за все, что он для меня делал.

Исповедь «моей благодетельницы» под стук колес открыла мне глаза, пролив свет на все темные пятна этой запутанной истории. И, Ромка, и мой адвокат были уверены, что без отчима Леднёвой тут не обошлось.

Я

Закладка:

Как-то в голове не укладывалось, что взрослый мужик, который, вроде как, борется с преступностью, способен вот так по беспределу оболгать человека. Какой ему профит портить мне жизнь? Тем более, делать это настолько топорно?

Ярость плескалась внутри меня, пока Роза озвучивала мне недостающие детали нашей картины. Однако у меня не было времени упиваться чувством несправедливости, потому как появились дела поважнее….

Все это время меня не покидало ощущение, будто я упускаю что-то из виду.

Какую-то архиважную, я бы даже сказал, ключевую деталь. Однако я был слишком занят собственным выживанием на дне, чтобы хоть немного переключиться, и посмотреть на всю эту ситуацию под другим углом.

Но в тот момент, когда Роза пыталась убедить меня в виновности Туза, в мозгах будто переключился тумблер, и осознание обрушилось на меня, словно кирпич.

Наконец, начало доходить, что «дядя Серёжа» далеко не главный злодей во всей этой заварушке.

Возможно, он решился на столь радикальные методы отлучения меня от своей драгоценной падчерицы потому как узнал слишком много «правды»?

Удобной, подтасованной «правды» кучерявого задрота Олейника.

Из-за непрошеных воспоминаний у меня вновь сжалось сердце, а ещё адски зачесались кулаки. После истории с «всплывшей» пачкой денег, сомнений не осталось.

И ведь как удобно, имея в поле зрения чувака с запятнанной репутацией, вешать всех собак на Тузовского! Гениально же. Кто ж ещё мог так «хладнокровно» обокрасть детей сироток, а после подставить меня по всем фронтам?

Разумеется, Туз.

Неудивительно, что Леднёва со своим обостренным чувством справедливости повелась на эту муть. Тем более, ее родственнички и друзья семьи «помогли» доверчивой девчонке «докопаться до правды».

И за всем этим стоял трусливый лживый ублюдок Олейник, который, судя по всему, так и не смог пережить их разрыв.

Но пообщаться со мной по-мужски у урода кишка тонка. Поэтому он и придумал хитроумный план, как отомстить мне, разрушив наши отношения с Леднёвой, но при этом остаться в белом пальто, продолжая тереться рядом с Розой, изображая из себя сердобольного дружка.

Неудивительно, почему именно он подвез её на день рождения Трофимовой. Непременно на новой тачке. А потом забрал.

Получается, Олейник был одержим Леднёвой, всё это время вынашивая план, как ее вернуть…

Ну, теперь я был уверен в этом процентов на девяносто девять, надеясь, что после слежки, установленной людьми Галицкого, у меня появятся неопровержимые доказательства не только того, что Олень причастен к моему задержанию и удержанию в камере предварительного заключения, но и избиению Морозова - Славка ведь сказал, что нападавшие нас перепутали.…

А значит этот моральный урод продолжал плести свою паутину.

Мне снова стало больно дышать от накатившей ярости и ревности.

Волна эмоций размером с цунами захлестнула меня, ослепляя желанием скорейшего возмездия. Только теперь я решил сделать все по уму, чтобы в очередной раз не похерить все то, чего добивался потом и кровью.

Однако мне нужно было немного времени, чтобы свыкнуться со всем этим дерьмом, потому что я знал, если увижу ублюдочного Оленя прямо сейчас, то разорву его в клочья. Да, жутко хотелось свернуть ему шею, поэтому я должен был остыть.

Увы, я вынужден был признать, что недооценил Олейника, считая его тупым понторезом, не способным ни на что без бабла своего отца. Но он нас переиграл, чертовски хорошо манипулируя другими людьми.

Мои губы скривились в мрачной гримасе.

Меня одолевали злость и стыд за свою недальновидность, поэтому я не имел права снова облажаться.

Со дня на день этот ублюдок пожалеет, ответив за всё.

Глава 51

*Полтора дня спустя*

Я стоял на перроне, провожая прищуренным взглядом спины Розы и её матери до того момента, пока они не скрылась из виду, сжимая ненужный билет в кулаке.

Последние сутки в Казани я ломал себе голову, стоит ли рассказать Розе все до конца про участие Олейника?

Но в итоге отверг эту идею, опасаясь, что Леднёва не сможет сдержать своих эмоций. Лучше, чтобы она пока думала, что за всем стоит ее отчим, попавшийся на крючок Тузовского.

Да, я попросил Розу до конца этой недели ничего не говорить о нашем воссоединении родителям, дабы не спугнуть своего главного врага.

Уж очень мне хотелось не просто отомстить трусливому Оленю, а сделать это феерично, пинком под зад свалив его с картонного пьедестала, воспользовавшись эффектом неожиданности.

Разумеется, я и с Якушевским собирался разобраться.

Только в правовом поле.

Сегодня же проконсультируюсь со своим адвокатом, выяснив, чем может грозить отчиму Розы и его подельнику подобное злоупотребление должностными полномочиями.

Исходя из этого, мы продумаем дальнейшую тактику действий, чтобы все участники этого плохо срежиссированного спектакля получили по заслугам.

Ещё сегодня меня ожидал откровенный разговор с Леной.

Само собой, Роза не оценит, если мы продолжим хоть и деловое, но взаимодействие с ее бывшей лучшей подругой, поэтому я собирался обо всем рассказать Трофимовой.

На вечер у нас была запланирована съемка для какого-то популярного бренда спортивной одежды, и, так как договор Трофимова заключила ещё пару недель назад, получив щедрую предоплату, отказаться сейчас означало - кинуть всех.

И, как бы мне не хотелось слиться, я не привык вести себя как динамо.

Тем не менее, я собирался поставить точку в нашем достаточно плодотворном сотрудничестве, соответственно, попросить Лену закрыть всю эту историю с моим фанклубом, а группу использовать в каких-то своих целях.

В ней уже было приличное количество подписчиков, учитывая Ленкину хватку, мог выйти неплохой побочный заработок.

* * *

Горячие софиты били мне прямо в лицо, превращая съемочную площадку в небольшое пекло.

Я стоял в углу, прислонившись к стене с надписью «Не курить», и, разговаривая с Галицким по телефону, безучастно наблюдал, как Трофимова в спортивном костюме кислотно-розового оттенка дергается под ритмичный бит трека.

- …. Так вот, насчет нашего мамкиного манипулятора, - Рома хохотнул. - Мы с ним сегодня очень даже плодотворно отобедали…

Драматическая пауза.

- Ром, не томи, а? - я нетерпеливо закусил губу. - Выгорело?

- Ты ещё спрашиваешь. Креветыч, кстати, состриг свои пышные кудри. Приосанился наш прЫнц. За делового перца сойти пытается… Понтонулся передо мной своей новой тачкой, раз пять в разговоре упомянул про «рабочие отношения наших родителей». Этот кусок идиота наивно поверил, что я приглашаю его на вечеринку «только для своих». Прикинь?

Креветыч. Хаа.

Я вспомнил, какое определение Галицкий дал Олейнику в их первую встречу на Школьном балу.

«Олейник напоминает мне креветку. Нет характера. Нет твердого

Закладка:

Как же точно.

- Значит, он заглотил наживу. Ну, конечно, кто бы сомневался, что он примет всё за чистую монету….

- Макс, ты где? - нетерпеливо крикнул мне режиссер. - Твой выход!

Вздохнув, я сделал жест, означающий, что вот-вот присоединюсь к съемочному процессу.

К сожалению, сегодняшняя съемка предполагала несколько парных ракурсов, и, очевидно «по чистой случайности», одной из приглашенных моделей-девушек оказалась Лена.

Нам уже не впервой было сниматься вместе, однако, учитывая новые обстоятельства, мне совсем не хотелось прикасаться к кому-то кроме моей строптивой девушки даже «во имя искусства».

- Так что в итоге?

- Мать завтра утром улетает на симпозиум в Италию, и дом будет в моем распоряжении. Думаю, ещё пару дней… Нужно ведь подготовить весь реквизит и специально вечером не кормить собачек, - дьявольский смех.

День или два… Аллилуйя.

- Да, Ром, я тебя понял. Тогда будем держаться намеченного плана. Спасибо, - я отключился, медленно улыбнувшись в темноту.

Откровенно говоря, я минуты считал до момента знакомства Оленя с Ромкиными собачками. Задорные у него песики, по весу они больше напоминали телят. С острыми такими зубами.

Галицкого и ещё пару человек из его ближайшего окружения кровожадные псы слушались беспрекословно, а вот посторонних….

- Макс?!

- Иду-иду… - оттолкнувшись от стены, я шагнул на свет, присоединяясь к Ленке на площадке.

- Снимайте футболку и шорты, молодой человек! На этот раз немного повысим градус тестостерона! - засуетилась вокруг меня ассистентка, хлопая в ладоши.

- А без этого никак? - я хмуро свел брови. - Обязательно до трусов раздеваться?

- Не стесняйся, Максим… - промурлыкала Трофимова. - Ты же в отличной форме! - она игриво проехалась языком по своим ярко накрашенным губам, поправляя огромный кукольный начес на голове. - Тем более, у нас в договоре была прописана съемка в нижнем белье….

Че-го?

- Лен, какая ещё на хрен съемка в белье? - даже не пытаясь скрыть скепсиса, потому что мы договаривались - никакой обнаженки.

- Ну, в спортивных плавках! - тут же встряла в диалог возрастная брюнетка - представительница бренда. - Максим, мы ведь специализируемся на изготовлении спортивной одежды - от худи и анораков до плавательных трусов… Мы с вашим менеджером Еленой все это прописывали в документах, - она бросила напряженный взгляд в сторону Трофимой.

Господи, помилуй.

Последнее, чем я хотел сейчас заниматься - это светить своей пятой точкой на камеру. Но, судя по виноватому взгляду «моего менеджера Елены», особой альтернативы не предлагалось.

Вот такая подстава постав в наш последний рабочий день.

Вздохнув, я через голову избавился от футболки, швыряя ее на скамейку.

- Вот это Аполлон! - ассистентка режиссёра удовлетворенно подняла большие пальцы. - Думаю, нужно сделать пару кадров в таком ракурсе.… Только сними, пожалуйста, браслет! Он не вписывается в концепцию съемки….

Нехотя подчинившись, я аккуратно стянул с запястья украшение, подаренное мне Розой, положив его поверх своей футболки. Удивительно, но в эту поездку она тоже надела свой…

- Какая изящная розочка!

Я обернулся на чересчур восхищенный голос Трофимовой, которая, без спроса взяв мое украшение, задумчиво его разглядывала.

- Максим, не подскажешь, где мне купить такое? - её глаза отсвечивали каким-то маниакальным блеском.

Глава 52

POV Лена Трофимова

- Положи на место. Это подарок моей девушки, - грубо оборвал меня Макс, и в этот момент мой взгляд остановился на гравировке «М и Р» на обратной стороне розы.

Роза.

Изящный серебристый бутон.

М и Р.

Максим и Роза.

Я почувствовала, как вся кровь отливает от лица.

Нет. Не может быть.…

Я бы сразу догадалась.

Леднёва столько раз уничижительно высказывалась в сторону «новенького». Да они ведь друг друга на дух не переносили! Роза как только по нему не проходилась… Бесспорно.

Усмехнувшись, я ещё раз посмотрела на гравировку, неверными пальцами возвращая браслет обратно.

Максим что-то раздраженно процедил, но его слова до меня не дошли, растворившись где-то по пути, потому что взгляд всё ещё был прикован к серебряной вещице.

В голове всплывали какие-то обрывки воспоминаний…

Вот трудовик объединил Леднёвых в одну пару на сборе урожая, или момент, когда все вокруг ополчились против Макса, а Роза демонстративно подсела к нему в столовой, делая вид, будто ничего не происходит…

Неужели между ними уже тогда что-то….?

Желудок сжался в комок, внезапно вспомнив тот предновогодний вечер у Латыповой дома. Пресловутая «бутылочка». Роза с Максимом ведь тоже закрывались в комнате… Только эта тихушница тогда лишь отмахнулась типа «они просто постояли».

Ага. Да. Конечно.

Повернув голову, я наткнулась на взгляд Леднёва. Он всё ещё смотрел на меня недовольно, будто своим прикосновением, я осквернила какую-то его реликвию…

Нижняя губа дрогнула, но я постаралась выдавить из себя привычную жизнерадостную улыбку, хотя внутри все бесновалось…. Обида, ревность, боль, злость рвались наружу, сплетаясь в один густой черный клубок.

Это подарок моей девушки…

Девушки. Ха!

Неужели той суки, которая в прямом смысле бросила его истекать кровью?

И ведь все сходится…

Вскоре после выпускного Роза уехала до конца лета, а Леднёв ходил мрачнее тучи. Значит, это была она? Все это время они крутили любовь за моей спиной?!

Я чувствовала, как кровь отливает от лица, а пальцы холодеют. Ведь я всегда находилась рядом с ним, старалась быть незаменимой, ловила каждый его взгляд, на что-то надеясь...

А он…. Он смотрел на меня, как на прокаженную… И все из-за лживой гадины Леднёвой, которая заграбастала моего любимого.…

Остаток съемки прошел как в густом тумане.

Я механически позировала, тщательно изображая привычную вовлеченность в процесс, но все это происходило будто сквозь непроницаемое стекло.

Во время перерыва Леднёв подошел ко мне, обратившись непривычно напряженным голосом.

- Лен, ты можешь задержаться после съемок? Нам надо кое-что обсудить. Это важно.

Раньше я бы растворилась в этом бархатистом обволакивающем тоне, но в свете последних событий не трудно было догадаться, о чем он собирался со мной поговорить.

Этого нельзя было допустить.

Не сейчас. Только не сейчас.

- Да, конечно! - выталкивая мягкую улыбку.

Когда, наконец, прозвучало «Снято!», я собрала вещи быстрее всех, стараясь не смотреть в сторону Максима. Хорошо, что в этот момент зазвонил его телефон.

Убедившись, что Леднёв отвлекся на разговор, проходя мимо его вещёй, я исхитрилась аккуратно положить браслет себе в карман, и, толком ни с кем не

Закладка:

Только спустившись в метро, я позволила себе глубоко, с надрывом вздохнуть, но мне все равно не хватало воздуха.

Мне нужно было к своему гримуару. Скорее. Правда, по пути я заглянула в цветочный магазин, купив букет из четного количества роз.

Лишь дома я позволила себе дать волю слезам. Хорошо, что мама поехала отмечать день рождения подруги на базу отдыха, и квартира находилась в полном моем распоряжении для проведения серьёзного ритуала.

Прежде чем начать, я отправила Дронову сообщение, отменив нашу сегодняшнюю «встречу». Да, так уж вышло, что после моего дня рождения мы с Андреем иногда встречались, исключительно «для здоровья».

Опытным путем было установлено, что он очень даже неплохо трахается, а мне же надо было как-то восстанавливать свой энергетический баланс…

Увы, не сегодня.

Ставки были слишком высоки, пару часов назад взлетев буквально до небес. Я не имела права упустить Максима, потому что он был предначертан мне судьбой.

Вытащив из кармана этот проклятый браслет, мои губы сами собой искривились в подобии оскала.

Он с ней. Он выбрал ее.

Мою лучшую подругу.

Нет, так не будет.

Рванув к шкафу, я вытащила оттуда старую коробку из-под обуви, в которой хранились мои эзотерические штучки - свечи, травы, сухоцветы и очень редкие карты, купленные на блошином рынке у старой повитухи, так сказать, «на экстренный случай», ведь они олицетворяли настоящую оккультную магию.

Вот этот случай и настал.

Покопавшись в ящиках стола, я отыскала портрет Максима, положив его перед собой.

- Ты будешь моим... - прошептала я, зажигая тонкую черную свечу.

Пламя дернулось, отбрасывая пляшущие тени на стены. Достав красную нить - символ страсти - я туго обвила ее вокруг фото.

- Пусть его сердце горит только для меня. Пусть он забудет о своей девушке, думает только обо мне… - повторила я несколько раз, используя специальные, усиливающие эффект слова.

Затем я нашла фотографию Леднёвой, вглядываясь в ее привычно серьёзное лицо. Всегда такая правильная и непорочная.

Лживая сука.

Миг, и ножницы блеснули в тусклом свете свечи.

- А ты .... исчезнешь.

Лезвие впилось в бумагу, разрезая изображение бывшей лучшей подруги.

- Пусть между вами будет тьма. Пусть он видит в тебе только гнусную предательницу… - и я начала отрезать кроваво-красные бутоны от стеблей.

Что-то холодное и липкое пробежало по коже, но я загнала это ощущение в самый темный угол сознания. Роза все это заслужила, плетя интриги у меня за спиной.

Неотрывно наблюдая за догорающей свечой, я набрала номер Туза.

- Лена, чем обязан? - через несколько секунд я услышала расслабленный хриплый смех Тузовского, облизывая губы.

- Привет, Глеб! Ты же у нас специализируешься по всякой запрещёнке? - я медленно натянула браслет на запястье. - Мне нужно, чтобы ты для меня кое-что достал…. Поможешь?

Глава 53

POV Роза Леднёва

Открыв ежедневник, я ещё раз пробежалась глазами по задачам, с облегчением осознав, что практически все готово к завтрашнему посвящению студентов первокурсников нашего университета.

Только вернулась из Казани, и сразу, как говорится, с корабля на бал.

Отдыхать и расслабляться было некогда, потому что мы с ребятами из профкома отвечали за это мероприятие. Хорошо, что коллеги, оставшиеся в Москве, ответственно подошли к своим обязанностям, и нам с Валей осталось скоординировать лишь пару организационных моментов.

- Ну что, все календари распечатали? - спросила она, косясь на меня с нескрываемым любопытством.

- Да. И по аппаратуре я уже созвонилась с ведущим. Всё уладили, - я указала на соответствующую зачеркнутую строчку в моем ежедневнике, откидываясь на спинку стула.

Коротко кивнув, подруга продолжала метать в меня пытливые взгляды-стрелы, очевидно, ожидая подробностей нашего рандеву с Леднёвым.

- Эй, не смотри так! - сказала я, прибирая творческий беспорядок на столе.

- Ты обещала обо всем мне рассказать после возвращения, - с деланной обидой проворковала Валентина, направляясь к небольшому островку, служащему кухонной зоной.

- И ты, похоже, от меня не отстанешь?

Валя отрицательно покачала головой, бросая в чашки пакетики и тут же доставая из шкафчика наш запас печенек, своими решительными действиями намекая на вдумчивый долгий разговор.

- Так что между вами с Максимом? - она снова посмотрела на меня, на этот раз теплее. - У вас ведь что-то началось ещё задолго до этой поездки? - добавила она после недолго молчания. - Я помню, как странно ты держалась во время интервью с футболистами.… А теперь все встало на свои места.

Я глубоко вздохнула, интуитивно определив, что могу ей доверять. Было в Вале что-то такое располагающее и искреннее: я очень надеялась, что мы по-настоящему подружимся.

- Мы с Максимом учились вместе в одиннадцатом классе, - наконец, выпалила я, на что Валя тихо фыркнула, покачав головой.

- И ты все это время молчала? - произнесла она шокировано.

Я кивнула, выдавливая из себя виноватую улыбку.

- Понимаешь, это длинная и запутанная история, уничтожившая во мне ни одну нервную клетку, - пробормотала я, чувствуя, что краснею под ее внимательным взглядом.

- Так у нас запаса печенек хватит до завтрашнего вечера, - хитро отбила коллега, навострив ушки, - К слову, разговоры по душам восстанавливают нервные клетки на раз-два!

- Похоже, ты меня переиграла, - шуточно склонив голову, заключила я, некоторое время собираясь с мыслями, ведь я ещё ни с кем не делилась нашей с Леднёвым историей.

Решила рассказать ей в общих чертах, так устала держать все в себе…

* * *

- Телеканал «Россия - 1» срочно требует права на съемки сериала по мотивам вашей истории! - Валя наигранно схватилась за сердце, качая головой. - Господи, а я-то думала у вас просто тайная интрижка… - она выдохнула, откинувшись на спинку стула.

- Ну вот, - я потянулась за очередной печенькой. - Теперь ты в курсе, что я чувствовала все это время. Знаешь, как на американских горках, то взлет, то падение. Особенно тяжело было видеть его в компании всех этих фанаток…

- Но теперь вы все выяснили и окончательно помирились? - легкая улыбка пробежала по ее губам.

- Надеюсь. Хотя мне трудно было принять, что он целовался с моей подругой, - я провела пальцем по краю чашки, озвучив то, что задело меня сильнее всего, ну, помимо сговора моего отчима…

Валя закатила глаза.

- И он уверяет, что кроме того

Закладка:

- Говорит, что у него никого не было.… - я пожала плечами.

- Почти четыре месяца?

- Ну да….

- А такие мужики ещё не вымерли? И ладно бы какой-то кривой-косой! Но у тебя ведь нет проблем со зрением?! - она усмехнулась. - Хорошо бы клонировать твоего Леднёва, и добавить артикул на «Вайлдберриз», чтобы каждая могла себе заказать поштучно! Может, когда-нибудь прогресс и до такого дойдет? - отставляя чашку, коллега скрестила руки на груди.

Я пожала плечами, игнорируя ее испытующий взгляд.

- Роза, а если серьёзно, чисто технически, вы в тот период были не вместе. Скажу больше, Максим все это время думал, что ты его бросила… Тогда какие могут быть претензии? - добавила она, пригрозив мне использованным чайным пакетиком.

- Нет у меня уже никаких претензий, - я фыркнула, радуясь, что всё-таки поделилась с ней - на душе стало гораздо легче. - Разве что, я весь вечер не могу до него дозвониться…. - ещё раз проверив телефон, я так и не обнаружила от Леднёва ни ответа, ни привета.

- Даже не сомневаюсь, что твой суженный тренируется в поте лица, - Валя что-то тихо пробормотала, поднимаясь и убирая следы нашего чаепития. - И, спасибо тебе, что поделилась. Можешь быть уверена, я унесу эти знания с собой в гроб… - подруга зловеще мне подмигнула, и отчего-то у меня даже мысли не возникло усомниться в ее словах.

Подавив зевок, я покосилась на часы.

- Давай уже добьем тут все до конца? Работы минут на сорок осталось…

* * *

- Ну что, кажется, всё готово…. - я откинулась на спинку дивана, с удовлетворением оглядывая разложенные по папкам материалы.

- Если под «все» ты подразумеваешь моток моих нервов, которые уже просто на пределе и лопаются один за другим, то да, - Валя потянулась, похрустев шеей. - Хорошо, хоть до одиннадцати успели закончить.… - подруга принялась ещё раз пересчитывать папки.

В этот момент я отвлеклась на входящее сообщение, в надежде, что оно от Максима, однако отправителем оказалась моя мама.

- Дочка, где ты снова пропадаешь? Позвонила бы хоть раз за вечер…

- Я закончила работу в профкоме. Собираюсь домой, - отослала я, следом вызывая такси через приложение.

- Может, вместе поедем? - запоздало предложила я Вале.

- Мне ещё надо сделать звонок, - она подмигнула. - По личному вопросу…

- Тогда я побежала. До завтра, - поддавшись какому-то неконтролируемому порыву, я крепко обняла подругу. - И ещё раз спасибо тебе за все!

- Да брось, - Валя отмахнулась, но было видно, что она тронута - наш тихий смех эхом разнесся по пустому коридору.

…. Я замерла на ступеньках, рассеянно глядя на экран телефона.

«Ваш водитель отменил заказ»

Серьёзно?

Раздраженно выдохнув, я оглядела полупустую парковку, вздрогнув, когда мой взгляд упал на черный внедорожник, припаркованный у газона.

Стекло со стороны водителя медленно опустилось, и в проеме я увидела Игоря Олейника.

- Подбросить? - странно улыбаясь, тихо спросил он.

Глава 54

Я сделала шаг назад. Зачем он приехал? А главное, как он вообще узнал, что я в профкоме? Эта его навязчивость начинала реально напрягать.

- Спасибо, но я... я уже вызвала такси.

- Отмени, - Игорь вышел на улицу, опершись на дверь, губы парня сложились в натянутую улыбку. - Я недавно заезжал к твоим - мать попросила кое-что передать, ну, и твоя мама выглядела очень обеспокоенной.… Давай всё-таки я тебя подвезу? Поговорить надо, - в его голосе слышались раздраженные нотки.

- Игорь, я не хочу, - твердо ответила я, пытаясь не выдать своего волнения.

- Роза, - он слегка склонил голову, и его глаза стали узкими, как у удава, - пожалуйста, не усложняй, - кивая в сторону темного салона авто. - Сядь, - его лицо на миг исказилось, улыбка исчезла.

Меня бросило в холодный пот. Вспомнила, как он не так давно уже «хотел поговорить», а в итоге настоял остаться у меня на ночь, и вел себя жутко….

После того эпизода у меня дома мы больше не пересекались.

Я отвергала все его предложения о встрече до того момента, пока не найду деньги, чтобы расплатиться с ним за выкупленный медальон, поэтому и продолжала исправно работать в профкоме, надеясь поскорее накопить нужную сумму, лишь бы не быть ему обязанной.

- Игорь, ничего не получится, - выдерживая его пробирающий до костей взгляд, стояла на своем я.

- Ты меня боишься, что ли? - тихо спросил он с опасным блеском в глазах.

Господи, да.

- Нет, что ты такое говоришь? - я глубоко вздохнула, стараясь выровнять дыхание, медленно пятясь к лестнице.

- Роза, это же просто смешно.… - он сделал резкий шаг вперед, и его пальцы впились мне в запястье. - Я же сказал, нам нужно поговорить.

Кровь стучала в висках, дыхание перехватило. Я почувствовала, как дрожь пробежала по всему моему телу, потому что его странное поведение уже переходило все разумные границы. Да что с ним не так?

- Отпусти! - раздраженно выпалила я. - Я же тебе уже сказала, что никуда с тобой не поеду! Чего не ясно?

В ответ лишь его язвительный смех.

- И что ты сделаешь, если я не отпущу? - пальцы Олейника сильнее впились мне в кожу, он наклонился к моему уху.

- Роза, ты начинаешь выводить меня из себя, - прохрипел он полным сдерживаемой ярости голосом.

Зажмурившись, я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

В голове, тем временем, проносились обрывки воспоминаний - этаких тревожных звоночков. Дзынь-дзынь-дзынь. Все громче, и громче… Будто пелена спадала с глаз….

Вполне возможно, он начал преследовать меня гораздо раньше, умело маскируя этот маниакальный интерес. Сначала, прикрываясь равнодушием и отношениями с Ланой Латыповой, а потом - новым витком нашей так называемой дружбы…

А что… если все это время Олейник методично ломал мою жизнь, чтобы мне не к кому было пойти, кроме него? Чтобы, в конце концов, я сама к нему вернулась?

Господи, какой кошмар…

Поясницу прошиб ледяной пот, и я прикрыла рот ладонью, ужаснувшись этих шальных мыслей. А что, если… Нет. Да быть такого не может… Или, всё-таки…

В ушах зазвенело, а через мое тело прошла неконтролируемая дрожь, вспомнив

Закладка:

«Только мне не дает покоя одна вещь… Получается, твой отчим в сговоре с тем, кто подставил меня тогда в школе, украв деньги.…»

«Это финиш, Роз… Это полный финиш… Вот так картина вырисовывается…».

«Ублюдок оказался гораздо умнее, чем все думали…»

«Похоже, «дядя Серёжа» не главный злодей в этой истории…»

- Роза, прекрати вести себя как ребёнок, и просто сядь в машину, - добавил Игорь уже гораздо мягче, возвращая себе привычное амплуа моего «давнего друга».

- Ты делаешь мне больно, - хрипло воскликнула я. - Не отстанешь - я позову на помощь! - добавила злобно, радуясь в душе, что Валя с минуты на минуту должна выйти из здания.

- Послушай….

В тот момент, когда Олейник начал озвучивать очередные бредни своего воспаленного сознания, а мое сердце от переживаний готово было проломить грудную клетку, темноту внезапно разорвал рев мотора.

Яркий свет на несколько мгновений ослепил нас, спугнув Олейника…

Он отскочил от меня, пока я, жмурясь, попятилась в сторону лестницы, а когда проморгалась, то не поверила своим глазам - перед нами затормозил мотоцикл Леднёва.

Сняв шлем, Максим впился в Олейника острым как лезвие взглядом.

- Ты что здесь забыл? - в голосе любимого вибрировала такая осязаемая ярость, что Игорь невольно отступил.

- Это не твое дело… - буркнул он, отнюдь не так уверенно, как измывался надо мной несколько минут назад.

Не сводя с Олейника замораживающего взгляда, Максим медленно слез с мотоцикла. Игорь нервно оглянулся на свою машину, будто оценивая расстояние до нее. На его щеках задергались желваки.

- Свали, - приказал ему Максим, поравнявшись со мной, и в одном этом слове было столько неприкрытой однозначной угрозы, что Олейник резко дернулся к своему автомобилю. - Съебись отсюда, трус! - добавил мой парень перед тем, как Игорь скрылся в салоне авто.

Проезжая мимо нас, он высунулся в приоткрытое окно. Лицо Игоря исказила жуткая гримаса, напоминая Джокера, глаза блестели каким-то нездоровым блеском.

- Теперь понятно, почему Рома перестал общаться с таким нищебродом, как ты, Леднёв, - он ткнул пальцев в сторону Максима. - Ты ещё об этом пожалеешь, неудачник…. - с визгом шин Олейник рванул с места.

- Ты в порядке? - обратился ко мне Максим озабоченным мягким голосом, обнимая со спины, когда внедорожник Олейника скрылся из виду.

Его теплые ладони сжали мои руки, и только в этот миг, тихо всхлипнув, я осознала, как сильно они дрожат.

- Роза? - разворачивая меня к себе лицом, встревожено позвал любимый.

- Да, в порядке, - пробормотала я сквозь слёзы. - Просто я только сейчас всё поняла.… - судорожно выдыхая, - «Похоже, «дядя Серёжа» не главный злодей в этой истории…» Ты ведь Олейника имел в виду? Да?! - часто-часто моргая, чтобы удержать наш зрительный контакт.

- Да, - подтвердил Максим ничего не выражающим голосом. - Теперь-то до тебя начало доходить? - пронзая меня таким пристальным взглядом, что казалось, будто душу полосует, просвечивая рентгеном каждый лоскут.

- Я.… Господи, какая же я дура, Максим… - никогда в своей жизни я не чувствовала себя настолько глупой и беспомощной, едва не заскулив от противоречивых эмоций, навалившихся на меня, вместе с осознанием совершенных Игорем злодеяний.

- Поехали ко мне? - шепнул на ушко Леднёв, бережно обнимая меня за талию.

Не задумываясь, я кивнула, вытаскивая из сумки телефон и записывая маме голосовое, о том, что останусь «у Вали» с ночевкой….

Глава 55

Вечерний свет струился сквозь плотные темные шторы небольшой комнатки в квартире Максима.

- Значит, он всё это время водил меня за нос, прикидываясь хорошим.… - я прижалась к своему парню, пока его рука медленно, осторожно оглаживала мою спину.

Приехав к Леднёву домой, мы практически сразу рухнули на диван-кровать, не в силах даже доковылять до кухни и поставить чайник. Уже битый час так и лежали в обнимку как два тюленя, по большей степени молча.

Откровенно говоря, мне понадобилось время, чтобы осмыслить открывшуюся правду…

___

Игорь Олейник.

Почему я так долго не замечала очевидных вещей?

Собравшись с мыслями, я рассказала Максиму и о том роковом вечере на даче Олейников, после которого и начался новый виток нашего так называемого «дружеского» общения.

Теперь мне даже начало казаться, что, то нападение на нас вполне мог заказать и сам Игорь… В свете открывшихся событий меня бы это даже не удивило. Кто знает, на что ещё был способен его маниакальный мозг?

- Потом он убедил меня в том, что помогает мне, выкупив медальон, который сам же и украл! Представляешь?! - истеричный смешок. - А самое отвратительное, он ведь знал, как этот медальон мне дорог… Я много раз говорила ему об этом… Это был подарок моего отца. Единственная вещь, которая мне от него осталась… И он поступил так со мной… - закончила я, и мои слова повисли в оглушительной тишине.

Максим не торопился отвечать. Просто притянул меня ближе, и я утонула в его терпком мужском запахе.

- У Олейника явно не все дома, - напряженный вздох. - Морозов сказал, что они нас перепутали.… На самом деле, те, кто на него напали, собирались покалечить меня.

- Что? - я буквально подпрыгнула на кровати. - Ты думаешь, это он заказал нападение? - пробормотала я, помертвевшими губами, потому что одно дело - подставить или обмануть, и совсем другое - организовать нападение на человека, это тянуло на реальный тюремный срок…

- Появились кое-какие доказательства, - Максим едва заметно прищурился. - Только, увы, есть большая вероятность, что этот ненормальный ублюдок сумеет отмазаться с помощью своего бати…

- Но, если есть доказательства… - зло повторила я, дрожащими пальцами сжимая его запястье.

- Роза, увы, этот отморозок считает себя и своего батю - системой, а всех нас - челядью. Ему необходимо объяснить на понятном ему языке, - губ Максима коснулась спокойная, жуткая улыбка, мрак в его глазах опасно сгустился. - Завтра я с ним … встречусь, - он сжал челюсть. - Обещаю, он больше тебя не тронет, - любимый коротко усмехнулся, глядя куда-то перед собой, мрак в его глазах стал насыщенным, непроходимым.

- Максим…. - я помедлила, и, пока пыталась подобрать правильные слова, резко вспомнила то, что бросил ему Олейник. - Что он говорил насчет вас с Галицким? - я инстинктивно сжала пальцы на

Закладка:

- Не дождется… - зловещий смех. - Ссора с Ромкой - это часть нашего плана. На этот раз Игорек узнает, какого это, когда смеётся последним не он. А над ним, - добавил он, почти не размыкая губ.

Всё-таки часть плана, и, отчего-то, я была уверенна, он мне не понравится…

- Я понимаю, что Олейник должен ответить за все, что он натворил, но, Максим, пожалуйста, не пачкай из-за него свою карму… - я глубоко вдохнула его родной терпкий запах, утыкаясь носом ему в плечо.

Максим крепко сжал мою ладонь, и зажмурил глаза. На его лице отражались следы внутренней борьбы. Я слишком хорошо понимала его эмоции, поэтому не имела права указывать или ставить какие-то ультиматумы.

Я догадывалась, Леднёв уже давно все про себя решил.…

И, пожалуй, единственное, что я могла в этой ситуации - попросить его окончательно не поддаваться оковам этого мстительного безумия, не падать на один уровень с Олейником.

А дальше уже только его выбор.

- Где твой браслет? - непроизвольно вырвалось у меня, оглаживая его руку.

Максим вздохнул, слегка запрокинув голову.

- Об этом я тоже собирался поговорить.…

Тогда он рассказал мне о том, что произошло на съемочной площадке. И, чем дольше он обрисовывал мне ситуацию, тем отчетливее начинало казаться, что вокруг нас гастролирует выездной дурдом, и он явно решил сейчас выступить «на бис».

- Трофимова схватила его и убежала? Серьёзно?! - я шумно втянула воздух, пытаясь справиться со своими эмоциями. - Господи, ну, на что она надеется? - мне стало дурно от подобного идиотизма.

- Я пытался до нее дозвониться, и как-то мирно урегулировать вопрос, но Ленка все время сбрасывала, а потом у меня разрядился телефон… Завтра утром попробую выловить ее и забрать браслет, - его чуткий взгляд был устремлен на меня, казалось, Максим смотрит мне прямо в душу. - Проведу с Трофимовой серьёзную воспитательную беседу, чтобы она, наконец, уже выбила весь этот бред из своей башки. Тем более, Дрон как-то обмолвился, что у них с Леной вроде что-то закрутилось… - он откашлялся.

- Правда? У Лены что-то с Андреем Дроновым?! - неожиданно для себя самой воодушевилась я.

В конце концов, столько лет дружбы не могли исчезнуть в одночасье, в глубине души я иногда всё ещё тосковала по своей закадычной подружке.

- Не уверен на сто процентов, но около недели назад Андрей позвонил мне, и, судя по некоторым его наводящим вопросам, я сделал такой вывод. Даже обрадовался… Он ведь давно по ней сох, - Максим пожал плечами. - Лене бы выкинуть всю эту ритуальную херню из своей башки… Нормальная же девчонка. Вот чё ей не ймется?

Я не успела ответить на вопрос, вздрогнув от звука вибрации телефона. Нехотя выпуская меня из объятий, Максим протянул за ним руку. Он хмыкнул, посмотрев на экран.

- Здорово, Туз, - любимый устремил на меня многозначительный взгляд.

Интересно, зачем Максиму снова звонил этот противный Тузовский?

Глава 56

POV. Максим Леднёв

Я перевел звонок на громкую связь, не отрывая взгляда от лица Розы.

- Макс, здорово.… - лениво протянул Глеб.

- Чё тебе надо?

- Как грубо, Леднёв! А я ж как обычно исключительно из добрых помыслов! Помочь тебе хочу!

Я с трудом подавил смех, глядя на то, как Роза закатывает глаза.

- Кончай засорять эфир. Не томи, - озвучил я нетерпеливо.

- Да, говорю-говорю…. - картинный вздох. - Твоя бывшая одноклассница и воздыхательница Елена Трофимова тут появилась на горизонте, - смешок. - Просит ей помочь… Заинтриговал?

В этот момент на лице любимой отразилась неподдельная тревога. Я вздохнул.

- И что от тебя понадобилось Трофимовой?

- Сильнодействующее снотворное и, ты не поверишь, что б меня … возбудитель!

Мы с Розой одновременно присвистнули.

- Какой ещё, на хрен, возбудитель?

- Извини, брат, не думал, что у тебя там всё настолько печально, - хмыкнул Тузовский, явно упиваясь произведенным эффектом.

- Ты сейчас прикалываешься, я понять не могу? - не выдержал я.

- Да разве ж шутят такими вещами, Макс? - откровенно глумился Туз. - Говорю же, позвонила недавно Ленка, просит добыть ей «запрещёнку»! Сказала, собирается радикально решать какой-то вопрос! Ра-ди-каль-но! Не сказать, чтобы я обладал столь пытливым умом, но, памятуя о том, как она на тебя вешалась в школе, так, что даже организовала твой фанклуб, сложил два и два… Пахнет какой-то подставой, не находишь?

Не то слово, учитывая, что Лена стащила мой браслет….

Неужели она готова играть настолько грязно?

- Спасибо, - после некоторой заминки выдал я. - И что ты собираешься делать?

- Продам ей аскорбинки вместо снотворного, - зловещий смех. - А с возбудителем я сразу отказал - посоветовал купить тебе «Виардо». Видел в аптеке акцию - две упаковки по цене одной - неделю падать не будет.

Роза издала истеричный смешок, хлопая ладонью по лбу.

- Охренеть, - совсем уж безрадостно процедил я, почему-то представив себе картину, как Ленка опустошает в аптеке склады с «Виагрой». - Реально спасибо, что предупредил… Надеюсь, она всё-таки включит мозги, - я вздохнул, пытаясь заглушить бурлящий поток мыслей в башке.

- Не в моих правилах сливать подобную информацию, но я до сих пор сожалею, что, по сути, из-за меня тебя тогда «замели».… Считай, я закрыл свой должок перед тобой. Помнишь, как в том нашумевшем сериале? Тузовские всегда платят свои долги, - и Глеб отключился.

Роза прикрыла глаза, медленно откинув голову на спинку кровати.

- Это попахивает безумием! - зло усмехнувшись, она сжала виски пальцами. - Только я не очень понимаю схему? Ну, для кого возбудитель - понятно. А меня в этот момент она собралась усыпить, что ли? Чтобы я видела цветные сны, пока вы будете кувыркаться под возбудителем?! - продолжая нервно посмеиваться.

Ну, кино.

А внутри пиздец. Я практически находился на грани. Вот что тут сделаешь, если мать не объяснила девчонке, как важно иметь хоть каплю гордости?

А эти ее выкрутасы с магией? Откуда это вообще пошло? Трофимова как-то ляпнула, что у ее прабабки был «черный пояс» по колдовству…. Ещё и так гордо заявила - потомственная ведунья она, оказывается. О, как!

- Роза, пожалуйста, пообещай мне, что не будешь вестись ни на какие ее провокации? Завтра я сам ее выловлю, и мы раз и навсегда закроем эту тему, - выцедил

Закладка:

- Максим, уж кого-кого, а Ленку я не боюсь… - решительно припечатала она.

- Роза, - я смотрел в её непроницаемое лицо, уговаривая себя не разводить очередной спор, так как это бесполезно - я не мог допустить, чтобы эта «одержимая» что-то сделала моей девчонке.

Поэтому сейчас бессмысленно что-либо обсуждать - завтра с утра вместо тренировки «пообщаюсь» с Леной.

А пока существовала ещё одна весьма щекотливая тема, которую мы с Леднёвой должны были обговорить, чтобы между нами больше ничего не стояло.

- Я собираюсь подать жалобу на твоего отчима и его коллегу в районный отдел полиции, - мое сердце билось тяжело и больно, но я должен был ее об этом предупредить. - Мы с адвокатом уже почти все подготовили, подадим со дня на день.

Стиснув зубы, я попытался вернуть контроль над своими эмоциями.

- Возможно, в результате служебной проверки их уволят за превышение полномочий, - негромко добавил я, выдерживая её внимательный взгляд.

На какое-то время в комнате установилось напряженное молчание.

Я понимал, что собираюсь пойти практически против ее родственника, человека, заменившего Розе родного отца, чувствуя своим долгом донести до него некоторые общечеловеческие истины, в отличие от Якушевского, сделав это в правовом поле.

Между нами образовалась очередная пауза. Гробовая тишина.

Ее ответ будто завис, сгущая и без того наэлектризованный воздух.

Невольно я задался вопросом: смогу ли я передумать, если Роза попросит меня об этом, ведь у нее кроме всего прочего ещё был младший брат?

А моя жалоба способна была лишить ее семью кормильца…

Сердце предательски сжалось, когда я вдруг понял, что не смог бы ей отказать: одно ее слово, и «дядя Серёжа» отделался бы легким испугом, а моя жалоба отправилась в унитаз.

Она - мой ориентир. И, как бы я только что не хорохорился, не допустил бы очередной нашей размолвки.

Хотя внутри у меня случился бы слом.

Разрыв. Окончательный и бесповоротный.

Такое уже знакомое второй номер. Не главный.

Не основной. Благодаря матушке я слишком четко уяснил, какого это быть на вторых ролях для любимых тебе людей. Пожалуй, судьба у меня такая - прогибаться и идти на вечные компромиссы...

Да только моя девушка внезапно выбила почву у меня из-под ног...

- Делай так, как подсказывает тебе сердце, а я поддержу любое твое решение, Максим, - спокойно озвучила она. - Мой отчим поступил с тобой подло, и ты имеешь полное право подать эту жалобу, - она прочистила горло. - Я ведь все эти годы очень его уважала…. Он появился в нашей семье, когда все-все шло на дно, он помог вернуть мою маму к жизни… - Роза вздохнула, - а теперь я даже не уверена, что смогу когда-нибудь его простить.

Пауза.

- В тот день, когда он пошел на поводу у Игоря, вписавшись во всю эту грязь против тебя, против нас… - Роза крепко сжала мою ладонь. - Он автоматически перестал быть частью моей семьи. Тоже самое касается и мамы… - тяжелый вздох. - Она, конечно, не перестанет быть моей матерью, но, если окажется, что и она была в курсе этого заговора, мы вряд ли уже когда-то снова сможем стать одной семьей… Понимаешь, Максим Леднёв?

Странное ощущение накрыло меня с головой.

Восторг. Счастье. И надежда.…

Такая сильная надежда.

Невероятное незнакомое ощущение, когда тебя ставят на первое место.

Она выбрала меня.

Ни отчима, ни свою родную мать или благополучие их семьи, а….

Меня!

- Тогда мы создадим свою семью, Роза Леднёва? - придвинувшись, я переплел наши пальцы хаотичным замком, - Семью, в которой главенствовать будут любовь и честность, - мы держались за руки, моя ладонь - в ее, или наоборот, - Ты согласна стать моей? Моей семьей?! - пробормотал я, до боли закусывая губу.

Быстро кивнув, она продолжала смотреть на меня с этой особенной неописуемой теплотой.

Выглядела Роза сейчас такой сосредоточенной и серьёзной, поджав губки, что я совершенно поплыл, кажется, даже шмыгнув носом.…

Просто пытался окончательно принять тот факт, что эта нежная капризная Кусачка - моя, и такие теплые, душевные вечера скоро станут нашей ежедневной рутиной, тогда как ночами, в том числе и сегодняшней, она снова будет стонать подо мной, извиваясь и задыхаясь от наслаждения.

- Когда ты ко мне переедешь? - негромко спросил я, пробираясь пальцами под края её водолазки.

Глава 57

- Максим, ты уверен, что мы уже готовы к этому?

Я смотрел на нее несколько бесконечно долгих секунд.

- Готовы к чему?

- Ну, жить вместе…. - закусив нижнюю губку, Роза не отводила от меня своих лихорадочно блестящих глаз. - Это ведь такая ответственность.…

Я кивнул.

В голову ударил ее запах. И дело даже не в затейливых композициях её духов, которые Роза, экспериментируя, постоянно меняла. Её кожа…. бл*… Нежный и колдовской аромат. Даже в глазах на секунду потемнело. Любовная магия какая-то…

- Полагаю, мы справимся. Не представляю, как теперь засыпать без этого.… - я провел ладонью по её обнаженной талии, ощущая под подушечками пальцев мурашки. - Тогда, в поезде, я не шутил… Хочу, чтобы все было официально. Тебе даже документы менять не придется, - переведя взгляд на ее губы, я хищно облизнулся. - Я готов нести за тебя ответственность, Леднёва, - продолжая смотреть, чувствовать, пропитываться ею, каждым движением и еле уловимым колебанием воздуха между нашими телами.

Навалился, подминая Розу под себя, придавливая всем своим весом к матрасу. Не мог отпустить.

Не сейчас.… Наверное, никогда.

Я медленно провел пальцами по ее шее, ощущая подушечками бешеный пульс, стучавший в такт с моим. Роза замерла, ее темные зрачки расширились, но она не отводила взгляда, порочно улыбаясь. Вот ведьма!

- Вернемся к нашему разговору минут через пятнадцать? - пробормотал я, подцепив края ее водолазки. - Хочу тебя… Постоянно хочу, - и начал приподнимать их вверх, сантиметр за сантиметром, обнажая сначала плоский живот, затем слегка выпирающие ребра…

- Максим…. - Роза звонко хихикнула, оголяя скобки на зубах, когда ткань коснулась ее небольшой груди, и ей пришлось поднять руки, чтобы я мог снять водолазку.

Я хмыкнул.

Вот во всем бы была такой сговорчивой…

Швырнув ненужную вещицу в кресло, я сосредоточился на своей полуголой охрененной девчонке.

Роза осталась в красном кружевном бюстгальтере - таком сексуальном, что он вполне мог стать причиной моего инфаркта… Или чего похуже, ведь

Закладка:

Пальцы дрогнули, дотрагиваясь до застежки спереди. Гулко хватая воздух ноздрями, я расстегнул ее с тихим щелчком. Помутнение. Сумасшествие. Форменный пиздец.

- У меня крышу от тебя несет, Роз.… - прохрипел я, перехватывая ее руки в районе запястий.

Поймав маленький острый камешек, я обхватил его губами, глядя пьяным взглядом моей шипастой Розалии в глаза. Облизывая, я играл с ее сосками языком, поочередно обводя ареолы.

Однако надолго меня не хватило…

Стянул по её бедрам джинсы вместе с трусиками, ощущая, что меня вот-вот разорвет… Пах будто простреливало мелкими молниями. Бах-бах.

Дальше все какими-то нечеткими вспышками. Кажется, так быстро я ещё ни разу не избавлялся от одежды. Инстинктивно сжал налитый кровью член, скользнув пальцами по головке. Ещё пару мгновений на осознание, что я забыл купить презервативы….

Вот кусок идиота. Сука. Нет. Н-е-е-е-т.

- Ну Максим.… - её надсадный вздох, и будто кровавая пелена нашла перед глазами, когда я уперся набухшим членом в ее влажные складочки.

- Да, моя Королева, - нервный смешок.

Толкаясь внутрь, я медленно двинулся в ее горячее тесное нутро - такая узенькая, что выть хотелось, будто от наслаждения я распадаюсь на молекулы.

Приоткрыл рот. Дыши, Макс, дыши.

Протяжный стон. Роза выгнулась, словно кошка. Вышел. Медленно. И снова толкнулся. Уже гораздо быстрее. Резче. Новый толчок. Загоняя в нее свой член до упора…. Как же хорошо-то… Сук-а-а-а.

Леднёва моментально подхватила мой ритм, сжимая простынь в своем маленьком кулачке. Подавшись вперед, я набросился на ее рот с горячим несдержанным поцелуем… Ещё толчок. Жестче. Сильнее. Ещё. И ещё… И разум окончательно в срыв…

* * *

POV Роза Леднёва

Я вышла из ванной первой, кутаясь в большое банное полотенце, чувствуя, как капли воды скатываются по моей спине.

Максим подошел ко мне вплотную: обняв меня за талию, он прижал губы к мокрому участку кожи между лопатками. От его поцелуя по телу побежали мурашки.

Я усмехнулась.

- Леднёв, ты хоть когда-нибудь устаешь? - обернувшись, я поймала его губы своими губами.

Любимый ответил на поцелуй, но не углублял его - лишь слегка прикусил мою нижнюю губу, прежде чем отстраниться.

- Рядом с тобой никогда.… - Максим по-мальчишески рассмеялся, проведя пальцами по моим влажным волосам, - Но я проголодался, - он наклонился, и его губы коснулись моего уха. - Мне нужно восстановить силы. На случай, если ты, конечно, захочешь повторить, - озвучил это таким порочно-хриплым голосом, что мне, ох блин, сразу же этого захотелось.

Соберись, Роза! Ты же вообще-то собиралась лечь спать…

- Поставлю чайник и приготовлю нам бутерброды, - быстро чмокнув меня в лоб. - Мы, кстати, не договорили…. - он дерзко мне подмигнул.

- Да, не договорили, - хотя я озвучивала свои сомнения больше для того, чтобы он их развеял, если уж быть до конца откровенной. Конечно, я была только «за», чтобы мы поскорее съехались, однако, решила для вида ещё немного «поломаться»… - Я сейчас приду. Кажется, Валя что-то писала, пока мы… - подавив смешок, я вернулась в гостиную, протягивая руку за телефоном.

Я вздрогнула.

Кожа покрылась мелкими пупырышками, когда я обнаружила на экране непрочитанное сообщение от Трофимовой.

- Роз, давай встретимся? Я соскучилась, подруга!

Пару секунд я скользила глазами по этим нескольким словам, испытывая не шуточную тревогу, памятуя о том, что услышала от Туза. Набрав полные легкие воздуха, я медленно провела пальцем по экрану.

- Привет.… Где? Когда?

- У вас же завтра посвящение студентов? Давай я тоже туда загляну?! Пообщаемся... Кажется, сто лет не виделись...

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Идет. До встречи.

- Роз, ну ты где? - донесся до меня игривый голос Максима.

Глава 58

Максим

*Один день спустя*

Я всегда некомфортно чувствовал себя в «замке» Галицких.

Их коттедж располагался в охраняемом загородном поселке на несколько домов. Силуэт мрачного особняка рассекал воздух своими запутанными черными шпилями. Фасад был выполнен из темного мрамора с позолоченными элементами, а высокие арочные окна украшали витражи, переливающиеся в лучах закатного солнца.

Сад больше напоминал лабиринт, который огибал центральное здание. Перед домом раскинулся идеально ухоженный парк со скульптурами и аллеями, подсвеченными фонарями.

Масштабно. Помпезно. Вычурно. И очень в духе Галицких.

- Да не кипишуй ты, Макс! - Ромка привалился спиной к странной скульптуре обнаженного обезглавленного мужика, вальяжно потягивая дорогой виски прямо из бутылки, - Олень, ой, пардон, Олейник, уже выдвинулся на нашу приватную «вечеринку», - товарищ снова пригубил пойло, мазнув по мне насмешливым взглядом.

В распахнутой кожаной куртке и серой футболке со скалящимся черепом он выглядел довольно устрашающе, явно намереваясь произвести на Креветыча определенное впечатление.

К слову, подключенный Ромкой частный детектив, благодаря записям с камер соседнего с тем баром отеля, установил номера автомобиля, на котором приехали подонки с битами, напавшие на Морозова.

Несколько часов назад он сумел поймать и «разговорить» одного из этих ублюдков.

Выяснилось, что этих «добрых молодцев» время от времени использует отец Олейника «для устрашения» некоторых особо важных свидетелей его процессов.

Теперь у нас имелись неопровержимые доказательства организованного Игорем Олейником преступления, только решено было разделаться с ним так, как он того заслуживал.

По справедливости.

- Давай быстро пробежимся по нашему плану? - предложил я, невоспитанно пнув скульптуру срамного обезглавленного дядьки.

- Ага, - сделав большой глоток, Ромка покосился на экран телефона, - Мой новый «дружбан» уже на подъезде, охрана маякнула. Ты иди к вольерам, а я пока встречу этого сученка со всеми почестями. Кстати, я сегодня специально пораньше покормил собак. Они уже проголодались…. - глаза Галицкого хищно блеснули.

- Напишешь, когда мне вступать в игру? - сдержанно усмехнувшись.

- Всенепременно, Макс. Только, сперва, позволь мне немного душу отвести?

Я вопросительно изогнул бровь.

- Этот червь ведь и меня оскорбил до глубины души тем, что так легко повелся. Он реально сразу поверил, что мы с тобой разругались. Даже имел неосторожность намекнуть про «разницу в социальных статусах». Ты прикинь? - Рома хмыкнул, - Только сыночка-пресыночка Игорюша весь такой до хера в себе уверенный за счет бабосов своего папашки. Ох, как не терпится спустить его с небес….

Неподалеку послышались приглушенные звуки подъезжающего авто.

- Приехал. Охрана доложила, - Галицкий мне подмигнул, косясь на светящийся айфон, - Давай, дуй к телятам! Я пошел встречать «дорогого гостя»… - он деланно обреченно вздохнул, состроив саркастичную гримасу.

Мы негромко

Закладка:

Вскоре я подошел к массивному загону, за которым виднелись мощные силуэты ротвейлеров, мирно отсалютовав «собачкам». Их было несколько.

Самый крупный пес с широкой грудью и блестящей черной шерстью медленно приблизился к ограде. Его темные глаза изучали меня с холодной внимательностью.

- Здорово, Цезарь! - я спокойно смотрел в глаза огромному бойцовскому псу, пристально вглядывающемуся в мое лицо.

Мой друг уже много лет разводил бойцовских собак.

Когда-то подобное хобби казалось мне откровенной дикостью и лютым трешем, однако со временем я не только привык к Галицкому зверью, но и даже как-то проникся «телятами».

На территории Ромкиного дома располагался целый питомник - просторные вольеры с утепленными будками, тренировочная площадка с препятствиями, имелась даже специальная медкомната.

Эти псы жили здесь как настоящие хозяева. Дрессировкой занимались не только сам Рома, но и нанятые кинологи - бывшие военные, знающие толк в служебных породах.

Я неоднократно присутствовал во время их тренировок и видел, как они отрабатывали с собаками команды. Надо сказать, завораживающее зрелище.

Особенно впечатлял старый пес по кличке Цезарь - громадный, с шрамами на морде. Рома рассказывал, что когда-то он спас одного из военных, получив ножевое ранение. Собаку долго выхаживали, но стараниями Галицкого он выжил, и стал одним из самых преданных его псов.

Рома был буквально помешан на своих «собачках», даже не скрывая, что относится к ним гораздо лучше, чем к большинству окружающих его людей, но при этом он не давал зверью спуска. С Галицким не забалуешь, ага.

От товарища я немало знал о дрессировке бойцовских собак - псов, хоть раз проливших кровь, убивали, соответственно давать слабину было нельзя.

Рома и не давал - его эта дикая, смертоносная свора слушалась беспрекословно.

Вздохнув, я неторопливо приблизился к решетке, памятуя о том, что ротвейлеры молниеносно распознают чужие эмоции, особенно страх.

Из глубины вольера донеслось низкое рычание - второй ротвейлер, чуть поменьше, но не менее внушительный, наблюдал за мной, стоя вполоборота и демонстрируя мускулистый корпус.

- Место, Гектор! - скомандовал я, неотрывно глядя в карие глаза пса.

«Теленок» смотрел на меня ещё несколько секунд, не моргая.

- Место, - я едва уловимо повысил голос, прекрасно осознавая, что не имею права облажаться, - Место! - добавил я, с нажимом.

Секундная заминка и Гектор не хотя попятился: его лапы медленно подогнулись, туловище, наконец, оказалось на лежанке.

Тихо выдохнув после того, как пес признал меня своим, я обернулся на звук приближающихся голосов.

Шоу начинается.

Хмыкнув, я спрятался в тени раскидистого дерева, косясь на время.

Из-за того, что чертов Олейник задержался, я, судя по всему, уже не попадал на посвящение, хоть и пообещал Розе прийти.

Что ж, ещё один повод надрать его трусливую мажористую задницу…

- А вот и заявленная вечеринка, - серьёзно озвучил Рома, медленно проведя рукой по прутьям вольера, - Что скажешь?

Я видел, как Олейник нервно огляделся, моментально бледнея, его пальцы теребили края куртки.

- Ром, я чё-то не пойму, а где все? - Игорек ломано улыбнулся, - Где музыка? Гости?! Ты же говорил.… - голос Креветыча дрогнул и забуксовал.

- Разве тебе не нравится такая компания? - притворно удивившись, Галицкий щелкнул пальцами, и из тени вышли два рослых ротвейлера: их низкое рычание напоминало звук работающего двигателя.

- Вот наши гости, - Рома рассмеялся тихим глумливым смехом.

- Слушай, это какой-то прикол, да?! - Олень сделал шаг назад, нервно озираясь.

- Нет, Игорек, шутки кончились, - наклонившись к ближайшему псу, Галицкий почесал его за ухом, - Они, кстати, очень рады новым знакомствам. Зайдешь внутрь?

Глава 59

- Ром, ты сейчас серьёзно? Хочешь, чтобы я зашел к этим… - он нервно рассмеялся, - Да они же меня….

- Ты же так мечтал попасть ко мне на тусовку и познакомиться с моими друзьями? - снисходительный смех, - Так вот же они. Мои настоящие друзья. Верные. Преданные. Невежливо их игнорировать, Игорек. Ну так что, зайдешь, поздороваться?

Ветер шевелил листья над моей головой, приглушая их голоса, но до меня всё равно отчетливо доносились расслабленные слова Романа.

Мы планировали провернуть «акт мести» ещё тогда, когда кто-то из новой школы подставил меня с кражей денег на благотворительность.

Думали пригласить на вечеринку к Галицкому весь мой класс, по-тихому выцепляя тех, кто находился под подозрением, и отводить их за сывороткой правды к «телятам».

Да только разборки все время откладывались, потому что и у меня, и у Ромки находились дела поважнее.

Ещё же надо было, чтобы «кровавое возмездие» совпало с отсутствием в доме его матери и сестры. Например, сейчас Настя укатила вместе со старшей Галицкой в Европу, и в доме никого не было кроме немногочисленного персонала.

Конечно, мы не собирались заниматься чем-то криминальным, так, решили немного припугнуть сученка, чтобы было ему уроком на всю жизнь.

Однако мы оба придерживались мнения - подобными вещами лучше заниматься при полном отсутствии свидетелей, так спокойнее, да и обстановочка сгущающегося саспенса явно благоволила достижению заявленной цели.

А цель у меня была одна - получить от Олейника признательные показания во всех его злодеяниях, чтобы теперь мне выступать в роли кукловода, в нужный момент дергая его за ниточки.

Иными словами, обезопасить нас с Розой от действий этого сумасшедшего придурка.

- Игорек, ты ведь хотел со мной дружить? Я правильно понимаю?! - в голосе товарища сквозила ледяная насмешка.

- Д-д-да, Ром! Да! - чуть ли не взвыл Олень, медленно пятясь подальше от вольера, бросая перепуганные взгляды на ощетинившихся псов.

Я непроизвольно сцедил слюну, растерев ее подошвой кроссовка.

Какое же жалкое недоразумение. Ничтожество, способное пакостить только из-за отцовской спины. Он даже не Кревытыч.

Нет.

Он червь.

Мягкотелое. Беспозвоночное. Существо.

- Заходи, не бойся! - усмехнулся Рома, тихонько насвистывая, - Они чуют хороших людей… Тебе ведь бояться нечего?

- Я совсем забыл.… Мне это… - заблеял Игорек, - Мне надо домой… Я-я… - дошло, наконец, что не просто так «все мы здесь сегодня собрались», и его дьявольский план вышел из-под контроля.

Хотя я всё ещё находился в своем укрытии, не торопясь переходить к следующей части нашего представления - Галицкий же попросил меня не спешить. Да за милую душу…

Чувствовал, что с другом происходит что-то не то, но, как ни пытался, не получилось его разговорить. Галицкий отгородился от меня железной стеной, поэтому я бросил это

Закладка:

Однако видел, что ему необходимо было выпустить пар, так пусть хоть попрактикуется в моральных истязаниях на Олейнике, может, чуть полегчает…

- Уже уходишь, Игорек? - с притворным сожалением, - Я думал, ты хотел со мной дружить? Разве нет…

- Д-да.… Да… Но… Я, правда, вспомнил… - заметил, как он сглотнул, как дрожали его ладони.

Увы, я в этот момент не испытывал ни капли жалости.

Никто не планировал его даже пальцем трогать, памятуя о небезызвестной пословице, но пора уже великовозрастному детине отвечать за свои поступки, и желательно по-мужски. Чего он делать, разумеется, не собирался, пытаясь трусливо слиться.

- Если хочешь со мной тусоваться, то пройдешь посвящение, Игорь. Так все делают, - явно блефуя, с покерным лицом заявил Рома, подзывая к себе Цезаря.

- Посвящение? - со смесью ужаса и неверия прошептал бледный как смерть Олень, - Что ещё за п-посвящение?!

- Кровью, - прошептал мой друг, приближаясь к нему с каким-то маниакальным блеском в глазах.

- К-кровью? - на шумном вздохе.

- Ага. Тебе ведь уже не привыкать расписываться кровью? Твой же почерк? - склонив голову, Галицкий нахмурился, в ожидании его ответа, которого, к сожалению, не последовало.

И тогда я не выдержал, медленно появляясь из-за кустов.

- Здорово, Игорь, - что-то опасное начало бурлить в моей крови - месть, - Давно не виделись?

- М-Макс?! - этот ублюдок поприветствовал меня ломанной, дрожащей улыбкой, - И т-ты… здесь? - изумленно зыркая на Галицкого, - Т-ты же говорил, что-о-о…. - он вновь перевел на меня свой испуганный взгляд с бегающими зрачками.

- Сюрприз, ничтожество! - Роман хлопнул в ладоши, - А Макс - мой лучший друг. Он такой же, как и они… - косясь на притихших у ограждения «телят», - Он честный. Он настоящий. Он из тех, с кем хоть на войну. Не предаст. Таких в моем окружении пересчитать по пальцам одной руки. Так вот, я порву за своих друзей, уебок…

Игорь замер, его лицо покрылось красными пятнами. В этот момент Цезарь оскалился, удерживая его на прицеле своего цепкого взгляда.

- Вы.… вы собираетесь м-меня… - переходя на беззвучный скулеж.

Ну, пиздец. Жалкий до тошноты.

- Это неплохая идея, - Рома ухмыльнулся, похлопав Игоря по плечу, - Они проголодались, Игореш! Покормишь моих друзей?! - подталкивая его, с садисткой улыбочкой.

- П-пожалуйста…. н-не надо… Я в-вам… заплачу… - дрожащими губами, - Т-только с-скажите с-сколько-о-о…

- Макс, он собирается откупиться? Как тебе?! - Рома откровенно заржал, толкая Олейника ближе к ограде.

- Н-не-т.… Н-н-е-е-е-т… П-пож… - Олень порывисто выдохнул, молитвенно сложив ладони.

Я подошел к нему ближе, травя труса прямым немигающим взглядом.

- Игорь, наверняка, тебе трудно представить, что такой опасный хищник как ты вот-вот может стать чьей-то добычей? - подмигнув еле живому Оленю, я спокойно скомандовал Гектору.

- Место! - и шестидесятикилограммовая туша ротвейлера послушно подошла к своей лежанке, - Кстати, это боевые псы, - я вздохнул, - Могу ведь и отдать другой приказ, - не сводя с него пристального взгляда, - Что скажешь?

- Макс, я вообще не понимаю, чего ты ждешь? - Ромка нетерпеливо закатил глаза, - Он сделал тебе столько дерьма…

- И не только мне… - я не успел опомниться, как мое тело затряслось от гнева, а к горлу подступила тошнота, - По твоей вине, урод, избили ни в чем не повинного парня. Футболиста, который, можно сказать, живет за счет своих ног. Ты приказал вашим карманным гиенам сломать мне ноги, но принял на себя удар мой товарищ по команде. И за это ты тоже ответишь, - мрачно добавил я.

Рома на этот раз со всей силы толкнул Олейника к калитке вольера.

- М-макс.… Я… я не… - жалко хлюпая носом.

- Ты ответишь за все дерьмо, которое совершил, - закончил я, не позволяя ему вставить слово.

- П-пож-а….- даже не пытаясь сопротивляться, Игорек завалился передо мной на колени, сотрясаясь всем телом и прикрывая лицо, очевидно, опасаясь, что я начну его пинать, - Только не…не… - он с каким-то благоговейным ужасом покосился в сторону собачек, после чего в нос ударил характерный запах мочи.

Мы с Галицким переглянулись, обменявшись брезгливыми улыбками.

Вот что значит, когда разбираешься с не мужиком.

К сожалению, даже не пришлось задействовать кулаки, не говоря уже о том, чтобы реально его припугнуть, выпустив Цезаря или Гектора.

Самых послушных собак, на самом деле.

Эти псы беспрекословно подчинялись Ромке, а он, каким бы отбитым ни был, никогда бы не довел до кровопролития. Не из жалости к Олейнику, о, нет….

Рома бы не стал делать из своих любимых собак монстров-людоедов…

- Значит так, - усевшись перед этим содрогающимся червем на корточки, я вытащил из-за пазухи подготовленные заранее юристом документы и ручку, - Если ты не хочешь быть съеденным заживо, подпишешь все, по всем пунктам признав свою вину. У тебя есть ровно десять секунд. Отчет пошел… Десять. Девять…

- Да.… Д-д-да… - взвизгнул Олень, дрожащими руками цепляясь за эти бумажки.

Пока он, даже не читая, расписывался во всех своих грехах, я достал телефон, и, бросив беглый взгляд на экран, обнаружил на нем десятки новых сообщений из разных студенческих чатов и групп, на которые я был подписан.

Все они форсили одну и ту же новость:

«Во время посвящения студентов Политехнического университета изнасиловали студентку первого курса».

Глава 60

Роза

*Несколько часов назад*

- Роза, да что с твоим чертовым телефоном? Я уже полчаса не могу до тебя дозвониться! Это важно. Я утром так и не застал Трофимову. Ни ее, ни ее матери дома не было. На звонки она не отвечает, похоже, кинула меня в блок. Короче, дурдом продолжается. Будь с ней осторожна. Непонятно, что у нее на уме.… Я скорее всего опоздаю на посвящение… Если что, сразу звони. Чуть позже увидимся.

Из-за музыкальной репетиции, которая проходила перед посвящением, я только сейчас увидела пропущенные звонки от Максима и прочитала сообщение, отправленное им ещё пару часов назад.

«Замечательно»!

На его звонки она не отвечала, а вот мне самолично назначила встречу, о которой я так и не сказала Леднёву. В противном случае эта встреча бы не состоялась, а я придерживалась мнения, что она была нужна даже не столько ей, как мне.

Я потеряла столько времени, не позволяя себе

Закладка:

В каком-то смысле во всей этой ситуации была и моя вина - я должна была сразу рассказать Трофимовой о своем интересе к Леднёву, или о его - ко мне, но я вовремя этого не сделала, запустив череду нелепых событий, и вот к чему мы пришли.…

Теперь мой парень всерьёз опасался, что некогда моя лучшая подруга способна причинить мне вред.

Дожились!

Откровенно говоря, я всё ещё не теряла надежду воззвать к ее здравому смыслу, ведь Максим правильно сказал - ее бы энергию да в мирное русло, и цены бы Ленке не было…

- Всё хорошо. Я с обеда на репетиции, и домой уже не попаду. Ты тоже будь осторожен… Жду тебя на вечеринке!

Остаток дня мы с Валей и другими коллегами провели в авральном режиме, так как по закону подлости в последний момент случилось несколько организационных накладок.

Но, к счастью, вечеринка по случаю посвящения удалась на славу - зам декана нашего факультета лично мне это подтвердил.

Танцпол большого зала развлекательного комплекса не пустел ни на минуту, так что к концу вечера даже самые стеснительные первокурсники отрывались под зажигательные ритмы нашего диджея.

Был и ещё один неожиданный блок - старшекурсники устроили нам «испытания» - смешные и немного дурацкие, но все прошло весело, без особых перегибов, мы с Валей хоть немного переключились.

После окончания официальной части началась, скажем так, «неофициальная» - большинство ребят, участвующих в посвящении, поднялись в клуб на верхнем этаже развлекательного комплекса, чтобы продолжать празднества.

Я вновь покосилась на темный экран телефона - Максим так и не ответил на мое последнее сообщение и не появился. Я надеялась, что, закончив свои «темные дела» он приедет хотя бы к концу вечера.

Откровенно говоря, все это время мое сердце было не на месте, но я доверяла Леднёву, и была уверена, что даже во время разборок с Олейником он сумеет не переступить за черту…

Вздрогнув, я почувствовала легкое прикосновение к своему плечу. Обернувшись, я увидела Лену. Она стояла, чуть склонив голову, и неестественно мне улыбалась.

- Приветик.… - прощебетала Трофимова, скользя по мне напряженным взглядом.

- Привет, Лен, - сухо отозвалась я, сразу заметив тот самый браслет, который я подарила Максиму, у нее на запястье - тонкая ниточка с серебряной розой по центру, - Ты хотела поговорить? - на удивление ровно поинтересовалась я.

- Да.… Пойдем за мой столик? - она нервно поправила браслет, избегая моего взгляда.

- Ну, пойдем, - отбила без особых эмоций, вскоре усаживаясь за небольшой стол в самом конце просторного помещения, уже прилично забитого людьми.

Некоторые из них были в масках. Будто уловив удивление в моем взгляде, Лена пояснила.

- По средам здесь вечеринка «маски-шоу» - всем, кто придет в костюме или маске - бесплатный коктейль! У меня, кстати, тоже есть… - открыв маленький усыпанный пайетками клатч, она продемонстрировала черную ажурную маску, - Можем попросить у бармена… - нервный смешок, - Ты хочешь что-нибудь выпить?

Честно говоря, хотелось. Не только выпить, но и покурить!

Потому что Лена старательно делала вид, что ничего не происходит, просто украв мой подарок Леднёву! Во дает!

- Какой красивый браслет, - я едко усмехнулась, - Ничего не напоминает? - покосившись на точно такой же браслет у себя на руке.

Трофимова покраснела, но не отвела взгляд.

- Подарили, - поспешно пробормотала она.

Подарили!!!!

Я знала, что она врет. И она знала, что я об этом знаю.

В воздухе повисло напряжение, хоть ножом режь, пока вокруг орала музыка и непринужденно отдыхали люди.

Я вновь бегло посмотрела на ее маленькую сумку - интересно, собирается ли она воспользоваться купленными у Туза примочками?

Неужели Лена готова была опуститься до того, чтобы подмешать мне или Максиму какую-нибудь дрянь?

Мне хотелось и одновременно не хотелось знать ответ….

- Лен, - я наклонилась ближе, чтобы она меня расслышала, - Ты же понимаешь, что это уже попахивает безумием? Я подарила этот браслет Максиму…

- Странно, - она потупила взгляд: сперва, мне показалось, что в ее глазах промелькнули отблески сожаления.

Вдруг некогда моя лучшая подруга снова резко на меня уставилась. На этот раз в ее глазах уже не было ни смущения, ни страха, ни чувства вины.… только что-то похожее на вызов.

- Леднёва, может тебе просто кажется? - ее пальцы сжались вокруг серебряной розы так, что побелели костяшки.

А ведь я планировала покаяться перед ней и поговорить по душам, во имя почти десяти лет нашей дружбы…

- Лучше отдай мне его по-хорошему, иначе мы с Максимом напишем заявление в полицию, - начала блефовать я, - Этот браслет очень ему дорог, - это уже было правдой.

Несколько секунд она пронзительно смотрела мне в глаза.

- Ты его вообще не любишь! - прошипела Лена, наконец, срывающимся злым голосом, - И никогда не любила, иначе бы не оставила в самый трудный момент… Все это время рядом с ним была я… Я! Слышишь, Леднёва? Ты просто со школы привыкла играть людьми, будто марионетками! Бесконечно дергать всех вокруг за ниточки, чтобы они плясали под твою дудку! И с Максом также! Ты искусный манипулятор и просто его зомбировала! - глядя на меня с угрозой, Лена внезапно сжала браслет в кулаке.

Я инстинктивно подалась вперед, но Трофимова резко одернула руку.

- Полезешь - я его порву! - её глаза полыхнули маниакальным блеском.

Вздохнув, я в очередной раз за этот вечер покосилась на темный экран мобильного, дожидаясь весточки от Максима. Как у них там дела? Когда он уже приедет?

Сердце тревожно курсировало по грудной клетке, в тот момент, когда я, наконец, расставила приоритеты, решившись пожертвовать этим несчастным браслетом.

Да пусть подавится!

Сейчас меня больше интересовало: есть ли у Ленки ещё шанс на искупление или ее душа окончательно загублена, погрязнув в абсолютном мраке?

- Хорошо, можешь оставить его себе, - неожиданно спокойно произнесла я, глядя в ее большие голубые глаза.

Бывшая подруга на мгновение растерялась, ее нижняя губа слегка дернулась.

- Ты говорила, предъявив маску бармену можно получить коктейль? - окончательно сбивая ее с толку, негромко уточнила я.

- Да, - Лена всё ещё угрожающе стискивала мой подарок Леднёву в кулачке.

- Я бы хотела выпить. Можно твою маску?

Закладка:

Переместив его перед собой, Трофимова выудила оттуда изысканное ажурное украшение, однако в этот момент я сделала резкий выпад обеими руками, вырывая у нее сумочку, и тут же высыпая все её содержимое на стол.

Помада, пудреница, ключи, пачка салфеток, телефон — всё это с грохотом рассыпалось по поверхности.

Никаких подозрительных баночек, бутыльков или пилюль там обнаружено не было. Скажу больше, Лена смерила меня таким искренне-непонимающим взглядом…

- Что ты собиралась там найти? - еле слышно вытолкнула она, даже не пытаясь собрать свои манатки и вернуть сумку назад.

Тем временем, я снова бегло осмотрела образ Трофимовой. Короткое мини-платье в облипку, лаковые туфли на высоченном каблуке и зализанный гладкий хвост.

При всем желании, вряд ли бы она могла где-то в одежде спрятать «запрещёнку».

- А где же снотворное? - всё ещё пользуясь эффектом неожиданности, тихо спросила я и наклонилась ближе: так близко, что было заметно, как зрачки Лены резко сузились.

Трофимова замерла.

На секунду в ее глазах мелькнула паника, как у загнанного зверя или вора, пойманного с поличным.

- О чём.... ты... - начала она, дрогнувшим голосом.

Тогда я медленно провела пальцем по краю стола, где ещё валялись ее рассыпанные вещи.

- Туз записал ваш разговор на диктофон, - я пожала плечами, - Неужели ты в самом деле собиралась это сделать, Лен?

Трофимова резко вдохнула, будто я ударила ее в живот, на ее глаза навернулись слёзы.

- Да, я созванивалась с Глебом… - ответила она, не разрывая нашего зрительного контакта, - Но в последний момент струсила…. - моя бывшая лучшая подруга на несколько секунд крепко зажмурилась, - Я перенесла нашу встречу с Тузом, а потом… так ему и не перезвонила, - она устало вздохнула, - Не веришь? Сама у него спроси.… - добавила Лена почти беззвучно, медленно стягивая браслет, и укладывая его между нами.

В последний момент струсила…

- Почему струсила-то? - сама не знаю, зачем продолжала, всё ещё цепляясь за руины нашей некогда нерушимой дружбы.

- Не смогла, - гулко выдохнула Лена после затянувшейся паузы, - Хотя в те минуты мне казалось, что я тебя ненавижу… - она горько, истерично рассмеялась.

- Но мой звонок Тузовскому - это цветочки, - собеседница вдруг вся съежилась, и вот тут мне действительно стало не по себе, - Я сделала против тебя ритуал из черной магии, - Лена как-то вдруг обмякла, опустив плечи, будто кто-то выдернул из нее стержень, - Это очень сильный и мощный отворот против соперницы.… - по её щекам покатились одинокие слёзы, оставляя за собой темные дорожки от туши, - Я думала, если не получится влюбить в себя Леднёва, то я просто заставлю тебя страдать…

Заставлю тебя страдать.…

Медленно сжав кулаки, мои ногти впились в мякоть ладоней.

Она вдруг вытянула руку вперед, но я инстинктивно отпрянула, не желая больше никогда иметь с ней ничего общего.

Всхлипнув, Трофимова схватила свою сумку, поспешно скидывая туда свое барахло, после чего она на ходу мне бросила.

- Будь осторожнее, Роз. Это очень сильная черная магия… - и бывшая лучшая подруга скрылась за колонной, оставив меня хоть и с браслетом, но в полнейшем душевном раздрае.

Я понятия не имела, что теперь делать с этой информацией?

Или срочно ехать к Александру Шепсу на очередной сезон «Битвы экстрасенсов»?

Какое-то время я так и сидела, пялясь в одну точку, пока из транса меня не вывел голос одного из старшекурсников, с которым мы познакомились во время посвящения.

- Роза, как хорошо, что ты ещё не ушла! Председатель профкома попросил собрать всех наших в звукорежиссерской будке! Пойдем скорее! - широко улыбнувшись, он кивнул мне в сторону выхода.

Глава 61

Лена Трофимова

Я влетела в полутемный бар, расположенный этажом ниже, направляясь прямиком к барной стойке.

- Кровавую Мэри! - бросила я бармену, оседая на высоком стуле.

Сделав глубокий вздох, я сжала гудящую голову руками. Пальцы дрожали. Ещё никто не обижал меня так сильно, как Леднёва. В очередной раз она выкрутила все так, что я ещё и осталась виноватой!

Это ж надо? Вот дрянь. Немыслимо!

Роза столько месяцев вела какую-то двойную игру у меня за спиной, всё это время притворяясь моей лучшей подругой, прежде чем воткнуть мне нож в спину, безжалостно прокрутив рукоять.

Ещё никто не делал мне настолько больно, как это сделала некогда близкая подруга.… Ведь я была для нее словно раскрытая книга, а Леднёва наплевала туда, перечеркнув годы крепкой дружбы.

Однако, даже несмотря на все это, я трусливо дала заднюю, так и не решившись осуществить свой план мести - договорилась встретиться с Тузом, но не пришла.

Сегодня же во время встречи с Розой я не смогла сдержать своих эмоций, признавшись ей во всем и вернув этот чертов браслет. Пусть я и почувствовала себя будто обнаженной, в каком-то смысле мне стало легче.

- Ваша Кровавая Мэри!

Солоноватый привкус коктейля смешался с горечью на моем языке.

Я была ужасно зла. На Розу. На Макса. На себя.

Бесновалась, что не смогла просто вычеркнуть этих двоих из своей жизни.

Вздохнув, я вынуждена была отвлечься на надоедливую вибрацию в сумочке - снова Андрей.

Да сколько можно?

Дронов уже порядком начал меня напрягать.…

Неужели он подумал, что между нами все серьёзно? Я хмыкнула, залпом опрокидывая в себя коктейль, и делая знак бармену, чтобы он повторил, после чего открыла чат с Дроном.

- Лен, мы сегодня увидимся?

- Лена, почему ты не отвечаешь?

- Лена, я сейчас разговаривал с Максом. Он искал тебя… Что происходит?

Лена.… Лена. Лена!

Раздраженно вздохнув, я отодвинула айфон, потирая гудящие виски. До чего же жалкий. Интересно, когда до Андрея дойдет, что я не испытываю к нему высоких чувств?

Да, чисто на потрахаться он сойдет, но все остальное…

Тем временем, бармен подтолкнул ко мне новый коктейль, ловко маневрируя шейкером.

Подмигнув симпатичному короткостриженому парню, я также быстро разделалась с новой порцией водки с томатным соком, с извиняющимся выражением лица пододвигая к нему пустой стакан.

- Что-то покрепче? - спросил он, доставая бутылку с золотистой жидкостью.

Кивнув, я некоторое время с задумчивым видом наблюдала, как он смешивает мне новый - темно-рубиновый, прямо как алая кровь из порезанного пальца - очень актуально в сложившейся ситуации.

Мое сердце кровоточило, оплакивая предательницу-подругу и

Закладка:

- Ваш «Красный бархат», - подмигнул бармен, ставя передо мной высокий бокал, - По моей авторской рецептуре. С перцем.

Я пригубила, выдерживая его насмешливо-самодовольный взгляд. Сперва, обожгло язык, а следом и пищевод…

То, что надо.

- Ну, нравится? - не унимался этот придурок.

Прикрыв глаза, я выставила большой палец вверх, делая ещё глоток.

С виду - смакуя, но, на самом деле, все больше расклеиваясь, только сейчас окончательно осознав, что это конец - конец нашей с Розой дружбы.

Нашей многолетней истории…

Своим поступком и последовавшим за ним признанием я не просто сожгла мосты - перед этим я их ещё и взорвала, чтобы уж наверняка.

Я прижала ладонь к холодному стеклу, чувствуя, как алкогольный туман начинает размывать границы. Где-то в глубине сознания всплывали картинки, которые я так старалась игнорировать…

Первый класс.

Две тугие косички Розы - всегда аккуратные, как у папиной «хорошей девочки», и это милое чересчур серьёзное выражение лица.

Вспомнилось, как учительница начальных классов называла нас «тучка и солнышко».

Две подружки не разлей-вода.

Четвертый класс.

Мы прятались от дождя под одним зонтом, прижавшись друг к другу, как слепые котята. Ее волосы пахли какой-то очередной ерундой, которую она сама «нахимичила», настойчиво мне предлагая попробовать. И я, конечно же, намазалась, а потом весь день от моих волос несло тухлым жёлтком.…

Я оторвала кусочек от салфетки.…

Средняя школа.

Мы с Розой красили губы маминой помадой у меня дома. Она - алой, я - конфетно-розовой, а потом целый час фотографировались, парадируя известных моделей. Такие беспечные и юные. Дуры.

- Солнышко и тучка, - еле слышно пробормотала я, чувствуя, как по щеке скатывается предательская слеза.

Леднёва - моя тучка.

Была тучка, а стала - сучка.

Я истерично рассмеялась, промокая салфеткой влажные ресницы.

Кажется, дура здесь только одна…

А Леднёва, как всегда, оказалась права. Она ведь с детства такой была.

С-у-у-у-ч-ка. Всегда и во всем права.

Честная аж до зубного скрежета. Аж до тошноты….

- Пусть все, что я ей пожелала, ко мне и вернется… В тройном объеме! - прошептала я, опустошенно улыбаясь.

Бармен уже в четвертый раз заменил мне коктейль… Крепкий алкоголь заструился по венам, но боль внутри не притупилась, увы, она лишь сменила оттенок, с резкой фазы медленно перетекая в хроническую.

…. Лед в бокале уже начал таять, превратив мой коктейль в мутную розовую жижу, когда я почувствовала чье-то присутствие рядом.

- Скучаешь, красавица? - низкий бархатистый голос мужчины прозвучал прямо над ухом.

Медленно подняв голову, я попыталась сфокусироваться на незнакомце.

На соседнем стуле сидел мужчина в черной полумаске, закрывающей верхнюю часть его лица. В тусклом свете барных ламп его улыбка казалась странно жизнерадостной, неестественной.

Я непроизвольно сглотнула.

- Похоже мой удел - вечное одиночество, - отодвигая свой бокал, и глядя куда-то сквозь него.

- Не гоже такой яркой девушке грустить, - незнакомец кивнул бармену, и вскоре перед ним появился стакан с чем-то темным, почти черным, - Красавица, позволишь тебя угостить? - мужчина пододвинул ко мне свой стакан, - Уверен, ты не пробовала ничего подобного…

Несколько раз моргнув, я пыталась сфокусироваться на его явно улыбающемся лице. На мгновение показалось, что за маской ничего нет - только тень.

Б-р-р-р-р. Я поежилась, испытывая странное оцепенение.

- Что это за коктейль? - с трудом прошептала я, заплетающимся языком.

- С секретным ингредиентом. Попробуй, - с такими теплыми обволакивающими нотками в голосе…

Я заколебалась, но потом всё-таки приняла стакан и сделала глоток. Огонь распространился по горлу, заставив меня закашляться.

Слишком крепко и горько.

- Ну как?

Я замерла. В глазах потемнело. Где-то вдали, будто сквозь толщу воды, я услышала, как вибрирует мой телефон…

- Отвратительно… Можно счет? - щелкнув пальцами в воздухе, я попыталась привлечь внимание бармена.

- Сегодня я угощаю, - мужчина в маске зловеще рассмеялся.

- Но…. не надо…

- Уже поздно, красавица… - он хохотнул.

Поздно?

- Я уже рассчитался, - добавил он, накрывая мою руку своей неожиданно горячей тяжелой ладонью.

- Тогда.… я пойду! - резко схватив свою сумку, я неуклюже сползла с высокого барного стула, чувствуя, как странное оцепенение расползается по всему моему телу, - Мне, правда, пора…

В ушах пульсировала кровь, смешиваясь с ритмом какой-то техно-меланхолии, доносящейся из колонок.

- Убегаешь? - его голос напоминал шепот листвы перед грозой, - Уже?

Я не стала отвечать - развернулась и пошла к выходу. Увы, алкоголь сделал свое дело - пол подо мной плыл, как палуба во время шторма.

- Такси. Надо скорее вызвать такси… - бормотала я, словно мантру.

Спустившись в темный коридор между этажами, я начала рыться в сумочке в поисках телефона… Не могла же я его оставить на барной стойке? Нет. Ну, нет же.…

Обернувшись, я в немом крике открыла рот…

В паре метров от меня стоял тот самый мужчина в маске.

Глава 62

Роза

- Земля вызывает Розу, - усмехнулся мой провожатый, открывая неприметную дверь, ведущую в служебный коридор, - Всё нормально? - лицо парня стало серьёзным.

- Ну да.… - если это можно было так назвать - жуткие признания Трофимовой до сих пор преследовали меня в мыслях, заставляя пульс частить.

- А куда мы, кстати, идём? - повторила я рассеянно, так как впервые пользовалась этим ходом, вообще не догадываясь, что в здании развлекательного комплекса так много служебных помещений.

- Говорю же - сюрприз! Нас уде все заждались, - парень подмигнул, скрываясь в одном из коридоров, - Роза, поторопись!

Кивнув, я двинулась следом.

Свет ламп кое-где мигал, и я поймала себя на мысли, что сжимаю лямку сумки чуть крепче, чем нужно. В голове будто застряли брошенные Ленкой слова: «Будь осторожна, Роз, это очень сильная черная магия»…

Сильная черная магия.

Вот так бред собачий.…

Или, всё-таки, не бред?

Мне показалось, что за мной кто-то идет. Резко обернувшись, я сделала глубокий вздох - разумеется, там никого не оказалось, но благодаря Трофимовой меня накрыло приступом паранойи.

Тогда я украдкой достала мобильный, на всякий случай пытаясь дозвониться до Леднёва. И… тоже мимо. В этих чертовых коридорах, похоже, не ловила мобильная связь!

- Вот мы и пришли! - он как-то странно улыбнулся.

Я вздрогнула, когда парень замер перед массивной деревянной дверью.

- Есть только одно правило, - добавил он неожиданно вкрадчивым голосом,

Закладка:

Чего?

Заколебавшись, я почувствовала, как ладони становятся влажными… В горле пересохло. По моим рукам побежала мелкая дрожь.

- Знаешь.… Я, кажется, кое-что забыла в актовом зале… - выпалила я, слишком неестественным голосом, резко поворачиваясь и устремляясь обратно.

Плевать, как все это будет выглядеть со стороны…

Сейчас мне хотелось только одного - покинуть этот ужасный праздник, и, убедившись, что с Леднёвым все в порядке, уснуть в его объятиях, доказав, что никакая черная магия нам не страшна.

Сила нашей любви способна победить все.

- Роза…. Роза-а-а…- внезапно услышала я чей-то отскакивающий от стен очень знакомый голос.

Пугливо обернувшись, я увидела Валю.

- Эй, что случилось? Что этот придурок тебе сказал? Ты куда побежала?! - подруга выглядела не на шутку взвинченной, настигая меня из-за угла.

- Я… я не знаю… - кровь всё ещё стучала в висках, - Он сказал, не задавать лишних вопросов… И эта дверь… Я… - покачав головой, я прикрыла лицо ладонями, пытаясь успокоиться.

Вот д-у-у-у-р-а….

Валя вдруг рассмеялась, дотрагиваясь до моего запястья.

- Стас каждый год разыгрывает так первокурсников! Что он тебе говорил? Что когда-то в этом коридоре кого-то прикончили, а труп замуровали в звукорежиссерской будке?

Я хмыкнула, испытывая досаду вперемешку с облегчением.

- Ну, если бы он так сказал, я бы вообще никуда не пошла… - скрещивая руки на груди, - Вообще я не из робкого десятка, просто сегодня вечер какой-то… - замялась я, подбирая правильное слово: в свете последних событий я была крайне косноязычной.

- Пошли уже! Тебя, правда, все заждались! А Стаса реально только за смертью посылать, - деланно мрачно посмеиваясь, Валя потащила меня за собой.

За смертью.… Ох-хо.

На этот раз около двери меня встречали другие ребята из профкома во главе с тем самым провожатым.

- Роз, я это… не хотел тебя напугать… Вернее, хотел, но не думал, что ты.… - Стас замялся, явно считая меня какой-то чеканушкой.

- Ты тоже меня извини, - вздохнув, я нервно рассмеялась, - Идиотская реакция…

- А, наши беглецы вернулись! Роза, Валя, проходите! - профорг стоял посреди небольшой комнатки, заставленной аппаратурой, держа в руках пачку грамот и конвертов.

Кроме него здесь было ещё человек шесть, которые вместе с нами организовывали сегодняшнее мероприятие. Кажется, я покраснела до корней волос, вспомнив, как запаниковала из-за шуточного поведения Стаса.

- Ну что, команда! - Дмитрий Михайлович обвел нас всех внимательным взглядом, - Посвящение прошло на ура, первокурсники в восторге, а со мной уже связался заместитель проректора.… - он многозначительно подмигнул, - В общем, сегодня было что-то невероятное, и это целиком ваша заслуга!

Далее он начал вручать грамоты, называя каждого по имени и добавляя персональные слова благодарности. Когда подошла моя очередь, профорг с хитрым прищуром протянул мне конверт.

- Роза, особый респект тебе за…. гхм эмоциональную вовлеченность в процесс… - светловолосый мужчина, которому на вид можно было дать лет тридцать, усмехнулся.

Я уже даже не сомневалась, что цветом лица ничем не отличаюсь от томата.

В этот миг кто-то за спиной открыл шампанское и пробка со звоном ударилась об низкий потолок. Несколько брызгов попали мне на щеку, и я непроизвольно рассмеялась, ощущая, как ослабевает пружина внутри.

- За всеобщий успех, товарищи! И по традиции: «Секрет успеха - диплом Политеха»! - Дмитрий Михайлович поднял пластиковый стаканчик в воздух, и мы с ребятами последовали его примеру, пригубив шипучий алкоголь.

Тепло улыбаясь, Валя прижалась ко мне плечом.

- Точно всё нормально? Когда я тебя увидела, на тебе лица не было… И дело ведь не только в розыгрыше Стаса? - прозорливо уточнила она мне на ухо.

- Потом…. - устало кивнув, я пригубила шампанского, окончательно расслабляясь, тем более атмосфера способствовала.

Среди этих людей я чувствовала себя комфортно… своей, что ли, вряд ли у кого-то из них за пазухой лежала кукла Вуду с моим лицом.

Вскоре профорг откланялся, а мы с ребятами остались отмечать уже в более непринужденной обстановке, потягивая шампанское, смеясь и болтая обо всяких пустяках.

Только вытащив телефон, до меня вдруг дошло, что я немного потерялась во времени.…

- Валь, я схожу на второй этаж - там вроде связь ловит. Мне надо позвонить Максиму, - шепнула ей я, поднимаясь из-за стола.

- Я с тобой! Мне тоже надо сделать звонок… Морозову! - она как-то протяжно хихикнула.

- Ого! С этого места поподробнее….

Переговариваясь, мы покинули звукорежиссерскую будку, вновь направляясь по витиеватому темному коридору.

- Да ничего такого… Завтра Славу выписывают. Договорились, что приедем с ребятами забирать его из больницы, и снимем небольшой ролик для студенческого телевидения. Вот хотела обсудить по времени, - пояснила она, толкая ещё одну дверь.

- Уже известно, когда он вернется в команду? - болтая, я выудила из сумки телефон, внезапно осознав, что в помещении стало подозрительно тихо, хотя по времени сейчас был самый разгар вечеринки.

Однако Валентина не успела ответить - из-за угла к нам вышли двое полицейских.

- Документы, - сухо сказал один из них, даже не представившись.

- А что случилось? - одновременно пробормотали мы.

- Девушки, можно ваши документы? - повторил его напарник, доставая блокнот.

- Мы из профкома Политеха. Помогали в организации посвящения, но у нас нет с собой документов… Можем на телефоне открыть, - серьёзно припечатала Валя, - И только после того, как вы скажете, что произошло?

- В соседнем дворе нашли студентку, - глухо сообщил он. - Нападение. Больше я пока ничего сказать не могу. Но, очевидно, что нападавший не успел далеко уйти. Возможно, он всё ещё находится в этих стенах… Поэтому мы пока никого не выпускаем и опрашиваем всех свидетелей. Пройдемте с нами. Придется немного подождать.

Нападение…

Мы с Валей переглянулись. Я отметила, как побледнело ее лицо, пытаясь протолкнуть шершавый ком, вставший поперек глотки.

- Но.… она жива? Эта девушка жива? - бормотала я, дрожащими губами.

- Жива, - мужчина вздохнул, опуская взгляд, и все у меня внутри похолодело, съедаемое жуткой догадкой.

Жива, но.…

- Кстати, откуда вы вышли? Там есть кто-то ещё? - поинтересовался второй мужчина в форме.

- Там выход на технический этаж. В самом конце коридора расположена звукорежиссерская будка. Там ещё остались ребята из профкома. Но мы не видели ничего подозрительного, - пробормотала я, пытаясь бороться с ознобом.

Полицейский кивнул и сделал пометку

Закладка:

- Девушки, вам все равно придется дать показания. Ждите здесь. Вас скоро позовут.

Мы с Валей отошли в сторону, продолжая обескураженно молчать.

В голове не укладывалось, как веселы и беспечны мы были всего несколько минут назад, смеясь и потягивая шампанское, пока где-то поблизости расхаживал человек, способный на подобное зверство.

Внезапно в сумке завибрировал мой телефон, наконец-то, он ожил!

Бросив быстрый взгляд на экран, я приняла входящий вызов от Максима.

- Роза! Ты как?! Где ты?! - услышала я его взволнованный голос, - Больше часа не получалось до тебя дозвониться… Я чуть с ума не сошел!

- Со мной всё в порядке…. Мы отмечали с ребятами из профкома… Видимо связь не ловила… А тут такое… Напали на девушку…

В этот момент я подумала о Ленке.

Интересно, куда она пошла после того, как мы так некрасиво попрощались?

Я шумно сглотнула, отгоняя от себя тревожные мысли.

- Все студенческие чаты гудят. Я подъехал к развлекательному комплексу. Тут все оцеплено. Кругом полиция. Меня к тебе не пропустили! - Максим тихо выругался, - Видел, кстати, твоего отчима.… - добавил он.

Если и дядя Серёжа был здесь, скорее всего это не случайное нападение, а ещё один тщательно спланированный эпизод в резонансном деле об изнасиловании молодых девушек.

Отчим с коллегами из его отдела больше девяти месяцев гонялись за подонком, умело заметающим следы…

- Со мной все в порядке… Нас задержали для дачи показаний… И Максим… - я протяжно выдохнула, прежде чем сказать, - Незадолго до этого я виделась здесь с Леной…

- Так я и думал! Роз, мы же….

- Погоди-погоди, потом на меня наорешь, дай сказать! - перебила я его, делая ещё один судорожный вздох, - Мы с ней поговорили по душам, она отдала мне браслет…. А потом убежала в слезах, и… - я до крови прикусила нижнюю губу, - Я очень волнуюсь… Вдруг это она… - договорить я не смогла из-за нехватки кислорода в легких, - Вдруг Лена - та девушка…

«Это очень сильная черная магия…» - всё ещё звенели в ушах ее зловещие слова.

- С Трофимовой все в порядке! - раздраженно заверил меня Максим.

- Правда? Откуда ты знаешь?! - подавив всхлип облегчения, пробормотала я.

- Около часа назад я разговаривал по телефону с Дроновым. Он чудом выхватил пьяную в дрова Ленку из лап какого-то ублюдка. Похоже, это он и был.… - последние слова Максима прозвучали как-то сдавленно, хрипло.

Это он и был.

И Лена чудом спаслась….

Вернее, её спас Андрей!

Андрей спас эту дуреху из лап насильника!!!!

Слава тебе, Господи!

У меня на глаза снова навернулись дурацкие слёзы.

Какое-то время никто из нас ничего не говорил. Из динамика до меня доносилось лишь прерывистое тяжелое дыхание Максима.

- Но тогда кто… На кого напали… Ты знаешь? - спросила я после затянувшейся паузы.

- Имя не разглашается по понятным причинам. Парни говорят, какая-то тусовщица не из нашего ВУЗа. Перебрала с алкоголем и вышла подышать на улицу. Компания молодежи немного не успела его спугнуть. Но этот нелюдь не мог далеко уйти.…

Голос Максима прервали какие-то сухие, отрывистые хлопки на заднем плане.

- Роз, погоди… - словно сквозь пелену донесся до меня его напряженный голос.

- Это что? Звуки стрельбы, да?! - мое сердце внезапно заколотилось так громко, что я перестала себя слышать, - Леднёв? Не молчи? Что там? Что там происходит?!

В трубке послышались шорохи, будто телефон упал… потом чьи-то крики… и, наконец, тишина….

Глава 63

Максим

- На землю! - заорал кто-то, врезаясь мне в спину, и от неожиданности я выронил телефон.

Значит мне всё-таки не показалось - где-то поблизости раздались выстрелы. Полицейские все разом рванули вперед. Послышался автомобильный гудок и визг шин. Перепуганный топот и крики.

Потом наступила тишина.

Слишком пронзительная.

Вашу ж мать.…

Я стоял, прижавшись спиной к кирпичной стене, не отводя взгляда от входа в здание, где сейчас находилась Роза. В этот миг я почувствовал некое подобие облегчения из-за того, что её не выпускали. Пусть там и сидит, пока не закончится это дерьмо.

Развлекательный комплекс, как назло, располагался среди нескольких новостроек-муравейников. Они росли в этом районе как грибы. В соседних дворах ещё велись отделочные работы, и там без труда можно было затеряться посреди стройки. Похоже, на то и был расчёт.

Разумеется, ублюдок не ожидал столь скорой облавы….

И, судя по звукам стрельбы, его засекли.

Ещё до того, как улицу наводнили менты, я успел переговорить со знакомыми парнями, выяснив, что это уже не первое подобное нападение за последние месяцы.

Схема проста как мир - подонок выцеплял в клубах пьяненьких студенток, чаще всего первый-второй курс - совсем юных девчонок, порой, просто не знающих своей меры. Далее он вызывался проводить потенциальных жертв «через дворы» или вешая лапшу на уши про «самый короткий путь».

Я сжал кулаки до побелевших костяшек, на краткий миг вспомнив, что моя Роза находилась с этим уёбком в одном помещении. Возможно, он даже к ней приглядывался….

Пока мои мысли беспорядочно путались, сердце билось всё быстрее.

Отмерев, я поднял телефон, обнаружив, что вызов разъединился. Да что б тебя… Я снова собирался ей набрать, но в этот момент вздрогнул от приглушенного стона, донесшегося из темноты, и, чтобы разглядеть хоть что-то, осторожно двинулся вдоль здания.

Пройдя ещё немного, в тусклом свете фонаря я опознал силуэты нескольких оперативников, склонившихся над распластавшимся по земле телом, возле которого собиралось все больше людей в форме.

Сегодня прямо вечер возмездия!

- Выкуси, мразь, - процедил я, неотрывно наблюдая за тем, как полицейские скручивают ублюдка - хотелось верить, что они поймали того самого, и он уже не выйдет на свободу...

Я непроизвольно похрустел костяшками, кулаки прямо чесались кому-нибудь вмазать, но я ведь прокачался до уровня интеллектуальных сражений, только быдло какое-нибудь решает проблемы мордобоем.

К слову, о сражениях…

Ромка недавно отчитался, что самолично закончил с Олейником, запротоколировав все его признательные показания, для пущего воспитательного эффекта записав их на камеру. Прямо в мокрых штанишках.

Пригрозив не состоявшемуся «вершителю человеческих судеб» не только отправить эти показания в полицию, но и разослать запись Игорешиных пиздастрадашек возле закрытого вольера всем его контактам в социальных сетях.

А Галицкий ведь на полном серьёзе предлагал выпустить «телят», чтобы они немного за ним поохотились! Наивный. Тогда бы Ромке кроме

Закладка:

Повернув голову и выныривая из собственных размышлений, я заметил, что один из полицейских сидит на асфальте, зажимая бок, в то время как вокруг него суетятся коллеги.

Внезапно знакомое лицо раненного мужчины было бледным, в глазах читалось что-то вроде спокойного удовлетворения.

В отличие от Олейника Якушевский не был трусом.

Хорошим человеком, несмотря на непосредственное участие в задержании опасного преступника, я бы его не назвал, но то, что в прищуренных глазах мужика не было страха за свою шкуры - бесспорно вызывало уважение.

Тем временем, всё слилось в какую-то безумную сюрреалистическую какофонию движений и звуков, пока я вновь пытался дозвониться до Розы.

Число стражей порядка на этом пяточке с каждой минутой лишь увеличивалось, машины все подъезжали и подъезжали… Скорая, полиция, пресса…

- Максим… Макси-и-и-м.… - раздался за моей спиной ее напитанный волнением голос, как раз в тот момент, когда Якушевского на носилках транспортировали в реанимобиль.

Обернувшись, я сразу выхватил взглядом ее хрупкий силуэт среди множества других посетителей, спешно покидавших здание. Роза стояла на лестнице, обняв себя за плечи, напоминая растерянного потерявшегося птенца.

- Роз! Я здесь! - стискивая челюсти, я понесся к моей Леднёвой, застывшей посреди всеобщей неразберихи.

- Максим? - она устремила на меня полные застывшего ужаса глаза, - С тобой все в порядке?!

Выдохнув с облегчением, я схватил девчонку в охапку, сжав так сильно, что захрустели кости.

- Со мной да.… Этого ублюдка поймали.… - прошептал я ей в волосы, - Вот только… - кашлянул, пытаясь подобрать слова, - Твоего отчима ранили… Его увезли по Скорой… - пробормотал я, инстинктивно оглаживая ее спину.

Роза сначала как-то вся подобралась, ничего не говоря. А потом…

Из её горла вырвался сдавленный, хриплый звук. Тело девушки обмякло, пальцы вцепились мне в куртку, мертвецки бледное лицо уткнулось в плечо. Она дрожала, едва уловимо покачивая головой.

Какое-то время мы так и стояли, тесно прижавшись друг к другу.

- Он был в сознании, когда его транспортировали… - рассеянно добавил я, поднимая голову и внимательно заглядывая ей в глаза.

- Надо маме позвонить…. - прошептала моя девушка на сиплом вдохе, - Просто я… я не знаю, как ей сообщить… Папа ведь погиб при исполнении, - протирая выступившую на глазах влагу манжетом, - И… если он…

Вибрация телефона разорвала сгустившуюся между нами тишину.

Роза медленно достала мобильный, показывая мне фотографию своей матери на светящемся дисплее. Поморщившись, она приняла вызов, не успев ничего сказать, потому что из динамика до нас донесся тихий, сдавленный плач.

- Мам?

- Серёжу ранили.… Я… - пауза… - Мне надо… надо ехать к нему… Роз, пожалуйста, приезжай домой. Потапов сказал, Сергея готовят к операции…- ещё один протяжный всхлип, - Я останусь там до утра… Нужно, чтобы кто-то присмотрел за Антошкой…

- Скоро буду! - пробормотала любимая дрожащими губами: она выглядела такой бледной и испуганной, как бы сама не грохнулась в обморок…

Отключившись, Роза ещё некоторое время смотрела на меня потерянным осунувшимся взглядом.

- Мне было столько же, сколько брату сейчас, когда папы не стало, - цепляясь за мою руку, - Максим, я одна не справлюсь…. Я… я… - её губы дрожали, будто в душе она вновь проживала те трагические события минувших лет, - Останешься с нами сегодня? Я не смогу без тебя….

Глава 64

Роза

Тьма за окном казалась особенно концентрированной, будто кто-то выключил на небе все звёзды. Я вновь покосилась на часы, мечтая, чтобы эта бесконечная ужасная ночь поскорее закончилась.

Я сидела на диване, прижавшись к Антошке, а Максим занимал место с другой стороны, задумчиво листая наш фотоальбом: раньше мама часто их заказывала после семейных съемок.

- Роз, а он точно не умрёт? - снова пробормотал брат, стискивая в кулачке край моей футболки.

Я замерла, вспомнив, как много лет назад задавала такой же вопрос про папу… И тогда ответ оказался неправильным. В горле встал ком, затрудняющий поступление кислорода. Накатила такая слабость, что на миг я прикрыла глаза.

- А твой папа…. он ведь тоже сначала был в больнице? - с предательской дрожью в голосе добавил мелкий.

Нужно было держать себя в руках - у Антошки только недавно прекратилась истерика. Максим, будто почувствовав, что я вот-вот окончательно расклеюсь, перехватил инициативу.

- Врачи сейчас делают все, чтобы ему стало лучше. Уверен, твоя мама скоро позвонит и сообщит нам хорошие новости…

Брат безэмоционально кивнул, продолжая цепляться за мою футболку.

Максим кашлянул, поднявшись с дивана: обойдя гостиную, он достал из открытого подвесного ящика коробку с пазлом, с деланным удивлением обращаясь к Антону.

- Это ты уже такие собираешь? По двести деталей?!

Пожав плечами, Антошка уткнулся подбородком мне в плечо.

- Ну да….

- Не может быть, - Леднёв недоверчиво прищурился, - что-то я не верю…

Дернувшись, брат бросил на меня быстрый взгляд, обиженно поджав губу.

- Антон у нас настоящий гуру сложных пазлов. Он их как орешки щелкает, - на автомате подтвердила я.

- Но точно не этот, - Максим покачал головой, усаживаясь на коврик у нас в ногах.

Он вытряхнул из коробки детали пазла. Нашел, блин, время для игр… Правда, в этот миг его нога коснулась моей, и мой парень еле заметно подмигнул, с наигранным сосредоточием переворачивая мелкие детали.

- Говорю же, это только взрослым под силу, - будто между прочим, пробормотал Максим, раскладывая кусочки по цветам.

Я отметила, как пристально Антон наблюдает за его не особо скоординированными действиями. Леднёв, похоже, специально, соединял их неправильно, пытаясь вывести моего братишку на эмоции.

- Ты перепутал небо и траву, - Антошка, насупившись, тыкнул пальцем в картинку на коробке.

- Да быть такого не может! - фыркнул Максим, устремляя на меня беглый взгляд, и продолжил собирать детали, как попало.

- Правда! - щеки мелкого покраснели: рванувшись вперед, он сразу начал ломать неправильную картинку.

- Ну, докажи.… - глядя на Антона с теплотой, прищурившись, попросил Максим.

Я машинально пересела к ним на пол, наблюдая за тем, как братишка, сосредоточенно пыхтя, начал двигать детали по коврику, время от времени серьёзно косясь на Максима.

Пальцы Антона немного дрожали, и, тем не менее, Леднёву удалось хотя бы ненадолго отвлечь моего брата от горестных мыслей.

Сама не заметила, как, облокотившись о спину Максима, на автопилоте присоединилась

Закладка:

Внезапно в наш оазис мнимого спокойствия вторгся пронзительный звонок.

Мой телефон зазвонил так внезапно, что я выронила деталь из рук, обменявшись с Максимом напряженными взглядами.

- Телефон! Роза, твой телефон! - подскочив, Антон передал его мне. - Мама звонит… - брат прикусил губу, глядя на меня полными слез глазами.

Несколько секунд я не решалась принять входящий вызов, пытаясь с собой совладать. Нервы лопались один за другим.

Я находилась на пределе, внезапно почувствовав, как Максим осторожно приобнял меня за плечи, очень тихо и сбито выдыхая. Стало немного легче. Ледяные тиски на сердце ослабли, ведь рядом со мной находился близкий человек…

Моя поддержка. Моя опора.

- Да, мам? - на мгновение прикрыв глаза, я ощутила в ушах грохот участившегося сердцебиения.

- Розочка…. - тихим сдавленным голосом, полосующим меня изнутри, - Сергея прооперировали. Он ещё в реанимации, но… - едва слышный вздох облегчения, - жить будет…

Будет жить.

- Как там Антошка? Успокоился?

Я медленно переплела наши с Максимом пальцы.

- Всё нормально. Скоро будем укладываться… - подмигивая притихшему мелкому.

- Я пока здесь. Не могу уехать, - тяжело вздыхая. - Медсестры гонят домой, а я слоняюсь по приемному покою. Не могу…

- Понимаю, мам. Ни о чем не беспокойся, ладно? Если что, звони…

Закончив разговор, я притянула братишку ближе к себе, взъерошив его мягкую шевелюру.

- Слышал? Опасность миновала… - чувствуя, как ослабевает пружина внутри. - Твой отец будет жить!

Антошка дергано кивнул, сцепив зубы, очевидно, чтобы больше не разреветься.

Только ото всех этих потрясений и новостей я сама с трудом сдерживала рыдания, впившись мутнеющим взглядом в почти собранное безоблачное голубое небо на полу.

* * *

Я резко открыла глаза, почувствовав, как солнечный луч щекочет лицо, обнаружив рядом с собой на кровати вместо брата лишь смятое одеяло с рисунком динозавра.

Вчера ночью, вернее, уже под утро, Антошка заснул в моей комнате, а Максим постелил себе в гостиной.

Протянув руку за телефоном, выяснилось, что я благополучно проспала первую пару, узнав из маминого сообщения, что отчим пришел в себя, а она, наконец, едет домой отсыпаться.

Быстро умывшись и натянув домашнее платье, я вылетела в коридор, почувствовав запах свежей выпечки. Застыв в дверях кухни, я зацепилась взглядом за идиллическую картину.

Растрепанный и явно не выспавшийся Леднёв орудовал у плиты, переворачивая на сковородке оладьи, в то время как Антошка, размахивая вилкой, что-то эмоционально комментировал, не отрывая взгляда от плазмы на стене.

По телевизору шел футбол. О, как.…

- Макс, смотр-и-и-и! - взвизгнул мой брат, едва не перевернув тарелку. - Прямо в ворота-а!

Максим хмыкнул, ловко орудуя прихваткой.

- Вот так! Прямо в девятку-у-у! - Антошка аж подпрыгнул на стуле.

- Чистый удар подъемом. Видел, как он вывернул ногу?

- Нет, а как?

Вместо ответа, Максим взял пустую пластиковую бутылку, подбросив ее в воздух. Затем он легонько ударил ее верхней частью стопы, и та аккуратно приземлилась ему в руки.

- Офигеть! - ахнул явно впечатленный Антошка. - А научишь меня так?

- Обязательно. Только после завтрака. Будешь ещё? - перевернув оладушек, Максим обернулся, наконец, заметив меня в дверях. - Доброе утро, спящая Красавица. Вернее, уже доброго дня, - глаза любимого вспыхнули хитрым огнём, - садись завтракать.

- Да, можно ещё! Очень вку-ф-но, - пробормотал братишка с набитым ртом, я же вздрогнула, оборачиваясь на звук открывающейся двери.

- Мама?! - брат тут же подскочил со своего места.

Глава 65

За стеной раздался топот Антона и его взбудораженный голос, которым мелкий одновременно озвучивал маме с тысячу вопросов, касающихся здоровья и состояния его отца.

Переведя дыхание, я нервно облизала губы, сталкиваясь взглядом с Максимом, и что-то у меня внутри перевернулось.

Внешне мой Леднёв выглядел абсолютно спокойно.… Однако от моего взора не укрылось, как его пальцы, резко дернувшись, сжались вокруг чашки. Сократив расстояние, я встала с ним рядом.

Вдох. Выдох. Короткая передышка. Перед последним раундом.

Однажды я уже дала ему понять, что, несмотря ни на что, всегда буду выбирать его. Настало время доказать - это были не пустые слова. Не сотрясание воздуха. Не бравада.

Не просто так у нас с Леднёвым одинаковые фамилии - иногда Вселенной явно известно гораздо больше…

Я буквально кожей чувствовала разлившееся в воздухе напряжение, открыв рот, чтобы сказать что-нибудь подбадривающее, но не успела, увидев маму в дверях.

- Доброе.… - стопорнулась она, сталкиваясь с Максимом растерянным взглядом.

Кажется, сегодня ночью мама даже не заметила, что я приехала в его компании, пулей вылетев из квартиры, стоило мне появиться на пороге.

- Привет, мам! - ровно отозвалась я, переплетая наши с Максимом пальцы, - Это, кстати, Максим Леднёв - мой молодой человек. Максим, моя мама - Юлия Владимировна, - официально представила их я.

- Здравствуйте, - он сухо кивнул.

- Здравствуй, Максим… - мама адресовала мне что-то вроде невысказанного вопроса, ведь в прошлый раз я так и не успела их познакомить, а теперь из-за всей этой сложившейся по вине отчима и Олейника ситуации, не сказала, что мы помирились, явно застав ее сейчас врасплох.

Повисшую на кухне неуютную тишину внезапно разорвал возбужденный голос Антошки.

- Мам, посмотри! Повышенный уровень сложности.… Мы всю ночь с Розой и Максом собирали! - тараторил он, всучив ей в руки коробку из-под пазла, - Представляешь?!

- Ух ты…. - как-то невпопад произнесла она, скользя по нашим лицам все более недоумевающим взглядом.

- Мне уже пора, - спокойно озвучил Максим, крепче стискивая мою ладонь.

- Макс, ты уходишь? Уже?! - заканючил мелкий, - А как же обещание научить меня удару подъемом? - между делом он схватил оладушек, ополовинив его одним укусом, - Мам, кстати, пока Роза дрыхла, мы с Максом готовили и смотрели футбол! - ещё и сдал меня с потрохами, продолжая с аппетитом уплетать Леднёвскую стряпню.

- Антош, Максим много лет занимается футболом - он обязательно тебя всему научит, только в другой раз. Ладно? Он уже опаздывает на тренировку - завтра у него важная игра, - пробормотала я, косясь на застывшую в дверях маму.

- Счастливо, - кивнув членам моей семьи на прощание, Максим вышел из кухни.

- До свидания.… - как-то заторможенно откликнулась мама.

После

Закладка:

- Спасибо, - и ощущая, как все мои чувства обостряются до предела, будто летят по высоковольтным проводам.

- За что? - также тихо отозвался Леднёв, слегка отстраняясь и заглядывая мне в глаза.

Он бурно выдохнул, прочитав в них ответ.

За всё.

За то, что он позволил мне быть слабой…

Успокоил мелкого, принеся в наш затянутый тучами дом долгожданный мир и покой.

То самое безоблачное, чистое небо, как на картинке.

Помог составить такой важный пазл.

- Я тебя люблю, - сердце норовило проломить мне ребра, - Сегодня же предупрежу маму о том, что перееду к тебе, как дядю Серёжу выпишут….

Максим издал едва слышный вздох облегчения.

И от его полного любви и обожания взгляда мне стало физически больно. Настолько, что увлажнились глаза. Дыхание в срыв ушло. До того был головокружительным, захлестнувший нас поток эмоций.

- Правда, переедешь в мою конуру? - шумно поглощая воздух ноздрями.

- А ты уже передумал, что ли? - хотела ответить дерзко, но вышло как-то сердито.

- Нет. Не передумал, - он усмехнулся на коротком вздохе, - Просто ты к другому масштабу привыкла, Роз… - процедил сквозь зубы, будто у нас тут королевские хоромы, ей Богу, - Смотри, чтобы потом не пришлось жалеть, - выдерживая мой прямолинейный взгляд.

- Даже не надейся, Леднёв, - я облизала губы, слегка морщась, - Тем более, если по выходным ты будешь будить меня такими оладушками, о какой жалости может идти речь? - я не смогла подавить улыбку.

- Ты ещё мои драники не пробовала, - кусая губы, любимый вжался в меня всем телом, - Мм?

- Эй, ну хватит обниматься! - заныл вездесущий Антошка, тыкая меня кулачком в бок, - Макс, ты ведь к нам ещё придешь? А?! - он буквально повис на руке Леднёва, - Ну, правда, приходи почаще! Скажи же ему, Р-о-з?

- Разберёмся, - подмигнув, Максим на прощание пожал Антону руку, кратко поцеловав меня в висок, - Я заеду за тобой после пар. Будь осторожнее. В студенческих чатах каких только теорий заговора не строят, но полиция пока не делала официальных заявлений, хоть и поймали подонка, - последний, красноречивый взгляд глаза в глаза перед тем, как скрыться за дверью.

…. Когда я вернулась на кухню, то обнаружила маму, сидящей за столом.

Она подняла голову, встретив меня усталым, расфокусированным взглядом глаз, окруженных синеватыми тенями.

- Как он? - тихо спросила я, усаживаясь перед ней.

- Пришел в себя, - мама выдохнула с нескрываемым облегчением, - Пуля чудом не задела почку… - резко проведя ладонью по столу, она смахнула невидимые крошки, - Но прогнозы обнадеживают. Сергей сильный. Ему не привыкать, - она издала короткий, хриплый смешок, - Мы выкарабкаемся, - упираясь изнеможенным взглядом в стену за моей спиной.

- Мам, тебе ведь, наверняка, сказали имя этого монстра? Какие только фейки не растиражировали за последние часы… - хоть ночью нам и было не до того, я краем глаза видала несколько вбросов, понятия не имея, чему верить.

Поморщившись, мама поджала нижнюю губу, будто сама мысль о личности насильника доставляла ей невероятную муку.

- Это пока конфиденциальная информация, дочка, - она вздохнула.

- Мне ночью позвонил Кожухов. Сказал, это какой-то преподаватель твоего ВУЗа. Уважаемый научный деятель… Начитанный. Интеллигентный. Язык подвешен, - голос её был тихим, почти безжизненным, - Грядет большой скандал, поэтому до сих пор не было официального заявления. Но я как подумаю, что ты могла оказаться на месте тех несчастных девушек… Вы ведь находились в одном развлекательном комплексе…

Мои пальцы на столе сжались в кулак, пока я обдумывала полученную информацию.

Преподаватель. Интересно, кто? Ничего себе.…

Отрывисто выдохнув, я прошептала.

- Вчера он чуть не увел с собой Трофимову…

Мама подняла на меня полные изумления глаза.

- Лену?

Я кивнула.

- Откуда она там взялась?!

- Пришла со мной встретиться, но разговор не задался. Мы повздорили, и разошлись по разным углам. А потом от Максима я узнала, что ее перехватил Андрей Дронов. Тоже наш бывший одноклассник…

Мама прикрыла глаза рукой, некоторое время зависнув в таком положении.

- Варфоломеевская ночка. Да и утро не лучше.… - судорожный вздох, - Разговаривала со Светой, пока ехала в такси. Она сказала, что сегодня вечером Игорь улетает в Лондон. Он будет там учиться в каком-то частном колледже. Представляешь? - пробормотала мама, пристально вглядываясь в мое лицо, очевидно, всерьёз пытаясь там отыскать отблески сожаления.

Ай-ай.

Игорь убегает, трусливо поджав хвост, после разборок с Максимом.

Какая неожиданность.

На самом деле нет.…

- Я очень рада, что он исчезнет с горизонта. Надеюсь, больше не вернется, - выталкивая из себя мрачный смешок, я отслеживала каждый оттенок ее реакции.

Знает или не знает?

Знает?

Или…

Пожав плечами, мама смотрела на меня во все глаза.

- Дочка, ну, зачем ты так? Вы ведь давно дружили… Игорь никогда не скрывал своих чувств к тебе. Мы со Светой не теряли надежды.… - она осеклась, понуро опуская взгляд.

Я окончательно убедилась - она не знала.

По растерянному выражению осунувшегося за эту страшную ночь лица мамы я поняла - она не знала о злодеяниях Игоря Олейника, искренне считая его хорошим парнем… сыном друзей нашей семьи.

Честно говоря, в этот миг будто огромный булыжник свалился с моей души.

Похоже, мама не была в курсе подробностей их заговора с Якушевским.

Что ж…

Настало время пролить свет на эту темную историю.

- Игорь не просто так решил уехать из страны, мам.… - еле слышно начала я.

Глава 66

- Что значит «не просто так»?

Я горько усмехнулась, сердце билось, выдавая пулеметную очередь из ударов.

- Помнишь ту ситуацию с арестом Максима и этими ужасными обвинениями в его адрес?

- Как такое можно забыть.… - она кашлянула.

- За всем этим стоял Игорь, - твердо припечатала я.

Мамины глаза расширились. Она сделала судорожный вздох, как астматик на пороге нового приступа.

- Да быть такого не может, дочка! - воскликнула она шокировано. - Что этот мальчишка навешал тебе на уши? Мы все с детства знаем Игоря…. Он порядочный молодой человек! Как он мог стоять за столь серьёзными обвинениями? Насколько я поняла, этот Максим ещё в школе украл какие-то деньги… А потом

Закладка:

- Ничего он не крал! Ни тогда, ни сейчас! - мои щеки запекло. - Это Игорь украл мой медальон, когда заходил к нам домой за пару дней до выпускного! Он даже дядю Серёжу, с которым они вроде как были за одно, обвел вокруг пальца! А потом прикинулся бедненьким, и выкупил в ломбарде украденную им же самим вещь! Разве не умно?

- Но как такое возможно? - мама нахмурилась.

- Да пойми ты, мам, Олейник ненормальный! Он готов был пустить под откос не только карьеру Максима, но и его жизнь, наняв папочкиных людей его избить… Только пострадал совсем другой парень из их футбольной команды - Слава Морозов.

- Из-за полученных травм он несколько недель не сможет играть, потому что эти подонки целились специально по ногам! И дело тут совершенно не в чувствах ко мне… У Игоря крыша поехала на почве денег и статусности его отца. Стерлись границы дозволенного… - мрачно закончила я, переводя дыхание.

Какое-то время мы с мамой не произносили ни звука.

- Ты сказала, они с Сергеем были за одно? - вытолкнула она бесцветно.

- А как бы Игорь провернул все это в одиночку? - хмыкнула я, удерживая ее ошеломленный взгляд.

- Роза, погоди… Но, если это действительно так, и ты знаешь… - она явно пыталась подобрать слова. - Получается, и Максим тоже в курсе? Он знает, что Сергей…. - прошептала она, на глазах становясь бледной, как мел.

- Да, он обо всем знает, - я кивнула. - Вчера он заснял признательные показания Игоря. Разумеется, этот трус и про участие Якушевского не забыл, сдав дядю Серёжу с потрохами.

Между нами установилась такая звенящая тишина, будто мы обе впали в режим оцепенения.

- Роза… - мама всхлипнула. - И что же теперь? Что этот юноша собирается делать?

- Очевидно, то, что должен, чтобы восторжествовала справедливость, - озвучила я без особых эмоций. - Насколько я знаю, Максим консультировался с адвокатом. Они составили заявление.

- Что-о-о? - прохрипела она. - Заявление? И ты позволишь?! - резко подаваясь вперед. - Дочка, ты позволишь какому-то ушлагану разрушить твою семью? Оклеветать Сергея? Да он же заменил тебе родного отца… Мы больше десяти лет жили под одной крышей! И ты так спокойно говоришь про заявление! Я уверена, Сергей действовал исключительно ради твоего блага, пытаясь защитить тебя…

«Оклеветать» Сергея.

Заменил тебе отца….

Защитить тебя.

От ее слов, грудь будто ржавой наждачкой рассекло….

Я-то наивно надеялась хоть на какое-то понимание.

- Роза, ты обязана сегодня же поговорить с Максимом! Убеди его! Дочка… - она порывисто потянулась к моей руке, однако я непроизвольно ее одернула.

- Не могу, мам. Я с ним. И поддержу любое его решение, - отрезала я.

Несмотря на болезненность и противоречивость ситуации, я ощущала себя сильной, как никогда.

И дело не в каком-то маниакальном желании отомстить отчиму. Вовсе нет. Я просто понимала, что это не моя битва. Единственное, что я могла сделать - не вмешиваться. Думаю, Леднёв сам в состоянии решить, как ему поступить…

- А как же Антошка? Почему ты не думаешь о нем? Неужели ты не понимаешь, что его отец - герой, который ценой собственной жизни обезвредил опасного преступника, может после выздоровления остаться на улице? И это далеко не все, что ему светит только потому, что он хотел обезопасить тебя…

- Почему же Сергей сам не думал о своем сыне, когда подставлял моего парня? Почему он не думал обо мне - своей «дочери», когда отправил на всё лето подальше от Леднёва? Он взрослый человек, мам. У него есть своя голова на плечах. Уж как-нибудь разберется.

- Но Игорь же просто его развел! Обманул, воспользовавшись Серёжиной добротой! Роза, неужели ты не понимаешь?

- Вспомни, как давно Сергей мечтал о повышении? Ты ни раз говорила, что у Олейника-старшего имеются выходы наверх. И эти ваши бесконечные застолья… - многозначительно хмыкнув, - Полагаю, отчим влез во всю эту грязь не просто так, - я опустошенно выдохнула. - В любом случае, ему теперь нести ответственность, - подвела черту я, поднимаясь из-за стола.

- До чего же этот юноша запудрил тебе мозги! Роза, я тебя не узнаю! Неужели ради него ты готова пойти против семьи?

Неужели она до сих пор так ничего и не поняла…

- Мы с этим, как ты выразилась, юношей в ближайшее время съедемся. А ещё планируем пожениться. Теперь он - моя семья, и я всё ещё не теряю надежды, что мои родственники больше не будут вставлять нам палки в колеса.

Не дожидаясь ее ответа, я поспешила на звонок телефона в моей комнате, прочитав на дисплее имя отца Игоря. Только разборок с ним не хватало для полного счастья.

- Здравствуй, Розочка, - с наигранной теплотой обратился ко мне Олейник-старший.

- Здравствуйте, дядя Вова, - поздоровалась я, и, заметив маму в проеме, переключила разговор на громкую связь - ей явно будет полезно послушать.

- Роза, милая, случилось небольшое недоразумение… - своим привычно поставленным голосом начал он. - Ты ведь знаешь, что мой сын был влюблен в тебя с детства… А мужчины, порой, способны на такие глупости из-за своей неразделенной любви….

- Действительно, оклеветать, усадив за решетку, а потом заказать нападение - какие глупости, Владимир Александрович! - я истерично хмыкнула, честно признаюсь, упиваясь неловкой паузой на том конце.

- Роза, наши семьи сто лет дружат… Не думаю, что…

- Да причем здесь это, если ваш сын поступил хуже преступников, которых вы защищаете! Он поступил как моральный урод! По его прихоти жестоко избили невиновного человека! И, правильно, что он уезжает - в противном случае запись с его признательными показаниями попадет во все СМИ! Владимир Александрович, представляете, что тогда будет? - зло рассмеялась я, выдерживая пристальный, пугающе безжизненный мамин взгляд.

- Как раз об этом я и хотел поговорить, милая, - внезапно ледяным тоном.

- В суде мне не составит труда доказать, что Сергей манипулировал моим сыном. Вряд ли ты допустишь, чтобы твой отчим присел за шантаж и подстрекательство подростка с неустойчивой психикой? - загробный смех, - А я обещаю, что устрою ему это, если гребанная запись хоть куда-то просочится. Роза, ты меня поняла? - даже не скрывая угрозы.

От маминого выражения лица мне физически стало больно. Она закусила

Закладка:

А вот тебе и ваш ненагляднейший друг семьи! Эх, мама-мама.…

- Хорошо, устраивайте! Мы с Максимом и Славой Морозовым уже подъезжаем к отделению. Увы, Игорь не успеет улететь! «Отдохнет» немного за решеткой, пока вы будете его отмазывать… - и я решительно сбросила вызов, широко, до боли в уголках губ, дьявольски улыбаясь.

Выкусите!

Уверена, что Игорь, который, наверняка, это слышал, сейчас затрясся от страха…

- Роза…. Ты что творишь?! - прохрипела мама помертвевшим голосом. - Это же Вова! Неужели ты не понимаешь, на что он способен? - истерично всхлипывая и пытаясь вырвать у меня вновь зазвонивший телефон.

- Хватит! Прекрати! - резко дернувшись, я сбросила вызов. - Он блефовал, также как и я сейчас! Пусть выбирает выражения и больше не вздумает мне угрожать… не в том положении! - прошептала я запальчиво.

Телефон снова ожил, но я, решительно качая головой на умоляющий мамин взгляд, вновь разорвала соединение. Пусть Владимир Александрович немного понервничает, не все же нам с Максимом мучиться.

- Дорогая….

- Я отвечу, - устало выдыхая. - Потому что нет никакого желания принимать его здесь, - ещё один протяжный вздох. - Надеюсь, у тебя тоже. И ты теперь знаешь, какие у вас «друзья».

Закатив глаза, я всё-таки ответила.

- Роза, давай успокоимся и не будем горячиться. Прошу прощения, если какие-то мои слова задели тебя. Предлагаю, оставить эмоции и подойти к сути вопроса с холодной головой… - он сделала глубокий надсадный вздох.

О, как заговорил, поняв, что у него не получится меня запугать.

- Я вас внимательно слушаю.

- Думаю, мы могли бы прямо сейчас где-то встретиться с тобой и твоим молодым человеком?

- Зачем? - я зевнула.

- Насколько у меня получилось навести справки, у него нет своего жилья. Он живет на съемной квартире… Не гоже молодой паре ютиться по углам. Возможно, новая уже обставленная квартира в центре города могла бы решить все возникшие между нами разногласия? Так сказать, разойдемся полюбовно? - гаденько усмехаясь и ловя окончательно потерянный мамин взгляд.

Поняв, что шантаж не сработал, дядя Вова решил откупиться. Что ж.… ожидаемое развитие событий… Очень в духе их семейки.

- Я поговорю с Максимом. Мы подумаем, - через губу протянула я, намеренно решив ещё какое-то время подержать ушлого адвоката в подвешенном состоянии.

Разумеется, тут не о чем было даже думать: ни я, ни Максим, никогда бы не согласились принять что-то от Олейников, даже если, за неимением собственного угла, нам бы с ним пришлось мотаться по теплотрассам.

- Хорошо. Подумайте, - пауза. - Когда я могу тебе набрать?

- Дядь Вов, я сама вам наберу, - и я отключилась, обессиленно рухнув на свою кровать.

- Роза, - мама всхлипнула, - я… просто не понимаю… что нам теперь делать? Что мне делать? - глядя на меня сквозь влажные слипшиеся ресницы.

В этот миг она выглядела такой сломленной, подавленной и беззащитной, что у меня внутри все стянуло тугим болезненным узлом.

Мне было искренне её жаль. Похоже, моя мама, правда, запуталась.

Возможно, ей просто необходимо было время, чтобы, свыкнувшись с лавиной обрушившихся на нее за последние сутки новостей и событий, принять правильное решение…

- Тебе нужно сейчас быть рядом со своим мужем. Поддерживать его, - я слабо улыбнулась. - Также как и мне - быть рядом с Максимом. Как там говорят - подавать патроны, стоя у него за спиной?

Мама громко шмыгнула носом, протирая бледное заплаканное лицо тыльной стороной ладони.

- Дочка? - еле слышно позвала меня она, когда я уже собиралась отвернуться.

От её взгляда у меня внутри все в очередной раз задрожало.

- Ты, правда, так любишь этого мальчишку?

- Да, мам, - не задумываясь ни секунды, озвучила я, на этот раз позволяя ей перехватить мое запястье.

- Красивый браслет, - внезапно сказала она, разглядывая маленькую серебряную розу у меня на руке.

- И очень символичный - мы с Леднёвым обменялись такими браслетами в день его восемнадцатилетия.

Кивнув, мама отвела взгляд, потому что в этот момент в комнату ворвался Антошка. Размахивая оладушком, он как всегда эмоционально сообщил нам, что команда, за которую они с Леднёвым болели, выиграла.

Глава 67

POV Лена Трофимова

Я с трудом открыла глаза, щурясь от тусклого утреннего света, пробивавшегося сквозь шторы. Виски покалывало, а в горле стоял противный сладковато-тухлый привкус.

Прошлая ночь была полным провалом.

Последнее, что я смутно помнила - это наше бестолковое общение с Леднёвой, слишком много коктейлей и чьи-то навязчивые руки, которые то и дело скользили по моей талии, пытаясь утянуть меня за собой.…

А дальше провал. В прямом смысле.

Как я оказалась дома? Кто меня привез? Или я сама добралась?

Я крепко зажмурилась, потому что голова трещала по швам, однако никак не получалось вытравить из сознания кошмар, который мне приснился.

Даже сейчас, вновь погружаясь в него, на руках волоски встали дыбом…

Мне приснилось, будто я сидела за барной стойкой, а напротив, ухмыляясь, восседал сам дьявол. Он наливал мне густой красный напиток, напоминающий кровь, приговаривая что-то тихим, вкрадчивым голосом. Пригубив немного, я проснулась в липком холодном поту, пытаясь перевести дыхание…

С трудом приподнявшись на кровати и повернув отяжелевшую голову, я внезапно заметила Андрея. Дронов сидел в кресле напротив, с каменным выражением лица.

Неожиданно, но я была очень рада его видеть. Попыталась улыбнуться, однако губы не слушались.

- Что… что ты тут делаешь? - пробормотала я хриплым от похмелья голосом.

Андрей как-то нервно повел плечом, скользя по мне нечитаемым взглядом.

- Лен, ты ничего не помнишь?

Я вновь попыталась улыбнуться.

- В голове такая каша… - честно призналась я, кашлянув невпопад. - Кажется, я впервые напилась до беспамятства…

И падать ниже было уже некуда.

Ах, как же я была не права…

Андрей ещё несколько секунд молча меня разглядывал, затем взял со стола свой телефон, медленно протягивая его мне.

- Что там? - приняла его я, слегка дрогнувшими пальцами.

- Этой ночью много всего произошло, - мрачно прищурился, покосившись на часы. - Мне надо ещё успеть заехать в полицию. Дать показания. Думаю, тебе тоже придется…

- В полицию? - я аж подпрыгнула. - Какие ещё показания? Ты о чем?! - рука с телефоном задрожала ещё сильнее.

- Вчера во время вечеринки

Закладка:

Я дернулась, правда, тут же застыла, будто меня окатили ледяной водой.

- Ч-ч....что?

Андрей тяжело вздохнул, проведя рукой по лицу.

- Да расскажи ты все как есть! Чего молчишь?! - не выдержав, заорала на него я.

Пока Дронов, отмерев, начал путанными фразами вводить меня в курс дела, я судорожно вглядывалась в экран, лихорадочно пролистывая переписки в студенческом чате, просматривая темные мутные фотографии, пытаясь на них что-то разобрать…

- Ты уверен, что это был тот самый мужчина в маске? Ну, с которым я выходила из клуба… - сердце колотилось в предынфарктном состоянии.

- Не уверен, но что-то мне подсказывает… - Дронов вздохнул. - Когда мы уже подъезжали на такси к твоему дому, позвонил Макс и рассказал про изнасилование. По времени все сходится - ту девушку нашли вскоре после того, как я тебя забрал. Ублюдку не удалось далеко уйти, - Андрей вновь устремил свой взгляд на дисплей. - Мне уже пора в ментовку. Полагаю, там все и прояснится. Тебя тоже, по любому, скоро пригласят.

Вернув ему телефон, я потянулась к клатчу, выуживая оттуда свой мобильный, однако он оказался разряженным в ноль.

- Андрей, подай зарядку! В верхнем ящике, - голова всё ещё раскалывалась.

Я сделала пару плавных вздохов, зажмурившись, и на автопилоте протянула руку, но вместо зарядки мои пальцы наткнулись на что-то жесткое.

Встрепенувшись, я несколько секунд разглядывала протянутую мне черную тетрадь.

- Лен, какого хрена? - натянутым, словно струна голосом, обратился ко мне Андрей, кивая на изуродованные фотографии наших бывших одноклассников.

Откинувшись на спинку кровати, я каким-то новым, потрясенным взглядом всматривалась в несколько вырезанных голов Леднёва, и парочку фоток Розы с выколотыми глазами, не вполне отдавая себе отчет, что это моих рук дело…

В ту ночь я вообще была сама не своя, не ведая, что творю… Только, судя по медленно каменеющему лицу Дронова, вряд ли его устроит такое мое оправдание.

Резко подавшись вперед, парень вырвал тетрадь у меня из рук. Закусив губу, я наблюдала, как его пальцы медленно перебирают пожёлтевшие листы, и оттуда сыплются на пол черные перья, приклеенные на бумаге, высушенные листья, обрывки пергамента, написанные красным маркером…

Остановившись на одной из страниц, Дронов иронично прочитал.

- Hostia vivit in tenebris... - он смотрел на меня с нескрываемой жалостью и насмешкой. - «Пусть Максим Леднёв будет только моим… Пусть мне принадлежит его воля…» - прочитал издевательски-едким голосом. - А в другом ящике, наверное, заготовки для кукол Вуду? Или это уже прошлый век?

- Андрей.…

- Мне, правда, интересно, Лен! Просвети, неуча. Во что сейчас иголки тыкают? Может, появились какие-то модные девайсы? - он резко захлопнул тетрадь, бросая ее мне в ноги. - Только, видимо, я не удостоен такой чести… Вон для Макса сколько заготовок! Можно целую партию игрушек с его лицами выпустить! Наверняка, в универе будет хит-продаж, - он горько рассмеялся, и звук этого смеха срезонировал где-то очень глубоко.

Я даже опешила, насколько...

- Послушай.… Я все тебе объясню…

- Нет, Лен. Это край, - Андрей улыбнулся: горько так, тоскливо. - Все.

- Что значит «все»? - не особо воспринимая слова Дронова всерьёз. - Мы ведь продолжим иногда видеться? - неожиданно плаксивым голосом, которого я сама от себя не ожидала.

- Я же сказал - все. Харе, - как отрезал. - Больше никаких встреч, Лен.

- Но почему? - пытаясь говорить спокойно. - Я думала, нам было хорошо…

- Прикинь, я тоже так думал, - тихий холодный смех. - Но оказалось, ты все это время фанатела от моего приятеля!

Фанатела….

- Да я к Хэллоуину готовилась… - пискнула я, натянуто улыбаясь и размахивая фотографией Розы, с вырезанными глазами. - Это черный юмор. Слышал о таком? - пытаясь перевести все в шутку.

- Я вчера весь вечер не мог до тебя дозвониться. Волновался, пока ты нажиралась, оплакивая свою несчастную любовь. Случайно решил заехать в клуб - надо было с Максом переговорить, - Андрей вдруг замолчал, своей скептичной улыбкой медленно погружая меня на дно уже остывшего ада. - Я рад, что послушался свою интуицию и получилось увести тебя оттуда… - и снова протяжный смешок. - Только когда-нибудь ни меня, ни Леднёва не окажется рядом, - явно намекая на ту ситуацию во время моего дня рождения, - и тебя поимеют где-нибудь в кустах, - развернувшись, он направился к выходу.

- Андрей, давай успокоимся и поговорим?! - несмотря на какофонию звуков в ушах, я поднялась, пытаясь его нагнать.

- Я уже все сказал, - его безапелляционный голос разрезал тишину. - Наигрался в спасателя. Пока ты спала, я связался с твоей матерью…. - он поморщился. - Подумал, будет правильно ввести ее в курс дела, ведь ты чудом отделалась лишь похмельем. Но на этом все. Не буду мешать готовиться к Хеллоуину, - усмехнулся, глядя мне в глаза, после чего хлопнул дверью.

Андрей Дронов ушёл.

Ушёл.…

Ушёл!!!!

Ну, и скатертью дорожка!

Ненависть во мне взметнулась и запорошила сознание, когда я вернулась в комнату, глядя на раскуроченный «гримуар», и разбросанные по всей кровати фотографии и листы…

Когда-то все это казалось мне важным.

Я верила. Во все это верила… внезапно почувствовав себя совершенной непроходимой дурой.

Неужели я всерьёз полагала, что заклинания на псевдо-латыни над разрисованными фотографиями Леднёва, присыпанными облезлыми воробьиными перьями помогут нам быть вместе?

Маразм.

Капитальный.

Дура ты, Лена.

Дура. Дура. Д-у-у-у-р-а.

Роза оказалась тихушницей, а я - ненормальной.

Вот и весь расклад, в результате которого Андрей ушел.

Ушёл.

Это всё. Просто.… всё.

Конец.

Рухнув на кровать, я отчетливо осознала это с отчаянием и болью.

Взвыла почти с позорной мольбой. Только понять не могла, к кому или чему…

Я окончательно запуталась, безотчетно хватая книгу и запихивая ее в большой мусорный пакет, после чего открыла один из шкафов, предназначенный для моих магических ритуалов, опустошая его содержимое подчистую…

Скидывала в пакет свечи, камни, колбы с кладбищенской землей, пока грудную клетку сотрясало от рыданий, а когда убирать было уже нечего, горло сдавило спазмом… я едва ли могла сделать вздох…

.… усевшись на пол, меня вывернуло сверху всего этого дерьма…

- Леночка, ты дома? - услышала я обеспокоенный голос матери, отрешенно протирая грязный рот тыльной стороной ладони.

Глава 68

*Шесть недель спустя*

Пока Валя расспрашивала нашего тренера насчет его ожиданий по поводу предстоящего

Закладка:

Он поймал мяч, который случайно выкатился к нему, сделав несколько финтов, после чего повернул голову, будто почувствовав моё присутствие.

Максим улыбнулся, вдруг посмотрев поверх моего плеча, и выражение его лица моментально сделалось непроницаемым.

В проходе между рядами, чуть поодаль, стояли моя мама, отчим и Антошка. Не заметив меня, они о чём-то оживленно спорили.

Что они здесь делают?

Я поморщилась, воспроизведя в памяти события последних недель.

Казалось, за это время столько всего произошло…

Взять хотя бы арест одного из самых уважаемых преподавателей нашего университета, который преподавал химию комплексных соединений на моем факультете - Петра Школярова. Теперь ему грозило не менее двадцати лет тюрьмы…

От осознания того, что рядом с нами какое-то время находился кровожадный монстр - вел лекции и семинары, подкупая девчонок своей обаятельной улыбкой - до сих пор желудок скручивало, а вихрь разрушительных эмоций в груди никак не утихал.

Как и не утихали разговоры.…

После того, как объявили имя преступника, недели на две учебный процесс практически встал, а нашу Альма-матер атаковали полиция и журналисты.

Поговаривали, что, когда клубок начал раскручиваться, кроме прочего были выявлены случаи домогательств до студенток. Увы, не единичные… И, ожидаемо, эти «грязные» подробности пыталась разнюхать пресса.

Нам с Валей даже предлагали заплатить деньги, если мы согласимся поделиться жареными фактами… Поразительно, но «охотникам за сенсациями» было неважно, что это могли быть всего лишь чьи-то домыслы. Разумеется, они остались ни с чем.

От воспоминаний о том, что Лена Трофимова чудом избежала участи одной из жертв насильника «Химика», как его уже окрестила пресса - из-за того, что Школяров подсыпал своим жертвам какую-то дрянь в алкоголь - мне до сих пор было не по себе.

Словно в замедленной перемотке, в моей голове вновь возник тот наш разговор с Леной спустя несколько дней после того, как этого психа арестовали.

Трофимова позвонила мне, вернувшись с допроса и опознания, выяснив, что именно он пытался увести ее из клуба в ту роковую ночь. И если бы не вовремя подоспевший Дронов.…

Я сделала глубокий вздох, снова погружаясь и увязая в жутких событиях тех дней.

- Ну, и главное… Роз, выслушай меня, пожалуйста… Не перебивай. Я просто хотела сказать, что завязала с магией. Навсегда. Даже в церковь сходила. Исповедовалась и причастилась. Свечку за ваше с Леднёвым здоровье поставила. Честно! Батюшка сказал, если делать от чистого сердца, то все у нас всех будет хорошо, и никакие привороты не страшны! Ты же веришь?

- Верю, Лен.

Трофимова горько и, вместе с тем, как-то щемяще усмехнулась.

- А ещё мать записала меня к психотерапевту, пригрозив, что, если я не возьмусь за голову, она принудительно закроет меня на несколько месяцев в дурке! Так что, выбор без особого выбора.… Вместо тренажерки теперь буду три раза в неделю ходить к мозгоправу! Эх, надеюсь, он хоть окажется симпатичным, - мрачно рассмеялась она.

- Лен…

- Да погоди ты, попросила же не перебивать.… - протяжный вздох. - Батюшка сказал, я обязательно должна открыть перед тобой душу, и тогда мне станет легче. Только так я смогу отпустить старые обиды. На отца, который нас бросил, на мать, которой вечно не было дома, когда я так в ней нуждалась… На тебя.… Леднёва… Дронова… На весь белый свет…

Она печально вздохнула, и мне очень сильно захотелось ее обнять.

- Леднёва, я знатно облажалась. По всем фронтам. Теперь и Андрей знать меня не желает. Знаешь, я, ведь, правда, по нему скучаю, и только после того, как он меня бросил, вдруг осознала, как мне с ним было хорошо. Очень хорошо. Я же вбила себе всю эту чушь в голову! Леднёв-Леднёв…. Хотя все свободное время проводила с Дроновым… Но теперь уже поздно.

- И ты даже не попытаешься его вернуть? С твоим-то пробивным характером… Только, Лен, если это снова не какая-нибудь блажь, а ты действительно испытываешь к парню чувства…

- Думаю, сначала я должна разобраться в себе, чтобы больше никто не пострадал, - пессимистичный смешок. - А дальше…. Посмотрим. Я ещё раз хотела попросить у тебя прощения…

- И ты меня прости. Я должна была с самого начала обо всем тебе рассказать. Но я струсила, слишком буквально восприняв выражение: «Счастье любит тишину»… Так что мы обе в каком-то смысле облажались, потеряв нечто важное…

Нашу дружбу.

Повисла горькая пауза.

Мы обе понимали, что это последний наш разговор перед долгим и оправданным молчанием, потому что наши пути, к сожалению, расходятся.

- И ещё: в сообщении я прислала тебе пароль и логин от фанклуба Леднёва. Полагаю, ты придумаешь, что делать с этой группой. Я там больше не администратор…. Пи. Си. Не пугайся, некоторые девчонки в личных сообщениях отправляют ему свои обнаженные телеса! Мой тебе совет - сразу бань таких мадам! - Трофимова звонко, дерзко рассмеялась, сбрасывая вызов.

- Роз-а-а-а…. - Валя решительно дернула меня за плечо, вынуждая вынырнуть из своих мыслей. - Ты даже не представляешь, что стряслось!

- Ауу? - я несколько раз моргнула.

- Я только что разговаривала с матерью Максима.… - прошептала она мне на ухо.

- Моего Максима?

- Ага!

- Но как ты поняла, что это его мать? - озадаченно пробормотала я, потому что Леднёв так до сих пор нас и не представил - в его отношениях с родственницей наблюдалась стабильная прохлада.

Проще говоря, я была в курсе, что они почти не общаются.

- Я и не знала.… Закончила брать интервью у нашего тренера, и тут ко мне подходит женщина… «Может быть, вы хотите, чтобы я вам что-нибудь рассказала о своем сыне?» Разумеется, я уточнила, о ком она, - подруга вздохнула. - Ну, и она представилась матерью Максима… и как давай мне травить байки о его детстве и юности…. - Валя кивнула в сторону статной брюнетки, которая, рассеянно озираясь, поднялась на трибуну.

- Максим говорил, что его мама работает актрисой...

- Не знаю уж, где она работает, но, честно говоря, эта женщина показалась мне довольно странной. А некоторое из того, что она рассказывала.… - подруга кашлянула в кулачок. - Вряд ли такое стоит выносить на публику…

- Валь, можно попросить тебя сначала показать эту запись Максиму? Ну, мало ли…

- Конечно. Какой разговор? - подмигнула она мне,

Закладка:

К этому моменту команды уже заканчивали разминку.

Убедившись, что мой парень занят на поле, я повернула голову, на этот раз, находя взгляд моей мамы и отчима. Столько людей сегодня пришли на этот матч…

К чему бы это?

- Роза! Роза-а-а!!! - завопил, увидев меня, Антошка.

- Привет! Не ожидала вас здесь увидеть.… - приблизившись к родственникам, честно призналась я.

- Антон нам все уши прожужжал про твоего молодого человека, - откашлявшись, произнес дядя Серёжа. - Теперь просит и его записать в футбольную секцию.…

- Да, я показал папе все удары, которым научил меня Макс! - братишка горделиво выпятил грудь. - Роз, а вы в эту субботу возьмете меня с собой?

Я не смогла сдержать улыбку, выдерживая пристальный мамин взгляд.

Так уж вышло, что Антошка с Максом как-то неожиданно сдружились после той ночи, и мой брат стал часто проводить с нами время.

Особенно в выходные на университетском стадионе, где Максим частенько заменял тренера, а я, на правах вечной лузерши, пересдавала свои долги.

Но, справедливости ради, уже делала неплохие успехи благодаря своему парню-спортсмену, и больше не становилась мишенью Чекушиной.…

- Возьмем, если будешь хорошо себя вести, - взъерошив его густую мягкую шевелюру, я, наконец, перевела взгляд на футбольное поле, где только что начался матч.

Команда МГУ традиционно была лидером турнирной таблицы, поэтому игра с первых минут носила очень напряженный характер.

Хорошо, что сегодня впервые после нападения к нашим ребятам присоединился Слава Морозов.

В этот момент Максим как раз дал на него пас, и Слава одним касанием скинул мяч назад центральному полузащитнику - Костину. Тот тут же пробил в штангу: мяч отлетел рикошетом прямо к Максиму, который уже ворвался в штрафную…

Максим подставил грудь, смягчив удар, и мгновенно перевел мяч под левую ногу. Вратарь бросился в ноги, но было уже поздно…

Сетка ворот взметнулась, а трибуны взревели так, что у меня заложило уши.

Резкий удар в «девятку».

И.…

- ЛЕДНЁВ ЗАБИВАЕТ Г-О-Л! - раздалось из динамиков.

- Макс забил!!!! Роза, ты видела?! Видела-а-а?! А-а-а!!! - подпрыгивая, вцепился мне в плечо Антошка.

- Конечно, видела… - рассмеялась я.

Максим развернулся к болельщикам, схватившись за эмблему университета на груди, а Морозов и Костин уже летели к нему на всех парах, крича что-то невнятное от восторга.

В этот миг суровый тренер МГУ вскочил с лавки, размахивая своим блокнотом.

- Команда Политехнического ведет со счетом один-ноль!

Повернув голову, я заметила, как дядя Серёжа смущенно опустил руки, за несколько мгновений до этого победоносно вскинув кулаки. Я хмыкнула, непроизвольно качая головой.…

Кто бы мог подумать?

Я знала, что Максим так на него и не заявил, догадываясь, что решающую роль в этом сыграла их внезапная дружба с Антошкой.

Несколько дней назад мама по телефону обмолвилась, что Сергей получил долгожданное повышение на работе, а ещё о том, что недавно по его инициативе он встречался с Максимом.

Она пыталась выведать у меня какие-нибудь детали того разговора, на что я вновь попросила ее не вмешиваться.

Немаленькие, сами разберутся.

Тем более, динамика явно имела положительный характер. За несколько дней до той их встречи, дядя Серёжа позвонил мне и попросил прощения. На что я честно ответила, что в ближайшее время это вряд ли получится…

Тем временем, радость наша длилась недолго, потому что довольно быстро соперники сравняли счет.

Во втором тайме напряжение достигло пика. Максим получил жёлтую карточку за жесткий подкат, но уже через десять минут реабилитировался - его точный пас на крайнего полузащитника привел к очередному голу.

Соперники снова сравняли счет после спорного пенальти.

Оставались считанные минуты до конца игры.…

На трибунах повисло нервное напряжение.

Судя по времени на табло, это была последняя атака….

Морозов получил мяч у бровки и рванул вперед, обводя правого защитника изящным финтом. Я видела, как его глаза метнулись в сторону, похоже, он искал Леднёва.…

Внезапно Слава резко остановился, сделав шаг влево - он выкрутил идеальный навес в штрафную, в то время как Максим появился, словно из ниоткуда, рванув между двумя спортсменами команды-соперника…

В прыжке, спиной к воротам, он нанес удар пяткой через себя!

Миллисекунда.…

Вратарь застыл в немом ужасе.

Мяч ввинтился в верхний угол, едва не порвав сетку.

Гол.

Г-о-о-о-л.

Мой Максим Леднёв забил победный гол, принеся красивую и безумно важную победу для своей команды…

Трибуны взорвались.

Антошка заорал так, что, похоже, сорвал себе голос.…

- Макс лучший!!!! Макс! М-а-к-с!!! - брат конвульсивно сжимал меня в объятиях.

Все кричали, обнимались, махали шарфами, пока на поле бесновались наши триумфаторы, поочередно подбрасывая Леднёва и Морозова в воздух. Наш тренер вылетел на поле, присоединяясь к мальчишкам…

- Роза, представляешь, наши ребята перемещаются на верхнюю строчку турнирной таблицы! Это невероятный успех! - порывисто шепнула мне Валя, - Слава такой молодец… Это ведь его первая игра после долгого перерыва.… - и подруга посмотрела на Морозова с теплотой.

- Думаю, тебе нужно обязательно взять у него комментарий, - я ей подмигнула.

- Хорошая идея, - сказав это, Валентина ответила мне лукавой улыбкой, направившись к лестнице.

А я посмотрела на поле, встречаясь взглядом с Максимом, отправившим мне воздушный поцелуй, и, не задумываясь, приложила кончики пальцев к губам, отвечая любимому взаимностью.

Душу грело тихое счастье, ведь эта история заканчивается Его победой.

Эпилог

Мы с Максимом вернулись домой лишь под вечер – засиделись в пиццерии, отмечая с ребятами из футбольной команды их оглушительную победу.

А теперь, устроившись на нашей компактной кухне, внезапно вспомнили, что сегодня у нас что-то вроде годовщины. Ровно месяц, как мы стали жить вместе. И это оказалось хорошо. Чертовски хорошо.

Несмотря на то, что по будням мы виделись ближе к вечеру, непременно усаживались на кухне и заваривали какой-нибудь вкусный травяной чай, обсуждая события дня.

Потом шли в нашу гостиную, служащую одновременно и спальней, где Леднев, независимо от степени его усталости, срывал с меня всё.…

Не только одежду, но и всяческие ограничения.

И время было будто вне рамок и условностей.

Потому что только я и он. Как оголенные провода. На смятых простынях.

.… Я лежала на груди Максима, задумчиво глядя в его насыщенные зеленые глаза. Протянув руку, я прикоснулась к его скуле, ведя по ней подушечкой указательного пальца.

Леднев повел подбородком, лениво прижимаясь щекой к моей ладони.

- Спрашивай, –

Закладка:

- Сегодня на стадионе я видела твою маму… – наконец, набравшись смелости, пробормотала я. – Она рассказывала о тебе Вале, а потом снимала на телефон.…

Тишина.

Закрыв глаза, Максим покачал головой.

- Каждый раз одно и то же. Вернулись к стадии «заботливая мать»… – вздохнув, он снова внимательно на меня посмотрел. – Она звонила на днях. Сказала, что рассталась с Петром Петровичем. В общем, все осознала, приглашает меня вернуться домой, – саркастичный смешок. – Говорю же, в очередной раз откатываемся к заводским настройкам. Ничего нового.

- И что теперь?

- Да, ничего, – убирая прядь волос с моего лица.

- Ты не будешь с ней общаться? – задумчиво.

Максим усмехнулся.

- Скорее она в ближайшие несколько месяцев снова встретит неизвестно какую по счету «великую любовь», забыв о моём существовании, – произнес он ничего не выражающим голосом. – Знаешь, Роз, я довольно долго пытался «заслужить» её одобрение и любовь, но в какой-то момент понял, что это так не работает….

Он приподнял бровь.

- В итоге самым здоровым решением стало отпустить надежду на возобновление хороших отношений и сосредоточиться на построении своей жизни без оглядки на чье-либо одобрение. Даже родной матери, – он спокойно наблюдал за моей реакцией.

- За последние несколько недель я убедился – необязательно что-то делать, чтобы заслужить любовь, также как и необязательно показывать себя только с лучшей стороны, чтобы тебя любили. Истинная любовь способна даже принимать твое худшее, – явно намекая на период нашего «общения» после вынужденного расставания.

Максим перевернулся на кровати, открывая тумбочку: он выудил из ящика какую-то книгу.

- Увидел случайно новое переиздание «Маленького принца», – подмигивая. – Кстати, я тоже отметил здесь несколько своих любимых цитат, – неотрывно глядя мне в глаза, он протянул мне томик. – Прочитаешь?

Кивнула.

От его взгляда дыхание сперло до мурашек. До легкого онемения в кончиках пальцев. От осознания важности происходящего. От глубины.

Потому что мой любимый мужчина. Подарил мне мою любимую книгу, которая неожиданно легко открылась на нужной странице, и я тихо начала читать…

- «Любовь – это когда ничего не стыдно, ничего не страшно, понимаете? Когда тебя не подведут, не предадут. Когда верят», – а рядом с подчеркнутой цитатой лежало кольцо.

Тоненькое изящное золотое кольцо.

Хотя я знала, что финансовое положение Максима сейчас оставляло желать лучшего, ведь после того, как мы сошлись, он полностью отказался от всех рекламных предложений, и, по сути, жил на одну футбольную стипендию, которой нам едва хватало, чтобы сводить концы с концами.

Однако он как-то вывернулся, купив мне кольцо!

А значит…

- И еще одна цитата Экзюпери, которая мне очень понравилась… – прикасаясь пальцами к моему безымянному, пока мои глаза застилало пеленой. – Настоящая любовь начинается там, где ничего не ждут взамен… Но я все-таки кое-чего жду… потому что слишком сильно тебя люблю, Роза Леднева.

- Согласна, – едва слышно. – Я согласна, Максим Леднёв, – прошептала своему жениху в губы, чувствуя соленые дорожки на щеках, в момент, когда он надевал мне кольцо.

- А помолвка, свадьба и прочее… – я моментально уловила на его красивом лице тень тревоги.

- Максим, у нас обязательно всё будет. Не сейчас, так потом…

- Роза, никаких потом! Я обещаю, что.…

- Пообещай, что просто будешь рядом, и без самодеятельности! Тем более, я никогда не мечтала о пышной свадьбе на сотню человек. Это пустая трата денег. Можно расписаться по-тихому и посидеть в ресторане тесным кругом…

Некоторое время он так пронзительно смотрел мне в глаза.

- У моей жены будет все самое лучшее. Я в лепешку разобьюсь, чтобы ты никогда ни в чем не нуждалась.

Эпилог

*Неделю спустя*

Максим

Осенний балл был последним местом, где бы я предпочел находиться пятничным вечером после многочасовой изнурительной тренировки, однако вариантов продинамить данное мероприятие у меня было немного.…

Вернее, их вообще не было, учитывая, что моя невеста – один из организаторов этого самого балла. Она с другими ребятами из профкома находилась здесь с утра.

Хорошо, что Морозов согласился составить мне компанию.

Мы со Славой приехали недавно – сразу, как освободились, только пришлось заехать переодеться, чтобы соответствовать дресс-коду мероприятия.

- Кстати, Макс, ты не в курсе, у этой бойкой Валентины кто-то есть? – словно, между прочим, поинтересовался у меня товарищ, кивая в сторону Розиной подружки.

Валя стояла около сцены, раскладывая ленты «короля» и «королевы» осеннего бала.

- Вроде нет, – я пожал плечами. – Чё гадать? Сам у нее спроси.…

- Идея, - хмыкнул Слава, направляясь прямиком к девчонке.

В этот миг я увидел Розу, в очередной раз почувствовав, будто в огне. Объятый пламенем.

Сердце, разгоняясь, едва не проломило грудину. По венам разлился горючий экстракт предвкушения. По уши в ней увяз. Моя.

Теперь уже точно. Моя.

Сегодня Розалия традиционно нарядилась в красное. Короткое алое платье, изумительно подчеркивающее ее хрупкую фигурку. Такая охренительно красивая. Внутри вновь все взревело.

Потому что каждый новый день рядом с Розой был определенно ярче предыдущего, еще выше заворачивая меня в убийственной воронке крышесносных чувств.

- Максим! – на лице любимой девочки расплылась такая искренняя улыбка.

Приблизившись, я заметил у нее на шее крупный медальон в форме цветка – тот самый подарок ее отца. На запястье – розочка поменьше – уже на браслете, а на безымянном пальчике поблескивало обручальное кольцо.

Сграбастав девчонку в свои медвежьи объятия, на некоторое время мы как обычно выпали из реальности – тесно прижавшись друг к другу, протанцевали пару медляков подряд.

И вряд ли бы мы «разлепились», если бы на сцену не поднялся председатель профкома, задвинув нудную речь про выборы короля и королевы вечера.

- Может, сбежим? – прошептал я, едва слышно. – Соскучился.

Но ответить она не успела из-за повсеместного улюлюканья.…

- Настало время объявить короля Осеннего бала! И в этом году с большим перевесом побеждает… Максим Леднёв!!!

Чего?

- Максим, ты победил! – любимая порывисто выдохнула мне в шею. – Ничего удивительного… Мой король! Самый добросердечный и порядочный правитель, благодаря которому наше королевство ожидает процветание.

Король, блин…

- Максим, ждём тебя на сцене!!! – выкрикнул он, под несмолкающие аплодисменты зала.

- А это обязательно? – я закатил глаза.

- Конечно.… Они ведь все за тебя голосовали… Благодаря тебе наша университетская команда теперь на вершине турнирной таблицы!

Закладка:

Когда я поднялся на сцену, зал снова взорвался овациями.

- Ваше Величество! – крикнул кто-то из первых рядов.

- Максим.… Ты наш король!

Я ухмыльнулся, непроизвольно потрогав корону, которую мне водрузили на голову.

Неожиданно. Ведь еще совсем недавно я считал мелочь на «Доширак» и чуть не угодил за решётку….

А теперь вот – толпа скандировала мое имя, и все смотрели на меня с нескрываемым почтением. Ирония судьбы, да?

Из грязи – в князи. Нет, в короли.

Проведя пальцем по краю короны, я почувствовал холодный, гладкий металл. Конечно, бутафория. Но как же символично. Всё в этой жизни – бутафория.

Вчера ты никто, сегодня тебе аплодируют, а завтра…

Никто не знает, что будет завтра.

Поэтому единственно верным решением для себя я видел оставаться не королем, нет.

Человеком.

- Настало время выбрать свою королеву! – прервал поток моих мыслей ведущий.

- Ну, тут без вариантов! – теряя голову от ее взгляда. – Роза!

Ответом мне послужил новый взрыв оваций, когда Леднева присоединилась ко мне на сцене…

- Тогда объявляем первый танец короля и королевы!

- Максим… – смущенно улыбаясь, раскраснелась вся.

- Да, Королева моего сердца, – и ведь я не шутил – прижимая ее, я чувствовал, будто сердце сейчас отлетит на хрен…

- Люблю тебя…

- А я – тебя, Леднев.

… - Макс… Извини, что отвлекаю… – как только медляк закончился, на сцене появился Слава Морозов. – Украду твоего парня на несколько минут?! – извиняющимся тоном обратился он к Розе.

- Что случилось? – отбил я сухо.

- Максим, иди…. – пробормотала она.

- Так что стряслось? – уточнил я на ходу.

- По всей видимости, что-то важное… Раз тренер даже выдернул нас с вечеринки.…

Я вопросительно выгнул бровь.

- Макс, не кипишуй. Романыч сейчас нам все расскажет.

Слава не обманул.

В пустынном холле нас уже дожидался тренер Евгений Романович, и, судя по его лицу, он не на шутку разволновался.

- Добрый вечер, – поздоровался я с ним невпопад, хоть мы уже виделись утром, стягивая дурацкую корону.

- Парни, у меня для вас новость.… Вами заинтересовались скауты одного из клубов высшей футбольной лиги. На следующую неделю запланированы просмотры. Постарайтесь выложиться по максимуму, но, скажу по секрету, это уже практически решенный вопрос. Они видят в вас огромный нерастраченный потенциал. Так что – вот он – ваш шанс! Воспользуйтесь им, пацаны!

Конец