Остров "Зеро" (эпизод 1)

Глава 1

Пролог

На молу кораблестроительной верфи, расположенной на побережье Бразилии стояли два человека. Один высокий, другой маленький, едва достигающий пояса своего товарища. Полы чёрного плаща, что был на высоком, развевались на ветру, напоминая крылья гигантской хищной птицы. Совершенно лысый череп блестел, как отполированный. Почти в пол-лица очки тонкой золотой оправы с затемнёнными линзами резко контрастировали с бледной кожей.

Большую голову коротышки венчала широкополая фетровая шляпа светло-коричневого цвета. Одет карлик был в короткую курточку чёрного цвета с большими металлическими пуговицами. На руках — лайковые перчатки, такого же цвета, что и куртка. Он явно мёрз — ёжился и отворачивался от холодного ветра. Морщинистое лицо, в отличие от лица высокого, было красным, как помидор.

Только что в сухой док мостовой кран осторожно опустил субмарину — высотой примерно с трёхэтажный дом и не менее ста метров в длину. Корпус подлодки был облицован специальной акустической резиной, делавший её невидимой для радаров. На верхней палубе суетились маленькие фигурки рабочих, освобождая субмарину от тросов.

— Ну вот, Криг, ты и стал настоящим командором, — не поворачивая головы, сказал длинный. — Помнишь, в детстве я называл тебя так? «Акула» в твоем полном распоряжении, как и команда с капитаном.

Карлик кивнул.

— Благодарю, профессор, — почти не разжимая посиневших губ, ответил он сиплым голосом,

— Пустое, — профессор еще хотел что-то добавить, но в этот момент раздался истошный крик. Вдали забегали и тоже что-то кричали рабочие, размахивая руками.

Профессор пристально всмотрелся вперед:

— Что там случилось? — Быстрым шагом ним подошёл один из рабочих — бригадир. — Что там? — повторил профессор.

— Погиб рабочий, — мрачно сказал бригадир, — трос сорвался.

— Хорошо. Э-э, как тебя, распорядись, чтобы семье выдали пособие в размере трехмесячного заработка.

— Слушаюсь.

— Плохая примета, — пробормотал Криг.

Но вот, в какой-то миг, люди исчезли, и док быстро стал наполняться тёмной водой — открыли внешний шлюз. Когда вода достигла крыльев, похожих на акульи плавники, находящихся ровно посередине корпуса, подлодка начала всплывать.

— Командуй, Криг, — не отрывая взгляда от субмарины, произнес профессор.

— Не хотите прокатиться на «Акуле»?.

— Нет, не стоит. Я возвращаюсь в поместье, а вам курс на наш остров.

— Да, профессор, — кивнул Криг и посеменил к причалу, где стоял небольшой катер.

К подводной лодке уже причаливали три шлюпки с будущей командой во главе с капитаном.

С помощью матроса, Криг спустился по лесенке в катер и дал команду отчаливать. Он оглянулся, но на молу уже никого не было.

— Благодарю, благодарю, профессор Пруст, — прошептал карлик, злобно сверкнув глазами.

Через минуту новоиспеченная субмарина величественно вышла в открытый океан.

Глава 1 ПАЦИЕНТЫ ДОКТОРА ФОРЕСТА

Доктор Форест устал. Но усталость эта была не физическая, хотя через его руки сегодня прошло более десятка пациентов. В списке, принесенным с утра «ассистентом» значилось всего четверо… Но после обеда пошли незапланированные…

Он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Ноги стали ватными и не слушались. Отправив очередную коляску с прооперированным пациентом, доктор стянул перчатки и маску, тяжело опустился на стул и, чтобы не видеть вечно красную от пьянки физиономию охранника, тупо уставился в пол. Голова раскалывалась от боли, смертельная тяжесть приковала к месту так, что, казалось, никакими силами уже не сдвинуть. «Если привезут ещё одного, я не вынесу этого, — подумал Форест, — или сойду с ума, или зарежу беднягу».

Устал, наверное, и охранник или у него просто закончилось спиртное. Встав с трудом из глубокого кресла и буркнув что-то на прощание, шатаясь, вышел из операционной. Форест пересел в освободившееся кресло и, закрыв глаза, попробовал расслабиться. Но это ему не удалось. Самопроизвольно сжались до хруста пальцы рук. Одно за другим поплыли перед глазами лица тех, кто лежал сегодня перед ним на столе — впалые закрытые глаза с синими веками, бледная, почти прозрачная, натянутая на скулах кожа. Он до того ясно увидел вытянутых в струнку пациентов, что, не в силах сдержаться, застонал. «Надо что-то делать, — в который раз твердил себе, — так больше продолжаться не может!».

В это время двухстворчатая дверь за его спиной неслышно отворилась, и в операционную вкатилась коляска. Услышав шорох за спиной, доктор вздрогнул и резко крутанулся вместе с креслом. К своему ужасу увидел нового пациента. До боли сжал зубы и, оставаясь сидеть, стал рассматривать юношу, которого предстояло оперировать. Тот был похож на десятки, а может быть, и сотни таких же несчастных, но чем-то неуловимо отличался от них. Чем? Форест никак не мог определить. Несмотря на чёрные круги под глазами, это был красивый юноша. «Откуда же они его взяли? Ему, наверное, нет и восемнадцати», — прошептал хирург. От одной мысли, что должен вскрыть череп у этого красивого мальчика и копаться в нём, стало плохо.

Посидев ещё немного и переждав приступ дурноты, доктор резко встал и быстро подошёл к юноше. Несколько секунд стоял над своей жертвой. Ни один мускул не дрогнул на лице молодого человека, как будто тот был мёртв. Но достаточно было одного взгляда опытного врача, чтобы определить, что юноша жив и находился в глубочайшей коме. Распаковав новый бинт, привычным движением обмотал юноше голову. «Ну, вот и всё», — облегченно вздохнул Форест.

Рука уже потянулась к рычагу, но он её резко отдернул. Во всей «операции» чего-то не хватало, что-то было не так. Доктор осмотрел пациента с ног до головы и с ужасом уставился на чистый бинт. Сам по себе бинт был безупречен: белоснежный, без единого пятнышка, но именно белизна и напугала. Быстро сорвав повязку, он провел скальпелем по лбу жертвы... Руки дрожали, и надрез получился неровными и глубоким. Смазал рану жёлтой вонючей, но дающий прекрасный результат мазью, останавливающую кровотечение, и вновь перебинтовал голову несчастного. После чего перевёл дух и нажал на рычаг электрического привода, даже не задумываясь, что такая скорость операции может вызвать подозрение.

Коляска бесшумно покатилась по монорельсу и скрылась в чёрной пасти лифта. Почти одновременно с этим погас верхний свет. Это означало конец рабочего дня. «Всё! Можно идти домой». — Но почему-то медлил, чувствуя, как по телу разливается приятная тяжесть, наслаждаясь покоем и тишиной.

Из дремотного состояния его вывел негромкий шум. Насторожился. Но быстро успокоился: это лифт возвратился на место. «Значит пациент уже в реанимации», — Форест поймал себя на мысли, что часто думает и говорит по старинке, как в те времена, когда был простым провинциальным хирургом. Вот и сейчас, подумал о том, чего уже давно не существовало в его работе. «Какая уж тут реанимация?! Сколько же прошло времени? Неужели только два года!» — Ему казалось: целую вечность торчит на этом проклятом острове. Как ни странно, он так ни разу и не побывал в «накопителе», где держали его будущих пациентов. И в «реанимации». Хотя бы из любопытства. Почему? Доктор и сам затруднился бы ответить на этот вопрос. Может, просто боялся взглянуть в глаза…

За мыслью о реанимации последовала вторая, заставившаяподскочить в кресле. Куда только делись усталость и апатия. «А если за мной следили?! Зачем я это сделал?! Это же верная смерть! — с ужасом думал хирург. Ему стало казаться, что в кабинете должна быть вмонтирована скрытая камера. Лоб покрылся холодной испариной, ноги противно задрожали, и Форест вконец обессиленный, вновь упал в кресло.

Но время шло, а он всё ещё оставаться один в полумраке операционной. Жалюзи всегда были плотно задвинуты (даже не помнил, когда в последний раз они открывались) и нельзя было определить — стемнело на улице или нет. Похоже, в клинике не осталось ни одного человека, кроме него и ТОГО внизу. Остальных уже нельзя было считать людьми.

В здании стояла гробовая тишина. Форест слышал, как бьется собственное сердце. Постепенно успокоился. Способность трезво мыслить медленно возвращалась: «Допустим, никто не заметил, и за мной не следили. Иначе, зачем им приставлять ко мне этого пьяницу? Но это мало что меняет. Завтра же мальчишка выдаст себя с головой, а вместе с собой и меня!»

Первое, что приходило в голову — исправить ошибку. Но вспомнив беззащитное лицо юноши, понял, что не сможет убить его. Хотя смертей на своём веку повидал немало, да и сейчас, что, как ни убийства совершает каждый день, но перечеркнуть только что спасенную жизнь показалось чудовищным. «Ну что ж, тогда придётся позаботиться о его дальнейшей судьбе, — произнес вполголоса. — Спрячу его в пещере, пока о ней никто не знает, а потом попробую переправить на материк».

Приняв такое решение, доктор Форест привстал с кресла, собираясь уходить, но новая мысль обожгла сознание: «Чёрт! – обхватил он голову. — Он же завтра очнётся и всё испортит. А если обойдётся в реанимации, то вместе со всеми попадет в барак, и выкрасть его не удастся, — доктор задумался. — Неужели уже сегодня?.. Но нет, к такому путешествию я не готов. Придётся ещё раз рискнуть».

Глава 2 КТО КОГО СПАСАЕТ?

Было далеко за полночь. Ничто не нарушало тишины. Лишь трели цикад вторгались в безмолвие, но и они сливались с ночью. В свете неярких звёзд виднелись очертания большого двухэтажного здания, у входа в которое зависли два овальных плафона. В их свете мелькнула тень. Мелькнула и исчезла, будто привидение прошло сквозь стену.

Доктор Форест довольный, что незамеченным проник в клинику, двинулся по длинным коридорам внутрь здания. В палату реанимации, куда он стремился, вело два пути. Одна дверь выходила во двор, ей в основном пользовались «ассистенты». Другой путь лежал через операционную. Во дворе был большой риск с кем-нибудь столкнуться, поэтому доктор выбрал последнее, тем более что надо было кое-что захватить из операционной.

Внутри охраны не было, но Форест старался производить как можно меньше шума. Он прекрасно знал внутреннее расположение этой части здания и скоро беспрепятственно достиг цели. Да, он правильно рассчитал время; операционную уже успели убрать. В фосфоресцирующем свете взошедшей луны слабо поблёскивали тщательно отмытые хирургические инструменты.

Форест прошёл к стеклянному шкафчику, стоящему в углу, и с минуту в нём повозившись, положил что-то в карман куртки. Затем приблизился к двери, противоположной той, что вошел. За дверью оказался небольшой тамбур — лифт. Тихо заработал мотор, и через несколько секунд мягкий толчок возвестил, что лифт прибыл. Створки раздвинулись, Форест шагнул из него и резко отпрянул назад.

Пахнуло забытым запахом морга — карболкой. Несколько минут Форест не решался переступить порог кабины. Наконец, вышел, и та, облегченно приподнявшись, медленно поползла вверх. А доктор будто и в самом деле попал в царство мёртвых.

Нет, трупы здесь не валялись, как это иногда бывает в небольших моргах, ровными рядами стояло несколько десятков узких железных полок-кроватей. На некоторых из них лежали сегодняшние пациенты.

«Остальных, наверное, успели перевести», — подумал он и медленно пошел вдоль рядов, ища ТОГО, последнего.

По тихому неровному дыханию можно было определить, что в телах теплится жизнь. У одной из кроватей Форест задержался дольше обычного. Лежащий на ней не подавал признаков жизни. Он проверил пульс. «Чёрт!» — досадливо поморщился доктор, не нащупав пульса. Мелькнула мысль, что хорошо бы и ТОТ не проснулся, но интуиция подсказывала, что юноша жив.

Форест обошёл всех, но пациент как сквозь землю провалился. Неприятный холодок забирался под кожу, лоб покрылся холодной испариной. «Неужели они что-то заподозрили и увезли его в другое место? Но почему меня сразу не взяли?! А может быть, уже ищут?» — приходили мысли одна страшнее другой, а глаза продолжали лихорадочно бегать по лицам спящих, в надежде, что ошибся или пропустил...

Он запаниковал. Но тут заметил ещё одну кровать, стоявшую в стороне от остальных в небольшой нише. Натыкаясь на койки, почти бегом направился туда. Это, несомненно, был он! Вот и родинка на подбородке. Доктор готов был расцеловать юношу.

Не обращая внимания на грязный тюфяк, Форест сел рядом с пациентом и осмотрел его. В отличие от других юноша дышал ровно, а под глазами уже не было той пугающей черноты. Кровь засохла, и бинт из красного превратился в черно-бурый. Прежде, чем вывести пациента из сна, он ещё раз обдумал, что скажет. «С мальчишкой не должно возникнуть проблем, поверит каждому моему слову», — успокоив себя, таким образом, доктор сделал заранее припасенным шприцем укол и стал ждать.

Через минуту веки юноши дрогнули, и он открыл глаза. Секунду его взгляд блуждал, пока не остановился на сидящем перед ним человеке.

— Где я? — с трудом разжимая запёкшиеся губы, спросил он.

Доктор нагнулся ниже, чтобы ответить, но понял, что тот еще не отошел от наркотика. Юноша попытался подняться, но это ему не удалось.

— Спокойно, спокойно, — быстро заговорил доктор, поддерживая пациента, — я друг и пришел, чтобы помочь тебе.

Форест знал: упусти он время, с парнем едва ли удастся справиться. Лекарство, которое ему ввёл, обладало очень эффективным действием. Важно было именно сейчас расположить его к себе:

— Как тебя зовут?

— Александр, — машинально ответил юноша, садясь на кровати.

— Повторяю, Александр, я твой друг, меня бояться не...

— Где я? — перебил юноша. — И что всё это значит? — он обвел рукой вокруг.

— Говори потише! — зашептал Форест. — Нас могут услышать. Вспомни, что с тобой случилось за последние дни, и ты поймешь, что находишься в большой опасности.

Александр замолк. Молчал и доктор, думая, стоит ли открывать этому мальчику правду.

— Не помню. Всё же объясните, что всё это значит, как я сюда попал?

— Ну, хорошо, — будто на что-то решившись, проговорил доктор. — Я вижу, ты парень не из робких, тогда взгляни на этих людей... замечаешь ли что-нибудь странное?

Минуту юноша внимательно всматривался:

— Они же мёртвые?! Я в морге?!

Форест усмехнулся:

— Не тебе первому приходит такое сравнение. Почти угадал. Они живые, но крепко спят.

— Спят!? – В голове молодого человека шевельнулось воспоминание: прииск, барак… Ну, конечно же.

— Небольшая операция и несчастные навсегда забыли, кто они. Теперь их удел работа. Много работы, — продолжил доктор.

— Люди-автоматы! — воскликнул Александр. — Теперь я понимаю... — Перед его глазами возникла колонна рабочих. Он схватился за голову.

— Не пугайся, тебя удалось спасти, а бинт для маскировки, — успокоил Форест, — чтобы ты не отличался от остальных. Я рад, что ты всё понимаешь. А теперь о главном, слушай меня внимательно...

— Но кто вы и почему спасли меня? — вновь перебил Александр.

— Ну что ж, ты имеешь основания не доверять. Зови меня просто Форест. И почему ты решил, что я спас только тебя? Ну, об этом потом, у нас не так много времени. Слушай меня внимательно: завтра тебе предстоит нелёгкий день. Никто тебя не тронет. Не бойся. Но ты должен пролежать с закрытыми глазами и ничем не отличаться от остальных. Думаю, никто не будет тебя рассматривать, но все же старайся не шевелиться. Надеюсь, ты не боишься уколов? — Он вынул жгут и ампулу. — Сейчас я сделаю тебе инъекцию, и ты спокойно будешь спать до утра. Не беспокойся, это совершенно безвредно. Силы тебе понадобятся. А ночью я отведу тебя в надежное место.

Доктор Форест хитрил. Он собирался ввести Александра в искусственную кому, но предупреждать об этом не хотел. Сейчас важно было выглядеть в глазах молодого человека эдаким спасителемгероем.

— Я спрячу тебя в безопасное место, — повторил он, доставая из небольшой металлической коробочки шприц, — а потом переправлю на материк.

Александр с беспокойством следил за действиями Фореста, явно колеблясь. Потом всё же протянул руку:

— Кажется, у меня не остается выбора, как довериться вам.

Дождавшись, когда юноша впал в забытье, доктор вызвал лифт.

Глава 3 СТРАНИЧКА ДОСЬЕ

Незамеченным, Форест пробрался домой, но, как ни старался, уснуть не смог. «Старый дурак! — на чём свет стоит, ругал себя. — Зачем я заварил эту кашу?! Жалко, видите ли, стало. Куда проще было усыпить мальчишку. — Он встрепенулся. — Может быть, ещё не поздно? — Выглянул в окно. Светало. — Нет! — Парень оказался не таким уж наивным, как себе представлял. Сейчас Форест был вовсе не уверен, что удалось убедить... Про таких говорят: молодой, да ранний. Доктор клял себя за слабость. — Надо брать пример с…»

На самом деле он был вовсе не старым. Недавно ему исполнилось пятьдесят один. На бледной лишенной краски коже лица ещё не образовалось ни одной морщинки. А в чёрной густой шевелюре — ни единого седого волоска.

Наконец, доктор забылся в кресле. Правда, видеть этого, равно как и его бдения, никто не мог. Доктор жил один в маленьком комфортабельном домике.

***

Форест жил в Южной Америке – В Боливии. Отец, командовавший в годы войны дивизией СС, недавно скончался. И остался бы Форест «никому неизвестным» нейрохирургом из провинциальной клиники (никаких перспектив впереди не маячило), если бы к ним не поступил пациент, попавший в автокатастрофу и получивший тяжелую травму черепа.

Оперировал доктор Форест. Буквально с того света вытащил пациента. В процессе выздоровления доктору довелось много беседовать с этим, оказалось, тоже учёным – профессором Буэнос-Айреского университета и баснословно богатым человеком. Мысли незнакомца были удивительно созвучны тому, что в свое время Форест слышал от отца. Тот также ненавидел «цветных», считая их людьми второго сорта. Хотя доктор подозревал, что у самого профессора в жилах течёт еврейская кровь.

Он так привязался к больному, что перед выпиской затосковал. Новый знакомый это заметил и обещал похлопотать за Фореста.

Вскоре хирурга вызвали в столицу, где он снова встретился с бывшим пациентом и имел с ним длинную беседу. Ему предложили заработок в разы превышающий предыдущий. Доктора предупредили: работа предстоит не совсем обычная и придётся на несколько лет уехать очень далеко. Но за такие деньги Форест готов был ехать на край земли... Сначала он думал, что это простая благодарность богатого человека. Но вскоре понял: господин Дитрих Пруст, так звали нового знакомого, имеет на него далеко идущие планы.

Сначала доктора переправили в соседнюю страну, где в закрытой клинике проводил эксперименты над животными. Опыты были не совсем гуманны, но гонорар платили аккуратно, и Форест закрывал на это глаза, даже после того как понял, что после животных настанет очередь людей.

Примерно по истечении полугода, его посадили на большую яхту и, как обещал хозяин, увезли к «чёрту на рога». Так он оказался на острове.

…Проснулся он через полчаса, но, как ни странно, чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. А главное, его уже не терзали ночные страхи. С лёгким сердцем Форест вскочил с кресла, будучи уверенным, что всё закончится благополучно, и стал готовиться к ночному путешествию.

Настроение его резко упало, когда увидел выходящую из ворот зоны колонну рабочих, прооперированных неделю назад. Их вели на испытательный полигон. А быть может, отправляли на материк. И хотя Форест знал, что Александра в этой колонне быть не могло, чего-то испугался. В кабинет вошел уже в отвратительном настроении. Охранник ещё не пришел. Этот человек, с коротким именем Рэм, был приставлен следить за доктором, но не очень-то старался, понимая: жизнь последнего зависит от его добросовестной «работы». Обычно уже к обеду Рэм оказывался мертвецки пьяным и храпел до вечера в кресле. Форест даже не знал, какой тот национальности. Здесь не принято было расспрашивать.

Доктор вынул из куртки вчерашний инструмент и засунул подальше в шкафчик.

Вскоре появился Рэм с неизменной бутылкой в руке.

— Гуд монинг, док! Вы сегодня плохо выглядите. — Хирург что-то пробурчал в ответ, но расслышать можно было только слово «бессонница». — От бессонницы есть отличное средство, — хмыкнул Рэм, приподнимая руку с бутылкой. — Рекомендую. Не желаете?

— Нет! — отрезал Форест и резко отвернулся от надоедливого стража, понимая, что портить отношения с охранником не в его интересах. Но тот, кажется, ничуть не обиделся.

— Нервы, док. А я, с вашего позволения... Да-а, работа у нас не мёд.

Форест, накинул халат и занялся приготовлением инструмента. Принесли список, заглянув в который, он облегчённо вздохнул. Пациентов в нём значилось всего четверо. Конечно тоже не подарок, но не сравнить со вчерашним днём.

…Форест сидел в операционной, расслабившись в кресле. Рабочий день закончился. В голове лениво ворочались обрывки мыслей. Порой под давлением определённых обстоятельств человек из трусоватого превращался в отчаянного храбреца. Нечто подобное сейчас происходило с доктором.

Он удивлялся самому себе: откуда столько прыти? Раньше никогда не подумал бы, что способен на такие «подвиги»! И ему это нравилось. Форест был несказанно рад, что страх не парализовал его. Что ещё предстояло? Выдержит ли?.. Но как говорил отец: назвался груздем — полезай в кузов.

Мрак, стоявший в кабинете-операционной, действовал успокаивающе. После рабочего дня Форест намеренно не пошёл домой, посчитав, что рисковать лишний раз не стоит.

Внизу хлопнула дверь, раздались отчётливые шаги. Он поморщился: «Вечно стучат сапожищами!» — Нервы всё же были натянуты до предела. Пора уходить. Форест поднялся и, споткнувшись о монорельс, по которому скользила тележка, доставляющая пациентов, негромко чертыхнувшись, скрылся в черной пасти лифта. Беззвучно задвинув за собой дверь, на всякий случай, запер её изнутри. Кто знает, какие сюрпризы готовит нам судьба? Вдруг технику вздумается заглянуть в кабинку лифта.

Через минуту, насвистывая веселый мотивчик, в операционную кто-то вошел...

…Когда шум за дверью утих, Форест, помедлив немного, вышел из укрытия. Операционная сияла чистотой.

«Пожалуй, спускаться в подвал ещё рановато. — Он взглянул на часы. — Время ещё ранее, можно с кем-нибудь столкнуться во дворе. — Снова уселся в кресло. На этот раз его посетили мысли куда тревожнее: — Правильно ли я всё рассчитал? До пещеры не близко, успею ли вернуться затемно?» — Форест готов был дать обратный ход: например, усыпить пациента. Но узел затянулся. Ассистенты наверняка определили, что после операции «объект» был жив и занесли номер в список. Оставалось одно — исчезновение. Вряд ли они заметят пропажу, а документы он сумеет подделать. Как говорится: потеряв голову, по волосам не плачут. — Вот только что с ним делать дальше? Вместе с остальными переправить на материк? Если... Собственно, какое мне дело? Если парень окажется недостаточно ловок и попадётся, никто не будет спрашивать, откуда он взялся, сразу уничтожат, как бешеную собаку! Интересно, как он к нам попал? На субмарине? Сомнительно. Яхта? Но почему я ничего не знаю? Однако, пора!» — вновь взглянул на часы Форест.

Глава 4 НОЧНАЯ ПРОГУЛКА

Он спустился в подвал, вышел из лифта и направился к кровати, где лежал Александр. Пациент пребывал в том же положении, в каком его оставил вчера. Доктор нагнулся и с облегчением разглядел на левой руке юноши свежий след укола. Значит, ассистенты ничего не заподозрили и ввели ему, как и всем, питательную смесь. Доктор внимательно посмотрел на плотно сомкнутые веки. Прежде чем вывести пациента из наркотического сна, Форест снял с его головы повязку. Рана уже успела зарубцеваться, но выглядела устрашающе. «Идиот!» — обозвал сам себя хирург. Куда проще было намочить бинт в крови. Потом вынул ампулу и сделал инъекцию.

Через минуту юноша открыл глаза.

— Это вы, Форест? — Его голос ещё звучал слабо. — Ничего не помню... Где я?

— Ты сильно измучился и проспал целый день, — успокоил доктор. — Ну, а теперь вставай, пора в путь.

— Куда?

— Ты помнишь наш вчерашний разговор? — с беспокойством спросил доктор.

— Да. — Александр попытался подняться с койки, но почувствовал, как пол уходит из-под ног.

— Ничего, бывает, — поддержал его Форест. — Очень скоро это пройдет...

Пока они шли между рядов полок-кроватей, Александр неотрывно со страхом смотрел на лежащих людей. Некоторые открыли глаза и, не обращая внимания на проходящих, пустым бессмысленным взглядом смотрели в потолок. Картина была жутковатой. И даже привычный ко всему Форест чувствовал себя неуютно.

Два силуэта выскользнули из большого светлого здания. Доктор, шедший впереди, потянул спутника в сторону:

— Иди за мной и старайся ступать осторожно.

Всё ещё находясь под впечатлением страшного подвала, Александр беспрекословно последовал за ним. Он хотел о чём-то спросить Фореста и дотронулся до его плеча.

— Тсс, — сделал тот предупредительный жест. — Ничего не говори, мы ещё в опасности.

Вопросов у Александра накопилось немало, но пока решил смириться и повиноваться до конца. Однако молчание не мешало ему смотреть по сторонам. Местность напоминала обыкновенный дачный посёлок. Такие же небольшие коттеджи, возле каждого темнел газон. Вот только зачем это странное сооружение, похожее на водонапорную башню с радаром на крыше?..

…Оглянувшись на оставшийся позади посёлок, доктор включил небольшой фонарик:

— Теперь, молодой человек, объясните мне кто вы такой и как попали на наш остров?

— Разве мы на острове? — удивился Александр.

— Так, на часть вопроса вы уже ответили. Что касается острова… да. Это частная собственность. Впрочем, остров громко сказано, по большому счёту это одинокий утёс посреди Тихого океана.

— Странно, я думал, необитаемых островов в наше время не осталось, — задумчиво сказал юноша.

— Я тоже так думал, — усмехнулся Форест, — он уже обитаем. Но вы не ответили на мой вопрос...

— Строго говоря, ещё неизвестно кто кому должен давать объяснения. Ну, хорошо, первым начну я. Я корреспондент... — молодой человек по привычке полез за удостоверением, но спохватился. — В общем, журналист Александр Краймер.

— Журналист?! — удивлённо протянул доктор, взглянув на него. — Теперь мне становится понятным... Ваша братия всюду сует свой нос.

В его голосе Александру почудилось раздражение:

— Скажите, Форест, откуда этот шрам? — Александр осторожно дотронулся до лба.

— Ты должен меня извинить, Александр, — оглянулся тот, — я иногда разрезаю кожу у пациентов для маскировки.

— Да, вы мне говорили. — Краймер помолчал. — Собственно, в чём состоит операция? Почему после неё, как вы сказали, люди превращаются в рабочую скотину?

— Я знал, что рано или поздно ты спросишь об этом. — Доктор что-то вынул из куртки и осветил ладонь. — Знаешь что это?

Краймер осторожно взял с его ладони миниатюрную коробочку:

— Очень похоже на микросхему.

Форест удовлетворительно кивнул:

— Это жучок—приёмник. Он вживляется в мозг, и пациент подчиняется сигналам, поступающим через него. — Доктор положил коробочку в карман и вновь двинулся вперед. Александр был поражен.

— Да вы знаете, кто вы после этого! Это же хуже убийства! — вдогонку крикнул он.

Форест резко обернулся:

— Я делаю всё, что в моих силах, и не тебе меня упрекать.

Но Александр не успокоился:

— Ну, хорошо, вы намекаете, что спасли ни одного меня. Но тогда почему эта преисподняя до сих пор действует?!

Доктор пожал плечами.

— Нам необходимо спешить, — вместо ответа сказал он.

Несколько минут оба шли молча.

— Откуда поступают сигналы? — спокойным тоном спросил Александр.

— Заметили башню в поселке? — вопросом на вопрос ответил Форест, Через секунду добавил: — Впрочем, у некоторых охранников имеются передатчики.

— Где берёте приёмники и всё остальное? — задал молодой человек следующий вопрос.

Доктор пожал плечами:

— Компания закупает их у одной японской фирмы, у какой — держится в секрете.

«Это можно выяснить, — подумал журналист и тут же чертыхнулся. — Что выяснять? Надо выбираться отсюда, и как можно скорее!» — Больше вопросов он не задавал, не потому что их не было, а потому что стало не до них. Они свернули с ровной дороги, и Краймер то и дело спотыкался о торчащие повсюду валуны.

— Ну, вот мы и пришли, — наконец, остановился доктор.

Александр к чему-то прислушивался. Показалось, что сквозь трели цикад доносился слабый шум, будто ветер шуршал в листве. Но никакого ветра, как и деревьев не было.

А Форест тем временем нагнулся, раздвинул кусты и...исчез, как будто провалился сквозь землю.

Через минуту откуда-то снизу пробились узкие полоски света. Вновь раздвинулись кусты, и доктор Форест позвал:

— Проходите, здесь пещера.

Краймер с трудом протиснулся в узкую щель. Изнутри пещера оказалась довольно просторной. От входа к центру можно было спуститься, придерживаясь за камни. Там уже потрескивал костер.

— Это мой тайник, — не без гордости сказал Форест. — Хорошо, что ещё никому не разболтал... Да-а. Ну ладно. Мне надо торопиться. На первое время у тебя всё есть. А потом я навещу. Формируется новая партия... — Он на секунду замялся. — С ней я тебя и отправлю на материк. Ну, счастливо оставаться.

— Доктор, — остановил его Александр, — а что вы мне вкололи?

— Не беспокойся, это простой тестостерон. Да, не ходи вглубь пещеры, любопытство многих сгубило… — С этими словами он исчез в проеме.

Глава 5 РЕДАКЦИОННОЕ ЗАДАНИЕ

Александр не помнил своих родителей. Ему не было и трёх лет, когда они погибли в авиакатастрофе. Сначала его воспитывала тётка — потом приют... Он рос способным и смышлёным ребёнком. Уже в тринадцать окончил школу и поступил в университет на филологический факультет.

Молодому человеку пророчили блестящее будущее учёного. Но карьера учёного не прельщала Александра. Он зачитывался романами Жюля Верна (до сих пор этот писатель остался одним из самых любимых), грезил путешествиями, приключениями, мечтал попасть на необитаемый остров. Наверное, из-за этого — любви к романтике, после окончания университета, и выбрал профессию простого криминального корреспондента.

Как ни странно, он стыдился своей молодости. Для солидности носил большие очки толстой роговой оправы с простыми стёклами. Заказал себе тёмно-синий костюм-тройку. Старался говорить басом. Но иногда всё же прорывался юношеский фальцет, и тогда он краснел до корней волос. Казалось, что никто всерьёз его не воспринимал.

…Александр Краймер стремительно вышел из кабинета главного редактора, забыв даже закрыть за собой дверь. На крыльях он летел в свой отдел. В душе звучали дифирамбы. Ещё бы… Наконец ему поручили самостоятельное дело. Да какое! Зарубежная командировка!

В кармане лежал билет на самолёт, выданный самим «хозяином». Покидав в спортивную сумку необходимые вещи, не заезжая домой, прямиком направился в аэропорт, хотя до рейса оставалось ещё более двух часов.

В аэропорту эйфория несколько спала. Почему ему — «криминалисту», поручили это дело? Было бы логичнее, если поехал кто-то из экономического отдела».

«Всё-таки очень странно, — думал он, уже сидя в мягком кресле «Боинга», бороздившего африканское небо, — ещё совсем недавно ни о каком золотоносном прииске никто слыхом не слышал, а между тем, судя по наводнившему Европу золоту, месторождение должно быть богатейшее. Говорят, они уже завоевывают рынки Америки. Если так дело пойдет и дальше, не за горами крах мировой экономики. Возможно, именно этого и добиваются владельцы прииска».

Александр не был экономистом, и, в полной мере, судить об этом деле не мог. Но, как любой коммуникабельный человек, кое-какие выводы всё же делал.

К вечеру того же дня Краймер прибыл в Преторию. Город ничем не отличался от европейских. По крайней мере, так ему показалось из окна такси. Чем ближе к центру, тем больше небоскребов, с ослепляюще-сверкающими под южным солнцем зеркальными окнами.

В посольстве, как и следовало ожидать, о прииске ничего не знали (для него так осталось тайной, откуда о прииске узнал главный редактор), или не захотели распространяться на эту тему, хотя намекнули, что это где-то на границе с Намибией. Это он знал и без них. Секретарь посла пообещал устроить встречу с советником директории, курирующим подобные вопросы.

На следующий день тот принял журналиста. Советник тоже ничего существенного не сообщил.

— Да, мы слышали о прииске, но, к сожалению, ничем вам не можем помочь. Предприятие частное, и мы не вправе вмешиваться в его дела.— Александр удивленно вскинул брови: обычно такие вещи контролируются государством. — Налоги оно платит исправно, — добавил с улыбкой советник, — и мы не имеем к нему никаких претензий.

Краймер задал ещё несколько вопросов: «Не знает ли господин советник кто владелец прииска?»

— Нет-нет, — поспешно ответил чиновник. Из чего Александр сделал вывод, что тот прекрасно осведомлен, но по какой-то причине — по всей видимости, чиновник получил солидный отступной, имя владельца держал в тайне. — Да, у нас и не принято… но смею вас заверить, это очень влиятельный человек.

Советник встал, давая понять, что аудиенция закончена. Подавая руку и снова улыбаясь, сказал:

— Молодой человек, не советую вам писать на эту тему. Это чертовски далеко и может повредить вашему здоровью.

В словах советника Александру почудилась скрытая угроза, но возможно, это только показалось?..

— Кстати, — донеслось вдогонку, — откуда вам известно о прииске?

Александр назвал фамилию редактора и издательство.

«Беседа» с чиновником мало что дала, но не в правилах Краймера было избегать каких бы то ни было заданий редакции, даже если они казались малоперспективными. В посольстве его тоже пытались отговорить от рискованной поездки. Не добившись результата, вручили широкий ремень с кобурой из ярко-рыжей кожи, в которой находился большой чёрный пистолет: «Негоже по этой стране путешествовать безоружным».

Александр не разбирался в оружии, но пистолет выглядел угрожающе, аж с тринадцатью патронами в обойме.

В тот же день, запасшись ещё кое-какими сведениями, он взял билет на поезд.

За окном вагона тянулась бесконечная степь с пожухлой жёлто-зеленой травой (на дворе стояло середина лета) и, казалось, никакой жизни здесь уже не может быть. Но скоро, Александр это знал, пустынный пейзаж сменится оазисом.

Через сутки он сошёл на маленькой станции в Намибии. Но и здесь дело двигалось медленно. Никто толком не знал, где находится золотоносный прииск. Промучившись до вечер , наконец, понял, что местные жители кое-что знают, но не хотят говорить. Уже к ночи, всего за сотню франков — впрочем, кому-то это казалось огромной суммой — старик-зулус согласился быть проводником, проворчав при этом:

— Надеюсь, господин знает что делает. Надеюсь, у господина есть оружие? — Он бросил взгляд на пояс Александра. У самого старика было старинное ружьё, времён англо-бурской войны.

Купив двух мулов, они тут же отправились в путь. Под зелёным покровом джунглей было еще душнее, чем на открытом месте под палящими лучами солнца. Рубаха мгновенно прилипла к спине. Изредка, в свете взошедшей луны, мелькали тёмные тени — обитатели джунглей. Но на них никто не нападал. Пока всё обходилось…

Ехать пришлось почти всю ночь. «Странно, — размышлял Краймер, — почему они не берут на работу местных? Ведь в округе больше нет поселений. Неужели привозят со стороны? Но это же страшно дорого».

Постепенно, вместе с рассветом, джунгли стали редеть и скоро остались позади. Насколько хватало глаз, потянулась саванна с кое-где торчащими пеньками. Проводник, молча, показал в сторону каких-то построек и поспешно повернул мула.

Глава 6 СЕКРЕТНЫЙ ПРИИСК

Не успел Александр выехать на открытое место, как услышал грубый окрик. Журналист замер, ибо по опыту знал: в таких местах шутить не любят.

— Кто такой? – заорал вооруженный автоматом охранник. — Стоять! — вновь крикнул на английском языке автоматчик, когда Краймер попытался вынуть удостоверение. Охранник оказался настоящим гигантом, на целую голову выше Краймера.

— Я корреспондент из... — он назвал страну. — Мне необходимо видеть начальство прииска.

Незнакомец, настороженно изучая Александра, скомандовал:

— Руки за голову! Сейчас посмотрим, какой ты корреспондент, — Охранник кивнул своему товарищу. Тот бесцеремонно обыскал его, забрал удостоверение, извлёк из кобуры пистолет. Затем повели Александра, но не к строениям, которые, судя по всему, и были прииском, а к подножию сторожевой вышки.

Обливаясь потом и мечтая хоть о глотке воды (фляжку с живительной влагой у него тоже отобрали), журналист прождал под палящим солнцем несколько часов. Причем, охранник, стороживший его, за это время успел смениться. Только когда солнце стало клониться к западу, два автоматчика повели его к видневшимся вдали строениям.

Поразил Краймера совершенно глухой и высокий, в три человеческих роста, забор, по верху которого шло несколько рядов колючей проволоки. «Зачем огораживать шахты? — недоумевал он. — Что они там прячут? Надо обязательно побывать за стеной!» — Впервые за эти дни в нём пробудился интерес к этому делу.

Александра доставили в высокое белое здание типа отеля, подняли на лифте на второй этаж и, ещё раз обыскав, ввели в просторный кабинет. Стены и пол кабинета были обиты толстыми коврами. У противоположной стены стоял большой, застланный цветастым покрывалом, диван. Мерно гудел кондиционер. Сопровождающие испарились, а из-за большого письменного стола навстречу поднялся невысокий толстяк, лицо которого лоснилось от пота, несмотря на прохладу, исходящую от кондиционера.

Опыт журналиста подсказал, что человек растерян, хотя изо всех сил пытался это скрыть.

— Господин Краймер? Пожалуйста, садитесь, — указал толстяк на кресло, и первым плюхнулся в своё. Взял со стола удостоверение журналиста и несколько минут изучал его.

«Он что, не мог сделать этого раньше?» — с раздражением подумал Александр. Но потом заметил, что толстяк вовсе не читает, а скорее всего, пытается привести в порядок мысли.

— Господин Краймер, — наконец, оторвавшись от документов, произнёс толстяк. — Позвольте поинтересоваться: как вы узнали о местоположении нашей фирмы? Мы стараемся не афишировать её адрес. — Толстяк заставил себя непринужденно улыбнуться. И опять от журналиста не ускользнуло: с каким напряжением собеседник ждёт ответа. Но на этот раз не стал называть имя редактора, сославшись, что о прииске узнал в издательстве.

Отметив что-то у себя в блокнотике и ещё раз, взглянув на удостоверение, толстяк подвинул документы Александру. Затем достал из ящика стола пистолет и диктофон. Спрятав оружие, Краймер проверил работоспособность диктофона и нажал на кнопку «запись».

— О, нет, нет, — замахал руками толстяк, наблюдавший за действиями журналиста. — Вы приехали в очень неудачное время. Управляющий прииском в отъезде… и я ничем не могу вам помочь.

— Позвольте, — начал было молодой человек, но толстяк перебил:

— Мистер Краймер, вы, конечно же, заметили какая у нас охрана, золото надо охранять, — извиняющие улыбнулся он. Александр порывался что-то сказать, но толстяк вновь перебил: — А у нас его много. Могу только сообщить, что мы напали на очень богатую золотоносную жилу...

Журналист понял, что здесь ничего не добьется, но сделал ещё одну попытку:

— Скажите, почему вы не берёте на работы местных жителей? Ведь, как я понимаю, нанимать со стороны намного дороже. — Ему показалось, что во взгляде толстяка промелькнуло: злоба, испуг или что-то ещё.

— Я уже сказал, — сухо бросил тот, — это не в моей компетенции. — По-видимому, этот человек уже вполне освоился, от его волнения не осталось и следа.

— Ну что ж, придётся подождать высшее начальство.

— О, нет-нет, — скороговоркой проговорил толстяк, — вам сейчас лучше уехать. Управляющий будет очень не скоро… а вообще-то знаете что, скоро стемнеет, незачем вам на ночь глядя пускаться в дорогу. — В его голосе вновь появились заискивающие нотки. — Переночуйте, а завтра я подыщу вам проводника. — Он нажал на кнопку под крышкой стола, и в дверях бесшумно появился один из сопровождающих.

— Мартин, вы всё слышали? Проводите мистера Краймера. — Это было сказано таким тоном, что Александр внезапно понял, что Мартин на ранг выше толстяка, возможно, даже он и есть управляющий, но по каким-то, причинам, скрывает это. — Всё необходимое вам принесут, — обратился толстяк уже к журналисту.

Его привели в крошечную комнатку, находившуюся в этом же здании, но в другом крыле, где кроме узкой деревянной кровати и тумбочки возле неё ничего не было. Не успел журналист как следует оглядеться, как в комнатке появился человек с подносом в руках.

Откусывая мягкую румяную булочку, запивая чёрным кофе, Краймер очень надеялся, что в еду ничего не добавили…

Александр не спал, хотя было уже далеко за полночь, пытаясь понять какую с ним ведут игру. Вдруг услышал странный шум. Несколько секунд прислушивался, пока не понял, что это шаги множества людей. Осторожно выглянув в окно, Александр рассмотрел через жалюзи множество колышущихся голов — колонну людей.

Наспех одевшись, сунул за пазуху пистолет, и вышел в коридор. Обойдя сидевшего в кресле, клевавшего носом охранника, спустился по лестнице. У входной двери, сидя за столом, уже откровенно спал другой. По холлу разносилось его негромкое храпенье. Александр усмехнулся: «Хороша же у них охрана». Дисциплина на прииске явно была не на высоте.

За дверью Краймер увидел хвост удаляющейся колонны. Удача сама шла в руки. Недолго думая, он догнал колонну и втиснулся в неё. Окружающие не обратили на него никакого внимания. Но в этот момент Александр увидел двух охранников, за плечами у них болталось оружие. Чтобы не выделятся, он ещё глубже втиснулся вглубь колонны. Судя по всему, стражи его не заметили. И Александр успокоившись, стал приглядываться.

Почти все идущие — рослые и широкоплечие. Вот только с какими-то изможденными осунувшимися лицами. И вдруг с головы до ног покрылся холодной испариной. Со всех сторон его окружали не люди, а механические куклы! Со смешанным чувством страха и любопытства юноша продолжал наблюдать. Да, это, несомненно, роботы. Монотонные движения и лица, похожие на застывшие маски. Нечто подобное видел в музее восковых фигур, правда, там все фигуры были неподвижны. А здесь!.. Вспомнил: в газету как-то просочилась информация о биороботах.

«Так вот они какие! — подумал он, несколько успокоившись. — Но какая филигранная техника, просто не отличишь...» И тут случилось неожиданное: один из ближайших «роботов» широко открыл рот, — раздался отчетливый зевок. И по телу Краймера пробежала мелкая дрожь: «Нет, это не роботы. Но что же это такое?!»

Так, в смятённом состоянии Александр, вместе со всеми, миновал большие железные ворота. Машинально стал подстраиваться под монотонные движения соседей, и это, возможно, спасло ему жизнь.

«Роботов» загнали в один из многочисленных бараков, где двумя рядами стояли двухэтажные нары. Темнота служила надёжным прикрытием. Однако барак был слабо освещён белым неживым светом. Никто из охраны в помещение не вошёл, в этом не было необходимости: «роботы» соблюдали полный порядок. Александр пробрался в самый конец, где было потемней, и, по примеру других, забрался на нары. И вообще понял, что ему ничего не остается, как во всём подражать этим странным существам. А те продолжали сидеть на жестких нарах, словно чего-то ожидая.

Внезапно откуда-то раздался едва слышный писк. Александр заметил, как напряглись лица «роботов»». Писк оборвался так же внезапно, как и начался. И люди, как по команде, попадали на тощие матрацы. Почти сразу же послышалось мерное посапывание, негромкий храп. Они спали!..

Александр был так ошарашен происходящим, что даже забыл последовать их примеру. Вспыхнул яркий свет. Юноша вздрогнул и прикрыл глаза рукой. А когда открыл, то увидел на пороге человека. К счастью, тот не взглянул в конец барака, а склонившись у первых нар, стал что-то делать. Александр потихоньку опустился на жесткий матрац и сквозь ресницы наблюдал. Видно, что человек выполнял привычную работу. Все движения его были выверенные, доведенные до автоматизма.

«Санитар» (так Краймер окрестил вошедшего) медленно приближался, переходя от одного «пациента» к другому. Александр судорожно сжимал рукоятку пистолета, стараясь унять бившую дрожь. И все же не выдержал. Когда «санитар», находившийся метрах в трёх, склонился над его соседом, юноша, сгруппировавшись, обрушил сверху на голову бедняги рукоятку пистолета.

«Санитар» слабо вскрикнул. Большой стеклянный шприц, которым он орудовал, выпал из рук, и, как показалось Александру, с оглушительным звоном разбился. Взвалив обмякшее тело на место, где только что лежал, и, прислушиваясь к доносившимся снаружи звукам, журналист бесшумно выскользнул за дверь. В следующее мгновение страшный удар по голове его самого свалил на землю.

Глава 7 НА ГРАНИ ПРОВАЛА

Форест шёл в операционную в отличнейшем расположении духа. Он только что узнал: новых поступлений не было, — большой работы не предвиделось. Но это вовсе не означало, что её совсем не будет. Иногда у него на столе оказывались сами же островитяне, в чём-то провинившиеся люди из охраны или обслуживающего персонала. Эти люди, не боявшиеся ни бога, ни дьявола, больше смерти боялись оказаться пациентами Фореста. Поэтому-то на острове царил такой отменный порядок и дисциплина

Но стоило доктору переступить порог, как благодушное настроение улетучилось. Более того, им овладел безотчётный страх. Вместе с Рэмом в операционной сидел ещё один человек. Несмотря на то, что одет он был в цивильный костюм, Форест моментально узнал... И не мудрено: человека из личной гвардии коротышки Крига знали все

— Здравствуйте, доктор Форест, — поздоровался Рэм. Красная одутловатая физиономия охранника лоснилась от пота, глаза лихорадочно блестели, а руки заметно тряслись, но традиционной бутылки у него не было. Гвардеец, буркнув что-то вместо приветствия, даже не привстал.

Как доктор и предполагал, пациентов оказалось мало — всего пять. Но это обстоятельство не радовало. Спиной хирург чувствовал взгляд гвардейца и не мог унять дрожь в руках.

При появлении нового пациента гвардеец вставал и всматривался в лицо несчастного.

«Неужели что-то пронюхали? — лихорадочно думал хирург, пытаясь понять причину появления гвардейца. — Положим, меня не посмеют тронуть — я не последний человек на острове…»

Но постепенно настроение улучшилось. Ничего страшного пока не происходило. А после ухода гвардейца даже не отказался от протянутой бутылки, как по мановению волшебной палочки оказавшейся в руках у Рэма.

На острове никогда не возбранялось употребление зелёного змия.

К дому доктор подходил, мурлыча что-то себе под нос. И вдруг внутри всё оборвалось. У двери увидел ещё одного гвардейца, на этот раз в обычной чёрной форме.

— Это за мной! — Дёрнулся было бежать Форест, но почувствовал, что ноги не слушаются, да и поздно уже… Охранник заметил его и махнул рукой, приглашая войти. Как на казнь, на негнущихся ногах хирург прошел мимо стража.

На первый взгляд в комнате никого не было, но над спинкой кресла заметил хохолок волос.

— Добрый день, мистер Криг, — дрожащим голосом произнёс Форест.

Кресло резко развернулось. Маленький человечек с бледным морщинистым лицом, ноги которого едва доставали до пола, кивнул на противоположное кресло:

— Садитесь.

Доктор обмякнув, свалился в кресло, за шиворот ручейком потёк пот, воротничок сразу же намок, но достать платок не осмелился.

— Вы где были в прошлую ночь? — сиплым голосом, никак не вязавшимся с его внешностью, спросил Криг.

«Конец!» — пронеслось в голове у Фореста.

— Ну, ладно, — взглянув на него, вновь сказал коротышка, — у каждого свои слабости, — он ухмыльнулся. — Я вот зачем пришёл. Взгляните... — бросил на стол маленькую книжечку. С маленькой фотографии на Фореста смотрел Александр Краймер. Доктор долго изучал удостоверение, лихорадочно думая, что делать.

— Этот журналист, — продолжал между тем Криг, — оказался слишком любопытным, — он сделал паузу, — среди ваших пациентов его не нашли. Там, — кивнул карлик в сторону побережья, — его тоже нет. Возможно, транспорт задерживается. — Запомните этого человека, Форест, мальчишка оказался известным в некоторых кругах. За ним потянулся след. Если он попадёт к вам, оставьте его в покое. Впрочем, — добавил как бы про себя, — мои люди проконтролируют... Хорошо бы нам договорится с ним.

Форест кивнул, пытаясь сглотнуть густую слюну. До него, наконец, дошло, что все поправимо.

— А если нет... — выдавил он.

— Если нет… — сморщился Криг. — Нам надо договориться! У каждого человека своя цена. — Он поднялся. Вскочил и Форест, стараясь не очень возвышаться над могущественным карликом. — Док, — совсем другим тоном проговорил Криг, — что-то в последнее время вы мне не нравитесь. В вашей работе появляется много брака. Заканчивайте со спиртным. Это до добра никого не доводило. — И опять у Фореста выступила испарина на лбу.

После ухода Крига Форест почти без чувств упал в кресло, из которого только что встал коротышка. Сначала он испытал облегчение. Но постепенно в голову полезли разные мысли. Вспомнил, как в первый раз увидел Крига. Тогда тот не внушал такого ужаса, наоборот... Но скоро показал свою сущность. Нет, сам карлик не убивал, но по мановению его руки на острове творились страшные дела.

Кажется, никого на свете не было изощренней в пытках и казнях, чем этот «малыш». Форест заметил одну закономерность. Криг выбирал в жертвы, в основном, высоких блондинов. Что это? Своеобразная месть за своё уродство? Возможно, он получал особое садистское удовольствие, мучая людей, коих природа оделила богаче.

К доктору Криг всегда был благосклонен. «Пока, — подумал почувствовал хирург, – пока я им нужен. Ещё при первой их встрече Форест неприязнь к себе, впрочем, чувство было взаимным. От одной мысли, что может попасть в лапы молодчиков Крига, доктор вздрогнул. — Нет, не посмеет, я ему не по зубам! — Постепенно мысли приняли несколько иное направление: — Да, дело видно серьёзное, если он сам ко мне заявился», — Форест интуитивно чувствовал, что коротышка чем-то напуган. — Но чёрт с ним, с Кригом. Что делать мне? — обхватил голову руками. — Есть только один выход... — Его взгляд остановился на большом письменном столе. Резким движением Форест выдвинул ящик и достал пистолет. — Труп журналюги никогда не найдут».

Глава 8 ЗАПАДНЯ СРАБОТАЛА

«Вот я и попал на таинственный остров, — невесело усмехнулся Краймер. Он подсел к костру и стал машинально подбрасывать в огонь сухие ветки. Двоякие чувства испытывал к только что ушедшему человеку. С одной стороны, тот спас его от ужасной участи, в этом не приходилось сомневаться, и вроде бы продолжал помогать. Но с другой стороны, все эти недомолвки и якобы незнание многих вещей… Что-то мешало до конца поверить Форесту. «Во всяком случае, — подумал Александр, — без его помощи мне пока не обойтись».

Костер разгорелся так, что пламя поднялось выше головы, заставив журналиста отстраниться от мыслей и оглядеться. Помимо потрескивания костра Краймер различил слабый гул, исходящий из глубины пещеры. Кроме того, заметил, что языки пламени отклоняются в сторону, как бывает при движении воздуха. «Значит, здесь есть второй выход, — подумал он, — надо проверить».

Выхватив из костра головню, Александр направился вглубь пещеры. Им двигало не одно лишь любопытство. Знание дислокации никогда не помешает.

Идти пришлось полусогнувшись, но потом пещера расширилась и стала выше. Сначала юноша делал на стенах отметины куском известняка, но вскоре перестал, так как никаких ответвлений не заметил. Судя по всему, это была карстовые пустоты, веками вымывавшиеся дождевой водой. Со свода пещеры спускались многочисленные сталактиты, сверкающие в свете импровизированного факела хрустальным блеском. А в одном месте увидел толстый столп сталагмита.

Впереди замаячило едва заметное светлое пятно. «Значит, уже рассвело», — отметил он. По мере продвижения гул усиливался, и вскоре Александр понял, что это. Прибой. Почти одновременно до него долетели мелкие брызги. Ощутив на губах соленый вкус, окончательно убедился, что пещера выходит на берег моря.

Неожиданно его ноги заскользили по отлогому каменному спуску. Александр потерял равновесие и упал на спину, выпустив головню, которая зашипев как растревоженная змея, тоже заскользила вниз. Ухватившись за камни, он удержался, при этом ободрав ладони до крови, ловко перевернулся на живот и встал на четвереньки.

«Хорошая ловушка для людей», — отдышавшись, прошептал Александр. По-видимому, во время прилива эта часть пещеры затоплялась. Об этом говорили мягкие мокрые водоросли, попавшие под руку, а также мелкие лужицы в углублениях вдоль стен, которые он сумел разглядеть, несмотря на темноту.

Форест наверняка знал об этой «западне». Но почему не предупредил? Мелькнула мысль, что тому было бы выгодно избавиться от него. Но потом отмёл её: «Зачем же тогда меня спасал? Скорее всего, ему было некогда, — спешил возвратиться в посёлок затемно».

***

Целый день Александр просидел в пещере у костра. С утра юноша чувствовал лёгкое недомогание, которое, однако, постепенно нарастало. Дико болела голова, как будто в неё напихали раскаленных углей. Сводило спазмами желудок.

«Не копался ли Форест и в моих мозгах?! Почему для меня сделал исключение? — Многое ещё оставалось неясным. Чем больше Александр думал, тем большую неприязнь чувствовал к этому человеку, хотя, казалось, всё должно было быть наоборот... Прекрасно помнил, как отреагировал Форест, узнав, что он журналист. И это тоже наводило на кое-какие мысли. Своими глазами юноша видел, какой тот прекрасный актер. — К счастью, я ещё могу самостоятельно мыслить. Почему же этот тип не идет?» — Вопросов у Александра накопилось немало. Нет, страха он не испытывал, скорее любопытство.

Стемнело. Яркая звёздочка проглядывала сквозь густые заросли. Неопределенность угнетала больше всего. Но вот у входа хрустнула ветка. Александр встрепенулся, ожидая увидеть Фореста. Но ещё несколько минут никто не появлялся. Наконец вновь зашелестели кусты и в пещеру ввалился доктор. Выглядел он внушительно: в комбинезоне камуфляжной окраски; кепи, военного образца. Из-за пояса высовывалась ребристая рукоять большого пистолета. Форест перехватил взгляд юноши.

— Ну что, сдрейфил? А это осталось у меня от отца, – вынимая пистолет, сказал он. – Надёжная машинка, ни разу не подводила…

Александр отметил про себя: с доктором что-то не так — ведёт себя неадекватно. На журналиста пахнуло спиртным.

— Форест, — начал Александр, — с ваших слов выходит, что вы спасли меня. Однако…

Доктор посерьезнел. Лицо его окаменело.

— А вот здесь ты ошибаешься. — Он поднял пистолет. – А ну, повернись.

По его глазам Александр понял, что должно произойти в следующее мгновение. Молниеносно выбросил руку. Грянул выстрел, но пуля ушла в сторону, с противным визгом срикошетив от стены. Вторым движением журналист выбил оружие из рук Фореста. Застучав по камням, пистолет ещё раз самопроизвольно выстрелил. Пуля попала в костер, взметнулся целый рой искр. Доктор сделал отчаянную попытку достать пистолет. Но Александр опередил его. И тогда Форест бросился бежать, но не к выходу, а в спасительную темноту. Краймер побежал за ним.

— Форест, вернитесь! Куда вы!? – Он ещё хотел что-то крикнуть, предупредить об опасности, но голос сорвался.

Через несколько шагов Александр остановился. Он не собирался убивать доктора, как тот, наверное, подумал. Тем более что почувствовал во рту привкус крови. Не в силах бежать, юноша опустился на каменный пол пещеры.Схватка отняла последние силы. Тошнотворный комок подступил к горлу. Его вывернуло наизнанку. В этот момент до него донесся предсмертный вопль.

С трудом поднявшись, Александр поплёлся обратно, равнодушно думая об ещё одной жертве этого острова. Дотащившись до тлеющего костра, свалился наземь. Голову опять сжали раскаленные тиски, и он потерял сознание.

Глава 9 КРАЙНИЙ ВАРИАНТ

После исчезновения доктора и журналиста в посёлке поднялась паника. Обыскали все постройки и сам остров, на котором и укрыться, казалось, было негде: колючий кустарник, редкие низкорослые деревца, но никаких следов не обнаружили. Покинуть остров было невозможно. Установили только, что вместе с доктором пропал его пистолет, но и это обстоятельство ничего не дало. Допросили всех, кто в той или иной степени соприкасался с Форестом. Но тоже ничего нового не узнали. Похоже, что последним его видел сам Криг.

На материк по специальному каналу связи ушла срочная шифровка. Неожиданно быстро последовал ответ:

ПРОИЗОШЛА УТЕЧКА ИНФОРМАЦИИ. ПРИМЕНИТЬ ВАРИАНТ «Z». УХОДИТЕ С ОСТРОВА.

Текст «телеграммы» ни для кого не остался тайной. Но что должно последовать за этим, никто из охраны и обслуживающего персонала не знал, но многие догадывались, что предстояло возвращаться на материк.

Криг недоумевал. Неужели дело оказалось настолькосерьёзным, что даже такой влиятельный человек как Дитрих Пруст не мог уладить его?! Сколько сил и средств угроблено! А он-то считал профессора всесильным. Чуть ли не Богом на Земле. Ан, нет. «Жаль, жаль! — Странно, но карлик наравне с потерей чувствовал и удовлетворение. — Что, профессор, и тебе прищемили хвост!» — злорадствовал коротышка.

Почти половина обитателей острова была против возвращения. Хотя жизнь здесь была далеко не сахар, то на материке по ним просто плакала виселица. Поэтому много работы предстояло гвардии Крига и его личной охране. Целый день на острове гремели выстрелы. Убирали лишних и тех, кто много знал. Но и это не всё. Последнюю точку должен был поставить сам Криг.

«Так-так-так, — криво усмехнулся карлик, постукивая жёлтымногтем по застекленному пульту управления, на котором был нарисован череп. — Ночью нас ожидает фейерверк». — Только он один знал, что означает приказ: «Вариант Z». Под каждым строением был заложен фугас, и стоило ему нажать кнопку на пульте, как всё взлетит на воздух. Что он и сделал этой же ночью, когда был уверен, что все, кто подлежали уничтожению, находились в домах.

А утром Криг и ещё несколько его верных «псов» скрылись в люке подводной лодки. Отойдя от острова на милю, по радио коротышка разнёс последнее строение — башню.

Затем субмарина произвела три сокрушительных торпедных залпа, сравняв с землей оставшиеся развалины, и медленно погрузилась в тёмную пучину.

— Ну вот, — наблюдая в перископ, сказал Криг, — наш остров «Зеро» снова стал необитаем.

Но он ошибался...

***

Александр очнулся от сильных толчков и отдаленных взрывов, которые вскоре прекратились. В первую минуту не мог понять, где он и почему вокруг так темно. Смердящий запах бил в нос. Постепенно память возвратилась, и он вспомнил последние события. Юноша разыскал глазами лаз и ползком на ощупь стал пробираться к нему.

Первое, что поразило наверху — сильный запах гари. Местность он не узнал. Она была кем-то добросовестно перепахана так, что прежних ориентиров не было и в помине. Исчезла дорога, которая раньше просматривалась от пещеры.

Забыв об опасности, он побрёл по бездорожью к поселку. Через час ходьбы понял, что с островом что-то стряслось, и, скорее всего он единственный, кто на нём остался в живых. В отчаянии Краймер повернул к побережью.

Насколько хватало глаз, перед ним бугрился пустынный океан.

Лишь через неделю Александра, изголодавшегося и оборванного, сняла с острова прогулочная яхта, случайно забредшая в эти, отдаленные от оживленных путей широты.

***

— Теперь шеф может спать спокойно, — откладывая газету, вполголоса произнёс Александр. — Золото вновь дорожает, — усмехнулся он.

После сенсационной публикации Краймера, в Намибию были введены войска ООН. Но кровопролития не произошло. Почти вся охрана прииска сдалась, правда, некоторые покончили с собой. Оставшихся в живых людей-автоматов отправили в лучшие клиники США, надеясь вернуть им человеческий облик, в чём Краймер сильно сомневался.

Сам прииск перешёл в собственность ЮАР, так что местные жители больше не страдали от безработицы. Но во всей этой истории настораживало то, что имя бывшего владельца прииска так и осталось тайной.

«Зло побеждено, — прошептал журналист, — но где гарантия, что оно не повторится?»