Особенный

Глава 1

...хлеба купить молока печенье еду для кошки помидоров шпинат кетчуп зеленый горошек, налево, чипсы лучше с беконом если нет то с сыром колбасы хлеба не забыть, на другую сторону, сгущенка сгущенка? сгущенка у меня есть надо две банки наверное, нет, зубную пасту мыла второй сезон посмотрел вроде третий не буду шоколад а первый хороший был, правее, мусорные мешки хлеба вроде надо хлеб не забыть грудки куриные масло паштет, зеленый, кроссовки порвались надо, открывать слева направо, новые йогурт шампунь молоко сливки кстати две банки кофе лучше три чай опять же, слон, денег должно хватить лимонад сыр сыр любой кексы к чаю что-нибудь печенья зефир, он сильнее потому что у него денег больше, пастилу мармелад, идти, спички кончились, десять минут, соль сахар мука овсянка хлопья про хлеб не забыть если с другом вышел в путь чипсы колбасу бумагу туалетную творог, иди, степлер носков бы три четыре пары кетчуп сгущенки пару банок, быстро, карандаши цветные фломастеры ручка синяя блокнот рисовать красивая машина, почему она меня не любит? Почему? Почему? про хлеб не забыть и про шпинат, больно, а если хлеба не будет? тогда в другой микроволновка сломалась вино красное сыр опять же хлеб хлеб хлеб, давай, колбасы бутербродом а первый хороший был сделать щетки зубные мыло в аптеку зайти пластырь леденцы от горла болит горло надо, мам, молоко 3.2 или 2.5? может кефир? или вообще не брать мороженого шоколадного клубничного бананового в упаковке полотенца бумажные, красный, красный, красный, красный, хлеб белый и черный багет багет длинный очень длинный, поезд, сигареты скрепки ручку синюю блокнот карандаши кроссовки можно в ремонт отдать полотенце подарки, подарки, подарки, подарки, лук чеснок если нет лука чеснок если нет чеснока лук ААААА!!! и хлеба майонез намазывать салат брокколи салат тунец вышелвпуть соус, нет, столько гостей будут джон маргарет билл лиз кейт флоренс тимоти скотт майкл маргарет другая джон, джохн, джохни, джохниберт,джохниберски, лифт, ступень, клод джемма джинджер сэм дафна хлеба надо купить черного белого глютен тосты мам мама мамочка, уже, бокалы нужно один два семь восемь нужно подарки кольцо цепочка золото серебро палладий, палладий, еду для кошки а черный? а если да мам уборка, уже, дурак фикус книга деньги деньги книга подарок золото много клубника яблоки бананы кокос, поворот, рубашка брюки пот ботинки кроссовки порвались ААААА!!! хлеба не забыть и шпинат, еще поворот, ключ, ключ, ключ, дверь, на себя, на себя, сраные телепаты, сраные телепаты...

— Сраные, сраные, сраные телепаты! — после невыносимо долгого молчания прокричал Джон, наконец оказавшись дома и с раздражением захлопнув за собой дверь. — Твари! Ненавижу! Мрази!

Гнев этого сердитого мужчины в летах, именуемого в дальнейшем не иначе как Джон Смит, понятен и, как мы вскоре увидим, вполне оправдан, однако является лишь самой верхушкой огромного айсберга состоящего из ненависти, зависти и обиды, накопившихся за многие годы вынужденных затворничества и «борьбы». Но разумеется обо всем по порядку.

Все началось примерно 42 года назад, когда пришедший из глубокого космоса таинственный энергетический импульс сопровождаемый неким сигналом (не менее таинственным) вырубил на Земле едва ли не всю электронику, попутно наполнив уши и головы миллиардов людей невыносимым писком, от чего те ровно на 7 минут и 23 секунды потеряли сознание. Без преувеличения величайший день в истории человечества. Нет, серьезно. Наш герой тогда как раз готовился встретить свой десятый день рождения вполне обычным, если не сказать среднестатистическим, ребенком со своими страхами, увлечениями и мечтами. Юный Джон, как и большинство его сверстников, покорно плыл по течению, и давайте без осуждений, совершенно не задумываясь, куда же оно его, в конце концов, вынесет. По крайней мере так было до 3 августа 2048 года, когда мир, такой каким человечество его знало и возможно любило, навсегда канул в Лету. По прошествии роковых семи с лишним минут очнувшиеся с едва ли не самой сильной в своей жизни мигренью «счастливчики» не только обнаружили себя свидетелями многочисленных разрушений повлекших по официальной статистике сотни тысяч (а по неофициальной миллионы) человеческих жертв, но и, как позже выяснится, стали обладателями неких весьма неожиданных талантов. И речь далеко не о виртуозной игре на скрипке. Телекинез, телепатия, левитация, регенерация, сверхсила, пирокинез — вот лишь самые распространенные и банальные из новоприобретенных человечеством способностей. Отныне каждый (КАЖДЫЙ!!!) человек на Земле умел делать то, что когда-то было доступно лишь персонажам фильмов и комиксов. Можете себе представить, что тут началось? К счастью ничего непоправимого. После короткого периода неразберихи и анархии, который к уже имеющимся жертвам добавил еще пару-тройку десятков тысяч, правительство планеты наконец вспомнило для чего оно существует и все-таки принялось брать ситуацию под контроль. Чинуши быстро смекнули, что некоторые особо разрушительные способности потенциально могут представлять опасность не только и не столько для самого «носителя» и его окружения, но и в самых исключительных случаях для всей планеты. Согласитесь, вполне резонно. В срочном порядке был разработан и принят «Закон о регистрации и контроле применения сверхспособностей», в котором, помимо всего прочего, прописывались методы выявления этих самых сверхспособностей, наказание за их неправомерное применение, а так же права и обязанности новоиспеченных сверхлюдей. Также, например, согласно одному из пунктов все выявленные телепаты по достижении ими совершеннолетия должны были поступать на службу либо в армию, либо в полицию (в зависимости от текущих нужд объединенного государства). Заниматься какой-либо другой деятельностью согласно этому же закону телепаты могли лишь с разрешения особой комиссии и под неусыпным надзором специально назначенных кураторов. И кстати еще немного об этих ребятах. Доподлинно неизвестно, как именно работают их способности. Считалось, что им для того чтобы прочитать мысли необходим прежде всего визуальный контакт, но и это всего лишь домыслы завсегдатаев тематических форумов не более. А ведь были еще так называемые «слухачи» обладающие (вот неожиданность!) сверхчувствительным слухом, и «зрячие» способные видеть сквозь любые (почти любые) даже самые толстые преграды. Проще говоря, парень, если ты и задумал что-то действительно серьезное, то уж будь любезен как следует попотеть, чтобы не попасться. А Джон задумал! О еще как задумал! И уж кому-кому, а ему-то уж точно было, что скрывать. Правда надо отдать ему должное: к вопросу собственной безопасности и безопасности разрабатываемого им плана он подошел более чем основательно. Так помимо уже продемонстрированного выше патентованного метода захламления мыслей Джон изнутри предусмотрительно обшил свое жилище несколькими слоями лучшего звукоизоляционного материала (20 лет на рынке, 100 лет гарантии), а снаружи также для защиты от любителей совать свой нос куда не следует облицевал стены выполненными на заказ свинцовыми пластинами толщиной полтора дюйма выкрашенными в ярко-красный цвет и препятствующими, как утверждал производитель, рентгеновскому излучению любой интенсивности. Как вы уже должно быть поняли в отличии от еды, одежды и прочих благ цивилизации по крайней мере на секретности Джон уж точно денег не экономил.

С принятием нового закона по всему миру начались массовые тестирования. Начиная с детских садов и кончая домами престарелых, группами специально подготовленных медиков и чиновников проводились опыты и эксперименты, предусмотренные особым, свежеразработанным исключительно для текущей ситуации, регламентом. Разумеется, на первых парах методы и критерии были неидеальны и довольно размыты, но даже тогда у наших старательных «слепых мышат» что-то да получалось. Постепенно процедура совершенствовалась, а количество выявленных и, что более важно, категоризированных сверхлюдей неуклонно росло. Вскоре очередь дошла и до юного Джона. Его усадили на предусмотрительно прикрученный к полу специальный стул, на руках и ногах защелкнули металлические кандалы и принялись за дело. Джона кололи, резали, били током, пытались разозлить, наставляли на него пистолет, пытаясь напугать и т.д. Бесполезно. Единственной реакцией мальчика на все с ним происходящее стали слезы сопровождаемые каким-то поистине невероятным, но, как выяснилось, с медицинской точки зрения вполне допустимым количеством соплей. Вы спросите, для чего нужны все эти ухищрения, когда можно сделать простой тест ДНК, МРТ или (в самом крайнем случае) вскрытие? Все не так просто. Так уж вышло, что, несмотря на всю очевидность произошедших с человечеством изменений, физиологически это были все еще самые обыкновенные люди. Иными словами импульс ничего не изменил, но выступил лишь отчасти катализатором, а отчасти индикатором того, что и так все это время было внутри нас! Кто бы мог подумать.

Так вот в результате в документах напротив имени Джон Смит был поставлен прочерк, а самому подопытному выдали предписание явиться через год для повторных тестов. Поскольку тогда все еще только начиналось негативному результату Джона не придали особого значения, но вот уже по прошествии обозначенного срока, когда мальчик был подвергнут повторным испытаниям, у комиссии стали появляться вопросы. Вопросы были и у Джона. Ежедневно наблюдая, как его одноклассники, друзья, знакомые, да и просто-напросто все люди вокруг играючи и с удовольствием пользуются своими новоприобретенными возможностями, Джон постепенно начинал осознавать собственную «ущербность», и окружающие, давайте скажем прямо, этому скорее способствовали нежели мешали. Так, например, его уже тогда немногочисленные друзья, не переставая, донимали беднягу вопросами о полученных им «таинственных» силах и о том, почему он их никогда не использует, в ответ на что Джон либо что-то неловко врал, либо и вовсе уклонялся от ответа. Постепенно многие стали подозревать, что мальчику досталась какая-то совсем уж неординарная способность вроде третьего яичка или возможности силой мысли управлять горячим какао (исключительно горячим). Джон же, в свою очередь, понимая всю шаткость своего текущего положения, и сам не больно-то торопился развеивать возникшие заблуждения, а наоборот все больше старался поддерживать атмосферу таинственности вокруг собственной персоны. Однако, к счастью или к сожалению, такая стратегия дала лишь краткосрочный эффект. Вскоре от него постепенно стали отдаляться друзья. За год Джон стремительно проделал путь от странноватого и замкнутого парнишки до абсолютного изгоя и посмешища: в какой-то момент все вдруг поняли, что он просто-напросто ничего не умеет. Дома было не лучше. Некоторое время родители Джона держались и поддерживали его, надеясь на позднее «созревание». Каждый год они ждали очередного тестирования, и каждый год мальчик их разочаровывал. Когда же будучи, ни много ни мало, шестнадцатилетним юношей, Джон вернулся домой после очередной ежегодной серии опытов и сообщил, что этот раз был последним, и он окончательно и официально признан не имеющим никаких сверхспособностей, мать в сердцах процедила сквозь зубы роковое: «ничтожество». Это стало сильным ударом для молодого Джона, но одновременно с этим и открыло глаза: теперь он остался один против всего мира, один против всех.

Сложившееся положение дел, будем честны, могло запросто сломить кого угодно. Кого угодно, но не нашего героя! Как раз наоборот! Трагедия закалила его, сделала лучше, целеустремленнее, злее. Пока остальные его сверстники открывали для себя «удивительный» мир алкоголя, вечеринок и безудержного секса, попутно решая, кем же они все-таки хотят стать, когда вырастут, юноша, рассудив, что миру до отказа наполненному «супергероями» не хватает хотя бы одного суперзлодея, с легкостью избрал свой путь.

Определившись с целями, Джон определился и с главной угрозой — телепатами. Чтобы он ни задумал, чтобы ни сделал, пока кто-то мог запросто залезть ему в голову, он безнадежно проигрывал. Джон взялся за тренировки: каждый день он выделял по 2 часа на медитацию, стремясь научиться полностью очищать свой разум от каких-либо мыслей. Ни о чем не думать было тяжело, больно и, как оказалось, невозможно: то и дело он замечал, что думает о том чтобы не думать о том о чем думать не следует. Ну вы поняли. После двух месяцев безуспешных попыток Джон решил изменить тактику: вместо того чтобы пытаться не думать о чем-то конкретном он решил думать обо всем сразу, засорить свой мозг ментальным мусором — заданными уроками, стихами, списком покупок и даже всякого рода похабщиной (правда от последнего в итоге пришлось отказаться из-за того, что таким вот образом нежелательное внимание он мог как раз-таки привлечь). И, похоже, сработало! Он сделал несколько десятков тестовых проходов в районах полицейских участков и патрульных машин — ничего. Бинго! А ведь если бы не вышло, пришлось бы учиться думать на китайской, как он однажды увидел в одном старом сериале о супергероях. Но теперь его план в безопасности. Точнее он был бы в безопасности, если бы вообще существовал. И очевидно до этого было еще очень и очень далеко. Джон взвесил все за и против, оценил свои возможности и перспективы и пришел к выводу, что упор стоит делать прежде всего на знания и интеллект: одними мышцами целую планету на колени не поставишь. При этом Джон четко понимал, что о поступлении в университет не могло быть и речи: постоянно находиться среди толп людей, где хотя бы один нет-нет да окажется телепатом, даже несмотря на его метод, было слишком большим риском. А ведь еще нужно было бы учиться и учиться по крайней мере хорошо. Примерно такая же ситуация была и с работой. Приходилось подбирать только те места, где большую часть времени можно было находиться в одиночестве, такие как, например, ночной охранник на каком-нибудь отдаленном складе или смотритель маяка (да было и такое), либо, где общение с другими людьми были эпизодически краткосрочными, как это происходит у тех же курьеров. В остальном же в целях безопасности социальных контактов приходилось избегать вовсе.

Шли годы, Джон учился, становясь все сильнее и сильнее. Все опаснее. Он изучал врага, следил за всеми исследованиями, занимающимися сверхспособностями, не пропускал ни одной новости о совершенных сверхлюдьми преступлениях. Постепенно Джон начинал понимать, кому и как именно он будет мстить.

К сорока годам план мести, как и сам Джон, были полностью готовы. Оставалась реализация. Медленно но верно он начал скупать детали, механизмы и реактивы необходимые для осуществления задуманного. Делал он это аккуратно, небольшими партиями и в разных местах чтобы избежать ненужных подозрений. Никаких чертежей и моделей — все в голове. Джон строил бомбу. По крайней мере формально устройство целиком занимающее одну из силосных башен на заброшенной ферме вдалеке от города, где теперь на постоянной основе проживал наш герой, можно было назвать именно так. Однако это не было основной функцией устройства. И тут, пожалуй, самое время хотя бы в общих чертах рассказать, что же задумал наш сорокалетний нецелованный гений. Заждались ведь, правда?

Существовали так называемые красные — люди, чьи способности, выйдя из-под контроля, могли грозить уничтожением всему человечеству. Красный, как нетрудно догадаться — это уровень угрозы. Были еще оранжевый желтый и зеленый, но нам сейчас разумеется не до них. Так вот, поначалу красных просто-напросто изолировали (а по слухам и уничтожали), стремясь снизить возможный ущерб в случае негативного исхода. Однако наука, как и наш герой, все это время так же не стояла на месте, и в какой-то момент были изобретены браслеты, а позднее и специальные микрочипы, которые будучи вживленными в мозг наглухо блокировали сверхспособности без каких либо побочных эффектов для носителя. Вот эти-то чипы как раз и стали целью Джона. Если все их одновременно вырубить, это само по себе станет большим стрессом для красных. Многие носили их с раннего детства и теперь очевидно не умели в достаточной мере контролировать свои силы. А если к этому добавить еще какой-нибудь раздражающий фактор? А если добавить катализатор способный сделать и без того разрушительные способности еще сильнее? Этими вопросами и задался Джон Смит, когда впервые приступил к проектированию своей машины судного дня. Сейчас спустя 12 лет она была почти готова: немного подтянуть здесь, проверить там и можно начинать.

* * *

С миллиардов экранов по всему миру на ничего неподозревающих обывателей смотрел низенький полноватый практически лысый мужчина лет 55-65 с трехдневной щетиной на обвисших щеках, синяками под глазами и небольшими очками почти на самом кончике носа. Лицо его выглядело бледным и крайне изможденным.

— У Супермена был Лекс Лютор, у Бэтмена Джокер, а у вас есть я, — начал мужчина. — Меня зовут Джон Смит и я довожу до вашего сведенья, что сегодня мы все умрем. Остановить меня вы не сможете, но я более чем уверен, вы попытаетесь. Уже пытаетесь... Кто из нас злодей? Ответ не так очевиден, как может показаться на первый взгляд. Когда-то таковым мне приходилось считать себя, и это сделало меня сильнее. Теперь, когда я закончил... не знаю. Вы сделали меня изгоем... и ладно. Все равно мы все скоро умрем, — на секунду он опустил взгляд вниз и замолчал как будто о чем-то задумавшись, но вскоре снова решительно посмотрел в камеру и продолжил. — Я прощаю вас.

Передача прекратилась, но уже с первых ее секунд специальные службы принялись отслеживать сигнал, искать мельчайшие зацепки способные указать на место, где сейчас мог находиться мужчина угрожающий смертью всему миру. Сотни телепортеров были готовы в любой момент переместиться в нужное место и остановить негодяя, пока агенты способные управлять временем периодически ставили весь мир на паузу и тратили месяцы и годы на прочесывание планеты в поисках злодея. Но Джон, разумеется, предвидел подобный ход событий. Более того он на это надеялся, поэтому и не стал слишком уж сильно запутывать полицию: всего лишь несколько ретрансляторов по всему миру. Подарить им несколько секунд надежды на то, что еще есть шанс спастись, а потом наконец нанести удар — вишенка на торте. Вскоре один за другим прямо из воздуха перед ним начали появляться полицейские, которые правда не смогли произвести должного впечатления на хозяина лица несколько секунд назад мелькавшего едва ли не на каждом экране мира: Джон все так же невозмутимо сидел за столом, в одной руке держа блюдце, а в другой чашечку свежезаваренного черного чая с лимоном. Когда же гостей собралось, как ему показалось, вполне достаточно, он медленно поставил блюдце и чашку на стол и широко улыбнувшись самодовольно произнес:

— Вот теперь я победил!

И все залил яркий белый свет.

* * *

На самом дне оставленного взрывом кратера что-то шевелится. Маленькое, не больше спичечного коробка. Похоже на слизняка или очень толстого червя. Оно дергается, извивается, расползается в разные стороны и тут же сжимается. Что-то очень активное и слишком живое для раскинувшейся вокруг пустыни смерти. Капля бурой жижи вместо искры жизни. Каламбур? Никто не смеется. Оно расползается в стороны, снова сжимается и как будто становится больше. А! Теперь понятно! Растекаясь, оно раз за разом вбирает в себя несколько небольших комочков радиоактивного чернозема! Оно ест землю и, благодаря этому, растет! Что же это такое? Что за невиданное создание? Может оно и вовсе неживое? Может это какая-то хитроумная машина? Смотрим дальше. Вот это уже не капля, а целая лужица. Внутри что-то есть. Что-то твердое. Процесс не быстрый, но он не останавливается ни на секунду. Постепенно твердая область внутри становится больше и подобно сталагмитам в пещерах начинает расти вверх. Процесс ускоряется. И сильно ускоряется! Вскоре становится очевидно, что из мутной жижи торчит белая как снег большеберцовая кость. Но белой она останется не долго: уже формируются плоть, сосуды, хрящи, кожа. Снизу уже можно разобрать стопу с пятью пальцами. Рядом растет вторая нога, на этот раз быстрее. С каждой минутой процесс ускоряется, и вот посреди безжизненной пустыни возвышается одинокий скелет — памятник уничтоженной человеческой расе. Весь он покрыт тонкими красными нитями заново формирующихся капилляров. Еще немного и перед нами уже стоит высокий красивый мужчина атлетического телосложения лет эдак двадцати пяти не более. Сердце его размеренно стучит, грудь медленно поднимается и опадает. Мозг формируется последним. Наконец незнакомец резко открывает глаза и, не успев опомниться, падает на колени. Долго еще он смотрит на черную смолянистую землю, пытаясь вспомнить, кто он такой. И вспоминает. Медленно встает на ноги и, оглядываясь вокруг, начинает осознавать масштаб сотворенных им разрушений. С его полных сухих губ невольно срывается:

— Твою-то мать!